Антисвинизм. Чёртов узел

Глава 12

Незадолго до общего сбора, который я не буду описывать, ибо на нём происходило примерно то же самое, что и на предыдущих собраниях, то есть произносились те же призывы, заклинания, проповеди во славу «бога всех животных», состоялся ещё один неприметный, на первый взгляд, разговор между Пиратом и Джесси. Но, на самом деле, разговор оказался настолько важным, что его последствия оказали роковое влияние на весь ход этих событий и судьбу всех наших героев, в том числе, и на судьбу самого «бога всех животных и птиц» – Соломона Гросби.

После того, как все животные в хозяйстве Стива были успокоены и проинструктированы, Пират уже собрался было бежать к Соломону за дальнейшими указаниями, но тут его неожиданно остановила Джесси и сказала, что ей необходимо поговорить с ним и сообщить ему нечто очень важное.

Пирату было недосуг ею заниматься, и он уже хотел отказать, но Джесси так на него взглянула, что Пират понял: лучше этого не делать.

– Ты знаешь, Пират, почему я поддерживаю тебя и твоего, так называемого бога? – начала разговор Джесси.

– Интересный вопрос, никогда не задумывался, – ответил Пират, – наверное, я тебе нравлюсь и ты, как это говорят у людей, меня любишь. Разве я ошибаюсь?

– Ты отчасти прав! Конечно, ты мне нравишься и я тебя, конечно, люблю. Но этого, дорогой Пират, недостаточно для того, чтобы идти за тобой на такую авантюру, как освобождение всех животных. При этом надо рисковать не только всем привычным образом жизни, но и самой жизнью. Тем более, я подозреваю, что и бога-то никакого нет. Есть просто твой хозяин, обычный человек, который хочет слегка поживиться чужим добром.

– Но!.. Ты, легче на поворотах! – резко оборвал её Пират. – Забыла, кем ты была до встречи со мной, пока я не принёс тебе благую весть о боге нашем? Ты была обычной сукой, бегающей во время течки по дворовым кобелям, а теперь ты научена говорить и мыслить по-человечьи. Ты сейчас стоишь на пороге обладания огромной властью над всеми животными и людьми!

– Ладно…, оставь свои обещания Старому Хряку или глупому петуху, которые мечтают о свободе и равенстве. Я – женщина, и мне плевать на вашу свободу и равенство. Это для меня пустой звук. Тем более, если эти обещания идут от существа, которое само не уверено в том, что будет с ним через полчаса. Но одно я могу тебе предсказать точно. Это то, что ты, Пират, скоро станешь отцом, а я матерью.

У «пророка» от такого известия на мгновение отвисла челюсть, затем он постарался что-то сказать, но Джесси жестом остановила его.

– Подожди немного, дорогой, дай мне сказать всё до конца. Так вот, я много раз становилась до этого матерью, но всех моих щенков либо топили у старой плотины, либо продавали соседям. Здесь был только один мой сын – Тор. И того загрызли волки. Мне, если честно, уже надоело терять своих детей. Именно поэтому я решила стать матерью от тебя. Ты спросишь: почему? Я почувствовала, что мои дети в этом случае смогут остаться со мной. Это мой последний шанс, Пират, пойми!

Когда я была обычной сукой, я легко переносила потерю детей. Я забывала о них через несколько дней. Но ты дал мне человеческий разум и мой материнский инстинкт уже не позволяет мне так легко расстаться со своими детьми. Ради них я продам и тебя, и бога!

Твой хозяин или наш, так называемый бог, дал мне надежду на то, что у меня будет семья. За это я благодарна ему. Но я не хочу, чтобы эта надежда была пустой! А именно это и может случиться, ибо моё счастье не входит в планы этого бога! Кажется, его зовут Соломон Гросби! Я права, Пират?

Пират стоял ошарашенный, и ему казалось, что лапы его по брюхо вросли в землю. Да, это был удар и удар, как говорят люди, ниже пояса. В такую минуту!.. Глупая сука!.. В то время, когда решается важнейший вопрос в истории всех животных, когда на карту поставлена судьба не только самого Пирата, но, что самое для него важное, судьба его хозяина, который доверился ему и любит его – он, Пират, получает такой удар в спину!

«Ведь она же погубит всё дело, которому она, как оказалось вовсе и не предана. Дети ей, видите ли, нужны! Дура! Не могла раньше сказать! Пообещал бы я ей детей, но чуть попозже. Что теперь делать? Думай, Пират, думай!».

Но мысли о том, что теперь делать, явно не хотели посещать голову Пирата. В голове крутились только возмущение и обвинения в предательстве и глупости. Максимум, что Пират смог выдавить из себя ещё пока спокойно, но уже с нотками закипающей ярости, только два вопроса: «Ты ничего лучше не могла придумать?» и «Что ты теперь предлагаешь делать мне?»

– Лучше я ничего не могла придумать, ибо думать не моё дело. Ты же знаешь, что я – глупая сука! Ты сам мне это только что сказал. А вот ты, такой мудрый апостол, чем думал, когда совал свой нос мне под хвост? О свободе? О равенстве? О боге? О хозяине и его деле? А теперь я глупая сука?

Как только ты сунул мне нос под хвост, я уже сразу почувствовала, что ты по натуре такой же проходимец, как и твой хозяин, называемый тут «богом всех животных». Ты – обычный кобель! Но фокус с умением разговаривать и мыслить по-человечьи, скажу честно, меня поразил! На какое-то время я тоже поверила в чудо. Ведь мы, женщины, так падки на чудеса! А когда ты дал мне этот хлеб, и я сама стала как человек, то я начала́ считать, что ты – мой единственный шанс к счастливой жизни! Я готова была идти за тобой и твоим хозяином «на край света», что и сделала во время исхода свиней. Но когда во время этого исхода твои божественные качества стали пропадать, впрочем, как и мои, я поняла, что вся наша свобода, благополучие – очень шаткое и хрупкое состояние, зависящее от чужой воли. Соизволит эта воля дать нам кусок волшебного хлеба – мы на высоте. Не соизволит – мы опять превратимся: ты – в обычного кобеля, а я – в простую суку. Неужели ты сам этого не осознаёшь, Пират? Неужели ты не понимаешь, что являешься всего лишь пешкой, которую разменяют в любой момент? Ты спрашиваешь, что я предлагаю делать тебе? Я отвечу. Я предлагаю тебе бежать, пока не закрутилась вся эта история, которая может привести нас и наших будущих детей на живодёрню. Волшебного хлеба у Стива ещё пока предостаточно. Животные пока тебя безоговорочно слушаются, так что ты можешь взять любого мерина, осла или борова, чтобы он тащил пару мешков с хлебом. Нам хватит надолго. Обладая человеческим разумом, мы нормально будем жить везде, и будем воспитывать наших деток.

Я люблю тебя, Пират! Бежим отсюда пока не поздно! Умоляю тебя! – и Джесси подогнув передние лапы, снизу вверх, виляя хвостом, преданно и умоляюще заглянула в горящие глаза Пирата.

Но она там не увидела ничего, что могло бы придать ей надежду на успех. Наоборот, после того как она заглянула в эти глаза, надежда покинула её, а сердце сжалось от неведомой ей раньше тоски и боли.

– Как ты смеешь предлагать мне такое? Да я разорву тебя, глупую суку, на куски! – даже не зарычал, а зашипел, как змея Пират, медленно наступая на Джесси, которая медленно, боком, поджав уши и хвост, начала пятиться назад.

– Тебе, беспородной суке, выпал прекрасный шанс изменить свою никчёмную жизнь к лучшему! Ты могла стать правительницей всех животных, людей и рожать своих щенков, сколько твоей душе угодно! Как ты смеешь сомневаться в моих обещаниях, которые даже не мои обещания? Через мои уста обещает сам бог! – Пират настолько вошёл от негодования в раж, что сам уверовал в то, что говорил. – Бог полюбил тебя и меня! Он возвеличил тебя и меня! Он дал нам шанс стать людьми и править всеми! И ты предлагаешь мне предать его в самый ответственный и всё решающий момент? Ты предлагаешь бросить моё великое дело служения ему, всем животным, и скрыться в каком-нибудь лесу вместе с беременной дурой? Затем там одичать и всю оставшуюся жизнь влачить полуголодное, бродячее существование, утешаясь твоей любовью, которая наверняка пройдёт сразу же после того, как мы сбежим? Не дождёшься ты этого от меня! Убирайся прочь с глаз моих и запомни, что если ты ещё хоть раз попадёшься мне на глаза, это будет твоим последним днём на этом свете!

Чем больше Пират распалялся, чем больше исходило от него брани и угроз, тем всё более распрямлялась Джесси, и взгляд её становился уже далеко не умоляющий и просящий. Шерсть на её холке стала дыбом и она остановилась, как вкопанная, оскалив клыки, и готовая в любую минуту дать бой, тому, кто только что лишил её последней надежды, присущей каждой человеческой женщине – надежду на семью и мужскую любовь. А Пират даже не догадывался о том, какую ошибку, какую глупость он совершает в данный момент.

– Ну что ж, любовничек, прощай! – спокойно ответила ему Джесси, увидев, что тот прекратил свой напор, и угрозы для её жизни больше нет. – Ты сделал свой выбор! Ты исковеркал мою жизнь ради химеры, которую тебе подарил твой хозяин. Что ж, твоя преданность ему и исполнение твоего собачьего долга похвальны. Но теперь я, тем более, уверена в том, что ты просто пёс! Глупый, жадный пёс! Я же, глупая сука, покуда ещё наделена человеческими способностями, сделаю всё для того, чтобы отправить тебя на живодёрню, а твоего «бога-самозванца» на виселицу! Щенков я рожу и воспитаю сама. Я времени зря не теряла и смогла сделать приличный запас волшебного хлеба. Его хватит мне и моим детям очень и очень надолго. А вот ты, пёс, скоро станешь обычным псом и окончишь свою бездарную жизнь на живодёрне! Прощай! – и с этими словами Джесси, навсегда для Пирата, исчезла в темноте. А Пират ещё какое-то время стоял, раздумывая над произошедшим.

«Чёрт! Надо было оторвать ей голову! Теперь неизвестно, что можно от неё ожидать! Будем надеяться, что это был просто пустой сучий трёп и шантаж на эмоциях. Надо будет рассказать обо всём хозяину, ведь эта стерва слишком много знает! Хозяин наверняка похвалит меня за преданность и оценит меня по достоинству. Как-никак, ради него я пожертвовал своей любовью и будущими детьми» – подумал Пират и успокоенный этой мыслью, бросился со всех ног к Соломону.

Глава 13

Соломон ждал Пирата с нетерпением. Ещё бы!.. Ведь он стоит на пороге таких событий!.. Скоро весь мир будет крутиться вокруг его имени!.. Соломон нервно расхаживал по кабинету и от волнения даже приложился к бутылочке виски.

«Что-то этот Пират задерживается, – нервно думал он, – где же он?».

– Ну, наконец-то!.. – облегченно выдохнул Соломон, когда в дверь кабинета раздался условный стук лапой.

– Где ты пропадал так долго, чёртов пёс? – набросился на Пирата Соломон.

– Всё не так просто, хозяин! – переведя немного дух, начал Пират свой отчёт. – Все животные получили и попробовали ваш волшебный корм. Эффект потрясающий! Всё чуть не началось стихийно, но я, Джесси и Старый Хряк ценой огромных усилий смогли успокоить животных. Ты бы знал, хозяин, чего нам это стоило! Теперь всё спокойно: животные организованны и ждут твоего божественного сигнала, чтобы установить «царство божье для животных и птиц в отдельно взятом хозяйстве». Причём, чем выше по своему развитию были животные, тем меньше от них было шума и проблем. Но все животные и птицы мечтают о равенстве, свободе и мести не только своему хозяину, но и всем людям в целом. Все они ненавидят людей!

– Это хорошо, Пират! Очень хорошо! Скоро я разрешу начинать восстание против Стива! —и, сказав это, Соломон почувствовал, как сердце в его груди учащённо заколотилось. Всё-таки было страшно! Одно дело планировать и представлять себе своё злодейство. Совсем другое дело – переходить к практическим действиям по осуществлению своего замысла. Это самый трудный момент: перейти ту черту, после которой возврата к прежней жизни уже нет. Впереди «либо пан, либо пропал».

Он понимал, что всё должно быть разыграно, как «по нотам». Никаких сбоев! Никаких, даже самых незначительных ошибок! Именно такие, на первый взгляд, незначительные промахи и недочёты приводят потом к самым катастрофическим последствиям. Соломон это прекрасно знал, ибо испытал уже когда-то всё это на «своей шкуре». Одно незначительное, казалось, слово, брошенное им однажды, и после этого он вынужден был бросить свой дом в Англии и бежать в Америку. Отсюда Соломону бежать уже было некуда.

– Значит так, Пират! – начал Соломон. – Сегодня вечером ты, Джесси и Старый Хряк получите от меня последние инструкции. Я ещё подумаю, что делать со Стивом и его семьей. Сейчас на кону стоит моя свобода, а может быть и жизнь. Будете действовать только по моим инструкциям. Никакой самодеятельности. Если что-то пойдёт не так, то ничего самим не предпринимать. Ты понял, Пират?

– Конечно, хозяин, можешь не сомневаться. Всё сделаю, как ты скажешь. Но возникли две небольшие проблемки. Одна чуть больше, другая чуть меньше. С какой проблемы мне начать, хозяин?

– Давай с той, которая сложней, – слегка насторожившись, ответил Соломон.

– Первая проблема состоит в том, что мы не сможем долго удерживать хозяйство в спокойном состоянии. Животные уже не хотят жить по старому, а Стив и его работники по-старому уже не смогут ими управлять. Революция неизбежна, хозяин! – продолжил Пират и сам про себя удивился произнесённому им тезису и новому, непонятно откуда взявшемуся в его голове слову «революция».

– А нам она и нужна, Пират! Мы её планировали, мы её и возглавим. Конечно, что-то может пойти стихийно, но всё это должно немедленно браться под наш контроль и направляться в нужное нам русло. Животные должны сделать всю грязную работу, а затем ты с собаками загонишь их обратно в свои стойла и курятники. Исключить недовольство и снизить революционный накал – это работа свиней. Любого недовольного предавать анафеме и отдавать собакам на растерзание. Любое недовольство кого-либо должно расцениваться другими животными, как посягательство на свободу, веру, бога и революцию.

– А что делать с более крупными животными, быками и конями, например? Ведь в случае их недовольства, собаки не смогут с ними справиться.

– Быки, кони, коровы никогда не бывают недовольны. Это стадные животные, в крови у которых только стадные инстинкты. Пообещай им, что ради счастливого будущего их детей, теперь им придётся больше работать и больше давать молока, как одни тут же впрягутся в ярмо с удвоенной энергией, а другие ещё старательнее станут пережёвывать свою жвачку. Это не проблема, Пират! Это трудности профессии! Здесь надо только более внимательно за всем следить, хорошо врать и следовать моим инструкциям. Если кто и представляет наибольшую опасность, так это сами свиньи и твои сородичи. И немного – коты и кошки. Эти твари и так всегда живут сами по себе и никогда не подвергались эксплуатации со стороны людей. А вот от вашего брата им доставалось всегда. Здесь, Пират, есть тонкий момент. Впоследствии их надо будет истребить или изгнать. А теперь давай свою маленькую проблемку.

– Хозяин, это даже не проблемка, это просто моя личная жизнь, которой я пожертвовал ради нашего общего дела. Я надеюсь, ты оценишь мою преданность по достоинству?

– Не тяни кота за усы! Давай быстрей, времени нет!

– Хозяин, я поссорился с Джесси! Я прогнал её! – и Пират подробно рассказал Соломону о последнем свидании со своей бывшей любимой.

По мере рассказа, Пират переполнялся гордостью, ибо он не видел лица Соломона, который слушал его, отвернувшись, глядя в окно. Он думал, что хозяин доволен, но если бы он увидел, что происходило с лицом Соломона во время своего рассказа, он бы наверняка не стал излагать многие подробности этой ссоры, а то и вообще постарался бы поскорей исчезнуть с глаз хозяина. Но Пират не видел его лица и поэтому когда окончил рассказ, продолжал спокойно сидеть с довольной мордой, повиливая обрубком своего хвоста.

Соломон некоторое время держал паузу, стараясь прийти в себя от услышанного им рассказа. Но гнев с непреодолимой силой овладевал всем его существом.

– И ты считаешь, что это маленькая проблемка? – всё ещё смотря в окно,тихим, шипящим голосом спросил Соломон.

– Да, хозяин, а что?

Соломон резко повернулся к Пирату лицом, и, глядя ему прямо в глаза, стал медленно на него наступать.

– Глупый… тупой идиот! Почему ты, в канун таких событий, не пообещал сделать всё, что ей угодно? Это же сука! Она верит и любит ушами! Клялся бы ей в любви и в верности! Это же всё пустое!.. Наркотик для сучьих ушей!.. Она же знает всё! Она почему-то знает про меня и почему-то знает, что за всем этим стою я! В конце концов, почему ты не разорвал ей горло там же, на месте? А где сейчас Джесси ты случайно не знаешь?.. А я тебе, дураку, скажу, где она!.. Она сейчас, вот в эту самую минуту, может сидеть у шерифа, который с вытаращенными глазами смотрит на говорящую собаку, слушает её, а когда он оправится от шока, то, будь уверен, что обещания твоей любимой про мою участь, сбудутся в течение нескольких часов!

До Пирата, наконец, стало доходить, что его не только не будут хвалить, но и вообще, может оказаться так, что это будут последние минуты его жизни.

– Хозяин, простите! Может, вы ошибаетесь и сильно преувеличиваете опасность от Джесси? Я думаю…

– Что ты думаешь?! Плевать я хотел на то, что ты думаешь, пёс! Ты бы лучше раньше думал! – и Соломон, схватив стул, швырнул его в Пирата, который еле-еле увернувшись от него, бросился искать в комнате «пятый угол». Соломон носился за ним по кабинету, пытаясь ударить всем, что попадало под руку.

Наконец Пират забился в щель между диваном и стеной, откуда выбраться ему было невозможно. Он увидел приближающегося Соломона, с занесённым над головой табуретом, и инстинктивно, оскалив клыки, зарычал. На какое-то мгновение Соломон увидел перед собой лютого зверя, который был готов защищать свою жизнь и остановился. Эта реакция собаки охладила неумеренный гнев хозяина. Он отбросил табурет на пол и обессилено рухнул на диван. Затих за диваном и Пират. Оба погрузились в свои мысли о том, что делать, и как жить дальше. И мысли эти у того и у другого были весьма мрачные.

У Соломона что-то сжималось в животе от ужаса при мыслях о том, чем может закончиться вся его удачная, на первый взгляд, авантюра. Он сравнивал себя с человеком, который с разбегу решил прыгнуть, плохо рассчитав расстояние, и в последний момент увидел, что под ногами бездна. Надо бы остановиться, но инерция толкает его вперёд.

Главная ошибка в таких случаях – эта та, что человек пытается остановиться. Соломон чутьём, подсознанием понимал – останавливаться нельзя! Тогда точно рухнешь вниз. Надо ускоряться, отталкиваться и прыгать. А там, может хоть руками за край ухватиться получится.

Соломон закрыл глаза, пытаясь представить себе спасительный выход из данной ситуации, но никаких других образов, кроме виселицы, в его воображении не возникало.

Паника!.. Только не это!.. Соломон был сильным человеком. Но так близко к краю пропасти он никогда не подходил. Он знал, что теперь его будут искать. И не будет такой щели на земном шаре, куда бы он мог забиться и чувствовать себя там в безопасности.

Это не просто брошенное по неосторожности слово и не принадлежность к запрещённой секте. Он теперь владелец мощнейшей технологии для производства оружия массового поражения сознания. И он не просто владелец, не просто хранитель секрета. Он решил применить это оружие в своих целях. Он объявил войну всему мироустройству. Но при этом просто не рассчитал ширины пропасти. Ты хотел править всем живым на планете, хотел стать царём зверей и людей – на, получи желаемое!

Бог-Отец любит исполнять желания, только ответственность за последствия их исполнения всегда перекладывает на желающего. Расхлёбывай заваренную кашу теперь сам, Соломонушка!

Требовал у Бога, а доверил свою жизнь собаке и свинье. Впрочем, так обычно со всеми пророками и бывает.

А теперь, что? Расслабляться нельзя!.. Теперь только вперёд, не тормозить! Но и пути к отступлению продумать надо. Жалко, что времени в обрез. Большое бремя – семья!

С ними уже не убежать и не спрятаться. Придется жертвовать. В конце концов, они ничего не знают. Держать наготове лошадей. Единоверцы всегда спрячут и помогут. Всё, что связано с волшебным хлебом, все записи из дома надо убрать.

Соломон при мыслях о спасении стал немного успокаиваться и приходить в себя. Снова стали появляться уверенность в себе и в успехе.

Этого идиота Пирата надо срочно послать на поиски этой суки Джесси. Пусть «из-под земли» её достанет и разорвёт ей глотку. Тогда всё будет в порядке. Но главное, чтобы животные не начали восстание стихийно. Времени очень мало. Они на взводе, а наделать могут таких дел, что потом вовек будет не разобраться.

Соломон уже не сидел на диване, а нервно расхаживал по кабинету.

А о чём в это время, лежа за диваном, думал наш четвероногий получеловек? История об этом умолчала, но я решусь предложить свою скромную версию.

Смею предположить, что у Пирата не было никаких мыслей по поводу того, что делать дальше. Да, он прочувствовал весь ужас, который может скоро наступить в их с хозяином жизни, но всё это было на уровне инстинкта, подсознательного. Интеллект, за который так порой хвалил его Соломон, выветрился из головы Пирата моментально.

Остался страх, готовый вот-вот вырваться наружу в виде истерики. И ещё его переполняла обида. Горькая обида на всех, кроме самого себя и хозяина. Это две персоны, на которые никогда не может обижаться более низкое по уровню своего развития существо.

Собака никогда не обидится на себя и на хозяина. Что бы с ней не случилось. У людей это выражается так же. Только в роли хозяина здесь выступает Бог, вождь, царь или президент. Спросить с себя – это скачок. Это – переход на другой уровень. Добровольно взять на себя ответственность – это даже среди людей удел немногих.

Пират лежал и обвинял. Обвинял в первую очередь Джесси. Какие только проклятия не рождались в его голове в её адрес. Из раздумий его вывел строгий голос Соломона, позвавшего его к себе.

– Ладно, Пират, выползай из своей щели! Надо что-то делать дальше!

Пёс, после этих слов, поджав уши, выполз из-за дивана, но так и остался лежать перед Соломоном, преданно и жалостливо глядя ему в глаза.

– От намеченной цели отступать нельзя, да уже и невозможно. Это ты правильно заметил, – продолжал говорить Соломон. – Джесси может всё осложнить и погубить, а может быть и не сможет. Гадать не будем. Ты сейчас бросишься на её поиски. Тебе срок: до вечера решить эту проблему. Также встретишься со Старым Хряком и скажешь, чтобы восстание было поднято сегодня. Ждать мы уже не можем. Слишком рискованно. Животным пусть сообщит, что бог сказал о том, что Стив хочет сегодня истребить всех животных, особенно свиней. Для того чтобы животные поверили, надо совершить тайное убийство у каждого или нескольких видов животных по детенышу и подбросить трупы взрослым животным. Вину свалить на Стива и его работников. Убийство – это дело собак. Задание сложное, но выполнимое. Свиньи тут же должны устроить истеричную пропаганду с призывом к мщению и упреждающему удару. К утру в хозяйстве Стива должно быть всё подготовлено для установления «царства божьего». То есть хозяйство должно быть освобождено от старых хозяев и ждать нового. Ты всё ещё здесь, пёс? Это твой последний шанс заслужить моё прощение!