Возрождающая земли

Глава 1

– Только не ты, девочка моя! Только не ты!

Тихий шепот и сдавленные старческие рыдания заставили Ольгу открыть глаза.

В свете свечи она смогла различить заросшее щетиной лицо пожилого мужчины. Неопрятные пряди волос спускались на плечи, усы и бороду он жевал беззубым ртом, глубокие морщины изрезали лицо старика.

– Вы кто? – пересилив сухость во рту, спросила Ольга.

– Агата! Слава Пресвятой Деве! – старик упал на грудь Ольге и разразился громкими рыданиями.

– Осторожнее с огнём! – Ольга сильно обеспокоилась, что зажжённая свеча в его трясущихся руках почти опрокинулась на неё. Что с ней происходит? Ольга судорожно возвращалась к последним воспоминаниям. Легла спать как обычно, обдумывая планы на следующий день. Сокрушаясь из-за босса-недотёпы и мечтала о лете, проведённом на любимой даче. А проснулась вот здесь.

Ольга осторожно огляделась – света свечи хватало только чтобы различить очертания бочек, сундуков, какого-то мусора. И среди всего этого сидит она, привалившись к стене, а на груди у неё рыдает старик, со свечой в руке.

– Позвольте, я подержу свечу. – И Ольга осторожно приняла подсвечник из сухих пальцев старика. Стало спокойнее, отчасти, огонь же под контролем. Но дальше то что?

– Извините, мне тяжело дышать, не могли бы вы отодвинуться? – Надо как-то расшевелить старика, и попить бы, и на горшок, не мешало бы… И, может, наконец удастся проснуться?

– Агата! Мы с тобой остались одни, твои братья погибли! – Да ладно, у Ольги один старший брат, счастливо женат и собирается выходить на пенсию. Перед сном она с ним болтала по телефону.

– А вы кто? Я совсем ничего не помню. – Ольга, как заядлая книгоманка, знала, что в любой непонятной ситуации надо ссылаться на потерю памяти.

– Девочка моя, я твой отец! Может и хорошо, что ты ничего не помнишь… Враги, напали враги, Томас с Ральфом укрыли нас с тобой здесь, а сами пошли сражаться… – Старик уронил голову на грудь. – Варин, он успел доползти и открыть нас, а сам… – Старик посмотрел куда-то вбок, Ольга проследила за его взглядом и увидела, что из-за поворота стены пробивается лёгкий свет. Мозг почему-то проворачивался медленно. Налёт врагов, погибшие братья, старик-отец… Всё происходящее она воспринимала как дурной сон, а голове требовались ответы.

– Сейчас враги нас победили? – спросила она. – Или мы – их?

– Варин сказал, что они ушли. Это были его последние слова. – Старик снова посмотрел в сторону полоски света.

– Давайте я осторожно всё проверю, а вы дождётесь меня здесь. Я быстро! – Куда там? Старик вцепился в подол её платья так, что костяшки пальцев побелели:

– Не пущу!

– Тогда пойдёмте вместе.

– Агата! Так ведь я уже пятнадцать лет, как не хожу. – И он перевёл глаза на свои ноги. Ольга их рассмотрела и отметила, что, действительно, положение тела очень неестественное. Как будто старик полз, и тащил за собой тело.

– Как к вам обращаться? – наконец-то она решила познакомиться с «отцом».

– Барон Алан Саймон, ты – моя самая младшая дочь Агата, а сыновья… – Старик закрыл лицо руками и зарыдал.

– Барон Алан… – начала было Ольга, но старик её прервал:

– Отец. Ты всегда меня называла «отец».

– Отец, позвольте, я поищу подмогу. Мы не можем с вами здесь оставаться. – Он мотал головой и никак не отпускал подол платья.

– Отец! Опасность миновала, вы сами сказали. Вытащить вас сама я не смогу, поэтому пойду за подмогой. – Он наконец её услышал и расцепил скрученные пальцы.

– Если ты не вернешься, я умру! – Старик своеобразно пожелал Ольге удачи в дорогу. Она передала ему подсвечник, а сама, пинаясь обо все предметы, пошла на свет.

Подойдя ближе к проёму двери, увидела тело мужчины. Он лежал на животе, голова повёрнута набок, и в открытых глазах застыла вечность. Одет в какую-то широкую тунику, сверху овечий жилет, на ногах штаны, заправленные в сапоги. На спине растекалось чёрное пятно, и такая же лужица рядом с телом.

Обойти его было невозможно – тело загородило проход. Ольга никогда не ругалась, хотя сейчас и жалела об этом. Набрав в грудь побольше воздуха, прицелилась и, вступив на спину мужчины, быстро перепрыгнула наружу. Там она осмотрелась и поняла, что выбралась из какого-то подвала. Наверх вела лестница и, вцепившись в перила, Ольга начала подниматься. Наверху обнаружила снова дверь, толкнула её – и зажмурилась от ударившего в глаза света.

Немного подождав, пока глаза привыкнут, осторожно пошла вдоль стены каменного дома. Пахло костром, повсюду валялся мусор. Обогнув угол дома, Ольга закрыла рот руками. У крыльца лежало два тела. Она осторожно пошла к крыльцу и тут услышала окрик:

– Госпожа Агата! Вы как? – в распахнутые ворота на полном ходу влетел всадник. Одежда частично порвана и в крови. Светлые волосы собраны в хвост на затылке. Тонкие черты лица, светлые глаза, худощавого телосложения.

– Вы кто?

– Барон Стефан Коан. Госпожа Агата! Вы не узнали меня? Я ваш сосед, у меня поместье в получасе езды отсюда. – Он уже спешился и подходил к ней, держа под уздцы коня.

– Господин Стефан, я даже отца не помню, видимо из-за нападения потеряла память.

– Как вы пережили налёт? У меня половина людей убита или угнана в плен. Дома подожгли, скотина или похищена или разбежалась по лесам. – Он оглядел двор. – У вас то же самое. Это Томас и Ральф? – Он развернулся и пошёл в сторону лежащих у крыльца тел.

– Какой ужас! – добавил он, рассмотрев тела.

– Варин тоже убит, отец в подвале, но он не может ходить. – Ольга показала в ту сторону, откуда пришла.

– Сейчас найдём крестьян и поможем его поднять. Пойдёмте, осмотрим дом. – Сосед привязал коня к перилам крыльца и, осторожно обходя тела, зашёл в дом. Ольга старалась от него не отставать.

В доме царил хаос. Мебель порублена, на полу ковёр из мусора – разорванные куски ткани, разбитая глиняная посуда, столовые приборы, подсвечник, какие-то странные вонючие кучки.

– Эй! Есть кто живой? Я барон Стефан, со мной госпожа Агата! – закричал сосед на весь дом, и Ольга невольно вздрогнула от его крика. Но уже вскоре послышались осторожные шаги на лестнице.

– Госпожа Агата! Господин Стефан! Мы прятались на чердаке. – Навстречу спускались три женщины и хромой мужчина.

– Наверху тоже всё разгромлено? – Сосед осмотрел людей и начал задавать вопросы.

– Нет, господин, они не дошли, или им помешали, разгромили только первый этаж.

– Здесь всё убрать! Найдите крестьян, чтобы перенести барона. Это сейчас главное. Затем будем хоронить убитых. – Сосед уверенно раздавал указания, а Ольга впервые облегчённо выдохнула. Его слова придавали ей сил и вселяли надежду.

Глава 2

Ольга для себя поняла, что она госпожа, а это слуги, потому что они резво закивали и бросились прибираться. Хромой мужчина пошёл на выход со двора.

– Госпожа Агата! Давайте выйдем во двор и там дождёмся крестьян! – Сосед жестом пригласил её на выход. Во дворе они обошли лежащие тела и встали так, чтобы их не видеть.

– Госпожа Агата! Главное, что мы живы. Сейчас потихоньку начнём восстанавливать хозяйства. Это не первое нападение. Жаль, конечно, что наши земли у самой границы. – Он немного помолчал и продолжил:

– У меня, Слава Пресвятой Деве, вся семья уцелела. А вот как ваш отец справится? Страшно подумать. Всё держалось на ваших братьях.

– Господин Стефан, а расскажите про наше хозяйство, ну до набега? Чем мы жили, сколько у нас земель и деревень?

Сосед как-то странно посмотрел, но все же рассказал:

– Ваша семья относится к крепкому середняку. Не особо богатая, но отличные хозяева. Земли у нас всех не то, чтобы плодородные, в основном озера и болота, но на тех участках, что пригодны для посадок, выращиваем все необходимое для своего пропитания и для скота. Ваше хозяйство славилось овцами! Нигде в королевстве не сыскать такой мягкой и шелковистой шерсти. Как будет сейчас – неизвестно. Возможно, Вас выдадут замуж или заключат помолвку с кем-то. Всё-таки для брака возраст ваш…

– А сколько мне лет?

Сосед только ухмыльнулся и ответил:

– Шестнадцать, госпожа Агата. Но мы северный народ, женщины созревают позже, поэтому до девятнадцати лет дочерей стараются не выдавать замуж.

– То есть отец может сейчас заключить для меня помолвку, а отдать замуж в девятнадцать лет?

– Может отдать в девятнадцать, а могут родители жениха потребовать, чтобы до свадьбы вы жили в их доме. Так тоже бывает.

– А у меня случайно нет жениха? – испуганно спросила Ольга.

– Нет, госпожа Агата. Вы поздний ребёнок. Ваша матушка скончалась, когда вас рожала, и отец в вас души не чаял. Вот братья ваши помолвлены. – Он обернулся, обвёл взглядом тела на земле и добавил:

– Были.

– Понятно. Значит мы с отцом одни остались?

Господин Стефан только утвердительно кивнул в ответ.

– А крестьян много у нас было до набега?

– Вокруг вашего поместья восемь деревень, в каждой по двадцать-тридцать дворов.

– Получается весьма большое хозяйство, и многочисленное притом.

– Да, госпожа Агата, только вот так было до набега, – и он тяжело вздохнул.

– А мы с вами дружим? Ну, по-соседски.

– Да, дружили ещё наши родители и во всём друг друга поддерживали. Томас и Ральф помолвлены с моими сёстрами. Были.

Ольга закрыла руками рот от неожиданной новости.

Тем временем в ворота заходили мужчины. Одеты добротно, но как будто одежду шили в одном месте. Мешковатые подпоясанные туники, штаны, и деревянные (!) башмаки с загнутыми носами. Увидев тела у крыльца, мужчины остановились и переминались с ноги на ногу, не решаясь двинуться дальше.

– Вы меня знаете? – обратился сосед к ним. В ответ те спешно закивали.

– Значит так! – начал командовать сосед. – После набега выжили только старый барон Алан и его дочь Агата. Вам надо помочь перенести барона из подвала в его покои. Затем отнести тела его убитых сыновей в склеп. Туда я позову храмовника, когда его найду. Пока всё.

Крестьяне начали медленно идти по направлению к подвалу.

– Госпожа Агата, я останусь ещё на какое-то время. Помочь здесь…

– Это лучшее, что я услышала с момента набега, – Ольга вначале выпалила слова, а потом внезапно смутилась. – Я имела ввиду, что ваша помощь – это лучшее за сегодня.

Он только махнул рукой – дескать, да понял я.

– Так! Найдите и приведите сюда уцелевших старост! – Во двор зашли мальчишки, лет по восемь-десять. И сосед раздавал приказы уже им.

– Мы вот что, – обратился он к Ольге, – сейчас надо разместить людей на ночлег. С утра пусть все отправляются на поиски разбежавшихся скотины. Или уже сегодня? – он почесал затылок. – Сирот разберут соседи к себе, немощных стариков тоже. Только вот как быть с запасами еды? Новые-то не собрали, и, видимо, не соберём. А старые подходят к концу.

– А какое сейчас время года?

– Середина лета.

Ничего себе, поёжилась Ольга. Что так холодно-то? По ощущениям, градусов десять-пятнадцать максимум…

– Про еду, – вспомнила она. – Я видела в подвале какие-то бочки, мешки и прочее. Нам с отцом много не надо, я распоряжусь, чтобы какие-то запасы раздали людям. Через старост это делать, да?

Сосед немного подумал, но всё же кивнул ей:

– Да, пожалуй, я завтра постараюсь тоже послать вам что-нибудь.

Тем временем из-за угла дома показались люди. Один из мужиков нёс на руках старика – барона. При виде Ольги он впервые улыбнулся. Поистине, она – его солнце и свет.

– Сосед, приветствую! – Тут же переведя взгляд на Стефана, сказал он.

– Господин Алан! Я примчался помочь, правда, поздно…

– Вовсе не поздно – был бы сейчас мёртв, как мои, как мои… – И старик горько зарыдал.

– Господин Алан, мы с Агатой сейчас поднимемся к Вам, я тут немного начал хозяйничать, сейчас все расскажу…

Ольге показалось, что сосед отчаянно хочет отвлечь старика от тяжёлых мыслей. Только вот как отвлечь, если тому придётся хоронить собственных детей?

Другие мужики вытащили тело, загораживающее вход в подвал, и положили его рядом с остальными двумя, у крыльца.

– Переодеть бы их, господин, и обмыть, – переминаясь, напомнил один из них.

– Да, да, конечно. Спросите их одежду у служанок, и сделайте как надо… – господину Стефану тяжело было смотреть на лежащие тела. Он невольно отвернулся и растёр лицо руками. «Почему все трое?» – пробормотал он, потом тяжело выдохнул и остался стоять на месте.

– Сейчас устроят барона, надо будет с ними поговорить про все случившееся, – сказал он. – Вам бы надо найти управляющего сейчас. Раньше братья всем занимались, а сейчас… Хозяйство, конечно, уменьшилось, но без присмотра его никак нельзя оставлять.

Глава 3

Ольга тяжело вздохнула, и в голове у неё начал формироваться план. Но вначале нужно было переговорить с отцом и заручиться его поддержкой.

– Госпожа Агата, господин Стефан! Прошу к столу! – донеслось с крыльца дома, и Ольга почувствовала, что сильно голодна. И да, надо привыкать к новой действительности, а начнёт она это делать с самого простого – с имени. Итак, она сейчас – Агата!

Они прошли внутрь, одна из служанок покосилась на Агату:

– Госпожа, вам бы переодеться. – Агата опустилась глаза и увидела, что платье на ней частично разорвано, в грязи и чьей-то крови, судя по бурым пятнам.

– Проводите меня ко мне, – скомандовала она. Служанка безропотно кивнула и повела по лестнице на второй этаж. Лестница привела их в холл, из которого направо и налево вели коридоры. Служанка повернула направо и, миновав одну дверь, остановилась у второй.

– Я на горшок хочу, – воспользовалась моментом Агата.

– Ваза у вас в покоях, – Служанка старательно прятала заплаканные глаза – горе объединило всех.

– Покажите мне, пожалуйста, я в связи с нападением вообще ничего не помню, перепугалась до смерти, – обратилась Агата.

Служанка распахнула дверь и пропустила вперёд Агату, а сама зашла следом.

Покои Агаты располагались анфиладой комнат. Вначале было нечто, напоминающее приёмную, с квадратным резным столиком из дерева и двумя изящными стульями. Пол и стены были увешаны шкурами разных мастей, но размерами больше роста Агаты и с густой, длинной шерстью.

Вторая комната оказалась спальней. Посередине была огромная резная кровать с бордовым балдахином, у левой стены – камин с лепниной, у правой – крошечный столик. На противоположной от входа стены – стрельчатое окно.

– Ваша ночная ваза, госпожа, – служанка показала на пузатый низкий кувшин с широким горлом, стоявший у окна. – Давайте я подожду там, – она показала на двери, – а затем помогу вам переодеться.

Агата утвердительно кивнула, и еле дождалась, когда служанка выйдет.

Уже потом заглянула ещё в одну комнату. Там у стены стояла обувь – добротные сапоги высотой примерно до колена, другие, покороче, и несколько пар ботинок. Всю обувь объединяло одно – массивная подошва.

Но внимание Агаты привлекло небольшое мутное зеркало, лежащее на столе. Она осторожно его взяла в руки и впервые взглянула на свою новую внешность. Первое, что бросалось в глаза – копна роскошных рыжих волос и белоснежная тонкая кожа. Глаза огромные, серые, с поволокой, густые ресницы и такие же брови. Слегка вздёрнутый носик и пухлые алые губы. Да, такую красоту опасно показывать чужим.

Агата отложила зеркало и пошла рыться по сундукам, их аж пять штук стояло у стены. В первом – все из меха, накидки, варежки и просто шкуры. Во втором – атласные ленты, кружевные воротнички, какие-то платки или накидки всех цветов и размеров. Очень яркий и богатый набор. Судя по всему, на неё не жалели денег.

Следующий сундук – носки, гольфы, чулки, в основном белого цвета из шелковистой шерсти. Агата даже по щеке ими провела – чистый шёлк. Здесь же лежала гора чепчиков, все белоснежные и отделанные кружевами. И в завершении она нашла белые длинные сорочки с цветной вышивкой по вороту. Ну и в последних двух сундуках – платья. Агата выбрала одно, приглушённого синего цвета, и позвала служанку.

Та помогла ей переодеть верхнее платье, но нижняя рубашка оказалась в крови, и её тоже переодели. В заключении служанка переплела Агату и нацепила на голову уродливый огромный чепец, который скрывал всю красоту волос.

– А без него нельзя?

– Что вы, госпожа должна прятать свои волосы от посторонних глаз, – тоном учителя произнесла служанка.

– Вот, сейчас хорошо. Пойдёмте вниз, госпожа, – и служанка пошла первой на выход.

Внизу она показала на распахнутые двери, за ними находилась огромная зала. Главным украшением в центре красовался большой стол с массивными резными ножками. В центре стояли два изящных витых подсвечника, по четыре свечи в каждом. К столу прилагались такие же массивные стулья. Но странным оказалось то, что ближайшие три были повёрнуты от стола.

Проследив её взгляд, господин Стефан пояснил:

– Это места ваших братьев, их нельзя занимать в течение всего отведённого времени траура.

– Понятно, а скоро это?

– Год, но барон может продлить этот срок по своему усмотрению.

Агата кивнула и продолжила осмотр залы. С одной стороны стола – огромный камин. По ширине метра четыре, наверное, а по высоте… ну, если склонить голову, то она сама там поместится. С другой стороны от стола – четыре стрельчатых окна. Повсюду на полу разбросаны шкуры, стены тоже богато ими украшены.

– Странно, что эту залу не разгромили при нападении, – вслух удивилась Агата.

– Не смогли сломать закрытые на замок двери, их ваши братья лично строили. – Господин Стефан тяжело вздохнул при упоминании братьев.

– Очень непривычно здесь стало, обычно Варин, Томас и Ральф громогласно разговаривали или спорили и подшучивали друг над другом. А сейчас тишина. Я никогда такой тишины в вашем доме не слышал. – Сосед закрыл лицо руками и замолчал.

Служанка в полной тишине накрывала на стол и тихонько шмыгала носом. На глиняных тарелках лежал сыр нескольких сортов, на другой – окорок, безжалостно порубленный огромными кусками. На отдельной тарелке головки лука, тоже порубленные на четыре части, и на отдельной – белый хлеб. В завершение служанка принесла кувшин и два глиняных бокала.

Господин Стефан разлил мутную жидкость по бокалам, и Агата с жадностью проложила к своему. Выпила половину, когда до неё дошёл вкус – жидкое разбавленное пиво. Жаль, конечно, что не чай или кофе, но жажду утоляет, и на том спасибо. И она приступила к еде. Вначале сыр! Она всегда была сыроежкой. Вот предложи ей любое блюдо мира в обмен на кусочек сыра – и она выберет сыр. А здесь он был необычайно ароматный. Агата складывала небольшие кусочки в рот и наслаждалась волной вкуса. Как можно не любить сыр?

До окорока и лука дело так и не дошло, потому что господин Стефан посмотрел на то, как она ест, и пододвинул всю тарелку с сыром к ней поближе. А сам подтянул кусок окорока и лук. Он откусывал попеременно то и другое, и по виду тоже был счастлив. Агату, конечно, немного коробило, что ели они руками, причём грязными, но она заставила себя не думать об этом.

Глава 4

Вскоре служанка сообщила, что пришли старосты уцелевших деревень и ждут приказов. Господин Стефан обтёр губы рукавом и поднялся, Агата поднялась следом.

Возле крыльца, переминаясь с ноги на ногу, стояли трое мужчин. Они тихонько что-то обсуждали и сокрушённо качали головами.

– Здравствуйте старосты! Я барон Стефан Коан из соседнего поместья. Приехал помочь барону Алану. Он потерял трёх сыновей в этот набег. – Он тяжело вздохнул, а старосты переглянулись.

– Расскажите, что с хозяйством барона? Я позже передам ему.

– Господин! Две деревни сожжены дотла, люди попрятались или их угнали в плен. Убитых много. Часть урожаев, конечно, вытоптали, но что-то удастся собрать, мы уже посмотрели. Скотина разбежалась по лесам, и часть угнана врагами. – Говорящий мужик задумчиво посмотрел на небо и продолжил:

– До ночи ещё есть время, мы отправили людей искать скотину, и продолжим завтра. Самое плохое – дома почти все сожгли, если с десяток пригодных наберётся – уже радость. Людям даже ночь провести негде, а там дети и старики.

Агата здраво оценила риски и, поспешно удаляясь, бросила:

– Я сейчас вернусь, – а сама почти бегом вернулась в дом. Там она попросила провести её к отцу. Его покои находились на втором этаже, рядом с её. Она распахнула дверь и с порога начала расспрашивать:

– Отец, вас покормили? Как вы?

Тот лишь махнул рукой ей в ответ. Она подошла, села к нему на кровать и взяла его узловатые руки в свои:

– Отец, я зайду позже, а сейчас я пришла спросить вот о чем. Пришли старосты и рассказали, что все хозяйство уцелело, но дома крестьян сожжены. Так вот, можно ли просить вашего разрешения, чтобы поселить детей и стариков на время в нашем подвале? Ну не спать же им под открытым небом?

Старик внимательно её слушал и ей показалось, что на долю секунды из его взгляда ушла боль. Когда она замолчала, он неожиданно ответил:

– Нам с тобой придётся самим пока справляться. Поэтому людей рассели по-доброму. Скажи, что я разрешаю рубить лес в своих лесах на постройку домов, также разрешаю охоту на дикого зверя, но с умом. И рыбу в прудах разрешаю ловить.

– Отец! – неожиданно для себя Агата обняла старика и прижалась к его груди щекой. – Я побегу, передам им новости? А потом вернусь!

Она покрепче сжала его руку, и, дождавшись разрешения, выбежала. А на крыльце с ходу передала его распоряжения.

– Только вот в набег я сильно перепугалась, и потеряла память, – добавила она. – Я вообще не помню ничего, поэтому могу только показать подвал, где мы с отцом укрылись, а остальное…

– Госпожа Агата, спасибо вам. Пресвятая Дева хороших хозяев нам послала. За один лес впору ноги барону целовать! – Старосты низко поклонились Агате. – Мы сейчас соберём самых мáлых да самых немощных и разместим в подвале, а что убрать там надо, мы сделаем тихонько. Была бы крыша над головой. – С этим они вновь поклонились и пошли со двора.

– Господин Стефан, пойдёмте к отцу, пожалуйста. Мне надо бы обсудить с ним кое-что. – Агата повела соседа в дом. В голове у неё сформировался план, но нужно было кое-что уточнить.

В покоях барона она пододвинула стул для господина Стефана поближе к кровати, а сама села на кровать и взяла руку отца в свои:

– Господин Алан! Приходили старосты, правда, их осталось только трое. Новости, конечно, печальные, но они полны надежды. – И сосед пересказал разговор со старостами.

– Да-да, – ответил старик.

– Вам бы управляющего найти, за хозяйством пригляд нужен, хотя вы и без меня это знаете. Могу для вас поискать кого-нибудь, если вы позволите.

– Поищи, и чем скорее, тем лучше. Сам понимаешь…

Оба тяжело вздохнули. А Агата подпрыгивала на месте от нетерпения.

– Что, дочка? – наконец обратился к ней старик.

– Отец! Позвольте мне заняться хозяйством. Со старостами я договорюсь, они хорошие работники, а дальше потихоньку все восстановим. – Агата смотрела на отца, а тот опять переменился в лице. Печальное выражение лица сменилось на задумчивое, потом он закряхтел и ответил:

– Агата, доченька! Ты же девушка, ну кто будет тебя слушать? И, кроме того, после набегов на дорогах появляются банды грабителей. Как ты будешь по деревням ездить? Да я с ума сойду, переживая за тебя. Нет, мы лучше тебе жениха подыщем. Может быть, он хозяйство и подхватит…

Ну вот, подумала Агата. Всё так и получилось, как рассказывал сосед. Замуж её отдадут.

– Отец! – взволновалась она. – Так ведь я мала для брака. А если родители жениха затребуют, чтобы я к ним переехала? Вы один останетесь? Дайте мне время, два года. А потом уже можно и жениха поискать. Пожалуйста! – привела веский аргумент Агата и приготовилась к длительному торгу за свою свободу.

– Эх, – тяжело вздохнул старик. – Жалею, что не успел договориться о вашей помолвке. – Он посмотрел попеременно на Агату и господина Стефана.