Дочери маяка Птичьего острова

Christie Barlow

THE LIGHTHOUSE DAUGHTERS OF PUFFIN ISLAND

© Christie Barlow, 2025

© Школа перевода Баканова, 2026

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

Посвящается Эндрю Снуку.

Мы знакомы уже больше двадцати пяти лет, и вот теперь тебе стукнуло 60!

Я не знала, что подарить человеку, у которого, кажется, есть все.

В итоге ничего лучше не придумала, чем посвятить тебе эту книжку

Пролог

– Туман сгущается, – сказала Бетти Роуз, глядя на Голубую бухту из окна дома смотрителя.

Жители острова под названием «Птичий» давно привыкли к сильным штормам. Красно-белая башня маяка в шестистах ярдах от пристани вырисовывалась надежным оплотом на фоне грозового неба. Фонарь неустанно мигал, прорезая густую мглу, его вращающийся луч выхватывал из тени рваные клочья тумана.

– Маку сегодня не продохнуть, но надеюсь, Эрик скоро вернется! Как подумаю, что он в море в такую погоду!.. – Сжимая в ладонях кружку, она выискивала взглядом знакомую фигуру мужа в большой рыбацкой штормовке.

– Сейчас не до тумана! Я, кажется, рожаю.

Резко обернувшись, Бетти увидела в дверях Сельби – та с болезненной гримасой держалась за живот.

Хлоп!

Воды отошли, будто прорвало плотину. Еще минуту назад подруги мирно пили чай с пирожными, а теперь стояли посереди гостиной в луже.

– Я еще с утра почувствовала себя странно.

– Сильно болит?

– Спрашиваешь! Очень! – Живот свело новой судорогой, и Сельби поморщилась.

– Схватки частые?

– Более чем.

Еще раз с надеждой взглянув в окно, Бетти поспешила к таблице приливов на стене. Быстро провела пальцем по датам в левой колонке. Остановившись на нужной, проследила время приливов.

– Сельби, акушерка сюда не доберется! Дамбу уже затопило, и туман сгущается!

Сельби вновь застонала, схватившись за живот.

– Надо предупредить Мака!

Мак Синтон был главным смотрителем маяка Птичьего острова – так же, как его отец, дед и прадед. У него было три помощника – они работали посменно, шесть недель через две. Супруги ждали первенца, и Мак подгадал отпуск под предполагаемую дату родов. Однако ребенок решил появиться на свет раньше срока.

Погода ухудшалась с каждой секундой, а значит, дел у Мака невпроворот. Никто на маяке не станет вглядываться в сторону пристани. А если и станет, не разглядит семафорные флажки. Один из смотрителей будет подавать туманный сигнал, другой – заниматься фонарем. В любом случае Мак не сможет покинуть пост в такую погоду. Сегодня безопасность судов превыше всего.

Бетти знала, что вот-вот начнут подавать туманные сигналы. С равными интервалами стрелять из пушки, чтобы направить корабли по безопасному курсу.

– Вряд ли получится предупредить Мака, – тихо сказала она.

– Бетти, давай попытаемся. Он должен знать! – взмолилась Сельби.

Бетти на секунду задумалась.

– Хорошо, я попробую! – решила она.

Метнувшись в прихожую, она накинула куртку, сунула ноги в сапоги, схватила перчатки.

– Где флажки?

Сельби указала на сумку возле комода.

– Я минут на десять – не больше! Ты пока ложись. Постарайся не волноваться.

Сельби кивнула.

– Помнишь, как ими пользоваться?

– Конечно. Я же стояла рядом на пирсе, когда ты сигналила Маку в первые месяцы его работы.

Таков был еженедельный ритуал, с помощью которого смотрители получали вести от родных.

Каждое воскресенье в десять утра друзья и родственники работников маяка приходили в гавань и, стоя на краю пирса, сообщали новости с помощью флажковой азбуки, а смотрители наблюдали через телескоп. Каждой букве соответствовало определенное положение красных и желтых сигнальных флагов.

Закинув сумку на плечо, Бетти распахнула входную дверь и поспешила на пирс. Шторм разгулялся, в прибрежных скалах завывал ветер, волны с грохотом разбивались о камни. Заняв привычное место, она начала подавать сигналы, отчаянно размахивая флажками, чтобы привлечь внимание людей на маяке. Руки Бетти метались в бешеном танце, букву за буквой выписывая срочное послание.

С-Е-Л-Ь-Б-И-Р-О-Ж-А-Е-Т

Ответа не было – даже намека на то, что кто-то на маяке ее заметил. Впрочем, неудивительно: погода портилась и им явно есть чем заняться.

– Что ты тут делаешь? В такой-то холод! – Обернувшись, Бетти увидела, как к ней приближается ее муж Эрик. – Мы еле причалили. Жуткий шторм! Скорей бы добраться до дома и растопить камин.

– Сельби… У нее начинаются роды. Я хотела сообщить Маку, но ничего не выходит.

– Немудрено. У него сейчас дел по горло.

В ту же секунду раздался первый пушечный выстрел, заставив Бетти подпрыгнуть от неожиданности.

– До Мака сейчас не достучишься.

Бетти слегка наклонилась вперед и поцеловала мужа.

– Акушерка не сможет пересечь дамбу, мне придется принять ребенка самой.

– Могу я чем-то помочь?

– Отвези меня к маяку! – Обернувшись, Бетти и Эрик увидели укутанную в плащ Сельби. – Мне нужен Мак.

Бетти взяла подругу за руку.

– Сельби Синтон, ты сошла с ума. Это слишком опасно! Из пушек стреляют, туман сгущается. К тому же море неспокойно.

– Пожалуйста! Здесь недалеко.

Эрик перевел взгляд с Бетти на Сельби и обратно.

– Не думаю, что…

– Пожалуйста! – упрашивала Сельби. – Я хочу быть рядом с мужем. Я не могу рожать без него.

Бетти даже представить не могла, насколько испугана Сельби – до конца срока оставалось еще три недели.

– Если ты меня не повезешь, я буду грести сама! – заявила Сельби, однако очередная схватка заставила ее испустить крик, который можно было спутать с воплями носящихся вокруг чаек.

– Эрик, выводи лодку! – решилась Бетти. – Я еду с тобой, – добавила она, обращаясь к Сельби. – Ты не можешь рожать одна.

Эрик с сомнением смотрел на море. До маяка и вправду недалеко, но, если с Сельби что-то случится, он себя никогда не простит… и Мак тоже. Вновь прогремел выстрел из пушки.

– Скорее, Эрик! Выводи лодку, пока еще хоть что-то видно, – скомандовала Бетти.

Эрик припустил к лодочному сараю, отвязал одну из лодок и, прихватив пару весел, поволок ее по песку к воде. Затем помог забраться Сельби – та сразу сжалась в комок, обхватив колени.

– Ох, не нравится мне эта затея! – шепнул он Бетти.

– Мне тоже, но что еще мы можем сделать? Только отвезти ее – и поскорей.

Они переглянулись, затем Бетти залезла в лодку и взяла Сельби за руку. Море было неспокойным, воздух обжигал холодом – за последний час температура значительно упала.

Эрик столкнул лодку на воду, вброд преодолев отмель, сел внутрь и принялся размашисто грести.

Он молча работал веслами, Сельби изредка тихо постанывала; вскоре они подплыли к маяку, и Эрик ухватился за веревку на краю пристани.

– Бетти, вылезай первой. Смотри, не раскачивай лодку.

Выбравшись на пристань, Бетти подала руку подруге. Сельби медленно поднялась по лестнице. Эрик вылез последним, предварительно привязав лодку.

– Спасибо, что довез нас целыми и невредимыми! – Бетти тронула Эрика за рукав, а затем посмотрела вверх, на башню.

– Когда вас забирать?

Бетти взглянула на Сельби.

– Наверное, через сорок восемь часов. Я оставила флажки на пристани. Захвати их, пожалуйста, и посигналь нам завтра около десяти. Я сообщу, как дела.

Кивнув, он поцеловал жену. Все трое подпрыгнули от очередного выстрела, за которым последовал вой сирены.

– Зачем включили сирену? – забеспокоилась Бетти.

– Должно быть, лодка сбилась с пути и подошла слишком близко к скалам. Идите внутрь, помоги Сельби устроиться, – ответил Эрик.

В этот момент раздались крики – они узнали голос Мака.

– Мак! – звучно окликнул Эрик. – Мак!

Перед ними появился встревоженный Мак. Он переводил взгляд с одного лица на другое, будто не веря своим глазам.

– Что вы тут делаете? – Его взгляд остановился на Сельби. – Что случилось?

– Роды начались. Я не хотела быть одна.

Шумно выдохнув, Мак заключил жену в объятия.

– Иди в мою комнату. В шкафу чистые полотенца. Я вернусь, как только смогу, у нас проблема.

Мак вздрогнул и оглянулся при звуке очередного выстрела.

– Лодка налетела на скалы. На борту, вероятно, есть женщины и дети… – Мак явно колебался. – Мне очень жаль, но я должен идти, надо им помочь. – Он вновь обнял Сельби. – Я люблю тебя. – Он попятился и через секунду исчез в тумане.

– Мак, подожди, я с тобой! – Эрик поспешил за ним. Бетти едва успела крикнуть ему вслед:

– Будь осторожен!

Глядя на винтовую лестницу, ведущую в жилые комнаты, Бетти подумала, что преодолеть эти ступени сложнее, чем родить.

– Справишься?

Сельби взглянула наверх.

– Придется.

Медленно, держась за перила и отдыхая через каждые две ступени, она начала подъем.

– Еще немножко! – подбадривала Бетти.

Когда они добрались до следующего пролета, Сельби указала на комнату Мака.

Бетти открыла дверь. Ее встретили серые, как туман за окном, стены и аскетичная обстановка: узкая кровать, платяной шкаф и тумбочка с фотографией Сельби. К счастью, в помещении было натоплено.

Бетти подвела Сельби к кровати. Присев на краешек, та сняла шарф и выбралась из плаща, который Бетти быстро повесила на дверной крючок.

– Я не могу согнуться! – беспомощно произнесла Сельби, глядя на свои ботинки.

Бетти улыбнулась, сняла с нее обувь и взбила подушки.

– Как лучше – лежа или полусидя?

Сельби чуть подвинулась и легла.

– Удобней уже не будет.

– Нам обеим это впервой. Я ни разу не принимала роды, а ты ни разу не рожала.

– Хочешь, поменяемся? – слабо улыбнулась Сельби.

– Уже не получится. Я принесу чистые полотенца и воду. Скоро вернусь.

Сельби судорожно вцепилась в простыни, когда ее настигла следующая схватка. Судя по их частоте, ребенок действительно был на подходе.

– Мне нужен Мак! – прокричала она.

Бетти появилась в дверях со стопкой полотенец и поставила рядом с кроватью таз с водой. Смочив тряпку, протерла лоб Сельби.

– Он придет, как только освободится, – успокаивала она, – а пока…

Сельби в приступе боли вновь схватилась за живот – было понятно, что ребенок не заставит себя ждать. Согнув колени, она подняла юбку, а Бетти помогла ей снять колготки и белье.

– Я посмотрю, что там происходит. Можно?

Сельби кивнула, до онемения сжав руку Бетти.

– Он выходит! – крикнула Сельби, корчась от боли.

– Успокойся. Дыши, дыши. Ты молодец!

– Я хочу тужиться.

– Дождись схватки и тужься!

Схватка вскоре пришла. Сельби стонала, Бетти вытирала ей лоб, держа за руку. Затем проверила вновь.

– Головка показалась! Я вижу голову.

– Надо еще раз потужиться.

Ребенок не терял времени. По искаженному лицу подруги Бетти поняла, что началась новая схватка. Сельби тужилась изо всех сил. Упершись ногой в руку Бетти, она издала гортанный рык. Последнее усилие – и скользкий живой комочек оказался в руках Бетти. Та быстро очистила рот и носик младенца от слизи. Раздался крик, и Бетти облегченно выдохнула.

Слезы облегчения катились по щекам изможденной Сельби.

– Это девочка, и она такая красивая! – Завернув новорожденную в полотенце, Бетти протянула ее Сельби.

На лестнице раздались торопливые шаги.

– У нас дочка! – крикнула Сельби.

Обе ожидали увидеть в дверном проеме Мака. Однако появился убитый горем Эрик.

– Бетти, можно тебя на минуту?

Поняв по его лицу, что случилось нечто ужасное, Бетти с тяжелым сердцем вышла, прикрыв за собой дверь.

– В чем дело? Что случилось?

– Не знаю, как сказать… – шепнул Эрик, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. – Мака смыло в море, когда он пытался помочь людям в разбившейся о скалы лодке.

Бетти, зажмурившись, припала к груди мужа, затем медленно отстранилась.

– Хочешь сказать, Мак погиб?

– Да, – кивнул Эрик. – Он не выплыл. Его смыло волной, и мы потеряли его из виду. Никто не мог его спасти.

Бетти взглянула на дверь, потом опять на Эрика. Проглотив ком в горле, она смахнула слезы, глубоко вздохнула, медленно зашла в спальню и прикрыла за собой дверь. Через пару секунд до Эрика донесся душераздирающий вопль Сельби.

Глава первая

До открытия галереи оставалось полчаса, и Дилли Уотерс решила убить двух зайцев, заскочив в кондитерскую в конце Лайтхаус-лейн. Тихо звякнул колокольчик над дверью, и Дилли окутал аромат свежих булочек.

– Клемми! – окликнула Дилли. Ее лучшая подружка, как всегда увлеченно, раскладывала выпечку. – У тебя случайно не найдется винтажной декоративной вазы? И сдобу с корицей, пожалуйста!

– Ты пришла по адресу! Сдоба с корицей… – Клемми положила булочку в пакет. – Какого размера ваза тебе нужна?

– Хороший вопрос. Я не уверена. Маленькая, средняя или большая. Зависит…

– От чего? – Клемми заметила хитрый блеск в глазах Дилли. – Делайла Уотерс, я по лицу вижу: ты что-то задумала! – Она с подозрением прищурилась. – Что-то… дерзкое.

Дилли оглянулась через плечо и, убедившись, что никто не слышит, шепнула:

– Даже не представляешь, насколько дерзкое! Ваза должна прикрыть… член.

– Что-что? Я не ослышалась?

– Нет. Только не знаю, насколько большим он будет.

– Чей член? – удивленно воззрилась на нее Клемми. – Я требую объяснений.

– На следующем мастер-классе, – улыбаясь, продолжила Дилли, – я решила внести немного разнообразия. У меня давно появилась идея.

– Дополнить вазу с фруктами голым мужчиной?

– Совершенно верно!

– Совсем рехнулась. Кто сообщает с утра такие новости?

Дилли хихикнула.

– Будет весело! Дружеская компания, пара бокальчиков просекко, творческое вдохновение и немного неловкости.

– Уверена, останутся бессмертные шедевры и воспоминания на всю жизнь!

– Все будет чинно и благородно! Натурщика я запросила в агентстве. Остается только набрать желающих. Думаю, получатся хорошие посиделки вроде девичника.

– Запиши меня! – тут же решилась Клемми. – Девчонок тоже упрашивать не придется. Амелия и Робин точно придут, Верити как-нибудь уговорим.

Амелия, Клемми и Дилли дружили всю жизнь. Выросли на острове, вместе учились в колледже. Амелия, мечтающая стать писательницей, владела «Лавкой сказок» – книжным магазином на Лайтхаус-лейн. Робин была главным пекарем в пекарне «Пляжная». Робин поселилась на Птичьем острове десять лет назад и уже стала его неотъемлемой частью. Верити приехала совсем недавно, но моментально влилась в компанию. Она работала ассистенткой в ветеринарной клинике на утесе.

– Чудесно!

– Как дела в галерее?

– Очень хорошо. Картины разлетаются, не успеваю рисовать, но вечера все равно свободны, а мне нельзя сидеть без дела, не то опять раскисну… – Лицо Дилли омрачилось.

– Правильно, ты молодец! – поддержала ее Клемми.

– Без вас я не справилась бы. Порой бывает нелегко, но я стараюсь себя хвалить, гордиться успехами.

– Правильно! Ты талантище и ни в чем не виновата! Напоролась на афериста, вон их сколько развелось. Этот красавчик знал, что делает.

Пару лет назад жизнь Дилли Уотерс круто изменилась: один известный музыкант, гостивший на острове, приобрел у нее несколько картин с излюбленным сюжетом – море, причудливые маяки и яркоклювые тупики. «Нетфликс» снял об этой поездке документальный фильм, после выхода которого Дилли проснулась знаменитой – ее приглашали на радио и утренние передачи, узнавали на улице. Социальные сети ломились от запросов в друзья, в некогда тихой галерее на Птичьем острове не было отбоя от посетителей, а картины буквально сметали со стен – она едва успевала рисовать новые.

Несколько месяцев спустя в галерею забрел сногсшибательно красивый и обаятельный мужчина, который моментально привлек внимание Дилли. Пошитый на заказ костюм идеально сидел на спортивной фигуре, а на губах играла очаровательная улыбка. Он покорил Дилли сразу – непринужденностью, искренним интересом и тонким флиртом. Они влюбились друг в друга без памяти, и он быстро переехал к ней.

Однако, как часто случается в жизни, все оказалось слишком хорошо, чтобы быть правдой, и красивая история окончилась грандиозным провалом.

– Я едва не отдала этому мерзавцу наследство. Еще бы чуть-чуть!.. – Дилли сблизила большой и указательный пальцы, демонстрируя, насколько была к этому близка. – Как я могла так втрескаться – по самые уши!

– Мне он никогда не нравился, – призналась Клемми.

– Он почти никому здесь не нравился. Даже папе!

– Откуда тебе было знать, что Джайлс Фокс – профессиональный любовный аферист. К тому же серьезно настроенный.

– Он разбил мне сердце, я теперь совсем не доверяю мужчинам.

– Это пройдет, хотя, наверное, нужно время. Еще бы. Такое быстро не забывается.

– Что ж, буду пока развлекаться уроками живописи. Ты повесишь мое объявление на доске?

– Конечно! Готова спорить, твои уроки будут очень популярными.

– Надеюсь. Спасибо.

– Уроки? Какие уроки?

Бетти, бабушка Клемми и владелица кондитерской, появилась в дверях, как всегда, с широкой улыбкой на лице.

– У Дилли скоро новый мастер-класс, тебе понравится! – хитро сказала Клемми.

– Я горе-художник, даже человечка не нарисую.

– Как раз человечка мы и будем рисовать, точнее срисовывать… с натуры, – загадочно поправила Дилли.

– В моем возрасте натурой уже не удивишь. Подожди-ка! – Бетти, оглянувшись, понизила голос. – Ты имеешь в виду обнаженную натуру?

– Совершенно верно.

– Да, мы будем рисовать голого мужчину с вазой фруктов, прикрывающей неприличные места, – пояснила Клемми.

– Я попросила Клемми набрать желающих. Вас записать, Бетти?

Бетти покраснела, и Клемми с Дилли расхохотались.

– Разумеется! Пожалуй, попробую еще раз побаловаться живописью. – Она подмигнула. – Такое развлечение я не пропущу.

– Моя бабуля лучше всех!

Бетти, шутливо пихнув внучку в бок, вновь повернулась к Дилли.

– Твой мастер-класс станет главным событием на острове. Кстати, вы читали газету? Там есть кое-что интересное. – Она указала Дилли на статью. – С этим местом у тебя многое связано.

Дилли увидела заметку:

Не упустите шанс стать владельцем маяка Голубой бухты, расположенного в шестистах ярдах от гавани Птичьего острова.

Восьмиэтажная башня высотой 110 футов была воздвигнута в 1830 году. Автоматизированный одним из первых – в 1920-х годах, – маяк проработал аж до 1993-го. В 1985-м здание признали памятником архитектуры. Недавно его отремонтировали, и оно пригодно как для жилья, так и для коммерческих нужд.

На первом этаже расположена гостиная, на втором, третьем и пятом – спальни, а на четвертом – большая ванная комната с викторианской ванной и великолепным видом. Шестой и седьмой отведены для столовой и кухни, а наверху вы найдете фонарную площадку и балкон, с которого открывается чудесный вид на море.

– «Маяк продадут с аукциона через несколько недель», – удивленно прочла Дилли. – Невероятно! Так скоро!

– Заманчиво, правда? – спросила Бетти. – Разумеется, учитывая историю твоей семьи. Твой дедушка много лет был главным смотрителем, и именно там родилась твоя мама.

– Я всегда думала – продадут ли его когда-нибудь. Говорила об этом с мамой перед ее смертью. Мы с ней гадали – как там внутри.

– А твой папа? Он владеет лодочной станцией, как думаешь, ему будет интересно? – спросила Клемми.

– Вряд ли, а вот мне очень хотелось бы туда заглянуть.

– Пожалуйста! – Клемми указала на конец статьи. – В понедельник день открытых дверей для потенциальных владельцев.

– Потенциальных владельцев… – задумчиво повторила Дилли, подходя к окну и глядя на маяк.

Клемми и Бетти присоединились к ней.

– Твой дедушка трагически погиб, – тихо сказала Бетти. – Как сейчас помню ту ужасную ночь… – Голос ее дрогнул. – Едва родив, Сельби узнала, что Мак отдал жизнь, спасая пассажиров налетевшей на скалу лодки. Такого шторма на Птичьем острове никогда не было!

– Какой ужас. В один момент дать жизнь ребенку и потерять мужа… Представить не могу, – с сочувствием пробормотала Клемми.

Бетти вытирала слезы платочком.

– Сельби была необыкновенной женщиной, очень сильной. Таких больше нет. Не знаю, как она справилась…

– Вероятно, с помощью таких верных подруг, как вы, – сказала Дилли. – Она была лучшей бабушкой на свете. Она ведь осталась на острове после рождения мамы?

– Да, Сельби с Евой остались. К сожалению, после гибели Мака их выселили из домика смотрителя. Так уж принято – жилье переходит вместе с должностью. Сельби пришлось расстаться с местом, хранившим столько воспоминаний о Маке – с их общим домом. Эта потеря заново разбила ей сердце. Мы, конечно, поддерживали и помогали, кто чем может. Она работала на нескольких работах, чтобы свести концы с концами, – вечером официанткой в пабе, днем уборщицей в отеле, в выходные помогала мне в кондитерской. Мы по очереди сидели с Евой. Примерно год Сельби с дочкой жила у подруг. Потом сняла домик у моря, где, как вы знаете, и провела остаток жизни.

– Ей, наверное, было тяжело каждое утро видеть маяк, – заметила Дилли.

– Напротив. Сельби верила, что Мак приглядывает за ними с башни.

– Вы не знаете, кто из местных будет участвовать в аукционе? – спросила Клемми.

Бетти пожала плечами.

– Не слышала, чтобы кто-то интересовался, но думаю, даже если есть желающие, они пока предпочтут помалкивать. Интересно, что будет! А почему ты спрашиваешь? Уж не думаешь ли сама поучаствовать?

Дерзкая мысль действительно закралась Дилли в голову, как только Бетти указала на статью. По правде говоря, она уже мысленно прикидывала, хватит ли у нее средств. Дилли мечтала о сети галерей по всей стране, но еще важнее для нее было поддерживать молодых художников на родном острове. Почему бы ей не воспользоваться еще не тронутым маминым наследством, чтобы купить маяк и устроить на первом этаже новый выставочный зал? Тогда нынешняя галерея станет арт-пространством, где она будет давать уроки для начинающих художников и где впоследствии они будут выставлять свои работы.

– Мне кажется, это судьба, – сказала Дилли, взглянув на Клемми. – Я же только на прошлой неделе говорила, что ищу новое помещение, чтобы выставлять картины местных мастеров. В моей галерее недостаточно места, а маяк – идеальное решение.

– На маяке ты будешь отрезана от мира. Ты не против?

– Сейчас уже не пятидесятые. На весельной лодке точно добираться не придется. Пять минут ходьбы – и я на месте. К маяку проложили дорогу, а пирс – прекрасное место для прогулок. Есть даже парковка и маленький огороженный дворик. Разумеется, сначала надо посмотреть. Бабушка с дедушкой, конечно, не были владельцами маяка, но он имеет для меня особое значение – это важная часть семейной истории. Недаром я рисую только маяки и тупиков.

– Ты будешь выше чаек в своих восьмиэтажных хоромах, – добавила Клемми.

– А как насчет содержания? Наверняка удовольствие не из дешевых. К тому же маяк – памятник архитектуры, значит, нужно соблюдать массу правил и требований, – заметила Бетти.

– Многие живут в памятниках архитектуры, на острове их полно. Между прочим, включая и ваш дом.

– Верно.

– Вдобавок фасад недавно отремонтировали, остается только внутренняя отделка.

– Что ж, сходи на день открытых дверей, осмотрись хорошенько, – посоветовала Бетти. – Небось весь остров сбежится полюбопытствовать, да и я не удержусь. – Она вдруг погрустнела, и Дилли догадалась почему.

– Последний раз вы были на маяке в ту ночь, когда погиб дедушка?

Бетти кивнула.

– Мы с Сельби уехали наутро после шторма, сразу после рождения твоей мамы. Если вернусь туда сейчас… сколько воспоминаний нахлынет.

– Надеюсь, мы создадим новые воспоминания вместе, если мне понравится то, что я увижу. – Дилли опять посмотрела на статью. – Только, пожалуйста, никому пока не рассказывайте о моих планах. Сначала поговорю с папой и прикину затраты. Возможно, я зря размечталась, но представьте, как здорово иметь собственный маяк!

– Очень круто! Я умру от зависти, – призналась Клемми. – Вот бы и мне получить наследство… – протянула она, лукаво поглядывая на бабушку.