Ангелов не выбирают

И наконец, есть третий срез – это летописные предания, записанные, самое ранее, спустя двести и более лет после событий середины IX века и спустя сто с лишним лет после событий первой половины X века. Насколько мы им можем доверять, насколько достоверны даже генеалогические данные о древнерусской княжеской династии, которые там указаны, – на этот вопрос ответа у нас нет, и, в общем, однозначного ответа при нынешнем состоянии источников у нас и не будет. С этим связано большое количество версий и о самом происхождении династии, вошедшей в историю как Рюриковичи, и о конкретных событиях того времени. В связи с этим, практически у каждого исследователя, занимающегося историей древнейшей Руси, есть своя интерпретация летописных известий за IX, а значит, и за первую половину X века. Надо иметь в виду, что здесь есть вещи, более-менее подкрепленные археологией или современными тому времени письменными источниками, а есть вещи, которые известны из летописных преданий и которые нуждаются в интерпретации. Помимо этого, еще есть скандинавские саги, еще менее достоверные по крайней мере с точки зрения времени их записи, содержащие кое-что, какие-то смутные воспоминания о набегах на Восточную Европу в IX–X веках, но, как правило, в совершенно фантастическом обрамлении.

АП: Например, какие?

СВ: Скажем, имеется «Сага о Хрольве Пешеходе», где вокруг исторического по имени персонажа, основателя Нормандии во Франции (о чем, впрочем, в самой саге ни слова не сказано), разворачивается целая фэнтезийная эпопея с противостоянием добра и зла, демоническими врагами и битвами волшебников, – все это на территории Северной Руси. При этом любопытно, что ядро саги отдаленно напоминает наше сказание о «призвании варягов». Но скандинавскими источниками дело не ограничивается. Есть, допустим, венгерские хроники, не менее фантастично описывающие переселение венгров на восток и, в частности, их проход по территории Южной Руси в конце IX века.

АП: Очень интересно…

СВ: А я о чем… Так вот, если мы сопоставим весь материал о древнейшем периоде (особенно у тех народов, где информация проверяема по современным источникам) с исторической реальностью того времени, описанной в нашем русском летописном материале, то мы поймем, что документального изложения событий IX – первой половины X века от русских летописей ждать не следует.

АП: Почему?

СВ: Это предания, это уже интерпретация, причем интерпретация воспоминаний нескольких знатных семейств, северного, в основном новгородского происхождения, которые подавали информацию нашим летописцам.

АП: В которой заинтересованы лично?

СВ: Конечно! Надо еще иметь в виду важный момент, что летописцы наши не пользовались родовой памятью самой династии. Никаких ссылок о сведениях, полученных от князей, – нет. Есть только ссылки на беседы со знатными людьми: с Янем Вышатичем – киевским тысяцким, сыном новгородского воеводы, с Гюрятой Роговичем, – ладожским, а затем новгородским посадником. Вот от кого летописцы черпали родовую память о древнейших периодах истории Руси. А для них, конечно, было важно подтверждение их собственного благородного происхождения.

АП: Позвольте, но мы все выросли на Несторовой «Повести временных лет» и всегда восхищались подробной хронологией этого предания.

СВ: Действительно, в исторической памяти восточных славян начало русского летописания неразрывно связано с именем преподобного Нестора Печерского, и с названием его главного труда: «Повесть временных лет». И тем не менее, нужно осознавать и тот факт, что «Повесть временных лет» – это памятник не того времени, когда происходили древнейшие описываемые в ней события. Надо осознавать, что, когда мы говорим «позвали варягов», мы используем предание, записанное спустя двести лет. А кроме того, оно существует в двух версиях. Одна – версия так называемого «Начального свода» Никона Великого. Вероятнее всего, эту летопись создали под руководством Никона в начале 80-х годов XI века, когда он был игуменом Киево-Печерской лавры. Здесь дат еще почти нет. А вторая версия, подписанная именем Нестора Летописца, – это южнорусская редакция обширного летописного труда, «Повести временных лет». Основанная на Начальной летописи, «Повесть» продолжила летопись до первых десятилетий XII века, и, помимо того, поставила историю Руси в широкий контекст мировой.

АП: Очень интересно…

СВ: Но тем не менее, еще Карамзин 205 лет назад совершенно справедливо заметил, что вся наша ранняя летописная хронология появилась неизвестно откуда, поскольку в то время народ не владел письменностью и, конечно, точные даты никто не запоминал. И если Карамзин еще использовал летописную хронологию, поскольку мог себе это позволить на раннем этапе развития науки, то сейчас большая часть ученых склонна считать, что эта хронология не точна.

АП: Ясно. Хорошо, давайте вернемся к нашей теме. А что представляла из себя территория, населенная восточными славянами на протяжении IX века?

СВ: И по археологическому материалу, и по сообщениям иностранных авторов, и по сопоставлению с другими народами на этапе предгосударственного развития мы можем представить славянское общество того времени как общество, в котором очень большую роль играли родовые начала. Они определяли круг брачных связей, обязывали к кровной мести, определяли права первопроходцев на земли и так далее. Существовали и общины, и объединения родов, во главе которых стояли князья. И таких объединений было множество, во всяком случае около сотни только исследованных гнезд славянских поселений, которые центрировались вокруг городищ-убежищ, святилищ, просто больших поселений, где нередки богатые находки, свидетельствующие, что хотя бы одна-две семьи были людьми состоятельными, составляли элиту. Эти состоятельные люди могли иметь несколько жен, рабов, наложниц, могли заготавливать много продуктов. Но, в целом, уклад таких объединений был достаточно прост. Элита образовывалась из людей, чаще связанных со жреческой, реже, – с воинской функцией, в связи с образованием воинских дружин. Мы знаем из зарубежных источников о таком вот объединении, своеобразной федерации, хорватских племен в Прикарпатье. Это довольно развитая культура, еще не городская, но идущая по этому пути и находящаяся под влиянием с юга – Болгарии, с запада – Моравии, а через их посредство, соответственно, – западноевропейских государств и Византии.

АП: То есть, если бы этот путь продолжался, то…

СВ: Если бы этот путь продолжался, то, вероятно, на восточнославянских землях произошло бы образование нескольких государств, как это произошло в южнославянских землях, особенно в юго-западной части славянского региона, где вот такие крупные племенные союзы переросли со временем в отдельные государства. У нас на восточнославянской территории существовало четыре больших культурных региона, не считая только заселяемого славянами Волжско-Окского междуречья. И в рамках этих регионов – до полутора десятков вот таких вот племенных объединений, которые в IX веке объединялись, видимо, не общей властью, а общим самосознанием, происхождением от одних предков и общими верованиями.

Если бы восточные славяне двигались в этом направлении, то рано или поздно сложилось бы некоторое количество государств на восточнославянской территории. Но, говоря мирским языком, история рассудила иначе, и мы видим, что в IX веке в Восточной Европе появляется сила, которая, в конечном счете, поверх племенных границ, создала собственное политическое объединение вдоль проложенных ею речных путей и, из находящихся на этих путях форпостов, постепенно установила контроль над племенными территориями. Сначала формальный, через сбор дани, и уже в течение X века, постепенно, – государственный. Эта сила – древнейшая русь. Русь как самоназвание людей, как этноним, самоназвание общественной группы, но еще не как название государства.

АП: Сергей Викторович! Так откройте нам, наконец, откуда все-таки произошло название «русь», «русский»?

СВ: Версий, откуда слово «русь» произошло, в науке немало. И ни одной из них со счетов сбрасывать нельзя, но есть наиболее распространенная, так называемая скандинавская или финно-скандинавская теория, которая предполагает заимствование славянами финского слова «руотси», которое обозначало приходящих в земли финнов чужеземцев. А это слово, в свою очередь, произошло от скандинавского, которое означало «гребцы». Есть и балтско-славянская теория происхождения слова «русь», связывающая его с географическими названиями к югу от озера Ильмень. Есть теория древнеарийского происхождения этого названия, связанного с рекой Рось к югу от Киева. Есть колоритная теория кельтского происхождения… Но все-таки, исходя из наших летописных преданий, исходя из археологических источников, сейчас все больше уверенность у историков, что и название «русь», и сама русь появилась на севере. И что до появления Руси в Восточной Европе никакого этноса с тем же названием «русь» ни в Скандинавии, ни у кельтов, ни в западнославянском Поморье не существовало. Когда в IX веке на политической арене появляется Русь, она появляется именно в Восточной Европе и нигде больше.

АП: Скажите, а кем или чем была изначальная Русь?

СВ: Исходя из тех источников, которые у нас есть, точнее всего можно ее определить как этно-социальную группу. Русь в то время – это бродячие, не оседлые люди, хотя были и форпосты руси, которые долго функционировали, в которых жили семьи руси и куда возвращались отряды руси. Такие, как Ладога, Рюриково городище, Гнездово под Смоленском и ряд центров на северо-востоке. А уже с рубежа IX–X века Киев, Чернигов и Шестовицы недалеко от Чернигова. Но в основном русь подолгу на одном месте не оставалась. Византийцы определяют ее как народ кочующий. При этом она занималась освоением торговых путей на восток и на юг, попутно – пушным промыслом и заморской торговлей. Занимались войной, естественно, воюя и с восточнославянскими племенами, и с Византией. В IX веке было совершено по одному походу: на Каспий и далеко на Запад, вместе со скандинавскими викингами, в их большом нашествии на Западную Европу. По сообщениям восточных авторов, русь в это время не занималась земледелием, это была элитная военно-торговая дружинная группа, которая использовала труд покоренных племен. Надо признать, и об этом говорят многие источники, что одной из важных статей доходов руси была еще и работорговля. Это, конечно, было общество первобытное, общество преимущественно языческое, построенное на очень суровых основаниях, которые поражали разум западных и восточных путешественников.

АП: Сергей Викторович, а по этническому составу что представляла из себя русь?

СВ: Прежде всего надо отметить, что из договоров первой половины X века мы знаем, что русь уже сознавала себя, осознавала именно как «русь», как «род русский». Русь не называет себя в этих договорах ни славянами, ни варягами, только как род русский. Хотя из источников IX века мы знаем, что, с одной стороны, среди руси были люди из народности свенов, то есть шведы, с другой стороны, из других источников мы знаем, что русь – это разновидность славян. В середине X века Константин Багрянородный узнанные от русов названия днепровских порогов отнес к двум языкам: славянскому и… второй он, не имея других терминов, назвал «росским». Этот «росский» язык – действительно скандинавский. Также можно сказать, что имена ряда древнерусских князей, как исторических, так и легендарных, IX – первой половины X века, – скандинавские.

АП: Ага, то есть если я правильно понимаю, предки династии Рюриковичей носили скандинавские имена?

СВ: Да. Но наряду с этим центры руси там, где их названия образовались от личных имен, носят названия славянские. То есть мы имеем, например, соглашение Олега, где он перечисляет грады, где сидят подчиненные ему князья, и среди них Чернигов, Ростов, Любеч, в основе которых – славянские имена. Поскольку ни один из них не основан раньше Олега, мы можем заключить, что основатели, Чернига, Ростислав, Любко, – это современники Олега, вожди руси, под Олегом сущие. Славянские имена есть среди перечня князей в договоре с Византией 944 года, который заключал уже Игорь. Собственно, сын самого Игоря носил славянское имя Святослав. То есть правдой является то, что мы не можем себе представить соотношение скандинавского и славянского элементов в ранней руси. Можно только гипотетически предположить, что в IX веке славянский элемент был очень существенным, и стоит отметить, что арабское серебро в конце VIII – начале IX века вывозилось в Южную Прибалтику, населенную западными славянами, больше, чем в Скандинавию. Только в середине IX века оно начинает массированно вывозиться именно в Скандинавию.

АП: Значит, это указывает на значительную роль скандинавов среди руси уже к концу IX века?

СВ: Да, но со второй половины X века происходит заметное снижение роли скандинавского элемента. Этому могло поспособствовать два исторических события. С одной стороны, неудачный поход Святослава на Болгарию, где полегла значительная часть русских дружин, включая самого Святослава, и с другой стороны, в 980-х годах киевский князь Владимир отказывается от услуг варяжских наемников в том количестве, в котором они раньше присутствовали в русских дружинах, выдавливает их в Византию, при условии, что византийский император не будет отпускать их обратно. Помимо этого, происходил постоянный процесс ассимиляции скандинавов среди славян, который начался гораздо раньше, чем сын Игоря получает имя Святослав. Уже в начале X века богами руси были славянские боги, и, видимо, так было изначально.

Другое дело, что на том этапе, когда русь подчиняла себе восточнославянские племена и вела борьбу с местной племенной знатью за свое доминирование, ей мог быть существенным на психологическом уровне вот этот скандинавский элемент: наличие древних скандинавских корней, связь со знатными скандинавскими родами. Это было то, чем русь могла отличать себя от окружающей массы. Например, войны между русью и жившими к западу от Киева древлянами продолжались, видимо, довольно долго.

АП: М-м-м, интересно, может, слово «русские» – это перешедшее в существительное прилагательное, означающее «принадлежащие ру-сам»? Помню, на одной из древних карт была надпись: «русские славяне»…

СВ: Но здесь может быть и другое прочтение: «славяне рода русского».

АП: Да, спасибо. Еще один важный момент – это происхождение династии Рюриковичей. Могли бы вы остановиться поподробнее на этом вопросе?

СВ: Дело в том, что этот вопрос на сегодняшний день во многом остается без ответа. Имя Рюрик, по мнению большинства историков и практически всех языковедов, скандинавского происхождения, но, видимо, довольно рано воспринятое от датских ютландских конунгов и соседними с ними западнославянскими племенами. Во всяком случае известно, что датчане называли Рериком центр племени ободритов, так называемый великий город, Велиград. Причем в источнике указано, что именно датчане так его называли.

АП: Почему?

СВ: То ли по имени датского вождя, захватившего город, то ли по имени славянского вождя с датскими корнями, – мы не знаем. Но к началу IX века так уже было. Поэтому теоретически можно представить Рюрика и западным славянином, как у нас любят это представпять. Практически это ничего не изменит, в том, что Рюрик – персонаж легендарный и о нем знаем только из летописных преданий. Что он не основал ни Новгорода, ни Ладоги: Новгород основан позже, Ладога – раньше. Притом, что он носит типичное для королевской династии имя, приписаны ему братья Трувор и Синеус, – но здесь отражаются другие скандинавские имена, Торвард и Сигнют, которые никогда не встречались в королевских родах. Но и нет оснований отождествлять Рюрика с каким-то известным из датской истории

IX века Хрериком, что у нас также часто делалось. Просто гадание и желание подставить легендарного персонажа под какое-то известное историческое имя.

АП: То есть это может выглядеть как стремление выдать желаемое за действительное, так как наша история IX века, как вы говорите, появилась в наших преданиях только с XII века.

СВ: В Начальном летописном своде XI века просто дается понятие, что все это происходило где-то во второй половине IX – начале X века, но без конкретных дат.

АП: Так откуда же конкретные даты могли появиться в летописи XII века?!

СВ: Из условных подсчетов, обычных для устного предания для фольклора. Вот посмотрите: Игорь, согласно «Повести временных лет», княжил тридцать лет и три года. И Олег княжил тридцать лет и три года, и Киев на третий год правления захватил… Ни о чем эти «точные» цифры не напоминают? Правда, не надо считать летописца совсем уж доверчивым. Напротив, он не доверился своему источнику – Начальному своду. Он установил на основе изученных им договоров с Византией, что Олег был великим князем русским в начале X века, а Игорь после него, к 944 году. Именно это побудило его поверить в легендарные сроки правления.

Далее – как раз об Игоре. Не вполне вероятно, что сын человека по имени Хрерик мог носить имя Игорь (Ингвар). Это имя, в отличие от имени Хрерик, характерно не для датских вождей викингов, а для шведских. И есть целый ряд аргументов, что и сам Игорь, и его потомки, то что мы называем династией Рюриковичей, имели какие-то отдаленные корни именно на шведских землях.

АП: Простите, а насколько «отдаленные»?

СВ: Известно, что в начале IX века имя Ингер уже встречается в Византии. Это, собственно, первое скандинавское имя, которое встречается в византийских источниках. Причем это уже были солидные люди, уже вошедшие в византийскую элиту, один даже получил епископскую кафедру, то есть был крещен. Можно вспомнить также, что в византийском источнике есть известие, что на рубеже VIII–IX веков в Крыму принял крещение славянский вождь Бравлин. Правда, к этому можно относиться по-разному, так как это известие не сохранилось в греческих первоисточниках, только в русском и армянском переводах.

АП: Вот так-так! Значит, Владимир Красно Солнышко не был первым в этом списке?! Оч-чень интересно!

СВ: Да, и рассказы об их крещении после войны с Византией и грозного чуда отчасти схожи. Только разница в том, что после разграбления храма Святого Стефана в Суроже Бравлин не ослеп, а, как следует из написанных в Крыму в конце X века. «Чудесах святого Стефана Сурожского», «обратилось лицо его назад». В итоге он вернул награбленное и покрестился вместе с частью своей дружины. Так вот, если признать, что некая русь Бравлина первая проложила торговый путь из Балтики к Черному морю и часть ее приняла крещение, то можно предположить, что именно из этой руси и происходил тот самый Ингер. Но тогда получается, что близкие родичи, предки князя Игоря присутствовали в Восточной Европе задолго до того времени, которое мы соотносим с призванием Рюрика. Возможно, с той самой первой половины или середины VIII века, когда первые скандинавы появились в Ладоге, и за полтора века они должны были уже основательно ассимилироваться и быть скорее славянами по крови и даже по самосознанию, чем скандинавами.

АП: А-а-а, тогда становится понятно, почему отпрыск Игоря (Ингвара) получил славянское имя Святослав.

СВ: Но, повторяю, все это – лишь поле гипотез. Первым исторически достоверным князем руси, которого мы безусловно знаем, был Олег, правивший в первой половине X века, причем насколько совместно с Игорем, – мы не знаем. Мы даже не знаем, был один Олег или два Олега, тут большие споры идут, поскольку упоминается какой-то князь по имени Хелгу (Олег) одновременно с Игорем, и даже действовавший вместе с ним.

АП: Простите, насколько я знаю, Игорь княжил позднее Олега и был убит древлянами, после чего наступила эпоха правления его жены, княгини Ольги, первой русской христианки, возведенной в лик святых.

СВ: Ну, так или иначе, от имени князя Олега, великого князя русского, и, видимо, после очередной войны с Византией, заключаются два договора: 907 и 911 годов. С этим русь и выходит на мировую арену. В 941 году Игорь совершает неудачный поход на Константинополь и в 944 году заключает новый договор, дающий нам целый смотр русских княжеских имен, а также имен русских купцов. Имена самые разные: балтские, скандинавские, финские, тюркские и, естественно, славянские.

С середины X века мы уже имеем больше сведений о древней Руси, особенно с момента вступления на престол княгини Ольги, первой княгини из рода Рюриковичей, которая в 957 году приняла христианство. И с ней связывается выстраивание того, что уже можно назвать русским государством: единая система сбора дани, создание местной администрации, – погостов для сбора дани, объединение северной и южной части страны. С этого момента в истории Руси начинается совершенно новая эпоха.

АП: Ну что же, пора подводить итоги. Итак, благодаря нашему собеседнику, профессору истории Сергею Викторовичу Алексееву, мы подробно разобрали, как рождалась наша государственность. Надеюсь, Сергей Викторович не откажет нам в любезности продолжить наши беседы по древней русской истории. И во второй части мы познакомимся с походами первого русского князя Бравлина к Черному морю и его чудесным крещением. А также поговорим о молодом русском государстве при княгине Ольге и великом князе Владимире Киевском. До встречи. Не пропустите наш эфир: история рядом с нами!

Маша обернулась на своего пациента – Романцев давно спал. У него сейчас была своя история, личная…