Студенты по обмену. Староста боевого факультета
- -
- 100%
- +
– Марко… Марко, я хочу в твою Академию! – весело защебетал ребёнок.
Румяная девчушка улыбалась от уха до уха, глаза блестели не от слёз, а от восторга. Кудрявые тёмные волосы были спутаны и напоминали гнездо, в которых виднелись веточки и иголки хвойника. Платье явно было порвано об сучки, ноги оцарапаны, как и руки. Любой другой ребёнок бился бы в истерике и панике от встречи с загрызнем, а тут столь бурные яркие эмоции, которым ну никак нельзя было найти объяснения. Но Мирида сама поведала нам причину столь бурного восторга и историю своего незабываемого похода в лес, главным героем в которой оказался Цербер.
– Хочу так же, как он… – ткнув в Лай пальчиком, – …зверюшек плохих наказывать! Представляешь, там пять таких зубастых было. И все меня съесть хотели. А тут он мимо проходил. Сказал, что брат прислал, и чтоб с дерева не слезала, иначе мне кишки на башку намотает и ими же к стволу привяжет!.. Правда, где он их взять собирался, в лесу, я так и не поняла, да и некогда было! Там такое началось! Твари на него, а он их… хлоп… и раскидал по кустам. Первого в землю зарыл целиком. На него второй побежал, а он ветку моего дерева оторвал и давай ему по голове стучать. Да, видно, зубастый больше играть не захотел, вымотался, – спящим прикинулся! Третий со спины хотел напасть, так он его голыми руками за пасть схватил и… – и ребёнок из своих рук сделал якобы оскаленную морду и ТО, что с ним Лай сделал. Ну, то есть пасть зверя порвал, а потом ещё и поиграл сломанными частями.
На это у Марко задёргался глаз, и он мельком посмотрел на нашего коротышку, явно желая что-то ему сказать. Но его опередил Цербер.
– С детьми дел не имею и не горю желанием! Считай это побочный эффект от встречи со мной! Пройдёт через… полгодика! – отозвался уставшим голосом Лай, почувствовав взгляд сокурсника.
А малышка не унималась, с энтузиазмом рассказывая, как закончились её приключения:
– На него четвёртый кинулся, грозно рыча, а он… – опять кивок на Лая, – …сосулину из воздуха сделал и в грудь, как шампур, вонзил. Кричал, что на шашлык возьмём, да вечером приготовим! Но на нас самый здоровый вышел. Увидел, что зверюшки больше с нами не играют, как оскалился. Как рыкнул. Брат, чесслово, в деревне, наверное, услышали. Но котик со мной играть решился. Его… – кивок на Старосту, – …шипастым хвостом по спине стукнул и полез ко мне на дерево. Он того за хвост голыми руками пытался вниз стянуть, да кошка слишком большая была, и с другими он уже наигрался, все силы истратил. Пришлось мне к нему на помощь лезть! И только я к нему вниз, как оп… нога подвернулась. А дальше, пока ко мне кошка лапами тянулась, ОН ко мне резко подскочил, схватил, прижал к себе и в портал прыгнул. И вот… Марко, разреши мне у вас учиться! Я правда-правда стану лучшей в классе!
Адепт смотрел в восхищённые глаза сестры и не знал, что ответить семилетнему ребёнку, что пришёл в восторг от жестокой расправы над одним из самого зверского вида кошек нашего мира.
– Ааа… Давай, мы лучше у мамы разрешения спросим? Ок?
– Ребёнка целителю отдай! – прорычали снизу, – Воссоединение семьи – это, конечно, прекрасно, но у неё нога ранена и ссадин много…
Тут же обернувшись, Марко передал Мириду лекарям, а сам присел на колени.
– Лай, я даже не знаю, что сказать!
– Скажи – что только «после семнадцати» и только с «разрешения родителей»! А после выпуска я её в разведку запихну, чтоб научили язык за зубами держать. Это ж надо… за три минуты всю подноготную выдала. Арбалет автоматический и то меньше стрел выпускает, чем она слов в секунду!
Марко засмеялся, вероятно, на эмоциях, и сжал Лай в крепких объятьях. Затем прислушался и всполошился.
– Ты на нуле! Тебе нужно…
– Заткнись, а…! Ещё один папочка на мою голову! – перебил одногруппника парень и, оттолкнув от себя, поднялся на ноги. – Всё со мной в поря… – и Цербер стал падать.
Марко, быстро поймав его, перехватил и поднял на руки. Староста вяло сопротивлялся, пытаясь убедить в своих силах и возможности ровно ходить… но парень держал крепко. Развернувшись к уже успокоившейся преподавательнице, он, не спрашивая разрешения, а скорее констатируя факт, оповестил:
– Лай на пределе. Нужно похоронить!
– Конечно, адепт Горелли! Идите. Всё равно лекция сорвана! Радует только то, что в этот раз причина была… веской. Нагоним в понедельник.
– Благодарю, леди Грин!
– Отпусти… дурья башка! Сам только пополнился, а уже тяжести таскаешь!
– Сделай милость, Лай, заткнись! И дай на ручках Цербера поносить, что б было, что потом вспомнить после выпуска! Должен же я как-то тебя отблагодарить за сестру! Так хоть прикопаю…
– Цветочки на могилку не забудь положить, а то обижусь…! – отбил коротышка и отрубился на руках адепта, растеряв последние крупицы сил.
– Мирида, я скоро вернусь за тобой и отправлю домой. Иви, будь другом – кинь моим весть, что Мира со мной в «Эолзер». А ты, Снеж, присмотри за мелкой! А то точно в Академии обоснуется и приключения найдёт! – девочки дружно кивнули, а парень пошёл хоронить нашего соседа.
« Похороны Старосты и без нас?! Нет, я просто обязан это увидеть. Хоть буду знать, куда цветочки принести, что ли!».
❧Глава 6. Одного сапога пара
Выходя из аудитории, я услышал, как сестра подошла к мисс Грин и задала терзающий всех нас вопрос:
– Они что, и правда, хоронить Старосту побежали?
– Да! – женщина перевела на неё свои шоколадные глаза и, вспомнив, с кем разговаривает, уточнила: – А… Вы же, наверно, не знаете всех нюансов Сальярийской магии. Если хотите, я вам расскажу.
– Это было бы замечательно! – прощебетала Терра.
– Тогда поспешим, пока адепты не опустили Лай в землю!
Я выдохнул с долькой разочарования.
«Вотблин… Нет бы, пойти поваляться в наш отсек да полентяйничать, так нет же, сестра выпросила внеурочную лекцию по Сальярийской магии. Прелестно… просто прелестно!»
Пока мы шли во двор Академии, мисс Грин начала свой рассказ.
– Как вы, наверное, знаете – Стихийные маги могут пополнять свою энергию элементами, к которым есть предрасположенность. Огонь, земля и так далее. Поскольку Лай обладает Стихией земли, то и пополнить резерв может от неё.
– Лай – Земной маг? – уточнила Терра, что быстро шла рядом с голубоволосой женщиной.
– Не совсем… но о магии Лай я расскажу вам подробно на следующем занятии! – и, перехватив любопытство в глазах сестры, добавила: – Уверена – оно вам понравится. Наглядно увидите своего противника… правда, если Лай выживет!
– То есть похороны настоящие? – не удержался Сангр.
– Не обращайте внимания на такие слова как: прикопать, сжечь, утопить, задушить… это сленг наших студентов. Хоронить они никого не собираются, просто положат в землю и закопают… хотя да, обряд имеет некие сходства. Но Лай выберется из «колыбели», как только напитается энергией. Бегать по кампусу и кричать, что из-под земли умертвия лезут – не стоит. Вас поднимут на смех! Но громче всех будет потешаться Цербер!
Подходя к группе людей, вставших кружком, мы услышали голос Марко, что раздавал приказы: принести одеяла, подушку, горячий чай, просто воды, сбегать к ректору и доложить о случившемся… И люди, оказавшиеся нашими одногруппниками, спешно разбежались выполнять задания.
– Адепт Горелли, вам нужна помощь! С ношей на руках будет затруднительно подготовить место. Так что доверьте это другому Земному магу, либо возьмите ассистента!
– Вы правы, мисс Грин! – отозвался темноволосый адепт и зашагал в нашу сторону. – Всех парней отослал по поручениям, да и никому не доверю создание «колыбели», – осмотрев нас, юноша подошёл ближе ко мне и протянул бессознательное тело злобного коротыша. – Подержи будь другом!
– Почему я?
– Потому что на Лай больше всего твоей магии осталось! Вы вчера вместе спарринговали?! И как? Уверен ты злишься… не хочешь поучаствовать в похоронах?! Так сказать, подлечить противника…
– Не горю желанием! – пресёк я его уговоры.
– Что и даже снова вызвать Цербера на бой не хочешь, чтобы отыграться? – удивился этот… Горелли?
«Вот же проницательный гад! Хочу, ещё как хочу! И даже знаю, какое условие поставлю Церберу, если выиграю!»
Вытянув руки, мне почётно вручили Старосту, и я услышал нахальный смешок от Марко:
– Ты не смотри, что Лай – саблезубый Цербер. По весу – воробей воробьём! Не надорвёшься! –и отойдя от нас, стал создавать «колыбель» для Старосты, вырывая углубление в тёплой земле. Рядом, следя за адептом, Леди Грин подробно комментировала его действия.
А я… вместо того, чтобы слушать, рассматривал свою ношу. Скрытое ото всех лицо кроме ядовитого взора. Светлая бледная кожа, большие закрытые глаза с чёрными ресницами, что явно были подрезаны. Видимо, парню "повезло" уродиться не только коротышкой, но и обладателем кукольных глаз, что заставляло укорачивать ресницы во избежание новых насмешек. Хотя над этим попробуй посмейся!
И что странно, мой Мрак тоже поддался вперёд и будто принюхивался к нашей ноше. Чуть рычал, но не как всегда: озлобленно, гневно, болезненно или удовлетворённо, после близких контактов с женщинами. Нет, иначе. Словно недоумевал от чего-то и рычал на самого себя!
Я же неожиданно поймал себя на мысли, что «ноша – не тянет!». Ведь за то время, что мы ждали, руки не заныли от тяжести, не опустились, а, наоборот, по насмешке судьбы, притягивали коротышку ближе к моему телу. Внутри зарождалось желание защитить этого слюнтяя, хоть в защите он явно не нуждался.
«Наверное, это из-за его малого роста, что сбивает с толку. Интересно насколько я его старше? Или… он меня?» – с этими мыслями я помог Марко уложить Лай в вырытую могилу на заготовленные подушку и одеяло, а после, навешивания купола воздуха адептами, стал закапывать коротышку.
И теперь к обряду похорон присоединились все одногруппники. Даже мисс Грин села на колени и стала аккуратно засыпать купол холодной землёй. Студенты что-то бормотали и, перейдя на иное зрение, я увидел, что все Стихийные маги просят Землю поделиться силами с тем, кто лежит в её колыбели.
А после все разошлись… Марко убежал к сестре, адепты, постояв ещё пару минут, тоже пошли по своим делам. Дебора Грин на холмик положила сорванный с куста цветок как метку захоронения. Друзья ушли в столовую утащив с собой сестру, а я всё стоял и смотрел на свежий холм. Что-то никак не отпускало.
И только я отругал себя за неординарные мысли и уже собрался уйти, как почувствовал их… эмоции. Их уже никак не получалось спутать с чьими-то другими. В них преобладала усталость. Такой хорошо знакомый вкус, окрас, что я уже пару раз ощущал только от Цербера.
Ноги сами подкосились, заставляя сесть на землю и прислушиваться к чужим чувствам. Мрак зарычал и, облизнувшись, стал поедать по крупицам предоставленное лакомство. Довольно порыкивая от вкуса и насыщенности. Хоть это были не сексуальные или возбуждённые линии, но и их ему хватило, чтобы хоть немного пополнить запасы.
«Эх, ещё бы дотронуться до Старосты, чтобы эмоции волной окинули…»
Земля вздрогнула, эмоции закрылись, а на полянку рядом открылся тёмный дымчатый портал. Из него вышел, явно уставший, ректор Академии, что, увидев меня, замер и поздоровался:
– Добрый вечер, адепт Зерхо. Что вы здесь делаете? – огляделся он по сторонам выискивая причину моего пребывания именно здесь.
– Восполняю пробел в знаниях! – смотря на холм "честно" ответил я.
Между нами повисло молчание. К`ярг сверкнул глазами, но открыто говорить, что почувствовал мою лож не стал.
– Похвально! – только и отозвался мне мужчина, а потом присел с другого края могилки. – Лай! Ты там до утра останешься или всё же в кроватку пойдёшь?! – издевательски спросил ректор у холмика.
Камешек, что лежал на могилке, взлетел и метнулся в сторону, не сильно ударив в грудь главу Академии.
– Радует, что ты всё ещё злишься. И злишься на себя! Значит, всё не так плохо. Давай вылазь! Или тебе помочь?!
Земля снова вздрогнула, будто противилась неминуемой встречи, и из неё так никто не вышел. Ректор вздохнул и, положив руку на могилу, заставил землю, как одеяло, откинуться в сторону. В колыбели лежал Цербер, что дрожал от холода, стуча зубами.
– Горе ты моё луковое! – проговорил глава Академии качая головой и вытащил Старосту на свет божий. – Позвать меня не судьба было? Без оружия, без подмоги, без,твою мать, магии… Полезть в портал, теряя последние силы, и не на прогулку, а к загрызням? Ты вообще чем думаешь, а? – отчитывал своего ручного пса Ричард де К`ярг.
– Т-там р-р-ребёнок… вр-р-ремя… не б-б-было…
– Заткнись уже, Нетт!!! А то, я же переговорю с Вейлдом о твоём отстранении в карательных миссиях. Альтруизм твой у меня уже знаешь где…?
– В горле? – предположил Староста, заглядывая мужчине в глаза и трясясь всем телом в его руках.
– В печЁнке, Нетт. В печЁнке. Ты у меня допрыгаешься… вот ей-богу, допрыгаешься! – прорычал ректор, откупоривая фляжку с горячим чаем и заставляя Лай сделать несколько глотков. – Тебя согреть нужно, срочно! – размышлял ректор, задумчиво поглядывая на стены общежития.
– Так согрей! В чём проблема-то?! – невинно флиртовал с ним коротышка.
– А у меня другой выход есть?! – поинтересовался Ричард и, поднявшись с Цербером, открыл портал, после чего скрылся в нём.
«И куда он утащил нашего "голубя"? К нему или к нам? Одного сапога пара оказался наш ректор! О, пламя! Почему я вообще об этом думаю?».
❧Глава 7. АйнКрадский щит
Мысли о Цербере и Ректоре не отпускали до самого утра, из-за чего я не выспался и был в полном раздрае. Всю ночь Мрак неудовлетворённо рычал и подкидывал мне фантазии эротического характера со Старостой в главной роли. Нет, не так. Со СТАРОСТОЙ!! Не с грудастой подавальщицей из любимого трактира, не черноглазой, круглозадой одногруппницей, не с развратной куртизанкой в двух милях от «Деймос», а с ПАРНЕМ!! Это неимоверно бесило!
Лишь на паре по защитным контурам я смог заткнуть своего Кхела и отвлечься на лекцию. Хотя понимал, что мой Мрак перестал зудеть внутри только от вида смурного коротышки за первой партой, что сегодня разбирал какие-то папки с документами и вполуха слушал лекцию. А Магистр по защите – Игыр Окено, вовсю игнорировал наплевательское отношение Старосты к его дисциплине. Хотя других шпынял и опрашивал. Нарисовав на доске замысловатую пентаграмму, он рассказывал о её строении и быстром создании без больши՛х энергозатрат. Вызвав к доске Виктора и Снежку, он попросил их поочерёдно создать контур.
Когда юноша закончил, профессор сел на своё место, хмыкнул своим мыслям и обратился к Церберу:
– Адепт Лай, будьте так добры…
Староста без лишних слов, дальнейших просьб и разъяснений поднял правую руку и, сняв с неё иллюзию, под которой был наручный мини-арбалет, выстрелил, не глядя, в адепта. Контур распался, как стеклянная чаша, не предотвратив полёт болта, что влетел в учебную доску по самый хвостик. Виктора сдавленно охнул и, вздрогнув всем телом, отшатнулся в сторону.
– В следующий раз я возьму на три сантиметра правее, Вик, и прошибу тебе башку! – явно неудовлетворённый прошлой ночью, начал Староста. – Студенты целительского факультета с третьего курса уже задолбали просьбами "добыть" им раненного… уговаривали даже уронить кого-нибудь головой вниз на полигоне, мучители-потрошители! – дотронувшись до виска устало объяснял каратель. – А от тебя, наглядного пособия, будут в восторге и отстанут от меня наконец! Они как раз ранения головы проходят! – позитивно построил для себя планы Лай в случай второй неудачи Виктора.
И уже тише, будто себе под нос проговорил:
– Правда, зная их факультет… остаток жизни ты будешь ходить под себя и заливать слюной полы… жаль!
– Лай! – ощетинился парень, что услышал и последнюю фразу.
– Что Лай, сразу?! Сделал десять шагов в сторону, развернулся к доске и досконально изучил плетение! Раз не можешь с первого раза выучить относительно простой купол, не хрен было лезть в Академию на факультет боевиков! – всё так же, не поднимая головы от бумаг, вещал злюка.
Подняв глаза на кафедру, Цербер обратился к адептке, резко сменив грозную интонацию на ласковую:
– Снежка! То есть, адепт Сноу, на исходную! – смотря в глаза блондинке, отдал приказ Староста и снова погрузился в чтение каких-то документов.
Магистр же напомнил Ириге, что контур имеет Стихийную привязку к огненным потокам и попросил быть аккуратнее. Блондинка стала создавать защитный контур, источая неуверенность и опасение, заставляя КовЭ́ра поддаться чуть вперёд.
Её пальчики дрожали, но медленно выплетали заклинание, всего на секунду она замешкалась и в этот момент на всю аудиторию прогремел голос Цербера:
– Щиты! Ирига, брось! – но девушка уже сплела последний элемент, и он… взорвался.
Купол накрыл всех адептов и Снежку, стоящую на кафедре. Дым заполонил аудиторию и сжёг бумаги, что лежали на преподавательском столе. Сам профессор, сняв свой щит, поднялся и подошёл к Сноу.
– Адептка, какого дьявола, вы до сих пор не умеете связывать противоположные линии?! Если вы неспособны на столь простое действо, боюсь, нам придётся попрощаться после зачёта! – гневался Магистр, что никак не показал, как внутренне переживал за её жизнь. Но от крика Игыра блондинка сжалась в комочек, а рядом сидевший Кейн напрягся как хищник, готовый защищать своё.
– Профессор Окено! – прервал его Староста, – Вы бы лучше отчитывали студентов, что не умеют слушать, не развивают чутьё и не могут к пятому курсу мгновенно навесить на себя защиту! – прорычал Цербер и, поднявшись, обернулся к студентам. – Вы что, ВСЕ вообще офигели! Был отдан «приказ»! Почему никто даже не дёрнулся защитить себя от взрыва?! Вам что… всё время МАМОЧКА нужна?! Или думаете, что раз я здесь, то опасности можно не бояться! Вы забыли, зачем прибываете в этих стенах? Мы здесь не развлекаемся, а готовимся стать боевыми магами! БОЕВЫМИ! После зачёта будете у меня полосу препятствий проходить с отработкой контуров по разным Стихийным направленностям!
– Полностью поддерживаю. Даже поучаствую в этом! – довольно отозвался преподаватель, потирая руки и предвкушая скорую расправу за свои потрёпанные нервы.
– Дайте мне десять минут, профессор Окено. И если Сноу не сможет вас удивить – вопрос о её отчислении будет поднят мной на следующем педсовете!
Мужчина кивнул и снова сел за свой стол. А Цербер поднялся на кафедру, рывком развернул Снежку спиной к адептам и, встав напротив неё, заговорил более спокойно, даже ласково:
– Слушай меня внимательно и не отвлекайся! Сосредоточься на силовых потоках. Контур «огненный» и для тебя сложный. Не вклинивай Стихию так резко, иначе будет очередной взрыв. Начинай вплетать свою магию сразу.
Девушка подняла руки и стала аккуратно плести щит.
– Брось! – скомандовал Лай.
Блондинка тут же отпустила заклинания, развеивая его.
– Ещё раз! – встав за спину Ириге, Староста приобнял девушку, положив свою голову на её плечо и обхватил запястья. – Сначала… во так… правильно. Видишь, как просто, если не действовать грубо. Да, вот так… – звучал его голос на всю аудиторию, заставляя внутренности скручиваться и желать услышать от коротышки эти же слова, но в другом контексте. В другом месте… желательно в моей спальне.
– Да, малышка, правильно. Легко и плавно… словно вяжешь ажурную салфетку крючком. Молодчина. А теперь ещё раз сама, – и развернув девушку лицом к нам, отошёл чуть в сторону, не переставая пристально следить за её действиями.
Снежка, не поднимая головы, сосредоточенно плела контур. Иным зрением было видно, что от её движений щит получается плотным и аккуратным. Девушка, закончив, подняла глаза не на препода, а на Лай, ища в его ядовитом взгляде одобрения и поддержку.
– Хорошо. Набрасывай на себя! – скомандовал тот и отступил за её спину.
Ирига послушалась и её тело облепил щит, заставив переливаться на свету всеми красками, как при преломлении света, падающего на бриллиант.
– Неплохо! – похвалил Окено.
– Рано судить, – не согласился Староста и без предупреждения ударил в спину Ириги огненным столбом.
Пламя, облизав девичью фигуру и не причинив ей вреда, прошло вперёд, не дойдя до первых парт каких-то пары метров.
– Молодец, первое испытание прошла! – довольно оповестил Цербер, выходя из-за спины ошарашенной одногруппницы и спускаясь с кафедры. Затем быстро развернулся и выстрелил в неё из мини-арбалета. Блондинка взвизгнула от вида летящей смерти, но болт, дойдя до её тела, наткнулся на щит, и стрелу разнесло на мелкие щепки, засыпавшие пол в проходе.
– Вот теперь отлично! – удовлетворённо кивнул Лай ошарашенной счастливой блондинке.
– Впечатлён, мисс Сноу. Приятно впечатлён. Надеюсь, на зачёте вы покажете столь же высокие результаты! – похвалил Иригу профессор.
Сноу, как ребёнок, подпрыгнула на кафедре и бросилась на шею к Церберу, что стоял и смотрел на неё снизу-вверх, сложив руки на груди.
– Лио… Лио, у меня получилось… Получилось!
– Будешь каждый раз меня душить – помогать больше не стану! – незлобно отозвался ей парень и, отцепив от себя девушку, уселся за свой стол к ожидающим его бумагам.
– Ваша очередь, адепт! – обратился Окено к Виктору.
Парень, выстроив щит, ожидал решения преподавателя и тот, осмотрев его иным зрением, удовлетворённо кивнув, отдал приказ:
– Фас, Лай! – и Староста, взметнув в воздух руку, не поднимая головы, выпустил арбалетный болт, прямо в лоб адепта.
Стрела разлетелась так же, как и до этого. А следом в Виктора прилетел боевой удар огненной волны, заставив того устоять на месте и радостно, по-идиотски, улыбаться.
– Отлично. Сел! – безэмоционально скомандовал магистр Окено. – Теперь давайте дадим шанс показать себя нашим друзьям из АйнКрада. Надеюсь, вы не боитесь Старосту и… методов проверки на вшивость?! – посмотрел на галёрку Игыр, заставляя всю группу обернуться к нам.
Хмыкнув, я встал и пошёл к кафедре. За мной увязалась сестра, готовая, наконец, показать себя. Под всеобщими взглядами я сплёл немного иной купол первым и стал выжидать приговора профессора. Краем глаза я заметил, как отложил перо, Цербер уставился на меня своим ядовито-зелёным взором.
– Неплохо-неплохо. АйнКрадский щит! Лай, твой выход… – проговорил Окено и посмотрел на скучающего парня.
А тот, зараза, сидел, подперев щёку кулаком, и рассматривал меня с ног до головы. И столько в этом взгляде было… Но из-за блокированных эмоций, нельзя было точно сказать, что это было. Заинтересованность, простое рассмотрение, как противника или как новый объект временных утех. Ведь судя по настроению, ректор не удовлетворил все желания коротышки о его ночном согреве.
«Я бы справился лучше!» – от последней мелькнувшей мысли, я надеялся, что меня передёрнет. Но тело и Кхел предали меня – оживились и предвкушали именно последний исход. А Мрак, падла, так вообще стал подкидывать пошлые картинки в моё сознание.
«Да, что, блин, со мной творится, рядом с этим "голубем"?!»
– Щиты… – лениво отдал команду Цербер и зажёг на пальце маленький огонёк.
Профессор среагировал быстрее, видимо, первым признав боевое заклинание. Адепты тоже набрасывали на себя лёгкие щиты, и когда весь класс был под огнеупорной защитой, коротышка кинул эту писюльку в меня.
Я усмехнулся столь крохотному огоньку, что, казалось, потухнет раньше, чем долетит до меня. Но стоило ему коснуться моего контура, как класс взорвался огнём, столь сильным, что меня отбросило к доске, снеся её с петель. Окна повылетали, светильники повисли на горящих кронштейнах, сестра от взрывной волны вообще улетела с кафедры в сторону дверей, приложившись об стену. АйнКрадцы повскакивали с галёрки в ожидании моего приказа. А я, подскочив на ноги, метнулся к своему врагу и, схватив его за грудки, приподнял со скамейки.
– Ты что творишь? С ума сошёл? – заорал я.
– Тебя предупреждали! – безэмоционально отозвался мелкий гад.
– О твоей невменяемости?! Нет, упустили этот момент! – рычал я так и удерживая говнюка над партой.
– Мне надо было проверить твой контур, и я это сделал. Заметь успешно!
– Это не повод кидать в меня боевое заклинание высшего порядка!
– И? Щит выстоял против меня, а значит, будущий зачёт тебе не страшен.
– Ах, ТЫ!.. – зарычал я, готовясь прилюдно разорвать недоноска.
– Адепт Зерхо! – остановил меня профессор от причинения особо тяжких, – Если вас что-то не устраивает, вы всегда можете обратиться с заявлением к ректору или… вызвать Лай на поединок.