Наследники Земли

Глава 1

– Более двух миллионов человек по всему миру пропадают без вести. И это только за год. Девяносто процентов находятся. Живыми или мёртвыми. Но где же остальные десять процентов несчастных? – ведущий с экрана телевизора вопрошающе развёл руки в стороны. – Мужчины, женщины, дети и старики канут в бездну. Листовки с их портретами расклеены повсюду: на автобусных остановках, деревьях, магазинных стендах. Страницы социальных сетей переполнены информацией о пропавших людях. Идут дни, недели, месяцы и годы. Листовки выцветают, дожди разъедают отпечатанные чернильные строки, и они обречённо падают под ноги равнодушным прохожим. Лица пропавших стираются из памяти. Их больше никто не ищет, – светловолосый мужчина в элегантном костюме сделал серьёзное лицо, словно осуждал своего зрителя за безучастность и бессердечность, а затем резко улыбнулся и добавил: – С вами Павел Воронцов! Продолжим после небольшой рекламы, друзья. Не переключайтесь!

На экране телевизора появилась скачущая из угла в угол иконка зачёркнутого динамика. Хрупкая миловидная женщина недовольно крутила пульт в руках. Её золотистые локоны были взъерошены после непродолжительного и прерывистого сна, а возле уголков ясно-голубых глаз собрались мелкие морщинки. Лёгкая пижама из топа и шортиков сиреневого цвета идеально подчёркивала прелестные формы миниатюрной красавицы. Кира не выглядела на свои тридцать семь. При встрече вы не дали бы ей и тридцати. Она тщательно следила за собой и своим здоровьем, несмотря на то, что была мамой двух прекрасных детей – шестнадцатилетней Лидии и пятилетнего Луки. Большую часть времени Кира проводила дома: заботилась о семье, готовила, убирала и стирала. По вечерам она писала небольшие статьи для местного журнала, чтоб уж совсем не отрываться от реального мира и, хоть ненадолго, перестать волноваться за жизнь мужа. Александр Волков, а для Киры просто Сашуля, командир специального подразделения «Альфа» – элиты российского спецназа. Вместо просиживания зада и перебирания бумажек в пыльном офисе, он выбрал жизнь полную опасности и приключений. В его повседневные обязанности входила нейтрализация террористов, захват морских судов и спасение заложников. Тяжёлая и нервная работа успела наложить отпечаток на лицо Александра. Несмотря на сравнительно небольшой возраст (тридцать девять лет) его голова местами покрыта благородной сединой, выгодно оттеняющей тёмно-русые волосы, а взгляд карих глаз – глубокий и серьёзный. Под два метра ростом, он поддерживал отличную физическую форму. Саша был силён и прекрасно сложен. На фоне Киры он выглядел гигантом, Гулливером из одноимённой сказки, но не производил впечатления такого уж страшного человека. Вежливый, воспитанный, обходительный. В интеллектуальном плане он нисколько не уступал коллегам, чьё образование было куда лучше и престижнее Сашиного. Свежий взгляд на мир, упорство и сила воли помогли ему быстро подняться по карьерной лестнице и по праву занять место лидера в подразделении «Альфа». Он постоянно продолжал совершенствоваться и улучшать свои показатели, а разработанная им программа тренировок и обучения бойцов сделала его знаменитым в узких кругах ценителей военной подготовки. Но удивительным было иное. При всех ужасах своей работы Александр умудрялся оставаться добрым, отзывчивым и нежным. Сидя на маленькой кухоньке плавно переходящей в гостиную, он допивал остывший кофе, попутно глядя на экран. На часах шесть утра. Дети спят, за окном щебечут птицы, а его красавица-жена, чтобы привлечь внимание любимого мужа, заслонила собой телевизор.

– Зачем ты смотришь эту гадость? – Кира сердито надула пухлые губки и посмотрела на Сашу. – Там же ни грамма правды.

– Это лучше, чем смотреть новости, – он улыбнулся и попытался выхватить пульт из рук жены, – где правды ещё меньше.

Кира ловко увернулась и спрятала его за спину. Она не хотела этим утром делить мужа с телевизором. Но Саша печально скривил брови, и ей пришлось уступить. Реклама на телеканале закончилась, а ведущий продолжал рассказ:

– Слишком много версий. Работорговля, изъятие органов, похищение инопланетянами и даже вмешательство «чёрных дыр». Чтобы разобраться в этой теме подробнее, мы пригласили в студию эксперта по вопросам НЛО – уфолога Константина Смирнова. Организатора, руководителя и, – Воронцов с трудом скрывал саркастичную интонацию, – идейного вдохновителя движения «Пришельцы среди нас».

Камера плавно перешла от ведущего к необычному гостю. В студии появился худощавый мужчина лет тридцати пяти с аккуратно подстриженной бородой и большими глазами за круглыми стёклами очков. Из-под серого свитера виднелись края яркой клетчатой рубашки, тёмные брюки измяты, а потёртые, в глубоких трещинах ботинки, старательно начищены.

– Здравствуйте, Константин. Присаживайтесь, – ведущий указал на соседнее кресло.

– Здравствуйте, Павел.

Голос уфолога был на удивление приятным и спокойным. Если не обращать внимания на его специфическую внешность и манеру разговора, мужчину легко можно было спутать со знаменитым радиоведущим популярного ток-шоу.

– Константин, расскажите нам о своей теории, – продолжил Воронцов, изредка посматривая на ламинированную папку.

– Это не теория, это факт! – возмутился уфолог. Костя не считал свою работу вымыслом. Он был твёрдо уверен в существовании внеземных цивилизаций (и совсем не миролюбивых) и опытах, которые они ставили на людях. – Десятки тысяч человек пропадают без вести. Идут куда-нибудь и бац! Их уже нет. И никто не может объяснить, где они и что с ними случилось. Нет ни тел, ни требований о выкупе. Ничего! Они исчезают навсегда. Мне и моим ребятам пришлось попотеть, прежде чем установить закономерность. Здоровые физически развитые мужчины и женщины, тайные гении современности, дети от трёх до пяти лет и старики, которые никому не нужны.

Ведущий с любопытством уставился на Константина. Если по первым двум пунктам он был ещё мало-мальски согласен, то последующие вводили его в ступор. В студии ненадолго повисла тишина. Вспомнив, что эфирное время ограничено, Павел продолжил беседу, задавая повисший в воздухе вопрос:

– Дети и старики? – недоверчиво переспросил он.

– Именно! До пяти лет ребёнок хорошо поддаётся влиянию извне. Он вступает в стадию интенсивного развития личности, норм поведения, любознательности. Его всё больше интересуют вопросы «почему?», «зачем?» и тому подобное. При этом они быстро забывают прошлое. Из таких детей можно воспитать солдат, шпионов, да кого угодно! – Константин едва не подпрыгивал на стуле от возбуждения, хаотично жестикулируя и брызгая слюной. – Они будут любить и уважать похитителей, как родных. Служить и доверять. Полностью и беспрекословно!

– Допустим. А пожилые люди? От них какой прок?

– Опыты, Павел. На них они ставят бесчеловечные опыты!

– Они – это…?

– Пришельцы. Враждебные инопланетные цивилизации.

– Хм. Интересная версия. Быть может, вы поделитесь с нами, для чего им это?

Уфолог тяжело вздохнул и закатил глаза. Разговор с ведущим всё больше напоминал урок в начальной школе, когда учителю приходится объяснять детям очевидные истины. Былое воодушевление испарилось, сменяясь разочарованием от правды, которую он знал ещё до эфира. Константин без энтузиазма согласился участвовать в этой сомнительной передаче на одном из худших каналов российского телевидения, да ещё и выходящей в эфир перед рассветом. Но выбора у него не было. Либо пытаться донести правду до человечества так, либо довольствоваться теми маргиналами, что примкнули к нему несколько лет назад.

– Ежу же понятно, они спят и видят, чтобы захватить нас и сделать своими рабами. Пришельцы бывали здесь и раньше. Об этом есть множество свидетельств. Возможно, они даже прилетали сюда до появления человечества, присматривались к планете, а тут на тебе! Нарисовались мы! Жалкие, по их меркам, создания, возомнившие себя королями Земли. Напасть в открытую они на нас не могут. Либо боятся повредить будущий дом, либо того, что мы можем дать отпор, я точно не знаю… Вот им и приходится запускать щупальца в политику и правоохранительные структуры, уничтожать нас планомерно, не вызывая при этом паники среди населения. Скажу вам откровенно, Павел, инопланетяне…

Картинка телевизора сменилась беспощадным чёрным экраном. На этот раз Кира не обошлась только звуком, она предпочла выключить разговорную вакханалию эмоционального безумца на самом интересном месте, чем вызвала возглас негодования со стороны Саши. Убрав пульт от телевизора на подоконник, она с жалостливым взглядом прильнула к мужу. Ну как объяснить этому милому великану, что ей нужно хоть пять минут тишины в его объятиях? Почему он не придаёт серьёзного значения тому факту, что каждая их утренняя посиделка может быть последней? Сколько раз она умоляла Сашу о смене взрывоопасной работы. Кира мечтала, чтобы он, наконец, нашёл что-то менее экстремальное, с нормальным графиком и отпуском. Пусть не такое денежное, но главное мирное и неопасное. Они смогли бы проводить больше времени вместе, как раньше, встречать закат золотистого солнца в объятиях друг друга, наслаждаясь дуновением прохладного ветерка по ту сторону окна. Но Саша не слышал её просьб. Он даже думать об этом не хотел, тем более разговаривать на эту тему. Спасая чужие жизни, Саша чувствовал себя супергероем. Защитником, стоявшим на страже добра. Он был без ума от своей работы. Намёки, а порой и мольбы жены он старался перевести в шутку. Так ему было легче и, как он наивно полагал, Кире тоже. Только вот игнорировать забитую до отказа полку с успокоительными лекарствами становилось всё сложнее.

– Хочешь, я приготовлю завтрак? – прошептала она.

– Нет, я уже опаздываю, – Саша мельком взглянул на часы, выскользнул из объятий жены и скрылся в коридоре.

Не успела Кира опомниться, как муж был в полной готовности. Он подозвал её к входной двери, крепко обнял и поцеловал в лоб. Она улыбнулась в ответ, скрывая мучительное чувство тоски и боли, неожиданно захватившие её сознание. Взглянув на мужа ещё раз, Кира чуть подуспокоилась. Его карие глаза светились. Он был одним из тех немногих, кто с удовольствием бежит на работу спозаранку. Со спокойной душой Кира проводила мужа, а потом ещё долго смотрела ему вслед, наблюдая из окна, как он уверенным и твёрдым шагом обходит весенние лужи. Саша брёл по грязным улицам, пытаясь как можно быстрее добраться до метро. Лучи утреннего солнца проскальзывали сквозь серые тучи, стараясь оживить сонную, после долгой зимы, природу. Несмотря на ранний час, поток грустных и озабоченных жизнью людей спешил по своим делам, расталкивая живые препятствия на своём пути. Саша переехал в Москву около двадцати лет назад, но так и не смог привыкнуть к жизни большого города и его естественной тесноте. В его родном северном крае было всё гораздо проще: никаких пробок, никаких столпотворений, никаких проблем. Если бы не печальная ситуация на рынке труда и плохие воспоминания, он бы никогда не переехал в столицу в поисках лучшей жизни, не встретил бы Киру и не завёл семью. Что ж, ради них он может и потерпеть шум мегаполиса. Добравшись до метро, Саша запрыгнул в вагон и уселся на свободное место. Сомкнув руки на груди и закрыв глаза, он с удовольствием предался размышлениям о будущем. Ровно через месяц он выйдет в отпуск, и они всей семьёй махнут на море. Наконец-то! Четыре года им не удавалось выбраться из душного плена города и нормально отдохнуть: то тяжёлая беременность Киры, то болезнь Лидии, то юный возраст Луки. Но сейчас всё хорошо. Все живы, здоровы и готовы к путешествию. Вагон медленно затормозил. Кто-то из людей вышел, кто-то вошёл. Вновь движение.

– Мы все умрём, – прохрипел бездомный, громко шурша ногами по гладкому полу. Выглядел он, как среднестатистический городской сумасшедший, пропивший остатки гордости и ума. – Они среди нас. Скоро вы узнаете, – он остановился напротив Саши и пристально посмотрел ему в глаза. На мгновение безумие отступило, взгляд бездомного просветлел. Теперь он стал похож на человека, чью жизнь изуродовала невыносимая боль. В глазах читалась жалость и неподдельный страх. Но мгновение прошло, лицо незнакомца исказилось, и он добавил: – Рабы, умрёте. Все, все, все. Новый мир. Умрёте…

Бездомный потерял внезапно возникший интерес к Саше и поплёлся дальше, гремя бутылками в потёртом пакете. Запах от него исходил ужасный: смесь грязи и дешёвого алкоголя. Саша поморщился и посмотрел ему вслед. Тот останавливался каждые два метра, пугая людей не столько угрозами и проклятьями, сколько страхом подхватить какую-нибудь мерзкую инфекцию. Когда бездомный скрылся в соседнем вагоне, Саша вернулся к мечтам об отпуске, планируя будущую поездку весь оставшийся до работы путь. Время пролетело незаметно, и вскоре он стоял напротив высокого и ничем не примечательного здания Федеральной Службы Безопасности. Внутри было шумно. И это не предвещало ничего хорошего. Сотрудники сновали по коридорам, не обращая внимания на прибывшего на службу майора. Не теряя времени, Саша поднялся наверх. Дверь в кабинет полковника Герасимова была открыта. Секретаря на месте не оказалось. Сам же Вадим Брониславович сидел за письменным столом и напряжённо разговаривал по старому телефону. Заметив у порога майора Волкова, он сделал жест рукой и указал ему на стул.

– Как это могло случиться?! – кричал Герасимов в трубку. – А что со службой безопасности? Что? Где они этих бездарей понабрали?! Да. Да. Понял. Отправлю своих ребят, – он кинул трубку и посмотрел на Сашу.

На лбу полковника проступил пот, а глаза лихорадочно бегали, выдавая огромную и тяжёлую работу мыслительного процесса. На его обеспокоенном лице отражалась злость и паника. Вадим Брониславович был человеком жёстким и, как никто другой, умеющим держать эмоции под контролем. Должно было случиться что-то из ряда вон выходящее, чтобы он поддался на зов негативной реакции.

– В чём дело, полковник? – Саша всматривался в глаза начальника, предчувствуя надвигающуюся бурю.

– Террористы! Захватили аэропорт! – Вадим Брониславович никак не мог совладать с эмоциями. Глупость и беспомощность местной охраны вызвали в нём дикое желание перестрелять горе-защитников на месте. – Полсотни людей взяты в заложники. На месте работают наши сотрудники, но результата ноль. Террористы не идут на контакт.

– Сколько их там?

– Пока насчитали десять. Может больше. К ним не подступиться. Генерал уже там и ждёт вас. Собирай своих ребят и пулей туда!

– Слушаюсь, – Саша встал с места и направился к двери.

– Волков! – окликнул его у порога полковник. – Будь осторожен. Они там под завязку тротилом напичканы.

Саша кивнул и спешно покинул кабинет. На два этажа ниже располагался спортивный зал. Члены отряда «Альфа» в обязательном порядке каждое утро проводили там тренировки. Хорошие физические данные, наравне с другими качествами и умениями, были надёжными помощниками в любой, даже самой сложной операции. В зале было жарко. Пахло потом и дешёвым освежителем воздуха. Пятеро мужчин усиленно тренировались. Высокий блондин со шрамом на щеке – Максим Яковлев, позывной «Шрам». Он тягал штангу в дальнем углу зала, сосредоточив взгляд на бутылке с водой. Небольшого роста шатен с маленькими глазами и большим носом – Иван Чижов, позывной «Чиж», качал пресс. Третий – статный темноволосый мужчина с тонкими усами и густыми бровями, отрабатывающий удар на потрёпанной груше – Роман Ушаков, позывной «Пиночет». Он заслужил своё прозвище в честь легендарного чилийского диктатора за любовь к несуразным очкам и бородке. Два других – черноволосые братья близнецы Денис и Кирилл Назаровы, позывные «Дэн» и «Ли», устроили между собой лёгкий спарринг. Увидев майора, бойцы остановились и замерли. После нескольких лет работы под руководством «Волка», команда без ошибок могла определить, когда командир приходит с очередным заданием. Отряд «Альфа» беспрекословно подчинялся своему майору, но отнюдь не из-за регламента. Они уважали «Волка», как стая уважает вожака. Майор внушал им доверие, был гарантом справедливости и чести. Для них он был как старший брат, отец или наставник. При этом «Волк» всегда вёл себя с ними на равных.

– Так, мужики, заканчивайте выписывать па и собирайтесь, – Саша громко захлопал в ладоши, подгоняя медлительных коллег. – У нас новое дело.

Члены отряда кивнули и со скоростью звука скрылись в соседней комнате. Через несколько минут команда «Альфа» была в полной боеготовности. Задача ясна. Провести очередную полномасштабную операцию по спасению заложников и уничтожить банду террористов. Дорога от здания ФСБ до аэропорта заняла целую вечность. Из-за угрозы теракта на дорогах образовались гигантские пробки. Люди массово покидали взрывоопасный участок: кто-то негодовал из-за провалившейся поездки, кто-то радовался счастливому случаю, а кто-то про себя благодарил зарвавшегося соседа, перекрывшего утром парковку. Колонна автомобилей, покидающих зону аэропорта, никак не заканчивалась. Но были и те, кто вопреки здравому смыслу и всем мерам безопасности стремился прорваться в гущу событий. Журналисты проделывали невиданные трюки, мечтая перехитрить полицейских, расставленных чуть ли не на каждом квадратном метре, ради громкого репортажа. Большинству, конечно, не удавалось пересечь условно-охраняемую границу, но особенно юрким всё же везло. Они умудрялись прорваться между крупными и неповоротливыми полицейскими, засняв несколько эксклюзивных кадров с лицами встревоженных людей, среди которых было немало известных начальников силовых структур. Волков и его команда миновали наспех установленный КПП. С улыбкой на лице они наблюдали из окна, как один из стражей порядка, нервно жестикулируя и на повышенных тонах, объясняет репортёру, куда последнему стоит пойти вместе с микрофоном и камерой. Около центрального входа в аэропорт было куда оживлённее. Десятки, а может и сотни людей, одетые по форме и по гражданке, суматошно перемещались с места на место, что-то эмоционально обсуждая. Среди них особенно выделялся один человек. Он был спокоен и, кажется, абсолютно равнодушен к случившемуся. Высокий седовласый мужчина с острым носом и большими серыми глазами бегло осматривал захваченное здание. Чёрное пальто было распахнуто, открывая на всеобщее обозрение идеально выглаженный костюм и рубашку. Ботинки блестели, словно их только что щедро натёрли воском. Генерал армии Борисов Сергей Петрович более семи лет руководил ФСБ и был председателем Национального Антитеррористического Комитета. Он стоял в окружении своих заместителей и нескольких малоизвестных чиновников. Когда на горизонте замаячил автомобиль команды управления «А» генерал заметно оживился, будто всё это время ожидал их появления. Никого не дожидаясь, он направился в сторону прибывших офицеров, как утопающий к спасательному кругу. Многочисленная свита последовала за ним. Они, как слепые щенки, ждали от генерала решительных действий, а он в свою очередь ждал того же от одного из лучших контртеррористических отрядов мира. Проигнорировав уставное приветствие командира спецподразделения «Альфа», Сергей Петрович оценивающе пробежал взглядом по крепкому мужчине.

– Майор Волков, командир группы «Альфа».

– Генерал Борисов, – он подал Саше руку и крепко пожал её, – Сергей Петрович. Я полагаю, вы в курсе происходящего?

– В общих чертах.

– Хорошо, – генерал повернулся к щуплому мужчине в сером пальто и что-то шепнул ему на ухо. Тот одобрительно кивнул и, пригладив скудные остатки волос, плохо маскирующих лысину, увёл за собой надоедливую свиту генерала. – Идите за мной, – Сергей Петрович угрюмо сдвинул брови и повёл команду к временному штабу неподалёку.

Большая палатка цвета хаки находилась в нескольких метрах от автобусной остановки, напротив центрального входа в аэропорт. Внутри пахло кофе. Тусклый свет пробивался сквозь сетчатое окошко в надежде разузнать секреты здешних обитателей. Его скудные лучи играли на плотном листе бумаги, развёрнутом на переносном пластмассовом столе. Рядом, чуть нагнувшись и заложив руки за спину, стоял мужчина в штатском. Дорогой идеально выглаженный чёрный костюм виднелся из-под столь же дорогого кашемирового пальто серого цвета. Несмотря на весеннюю слякоть и грязь, его ботинки блестели не меньше, чем голова. На глаза надвинуты тёмные солнцезащитные очки не по погоде. Внешность мужчины была непримечательной, но всё же отталкивающей. Он пришёлся не по вкусу команде «А». И по выражению его надменного лица они поняли, что это чувство было взаимным. Единственное, что показалось ребятам странным, это прожигающий взгляд мужчины, направленный на Волкова. Он чувствовался даже сквозь плотные стёкла очков. Незнакомец изучал Сашу. Осматривал с ног до головы и обратно, не стесняясь присутствия других.

– Господа, – Борисов прервал минутное молчание, немного разрядив накаляющуюся обстановку. – Разрешите представить вам полковника Зорского из СВР, – голос Сергея Петровича дрогнул, словно генерал робел в присутствии незнакомца. – Он будет руководить операцией.

– С каких пор Служба Внешней Разведки занимается террористами? – Дэн недовольно окинул взглядом мужчину, не скрывая раздражения.

– Круг моих полномочий не в вашей компетенции, лейтенант Назаров Денис Алексеевич тысяча девятьсот восемьдесят пятого года рождения, – монотонно произнёс Зорский. – И не вашего брата – Кирилла Алексеевича. А так же капитанов Яковлева, Чижова и Ушакова. Вам ясно?

Информированность полковника СВР впечатлила команду. Неприятно впечатлила. Если поначалу он лишь раздражал их своим присутствием, то теперь не на шутку бесил. Его высокомерность заставляла мужчин скрипеть зубами от нарастающей ярости. Не замечая полных ненависти взглядов, Зорский подошёл к Волкову и сказал:

– Надеюсь, майор, вы сможете контролировать своих псов во время операции. Иначе, мне придётся найти других специалистов, а я не люблю тратить время понапрасну.

Саша с трудом сдерживался. Наглость Зорского переходила все мыслимые и немыслимые границы. Никто не смеет называть его ребят «псами». Он сделал шаг навстречу полковнику и навис над ним, словно грозовая туча. Они пристально смотрели друг на друга: один обозлено, другой – изучающе.

– Безусловно, полковник, – вмешался в разговор Сергей Петрович. – Управление «Альфа» справится. Я ручаюсь за них.

– Хорошо, – Зорский ухмыльнулся, слегка оттолкнул Волкова плечом и вернулся к столу. – Террористы засели в Вип-зале сектора «B». Их, по меньшей мере, человек десять. Хорошо вооружены. Удерживают в заложниках около пятидесяти человек. Многие из них довольно известные и значимые в стране люди, – он исподлобья, с долей презрения и сарказма, посмотрел в сторону генерала, затем продолжил: – Всё что мы знаем наверняка, это то, что главаря банды зовут Вахид.

– Требования? – спросил Саша.

– Боевики требуют освободить из тюрьмы Абдул аль-Кахира, одного из лидеров бандформирования в Афганистане. Естественно, это требование неисполнимо, – Зорский хрустнул шеей. – Данный субъект мёртв. Теперь вы понимаете, майор, почему мы должны выступить немедленно?

– Каков план?

– Я иду в качестве переговорщика, – Зорский посмотрел на часы, – а вы занимаете позиции здесь, – он показал на плане места расстановки бойцов, – и здесь, и ждёте моего сигнала. Зал ожидания с двух сторон обнесён стеклянными перегородками. Имеет четыре выхода. Два из них в коридор, один в бар-ресторан и один в ванную комнату. Первая группа должна находиться в коридоре, будете блокировать все попытки террористов к побегу. Вторая – в соседнем помещении ресторана. Переговоры долго не продлятся, будьте готовы к захвату. Выступаем через десять минут. Готовьтесь.

Саша кивнул, затем сделал жест рукой, отдавая молчаливый приказ команде следовать за ним. Управление «А» в полном составе покинуло палатку. Оставшись один на один с Зорским, генерал проводил взглядом Волкова и обернулся. В глазах Сергея Петровича застыл немой вопрос.

– Он вроде неплох, да? Надеюсь, майор Волков оправдает ваши ожидания, – в голосе Борисова прозвучали нотки искреннего волнения.

Он не знал, каким будет очередной приказ нагоняющего ужас полковника СВР: просто жестоким или бесчеловечным. Борисов предпочёл бы не участвовать в предстоящем кошмаре. Оказывается, продать душу дьяволу не сложно. Сложно выкорчевать из себя остатки совести, чтобы покорно служить ему.

– Надежда – иррациональное чувство и абсолютно бесполезное, генерал. Я опираюсь лишь на факты. Либо майор Волков пройдёт наше испытание, и мы готовим его к перемещению, либо, – Зорский чуть приспустил очки, обнажая выпуклые светло-красные глаза с вертикальными зрачками, как у рептилии, – переходим ко второй фазе операции.

Глава 2

Десяти минут команде «Альфа» было более чем достаточно для подготовки к контртеррористической операции. Они делали это много раз, и каждое движение было отточено до автоматизма, выверено до сотой доли секунды. Но если на сборы им понадобилось несколько минут, то на обсуждение Зорского не хватило бы и целого дня.