Ангел для дочери

Quarterback Daddy

Copyright © 2010 by Linda Barrett

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2011

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2011

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Глава 1

Газета «Бостон глоб»,

6 июля, пятница

«САМОУБИЙСТВО, УБИЙСТВО И РОЖДЕНИЕ РЕБЕНКА В МАШИНЕ СКОРОЙ ПОМОЩИ

Шерри Браун, 25 лет, находящаяся на девятом месяце беременности, стала жертвой убийцы. В нее стреляли вчера вечером напротив дома сестры в одном из старейших районов Бостона. Затем преступник застрелился. Мисс Браун скончалась в машине скорой помощи после рождения ребенка путем кесарева сечения. Ее сестра, Алексис Браун, находилась рядом. По предварительной версии следствия, убийца – бывший возлюбленный жертвы».

Прошло три месяца. Алексис Браун сняла с кухонной доски для записей вырезанную из газеты заметку, положила в конверт и убрала подальше. Не было необходимости перечитывать статью: она давно помнила ее наизусть. Воспоминания доставляли невообразимую боль; даже сейчас, снимая листок, Алексис отметила, что у нее дрожат руки. События того вечера проносились в голове, словно кадры из фильма ужасов.

Она вспомнила, как сбежала по ступенькам, чтобы отдать сестре книгу о воспитании детей, которую Шерри забыла. Она появилась на улице в тот самый момент, когда убийца направил пистолет на себя, а сестра уже лежала на тротуаре. Как звонила в службу спасения. Потом врачи передали ей ребенка. Она держала Шерри за руку, боясь поверить в происходящее, а сестра прошептала ей последние слова прямо на ухо.

Алексис помотала головой, пытаясь прогнать воспоминания о полицейских протоколах, отчетах и результатах предварительного следствия. Тогда она узнала больше, чем хотелось бы.

Решительно взяв ручку, Алексис написала на конверте «Мишель» и убрала вырезку из газеты вместе с документами на ребенка в верхний ящик рабочего стола. Когда ее племянница вырастет, она позволит ей это прочитать.

Когда племянница вырастет… Алексис на цыпочках вошла в спальню и подошла к кроватке малышки. Девочка мирно спала, дыхание было ровным и спокойным. «Какая же она красавица», – подумала Алексис. Ее жизнь будет благополучной и безопасной, поклялась она себе. С девочкой никогда не случится ничего похожего на то, что произошло с ее матерью. Тихонечко выйдя из детской, женщина вернулась к рабочему столу, села и оглядела квартиру. Она любила свой дом, но его придется продать. Цены на жилье стремительно падают, но делать нечего – ей нужны деньги.

Деньги. Все сводится к деньгам.

Алексис взяла телефон и набрала номер Розы – социального работника, помогающего ухаживать за детьми. Роза была всего на пару лет старше ее самой, но стала настоящим ангелом-хранителем. Алексис доверяла ей больше чем кому-либо в своей жизни. Услышав бодрый голос Розы, Алексис вздохнула с облегчением.

– Сможешь помочь нам решить одну проблему?

– Потничка или зубы режутся?

– Если бы! Мне надо, чтобы случилось чудо. Например, чтобы я выиграла в лотерею.

– Ого! Это сложно.

– Это ты мне говоришь! Я не могу себе позволить квартиру в центре, даже если буду браться за любую работу. – Алексис чувствовала, что впадает в панику.

– Спокойно, Алексис, – успокаивала ее Роза, – не волнуйся. Я тебя внимательно слушаю.

– Что мне делать? Мне придется выбирать между кредитом и ипотекой, другого пути нет. Много накопить я не успела. Ты знаешь, я проработала только два года. Лимит на кредитке я уже превысила из-за всех этих расходов на ребенка. Да и мне надо на что-то жить.

– Алексис, ты не упомянула о самой большой статье расходов. Сумма, которую ты тратишь на себя, совсем невелика. Ты, как всегда, несправедлива к себе.

Алексис замолчала, пытаясь сдержать слезы.

– Похороны влетели тебе в кругленькую сумму, – закончила Роза, – все свалилось на твои плечи.

– У меня не было выбора, – сдавленно прошептала Алексис. – Шерри до сих пор лежала бы в морге, если бы я ждала помощи от Кола и Пегги. Ты же знаешь, какие они заботливые родители. – Она вздохнула, пытаясь справиться со слезами.

– Да, я знаю. Жаль только, что все так обернулось. – Собеседница тяжело вздохнула. – К сожалению, льготы, которые полагались твоей сестре, не распространяются на тебя. Правда, сейчас ты не работаешь, так что я могу дать тебе талоны на продукты.

– Талоны? Роза, я не бездомная! – воскликнула Алексис. Никто в ее семье никогда не опускался до нищеты.

– Пока нет. Мы все делаем, чтобы тебе помочь.

«Спокойно!» Ладони Алексис вспотели.

– Я могу заработать на жизнь для себя и Мишель. Я умею работать, я закончила колледж, потом юридический факультет…

– Знаю, ты понравилась мне с первой минуты нашего знакомства. Но ты же не хочешь, чтобы я лгала тебе, – ответила Роза. – Ты получила право на временную опеку над девочкой до завершения судебного процесса. Ты ее ближайшая родственница и, по моему мнению, единственный человек, который может за ней заботливо ухаживать. Но если тебе трудно взять на себя такую ответственность, мы можем передать Мишель на попечение другой семье.

– Нет! Никаких приемных родителей! Я справлюсь. Я даже согласна на талоны. И еще… сегодня же дам объявление о продаже квартиры. За любые деньги.

«Черт! Зачем я только позвонила Розе! Отдать Мишель? Ни за что!»

Малышка уже узнавала Алексис, реагировала на ее шаги. Неделю назад Мишель начала улыбаться, и они весело смеялись, играя. Алексис и Мишель – одна семья и любили друг друга. У них будет свой дом, общий дом. Через несколько месяцев Алексис оформит все документы на удочерение и официально станет мамой девочки.

Собеседница продолжала что-то говорить, и Алексис попыталась понять, что она пропустила, пока была погружена в свои мысли.

– Мы забыли кое о чем еще, – говорила Роза. – Послушай, когда разбиралась в квартире Шерри, ты не просматривала ее вещи? В карманах одежды не было каких-либо записок, писем? Может, были сообщения на мобильном телефоне?

Алексис пришла в квартиру сестры через два дня после рождения Мишель, как только получила разрешение от полиции. В квартире царил беспорядок – такова уж была Шерри.

– Я отдала всю ее одежду нуждающимся, чтобы освободить шкафы. Взяла только вещи, которые она купила для ребенка. А что ты хочешь узнать?

– Для рождения ребенка необходимо два человека. Я говорю об отце Мишель. Ты выяснила, кто он?

Сердце Алексис тревожно забилось.

– Нет, не выяснила.

– Я думала, может, ключ к этой тайне ты найдешь в квартире сестры. Тест ДНК исключает отцовство убийцы. Это все, что мы знаем.

Отрицательный результат теста означал, что отцом может оказаться и тот человек, имя которого Алексис случайно узнала. Она вздохнула, сожалея, что приходится обманывать свою единственную сейчас помощницу.

– Я ничего не нашла, Роза, ничего. Я знаю не больше, чем ты.

С момента рождения Мишель защита племянницы стала основной задачей в жизни Алексис. Она сама выяснит все об отце девочки. Только позже. Сначала надо урегулировать проблему с банком и оплатить все долги. На это у Алексис есть две недели.

Дэн Дэлито, новый четвертьзащитник команды «Нью-Инглэнд пэтриотс», сидел в своем любимом кресле и смотрел на фотографию Ким, которую всегда носил с собой. Сегодня они отпраздновали бы девятую годовщину их свадьбы, но Ким не суждено было дожить до этого дня: она умерла два года назад от рака груди. В задумчивости он провел дрожащим пальцем по ее прекрасному лицу, которое смотрело на него с фотографии, по длинным волнистым волосам, всегда таким мягким, словно шелк. «Милая моя… Я так по тебе скучаю». Судьба была несправедлива к его любимой жене. И к нему. Ким не заслужила эту страшную болезнь, боль, муки химиотерапии. Она заслужила долгую счастливую жизнь, любовь семьи и детей. Они бы могли иметь хоть двенадцать детей, если бы жена захотела. Дэн сделал бы для нее все, чего она пожелает.

Он посмотрел на бутылку шотландского виски, стоящую на столе. Бутылка была уже наполовину пуста, но Дэн решительно налил себе еще. Он не был пьяницей, но сейчас глоток обжигающего горло напитка заставлял боль утихнуть.

– Дэнни! Ты не слышал звонок? Мы сами вошли. Дэнни! Что ты делаешь? Господи, опять!

Он повернулся, поднеся стакан ко рту. Родители. Дэн сделал глоток.

– Привет, заходите. Берите стаканы и присоединяйтесь. У меня годовщина. Давайте выпьем за Ким. Мою милую Ким.

Он отпил еще глоток и посмотрел на пакеты, которые принесли родители. Дурманящий аромат подсказывал Дэну, что они захватили что-то вкусное из собственного итальянского гастронома. От заманчивых запахов разыгрался аппетит.

– Я сейчас вернусь, – сказал Дэн.

Через десять минут он увидел маму, разогревающую отбивные на кухне. Это было его любимое блюдо. Мама подавала их в соусе для спагетти с мягким свежим хлебом. Дэну очень хотелось есть, но желудок внезапно взбунтовался.

– Пойду подышу свежим воздухом, – сказал он и открыл заднюю дверь.

Патио их с Ким четырехэтажного дома было очень красивым. Жена обожала свой дом и сделала его необыкновенно уютным. В каждой комнате чувствовалась частичка ее любви. Для Дэна он тоже стал родным.

Он полной грудью вдохнул прохладный осенний воздух. Самое время для футбола, лучшее в году. Он вспомнил, что в выходные тоже будет игра, и еще раз глубоко вздохнул.

Рядом появилась тень. Отец.

– Так дальше не может продолжаться, сынок.

– Папа, все в порядке, не волнуйся. Просто сегодня годовщина.

– А на прошлой неделе? – Ник Дэлито привык любое дело доводить до конца.

– На прошлой неделе мне было плохо оттого, что скоро годовщина свадьбы. Папа, прошу тебя. Ты же знаешь, как я устал за этот сезон. Лучший результат в лиге дается нелегко. Чего ты еще от меня хочешь?

Отец был одного с сыном роста, но вдруг показался огромным и угрожающе навис над ним, как когда-то в детстве, когда Дэну было лет десять.

– Что я хочу?! – заорал Ник. – Я хочу опять видеть своего сына трезвым, чтобы мать перестала плакать, наконец. Она проводит все вечера в молитве. Хочу, чтобы ты перестал давать повод для сплетен. Ты меня слышишь, Дэнни, сынок? Мне нужен человек, на которого можно положиться. Вот чего я хочу!

– Ники, перестань кричать. – Рита вышла из кухни и появилась в дверном проеме.

– Ты можешь на меня положиться, отец. – Дэн посмотрел на мать и повернулся к отцу: – Мне все доверяют. Я ни разу не подвел свою команду на поле. Тренеры, администрация – все мной довольны. Кстати, у нас игра в воскресенье.

Ник поднял обе руки и уронил их, словно обессилев, и грустно взглянул на жену:

– Ничего не хочет понимать. Какая к черту игра! Посмотри, что ты творишь со своей жизнью!

– Если меня перестанет интересовать игра, папа, я буду пить без перерыва. Сейчас я пью только в середине недели. – Мужчина подошел к отцу и похлопал его по плечу. – Не переживай. У меня все под контролем.

– Может, тебе пойти в группу двенадцати ступеней? – осторожно спросила Рита Делито.

– Мама, ты серьезно? Это же программа для алкоголиков.

Родители молча смотрели на него.

– Что? – Дэн начал злиться. – Да вы что?! Я в любое время могу остановиться.

– Докажи, – резко бросил отец. – Больше никакой выпивки. Даже в середине недели.

Мама смотрела на Дэна с такой надеждой, что устоять было невозможно. Господи, как же он их любит.

– Хорошо. На следующей неделе я не буду пить.

– Отличное начало! – сказала Рита.

– Я заберу все бутылки из бара, – не унимался отец, – так, на всякий случай.

– Хорошо, папа. – Дэн вспомнил, что на прошлой неделе спрятал одну бутылку в спальне.

– И проверю весь дом, – добавил Ник.

– Нет, – быстро ответил сын.

В этом был весь отец. Он всегда знал, что происходит в сердцах и мыслях детей. Дэн, Джои, Тереза – им с детства ни одна проделка не сходила с рук. Во взрослой жизни все осталось по-прежнему. Исключения строгий родитель не делал даже для защитника «Нью-Инглэнд пэтриотс».

– Значит, нет, – мягко сказал отец. – Послушай, Дэн, я все выяснил. Так сделали бы в группе двенадцати ступеней. Мы с твоим братом будем действовать так же. Мы вместе проверим весь дом.

– Нет, вы этого не сделаете. – Дэн сглотнул. Встретиться взглядом с отцом было непросто, а сейчас он стоял напротив и смотрел прямо в глаза сыну. – Мне уже исполнилось двадцать один год, я имею право покупать алкоголь.

Мягкий мамин голос прервал его:

– Подумай, что бы сказала Ким, если бы увидела тебя таким?

Дэн вцепился двумя руками в спинку кресла.

– Если бы я мог вернуть ее, – глухо сказал он, – я бы все отдал: бутылки, голы, карьеру, деньги, дом. Без нее все, что у меня есть, не имеет смысла.

Пытаясь сдержать слезы, он вошел в дом, открыл холодильник и достал бутылку.

– Вы будете?

– С ним бесполезно говорить, – грустно сказал Ник.

Рита вздохнула и поставила тарелку на стол:

– Ты бы хоть поел, сынок. Сегодня только вторник. Нам приехать завтра?

Алексис не пришло бы в голову связывать такие дни, окрашенные яркими красками осени, с футболом. Ее не интересовали футбольные матчи и вообще футбол – глупая игра, где взрослые мужчины калечат себя и противника. Однако уже три месяца, с момента рождения Мишель, она ежедневно прочитывала спортивные колонки и внимательно следила за «Нью-Инглэнд пэтриотс». Особенно ее интересовал один игрок – Дэн Дэлито, квотербек – четвертьзащитник, играющий помощник тренера и капитан команды. Из всего прочитанного она сделала вывод, что Дэлито, несомненно, мастер своего дела. Он усердно работал и смог привести команду к победе.

В среду, через два дня после разговора с Розой, Алексис наткнулась на расписание матчей футбольной лиги и обратила внимание на воскресную игру. Затем ей пришлось отвлечься. Она поспешила в спальню, где, судя по звукам, Мишель уже проснулась. Едва завидев ее, малышка заулыбалась. В такие минуты сердце женщины таяло, и она понимала, что любовь к этому ребенку полностью завладела ею. А ведь совсем недавно она и представить себе не могла, что значит быть матерью.

Она поменяла девочке подгузник и вернулась с ней в гостиную, которая некоторое время назад превратилась в детскую игровую комнату.

– Готова поспорить, что ты хочешь есть, мой цветочек. Ты у нас всегда голодная.

Мишель широко открыла глаза и восторженно замахала ручками. Алексис развеселилась. Ей казалось, что малышка пытается что-то сказать. Пока тетя грела бутылочку со смесью, племянница тараторила без остановки. Жаль, что понять ее речь было невозможно.

Сегодня днем им предстоит одно важное дело. Алексис планировала встретиться с отцом Мишель. Дольше тянуть было невозможно.

Накопилось множество проблем, требующих срочного решения. Сколько Алексис ни пыталась прогнать тревожные мысли, они возвращались снова и снова. Бросить работу – это не выход, им с Мишель нужен стабильный доход. Но в этом случае она не может постоянно заботиться о малышке. К сожалению, родители ей не помощники, особенно отец, с его пристрастием к выпивке. Единственный выход – помощь Дэна Дэлито. Уж для него-то деньги не проблема.

Алексис была на сто процентов уверена, что известный футболист – отец Мишель. Шерри прежде никогда не упоминала об отце ребенка, но ей не было никакого смысла врать тогда, в машине скорой помощи. Могла ли сестра предположить, что Алексис так нужна будет помощь и поддержка, в том числе и финансовая? Это ли стало причиной ее откровенности перед смертью? Женщина опять мысленно вернулась в тот страшный вечер, когда Шерри прошептала ей на ухо имя Дэна. Сестра сделала не самый удачный выбор в жизни, но она всегда была умным человеком.

В квартире Шерри Алексис нашла папку с газетными вырезками годичной давности. Это были статьи из спортивных изданий, в основном о футболе, большей частью – о «Пэтриотс». Имя Дэна Дэлито было обведено кружочком.

Алексис так скучала по сестре, по ее обворожительной улыбке! Во всем произошедшем винила себя. Она была старше, ей следовало лучше присматривать за Шерри, хотя это было и непросто. Сестра могла с легкостью пропасть на неопределенное время: отправиться в гости к подруге, к новому любовнику или в путешествие с любимой командой. Пока старшая сестра разрывалась между школой и работой, Шерри умудрялась исчезнуть, ничего не сообщив. Угрызения совести доводили Алексис до тошноты и головокружения.

– С тобой все будет по-другому, любимая моя, – шептала она, прижимая к себе малышку. – Я должна убедиться, что твой папочка надежен, прежде чем оставлю тебя с ним хоть на час.

В среду днем Дэн Дэлито был дома. Он просматривал матчи с участием их будущих соперников. Седьмая игра состоится недалеко от города на «Жиллетт стэдиум», где тренировались «Пэтриотс». Дэн сидел в своем любимом кресле и внимательно смотрел на экран. Необходимо было проанализировать игру противников как можно детальнее, узнать их привычки, слабые и сильные стороны, не пропустить ни одной мелочи. Он думал о том, какую стратегию игры выберет для своей команды.

Он допил очередную бутылку пива и швырнул ее в мусорное ведро. Пиво – это не настоящая выпивка. Ким никогда не возражала, когда он пил пиво. Правда, Дэн никогда не выпивал целую упаковку за несколько часов.

Его внимание опять переключилось на футбол. Это было единственное дело в жизни, которое его действительно интересовало. Только игра могла заставить Дэна встать рано утром. Черт, какой шустрый квотербек! Это же Пейтон Мэннинг. Или нет? Что это он не дает пас? Дэлито не мог четко разглядеть лицо. Нет, не Мэннинг. Ресивер направлялся к эндовой линии без поддержки задних бегущих, которые должны охранять игрока, владеющего мячом. Дэн мысленно сделал пометку для линейных, угловых и сейфти, задача которых – остановить прорвавшегося игрока атакующей команды и «обезвредить» дальний пас.

В принципе Дэну было все ясно, но он перемотал кассету назад и снова увлеченно уставился на экран. Он был так сосредоточен, что не сразу услышал звонок в дверь. Позвонили еще раз, но мужчина отмахнулся от мешавшего ему постороннего звука, как от назойливой мухи. Что сейчас может быть важнее футбола? Кому это он вдруг понадобился? Родственники сейчас на работе. В выходные они, конечно, следили за игрой Дэна, как правило, по телевизору в доме родителей или у него. Но иногда приходили и на стадион. Всех членов его семьи в той или иной степени интересовал спорт.

Раздался третий звонок. Дэнни выругался, встал с кресла и стал спускаться по лестнице. Он с силой толкнул входную дверь.

– Что надо?

В нескольких метрах от дома он увидел уходящую женщину. Ее длинные волосы падали на спину и плечи. Густые вьющиеся волосы.

Дэн застыл в оцепенении, не в силах произнести ни слова. Он смотрел на нее не отрываясь, а женщина удалялась от дома. Солнечный луч ударил в глаза, и Дэн сделал шаг вперед, пытаясь прогнать наваждение. Голова неожиданно заболела. Он ухватился одной рукой за кованые перила, а другой прикрыл глаза, боясь упустить незнакомку из виду.

Это были волосы Ким, ее прекрасные волосы. Та же прямая спина, стройная фигура, длинные ноги. Дэну стало тяжело дышать. Судьба дает ему шанс? Или это галлюцинация?

– Эй! – крикнул он.

Она повернулась и с улыбкой подняла вверх палец:

– Одну секунду.

Господи, да! Он будет ждать вечно, если надо. А эта улыбка! С такого расстояния он не мог разглядеть цвет глаз, но был уверен, что они карие, как у Ким. Он не мог оторвать взгляд от девушки, находя все большее сходство с женой. Внезапно он понял причину задержки – незнакомка приближалась к нему, и перед собой она катила детскую коляску, одновременно наклонившись к младенцу. Дэн пошел ей навстречу. Каждый шаг давался с трудом, казалось, что голова сейчас лопнет. Но мужчина не обращал внимания на головную боль, твердо решив, что не упустит свой шанс.

– Вам помочь? – предложил Дэн, а сам жадно всматривался в лицо молодой женщины. Нет, не Ким. Глаза не карие, а зеленые. И она немного выше. Но эти различия казались несущественными.

Незнакомка подняла голову и отступила немного. Дружелюбие Дэна, видимо, показалось ей подозрительным. Ее глаза смотрели на мужчину, словно обвиняя в чем-то.

– Ох! Не дышите на меня. От вас разит пивом. Пожалуй, я зря пришла. Отойдите, пожалуйста, от ребенка.

Дэну совсем не хотелось устраивать сцены во дворе дома. Голос у нее, кстати, совсем не похож на голос Ким. Его Ким никогда бы не посмотрела на него с таким отвращением. Правда, у нее не было повода. В те времена Дэлито не пил.

– Спокойно, – он развел руками, – не нервничайте. И не думал причинить вам вред. Уже ухожу.

Дэн направился к дому, но услышал за спиной голос:

– Вы Дэн Дэлито, верно?

Еще одна фанатка? Ему сейчас не до нее. Или… или до нее? Девочки всегда вились вокруг футболистов, отмечая с ними победу или успокаивая после поражения. Тогда, на время, он мог забыть о Ким, о раке, о том, как глупо проходит жизнь.

– И что с того? – Дэн оглянулся.

– Это значит «да» или «нет»? – Девушка выпрямилась и посмотрела прямо в глаза собеседнику.

Он еще раз внимательно оглядел ее. Это не галлюцинация, не чудо и не еще один шанс, данный судьбой. Эта женщина не похожа на Ким.

– Видимо, вы юрист.

– Гол, мистер Дэлито. Однако вы не ответили на вопрос.

Такая акула легко проглотит любого и не подавится. Да, это не Ким.

– По какому праву вы интересуетесь? – жестко спросил Дэн.

Ему показалось, что она немного растерялась. Затем она достала из сумки визитку и жевательную резинку, окинула Дэна взглядом с головы до ног, протягивая ему и то и другое.

– Меня зовут Алексис Браун.

– Ясно, – Дэн внимательно рассматривал карточку, – районный отдел прокуратуры. – Буквы расплывались, строчки сливались и убегали в стороны, но он надеялся, что все прочитал правильно. – А в чем, собственно, дело?

Дэн пытался вспомнить все произошедшее с ним за последние несколько дней. Ничего противозаконного. Конечно, он не все помнит…

Алексис, казалось, пыталась принять решение.

– Извините, мистер Дэлито. Я вижу, что совершила ошибку. Давайте оба забудем о моем визите. Возвращайтесь в дом и продолжайте… чем вы там занимались, а я, пожалуй, пойду.

Она хотела забрать у него визитку, но, слава богу, реакция у футболиста еще была отменная. Он резко убрал руку за спину:

– Не спешите.

Незнакомка подняла брови.

– Нет, я спешу. Я ухожу прямо сейчас! – На долю секунды Алексис задержала взгляд на лице Дэна. – Вы все равно вряд ли вспомните о нашем разговоре. Когда проспитесь, подумаете, что это был сон. Так обычно бывает после виски.

Алексис повернулась, чтобы уходить. Когда она наклонилась, чтобы поправить пеленку, Дэн заметил, с какой любовью и нежностью смотрит она на ребенка. Алексис что-то пробормотала себе под нос и качала головой.

Футболист остервенело жевал жвачку. Он не забудет этот разговор, он никогда не забудет женщину, так похожую на Ким. Вернувшись в дом, Дэн убрал визитку в бумажник.

Разочарование сразило ее, словно удар грома. Алексис несколько раз глубоко вздохнула. Возвращаясь домой, она думала о том, что было очень глупо с ее стороны возлагать такие большие надежды на Дэна Дэлито. И речи быть не может о том, чтобы доверить малышку пьющему человеку, пусть даже отцу, каким бы красивым и богатым он ни был. Какая жалость!

Она же так тщательно изучила всю информацию о нем! Прочитала все, что смогла найти о футболисте в газетах, Интернете, журналах. Мисс Браун выяснила, что он родился в северной части города в большой итальянской семье, учился в Огайо, вскоре после этого женился. Через семь лет его жена умерла. Пару раз за последний год его видели в клубах с женщинами, но не более того. Никаких пьяных дебошей. Ничего скандального.

В августе, через месяц после рождения Мишель, Алексис начала следить за успехами команды и думала, что сумела хоть немного узнать Дэна. Она даже похвалила себя за трудолюбие. Но ни в одной статье не упоминалось об алкоголизме. Видимо, его пристрастия не влияют на спортивные результаты.

– В любом случае это дело времени, – пробормотала Алексис. Так было и с ее отцом.

Кельвин Браун был алкоголиком, из-за выпивки он потерял свой бизнес. И Дэну в конце концов придется распрощаться с карьерой. Вопрос только – когда. Иначе не бывает.

– В конце концов, Мишель, зеленый змий всегда побеждает, – сказала Алексис, заглядывая в коляску, – он превращает людей в чудовищ. Нам с тобой не нужен такой отец, моя милая. Мы придумаем что-нибудь еще.