Планетарные скитальцы

Глава 7

Настойчивое мигание светодиода на приборной панели возвестило о том, что топливо в баке шатала подходит к концу. Еще пол часа полета и противно запищит зуммер, напоминая пилоту о переходе на Н/З. Ден негромко выругался, со скрежетом почесал трехдневную щетину на подбородке и пошуршав с минуту кнопками на пульте, вызвал на монитор карту сектора. Задворки солнечной системы были той еще глушью. Вокруг на миллионы миль могло не оказаться не то что живого существа-даже навигационного зонда. Только астероиды большие и малые, космическая пыль да редкие обломки космических аппаратов времен начальной колонизации. Да и карта сектора составлялась более ста лет назад, еще до первого контакта. С тех пор, как галактическое содружество объявило внешние спутники карантинной зоной, ни одно военной или научное космическое судно Солнечной федерации не рискнуло пересечь пояс астероидов. Забраться в эту глушь мог либо контрабандист с ценным грузом для чужаков на Япете, либо торговый транспорт, шедший на Титан сбившийся с курса, либо беглец от закона, коим сейчас являлся счастливчик Ден.

Древний челнок, на котором Денис ударился в бега был одним из последних исследовательских судов, построенных до контакта. Пять лет путешествий на этой лоханке, почти полностью привели её в негодность. Топливный бак подтекал, ионные двигатели долго калибровались перед стартом, единственный манипулятор заедал в самый неподходящий момент. Но был один прибор на борту, который служил изначальной цели этой серии челноков и который за все пять лет Ден так ни разу не использовал. Мощный широкополосный радар. При включении прибора, лампы освещения моргнули и засветили тусклее. Циклопический радар поглощал львиную долю мощности силовой установки челнока. На мониторе, прямо на карте сектора появились три ярких желтых пятна. Два маленьких и одно побольше. Большое пятно было описано зеленым кружком. Это означало исходящий от объекта радиосигнал. Сигнал достаточно мощный, чтобы принять, дешифровать и установить обратную связь.

На дисплее связи возникло широкое, плохо выбритое, улыбающееся лицо, которое еле помещалось в кадр. Лицо было слегка чумазым, а улыбка отпугивала отсутствием передних зубов. Ден включил обратный сигнал и сдержанно помахал в камеру в знак приветствия. Лицо тут же оживилось и надтреснутым фальцетом с присвистом через щель между зубами проскрипело «Здорово ссссынок»…

Уже через два часа, сидя в тесном камбузе геологоразведочной станции, Ден давясь уплетал из банки бобы неизвестного года консервации и слушал сбивчивый рассказ старика Митчела. Временами Митчел прерывал рассказ, заливался счастливым смехом, наполняя тесное помещение густым запахом перегара.

Как оказалось, станцию на этом астероиде, построили более двухсот лет назад. Недра астероида оказались богаты гелием 3-основным компонентом топлива для ионных двигателей. В начале колонизации солнечной системы, человечеству хватало тех запасов гелия 3, который добывали на лунной базе. Но все рано или поздно заканчивается. Особенно в руках жадных и одновременно расточительных межпланетных корпораций. Чтобы продолжить экспансию в ближний космос, корпорации отправляли поисковые партии ко всем малым планетам и астероидам, в поисках чем бы поживиться. То тут, то там возникали маленькие станции по добыче полезных ископаемых и радиоактивных изотопов. А потом, в 3402 году случился контакт. В результате назад геологи так спешно эвакуировались со станции, что оставили все запасы, рассчитанные на поддержание жизни двух десятков человек в течении десяти лет. Так что, когда 15 лет назад Митчел наткнулся на астероид, он решил, что нашел клад. Митчел был мормоном. Жил он себе на Марсе со своими двумя женами и тремя сыновьями, держал ферму, разводил Марсианских двухголовых коров. И черт его дернул полететь на Венеру за дешевым фуражным зерном. Там он встретил молодую матриархиню и решил пополнить коллекцию. Первая то его жена была с Луны. Вторая с Земли, из столицы – Посейдонии. Захотел Митчел разнообразия. Вот только главного не учел. Законами венерианского матриархата строго запрещены ранние браки с инопланетянами. Пока двоих детей от венериан не родят, за инопланетян нельзя. А то инопланетяне народ ненадежный. Сегодня он есть, а завтра улетел в свой космос. С кого потом алименты взимать? На что деточек малых кормить? А так, если и сбежит инопланетянин от венерианки, сумму на содержание ребенка по её бывшим мужьям раскидают. Ведь чужих детей не бывает. Но Митчел пошел на хитрость. Любой мормон-глава семьи, он же и является духовным пастырем. А значит, по законам солнечной федерации, может самостоятельно заключать брак. Вот он сам себя и женил. И невесту с планеты умыкнул. Спрятал в контейнере с фуражным зерном и провез через таможню.

И все бы ничего, да только венерианские чиновники оказались дотошными. Митчел оказался в федеральном розыске. А поскольку марсианские чиновники не отличались такой дотошностью, а сам Митчел после каждого урожайного сезона, никогда не забывал заносить пухлый конверт местному шерифу, то хитрый мормон успел продать за пол цены свою ферму со всем скотом, купить два челнока с запасными топливными баками и покинуть планету, прежде чем к нему нагрянули федеральные власти. На этом удача Митчела закончилась. При пролете через пояс астероидов к внешним спутникам, один из челноков прошил навылет шальной метеорит, унеся с собой двух старых жен и двух сыновей. Пару месяцев Митчел пытался найти работу на Ганимеде, но и туда добрались дотошная федеральная инспекция. Оставив на спутнике старшего сына, на которого у властей ничего не было, Митчел с молодой женой стартовал к Сатурну, чтобы затеряться среди бескрайних пустошей, астероидов и космического мусора. Так он и наткнулся на брошенную станцию по добыче гелия 3, которая как будто специально ждала его прибытия. На ней он и провел следующие 15 лет. На ней родилась дочь Марша. С нее 10 лет назад стартовал к Ганимеду его челнок, управляемый его женой и груженый до отказа гелием 3. Да так и не вернулся. С тех пор Митчел занимался добычей гелия 3. А когда все технические резервуары станции заполнились до отказа, проводил время между чтением псалмов для своей дочери и распитием самогона, сваренного из всё тех же перебродивших бобов неизвестного года консервации.

– Давай, сссынок, давай за встречу… старик Митчел разлил по пластиковым стаканам смердящее пойло из большой лабораторной реторты.

– Вссссе равно твой челнок еще долго будет заправляться. Гелий 3 сссспешки не любит. Ссслишком бысссстро зальешь в бак- будет большой бум

Митчел улыбнулся беззубой улыбкой и сунул стакан с пойлом Дену под нос. Счастливчик тяжело вздохнул, отхлебнул смрадной жижи. Поперхнулся. И вторым глотком осушил стакан. Пол камбуза слегка покачнулся. Митчел присел обратно на стул и выдохнул. Машинально прожевав еще ложку бобов неизвестного года консервации, он взглянул на Митчела внезапно потеплевшим взглядом. Теперь, на фоне злоключений старика, его собственное положение уже не казалось Денчику таким уж бедственным…

После четвертого стакана сивухи, Митчел потащил упирающегося Счастливчика знакомиться с красавицей дочкой. Ден встал, опершись о крепкое плечо старика, сделал шаг от стола… Пол камбуза не только закачался, но еще и завертелся и Денчик провалился в черную пустоту.

– Ну вот и сссславненько, вот и ссславненько…

Свистящий фальцет резанул по ушам Дена и он открыл глаза, обведя мутным взглядом помещение. Рядом с ним на краю кровати с древним огнестрелом в руках сидел старик Митчел и лучезарно улыбался ему своей беззубой улыбкой.

– Ну что же ты наделал, зятек?

– Ты чего, старик. Умом поехал? Возмутился Ден -Какой я тебе зятек?

– А кто доченьку мою, красавицу обесчестил, а?

Митчел ткнул огнестрелом в сторону. Ден медленно повернул голову в сторону стены и ком дурноты подкатил к его горлу. На сложенных стопкой подушках, едва прикрытое простынкой, покоилось тело, совершенной геометрической формы, напоминающее собой шар. Геометрическую безупречность нарушали многочисленные плотные складки в районе торса. Огромные пухлые руки стеснительно перебирали жиденькую косицу рыжих волос. Лицо существа было один в один как у Митчела, только раза в два шире, и было украшено тройным подбородком и бульдожьими висячими щеками. Огромные пухлые губы расплылись в жабьей улыбке. Водянистые серые глаза ласково буравили его пристальным взглядом.

– Привет, блондинчик! – нарушило гробовое молчание существо, голосом походившим на отрыжку объевшегося бегемота.

Денчик взвизгнул, как загнанная в угол крыса и было дернулся от этого чуда, но под ребра ему уперся холодный и жесткий ствол огнестрела.

– Куда же ты, зятек? А кто будет нести ответственность?

И вот он, Деннис Дойл, стоит посреди тесной каморки маленькой капеллы и под дулом огнестрела, готовится стать семейным человеком во второй раз в жизни.

Страх ледяным узлом стянул внутренности в области солнечного сплетения.

Бобы неизвестного года консервации настоятельно попросились на свободу. По тесному помещению пополз запах страха.

– Слышь, батяня. Я тебе сейчас всю церемонию испорчу. Мне НАДО. Очень надо.

– Ничего ссстрашного, ссссынок. Ссскоро ты ссстанешь частью сссемьи, а в сссемье можешь не сссстессссняться. Тут вссссе сссвои.

Но тут из под фаты шарообразное существо просипело

– Папенька, я не хочу выйти замуж за засранца.

Старик Митчел покосился на дочь и кивком указал Дену на дверь. Еще никогда Денниса не конвоировали в отхожее место под дулом огнестрела. Даже во время службы в космофлоте. Всякое бывало-наряды, гауптвахты, побои. Но чтобы так…

Наконец старик Митчел пинком втолкнул Дена в тесный гальюн и прошипел.

– у тебя десссять минут.

Счастливчик Ден судорожно огляделся. Стандартный космофлотский гальюн мало чем отличался от тех, которые он чистил два года службы в вооруженных силах. Но вот сливная труба… Денчик сразу живо вспомнил тренировки по подавлению восстаний в колониях. Как старый чернокожий сержант до седьмого пота гонял новобранцев вверх и вниз по трубам и техническим коридорам различных планировок. И приговаривал «Учитесь быстро ползать по пластунски. Когда нибудь это спасет вам жизнь.» Отвернув дрожащими пальцами несколько болтов, Ден как можно бесшумнее снял унитаз со стойки и заглянул в широкое полтора на полтора метра отверстие технического слива. Из темной бездны на него пахнуло волной смрада. Борясь с приступами тошноты, счастливчик Ден на мгновение заколебался, но тут перед его внутренним взором возникло широкое лицо с тремя подбородками, бульдожьими щеками и широкой жабьей улыбкой. Деннис очертя голову нырнул в зловонную пучину…

Когда Ден ввалился в рубку челнока, наспех натягивая скафандр поверх загаженного комбинезона, снаружи в шлюзе завыла сирена. Включилось аварийное освещение. Очевидно, старик Митчел обнаружил пропажу вероятного родственника, и включил систему безопасности.

– Поздно, папаша, поздно. Мстительно процедил сквозь зубы Счастливчик. Он наспех проверил уровень топлива в баке. Заправка была завершена на 50%. До Ганимеда не дотянуть, но на поиски топлива хватит. И не дожидаясь, пока старик Митчел догадается закрыть створки шлюза, Деннис, без калибровки, сразу включил форсаж ионного двигателя. Перегрузка впечатала его в кресло пилота. Челнок выкатился из шлюза на поверхность астероида, прокатился несколько сотен метров на шасси и ушел по касательной к мерцающим холодным звездам. Внезапно, коммуникатор ожил. Визгливый шепелявый голос старика Митчела крыл Дениса отборнейшей бранью.

Но Ден уже не слышал его криков. Он думал только о том, чтобы оказаться в любом месте во вселенной, где есть работающий душ. Чтобы смыть с себя вторичный продукт, некогда бывший бобами неизвестного года консервации.

Глава 8

В поле зрения коллекторов Ден попал еще на «Свободной Гавани». Орбитальная станция «Свободная Гавань» была построена корпорацией «Докуга» по госзаказу федерации в 3352 году, за 50 лет до контакта как исследовательская база на орбите Титана. Именно с нее предполагалось вести колонизацию и терроформирование спутника. Но контакт помешал планам солнечной федерации. Люди успели построить на поверхности Титана всего один купол и жилой комплекс под ним. Когда галактическое содружество объявило внешние спутники карантинной зоной, колонисты спешно бежали с поверхности спутника. А вот администрация станции получила от корпорации приказ остаться и наблюдать за пришельцами.

Так они и наблюдали за пришельцами следующие сто лет. А пришельцы наблюдали за людьми. Время шло, менялся экипаж станции. Прибывали и улетали торговые корабли компании. Прибывали и обживались на станции беглецы с внутренних планет и внешних спутников. Беглые преступники, изгои, религиозные фанатики, искатели приключений. Периодически с Япета через врата прибывали загадочные существа различных рас и видов. Туристы, торговцы, такие же авантюристы и беглецы, но уже от галактического закона. «Свободная гавань» принимала всех без ограничения. На станции шла бойкая нелегальная торговля. Технологиями, предметами искусства, различными веществами и даже живым товаром. Наблюдатели на Япете смотрели на контрабанду сквозь пальцы, власть солнечной федерации заканчивалась на спутниках Юпитера, а компания «Докуга» получала теневой торговли свой процент с каждой сделки. И все были довольны.

Счастливчик как раз прохаживался по сегменту огромного отсека, бывшего некогда ремонтным доком, ныне приспособленным под базар. Деннис искал сменное шасси для своего челнока. Без исправного шасси о посадке на планетоиды можно было забыть. А Денчику не улыбалось неопределенное время болтаться в космосе, причаливая только к орбитальным станциям.

Отсек кишел людьми и разными существами различных форм и окрасок. Существа хаотично перемещались между стопками и пирамидами из контейнеров, лотками со штучным товаром и клетками с живым товаром. Живой товар представлял собой преимущественно обитателей солнечной системы. Ден как раз протолкнулся между лотком с разноцветными котятами и клеткой с аллигатором и вышел на небольшую площадку, где вокруг подиума собралась шумная многоликая толпа нелюдей размахивала щупальцами, клешнями, ложноножками и прочими непонятными конечностями, наперебой предлагая свою ставку. А на подиуме шел то ли аукцион, то ли модельный показ. Из за импровизированных кулис по очереди выходили фривольно одетые женщины и демонстрировали особенности своей внешности.

Деннис как раз успел к очередному шоу. Из за занавески вышла бледная маленькая землянка. Она улыбнулась толпе своей острозубой хищной улыбкой, помахала перепончатой лапкой в знак приветствия и игриво раздула жабры на шее. Толпа одобрительно заверещала. Денчика передернуло. Он не любил Землю и землян. С тех пор, как человечество потеряло колыбель своей цивилизации, когда суша планеты оказалась непригодна для обитания, остатки человечества, не вписавшиеся в программу космической колонизации, были вынуждены вернуться в океан, откуда некогда вышла жизнь на Земле. Сначала люди с успехом применили технологию городов-куполов отработанную при колонизации Луны и Марса и построили подводные города на дне океанического шельфа. А затем, по мере роста населения, были вынуждены пойти на генетические модификации, чтобы жить в водной среде. И эти модификации пугали Денчика до смерти. В детстве дедушка Наби говорил ему, что если он, Ден, не будет слушаться, то ночью из канала вылезет зубастый землянин и утащит его под воду. Когда Ден стал большим, он, помня рассказы дедушки, продолжал держаться от земных женщин подальше. Кто знает, что там у них еще зубастое? Когда землянка ушлепала на своих ластах за занавес, Ден облегченно выдохнул и вытер вспотевшие ладони о комбинезон. Следом за землянкой, жужжа и полязгивая, на подиум вышла хрупкая высокая селенитка в характерном для уроженцев малых спутников, экзоскелете. Станция «Свободная Гавань» вращалась вокруг своей оси и поддерживала за счет центробежных сил, притяжение на уровне половины от земной. Оно считалось наиболее комфортным для большинства обитателей солнечной системы. Вполне комфортно для Дена, чуть больше, чем на родном Марсе. Но для селенитки притяжение было в три раза больше привычного. Поэтому передвигаться без экзоскелета, да еще и покачивать при ходьбе филейной частью перед галдящей толпой, было бы решительно невозможно. После того, как селенитка улязгала в своем экзоскелете, за кулисами возникла короткая пауза, возня, глухая ругань. А затем… Затем занавес откинулся и пара дюжих молодцов в силовой броне швырнули на середину подиума круглый шар телесного цвета. Шар громко визжал, причитал, шипел как гремучая змея и стыдливо прикрывал пухлыми ладошками причинные места, едва скрываемые нижним бельем. К горлу Денчика подкатился знакомый ком. Венерианская матриархиня во всей своей красе.

Венериане в дальнем космосе были большой редкостью. Собственно, из за многолетней депопуляции, они и на Венере то были большой редкостью. Огромные массивы венерианских зерновых плантаций, располагающихся в летающих городах Венеры, которые обеспечивали производство 75% растительной пищи солнечной системы, исправно обслуживали андроиды, закупаемые Венерианским матриархатом на Марсе у корпорации «Докуга» в промышленных количествах. В промышленных потому, что заботиться о технике венериане не умели. Большую часть выходящих из строя роботов, они возвращали на Марс по цене лома. Так что марсианские корпорации считали ведение бизнеса с венерианами весьма выгодным делом. Немногочисленные технические специалисты, занимающиеся на Венере посильным ремонтом были либо наемниками с других планет, либо работали в закрытых лабораториях на венерианский Совет кланов. Большинство же простых венерианцев занимались различной деятельностью, в зависимости от пола. Женщины занимали все административные должности, а мужчины служили обслуживающим персоналом. Поскольку женщины занимали в венерианском обществе привилегированное положение, берегли их как зеницу ока. Вдвойне странно было увидеть одну из них в качестве живого товара на задворках солнечной системы. Но Денчика беспокоила отнюдь не её неприкосновенность. С венерианками у него была связана масса неприятных воспоминаний личного характера. Впрочем, толпа вокруг подиума была с ним солидарна. Пришельцы затихли, убрав свои клешни, щупальца и прочие конечности. Желающих приобрести 150 килограмм венерианской женственности не нашлось. Венерианская матриархиня все еще пыталась подняться на ноги, но её специфическое ширококостное телосложение осложняло процесс. Она пыталась встать с корточек, опираясь на пухлые руки. Со стороны это выглядело устрашающе, как будто боец сумо вышел на дохё и готовится к схватке. Пришельцы в страхе попятились. Еле сдерживая рвотные позывы, Счастливчик тоже начал выбираться подальше от сцены, но внезапно уткнулся носом в нагрудную пластину силовой брони. Судя по исполинскому росту и не скрываемому даже силовой броней, худосочному телосложению, человек был уроженцем Луны. Из под поднятого забрала светофильтра Дена буравила пара внимательных черных как угли глаз.

– Деннис Дойл? Голос усиленный динамиком резанул по ушам.

Ден подался было назад, но под локоть его ухватили цепкие сильные пальцы. За его спиной, похожий на инсталляцию из серебристого металла и белого пластика, стоял андроид серии RFS. Той самой серии, которую марсианские фабрики массово поставляли на Венеру. На предплечье механической руки, схватившей Денчика, красовался характерный для андроидов-медиков, красный крест. Такие андроиды хранили в своей памяти весьма точные анатомические атласы всех известных человеческих видов. Дурные опасения Денниса подтвердились, когда андроид нажал на болевую точку под локтем и рука онемела…

Ден бежал по узким коридорам, ведущим в док. Сердце колотилось в унисон громыхающим шагам селенита за спиной. Впрочем, селенит в его крупногабаритной силовой броне не так беспокоил Денниса, как подвижный и безупречный в своей координации, андроид. Сбежать от него было намного сложнее. За последние три часа RFS 90210, как представил его селенит, начал сильно действовать на нервы Счастливчику. Сначала именно в его стальном захвате, Дену пришлось проследовать в помещение, арендованное селенитом. Затем, Ден битый час выслушивал суть претензий этой сладкой парочки. Билл Уилкокс, свободный охотник, подписал со службой безопасности венерианского матриархата контракт на розыск, поимку и доставку гражданина Марсианской конфедерации Денниса Дойла, обвиненного в неуплате алиментов на бывшую жену. Либо, как было указано в контракте, на единовременное взыскание всей суммы задолженности за 5 лет. Когда Уилкокс сунул Дену под нос счет, у него зарябило в глазах от изобилия нулей в сумме. Аргументы Денчика по поводу своей фактической бездетности и оформлении развода по марсианским законам Уилкокса не трогали. Юридические тонкости его не касались. А вот RFS, который был выдан свободному охотнику в помощь предусмотрительными венерианскими чиновниками, начал призывать к совести Дена, в полном соответствии с прошивкой в его электронных мозгах. За пару часов Ден узнал, как стыдно не обеспечивать свою богиню, которая отдала ему лучшие годы своей жизни, попирая его, Счастливчика, своей изящной лыжеподобной стопой 45го размера. Даже свободный охотник не выдержал занудства робота, и отошел, якобы отправить послание заказчику, и оставил Денчика наедине с этим автоматизированным пыточным аппаратом. А RFS все вещал, что настоящий мужчина на месте Дена уже давно взял бы в первом федеральном банке кредит на всю сумму задолженности, под залог своих парных органов, доставил бы деньги лично в руки матриархине. И еще целовал бы бетон, по которому она ходила, в знак благодарности за то, что матриархиня соизволила принять отступные. Фраза про бетон оказалась последней каплей.