Тотальное истребление

Глава 1

Неос, созвездие Весов.

Уютно расположившись в отдалённой от всего мира солнечной системе на окраине созвездия Весов, планета под названием Неос была неприлично похожа на Землю. Точнее на то, какой она была до глобальной катастрофы. Планета, наделённая небывалой красотой, была прекрасна в каждом своём проявлении. Бескрайние земные просторы, омываемые чистыми водами голубых океанов, золотистое солнце, укутанное лёгкими перьевыми облаками. Невероятной красоты симфония, написанная самой природой для немногочисленных жителей Неоса. Изобилие флоры и фауны непременно порадовало бы биологов со всех уголков Галактики, но только не путников, что вот-вот должны были прибыть на умиротворённую и девственную землю. Иллайтский фрегат был на полпути к бесценному сокровищу, которое она скрывала не одно тысячелетие.

– Лейтенант Каддикус, когда мы прибудем к месту назначения? – Скаттикус уверенно смотрел в иллюминатор, положив руки на спинки кресел первого и второго пилотов.

– Через час и тридцать две минуты, полковник, – штурман внимательно изучал данные навигационных приборов и карт.

Молодой лейтенант был неотъемлемым спутником Скаттикуса в течение нескольких лет. Каддикус проявлял себя только с лучшей стороны: он был умён, силён и в меру амбициозен, так что полковник мог быть спокоен – лейтенант никогда не посмеет предать его или вонзить нож в спину, как когда-то это сделал Каргантус. Учитывая последние события, произошедшие на станции V—1, преданные офицеры стали в иллайтской армии в дефиците. Борьба за власть свела Илликуса в могилу, а предательство Вицикуса посеяло в солдатах Веррса призрачную надежду на то, что у них есть право самим выбирать свою судьбу. Тихие перешёптывания иллайтов вскоре могли перерасти в бунт, особенно после назначения нового командующего, которого солдаты никогда не признают и не примут в свои ряды, что не могло не радовать Скаттикуса. Последние несколько дней полковник прибывал в плохом расположении духа. Из-за сомнительной наводки человеческого шпиона он теперь должен в кратчайшие сроки перевернуть вверх дном целую планету, найти сосуд и доставить его владыке. Как ни крути, но Скаттикус не понимал жгучего желания своего господина стать обладателем эфира. Сейчас иллайтская армия сильна как никогда прежде и без особого труда может разгромить МОЗГ и ОПС. Для захвата власти в Галактике Веррсу необязательно строить мега разрушительное оружие, достаточно напасть на измотанный войной альянс и поработить ОПС. Так нет! Вместо атаки на ослабшего противника, Скаттикус должен скакать от планеты к планете, словно дрессированный лев, и всё из-за информации, предоставленной лейтенантом Адамсом. Ах, да! Уже майором Адамсом, командующим армией Веррса. Полковник со всей силы сомкнул руки, и кожаные спинки кресел полопались от его острых когтей. При одной лишь мысли о нахальном человечишке он приходил в ярость. Скаттикус был иллайтом старых правил и традиций, и придерживался мнения – «предал однажды – предаст и дважды». Сколько раз он пытался достучаться до владыки? Объяснить, что нет никаких гарантий, что шпион не предаст их или не перебежит ещё на чью-либо сторону. Но Веррс не слушал. Более того, он поставил Адамса во главе своей армии! Человек во главе иллайтов! Это смахивало на дурной сон. Как владыка мог так поступить? Как мог доверить столь важную роль предателю своего народа? Почему ему, а не Скаттикусу – верному и преданному слуге? Полковник не один десяток лет терпеливо ждал шанса. Ждал благоволения владыки. Скаттикус мечтал командовать армией с самого рождения. Командовать, а не быть правой рукой диктатора. За долгие годы службы он устал выполнять бесчисленные и порой глупые поручения Веррса. Быть его негласным телохранителем. Скаттикус рвался в бой, на передовую, в самое пекло! Но судьба в лице диктатора распорядилась иначе. Сначала его опередил Каргантус, который в своё время двадцать четыре часа в сутки заискивал перед владыкой ради должности командующего, а теперь Адамс. Что ж, возможно человек быстро разочарует Веррса, он одумается и поставит его во главе армии, а пока, Скаттикус должен исполнить возложенную на него миссию.

– Мы на месте, полковник, – лейтенант Каддикус одной рукой переключал приборы, а другой отмечал передвижение на интерактивной карте.

– Прекрасно, – он внимательно вглядывался в иллюминатор, наблюдая за мягким светом, окутывающим планету. – Идём на посадку.

Иллайтский фрегат стремительно двигался к земле, рассекая лучи уходящего солнца. От оглушительного гула двигателей лесные обитатели Неоса в ужасе попрятались по норам, а причудливые красно-зелёные птички, ещё минуту назад спокойно сидевшие на ветках деревьев с криком разлетались в разные стороны, спасаясь от незваных гостей. Фрегат неспешно опустился на поросшую высокой травой поляну. Двери корабля со скрипом открылись, и на землю тяжёлым грузом упала металлическая платформа. Из фрегата, скрипя сапогами, спустился полковник. Оказавшись на земле, он замер и вздохнул полной грудью. Чистый насыщенный кислородом воздух наполнил его лёгкие, чем вызвал резкий приступ головной боли. Не часто Скаттикусу приходилось бывать вдали от дома, где даже воспоминания о чистом воздухе были давно стёрты из памяти обитателей Эффета. Планета много столетий была опутана смогом с едким запахом гари, оставшимся от бесчисленных пожаров. По приказу диктатора Веррса большая часть деревьев была принесена в жертву строящимся полигонам. Дым заполонил небо, навсегда лишив иллайтов солнечного света. Всё это было сделано лишь с одной целью – подготовить непобедимую армию для захвата власти в Галактике.

– Доктор Брейнер, – Скаттикус повернулся на сто восемьдесят градусов, – откуда будем начинать поиски?

– С помощью алгоритма я вычислил примерное местоположение эфира, – в проходе корабля появился худощавый мужчина лет сорока в военной форме, которая ему явно не подходила и была на несколько размеров больше. – Он находится в одном из этих квадратов, на которые я поделил нужную территорию, – доктор подошёл к полковнику, протянул планшет и осмотрелся.

Маленькие, как бусинки глаза учёного бегали из стороны в сторону, изучая местность. В этом щуплом и угрюмом человеке с острым носом и впалыми щеками не каждый смог бы узнать одного из умнейших людей Галактики. Доктор Джон Брейнер был одним из выдающихся специалистов, призванных расой анцентов для работы над «Евой». Он не покладая рук трудился бок о бок с другими гениями подобными ему, пока в один прекрасный день не предал древних и не перебежал на сторону Веррса. Именно Брейнер устроил саботаж на Нимбусе, и похитил чертежи «Евы». Джон с рождения был слишком эгоистичным, заносчивым и жестоким, чтобы работать в команде на благо Галактики. Он всецело посвятил себя науке и ради открытий был готов пойти на любые жертвы. Когда доктору выпал шанс поработать с эфиром, он одним из первых смог обнаружить безграничный потенциал новой энергии. Сверхновое оружие, техника, стабилизация чёрных материй – лишь малая часть того, что стало бы подвластно благодаря «Жемчужине Осириса». Но все его гениальные идеи с треском разбивались о моральные принципы анцентов. Что не скажешь о политике Веррса. Владыка предложил ему полную свободу действий, лучшие лаборатории и никакой морально-нравственной ерунды. Только наука. В чистом и жёстком её проявлении. Создание «Нургла» – оружия нового поколения стало вершиной творения безумного учёного. Его разрушительная мощь превзошла все ожидания своего создателя. Лишь маленькая деталь должна завершить сей шедевр. Эфир, который Брейнер намеревался найти, во что бы то ни стало.

– Что ж, – Скаттикус внимательно изучил карту, составленную Джоном, – тогда начнём поиски. Лейтенант Каддикус, берите солдат и следуйте за доктором. Я остаюсь здесь.

– Слушаюсь, полковник! – он поднялся на корабль и через пять минут вернулся с десятью хорошо вооружёнными иллайтами.

Возглавив экспедицию, Брейнер повёл их к густому лесу, начинавшемуся за небольшим голубым озером, скрытым за багрово-красной полосой заката врезавшейся в тёмно-синее небо. Через несколько часов пути искатели оказались в чаще влажного тропического леса: верхушки деревьев поднимались до ста метров ввысь, словно пытались дотянуться до усыпанного звёздами неба, а внизу было сумрачно и душно, как в теплице. Солдаты измученные долгой дорогой и жарой тихо стонали, еле передвигая ногами и попутно отбиваясь от надоедливых насекомых. Только доктор Брейнер не чувствовал усталости. Уткнувшись в монитор мерцающего планшета, он уверенно шёл вперёд, подгоняя изнеженных иллайтов. За густой кроной многоуровневых деревьев показались первые лучи летнего солнца, а впереди послышался едва различимый шум воды. Встрепенувшись, они позабыли об усталости и рванули сквозь колючие кустарники. Звук становился всё сильнее, прельщая и очаровывая измождённых жаждой путников. Несколько миль неспешного бега показались солдатам сущим адом. Мирно спавшие обитатели леса стали просыпаться, досаждая вниманием новоприбывших гостей их уютной планеты. Наглые обезьяны не гнушались закидывать иллайтов склизкими шкурками от бананов, а любопытные белки то и дело пытались залезть в карманы солдатских рюкзаков. По деревьям ползали мелкие пятнистые змеи и гигантские муравьи, а разноцветные бабочки, шурша крыльями, порхали перед носом. Один из солдат, не выдержав атаки животного мира, грозно выругался, чем поспешил воспользоваться один из попугаев, наблюдавший за путниками с ветки невысокого дерева. Птица, гордо задрав голову с удовольствием и издёвкой повторила нецензурное слово иллайта несколько раз, а потом показательно отвернулась. Когда тропический лес остался позади, путники вышли к комплексу водопадов на широкой и бурной реке. Огромный поток воды был не меньше пятидесяти метров в высоту и тысячи в длину.

– Куда дальше, доктор? – Каддикус вопрошающе смотрел на Брейнера, внимательно изучающего данные с планшета. Он подозревал, что им придётся преодолевать смертоносный водопад, но надеялся на лучшее.

– Нам нужно перейти на ту сторону. Сигнал идёт оттуда, – Джон оторвался от экрана и посмотрел вниз; обрыв уходил на несколько десятков метров, гладкая поверхность которого лишала группу шанса спуститься вниз.

– Хорошо. Свяжусь с полковником, пусть летит сюда, – Каддикус достал из кармана рацию и попытался вызвать подкрепление, но сигнала не было, словно кто-то или что-то глушило его. – Чёрт! Рация не работает. Придётся вернуться.

– Нет! С вашей рацией всё в порядке, – доктор, словно одержимый, вцепился в руку лейтенанта. – Это эфир. Он уже близко, – Брейнер в предвкушении закатил глаза. – Справимся сами, – он вновь уткнулся в нестабильно работающий планшет, вычисляя маршрут.

Множество небольших островков отделяли водопады друг от друга, давая возможность незваным гостям перейти на противоположную сторону реки, где по расчётам доктора должен был находиться спуск вниз к тайной пещере внутри одного из бурных потоков воды. Расстояние между небольшими клочками земли было внушительным, от двух до десяти метров, так что иллайтом придётся постараться, чтобы добраться до заветного сокровища. Пока Брейнер копался в своём планшете, лейтенант Каддикус оценивал обстановку. Первые несколько островков находились близко друг к другу и, группа без труда смогла пройти первые сто метров. Дальше было сложнее. Расстояние между следующими преградами было не меньше пяти метров, и тут уже возникала проблема: подготовленные солдаты могли осилить водный барьер, используя самодельные шесты, сделанные из ствола упавшего дерева, а вот доктор не мог. Щуплый и физически слабый учёный был даже не в состоянии удержать палку в руках, не то чтобы перепрыгивать. В итоге иллайтам приходилось на себе перевозить его с острова на остров. С каждым таким переходом солдаты всё больше возмущались и подумывали бросить надоедливый балласт, но лейтенант Каддикус лишь смирял их сердитым взглядом, пресекая задумки заговорщиков на корню. Конечно, он тоже был недоволен слабостью Джона, но по велению Скаттикуса должен был охранять его ото всех опасностей. Жизнь учёного на данном этапе бесценна. Пока оружие не будет закончено, Брейнер должен оставаться целым и невредимым. Но сколько ещё Каддикус и его солдаты смогут тащить его на себе? Впереди показался ещё один остров, расстояние до которого было не меньше десяти метров. Иллайты замешкались. Их самодельные шесты вряд ли смогут перенести их на тот берег. Они стояли на месте измотанные и сырые, нервно сжимая в руках палки.

– Ты! – Каддикус ткнул пальцем в одного из солдат. – Пойдёшь первым.

– Но… но лейтенант, – иллайт боязливо смотрел вперёд, – у меня не получится! Слишком далеко… это самоубийство.

– Что ж, – Каддикус достал из-за пояса армейский нож, – либо ты прыгнешь, либо умрёшь от моей руки, – он вытянул оружие и угрожающе мотнул им в сторону воды.

Солдат переминаясь с ноги на ногу, подошёл к краю островка и взглянул вниз. Бурлящая река, разделённая на несколько потоков, стремительно проносилась по устью, преодолевая подводные камни и скалы и, сливаясь воедино, падала вниз. Если иллайту не удастся перепрыгнуть, каскад водопадов заключит его в смертельные объятья и поглотит на веки вечные. Сделав несколько больших шагов назад, он разбежался и что было сил, попытался преодолеть бушующие воды. Не долетев всего каких-то пару метров до берега, солдат рухнул в реку, чей поток сковал его и понёс к обрыву. Ещё пару секунд он барахтался, пытаясь ухватиться за камни, но сила водной стихии обрушила свой гнев на дерзкого гостя, решившего с ней поиграть. Сделав последний вздох, он скрылся в бурлящей реке, которая протащив его несколько метров, с силой кинула вниз. Каддикус недовольно покачал головой и устремил взгляд на следующую жертву. Иллайты в страхе вжались друг в друга.

– Лейтенант, – доктор Брейнер подошёл к краю острова и внимательно посмотрел вперёд, – а почему бы вам не построить мост?

– Я бы с удовольствием, – сквозь зубы прошипел иллайт, – только забыл дома сумку с инструментами, – Каддикус натянуто улыбнулся, пытаясь скрыть нахлынувшее на него раздражение.

– Они и не понадобятся. Свяжем между собой шесты и перекинем на тот берег.

– Ладно, – недовольно буркнул лейтенант, – попробуем.

Каддикус приказал солдатам снять кители и связать между собой палки. Они с радостью принялись за работу. Джон им не нравился, но его идея была куда лучше, чем у лейтенанта. Спустя несколько минут самодельный мост был готов к использованию. Обоюдными усилиями иллайты как можно точнее и аккуратнее перекинули хрупкую конструкцию на противоположный берег. Хлипкий мост, сделанный на скорую руку, никому не внушал доверия. Солдаты зажались в сторонке, шёпотом рассуждая, что он вряд ли сможет выдержать кого-либо из присутствующих, ну за исключением щуплого доктора, которого иллайты прозвали «Курус ику» (Костлявая смерть). Как и свои собратья, Каддикус тоже был полон сомнений. Чтобы не рисковать собой и Брейнером, а заодно проверить конструкцию на прочность, он схватил за шиворот одного из солдат и с криком «Вперёд!» толкнул его к мосту. Перепуганный иллайт встал на корточки и не спеша пополз по деревянным палкам. Шесты то и дело прогибались под весом его тела, а бурный потоки воды старались сбить с хрупкого понтона. Цепляясь острыми когтями и балансируя на грани обрыва, солдату всё же удалось пересечь реку. Оказавшись на другом берегу, он с облегчением выдохнул, встал на ноги и победоносно поднял руки вверх. Каддикус и Брейнер отправились следом. Учёный прижимался к мосту и крепко хватался за палки, чтобы не упасть в воду. Ощутив на себе леденящие брызги бушующего водопада и силу стремительных потоков, навязчиво пытающихся сбить его с шестов, он напрочь позабыл об эфире и сверх важной миссии, которую должен был исполнить. Все его мысли были сконцентрированы лишь на одном желании. Выжить. Чувство страха и самосохранения не покидала доктора с тех самых пор, как он прибыл на Эффет. Прожив несколько дней в компании иллайтов, Джон быстро понял, в каком ужасном месте оказался. Жестокость диктатора, о которой он так много слышал от бывших коллег, нисколько не была преувеличена. Владыка не жалел никого. Если кто-то осмеливался разочаровать Веррса или не дай Бог не выполнить его требований, то в ту же секунду с лёгкой подачи господина приговаривался к смерти. И не важно, будь это обычный солдат или гениальный учёный, он не щадил никого. После многочисленных провалов в разработке нового оружия, доктор всё ещё был жив только потому, что Веррс узнал о существовании ещё одного эфира и решил повременить с казнью ненужного сотрудника. Найти эфир для Брейнера означало продлить своё жалкое существование ещё на неопределённый срок. С трудом перебравшись на другой берег, Джон встал и уверенно посмотрел вперёд. Неподалёку был спуск, сначала крутой и обрывистый, а потом пологий. Дождавшись пока остальные солдаты пересекут реку, экспедиция продолжила путь. Шаг за шагом они неспешно спускались. По дороге нескольким не повезло, они оступились: пролетели несколько метров вниз и упали на землю, усыпанную острыми камнями и карликовыми кустарниками. Смерть бойцов нисколько не расстроила Каддикуса. Ему не терпелось поскорее выполнить задание, вернуться на Эффет и снискать уважение Веррса. Возможно, после успешного завершения миссии владыка повысит его в звании и наградит личным кораблём с командой. Мечты подталкивали лейтенанта вперёд, а он в свою очередь подгонял солдат. Оказавшись у подножья водопада, Брейнер, как всегда, уткнулся в планшет, который наотрез отказывался нормально работать, гордо протестуя рябящими помехами и периодическими отключениями экрана. Спустя несколько попыток и десятка ругательств, Джон всё-таки сумел совладать с капризной техникой и сверить данные. По его округлившимся глазам и глупой улыбке, члены экспедиции поняли, что эфир где-то рядом.

– Он там! – доктор уверенно показал пальцем вглубь одного из потоков воды.

Брейнер подошёл к берегу реки и поморщился от тысячи брызг, разлетавшихся во все стороны от водопада. Сквозь толщу воды, падающей сверху он смог различить вход в потайную пещеру. Не медля ни секунды, доктор прыгнул в реку и начал пробиваться к пещере. За ним последовали остальные члены группы. Вода была прохладной, а сила течения сковывала движение. Но они, не жалея сил, двигались вперёд. В нескольких метрах от цели нога Брейнера зацепилась за что-то тяжёлое. Он лихорадочно задёргал ей, пытаясь освободиться. Каддикус недовольно сверкнул глазами, вернулся к нему и, протянув руку, вытащил беспомощного доктора из невидимой ловушки. В ту же секунду на поверхность всплыло тело иллайта, что первым отдал свою жизнь ради выполнения миссии. Его лицо облепили гигантские пиявки лакомившиеся остатками нового деликатеса. Брейнер вскрикнул и с омерзением оттолкнул утопленника подальше от себя. Мерзкое зрелище пошатнуло и так ослабшую психику Джона. Его руки предательски тряслись, а на побледневшем лице проступили алые пятна. Оставшиеся в живых солдаты сделали несколько шагов назад. Подальше от «Курус ику», из-за которого их собратья гибли, словно мухи. Заметив нарастающую панику, лейтенант схватил доктора за руку и потащил вперёд. За водопадом пряталась небольшая пещера, стены которой уходили далеко вверх. В центре находилось маленькое озеро с кристально чистой водой, на дне которого мирно лежала белоснежная ракушка, обрамлённая золотыми нитями. Джон, позабыв обо всём, кинулся к ней. Опустившись на колени, он достал раковину, стряхнул с неё песчинки и дрожащими руками аккуратно открыл. В самом центре покоилась жемчужина розового цвета. Словно почувствовав чьё-то присутствие, она начала светиться, озаряя мрак забытой пещеры. Её мягкие лучи впервые за тысячи лет хоть кого-то одаривали теплом.

– Поздравляю, доктор, вы нашли его, – Каддикус довольно улыбнулся и похлопал Брейнера по плечу.

Но Джон никак не отреагировал. Он продолжал любоваться великолепием жемчужины, которая пленила его сознание. В последний раз доктор видел подобную красоту на Нимбусе, когда работал над проектом «Ева». В душе Брейнер радовался, как ребёнок. Наконец-то, он сможет закончить своё творение, которое будет куда значительнее, чем все предыдущие. Творение, которое изменит мир навсегда! В тот же вечер майор Адамс и владыка Веррс лично вышли поприветствовать команду полковника Скаттикуса, успешно выполнившую поставленную задачу и вернувшуюся на Эффет с желанным трофеем. Эфир найден! Скоро Галактика падёт пред ногами диктатора! Когда иллайтский фрегат, рассекая клубы густого дыма, показался на горизонте, владыка, не скрывая радости, улыбался, а когда из корабля вышел Брейнер с чёрным кейсом, он, протягивая руки, пошёл к нему навстречу. Лейтенант Каддикус и полковник Скаттикус шли следом за доктором, гордо задрав подбородки. Оба рассчитывали на щедрость господина, ожидая исполнения желаний. Поравнявшись с Джоном, они остановились в двух шагах от владыки и майора, и приветственно поклонились.

– Покажи мне её, – Веррс нетерпеливо протянул ладонь к доктору, не обращая внимания на знаки уважения со стороны подчинённых.

Брейнер на весу распахнул кейс и достал оттуда прозрачную коробку, внутри которой была закреплена жемчужина. Владыка выхватил её из рук Джона и открыл. Мягкий свет очаровал Веррса. В розовом сиянии он отчётливо видел яркие звёзды и далёкие планеты, которые никогда не встречал.

– Когда вы сможете закончить работу над оружием? – не отрывая взгляд от жемчужины, спросил он.

– Два-три дня, – Брейнер задумчиво закатил глаза, шмыгая носом. – Нужно провести кое-какие тесты, вычислить силу, плотность энергии и массы эфира…

– Прекрасно! – Веррс перестал слушать заумный бред доктора после слов «два-три дня». Он захлопнул коробку и передал её Джону. – Я хочу как можно скорее увидеть его в деле. Помните, на кону ваша жизнь!

– Конечно, владыка, – он аккуратно положил коробочку обратно в кейс и быстрым шагом направился к себе в лабораторию. Ему предстоит очень много работы, и он не хотел терять ни минуты.

– Полковник, – Веррс, наконец, обратил внимание на Скаттикуса, – вы, как всегда, радуете меня, – он крепко пожал ему руку. – Отныне вы будете командиром специального подразделения, отвечающего за «Нургл».

– Спасибо, владыка, за оказанную честь, – полковник выдавил из себя подобие улыбки, за которой скрывалась злость и разочарование.

– Можете не благодарить, это идея майора Адамса, – он указал на Ричарда, который смерил победоносным взглядом закипающего от гнева Скаттикуса.

– Какие ещё будут указания? – сквозь зубы пробормотал полковник, глядя на Веррса.

– Пока никаких. Можете отдыхать. Остальным займётся майор Адамс, – он развернулся и вместе с Ричардом направился в замок, обсуждая следующий шаг по захвату Галактики.

Скаттикус молча наблюдал, как они удаляются в сторону главных ворот, еле сдерживая желчь, переполнявшую чёрное сердце полковника. Почему Веррс так с ним поступает? Неужели все эти годы, которые он служил зазнавшемуся диктатору верой и правдой прошли зря? Он выполнял любые приказы владыки, даже самые безумные. Ради чего? Чтобы колесить по галактике на «Нургле» в компании сумасшедшего доктора, пока Адамс командует его армией? Нет! Это не справедливо! Он не позволит жалкому человечишке занять его место, заработанное потом и кровью. Скаттикус не пожалел своего кровного брата ради этого места, не пожалеет и Адамса. Рано или поздно человек оступится и тогда он окажется рядом и приложит все усилия, чтобы помочь новоиспечённому майору больше не подняться с колен!

– Всё в порядке, полковник? – Каддикус решил привести в чувство оцепеневшего командира, который, наблюдал за уходящим диктатором.

– Да, – он посмотрел на лейтенанта, – но будет лучше, когда этот выскочка сдохнет. Придёт время и владыка наиграется со своей новой игрушкой, – Скаттикус мечтательно закрыл глаза, – и я с удовольствием выпотрошу его.

Глава 2

Рассвет на Эгисе в это чудесное утро был невероятно красив. Лучи солнца нежно касались земли, пробуждая ото сна сказочную природу далёкой планеты. Весь мир ожил, чтобы проводить будущих первооткрывателей в дальнюю дорогу. Путешествие в соседнюю галактику вдохновляло команду капитана Картера ровно так же, как и пугало. Алиса всё время посматривала на старинные часы в гостиной старого замка, считая минуты; Филипп и Гранд в третий раз проверяли исправность оборудования звездолёта; принцесса Зерра и Кесо сверяли маршрут межгалактических карт с координатами, запрограммированными в «Еву», а всегда невозмутимый Вицикус нервно расхаживал по саду в ожидании сбора. Глава Соломон должен был отправить их команду к Андромеде ещё вчера, но неожиданный визит царя Закая на Эгис спутал им все планы. Разгневанный отец явился в поисках сбежавшей дочери. Между Зеррой и Закаем разгорелся грандиозный скандал, который слышали все жители замка. Отец не мог смириться с глупым и необдуманным выбором дочери и всячески старался уговорить принцессу вернуться на Албино и заняться делами, достойными царского отпрыска.