Избранные труды. Том II. Философская антропология, глобализация, устойчивое развитие, сознание и идентичность

2

Политическая глобализация Древнего мира, принявшая в большинстве регионов земного шара форму единообразных государственных образований, послужила «трамплином» для последующих, более глубоких и масштабных процессов глобализации политической жизни мирового сообщества[6]. Заключение в 1648 г., после окончания 30-летней войны между католиками и протестантами, Вестфальского договора способствовало переходу от прежних, стихийных политических процессов к более организованным, что послужило фундаментом для существующей до сих пор Вестфальской системы политического и государственного устройства мира.

Вестфальская система, или модель, предполагает государственное устройство по национальному принципу. Вестфальский договор систематизировал указанную систему, закрепил ее и дал название. Корни современного государственного устройства, таким образом, кроются в устройстве древних и средневековых государств, построенных по национальному признаку. Принципы Вестфальской системы действуют по сей день: каждая, даже малая нация желает иметь и упорно добивается своей суверенной государственности; число государств на планете только во второй половине ХХ в. увеличилось на несколько десятков за счет бывших колоний и республик СССР, распавшихся Югославии, Чехословакии. Количество государств продолжает расти.

Главным и основополагающим принципом Вестфальской модели является неограниченный суверенитет национального государства на своей международно признанной территории с проживающим на ней населением. Вплоть до последних десятилетий двадцатого столетия то или иное государство на своей территории со «своим» населением могло творить что угодно, и никто, ни одно другое государство или группа стран и даже все мировое сообщество не имели легитимного права каким-либо образом влиять и даже давать официальную оценку тому, что происходит в таком государстве. Так называемые «вмешательство во внутренние дела», покушение на «национальные интересы» какого-либо государства рассматривались как нарушение международного права, служили поводом для всякого рода претензий и даже стать причиной не только локальных, но и мировых войн. Распространение принципов Вестфальской модели на все государства без учета их внутреннего устройства было характерно для международных отношений и политической глобализации в XVII–XX вв.

Механизм сегодняшнего варианта Вестфальской модели начал действовать в период зарождения капиталистических отношений, по сути являющихся воплощением в жизнь материально-накопительских потребностей, их психологии и мировоззрения, пришедших на смену религиозной, духовно-поисковой психологии и мировоззрению. Государство в этот период «обслуживает» капиталистические, материально-накопительские отношения. Психология накопительства, зависимости и раболепия перед богатством пронизывает все стороны жизни общества в период новой и новейшей истории. Этот период в общем процессе глобализации жизни человечества может быть определен как материально-накопительный.

Стартовой территорией современных глобализационных процессов послужила в основном территория европейских государств. Здесь зародились предпосылки и создавались основы политической глобализации Нового и Новейшего времени. Возникновение и последующее действие Вестфальской системы явились закономерной, объективно необходимой ступенью в развитии государственности на планете, своеобразной формой политической глобализации, обеспечившей определенную стабильность в международных делах, установившей необходимые для этого правила во взаимоотношениях между государствами. Без этой системы, при продолжении действия прежних международных порядков, мир задохнулся бы в бесконечных войнах. Расшатывание принципов Вестфальской системы в международных делах является существенной причиной усиления нынешней нестабильности в мире и нарастающей угрозы международной безопасности.

Важнейшей особенностью политической глобализации, начавшейся с Вестфальского договора, является «ответвление» от нее самостоятельного глобализационного направления – военной глобализации. До этого вооруженное насилие выступало всего лишь инструментом, хотя и основным, реализации политической глобализации, пробивая последней историческую дорогу. Формировавшиеся военным путем великие империи – империя Александра Македонского, Римская, Персидская, Китайская, Византийская, Арабская, Монгольская, Османская и иные – охватывали ограниченные пространства и имели по историческим меркам короткий жизненный цикл (империя Александра Македонского вообще распалась сразу после его смерти). Военная глобализация нового и новейшего времени как самостоятельная глобализационная форма нередко сама доминирует над политикой и втягивает в свою сферу всю планету.

Материально-накопительный, т. е. капиталистический, период глобализации в связи с появлением новых материальных потребностей, стимулов и интересов пробуждает в людях неиссякаемую энергию, толкает их на безграничное развитие производства, новые географические открытия, захват территорий, что требовало совершенствования вооружений и развитие военного дела. В этот период развернулось строительство крупных морских и океанских военных кораблей, появляется множество видов стрелкового и артиллерийского оружия, формируются регулярные армии, образовывается рынок оружия и расширяется торговля им, что привело к многократному увеличению военных расходов.

На основе оформившейся к концу XIX в. колониальной системы и окончательного территориального передела мира появляется новая форма международных политических отношений – геополитика, симбиоз военной и политической глобализации. В конечном счете военная глобализация в начале XX в. превращает весь земной шар в единый военный полигон, на котором в последующем уже не условные противники, а реальные, вооруженные до зубов государства-хищники вступят в кровавые мировые войны. В первой половине двадцатого столетия начался процесс военно-политической глобализации. Суть которой состоит в том, что военные отношения охватывают весь мир, а не отдельные территории, имеют место геополитический контроль и вмешательство в оборонные и военные дела государств, в частности, в форме контроля над вооружениями. Все государства мира входят во всемирную систему военных связей и отношений. Таким образом, планета превратилась в единое геостратегическое пространство.

3

В XXI в. глобализация политики продолжается на основе принципов Вестфальской системы. Однако этот процесс протекает в кардинально новых исторических условиях, содержит в себе множество ростков будущих глобализационных процессов. Поэтому можно говорить о наступлении нового этапа в политической глобализации современного мира. Новые, современные глобализационные процессы представляют собой «переливающиеся» через государственные границы международные общественные отношения. Тем не менее они реализуются, главным образом, через деятельность национального государства. Поэтому проблемы глобализации в целом, а тем более вопросы политической глобализации реально «вращаются» вокруг деятельности государства и теоретически исследуются в тесной связи с проблематикой развития современной государственности.

Трансформация процессов политической глобализации обусловлена рядом причин.

1. После окончания разрушительной Второй мировой войны человечество оказалось перед угрозой уничтожения в ядерной и экологической катастрофе. Необходимость спасти человечество заставила мировое сообщество признать, что Вестфальская система исчерпала себя. Это касалось прежде всего права национального государства на неограниченный суверенитет (в частности, в производстве различных видов оружия массового поражения), международных правовых норм (нарушение прав человека и национальных меньшинств), экологических проблем (несоблюдение экологических нормативов), регулирования мировых торговых, кредитных и финансовых связей, борьбы с наркобизнесом, голодом, и различными болезнями (прежде всего СПИДом и наркоманией), противостояния международному терроризму и т. п. Провозглашенный Вестфальским договором принцип абсолютного суверенитета государств в этих сферах на своих территориях начал противоречить интересам мирового сообщества.

2. В мировой экономике утвердилось господство транснациональных корпораций и кредитно-финансовых группировок. Многие международные вопросы решались на уровне многочисленных международных организаций, т. е. в мире появляются силы, неподвластные национальным государствам.

3. Начавшийся с середины ХХ века бурный технический прогресс на базе великих научных достижений конца XIX – первой трети ХХ вв., привел к ускорению информационно-коммуникативной глобализации. Спутниковая связь, радио, телевидение, мобильная телефония, интернет, самолеты, автомобили и другие транспортные средства стирают границы между людьми, объединяют их в общемировом информационном, политическом, экономическом, культурном, интеллектуальном и духовном пространстве. Тем самым происходят ослабление власти национального государства над гражданами.

4. Во второй половине двадцатого столетия ускорился процесс демократизации общественных, в том числе международных, отношений как в отдельных странах, так и во всем мире. Подтверждением этого могут служить крах колониальной системы, падение диктаторских режимов (Испания, Португалия, Камбоджа, Чили, Парагвай и др.), распад авторитарной социалистической системы. В европейских странах «старой» демократии произошли значительные сдвиги в сторону углубления демократических традиций, усиления роли и расширения участия граждан в управлении общественными делами и государством. Эта общемировая тенденция демократической экспансии составляет существенную черту политической глобализации в новейшей истории.

Изложенные причины привели к необходимости пересмотреть Вестфальскую систему государственного устройства. С одной стороны, многие функции национального государства передаются другим субъектам управления, что сужает права суверенного государства. Появление общемировых проблем, с которыми каждое государство в отдельности или на основе специальных договоров не в состоянии справиться, способствует развитию общемировой системы управления и ее институционализации. Поскольку решение общемировых проблем не может не касаться решения внутригосударственных задач, политическая глобализация оказывает влияние на решение внутриполитических вопросов суверенных государств, тем самым сокращая их суверенитет в традиционном понимании.

С другой стороны, пока рано говорить о неизбежном ослаблении роли государства и максимальном сокращении его функций. В условиях, когда нет действенного органа управления международными делами, эту функцию продолжает исполнять национальное государство как коллективный институциональный представитель граждан той или иной страны. Через участие в международных органах, заключая многосторонние и двусторонние договоры и соглашения, выполняя свои традиционные фискальные функции, государство остается центром политических процессов как внутри страны, так и в мире.

Современное государство выполняет более многогранные и действенные функции, чем государство в предыдущие века, когда оно в основном играло роль «ночного сторожа» интересов правящей верхушки. Нынешнее государство осуществляет фискальные функции не только для собственного содержания, но и для обеспечения благосостояния и безопасности своих граждан, осуществляет разносторонние управленческие функции, во многом обусловленные глобализационными процессами. Поэтому даже при снижении суверенного статуса современного государства пока нельзя говорить о его отмирании.

Таким образом, современная глобализация оказывает двоякое, разнонаправленное влияние на национальное государство. С одной стороны, она «ослабляет» его, «отнимая» отдельные функции и полномочия, порождая множество конкурирующих субъектов общественного управления, понижая степень государственной суверенности, а с другой – «усиливает» его, сохраняя государство как главного организатора и координатора осуществления собственно глобализационных процессов, расширяя сферу его деятельности, добавляя ему новые функции и полномочия, появляющиеся именно благодаря глобализации.

Ныне внутренняя политика государств во многом определяется глобальной политической обстановкой, и, наоборот, политическая глобализация «питается» внутренней политикой большинства стран мира, особенно ведущих держав. Примерами зависимости внутренней политики от глобальной военно-политической обстановки могут служить распад Советского Союза из-за внешнего давления и кардинальный переворот во внутреннем развитии его бывших республик, ставших самостоятельными государствами. Во время американского вторжения в Ирак правое правительство Испании было вынуждено уйти в отставку из-за поддержки им агрессора, а социал-демократическая партия Г. Шредера в Германии, напротив, выиграла выборы благодаря осуждению указанной акции.

Глобальная политическая обстановка на планете ныне определяется в основном характером внутреннего развития США как наиболее мощной в экономическом и военном отношении державы. Если прежние формы политической глобализации определялись противостоянием и борьбой примерно равных по силе двух или более гегемонов, то нынешняя глобализация политики контролируется и определяется одним гегемоном – Соединенными Штатами Америки. В результате современный этап глобализации, будучи исторически объективно обусловленным, на самом деле испытывает сильное влияние субъективного фактора со стороны США и других стран «золотого миллиарда», осуществляется в угоду их интересам на базе либерального фундаментализма. Подобная ситуация позволяет утверждать, что в мире сложилась однополярная военно-политическая система, центром которой явяляются США.

США обладают самым большим, но не «контрольным пакетом акций» во всемирном сообществе государств. Исполнитель партии первой скрипки в оркестре международных дел не может обойтись без других музыкантов. При решении серьезных и сложных проблем США не в состоянии обходиться без поддержки остальных стран мирового сообщества. Если, например, с проблемой талибов в Афганистане американцы более или менее успешно разобрались сами, то в Ираке они завязли надолго, даже имея поддержку немалого числа стран. Так что о США как о единственном полюсе нынешнего мира можно говорить весьма относительно. Поэтому очевидно, что даже при ведущей роли Соединенных Штатов в качестве первой скрипки в международном «оркестре» другие государства в нем тоже играют немаловажную партию. Следовательно, на содержание политической глобализации свою долю влияния оказывает внутреннее развитие каждой страны. В зависимости от этого они обладают своей «долей голосующих акций» в международных делах. Это особенно касается крупных государств – стран «восьмерки», Китая, Японии, Индии и других. Даже изолированная от остального мира Северная Корея вносит немалый диссонанс в глобальную политическую обстановку.

Изменения в характере политической глобализации после Второй мировой войны нашли отражение в весьма успешном становлении и функционировании многих международных институтов, решающих те самые новые, острейшие и неотложные проблемы глобальных масштабов, о которых говорилось выше и которые национальные государства в одиночку и разрозненно решать были неспособны. Это прежде всего касается создания Организации Объединенных Наций и учреждений, функционирующих под ее эгидой, возникновения различных интеграционных объединений государств, формирования неправительственных и межправительственных организаций и т. п. Эти международные институты свидетельствуют о новом уровне политической глобализации, достигнутом к концу ХХ столетия.

Работа созданного после Первой мировой войны такого международного органа, как Лиги наций, оказалась не вполне удачной. Но все же острые проблемы и возможные пути ее решения были ею обозначены. Последствия еще более разрушительной и ужасной Второй мировой войны вынудили мировое сообщество предпринять уже более серьезные и действенные шаги – была образована Организация Объединенных Наций (ООН).

ООН служит своего рода «зеркалом», отражающим противоборство в мировом масштабе прежних, изначальных принципов Вестфальской системы с новыми, современными веяниями политической глобализации. С одной стороны, Устав ООН постулирует создание органа по совместному регулированию международной жизни всеми странами мира, декларирует постепенное принятие для этого новых стандартов и правил, а также создание механизмов и институтов по разработке законов и оказания правового воздействия в международных делах, предоставляет всем государствам – членам организации равное право голоса на Генеральной Ассамблее ООН, предоставляет право колониальным и угнетенным народам самим выбирать свое будущее, признает законность принципа самоопределения, подтверждает фундаментальное значение прав личности и т. д.

С другой стороны, принципы Вестфальской модели ограничивают возможности ООН по более эффективному влиянию на мировые процессы. В соответствии с этими принципами Уставом ООН признается, что мировое сообщество состоит из суверенных государств, и постоянным членам Совета Безопасности ООН предоставляет право вето. В результате великие державы и их союзники не раз могли избежать официального международного осуждения и санкций при односторонних действиях, порицаемых мировым сообществом, а малые государства не получали поддержки ООН. Такое в основном происходило в период «холодной войны», когда ООН служила не столько органом сотрудничества, сколько ареной борьбы за влияние в международных делах. Да и сегодня имеется немало решений и резолюций ООН, которые игнорируются или не находят отклика со стороны некоторых правительств. Более того, в отдельных случаях трибуна ООН использовалась великими державами, в частности США, для навязывания своей точки зрения на международные вопросы.

Утрата Организацией Объединенных Наций предназначенной ей роли в решении международных вопросов обусловлена прежде всего тем, что основные принципы ее работы, заложенные еще в 40-е гг. прошлого века, потеряли свое значение. После Второй мировой войны решающий голос в международном сообществе принадлежал государствам-победителям. Они могли диктовать правила глобальной политики, руководствуясь желанием народов не допустить подобного в будущем. Ныне мир в корне изменился. Побежденные в мировой войне Германия и Япония давно являются союзниками США и вместе с ними требуют пересмотра Устава ООН.

Следующим важным направлением современной политической глобализации является становление новых форм интеграционных процессов. Суверенные национальные государства создают региональные союзы, их органам управления которых они передают многие важные свои функции и полномочия. Наиболее ярким примером этого может служить Европейский союз. Начав с объединения торговых, таможенных и других экономических функций, страны Европейского союза в течение прошедшего полувека постепенно, шаг за шагом, от одной ступени интеграции к другой, ныне достигли таких законодательных, государственно-административных, политических, экономических, мировоззренческих, культурных, даже военных и иных форм слияния, что многие уже спорят – не возникло ли на мировой арене новое конфедеративное или даже федеративное государство.

Феномен Европейского союза во многом противоречив. Один из примеров этого – неудача с принятием единой Конституции ЕС. Однако бесспорные факты демонстрируют уникальное для современного государственного строительства явление, когда большинство европейских стран осуществляют прямой добровольный уход от важных положений Вестфальской модели: в ЕС действуют наднациональный парламент и исполнительный орган (комиссия) с решающими правами и полномочиями, приняты общие законы, унифицированы многие законодательные акты, практически установлено единое гражданство, открыты границы, введена общая валюта (правда, не всеми членами ЕС), территория любого государства считается частью единой территории ЕС, формируются единые вооруженные силы и т. п. Отказ европейских государств от немалой доли своих суверенных прав при сохранении государственной независимости служит уникальным примером для других стран.

Союзы государств существуют и в других регионах, хотя они еще не достигли такого уровня интеграции, как Европейский союз. К таковым можно отнести АСЕАН (Ассоциация государств Юго-Восточной Азии), СНГ (Содружество независимых государств), ОАЕ (Организация африканского единства), ОАГ (Организация американских государств), НАФТ А (Североамериканское соглашение о свободной торговле), МЕРКОСУР (Южноамериканский общий рынок), Южноафриканское сообщество развития, Союз арабских стран Магриба, Арабский совет экономического сотрудничества и другие. Региональные государственные союзы, особенно Евросоюз, выступают одной из важных ступенек в процессе всеобщей политической глобализации.

Немаловажную роль в процессе современной политической глобализации играют различные международные (транснациональные) неправительственные, неофициальные, общественные организации, движения и фонды. Наиболее активными среди них являются многочисленные экологические, антиядерные, антивоенные, антиглобалистские движения, профсоюзные, женские, молодежные и религиозные организации, объединения малых народов и народностей, гражданские движения за мир и права человека.

Сегодня, например, в США действует более двухсот неправительственных организаций по правам человека. Если в 1909 г. в мире было 176 неправительственных организаций, то в 1996 г. их насчитывалось 5472. Они непосредственно участвуют в разработке и принятии многих международных официальных документов и решений, проводят собственные форумы с принятием важных предложений по различным проблемам, организуют мощные демонстрации и иные акции. Для таких движений не существует государственных границ, их интересуют проблемы всех и каждого на планете независимо от национальной принадлежности. Транснациональные неправительственные организации и движения выступают как общественное явление, наиболее адекватное процессам современной политической глобализации.