Сначала – Я, потом – другие, или Манифест Разумного Эгоиста

Кого ж любить? Кому же верить?

Кто не изменит нам один?

Кто все дела, все речи мерит

Услужливо на наш аршин?

Кто клеветы про нас не сеет?

Кто нас заботливо лелеет?

Кому порок наш не беда?

Кто не наскучит никогда?

Призрака суетный искатель,

Трудов напрасно не губя,

Любите самого себя,

Достопочтенный мой читатель!

А.С.Пушкин

Вы даже услышите или уже услышали приговоры: это эгоист, это эгоистка! Не подумайте, что говорящие это сами чужды эгоизма. Нет, этот приговор относится к тем, которые не позволяют повертывать собою или употреблять себя в средство для эгоистических целей тех, которые так о них судят. И, следовательно, прямо обличает в сих последних эгоистов и эгоисток.

Феофан Затворник

Эгоист – это человек, любящий себя больше, чем других эгоистов.

Г. Малкин

Вступление

Однажды меня посетил один мой приятель и, едва переступив порог моего дома, сказал:

– Тут у меня одно выгодное дельце наклевывается, а у тебя, поговаривают, деньги водятся.

– Да, есть немного про запас, – признался я. – Пара тысяч баксов.

– Значит, я могу у тебя их одолжить на неопределенный срок? – произнес мой приятель радостным голосом.

– Неопределенный в каком смысле? – поинтересовался я.

– В том смысле, что неизвестно когда я смогу тебе их отдать. Так дашь мне их в долг или нет?

– Нет, – ответил я.

– Нет в смысле нет денег или в смысле не дашь? – поинтересовался приятель.

– Нет в смысле не дам, – сказал я.

– Почему? – искренне удивился приятель.

– Потому что это моя единственная заначка. И пока я работы не найду, мне придется оттуда что-то доставать. Иначе я и моя семья помрем с голоду.

– Эгоист! – обозвал меня, как врезал пощечину, приятель.

– Почему это я эгоист? – искренне удивился я.

– Потому что ты думаешь в первую очередь о себе, а не о других.

– Как это я не думаю о других?! – воскликнул я. – Я как раз думаю о других.

– Ерунда, ничего ты о других не думаешь!

– Думаю, – возразил я. – О своей семье, например.

– Нет на свете хороших людей! – воскликнул приятель. – Кругом одни проклятые эгоисты!

С этими словами он покинул мой дом, в сердцах хлопнув дверью. А я остался сидеть как оплеванный. И всё думал: «Обидеться или не стоит? Ведь он назвал меня эгоистом. Словечко-то уж больно ругательное, неужели я и вправду эгоист? А ведь раньше я таким не был».

Долго я сидел в раздумьях по поводу случившегося. И решил, что, наверное, не стоит себя так уж укорять за то, что не отдал последние деньги неизвестно на что с сомнительно перспективой их когда-нибудь получить обратно. Да и кормить-то своих близких всё же надо до того, как найду новую работу. Так что принял я за факт сие обидное для меня утверждение, а заодно решил пораскинуть мозгами, так ли уж плохо быть эгоистом. И эгоист ли я вообще?

И с этого дня стал я периодически думать над этой проблемой, пытаясь выйти за рамки обыденности и условностей и занявшись поиском ответа на этот, надо сказать, не такой уж простой вопрос: хорошо или плохо быть эгоистом и что вообще означает это слово с привычным для нас оттенком дурного.

Чтобы разобраться со всем этим я открыл новейший философский словарь, который так описывает этот феномен: «Эгоизм (от латинского ego – я) – принцип жизненной ориентации и моральное качество человека, связанное с предпочтением собственных интересов интересам других (индивидуальных и коллективных)».

«И что же получается? – подумал я. – Наше эго (в частности мое) ищет материального благополучия, соответствующего окружения, только его волнующих интересов, душевного спокойствия. Спрашивается, а что тут плохого? Разве мы все не стремимся к этому? Разве мы не хотим для себя и своих близких комфорта, как духовного, так и бытового? Ну, а если всё так, то все мы тогда эгоисты. Разве мы можем жить интересами других больше, чем своими? Навряд ли! Тогда бы мы стали просто зомби, лишенными своего «Я».

После этих размышлений я стал вспоминать некоторые эпизоды из своей жизни, которые заставили меня усомниться в правильности того, что я всю жизнь делал. Да и вы, читающие эту книгу, наверняка делали то же самое. И при этом получали тот же самый результат, что и я. Тот, кому мы не щадя своих сил, времени и средств помогали в ущерб себе, позабыл нас за это даже поблагодарить или вовсе напакостил нам после всего, что мы для него сделали. Знакома вам эта история? Мать или отец отдали своему чаду самих себя без остатка, а потом чадо выросло и упекло их в дом престарелых, ни разу даже не поинтересовавшись – живы ли родители или нет. Знакома вам эта история? Друг, которому для развития бизнеса мы отдали последние деньги, поднявшись выше облаков в материальном плане, не удостоился нам эти деньги вернуть, а когда мы, впав в бедность, попросили его это сделать, даже разговаривать с нами не захотел. Знакома вам эта история?

Возникает естественный вопрос: почему так происходит? Почему мы безропотно помогаем другим в ущерб себе? Откуда в нас такая покорность? Думаю, это пошло еще с раннего нашего детства. Нас вечно учили наступать себе на горло, чтобы стать для других достойным и хорошим индивидом. Нас учили стыдиться себя, играть роль тех, кем, по сути, мы не являемся, чтобы нас приняло общество, которое всегда требовало от нас полного подчинения интересам других. Каждый свой шаг мы должны были сверять с чужими проблемами, ставя их выше собственных. Мы были обязаны заботиться о тех, кто беднее и неудачливее нас. Неважно, каким потом и кровью достались нам наши деньги, – всякий раз, когда мы тратили их на себя, а не на других (которым вечно чего-то не хватало), нас упрекали в безнравственности. Чтобы прослыть хорошим человеком, нам нужно было отдать все нажитое другим и забыть о собственных интересах. Свою жизнь мы должны были полностью подчинить служению другим. Проще говоря, нас всю нашу жизнь призывали добровольно отдать себя в рабство этим вечно «нуждающимся» другим.

Вспомним, что нам вдалбливали с детства: «Надо значит надо», «А губозакаточную машинку не хочешь?», «Я – последняя буква алфавита», «Много хочешь – мало получишь» «Если не отдашь свое – значит, ты эгоист», «Любовь – это, прежде всего, жертвы и растворение себя в любимом» и т.д.

И вот мы играли по навязанным нам правилам, заботились о счастье других, а эти «другие» ни черта не делали того же в ответ. Что ж, надо признаться честно: нас попросту надули.

Ведь если ничего для себя, а все для других, то очень быстро понимаешь, что этим другим вечно всего мало, что они используют тебя как бездонную вечную кормушку. И должно произойти нечто из ряда вон выходящее, чтобы человек, наконец, обратил внимание на себя. Если кризис не случается, он так и будет бежать в своей «упряжке», пока не рухнет.  А что взамен? Благодарность, искреннее восхищение его личными качествами, уверение в вечной дружбе и преданности? Дудки! Как бы не так! Его тут же забывают, будто его и не было вовсе. Как говорится в пьесе Иоганна Фридриха Шиллера «Заговор Фиеско в Генуе»: «Мавр сделал свое дело, Мавр может уходить». Ведь стоило человеку обратиться за помощью к тем, кому он вечно помогал часто в ущерб себе, так оказывалось, что у этих людей свои дела и они, ну никак сейчас не смогут помочь. Он другой раз обратился, и выяснилось, что вообще-то у них семьи и они никак не готовы броситься на помощь. Он третий раз обратился, и его номер заблокировали навсегда. И вот он уже абсолютно обескураженный сидит наедине со своими проблемами, и понимает, что никто помочь ему не желает. А ведь он бросал свои дела, задвигал свои планы, чтобы им помочь. Он искренне не понимает, как же так могло случиться, что он всю жизнь потратил на помощь другим, а когда помощь оказалась нужна ему – никто не захотел помочь. Мир рушится, земля уходит из под ног, и не понятно, почему и что с этим делать. Прямо шекспировский «Король Лир», да и только!

И тут возникает вопрос: а виноваты ли эти все остальные в том, что так получилось? Может это мы сами что-то не так делали? Может это наши с вами ошибки и неправильные ориентиры в жизни сыграли с нами злую шутку?

Поразмыслив над всем этим как следует, я решил, что больше не буду тратить впустую свое время и свои силы на всех без разбора. И что пора строить отношения на взаимовыгоде и взаимовыручке. Мне перестали быть интересны альтруистические отношения, где один человек предоставляет себя в неограниченное пользование другим. Интересно, что когда я начал отказывать другим в их просьбе мчаться им на выручку в любое время дня и ночи, то стал получать в ответ обвинения в эгоизме и отсутствии эмпатии. Все словно бы забыли, сколько хорошего для них уже было сделано. И тут я вспомнил пословицу: «Люди никогда не помнят того, что ты для них СДЕЛАЛ и всегда помнят то, что ты для них НЕ СДЕЛАЛ».

Отдай всё в обмен на ничего? Нет уж – решил я, больше со мной этот номер не пройдет! Я научился говорить «нет» и тут же заметил, что множество людей удивились: «Почему?!» Да потому что не хочу. Просто не хочу. И вот это «не хочу» почему-то не являлось аргументом, хотя я и объяснял, что мои собственные желания, хотелки и потребности намного теперь для меня важнее их потребностей и хотелок. Да, разумеется, другие люди имеют право меня о чем-то попросить. А я имею право как согласиться на эту помощь, так и отказать в ней. Что тут такого особенного? Как тут не вспомнить гениального М.А.Булгакова и его «Собачье сердце». Помните сцену, когда профессору Филиппу Филипповичу Преображенскому хотели всучить журналы? Вот она дословно:

« – Хочу предложить вам, – тут женщина из-за пазухи вытащила несколько ярких и мокрых от снега журналов, – взять несколько журналов в пользу детей Германии. По полтиннику штука.

– Нет, не возьму,– кратко ответил Филипп Филиппович, покосившись на журналы.

Совершенное изумление выразилось на лицах, а женщина покрылась клюквенным налетом.

– Почему же вы отказываетесь?

– Не хочу.

– Вы не сочувствуете детям Германии?

– Сочувствую.

– Жалеете по полтиннику?

– Нет.

– Так почему же?

– Не хочу».

Вот в чем дело-то: не хочу. Не хочу! Я – это я и моя собственная воля, это мое право хотеть или не хотеть, тратить свои заработанные деньги на помощь неизвестно где существующим людям или не тратить их. Я могу их потратить и потрачу, но только тогда, когда Я СОЧТУ ЭТО ВОЗМОЖНЫМ. Итак, признать за человеком право выбора – значит согласиться с тем, что он способен самостоятельно строить свою жизнь и что она принадлежит только ему.

Поняв это и приняв на вооружение, я смог выстроить отличный круг людей вокруг себя, которые так же, как и я, могут отказать в угоду своим потребностям, но могут и пожертвовать временем, зная, что потом такую же жертву получат в ответ.

Нет, я не призываю игнорировать интересы других людей, пренебрегать окружающими, становиться черствым. Речь идет лишь о том, что если другие люди заслуживают уважения их интересов, отчего же не учитывать свои?

И пусть другим вбивают в голову, что достойными являются только те, кто любит всех людей без разбора и вечно жертвуют собой ради них, и что именно такая всеобъемлющая любовь и является признаком гуманного человека. Однако вопрос – все ли существующие вокруг нас двуногие прямоходящие без перьев являются именно людьми, достойными нашей любви и нашей помощи. Мы что же, должны любить всех проходимцев, негодяев, насильников и убийц? По-моему, всех людей скопом любят только глисты, микробы и этот проклятый коронавирус. Так что покорно прошу меня извинить – в своей любви к окружающим я строго избирателен. Разумеется, это мое сугубо частное мнение. Кстати, если вы меня призираете и порицаете за такой взгляд на окружающих, то не забудьте о любви ко всему человечеству в тот момент, когда какой-нибудь представитель этого человечества изнасилует вашего ребенка или трахнет вас по голове.

Так что вы уж как хотите, но лично я считаю, что человек разумный должен, прежде всего, любить себя самого. И в этом нет ничего дурного. Потому что если от нас зависят другие люди, а люди часто зависят от других людей, то наше с вами равновесие и хорошее самочувствие, настроение и работоспособность идут на пользу всем, кто от нас зависит.

В этой связи вспоминается случай из моей врачебной практики. В самом начале своего пути служения людям я изнурял себя, пытаясь изо всех спасти больных, и вскоре буквально стал падать от изнеможения. И тут не было ничего предосудительного, недаром же существует латинское изречение: Salus aegroti – suprema lex medicorum – здоровье больного – высочайший закон врачей. Я напомнил это изречение своему старшему коллеге, с которым однажды дежурил вместе, когда он предостерег меня от изнурения трудом во благо наших пациентов. А еще я привел ему такую истину: Aliis inserviendo consumor – служа другим, сгораю. Знаете, что он мне ответил? Думаете, он меня поддержал? Наоборот. Он сказал мне, что врачебное служение – дистанция марафонская, что надо рассчитать свои силы надолго. Вот дословно его слова: «Если ты сгоришь быстро и рухнешь, то кто тогда будет лечить твоих пациентов? Они ведь останутся без твоей помощи и могут умереть. Ты должен выкладываться на 100%, но не забывать о поддержании своих сил и своей работоспособности. А для этого ты должен стать в какой-то степени эгоистом. Иначе тебя надолго не хватит». Вы думаете, я стал с пеной у рта ему возражать? Нет, я поверил ему на слово: он уже давно работал с высочайшей эффективностью, а потому я, глядя на него, тоже стал действовать более разумно. Результатом явилось то, что моими усилиями удалось спасти тысячи пациентов (и ни один не умер по моей вине), а также поставить более 50 000 правильных диагнозов (и при этом ни одного ошибочного). Так что свой врачебный долг я выполнил и всё благодаря своему коллеге, который преподал мне много лет назад урок здравомыслия и правильного отношения к себе. Спасибо ему за это!

Так что не надо поднимать на меня волну справедливого гнева – если я буду поддерживать себя на должном уровне физического и эмоционального состояния, то у меня будет достаточно сил поддерживать других и этим другим помогать. Если же я буду без сил – то какой от меня другим будет толк?

Об этом я и хочу вам, дорогие читатели, рассказать. Найти, обозначить золотую середину между оголтелым всепожирающим эгоизмом и насилующим нас альтруизмом – вот задача этой книги. Если представить себе ситуацию, что твой ребенок болен и ему нужна помощь, а ты бросаешь его ради друга, который напившись, попадает в очередные неприятности, то это отказ от своих интересов и интересов своей семьи. Или ты с температурой едешь помогать знакомому клеить обои – это тоже отказ от себя. А надо ли так делать?

Признать за человеком право выбора – значит согласиться с тем, что он способен самостоятельно строить свою жизнь и что она принадлежит только ему. Однако альтруисты не могут согласиться с этим: наша жизнь должна принадлежать остальным, и только эти остальные вправе решать, когда, как и сколько мы должны жертвовать. У нас нет права сбросить кандалы. Человек, живущий под бременем обязательств, лишён права выбора, превращаясь в безропотного раба. Это право есть только у коллектива. Вам нравится такой расклад? Мне – нет. Ведь если один человек будет постоянно помогать всем остальным, то когда же он будет заботиться о себе, решать свои проблемы? А ведь по мере оказания бескорыстной помощи желающих ее получить становится только больше. А все потому, что люди начинают воспринимать такую помощь – не как крайнюю меру, а как нечто привычное и само собой разумеющееся. Иными словами, они просто забывают, что другой человек им ничем в этой жизни не обязан. И едва им отказывают, так они начинают взывать к нашей совести, обзывать эгоистами и вспоминать догматы альтруизма. Что тут удивительного: альтруизм им становится очень выгоден, ведь он призывает отдать другим всё и помалкивать.

Так что же получается: один человек имеет право забрать у другого человека его собственную машину просто потому, что нет своей? Или потребовать полового акта с его женой, потому что у первого нет своей? Или съесть чужой обед, потому что он голоден? Конечно, вы можете отдать свой обед другому потому, что он, видите ли, голоден. Что ж, тогда уступите ему и свою жену. Пусть он совокупляется с ней на вашей кровати в вашем же доме. Ведь у бедняги нет жены и дома тоже нет. А как же вы? А вы не имеете права ему отказать, потому что должны быть, видите ли, альтруистом и только и делать, что отдавать свое и жертвовать своим ради других. Другие – вот главная и единственная ценность альтруизма. Есть только потребности и права других – ваших потребностей и прав нет и в помине. Вы должны пожертвовать собой! Должны – и всё тут! И при этом вас, отдавших всё свое этим другим просят пойти на… и не беспокоиться. И кто же остается в выигрыше? Слабаки. Они ничего не заслужили, просто им нужна ваша помощь и ваша собственность. А вам разве ничего не нужно? Нет, потому что слабаку всё это нужнее, он же слабый, несчастный и беззащитный.

Вот и получается, что от нас требуют самопожертвования, даже если мы не виноваты в проблемах других людей. Не имеет значения, что эти другие, возможно, сами создали себе проблемы. Почему мы должны помогать тем, кто вместо того, чтобы искать работу, пропивает пенсию, делает ставки на тотализаторе или просит милостыню? Разве такие люди не сами повинны в своих проблемах?

Помните: чем больше вы жертвуете, тем быстрее растут аппетиты принимающих жертву, и тем более назойливо звучит их требование: «Дай, дай, дай!».

Вопрос: почему надо отдавать свое, честно заработанное, другим, чтобы им было комфортно. Почему это – добродетель, а думать о собственном комфорте – вопиющая непорядочность? Почему всё, чего мы достигли в этой жизни, становится удавкой на нашей шее? Почему мораль требует, чтобы мы жертвовали всем ради других?

Нет, разумеется, я ни в коем случае не призываю к тому, что мы не должны помогать людям, попавшим в беду. Я имею в виду совсем другое. Почему мы вечно кому-то обязаны? Почему мы не имеем права распоряжаться собственной жизнью, и почему ею распоряжается любой «нуждающийся»? Почему мы не можем жить для себя? Почему единственным смыслом нашего существования должно стать удовлетворение чужих потребностей? Почему когда нас упрекают в эгоизме, мы молчим? Почему «неимущий» командует, а имущий его безропотно кормит и содержит?

Альтруизм приковывает нас цепями к тем, кому мы должны помогать. Нам ставят ультиматум. От нас требуют плюнуть на нашу собственность и отдавать ее другим. А когда мы протестуем и сопротивляемся – нас тут же объявляют самовлюбленными жадными эгоистами.

Так что же нам делать? Оправдываться? Ведь признаемся честно: мы очень не любим, когда нас называют эгоистами. Мы обижаемся на человека, посмевшего нам сказать такое. Как так получается, что любое действие, предпринимаемое в своих собственных, а не в чужих интересах, считается безнравственным? Почему добродетелью считаются деяния ради других, а пороком – ради самих себя? Почему потребности других оказываются важнее наших потребностей? Почему если вы думаете о себе в первую очередь, то это безнравственно? Если вам только и нужно делать, как помогать тем, кто в чем-то нуждается, то как же быть с вашими собственные потребностями? Почему заботиться о чужих нуждах – хорошо, а о своих – недопустимо? Скажите честно: вы станете помогать тому, кто этого не достоин, – например, соседу-алкоголику, в пьяном угаре спалившему свой дом? Если да – то для альтруистов вы хороший человек, если нет – то плохой. В этом случае альтруисты посчитают вас эгоистами – ведь вы никого ни о чем не просите и ни от кого не требуете жертв.

Кто дал право альтруистам решать – чьи потребности насущнее? Почему они насущнее у тех, кто ничего не добился сам и хочет поживиться за счет тех, кто этого добился своим трудом? Отдай свое и не ропщи. Мы это уже проходили. Помните: экспроприация экспроприаторов, то есть, попросту говоря – грабь других и не парься. Альтруистов возмущает сам тот факт, что у одного дом больше, чем у другого, и денег тоже больше. Почему все не могут быть одинаково богатыми? Могут. Как? И тут как нельзя кстати на ум приходит еще один кусок из всё того же «Собачьего сердца» М.А.Булгакова. Вот он:

«Филипп Филиппович локти положил на стол, вгляделся в Шарикова и спросил:

– Позвольте узнать, что вы можете сказать по поводу прочитанного?

Шариков пожал плечами.

– Да не согласен я.

– С кем? С Энгельсом или с Каутским?

– С обоими,– ответил Шариков.

– Это замечательно, клянусь богом. «Всех, кто скажет, что другая…» А что бы вы со своей стороны могли предложить?

– Да что тут предлагать?.. А то пишут, пишут… конгресс, немцы какие-то… Голова пухнет. Взять все, да и поделить…

– Так я и думал,– воскликнул Филипп Филиппович, шлепнув ладонью по скатерти,– именно так и полагал.

– Вы и способ знаете? – спросил заинтересованный Борменталь.

– Да какой тут способ, – становясь словоохотливым после водки, объяснил Шариков, – дело нехитрое. А то что ж: один в семи комнатах расселился, штанов у него сорок пар, а другой шляется, в сорных ящиках питание ищет».

Как вам этот сюжет? Не в бровь, а в глаз! Итак, благоразумные эгоисты не готовы согласиться с тем, что у кого-то есть моральное право ограбить их самих. Вот почему альтруисты так их не любят. И что интересно: на вопрос, почему заботиться о собственной жизни считается аморальным, а о чужой – высоконравственным, альтруизм не дает никакого, пусть даже самого путаного ответа. Нельзя привести ни одного убедительного довода в пользу того, что человек должен подчинить свою жизнь служению другим людям. У альтруистов нет даже намека на логическое обоснование того, что мы обязаны приносить себя в жертву всем остальным. Более того, альтруисты отрицают саму необходимость хоть какого-то вразумительного ответа на этот вопрос.

Если верить альтруистам, люди, предпочитающие жить для себя, не могут быть честными, справедливыми и принципиальными. А так ли это? Если у вас есть то, чего нет у других, вы, по мнению альтруистов, должны этим пожертвовать. И «неимущие» имеют неоспоримое право на все, чем вы обладаете. Почему? С какой это стати?

Если ваш знакомый требует выполнить какое-либо его безумное желание, вы просто обязаны это сделать. Отказ будет воспринят как проявление эгоизма. Бродяга требует милостыни для покупки очередной дозы водки или наркоты? Вы не имеете права отказать ему. Как, вы не хотите? Значит, вы эгоист. А если вы отчитаете бездельника и посоветуете ему бросить валять дурака и поискать, наконец, работу, вы будете эгоистом в квадрате. И вообще, – кто вы такой, чтобы отказывать «обездоленному», да еще утверждать, что он не заслуживает милости? Альтруизм не терпит такого наглого резонерства.

А скажите мне, сами-то альтруисты живут в соответствии с принципами, которые проповедуют? Да, они во всеуслышание твердят, что чужая потребность превыше всего. Интересно, а что они сделают, если я приду к ним домой и потребую отдать мне всё, что у них есть? Набьют мне морду, вызовут полицию или просто захлопнут передо мной дверь? Спрашивается – почему они так поступят? Правильно, потому что им будет ЖАЛКО отдавать мне то, что принадлежит им. И у меня язык не повернется упрекнуть их в этом, потому что здесь нет ничего необычного или противоестественного. Но тогда возникает вопрос – а не сволочи ли эти альтруисты, ведь они призывают меня думать о других больше, чем о себе, а сами и не собираются следовать своим же догматам. Итак, альтруисты поносят эгоистов за их потакание собственным желаниям, хотя сами грешат этим же, но только не афишируют это, а исповедуют это втихаря и внутри себя самих.

Почему-то считается, что есть только два способа жизни – либо ты живешь за счет других, либо позволяешь кому-то сесть тебе на шею. Но разве это верно7 Разве нельзя жить так, чтобы ни себя не обидеть, ни окружающих? Почему нельзя просто относиться к своей жизни как к драгоценному дару, который следует принимать с радостью и благодарностью, а не смиренно разбазаривать на других? Почему надо в угоду общественному мнению отрицать наличие у себя эгоизма? Да не собираюсь я этого делать и всё тут! И не вижу в этом ничего плохого. Ведь эгоизм – это всего лишь соблюдение личных интересов. Эгоист – это тот, кто стремится сделать свою жизнь лучше. Как быть со всеми этими людьми, которые живут обычной жизнью, стремясь украсить ее плодами своего труда без всякого ущерба для окружающих? Как быть с теми, кто стоит на страже собственных интересов и не кормится с чужой руки? Кто сам зарабатывают себе на жизнь. Почему считается, что преследование личных интересов возможно только в ущерб другим? Почему люди, которые сами решают свои проблемы, добиваются успеха и ни у кого ничего не просят – плохие?