Не привлекай внимания

Глава 1

Мама всегда говорила: не привлекай внимания. Это же нам повторяли и учителя в школе: не привлекайте внимания. Бабушки на детской площадке и те поучительно выговаривали то же самое. Поэтому неудивительно, что даже маленькие детки послушно склоняли головы в случае, если в наш район вдруг заезжали громадные автомобили с сидящими в них вампирами.

Вся моя жизнь прошла под шептание этой мантры: не привлекай внимания, и удивительно, что я, ненавидящая ее почти так же сильно, как и монстров, из-за которых она повторялась, однажды все-таки приняла истинность простых слов.

***

– Марика, пятый столик, – Лусиан заглянул в раздаточное окно на кухню. Я мигом вскочила со стула, вытерла о полотенце руки и бросилась в зал. Пышная добродушная повариха Илина недовольно всплеснула руками и пробурчала что-то на тему: ребенку опять не дали поесть. У Илины всепоглощающий материнский инстинкт и желание всех откормить, так что на ее возмущения уже давно никто не реагировал. Ни я, решившая пообедать, пока не было посетителей, ни Лусиан, который был барменом и администратором по совместительству, так что следил за порядком.

Я приняла заказ у молодой человеческой семьи, едва заметно улыбнулась ребенку, которого мать держала на руках, и вернулась к стойке.

– Что там? – спросил Лусиан, резкими движениями натирая бокалы. Он был как никогда раздражен, и мой внеплановый обед точно не мог быть этому причиной.

– Мороженое и сок.

– Счет сразу?

– Разумеется, – я пожала плечами и все-таки не выдержала. – Что не так?

Лусиан недовольно посмотрел на семью, которая ворковала за столиком, и почти улегся на стойку, чтобы недовольно прошептать:

– Вот зачем они пришли? Скоро стемнеет! Не понимают что ли?

Пока Лусиан возмущался, я передала на кухню заказ и подготовила приборы. Возможно, бармен и был прав, но мне решительно не нравилась его уверенность, что нужно сидеть дома даже днем.

– Лусиан, только пять часов вечера, они успеют поесть и уйти еще засветло. По-моему, ты преувеличиваешь.

– Преувеличиваю? – бармен так резко открыл сок, что разлил его на пол. Улучшению настроения это не способствовало, и прежде чем продолжить доказывать мне свою точку зрения, Лусиан шепотом выругался. – А если кто-то не станет дожидаться темноты и решит заглянуть к нам?

Мое хорошее настроение начало куда-то собирать свои вещи. Я бы не злилась, если бы Лусиан завел такие речи в первый раз, но это повторялось с завидной регулярностью, стоило людям зайти в помещение кафе после обеда. С учетом того, что работали мы с десяти утра, возмущался бармен почти постоянно.

– Ну и что, если заглянет? – ворчливо спросила я, почти выхватывая из рук Лусиана стакан, чтобы поставить его на поднос. – Сюда не заходят беспредельщики, даже вампиры ведут себя более чем прилично. Ты так договоришься до того, что нам и на улицу скоро нельзя будет выйти, вдруг кто-то из вампиров решит высунуть свой нос под солнце.

Лусиану не понравилось, что я не собираюсь его поддерживать: фыркнул, отвернулся и сбежал на кухню – жаловаться сердобольной Илине на мое бессердечие.

Как я и думала, человеческая семья ушла, не встретив и не столкнувшись в дверях с вампирами, так что возмущения Лусиана остались ничем не подкреплены. Хотя я помнила случаи, когда в помещении кафе одновременно были и вампиры, и люди, и ничего страшного не произошло.

Вампиры плотно вошли в нашу жизнь уже давно – за сто лет до моего рождения. Я знаю – в школе изучали. В определенный момент они просто вышли из тени, в которой всегда находились, и предъявили свои права на признание. Одновременно во всех странах и городах, на улицах, в кабинетах правительств и дворцах, сняли маски и объявили о себе миллионы вампиров. И не сказать, что люди обрадовались появлению монстров, требующих власти, но возможности сопротивляться у нас попросту не было. А потом привыкли, покорились и посчитали, что так и должно быть.

Вампиры сильнее, быстрее, умнее людей да еще и богаче. Любое восстание они душили и душат на корню, любой факт неповиновения рассматривается как попытка нарушения существующего порядка. Люди находятся на позиции слабейших – хоть нас во много раз больше на земле, пусть и огромной, но разрозненной толпой, свергнуть вампиров мы не в состоянии.

Не могу сказать, что сейчас человека можно назвать рабом: мы учимся в школах, университетах, работаем почти на всех должностях, но в случае, если на одну и ту же должность будут проходить собеседование человек и вампир, выберут мерзкого кровососа. Судиться с вампиром в обычном суде тоже не вариант – не стоит и говорить, в чью пользу будет решение. Даже очереди строятся по принципу превосходства кровососов – они ждать не будут.

Заходит один такой представитель вампирского сообщества в банк – и все присутствующие сразу делают вид, что они просто мимо проходили. И хотелось бы не заметить кровососа, но нет такой возможности – они отличаются от нас внешне. Во-первых, рост: самые низкие представители вампиров выше среднего человека не меньше, чем на голову. Для них стандартный рост начинается от 185 сантиметров. Во-вторых, бледность, которую воспевали еще в средние века. Вампиры и впрямь белокожи и очень красивы. В-третьих, у них интересные и необычные глаза – яркого цвета и с предельно расширенными зрачками, будто они всегда под воздействием наркотиков. А в-четвертых, вампиры обладают сверхъестественной способностью ментально давить на людей, так что тяжеловато пропустить существо, которое способно создать в комнате настолько сильное ощущение беспокойства или страха, что хочется упасть на колени и заплакать.

Если вернуться к средневековым сказаниям о вампирах, надо сказать, что к сожалению, свет солнца их не испепеляет, а доставляет некий дискомфорт. Но эту проблему сейчас великолепно решает затемнение окон в домах и автомобилях. Вечность они тоже не живут: стареют медленнее, а в итоге умирают. Но вот нельзя назвать неправдой часть сказаний о питании вампиров – они и впрямь пьют человеческую кровь.

В последние двадцать лет пришли к тому, что есть людей направо и налево тоже неправильно, и в каждом городе были созданы Банки питания. Каждому из нас вменили в обязанность регулярно сдавать кровь, чтобы эти Банки пополнялись и у кровососов не было недостатка в предпочитаемой группе и резус-факторе, но периодически появляются те, кто считает, что еда из стакана ниже его достоинства.

Вообще, происшествия, описанные в книгах, когда вампир выпивал целого человека, абсурдны. Суровая реальность показывает, что сожрать за раз столько ни один кровосос не в состоянии, так что возникают лишь случаи, когда вампир насильно делает человека своей постоянной кормушкой. В таком случае жертва может подать жалобу в Совет вампиров, но всем и в первую очередь вампирам понятно, что сделать это очень затруднительно.

Вот и выходит, что людям лучше вовсе не привлекать внимание кровососов: обидят, и пожаловаться не получится. Даже в случае смерти человека от рук вампира расследование проводит Совет вампиров, но по какому принципу определяется наказание, люди до сих пор не поняли.

Лусиан долго дуться не умел, потому довольно скоро про обиду забыл и принялся обсуждать одного из поставщиков: мясо привез некачественное, субпродукты несвежие. Помимо крови вампиры вполне в состоянии потреблять обыкновенную пищу, но предпочитают белковую, так что к мясу в пунктах питания относятся внимательно. Теперь Лусиан не раздражал меня идейными речами, а потому отвечать желания не было, и бармен трепался в режиме монолога.

В восемь часов в зал заглянул первый ночной посетитель. Не из местных – мы с Лусианом видели его впервые, а потому затосковали. Высокий, худощавый вампир прошел за центральный столик и с таким видом опустился на стул, будто делал одолжение всему кварталу. Я мигом подошла и положила меню на столешницу.

– Долго, – процедил вампир. Я старалась не поднимать глаз, но, судя по тому, что пальцы мужчины скользили по экрану смартфона, листая какие-то окна, на меня гость тоже не смотрел.

– Прошу прощения, – привычно прошептала я и хотела было отойти, но вампир махнул головой.

– Чья кровь у вас?

– Местный банк.

– Местный! – он презрительно фыркнул, а по залу разнеслись волны недовольства, которые вампир и не думал скрывать, хотя имел такую возможность. – Пьяных шахтеров нельзя назвать изысканным напитком.

Мы с Лусианом потому и не любили «залетных»: пытаются показать все грани своего мерзкого характера, будто не осознавая, что обслуживание как в ресторанах больших городов мы в любом случае предоставить не сможем. Капризы «своих» уже привычны, с ними можно позволить даже какую-то вольность.

Сейчас же я не знала, что ответить, да ответ здесь вряд ли требовался – стояла, прикрывшись подносом и опустив глаза. Вампир еще пару минут повозмущался насчет отвратительности нашего города и заказал коктейль «Зеленый дельфин». Несмотря на название, коктейль был красным, потому что состоял из крови нескольких групп и водки. Я долго не понимала, почему нельзя было придумать что-то более подходящее, пока не увидела эффект приема нескольких таких напитков: после пятого бокала один вампир позеленел, упал на пол и лежа пытался запрыгнуть на стол.

Лусиан без лишних слов сделал коктейль, и я все так же, не поднимая глаз и не открывая рта, отнесла его гостю. Почти сразу зал стал заполняться постоянными посетителями, и на время о хамовитом вампире я почти забыла. Вспомнила, только когда он ударил когтем по пустому бокалу так, что тот зазвенел.

Я немного запыхалась, бегая между столиками, но старалась скрыть это от гостя.

– Вы что-то хотели?

– Долго, – опять процедил вампир. Его смартфон теперь лежал на столе, так что я взглянула исподлобья, чтобы удостовериться, что вампир смотрит куда-то в сторону, но нет – темные с алыми всполохами глаза уставились прямо на меня.

– Прошу прощения, – прошептала я. Подумала и предложила: – Коктейль за счет заведения в качестве извинений?

Вампир опустил голову на плечо и насмешливо сказал:

– За счет заведения или за счет медлительной официантки? Мне кажется, или один такой коктейль стоит как твоя дневная зарплата?

Разумеется, за мой счет, но в зарплате он ошибся – в натуральном выражении в день я получала полтора «Зеленых дельфина».

– Как вам будет угодно, – бодренько ответила я. – Если посчитаете нужным, я оплачу ваш заказ…

– Не посчитаю, – грубо прервал меня вампир. Голос у него был крайне недовольный. – Принеси кофе.

Он схватил со стола смартфон, но так просто уйти я не могла – переминалась с ноги на ногу, пока гость опять не обратил на меня внимание.

– Ну?!

– Какой кофе? – уныло уточнила я. – Эспрессо, американо, капучино, латте?

– Капучино.

Злость ощущалась в воздухе, я прямо-таки чувствовала, как что-то давит мне на спину, заставляя прогнуться. Вампир был не прост – в углу взвизгнул молодой кровопийца, ощущая почти такое же давление, а это действительно показатель ментальной силы. Хотелось опуститься на четвереньки и отползти как можно дальше, но с этим самым капучино мне еще предстояло вернуться, так что так просто сбежать было невозможно.

– Кровь добавлять? – я зажмурилась, понемногу сгибала колени и близка была к истерике. Настолько сильные вампиры к нам обычно не заходили, и терпеть боль и ментальное давление мне пришлось впервые. Проще бы было сразу упасть на пол, но я до такой степени растерялась, что пыталась держаться изо всех сил.

– Добавлять, – хмыкнул наконец вампир, и все прошло. Я выровнялась, хотя чувствовала, как сильно дрожат колени. Недовольство гостя ощущалось тупой головной болью, и я закусила губу, чтобы не расплакаться. Не от боли, нет – стало обидно, что на меня воздействовали только из-за уточнения вида кофе. – Вторая положительная, женщина.

Я кивнула и отвернулась. Хотелось спрятаться от чужих взглядов хотя бы на пару минут – отдохнуть, пока Лусиан будет готовить кофе, но вампир насмешливо бросил мне в спину:

– Позови администратора.

Ну вот, теперь еще и жалоба. И за что? За то, что выполняла свою работу. Разочарование вампирами достигло своего апогея, но что я могла с ним поделать?

Лусиана я, конечно, предупредила и, пока бармен выслушивал что-то с заискивающим видом у столика, отдохнула на кухне. Вытерла слезы, сделала несколько глубоких вздохов, умылась, и все – опять готова трудиться. Повариха посмотрела на меня с жалостью и покачала головой.

– Куда деваться, девочка, – Илина, возможно, еще хотела что-то сказать, но я махнула рукой и вернулась в зал.

Заметив, что стол с привередливым гостем пустует, я облегченно выдохнула. До самого закрытия эксцессов более не повторялось, вампиры сами казались пришибленными из-за ментального воздействия и вели себя тихо. Лусиан был хмур, сосредоточен, но ничего мне не говорил – ночные посетители обладают слишком хорошим слухом, чтобы мы обсуждали кого-то из них безнаказанно.

Зазвенел колокольчик, сообщая об уходе последнего клиента. Я старалась быть терпеливой – сначала убрала столы и только потом задала Лусиану интересующий вопрос:

– Ну что? Я сегодня бесплатно отработала или все-таки что-то осталось?

– Не понимаю, о чем ты говоришь, – бармен перебирал какие-то бумаги и на меня не смотрел.

– Понимаешь! – я хлопнула подносом о стойку. – Этот противный вампир зачем тебя подзывал? Жаловался на меня? Требовал уволить?

– Потише, – Лусиан бросил быстрый взгляд на двери и наклонился, чтобы быть ко мне ближе. – Он сделал бронь на завтра. Планирует устроить у нас банкет.

Я глупо поморгала, не понимая, что происходит.

– Лусиан, ты точно ничего не перепутал? Он говорил, что хуже этого кафе только помойка с бродячими котами!

– Не знаю, что он там говорил тебе, но мне сообщил, что завтра в кафе будут очень высокие гости.

Лусиан вытаращил глаза и показал пальцем наверх. Выглядел при этом настолько по-холопски, что я скривилась и раздраженно спросила:

– Баскетболисты что ли?

– Хватит тебе, – бармен недовольно поправил очки на переносице. – Радовалась бы лучше: больше гостей – больше чаевых.

– Мне от завтрашнего банкета ни жарко ни холодно, – напомнила я. – Завтра смена Клариссы, а у нас с Марком годовщина свадьбы.

Лусиан довольным не выглядел – Кларисса работала совсем недавно и до сих пор даже меню не выучила, так что проблем с ней было гораздо больше, чем со мной, но жертвовать возможностью провести первую годовщину с мужем я не могла.

Для людей по ночам был организован специальный транспорт, чтобы потенциальная еда не шастала по улицам, а потом не обращалась в Совет с жалобами. Владельцы тех заведений, в которых работникам приходилось задерживаться допоздна, регулярно подавали заявки на время закрытия, и нам с Лусианом обычно даже ждать не приходилось.

Но сегодня автобус опаздывал. Кафе мы уже закрыли, а потому стояли в темноте, испуганно жались друг к другу и с надеждой смотрели вдаль, ожидая, когда же загорятся фары приближающегося транспорта. В моем рюкзаке лежал перцовый баллончик против незадачливых маньяков, но, как правило, в темноте гораздо легче встретиться с вампиром, а против него баллончик будет бесполезен. Все будет бесполезно, кроме, возможно, топора, но носить его на спине неудобно.

Автобус нас вез через центр ночного города – забирал работников одного из магазинов. Я приоткрыла глаза как раз, когда мы проезжали через главную улицу: меня ослепил свет разноцветных огней на огромных вывесках. Именно сейчас некоторые заведения начинали свою работу и зазывали к себе посетителей. Множество дорогих автомобилей припаркованы были у клубов; высокие прекрасные вампиры стояли, облокотившись о капоты, гуляли по тротуарам и проезжей части, затрудняя проезд транспорту, но были в своем праве. Они хозяева жизни, а мы всего лишь ее составляющая.

Наш город красив: нет высотных домов, узкие улочки пребывают в обрамлении старинных построек, кое-где разбавленных роскошными жилищами вампиров. Кровососы не живут в коммуналках да и квартирам предпочитают частные дома с большой территорией. Как шутит Марк, чтобы было где прятать трупы.

Я отвернулась от окна, чтобы ненароком не обратить на себя чье-то внимание, и удобно устроилась на плече Лусиана, проспав на нем до самого дома.

***

Окно нашей единственной комнаты, оформленное старыми шторами, горело тусклым светом единственной лампочки, так что я спешила домой сильнее обычного – Марк при свете спать не может, а значит, ждет меня. Коридор коммунальной квартиры был темен – освещение его непозволительная роскошь, вполне можно пару метров пройти на ощупь, так что неудивительно, что я споткнулась о чью-то старую обувь. Но все это не могло испортить моего настроения.

Марк рисовал. Холст его был натянут на грубый мольберт, который мой муж сколотил самостоятельно, краски Марк смешивал не на палитре, а на стеклянном осколке. Моего возвращения он даже не заметил – вдохновение захватило столь сильно, что оторваться от холста было попросту невозможно. Комнату освещала всего одна настольная лампа, и в ее неровном свете крупные мазки казались сумрачными и пугающими.

– Привет, – я наклонилась и выдохнула прямо в ухо Марку. Он вздрогнул, но кисточку не положил.

– Странно, уже ночь?

– Да, неожиданно быстро, правда? – я принялась переодеваться. Даже не надеялась, что Марк обратит внимание на то, что я обнажена, – в состоянии вдохновения он не испытывал ни одного плотского желания. – Ты обедал?

Марк дернул плечами, не желая отвечать, и я нахмурилась.

– Ужинал хотя бы?

– Некогда было готовить, – пробурчал муж, а я демонстративно открыла холодильник.

– Я все приготовила, разложила по контейнерам и подписала: Обед, Полдник, Ужин. Нужно было просто разогреть.

– Марика… – громко вздохнул Марк, но этот тон я уже знала и замолчала. – Ты отвлекаешь меня бытом. В таком состоянии творить невозможно.

– Ну хорошо, – я подошла и облокотилась на спинку стула, на котором сидел мой муж. – Новая картина? Что это? Мрачновато как-то.

– Тоска по свободе. Видишь, сквозь мрачные краски пробивается свет. Мы все верим в приход свободы и знаем, что она уже близко.

– Вряд ли, – фыркнула я. – В центре города куча богатеньких вампиров и свое место они нам уступать не собираются.

– Ты ничего не понимаешь в живописи, – как обычно расстроился Марк, но я отмахнулась:

– Зато я отлично понимаю, что тебе нужно питаться и спать, чтобы дожить до того момента, как картина будет закончена. Бытом я тебя уже отвлекла, так что откладывай кисти быстро.

Вдохновение Марка при моем появлении часто сбегало в ужасе, так что муж не стал препираться, а встал со стула.

С Марком мы встречались еще со школы. Девочка-отличница и творческий мальчик, которого часто пытались обидеть. Он был отличен ото всех, не похож на всех этих мальчишек, которые хотели походить на наглых вампиров. Утонченный, мягкий, но при этом твердый – Марк покорил меня внимательным отношением и желанием поддерживать всегда и везде. Именно с ним мы игнорировали обязанность сдавать кровь, подвергались насильным приводам в местный Банк питания и выслушивали лекции о недопустимости такого поведения. Все это было в детстве – глупый юношеский максимализм, от которого принудительно пришлось избавиться, когда почти одновременно мы с Марком остались сиротами и поженились, чтобы не остаться в этом мире одиночками.

Денег на университет у нас не имелось, да и неоткуда им было взяться, так что я в срочном порядке принялась искать работу. Это же пытался сделать и Марк, но демонстрировал такой низкий уровень вовлеченности в процесс, что несколько работодателей мигом занесли его в черный список. Грубая мужская работа моему мужу не под силу – он умеет лишь рисовать, а на умственный труд у нас не хватало образования, так что мы решили, что каждый должен заниматься своим делом: я – зарабатывать деньги на жизнь, а Марк – творчески развиваться, чтобы привести нас к безбедному существованию. Потому основную статью наших расходов составляли все необходимые моему гениальному художнику вещи, и понятно, что эти расходы на себя взяла я.

– Как прошел день? – близоруко щурясь, спросил муж. Я поймала себя на том, что уже довольно долго задумчиво смотрю в тарелку и, спохватившись, улыбнулась.

– Как обычно. Чаевых только мало, так что отложить ничего не получится.

– Даже не думай об этом, – через наш маленький стол Марку даже наклоняться не нужно было – протянул руку и коснулся моей щеки. – У меня крупный заказ на оформление тематического кафетерия, так что у нас будут деньги! Я смогу заработать.

В голубых широко открытых глазах Марка зажегся неподдельный восторг. Сейчас он, взъерошенный и похудевший, чувствовал себя сильным, главой семьи, и в последнее время это бывало так редко, что я не смогла сдержать чувств.

– Ты плачешь? – ужаснулся Марк. – Ты думаешь, не получится? Но я постараюсь, правда… Я не буду использовать все эти мрачные мотивы, заказчику понравится.

– Нет-нет, все хорошо, – я вытерла слезы. – Это от радости. Если твоя работа понравится, заказы потекут рекой.

– Наверное, – Марк немного помрачнел. – Не совсем то, о чем я мечтал, но хоть что-то.

Я тоже о другом мечтала, но говорить об этом мужу не стала. Зачем портить такой хороший момент?

Глава 2

Спать мы легли поздно, но я все равно проснулась, как обычно, рано. Приняла душ и оставила волосы распущенными, что с работой официантом было редкостью. Они у меня густые, длинные, темно-каштанового цвета. Могу сказать, что ножницы их не касались не меньше пяти лет, сначала отращивала и гордилась, а после не находила времени и денег на парикмахера.

Полюбовавшись на себя в зеркале, приготовила завтрак и подарок мужу на годовщину свадьбы. Марк еще спал, и я присела рядом, с любовью рассматривая знакомые черты. Его светлые волосы разметались по подушке, пухлые губы приоткрылись – Марк улыбался, ему снилось что-то приятное, надеюсь я.

Наверное, я все-таки не успела отдохнуть после вчерашнего рабочего дня, потому что довольно долго просидела на стуле без особых мыслей, просто радуясь тому, что мы наконец-то рядом. Работала я почти без выходных, и нам очень редко удавалось урвать у жизни в ее бешеной скорости такой момент.

Марк открыл глаза и вздрогнул:

– Ты чего здесь?

– Выходной, – я протянула мужу палитру, перевязанную красной лентой. – Поздравляю тебя с нашей первой годовщиной.

Я была горда подарком. Откладывала на него лишние копейки с чаевых не меньше полугода, искала подходящую палитру по всему городу – а времени на это у меня не так много, но посчитала, что хватит любимому разводить краски на кусочке стекла, который он нашел на мусорке.

Марк взял подарок, но выглядел каким-то потерянным. Я была уверена, что сейчас услышу извинения за то, что сам-то муж ничего и не приготовил, но он неожиданно вскочил и забегал по комнате.

– Который час? Восемь? Я опаздываю!

– Куда? – я растерянно наблюдала за суетливыми сборами мужа.

– Так заказ же, я говорил тебе вчера. Ты почему не разбудила?

– Ты не говорил, что сегодня, – я прикусила губу, чтобы не заплакать. – У нас же праздник…

– Я знаю, дорогая, – Марк на секунду остановился рядом и чмокнул меня в нос. – Но выбора не было, а ты же понимаешь, какой это шанс?

Я пожала плечами и отвернулась, но Марк на демонстрацию обиды не обратил никакого внимания.

– Заработаю денег и куплю тебе самый лучший подарок, обещаю. Что ты хочешь? Самое дорогое платье? Можно будет даже пойти в тот магазин, в который ты никогда не заходишь. Или туфли? Помнишь, какие у тебя были на выпускной? Ты прекрасна на высоких каблуках.

– Обручальное кольцо, – я подтянула под себя ноги и устроилась подбородком на коленях. – Пусть не сразу, но хотелось бы получить.

– Значит получишь, – Марк натянул на себя рубашку и поцеловал меня уже по-настоящему. Я вцепилась в его плечи и с трудом разжала пальцы, отпуская мужа.

– Ты скоро вернешься? – прошептала я, когда Марк уже открывал дверь. То ли он не услышал вопроса, то ли не посчитал нужным ответить, но в коридор за ним я бежать не стала.

Не сказать, что произошедшее меня удивило, подсознательно я понимала, что не может быть все так хорошо, как хотелось бы. Не с нами. Не со мной. В последнее время слишком многое выходило из-под контроля, так что приходилось с этим мириться. Но настроение было безвозвратно испорчено, и я все-таки немного поплакала.

После обеда, когда я уже совсем уверилась в том, что проведу годовщину одна, позвонил Лусиан. Трубку я брала с ухмылкой и с полным ощущением того, что сейчас меня будут уговаривать выйти на работу.