- -
- 100%
- +
Зоя Баркалова
Память рода.
Светлой памяти моей мамочки Кириченко Марии Васильевны посвящается…
Г. Павловск 2026 год
От автора.
Эта книга родилась не сразу.
Долгое время она жила во мне – в обрывках бабушкиных рассказов, в редких семейных разговорах, в ощущении утраты и недосказанности. Я знала имена, помнила лица, слышала истории, но всё это существовало разрозненно, словно рассыпанные бусины без нити.
С годами стало ясно: если не собрать эту память сейчас – она уйдёт.
Уйдёт вместе с теми, кто ещё помнит.
Уйдёт тихо, без следа.
Я не ставила перед собой задачу написать научный труд или безупречное историческое исследование. Эта книга – не для архивов и не для отчётов. Она – для детей и внуков, для тех, кто однажды захочет узнать: кто мы, откуда, какой ценой.
Здесь есть точные даты и имена, найденные в документах.
Есть воспоминания, переданные со слов старших.
Есть то, что не подтверждено бумагами, но подтверждено памятью сердца.
Я сознательно ничего не приукрашивала и не смягчала. В жизни рода были и свет, и боль, и потери, и тяжёлые испытания. Но именно из этого складывается настоящая история семьи.
Эта книга – попытка удержать нить времени.
Соединить прошлое и настоящее.
Сказать тем, кто был до нас: мы вас помним.
И тем, кто придёт после: у вас есть корни.
Я из рода Одиноковых
Наверное, в каждой семье есть своя легенда.
Та, которую не записывают сразу, но хранят в памяти, передают из уст в уста – от матери к дочери, от бабушки к внучке.
Есть такая легенда и в нашей семье.
От мамы я узнала, что по её линии всех в роду называли Одиноковыми, хотя официальная фамилия была другой – Горяйновы. В деревнях так бывало часто: когда в одном селе жило много однофамильцев, появлялись уличные прозвища. Иногда именно они становились важнее паспортных фамилий и жили дольше.
Нашу уличную фамилию дали не просто так.
У её истоков – судьба одного человека.
У него была большая семья. Он женился по большой любви. Жена родила ему шестеро детей – сыновей и дочерей, и он не чаял души ни в них, ни в своей любимой. Но судьба распорядилась жестоко: жена умерла совсем молодой, оставив мужа одного с шестью малолетними детьми.
Он долго горевал.
Поднимать детей одному, да ещё совмещать отцовский труд с тяжёлым крестьянским – было почти непосильным. Вокруг находились женщины, готовые выйти за него замуж, помочь, вырастить его детей как родных. Но ни одна не могла сравниться с той, что подарила ему эту жизнь. Он не смог предать память о ней.
Так он и остался верен своей любви до конца.
Дети выросли, появились внуки, потом правнуки. Род стал большим, разветвлённым, крепким. Но всех их продолжали называть по уличной фамилии их легендарного отца и деда – Одиноковыми.
В память о человеке, который не предал своей любви.
Так начинается история рода Горяйновых.
Два дома на Пятом яру
Ранней весной я зарегистрировалась на сайте Воронежского архива и ночами перелистывала страницы метрических книг Вознесенской церкви села Большая Казинка, разыскивая свою родную фамилию – Кириченко.
Почему ночью? Потому что ночью сайт работал быстрее. И потому что в доме была тишина. Такая работа требует сосредоточенности и внимания.
Весна и лето внесли свои коррективы – сад, огород, двор. Поиски пришлось отложить до осени.
К сожалению, метрических книг Троицкой церкви села Верхняя Гнилуша на сайте не оказалось. В сельской администрации мне сказали, что архивы были утрачены во время войны.
Но мне повезло.
Я успела расспросить нашу дальнюю родственницу – Марию Михайловну Цыбину. Ей было за девяносто, но память у неё оставалась удивительно ясной. Я записала историю рода с её слов, ещё при её жизни, и ничего в этих записях не меняю.
Два дома на Пятом яру.
Здесь когда-то стояли два дома наших предков.
Прапрадед Иван.
Прадед Филипп.
Двоюродный прадед Исай.
Дальше память почти обрывается.
Филипп и Исай Горяйновы были родными братьями. Их отец Иван был земледельцем – пахал землю, сеял, растил детей. Семья была большая, хозяйство крепкое. Земля была главным достоянием крестьянина, и каждому сыну отец выделял надел.
Жили они в селе Гнилуша, нынешнего Верхнемамонского района, на Пятом яру. Там стояла Троицкая церковь – престольная церковь нашего рода.
Когда сыновья выросли и обзавелись семьями, Иван поставил рядом две избы. Но жили братья по-прежнему одной семьёй – подворья даже не отгораживали забором. Помогали друг другу, приглядывали за детьми, вместе садились за стол.
Ветвь Филиппа Ивановича
Филипп Иванович, мой прадед, женился на Варваре.
У них было шестеро детей: сын Василий и пять дочерей – Татьяна, Елена, Полина, Мария и Анна.
О Василии, моём дедушке, разговор особый. Я помню его смутно – он умер, когда мне было всего два с половиной года. Но даже это короткое время оставило во мне память.
Анна Филипповна, сестра деда, больше известная мне как баба Нюра, вышла замуж за Трофима Еськова. Детей у них не было. У Трофима от первого брака осталась дочь Полина. Жили они в Гнилуше, а позже – в Павловске, в маленьком уютном домике над Тамбовским озером.
Трофим был человеком могучим, добрым и щедрым. Он умер в феврале 1979 года. После его смерти мир бабы Нюры стал рушиться. Дом был переписан на племянницу, Любовь Павловну. Вскоре бабу Нюру определили в дом престарелых, а дом продали.
Она сильно загрустила, обиделась на всех. Иногда приезжала к родне, но никого не хотела видеть.
Анна Филипповна прожила сто один год и умерла в доме престарелых в Воронеже.
Рядом жила Анастасия Павловна Цыбина – нянька Настя. Крупная, статная, сильная женщина с врождённой мудростью. Её родной сын погиб в детстве во время войны. При том взрыве пострадал и её брат Василий Павлович.
В старости баба Настя сломала ногу, долго лежала в больнице. Потом её забирали в Москву, но она вернулась в Павловск. После оформления завещания на дом её отправили в дом престарелых, где она и умерла.
Так повторилась одна и та же судьба.
Трагический узел рода
Эти строки записаны со слов Марии Михайловны Цыбиной, внучки Исая Ивановича. Люди говорили о ней просто: память у неё была удивительная. Она помнила не только имена и даты – она помнила характеры, судьбы, радости и утраты, словно всё происходило вчера. Итак.
Татьяна, родная сестра моего деда, связала свою жизнь с Павлом Суслиным. В их доме выросло шестеро детей:
Василий, Илья, Анастасия, Елизавета, Алексей и Николай.
Судьбы последних двух затерялись где-то в стороне – как это часто бывало в больших семьях и в непростые времена. Их ветви пока не удаётся восстановить, но память о них всё равно остаётся частью общего древа.
У Василия Павловича Суслина родились трое сыновей – Василий, Николай и Леонид.
А вот Илья Павлович, как с усмешкой вспоминала Мария Михайловна, женился «раз семьдесят» – такова была его беспокойная натура. У него было три дочери: Антонина, Ефросинья, которую в семье все звали Фросей, и ещё одна, чьё имя не сохранила память.
У Антонины была дочь Надежда. В поисках лучшей доли она уехала в Москву, взяв с собой ребёнка, а позже перевезла туда и Фросю. Когда Антонины не стало, именно Фрося стала для девочки второй матерью – вырастила свою племянницу с любовью и терпением.
Дом Фроси в Москве всегда был открыт для родни. Туда ездили часто. Моя сестра Галина, пережив гибель первого мужа, добивалась в приёмной ЦК КПСС справедливой пенсии для сына, родившегося уже после смерти отца – и добилась. Мама и её сестра Мария Тихомирова ездили туда же – за редкими товарами, за надеждой, за поддержкой.
Фрося, а потом и Надежда, встречали всех тепло и радушно, как умеют только родные люди.
Елена вышла замуж за Ивана Горяйнова, семью которого в округе знали под уличным прозвищем Корзаковы. У них было пятеро детей: Прасковья, Пелагея, Павел, Николай и, по воспоминаниям дочери Прасковьи – Нины Фёдоровны Анненковой, ещё и Татьяна.
Николай, по словам Марии Михайловны, погиб на фронте – одна из тех утрат, о которых говорили тихо и сдержанно, но которые болели всю жизнь.
Прасковья связала свою судьбу с Фёдором Лыковым. У них родилось двое детей – Нина и Александр.
Нина Фёдоровна стала женой Виктора Фёдоровича Анненкова. Всю жизнь она посвятила медицине, работала медсестрой, а долгие годы – старшей медицинской сестрой терапевтического отделения Павловской центральной районной больницы. Это была работа, требующая не только знаний, но и большого сердца.
Её муж, Виктор Фёдорович, трудился начальником АТС Павловского РУС – надёжный, ответственный человек своего времени.
У них родились два сына – Игорь и Вячеслав.
У Игоря – сыновья Денис и Руслан, у Дениса – дочь Ксюша, продолжение рода и новая надежда.
У Вячеслава Викторовича – сыновья Виктор и Даниил.
Судьба Даниила оборвалась трагически рано. В двадцать лет он погиб от удара электрическим током, помогая бабушке с ремонтом электрического котла. Он учился в престижном вузе, был сильным, талантливым спортсменом, подавал большие надежды. Такие утраты особенно остро ощущаются в семейной памяти – как незаконченная строка, как несказанное слово.
Так складывается память рода – из радостей и бед, из больших дорог и маленьких домов, из подвигов и повседневного труда. Пока мы помним имена и рассказываем эти истории, род продолжается – не только в крови, но и в слове.
Александр Фёдорович Лыков женился на Марии.
У них родились двое сыновей – Сергей и Виталий.
Сергей занимался привозом и продажей строительных материалов. В октябре 1999 года его жизнь трагически оборвалась. Он умер внезапно, на глазах у близких.
Хоронили его 18 октября.
31 декабря того же года умерла его мать Мария. Она долго болела, но смерть сына ускорила её уход.
А 8 марта 2000 года ушёл и отец – Александр Фёдорович, человек добрый, весёлый, с неизменным чувством юмора. Всю жизнь он проработал шофёром, много лет – в автобазе № 6.
За четыре месяца ушла почти вся семья.
Они похоронены рядом, у ограды, словно и после смерти не захотели расставаться.
Виталий Александрович женился на Любе. У них двое детей – Юлия и Артём. Он продолжает дело старшего брата.
Те, о ком почти ничего не известно
В каждом роду есть имена, о которых говорят тихо.
Не потому, что они были неважны, а потому что память о них не сохранилась.
О судьбе Полины и Марии – дочерей Филиппа и Варвары Горяйновых – известно совсем немного. Считается, что Полина выходила замуж, но умерла молодой. О Марии не осталось почти никаких сведений – только имя.
Есть в роду и другие судьбы, дошедшие до нас лишь строкой или упоминанием:
Пелагея и её дети – Татьяна, Мария, Прасковья, Виктор.
Павел Горяйнов, его сын Иван – тракторист, и его дети.
Тихон Павлович, живший в Воронцовке, и его дети.
Имена есть. Жизни были.
Но слова о них не дошли.
И, наверное, это тоже часть памяти рода – принимать не только то, что знаем, но и то, что утрачено навсегда.
РОДОВАЯ СХЕМА ВЕТВИ ИСАЯ ИВАНОВИЧА.
│
├── Татьяна ── Павел Суслин
│ │
│ ├── Василий Павлович
│ │ ├── Василий
│ │ ├── Николай
│ │ └── Леонид
│ │
│ ├── Илья Павлович
│ │ ├── Антонина
│ │ │ └── Надежда
│ │ ├── Ефросинья (Фрося)
│ │ └── (имя утрачено)
│ │
│ ├── Анастасия Павловна (Цыбина)
│ ├── Елизавета Павловна
│ ├── Алексей Павлович (ветвь утрачена)
│ └── Николай Павлович (ветвь утрачена)
│
└── Елена ── Иван Горяйнов (Корзаковы)
│
├── Прасковья ── Фёдор Лыков
│ ├── Нина ── Виктор Фёдорович Анненков
│ │ ├── Игорь
│ │ │ ├── Денис
│ │ │ │ └── Ксюша
│ │ │ └── Руслан
│ │ └── Вячеслав Викторович
│ │ ├── Виктор
│ │ └── Даниил †
│ └── Александр
│
├── Пелагея
├── Павел
├── Николай † (погиб на фронте)
└── Татьяна
Родная веточка
И наконец – моя родная, прямая веточка. Та, что идёт прямо ко мне, через память сердца, через бабушкины рассказы, через семейные утраты и радости.
Мой дедушка, Василий Филиппович Горяйнов
(27 февраля 1893 – 8 марта 1963),
женился на моей любимой бабушке – Анастасии Михайловне Стрелковой
(7 ноября 1893 – 2 мая 1970).
Бабушкина семья жила в Верхней Гнилуше, на так называемой Середке. В округе их знали по уличному прозвищу – Князевы. Семья была большая: у бабушки родилось девять детей. Но выжили лишь четверо – так сурово распорядилась жизнь.
Имена всех детей уже не сохранились полностью. Моя мама, Мария, девятая по счёту, родилась 3 февраля 1929 года. Она застала в живых только троих братьев:
Павла (1913 г.р.), Дмитрия (1923 г.р.) и Григория (1924 г.р.).
Между Павлом и Дмитрием, а также между Григорием и Марией были ещё дети. Бабушка вспоминала их имена: Иван, Митрошка, Микита (Никита), Алёшка.
Трое умерли, как рассказывала бабушка, на одной неделе – «от живота», вероятно, от дизентерии.
Ещё один ребёнок погиб, сорвавшись то ли с дерева, то ли с крыши – он страдал лунатизмом.
Девочка умерла совсем крошечной, сразу после рождения.
Продолжение рода дали лишь две ветви – от Павла Васильевича, самого старшего сына, и от Марии Васильевны, самой младшей дочери.
Григорий погиб совсем молодым на фронте – либо 29 октября 1944 года, либо в январе 1945-го (в этом месте память даёт сбой). Ему было всего 20 лет.
Дмитрий, мой любимый крёстный Митя, с юности страдал расстройством мозжечка – в школьные годы они с одноклассником «проверяли голову на крепость», бились затылками о стену. Позже добавился тяжёлый сахарный диабет. Он женился на женщине по имени Алла, но уже через неделю она ушла, забрав с собой все свадебные подарки.
Ветвь Павла Васильевича
Павел Васильевич Горяйнов
(2 марта 1913 – 3 сентября 1980)
женился на Агриппине. Жили они тогда в Верхней Гнилуше. У них родились три дочери:
Любовь Павловна (20.03.1936 – 1996),
Татьяна Павловна (11.03.1948 – 29.11.2014),
Мария Павловна (25.05.1949).
Любовь Павловна вышла замуж за Артёма Николаевича Едрышова.
У них родилось двое детей – Сергей и Валентина.
Сергей Артёмович женился на Валентине. У них двое детей – Карина и Дмитрий.
Карина сейчас во втором браке, у неё трое детей: Елизавета, Даниил и …
У Дмитрия дети от двух браков: сын Артём и дочери Анна и Есения.
Валентина Артёмовна вышла замуж за Виктора Жукова.
У них одна дочь – Марина, у Марины – сыновья Денис и Егор.
Ветвь Татьяны Павловны
Татьяна Павловна Горяйнова вышла замуж за Ивана Михайловича Трегубова.
У них двое детей – Елена и Виталий.
Елена Ивановна стала женой Михаила Коренцова. У них родился сын Виталий, который недавно женился, и у него появился сын Евгений.
Виталий Иванович женился на Светлане.
У них трое детей – Алина, Дарина и Данис.
Алина замужем за Никитой Чумаковым, у них родилась дочь Ульяна.
Ветвь Марии Павловны
Мария Павловна Горяйнова вышла замуж за Владимира Крыськина (фамилия отчима).
У них родились две дочери – Наталья и Людмила.
Наталья вышла замуж за Андрея Малахова, у них трое детей – Павел, Мария и Валерия.
Людмила вышла замуж за Ивана Привалова, у них двое детей – Полина и Дарья.
На этой ветви фамилия Горяйновых завершилась.
Ветвь Марии Васильевны – моей мамы
Мария Васильевна Горяйнова, моя мама, в 1953 году вышла замуж за Георгия Ивановича Кириченко, моего отца.
И по этой ветви фамилия Горяйновых также завершилась.
У родителей родилось четверо детей:
Галина (31.12.1954 – 15.04.2020),
Юрий (8.07.1956 – 18.07.1959), умер в три года от лейкемии,
Зоя (15.07.1960) – это я,
Любовь (4.09.1963).
У Галины Георгиевны трое детей от двух браков:
Андрей Николаевич Ендовицкий (1979),
Евгений Александрович (18.11.1982 – 1.12.2012),
Мария Александровна (1987).
У Андрея – сын Артём.
У Евгения – дочери Татьяна и Милена.
У Марии детей пока нет.
Моя ветвь
Я, Зоя Георгиевна Баркалова, вышла замуж 25 июля 1981 года за Виктора Ивановича Баркалова.
У нас трое детей:
Анастасия (1982),
Алексей (31.03.1984 – 08.03.2025),
Александр (1988).
Анастасия вышла замуж за Сергея Александровича Бондарева. У них двое сыновей – Александр и Дмитрий.
Алексей женился на Ольге Сергеевне Барановой, у них дети Сергей и София.
Александр женился на Татьяне Сергеевне Барановой, у них дочь Вероника и сын Вячеслав.
Ветвь Любови Георгиевны
Любовь Георгиевна вышла замуж за Игоря Викторовича Хохлова.
У них двое детей – Ксения и Диана.
Ксения замужем за Алексеем Полуэктовым, у них трое сыновей – Данила, Максим и Марк.
Диана была замужем за Вениамином Петровым (умер 8.07.2022). У них родились дочери-двойняшки – Ева и Алиса.
Итог
Итак, если подвести промежуточные итоги:
у бабушки Насти и дедушки Васи было шестеро внуков, вернее – внучек.
Род пополнился 14 правнуками и 28 праправнуками.
И пока мы помним имена – род живёт.
БОКОВАЯ ВЕТВЬ
Исая Ивановича Горяйнова
Эта ветвь идёт от Исая Ивановича Горяйнова – сына моего прапрадеда Ивана, родного брата прадеда Филиппа и дяди моего дедушки Василия.
О нём и его семье много рассказывала Мария Михайловна Цыбина, 1923 года рождения, старейшина нашего рода.
Исай Иванович был женат на Ефросинье. В их семье родился сын Михаил и дочери – Марфа, Агафья, Анастасия, Наталья и Анна.
Потомки дочерей Исая Ивановича
У Марфы Исаевны было трое родных детей – дочь Евдокия и сыновья Иван и Яков Горяйновы, а также приёмные дети, которых в семье воспитывали как своих.
Анастасия Исаевна вышла замуж за Козьму. В их семье выросли сыновья:
Яков Исаевич (работал директором),
Пётр Исаевич (невропатолог в Воронеже),
Иван, Алексей,
и дочери Прасковья и Татьяна.
Агафья Исаевна, выйдя замуж, уехала в Семикаракоры. Там у неё родились двое сыновей и две дочери – Анна и Мария. Оба сына воевали в Великую Отечественную войну: один погиб, второй вернулся с фронта. Анна умерла молодой – замуж выйти успела, но детей не оставила.
Наталья Исаевна Горяйнова, в замужестве Сырых, родила семерых детей:
Василия, Михаила, Якова, Ивана, Фёдора, Марию и ещё одного ребёнка, имя которого память не сохранила.
Ветвь Михаила Исаевича
Михаил, сын Исая Ивановича, женился на Александре из Русской Буйловки. Мама звала её тёткой Санюхой. В детстве семьи наших предков жили одним двором, вели общее хозяйство, занимались земледелием – жили просто и трудно, как все тогда.
У Михаила и Александры было пятеро детей:
Иван (1921 г.р.),
Василий,
Сергей,
Николай,
и дочь Мария.
Ивана призвали в армию ещё до войны. Во время Великой Отечественной он воевал в блокадном Ленинграде, служил политруком штаба и погиб.
Судьба Василия оборвалась особенно трагично. В десять лет его придавило песком в песчаном карьере. Это случилось на Николу вешнего, 21 мая, в воскресенье. Дети часто бегали туда кататься с кручи, как с горки. В тот день обрушилась песчаная глыба. Под ней оказались трое мальчишек:
Василий Горяйнов,
Саша Лыков,
Володя Яковлев из Павловска – всем было по десять лет.
Их искали всем селом. Родители ходили к гадалкам, и каждая говорила своё. Лишь один старик сразу сказал правду: мальчиков нет в живых.
Нашли их случайно только через четыре дня, в четверг: один мальчик с отцом поехали за песком, и ребёнок решил прокатиться с кручи – так и наткнулся на тела.
Сергей умер ещё младенцем – в шесть месяцев.
Николай прожил чуть больше года.
Но, как вспоминали в семье, все дети были крещёные.
Дочь Мария вышла замуж за Кузьму Родионовича Цыбина. У них родились два сына – Владимир и Николай.
Владимир умер, не оставив потомства.
У Николая и его жены Татьяны было четверо детей – Андрей, Марина, Ольга и Женя.
У Ольги Цыбиной (в замужестве Богдановой) родился сын Вадим.
ДЕД ИСАЙ
О самом Исае Ивановиче в семье сохранилось особое, тёплое воспоминание. Это был человек яркий, запоминающийся. Крепкий мужик, хороший столяр и плотник, настоящий хозяин.
Следуя крестьянской мудрости – готовь сани летом, а телегу зимой – в шестьдесят лет он сбил себе гроб впрок, покрасил его чёрной краской и поставил на чердак.
Случай понадобился только через сорок пять лет, когда дед Исай умер своей смертью, от старости. А все эти десятилетия гроб стоял на чердаке и наводил ужас на ребятишек, которые, играя в прятки, иногда туда забирались.
Если же говорить серьёзно – Исай Иванович Горяйнов прожил 105 лет, долгую, насыщенную жизнь.
ДВА БРАТА – ДВЕ СУДЬБЫ
Филипп и Исай были родными братьями и жили одним двором. У каждого – большие семьи. И удивительное совпадение: у каждого был один сын и пять дочерей. Дочерей отдавали «на сторону», а сыновья оставались жить в родовых хатах.
Сын Филиппа – Василий, мой дед, был богатырского телосложения, с рыжеватыми волосами и роскошными усами. Лицо – славянское, глаза – с лукавинкой, всегда будто смеющиеся. Так говорила моя мама.
Когда пришло время женить сына, отправились сватать Настеньку Стрелкову (по-уличному – Князеву), жившую с родителями на середке в Гнилуше, в самом центре села. У неё были иссиня-чёрные волосы, заплетённые в тугую косу. Характер – покладистый, смирный, добрая душа и большая труженица.
Бабушка Настя потом вспоминала: когда увидела жениха – рыжего, конопатого – расплакалась и убежала из избы, умоляя мать, Дарью Алексеевну, не отдавать её за этого рыжего.
– Доченька, стерпится – слюбится, – уговаривала мать. – Василий из хорошей семьи, хозяйство крепкое. Нищету трепать не будешь.
Как сложилось дальше – подробностей уже не знаем. Но бабушка Василия полюбила и уважала крепко. Муж её не обижал, был мастером на все руки: плотником, кровельщиком, жестянщиком, печником.
Потом бабушка не раз говорила:
– Гляну на своего Васю – ну какой же он у меня хороший. Лучше всех.
Значит, слюбилось.
Дети пошли один за другим. Первым родился Павел в 1913 году. Потом были и другие дети, умершие в младенчестве.
Свёкор и свекровь очень любили Настю, не могли нарадоваться на невестку. Бабушка рассказывала: бывало, идут они в воскресенье на ярмарку, купят гостинцев – а свёкор тайком сунет ей пряники под подушку, сюрпризом.
Но жизнь сладкой не была. Большое хозяйство: лошади, коровы, быки, овцы, козы, птица. А потом случилась беда – свекровь Варвара пошла доить корову, и её хватил удар. Девять лет бабушка Настя ухаживала за лежачей свекровью. И никогда не роптала.
Она была человеком редкой доброты – таким, кто способен согреть всех вокруг.
После смерти жены Филипп Иванович так и не женился. Односельчане прозвали его Одиноким, а потом и всю семью стали звать Одиноковыми.
ТАЙНА ПРОИСХОЖДЕНИЯ
О том, что отец был дворянином, мама узнала ещё в советские времена – тихо, шёпотом. Об этом ей сказала тётя Таня Киндякова, мать того самого Киндякова, у которого после перестройки в Павловске появились магазины «Пчёлка» и «Тысяча мелочей».
В те годы о дворянских корнях лучше было не знать. Потом и другие родственники подтвердили это, уже после смерти бабушки и дедушки. Мама рассказала мне – тоже почти шёпотом.
Тогда я не поверила. Думала, путают дворянина с кулаком.
И лишь совсем недавно то же самое сказала Мария Михайловна Цыбина, старейшина рода. Я начала искать корни – и нашла.
Оказалось, всё просто, давно известно и всегда было рядом.
ДЕДУШКА ВАСЯ И БАБУШКА НАСТЯ
Мой дед, Василий Филиппович Горяйнов, родился 27 февраля 1893 года в селе Гнилуша Павловского уезда Воронежской губернии. Женился он, по всей видимости, в 1912 году – потому что уже 2 марта 1913 года родился его старший сын Павел.
По рассказам бабушки Насти я знаю, что дед был на трёх войнах. Как она говорила – воевал в германскую (Первую мировую), Гражданскую и Великую Отечественную. Так уж, видно, было определено Богом: основные тяготы жизни ложились на плечи мужчины – он и пахарь, и воин.