Тотальное истребление

– Собирайся, мы летим домой! – Закай грубо схватил дочь за руку и подтянул к себе.

– Нет! – она выдернула руку, которая горела, словно побывала в огне. – Ты не вправе указывать мне, как жить и что делать!

– Я не вправе? Запомни, я не только твой отец, но ещё и царь. Твой отказ вернуться на Албино это прямое неподчинение моей воле. Подумай, чем тебе это может грозить!

– Мне всё равно, – равнодушно ответила Зерра и, скрестив руки на груди, отвернулась. Её раздражали пустые угрозы отца.

– Думай, что говоришь! Неужели ты предпочтёшь остаться здесь, с ними? Ради чего? Это не наша война! Хотят бороться против Веррса, пусть борются, но моя дочь в этом участвовать не будет! Ты принцесса, а не прислужница МОЗГа или анцентов! Твоё дело сидеть на троне подле меня и быть готовой занять моё место.

– А если я не хочу…

– Повзрослей, Зерра! Это не вопрос выбора, это твоя обязанность перед нашим народом! Ты принцесса и должна вести себя соответствующе, иначе…

– Что? Лишишь меня трона? – она обернулась и, сделав серьёзное лицо, демонстративно сказала: – Не утруждайся, я сама отрекаюсь от него. Довольны, ваше величество? – Зерра в реверансе поклонилась, потом выпрямилась и стремительно покинула комнату, громко хлопнув дверью.

Устав спорить с непокорной дочерью, царь Закай сдался и поспешил вернуться на Албино, оставив дочери записку и прощальный подарок – шкатулку с медальоном, принадлежавшим её покойной матери. На овальном кулоне была изображена спираль, инкрустированная разноцветными камнями поверх которой была надпись – «Предвечный уготовил тебе путь. Пробудись и следуй ему». Слёзы, подступившие к глазам Зерры, заиграли лучиками солнца, прокравшимися в окно её спальни. Она села на кровать и дрожащими руками взяла белоснежный лист бумаги, на котором до боли знакомым почерком было написано послание – «Прости, дочь моя. Я хотел уберечь тебя от беды и посмел перейти все грани дозволенного. Я уже потерял твою мать и братьев и не переживу, если с тобой что-нибудь случится. Будь осторожнее и скорее возвращайся домой! Я буду с нетерпением ждать тебя. С любовью, твой своевластный отец». Проревев несколько часов в своей комнате, Зерра успокоилась и с головой ушла в работу, которая хоть как-то помогала ей бороться с чувством вины. Подготовка к полёту ненадолго отвлекла принцессу; она смогла переосмыслить разговор с отцом. По возвращению они обязательно помирятся, и Зерра извинится за неподобающее поведение и глупость, а пока в знак любви и уважения будет носить медальон, напоминающей о счастливых и беззаботных временах, проведённых в кругу семьи. Невольные слушатели и наблюдатели драмы отцов и детей старались не вмешиваться и не лезть с советами к принцессе, и тихо занимались своими делами, ну или делали вид, что занимаются. Алиса, уткнувшись в книгу, за полчаса так ни разу и не перелистнула страницу. Она смотрела на напечатанные, на старой бумаге буквы и никак не могла составить из них слова. Мысли невольно уносили её прочь из комнаты, замка, планеты и галактики. Полностью восстановившись физически, Алиса была сломлена морально, и даже предвкушение великого по своей значимости путешествия не радовало её. Всё чаще она думала о своей прежней жизни, о безоблачном прошлом и предопределённом будущем, уготованным ей. О поэтапном существовании в мире, больше напоминающем клетку в зоопарке: ты рождаешься, живёшь, ешь, пьёшь, если повезёт то ещё и размножаешься, а потом умираешь – ничего особенного, всё как у всех. Но вот ей, возможно единственному человеку на Земле, выпал шанс изменить судьбу, стать свидетельницей необыкновенных событий и чудес, принять участие в извечной битве добра и зла и, стать частью чего-то большого, сделав вклад во всемирную историю. А что она? Боится. Боится и сомневается, а стоило ли ей выбираться из столь уютной и знакомой клетки? Было бы гораздо проще оставаться там и не знать горя и бед, свалившихся на неё словно снежная лавина с гор. Но с другой стороны, она никогда бы не узнала, что такое настоящая дружба и любовь. Никогда бы не увидела столь прекрасные места, как Эгис, Кейсон или Террадейт. Никогда бы не познала мудрость и знания древних анцентов и неиссякаемый оптимизм агрейтеров. Последние пару дней Кесо и Гранд были её неизменными спутниками в вечерних прогулках по саду. Они много шутили и смеялись, чтобы поднять ей настроение. На её долю выпало много испытаний и в эту переполненную болью и сожалением корзину умудрилось добавиться ещё одно – Картер, чьё присутствие так долго помогало ей, более ли менее стоять на ногах. Сейчас он всячески избегал компании Алисы. При одном её появлении, капитан вспоминал о неотложных делах или ещё о какой-нибудь ерунде, требующей его срочного присутствия, и исчезал с горизонта. Она не раз пыталась поговорить с ним, но никак не могла поймать неуловимого Филиппа. Каждый раз ему удавалось быстро скрыться из виду.

– Алиса, – Кесо подошёл к ней и, положив руку на плечо, вывел из задумчивого транса, – корабль ждёт нас. Собираться нам пора.

Звездолёт нового поколения с величественным именем «Перегрин» был модернизирован и готов к полёту. Обтекаемый корабль вытянутой формы с треугольными крыльями, чья поверхность была покрыта хромированными выступами, за которыми скрывались всевозможные датчики, вооружение и многое другое, блестел, преломляя лучи света. Чуть выше носовой части фюзеляжа, что была черна, как ночь, светилась эмблема золотого феникса, вырывающегося из языков пламени. Семидесяти метровый звездолёт был оснащён двумя гипердвигателями, мощным щитом, четырьмя орудийными комплексами и суперкомпьютером «Кэт» – системой, основанной на искусственном интеллекте, осуществляющей управление космическим кораблём. «Перегрин» идеально подходил как для военных действий, так и для длительных перелётов. В управлении он так же был неприхотлив: один пилот и помощник (второй пилот). Для ремонта и обслуживания корабля на звездолёте находились два робота-астромеханика, которые без труда могли справиться с любой технической проблемой и несколько боевых дронов-разведчиков. На крайний случай на борту была Зерра. Принцесса отвечала за все непредвиденные неполадки с «Евой» или выстроенным с помощью галактических карт маршрутом. Чтобы сохранить миссию в тайне, «Перегрин» должен был вылететь с транспортной площадки около замка. Глава Соломон не счёл нужным посвящать в детали смелого плана МОЗГ и ОПС, уверив оставшихся членов организаций, что команде капитана Картера был дан приказ вывезти из зоны поражения бесценные артефакты. Чем меньше существ знали о полёте и «Еве», тем больше шансов нанести неожиданный удар по армии Веррса. Главное, чтобы жители Андромеды согласились помочь нежданным соседям. Первой планетой, выбранной для путешествия, стала Вигория. Анценты предположили, что с существами, внешне схожими с людьми, будет легче найти общий язык и убедить их вступить в альянс, направленный на защиту и служение Вселенной. До отлёта оставались считаные часы. Приготовления шли полным ходом: на борт «Перегрина» доставили все необходимые вещи, еду, воду и оружие. Капитан Картер и лейтенанты Гранд и Вицикус находились у корабля, в ожидании остальных членов экипажа. Зерра наспех укомплектовывала аптечку первой помощи, которая, по её мнению, им обязательно понадобится, ведь на борту звездолёта будет Вицикус. Дурной нрав иллайта сводил принцессу с ума не меньше, чем его жалкие попытки приударить за ней. Алиса неторопливо спускалась по лестнице, ловя каждый момент пребывания в стенах замка. Возможно, она больше никогда сюда не вернётся, а это место стало для неё неким подобием дома, который у неё отняли. Здесь ей пришлось испытать гамму чувств, которые, так или иначе, повлияли на неё. Гармония и хаос, любовь и смерть, долгожданные встречи и разлука, вера и сомнения – слишком много для одного человека и слишком мало для избранницы Вселенной. Остановившись на последней ступеньке, она затаила дыхание. Алиса стала невольной свидетельницей спора между Кесо и Ино Соломоном. Мужчины горячо обсуждали судьбу второго артефакта – «Часов Хроноса». Анцент настаивал, что ему в целях безопасности стоит взять межгалактические карты с собой на Андромеду.

– Дальше чем они от Веррса, лучше всем нам! Диктатор если завладеет ими, будет в шаге от получения ключей ко всем галактикам Вселенной!

– Ваши доводы, посол, абсурдны! – Ино не скрывал раздражения. – Артефакт должен остаться на Эгисе, под защитой МОЗГа и ОПС! Если ваша миссия, не дай бог, провалится, и вы не сможете вернуться домой, бесценные данные вашей расы будут утеряны навсегда.

– Переизбытком веры не страдаете вы, да, глава Соломон?! – он смерил его презрительным взглядом. Анцент был возмущён и рассержен, как никогда прежде.

– Кесо! – в разговор вмешалась Нея. – Не человек ты, так добр будь, эмоции свои под контролем удержать! – она глубоко вздохнула и продолжила: – Жаль мне, но прав он. Необходимые для полёта данные загружены в память «Евы». «Часы Хроноса» останутся здесь. Я и члены Галактического совета поддерживаем полностью решение главы Соломона. Подчиниться должен ты.

– Воля ваша, – Кесо достал из внутреннего кармана коробочку и передал её Нее, – но совершаете огромную ошибку вы, – он скорчил недовольное лицо и, развернувшись, направился к выходу, прочь из гостиной.

– Слишком много ты с людьми общался, не на пользу анценту это, – сказала Нея ему в след. – Становишься на них похожим…

«Больше, чем думаешь», – подумал Кесо и ускорил шаг. Всё произошло так быстро, что Алиса не сумела придумать ничего лучше, как взбежать вверх по лестнице и сделать вид, будто только что покинула спальню. Она с умным видом продолжила спускаться, разглядывая стены и потолок, в упор не замечая появившегося в холле посла.

– Копошишься что там? – не оборачиваясь, сказал Кесо, подходя к двери. – Спускайся! Живо. По лестницам бегать хватит с тебя сегодня, – он обернулся, досадливо сморщил брови и сердито произнёс: – Не смотри на меня так! Ощутил я присутствие твоё, пока подслушивала разговоры наши.

– Прости, – виновато пробормотала Алиса. – Я не хотела. Это получилось случайно. Честно-честно!

– Ничего, – он протянул ей руку. – Пойдём. Ждут нас все давно.

Около посадочной площадки, расположенной недалеко от замка, на плоской круглой платформе рядом с кораблём стояли Картер, Гранд и Вицикус. Как истинные представители сильной половины, они исследовали звездолёт вдоль и поперёк, словно мальчишки, получившие в подарок новую игрушку. Принцесса Зерра стояла в сторонке, наслаждаясь цветущей природы Эгиса. Её родная планета – Албино, не могла похвастаться столь необычным разнообразием красок, из-за скудного тепла местного солнца. Некогда раса альбонусов была похожа на расу людей, но со временем, когда единственная жизненно необходимая звезда стала стремительно угасать, гены жителей Албино подверглись мутации. Природа, чтобы огородить обитателей планеты от гибели, провела жёсткий естественный отбор: большая часть флоры и фауны вымерла, а та, что осталась – подстроилась под новые условия жизни. Спустя несколько столетий репрессивных преобразований альбонусы из крепкотелых и пышущих здоровьем людей превратились в худощавых скелетов с белоснежной кожей и красными глазами, чья планета выглядела столь же уныло, как и её обитатели. Появление Алисы и Кесо послужило неким негласным разрешением другим членам команды подняться на борт «Перегрина». Не дожидаясь остальных, Вицикус и Гранд взбежали на корабль. Внутри, после всех предшествующих приготовлений, звездолёт выглядел ещё более впечатляющим, чем снаружи. По всему кораблю были установлены нано-двери, которые от одного прикосновения из металлических превращались в прозрачные, что значительно облегчало передвижение. Отсеки, заполненные аппаратурой и мониторами, сменялись белоснежными коридорами, ведущими в спальные каюты; отсеки-сады с многочисленными растениями, приправленными классической музыкой. Столовая и медицинский отсек раскинулись в хвостовой части «Перегрина», а большая комната отдыха с полукруглыми серыми диванами и креслами находилась рядом с командной палубой, в которую входила кабина пилота, информационный центр с интерактивной картой Вселенной в комплекте с «Евой» и оружейная. Картер тут же облюбовал место пилота, а Вицикус и Гранд на повышенных тонах спорили о том, кто присоединится к капитану и займёт место второго пилота, а кто будет отсиживаться в обществе прелестных дам, так как управление информационным центром было доверено Кесо – анценту, знающему толк в дальних путешествиях. Лейтенанты приводили друг другу массу бесполезных аргументов, при этом активно жестикулируя руками. Как они не пытались скрыть свои удовлетворённые лица за маской раздражительности и гнева, получалось у них плохо. Несмотря на кардинальные отличия, мужчины идеально дополняли друг друга. Споря, хорохорясь и обмениваясь «любезностями» они получали дикое удовольствие от такого специфического общения. Саркастические подколы и подстрекания стимулировали обоих к внутреннему росту. Гранд учился терпимости к столь ненавистной расе иллайтов, а Вицикус – к мирному сосуществованию с отличными от себя существами. Когда на палубе появилась Алиса с любопытством рассматривавшая каждый уголок корабля, лейтенанты замолчали, заговорщически переглянулись и подскочили к ней.

– Алиса, Алиса, – наперебой говорили Вицикус и Гранд. – Ты, как всегда, вовремя! Поможешь нам?

– В чём? – она с подозрением покосилась на них и чуть отодвинулась от нависших над ней по обе стороны мужчин.

– Решишь наш спор? – Вицикус играл бровями, словно опытный ловелас. – Кто из нас станет вторым пилотом? Я, – он важно задрал голову и приложил руку к груди, – или лысый? – иллайт скорчил недовольную гримасу и вытащил язык, будто его сейчас стошнит.

– На себя посмотри, мистер-щупальца, – обиженно буркнул Гранд и, взяв девушку под руку, тихо промурлыкал ей на ушко: – Что тут думать, да? Милая моя Алиса. Моя прекрасная, замечательная и лучшая подруга! Ты сегодня само очарование! Такая румяная, красивая…

– Так не честно, лысый, – Вицикус шутливо оттолкнул агрейтера в сторону. – Подлизываться нельзя!

– Кто сказал? – Аб улыбнулся и с силой хлопнул иллайта по спине.

Алиса удивлённо смотрела на друзей. Они, как старые перечницы спорили друг с другом, перебивая и передразнивая. Буквально за несколько минут жарких дебатов, ей пришлось дважды уклоняться от чересчур эмоциональных всплесков руками, которыми не гнушались мужчины, доказывая свою правоту.

– Хватит! – Алисе надоело слушать бесконечные споры Гранда и Вицикуса. Она развела их в стороны, как рефери боксёров. – Киньте монетку, в конце концов! Взрослые же люди!

– Точно! – Вицикус стал рыться в карманах и ворчать. Командование заставило его сменить любимую, а главное удобную иллайтскую форму на форму солдат армии ОПС. Лейтенант был жутко недоволен новым одеянием. Оно казалось ему слишком женственным, обтягивающим и без повода залезавшим во все причинные места. – Нашёл! – радостно воскликнул он, подняв монету над головой. Золотой арум был универсальной валютой галактики. На одной стороне был изображён феникс, а на другой надпись – «Свобода и равенство». – Что выбираешь? – Вицикус нетерпеливо смотрел на Гранда, который нарочно тянул время. Агрейтер обхватил пальцами подбородок и задумчиво смотрел вдаль. – Давай быстрее, лысый! Мой зад уже просится на место пилота!

– Феникс!

Иллайт подбросил монетку вверх. Она несколько раз перевернулась в воздухе, ненадолго зависла и упала на ладонь Вицикуса. Он внимательно посмотрел на неё, потом на Гранда и опять на монету. Немного помолчав, Вицикус почесал затылок и сказал:

– Может с трёх попыток?

Аб задорно рассмеялся и похлопал иллайта по плечу. Вицикус, словно обиженный ребёнок опустил голову, тяжело вздохнул и вышел на улицу, по крупицам собирать остатки гордости и уважения. Гранд победоносно смотрел ему вслед и широко улыбался.

– Поздравляю, – Алиса подмигнула Абу. – Пожалуй, я тоже пойду. Найду свою каюту, – она мельком взглянула на Филиппа, который всё это время внимательно изучал панель управления «Перегрина», не обращая внимания на происходящее.

– Алиса, постой, – Гранд вышел вместе с ней в комнату отдыха. – Ты как?

– Хорошо и будет ещё лучше, если все перестанут постоянно интересоваться моим самочувствием, – она устало улыбнулась и села на один из диванов.

– Я не про это. Что у вас с капитаном?

– Ничего. Вообще. Он избегает меня, и я не знаю почему.

– Так поговори с ним!

– Трудно разговаривать с человеком, который от тебя постоянно убегает.

– Сейчас не убежит, – Аб улыбнулся одной из своих очаровательных улыбок и сел рядом с ней.

– Внимание! – из громкоговорящего устройства послышался голос капитана. – Через пятнадцать минут глава Соломон ждёт нас на улице, а мы вылетаем через час, если конечно второй пилот соизволит поднять свою тощую задницу, и явиться на командную палубу для предполётной подготовки.

Гранд резво вскочил с места и скрылся за дверью, а Алиса, пока было время, решила осмотреть каюту. Небольшая комната выглядела, как пластмассовая лаборатория: белоснежные стены, кремовые стол, стул, шкаф и кровать. Потолок усыпан яркими лампами и зеркально отсвечивался на блестящем полу. Разочарованно вздохнув и покачав головой, Алиса вышла на улицу, напоследок полюбоваться яркими красками Эгиса и ощутить тепло здешнего солнца. Около корабля собрались члены совета и Ино Соломон. Верхушка галактической власти вышла проводить команду капитана Картера в путь и пожелать им удачи в их нелёгком деле. Кесо и Зерра о чём-то оживлённо разговаривали с главой Соломоном, а Вицикус, переминаясь с ноги на ногу, стоял в стороне. Появление Алисы его заметно обрадовало. Он проникся к ней неким подобием уважения и был благодарен за своё спасение, что тщательно скрывал под маской нахальства и безразличия.

– Привет, красотка, – Вицикус вплотную подошёл к ней, отдёргивая штанину, прилипшую к телу. – Чем займёмся на корабле? – он галантно подал ей руку и помог спуститься с трапа. – Полёт обещает быть долгим, холодным и возможно опасным, а я могу помочь тебе скоротать время, согреть и защитить. По возможности, конечно.

– Шёл бы ты по жёлтой дорожке в изумрудный город, лейтенант, – она отмахнулась и попыталась вытащить свою руку из скользкой ладони Вицикуса. – Отстань!

– Это потому что я иллайт? – он наиграно возмутился её ответом и сильнее сомкнул руку.

– Нет. Это потому что ты дурак.

– Благодарю, – Вицикус обхватил девушку за талию, за что тут же получил оплеуху от капитана, который вместе с Грандом вышел на улицу. От неожиданности иллайт отпустил Алису и отскочил в сторону, а на сердитый взгляд Картера он лишь развёл руки, ухмыльнулся и ретировался в сторону анцентов.

– Спасибо, – она с благодарностью улыбнулась. Алиса надеялась, что сейчас Филипп хоть что-нибудь ей ответит, но он лишь кивнул и, как ни в чём не бывало, пошёл к главе Соломону. Она еле удержалась, чтобы не раскрыть рот от удивления. – Нет, ну ты видел? Видел? – вполголоса пробормотала Алиса, когда к ней подошёл Аб. – Что это сейчас такое было?

– Не знаю, – он растерянно пожал плечами, искренне не понимая, почему капитан избегает общения с ней, – но я поговорю с ним, разведаю обстановку.

– Буду благодарна, – она улыбнулась, чуть приподняв уголок губ, и с Грандом присоединилась к остальным.

Ино Соломон собрал вокруг себя членов экипажа «Перегрина», чтобы произнести напутственные слова. Члены Галактического совета встали подле него, ожидая, когда придёт их черёд одарить путешественников своей благодатью.

– Друзья! – глава приветственно развёл руки в стороны, – сегодня, в этот прекрасный день, вы отправляетесь в дальний путь. К новым свершениям, к новым мирам. Впереди вас ожидает много испытаний, но я прошу вас не терять веры и самообладания. Помните, новое – не значит плохое. Я желаю вам удачи в этом нелёгком деле, и пусть духи Вселенной хранят вас и уберегут от зла!

Гранд почтенно поклонился, выражая дань глубокого уважения к главе Соломону. Его примеру последовали Зерра, Кесо, Алиса и Картер. Даже Вицикус чуть приклонил голову. Он вспомнил, какими словами подбадривал иллайтов майор Каргантус «Убью», «Уничтожу», «Отправлю в пыточную камеру» и другими нелестными выражениями, поэтому речь старого агрейтера поразила Вицикуса не меньше, чем странные манипуляции анцентов. Члены Галактического совета решили по-своему проводить команду «Перегрина» в дорогу. Они закрыли глаза и, выставив руки вперёд ладонями наружу, прочитали молитву на забытом языке древних. Спустя минуту они закончили ритуал и, каждый из шести анцентов подошёл к путнику, которого выбрал, чтобы передать часть своей внутренней силы. Моа символично выбрал капитана Картера и, возложив руки ему на лоб, что-то тихо прошептал. То же самое сделали и другие анценты. Нея подошла к Зерре, Афира к Гранду, Кальдо к Кесо, Антио к Алисе, а Крипс к Вицикусу. Иллайт с недоверием покосившись на анцента, пренебрежительно фыркнул и со словами «Да брось» поднялся на корабль. Остальные, поблагодарив членов совета и Ино Соломона, последовали за лейтенантом. Через несколько минуту двигатели загудели и «Перегрин» стремительно набрав высоту, скрылся за облаками.