Una Picadura

01.09.2007.

Когда все дети пошли в школу, я взял в руки воспоминания, итак:

«КАК Я ПРОВЕЛ ЛЕТО…»

Эта книга о Кубе, и не только…

На Кубу тянуло всегда. Будучи рабом своих желаний, я воспользовался первой же возможностью совершить осмысленный бросок. Доминикана манила буржуазией, с Ямайки доносился дым зеленых костров, ну а на Барбадосе хотелось побывать хотя бы из-за названия… Но Куба звала настойчиво.

Насреддин говорил:

– Кто-то из нас помрет раньше

Или падишах, или я, или мой осел!..

История началась, когда я попросил у ребят из группы $5000. Мы сидели в Киеве в Мариинском парке, пили кофе из пластиковых стаканчиков, речь шла о музыке, но мне нужно было отдохнуть. Я так и сказал: «Мне нужно осуществить мечту, и как можно скорее». Впервые за 20 лет у меня появился нормальный паспорт, и три недели заслуженного отпуска разжигали воображение. Стиль путешествий я отточил давно: на велосипеде, один и налегке. Около месяца ушло на подготовку, $2000 я потратил на билеты (Киев – Париж – Гавана и обратно), визу, страховку (ха-ха) и три оплаченных дня в отеле «KOHLY” в Гаване, для адаптации. Дальше предполагалась СВОБОДА, от которой захватывало дух…

Очень хотелось лететь через Амстердам, но это выходило дольше и дороже, поэтому без тени сомнения взял запас «амстердама» с собой. На день вылета финансы пели романсы все громче, но я знал, что при лимите $100 в день могу наслаждаться жизнью в любой точке мира. Сверхлегкий, карбоновый с головы до ног Scott Scale 20 прошел серьезную профилактику у механиков сборной Украины; 27 передач, бескамерные «Michelin» на неприлично жирных колесах Mavic, узкое, жесткое гоночное седло – он и в самом деле у меня машина будущего. Проверенная, обкатанная экипировка от лучших производителей была дополнена новенькими, конечно же карбоновыми велотуфлями.

Одним словом, доспехи мои сверкали на солнце, плюмажи развевались, а сытый, сильный конь рыл землю и весело скалил зубы. Все, абсолютно все, что вы берете с собой в подобные путешествия, должно быть маленьким и предельно ЛЕГКИМ, так как размеры и вес рюкзака обязательно передадут «привет» Вашей заднице на сотнях километров неизвестных дорог. И в то же время, нельзя не взять чего-то жизненно важного. В специальный кофр изумленные механики «Scott»'а красиво поместили, помимо полуразобранного байка, 4 литровые бутылки водки, 5 блоков сигарет (я пью и курю как лошадь), 5 книг в мягких обложках (для легкости) и, естественно, «амстердам». Картинку довершали визитка директора, на случай ошибки грузчиков в Париже (как я этого боялся!), и надписи (на тот же случай) «PLEASE!! IT’S MY BIKE!!!».

Возможно, утомленному читателю некоторые детали покажутся излишними, но смею заметить – я отправлялся в трехнедельную автономку на остров, с непонятными политическими и географическими условиями, где ожидался тотальный дефицит ВСЕГО НА СВЕТЕ. Как механик, я плох настолько, что подпускать меня к какой-либо технике не только бессмысленно, но и опасно. Я сделаю все намного хуже. Обязательно. Причем, речь идет вовсе не о сложном ремонте моего любимого «BISECLETA»2, а о таких банальностях, как элементарный прокол камеры, или хотя бы ее замена. Ровно половина моих немногочисленных попыток накачать воздух заканчивалась трагически или для насоса, или для ниппеля. Но всегда рядом есть добрые люди разных рас и оттенков, и с доброй душой меня чинили порой в самых невероятных условиях. Я помню их всех…

И еще я не знаю языки, и не вожу автомобиль, и не умею пользоваться ЛЮБОЙ техникой. Инструкции, как включить микроволновку или стиральную машинку, обычно получаю по телефону. Пульт от телевизора – это, пожалуй, потолок моей технической мысли и смекалки, потому что с пультом от кондиционера, например, все уже значительно сложнее, хоть на нем и меньше кнопок.

Зато я умею жить! Поэтому, в рюкзак уверенно легли:

– велоаптечка

– немецкая карта (они хороши в этом деле)

– 2 разговорника

– натовский антимоскитный спрей (ошибка: полное дерьмо)

– легкая байкерская куртка (защита ветер-вода)

– косметичка (гигиена, ничего лишнего, поверьте)

– карманная пепельница-брелок (я культурный человек).

Из игрушек взял телефон (связь, фонарик, музыка, видео-фото), влагозащищенный, ударостойкий (отлично!). Подружка вручила кулек с сердечком, полный бижутерии, мини-косметики и брелков-фонариков на подарки далеким мулаткам. Ну и 21 презерватив. По одному на день (надежды юношей питали).

Мурлыкая песенку из старого кинофильма «Если что-то я забуду, вряд ли звезды примут нас», я размышлял о том, что Колумб открыл Кубу не имея в запасе ни грамма карбона, и вообще, долго думал, что это Индия…

Ну, все, я готов.

Поехали?

– Я бродяга, мне 43 года и я – красавец! Спокойное ощущение этих фактов помогало, когда, как обычно, сотни глаз ощупывали мою нескромную персону в аэропорту Борисполь. Хотелось одного – спокойно пройти таможню, рухнуть в кресло «Боинга» и закрыть глаза. Несмотря на накопленную усталость прошлых дней (месяцев? лет?), я светился в ожидании грядущих славных дел. По моим подсчетам, АНГЕЛЫ-ХРАНИТЕЛИ уже должны были начать мощную работу. Мысленно поставил им задачу: – Чтобы я и мой байк встретились в Гаване, а там сам черт меня не остановит! Впрочем, ко всеобщему вниманию привык давно, я играю в популярной группе с плотным графиком выступлений, гастролей и пр. В аэропорт меня привез наш директор практически со съемочной площадки, где мы в течение суток отсняли неплохой клип, и то, что я слегка загримирован, обнаружилось лишь в туалете самолета.

Одну из сцен снимали на красивейших холмах под Киевом, на закате, и когда молодой месяц прямо-таки волшебно озарил фантастическую панораму – замерли все. Съемочная группа, куча техников и мы, музыканты, стояли, как завороженные. И я знал, что завтра, в это же время, я буду смотреть на ту же луну, только на другом конце света. И вместо елок будут пальмы.

Так оно и вышло.

MERDE!!!

Почему нельзя оборудовать комнату для курения – пару вытяжек, пару пепельниц – и все счастливы! 4-х часовая стыковка рейсов, и я, проявив удивительную прозорливость в терминалах и выходах, долго сидел в тихом местечке: напротив нужные мне ворота и табло. Нездоровая фантазия, видимо, взбудораженная отсутствием никотина, рисовала страшные картины: на дне этого гигантского авиа-мегаполиса, среди длинных конвейеров с багажом, растаман с дредами и араб почему-то в вязаной шапочке передают друг другу здоровенную самокрутку. Тут (о, ужас!) блаженно затянувшись, растаман (ему я доверяю почему-то меньше), задевает важный рычажок, и мой драгоценный улетает куда-нибудь в Сингапур. Или еще хуже – в Москву!!! Немедленно послал мощный квазиимпульс АНГЕЛАМ-ХРАНИТЕЛЯМ , чтобы удвоили бдительность и проследили. Пусть, мол, покурят, но все сделают правильно, и рычажок не задевают! Ведь история еще не знала настоящих рыцарей без коней, и мне никак не хотелось быть первым.

Напротив сидела симпатичная молодая турчанка в форме служащей аэропорта, нажимала на кнопки и открывала-закрывала ворота. Мы изредка переглядывались, мило улыбаясь друг другу, ведь на Западе это нормально, ничего личного. Но я знал немного турецкий, а она постоянно болтала по мобильному телефону с многочисленными собратьями и подружками. Потихоньку приспустив змейку на строгой веломайке, я обнажил золотой полумесяц со звездой, висящий на шее (я – мусульманин). Улыбка, стала еще теплее. Выждав эффектную паузу часа так на полтора, я наконец-то подошел и врезал на чистом турецком:

– Сестра, я хочу курить. Помоги!

Один из ее прекрасных глаз уставился на символ далекой родины, второй обозначил направление:

– Туалет. Служебный. Я посмотрю. Быстро!

Спасибо, сестра! В тесной кабинке жадно затягивался, чистил зубы и пускал газы одновременно (не пробовали?). Но ведь она же просила: «Быстро!». Позже, открыв ворота и провожая меня на нужный шатлл, мы оба склонились в вежливом поклоне – восточный этикет!

Вид огромной очереди на регистрацию заставил сжаться сердце – в мире есть только один самолет, способный вместить такое количество пассажиров – 747 Боинг «ДЖАМБО»: многочасовые оды на канале Discavery – и я знал о нем практически все. Точнее, теоретически. Блеск! Но еще семь, или сколько там, часов, хоть и с французским вином, но без КУРЕВА – тоска!

Неожиданно задумался, а не много ли я говорю?! Словоблудие, графоманство и все такое… Но краткость – никогда не была сестрой моих талантов.

Ура! Я на месте, можно курить и готовиться к самой ответственной части операции «КАТАПУЛЬТИРОВАНИЕ». По опыту я знал, что велосипеды не всегда помещаются на раздаточные ленты транспортеров, иногда их выносят отдельно, вручную.

– Siniora! Siniora! Bisecleta!!; – я наверное позабавил и достал все службы местной безопасности. Яркие мулатки в униформах всех родов войск, сочувствующие из числа пассажиров – искали все! На мой запрос, АНГЕЛЫ-ХРАНИТЕЛИ прислали гонца, который был изрядно потрепан, и сообщил, что в борьбе с темными силами приходится туго, но они держат строй. Ответ был краток: – Стоять до конца! Попутно, бормоча все известные молитвы и обещая свечки и поклоны во всех храмах мира, провел тотальную мобилизацию на небесах. Мощность КВАЗИИМПУЛЬСА была такова (уж больно момент был решающий), что мулатки хихикали и одергивали короткие юбочки-хаки над ажурными колготками. Нет, ей-богу, Тинто Брасс немедленно развернул бы камеры и начал снимать их всех без кастинга.

Такая толпа на небесах и на земле не могла не справиться. И ВОТ ОНО! Передо мною возник молодой англичанин и радостно потащил в дальний угол аэровокзала: – Я нашел твой байк! I-I-I-IYYYE-E-E-SSS!!

Помнится, первое, что я сказал своему ненаглядному, зарывшись в кофр и ощупывая важнейшие узлы и детали: – Еще рано сосать другу член, дружище, нам надо еще выбраться отсюда!

Но фурор был настолько велик, нет, не буду врать, аплодисментов и слез умиления не было, но улыбались все. Все, и даже более – ТАМОЖНЯ! Я и очухаться не успел, смотрю, машут руками, зовут. Шел к ним, толкая тележку с верным Росинантом, озаряемый лучшей из своих улыбок:

– SENIORE'S, TURISMO BISECLETA DE MONTENIA!3

– «Браво, конечно, мы уже все поняли!» – и жестами показывают: – Проходи. БЕЗ ДОСМОТРА!!! Гостем будешь, ты вышел из ВАВИЛОНА чистым, и у тебя все получилось!

Был вечер, только прошел дождь, слегка кружилась голова, долгий перелет, кондишн, no smoking.

С небес раздался победный клич, и я с благодарностью отсалютовал. Крепостные стены пали, я был внутри, и по древней традиции, у меня было три дня на разграбление города…

К отелям привык. К разным. Этот был вполне приличным, хотя в принципе мне все равно. Поразился наивности кубинского TV, скромно поужинав пиццей, вышел на балкон хорошенько покурить. Вокруг отеля и в холле стайками кружили девицы неземной красоты и открыто предлагались. Где-то там было море, которого я еще не видел.

Основные потери при десантировании происходят в первые часы-дни, когда враги лупят отовсюду, а ты ни фига не понимаешь. Не спеши – говорил я себе. Еще все успеешь.

Светила луна над пальмами, и не верилось , что еще вчера были елки.

19.07.2007

Разница во времени между Гаваной и Киевом 7 часов, но часы я, как обычно, не переводил. Какая разница?! Жизнь моей группы подчинена жесткому графику, буквально посекундному. Поэтому приятно было сознавать, что впереди 20 дней без звонков и встреч: солнце встало – значит день, солнце село – значит ночь.

Проснувшись засветло, начал было собирать велосипед, но часа через четыре сдался. Боцманы мира поставили бы мне «отлично» за тот морской узел, который я связал из цепи, в руках также был порванный тросик переключателя скоростей. Голый, измазанный маслом, курил на балконе, а АНГЕЛЫ-ХРАНИТЕЛИ ехидно потешались, что, мол, все, что они могут сделать, так это повырывать мне руки.

Пришлось составить фразу на испанском, что нужен ремонт, мастер (лучший), и таксист, после долгого совещания с коллегами, привез на Plaza du Central , и махнул рукой куда-то в сторону, там, мол, твой BISECLETA REPARASION4. Вот так и получилось, что первые шаги по вожделенной Гаване я делал с убиенным собственными руками конем на плече.

Магазин по ассортименту напоминал Полтавскую область, причем лет так двадцать назад. Но делать было нечего, пора было демонстрировать мой фантастический испанский. О, я привлек немало зрителей, причитая, закатывая глаза и бешено жестикулируя. При этом собственно испанский состоял из POR FAVOR и REPARASION5. В общем, сплошной театр мимики и жеста. Забегая наперед скажу, что в будущем подобные представления мне приходилось давать по несколько раз в день, по ЛЮБОМУ поводу, а иногда и без. Обратной связи не существовало, ибо мой разговорник был односторонним (ошибка!), и я просто хлопал глазами и твердил: – NO HABLA ESPANIOL6. Поэтому и приходилось Луи-де-Фюнесничать вовсю. К концу экспедиции я овладел просто удивительным даром убеждения, пока в последний день в Гаване не «разговорился» с компанией глухонемых, и понял, что надо еще много над собой работать. Казалось, что их беспрерывно бьет ток высокого напряжения, а от движений рук поднимался легкий ветерок. Иногда я даже боялся, что вернувшись в Киев, буду продолжать мычать и выкатывать глаза. Но с ними было полегче, чем с говорящими. Если тебе раз десять впаривают одну и ту же фразу, а ты все равно ничего не понимаешь, то волей-неволей есть два выхода – или переходить на сочный русский мат, или музыкально повторить фразу (при этом они почему-то очень радовались, хлопали по плечу, мол, небезнадежен). Но я, как всегда, отвлекся.

На зов общественности явился АУРЕЛИО, молодой парень с лицом кубинской национальности. Произнеся краткую речь, из которой, как я понял, следовало, что он, Аурелио, единственный профи в округе, который сможет справиться со столь сложной техникой, и что сейчас он это всем докажет. Затем молниеносно достал ржавую отвертку и вонзил ее в самое сердце (SHIMANO XTR!!) моего еле дышащего коня.

– Аурелио! CORASON BA-BAHH!! BA-BAHH!7.

Я тщетно взывал к его милосердию, но Аурелио был непреклонен, и уверенными движениями добивал то, что не удалось мне. Невиданное зрелище собрало немало зрителей, и все наперебой советовали ему поправиться там, где еще не дорезал. Не выдержав тяжкого зрелища, я серьезно им сказал:

– Если BISECLETA будет MUERTE8, то Аурелио тоже будет MUERTE! Да и вы все будете нахрен MUERTE! И отправился курить.

Гавана дышала зноем и безделием. Я привык к тому, что люди в больших городах носятся как угорелые в поисках счастья, здесь же оно приходило само, главное найти тень. Красивая темнокожая девушка, едва завидев меня, страстно облизала губы и с удивительным достоинством сказала: – 30 долларов. Средь бела дня! И видя мое замешательство, добавила:

– Псс-ст! Сеньор! – и приподняла юбку. Причем, несколько десятков людей с полным равнодушием наблюдали за изрядно надоевшими сценами совращения немалолетних.

– Чем вы там занимаетесь, о чем думаете, уроды крылатые!! – рявкнул я на АНГЕЛОВ-ХРАНИТЕЛЕЙ и бросился убивать Аурелио.

Все было плохо, но работало! Переднее колесо еле крутилось (терся диск тормоза), вновь запаянная цепь лопнула тем же вечером, а неимоверный синий тросик переключал только половину передач. Но можно было ехать!! И великодушно даровав Аурелио жизнь (зная, что он еще будет нужен), я направился к долгожданному морю.

Это счастье!! Других слов и не надо. Это такие моменты, (особенно первое погружение), когда второпях сбросив все пыльное и потное, бросаешься в голубую лазурь… Эх, да что там говорить, собственно, за этим и приехали – купаться, кататься, наслаждаться. В программе так же присутствовали красотки, ром и лобстеры. Крышку люка уже начало потихоньку сносить, и это было только начало.

Велокомпьютер показывал, что я в 30 км от центра Гаваны, и проехал я их сюда очень даже весело. Радость обладания (пусть и охромевшим) конем, необычная обстановка на улицах, полных лошадей и рикш. А про красоту древних автомобилей вообще умалчиваю, тема общеизвестная. Одним словом, в порыве чувств, мы выдали волшебный галоп и аллюр. Езда по камням над самим морем, а трасса – так трасса, я выжимал из себя и из машины все.

Мое переднее колесо омыто пятью морями (ритуал), но ОКЕАН – впервые! Немедленно отметив это дело двумя мохитосами9, и одним «амстердамом», собрался было в отель к красоткам, как вдруг, привычные уши уловили знакомую историю: – МУЗЫКА! ЖИВАЯ! ТРИ БАРАБАНЩИКА! Подъехав поближе, обнаружил элитную виллу, за открытыми дверями которой явно что-то происходило. Братки стучали профессионально, подготовлено, и вроде бы получалось, что мы все вместе отмечаем мою славную встречу с ОКЕАНОМ-БАТЮШКОЙ.

– Ах вы, проказники! – усмехнулся я АНГЕЛАМ-ХРАНИТЕЛЯМ – добить меня хотите? Валяйте, выкручивайте последние болты из крышки моего люка, я готов!! Как обычно, их ответ был быстрым; в проеме дверей показалась средних лет кубинка, с широкой улыбкой, и массивным золотым якорем на шее. Окинув взглядом наши счастливые лица (и мое, и коня) предупредила: «NO CAMERAS!» (я снимал), и жестом пригласила входить. Так я впервые попал в Карибский Дом. В обалденный дом, полный антикварной мебели, и горделивых людей. Людей было много, да и комнат хватало, но центром внимания несомненно были три красавца о семи баранах, энергично выстукивающих проверенную программу. Вскоре появился хозяин сабантуя, – приятный молодой парень, в общем студент, учится в Италии, первый день как вернулся домой на каникулы, и друзья закатили праздник. Разговорившись (англ.), он потихоньку представлял меня гостям, например, троим волейболистам, членам сборной Кубы, неземной красоты креолке, ну точно из «Унесенных ветром», только лучше, я так понял: его девушкой и т.д. Приговаривая «NICE! NICE BIКE!» (его водрузили на почетное место), все дружно удивлялись что я UKRAINIANO, и пошло-поехало… Курили и мою, у волейболистов тоже оказался здоровенный пакет очень ароматной, ром лился рекой. Хозяин лучистым взглядом оглядывал мою экипировочку, и приговаривал, что я «CRAZY”, и чтобы был осторожен: – IT’S A CUBA!!! На что я беззаботно показывал международный жест, что, мол, пофиг – CUBA LIBRE, ну и я LIBRE! 10. Веселуха! Иногда, в моменты просветления, я думал про себя: какой долгий день и как много всего! А ведь еще не вечер! Одним словом, пообещав хозяину литр BEST UKRAINIAN VODKA, начал прощаться, вся толпа вывалила во двор, и тут меня познакомили с отцом всего семейства – седовласым красивым мужчиной, как мне показалось, партийным работником из старой гвардии Фиделя. Он сидел в стороне от всего разгуляя в старинном кресле-качалке, и взгляд его был печален. Видимо, откровенная буржуазная вечеринка шла в полном разрезе с тем, что они с Фиделем и Че хотели замутить – и это было очень символично. Впоследствии я понял, что этот дом не имел ничего общего с просто КУБОЙ, где нищета, отсутствие элементарных вещей и гордая красота переплелись самым странным образом. Ну, все равно, что поехать в Россию познавать Сибирь, а попасть на Рублевку.

И все же, эти люди были очень милые, красивые, образованные – люблю таких. Все дружно махали руками и просили, чтобы был осторожен, и я, легко вскочив в седло, вонзил шпоры в карбоновые бока. Несмотря на все выпито-выкуренное, голова была ясная, движения четкими. Но адреналин колбасил не по-детски, и очень хотелось освежиться. МОРЕ. Отличная окружающая среда.

Километрах в 4-х от отеля лопнула цепь, и я понял, что Аурелио вошел в мою жизнь всерьез и надолго. В руках у меня была бумажка с адресом ресторана, в котором была назначена встреча с чудесной официанткой. Я медленно проезжал мимо кафе, как вдруг – о, Боже, – небесное создание, (черное как моя жизнь), выскочило на улицу и начало зазывать. День и так был похож на сказку, и почему-то удивляться не было ни сил, ни желания, да и отказывать красивым девушкам совсем не в моих правилах. Вскоре появилась подружка «невесты» с минимальным английским и пояснила, что встреча состоится там-то, потом ко мне в отель, и чтобы я приготовил двадцатку.

– BUENE! MUСHO BUENE!11 Потягивая ром, я плотоядно оглядывал мадемуазель, нисколько при этом ее не смущая.

Но приехав в отель и приняв душ, малость призадумался. Охранники, они же «диспетчеры» любви вполне резонно отговорили ехать куда-либо. «Зачем, зачем ехать в кабак, тратиться, потом возвращаться. Оглянись вокруг, здесь все есть!» Я оглянулся и остался. Да и глупо было бы. Не прошло и получаса, как, потягивая мохитос за мохитосом, я вполне ощутил себя султаном. Обстановочка была вполне: пальмы шептали, луна была в бассейне, красавицы стояли во фрунт… Ну, что Вам сказать!

Я выбрал почему-то белую, она немного знала английский. Хоть мы не очень-то и разговаривали.

Проваливаясь в бездны КОСМОСА без сна и движений, решил, что пожалуй, сам Бэтмэн рухнул бы еще в середине второго акта, и что, кажется, заслужил «Спокойной ночи» по всем статьям.

Анализируя впоследствии этот первый и очень важный день, точно понял одно – порочная Гавана завлекала, пользуясь испытанными столетиями приемами, и я повелся. Да и как иначе: море – сказка, девочки – бомба, музыка –супер, и все как-то валит отовсюду. Но что-то есть в самом воздухе такое, что хочется отмыться, не знаю, как это объяснить…

20.07.2007

На восходе солнца – бассейн – яичница – кофе – «визит в амстердам». Такси – Аурелио – пара мохитос – суп из морепродуктов. Пора было заглянуть за горизонт: что там? Карта сообщала, что в 18 километрах есть отличный пляж, ну типа как на открытках. Но в тоннель меня не пустили, реально двое полицейских гоняли стометровку со свистками и воплями. У меня на такой случай есть маленькое развлечение: будучи в наушниках, даже с выключенным плеером, виду не подаю – пусть побегают! Вдоволь натешившись, главное сделать изумленные глаза и изобразить, будто нажимаешь какую-то кнопку типа «Stop». Обычно очень злятся, но поделать ничего не могут, я ведь не убегаю.

В объезд получилось километров 30, и окрестности не то что пугали, но удручали точно. Нищета и убогость. Ассортимент придорожного кафе – мутный компот и бутерброды со страшной колбасой (И ВСЕ!!!), печальные лица кубинцев. Я задумался. Если такое под Гаваной, то что будет, когда я рвану по-настоящему?

Пляж “Santa Maria” точно был как с картинки, только народу многовато. Но какого!!! Кубинцы вообще генетически красивы, причем возраст, раса, пол не имеют значения. Но попадаются просто удивительные создания. Искупавшись вволю, я отошел в сторонку, и, стоя в тени пальмовой рощицы, обозревал окрестности. Вдруг от многоликой толпы отделилось НЕЧТО в купальнике цвета национального флага и, улыбаясь, направилась в мою остолбеневшую сторону. БОГИ! Ни до, ни после я такой красоты на планете ZEMLYA еще не встречал. Высокая, стройная, лет двадцати, цвета такого космоса, что вороны со своим крылом нервно курят в углу. Вместе с Малевичем. Под ярким солнцем ее кожа переливалась как пятна нефти на поверхности Каспийского моря, в нужных местах напрягаясь настолько, что, казалось, вот-вот лопнет, и меня сметет волна невыразимого счастья. Венчало эту явно ручную работу от СОЗДАТЕЛЯ гордая головка с прямо-таки звериными (в хорошем смысле) чертами; резкими, обрубленными, малиновый рот на пол-лица, а при свете ее зубов я мог бы читать ночами. И все это, колыхаясь и волнуясь, и едва не задев меня своими «килиманджаро», проплыв мимо, метрах в трех преспокойно сняло трусики и, присев на корточки, начало писать. Клянусь, улыбаться она не переставала ни на одну секунду, и вообще, сделано это было так мило и непосредственно, что я даже не подумал отворачиваться. Ей не было стыдно, и мне почему-то тоже.

Еще в Киеве, собираясь в дорогу, я написал рубаи в стиле гр. «Ленинград»:

Ну и во избежание таких леденящих душу (и не только) последствий, немедленно исполнил обещание.

Выйдя из ступора, что, признаюсь, было нелегко, начал потихоньку выбираться на трассу. Боже, куда я попал?! Что это было?! АНГЕЛЫ-ХРАНИТЕЛИ подозрительно хихикали, и я понял, что сейчас произойдет нечто особенное, хотя шел себе не спеша, пешечком, потихоньку толкая велик, никого не трогал. Удивляться чему-либо не имело никакого смысла, поэтому, когда бедра идущей впереди негритяночки начали выписывать замысловатые восьмерки, понял, что пора. Она явно завлекала, оглядываясь, впрочем, ее красота была не столь очевидна, но гормоны уже начали свой древний танец, и я был готов.