Курган 4. Воины Беловодья

ГЛАВА 4. О найденных в Древней Башне черных листах

Да-а, вот так венды неожиданно узнали, что оказались в потаенной стране. В стране-мечте, в земле, куда каждый охотник мечтал попасть чуть ли не с рождения. О скрытом от внешнего мира Беловодье ходили предания, о нем сочиняли чарующие сказы. Но одно знали наверняка: в эту страну может попасть лишь тот, чья душа не отягощена грехами; тот, кто жил по правде.

И вот они в Беловодье! Но в каком! В поруганном, в обескровленном и в больном. И от великой земли, от бескрайнего леса осталась лишь малая часть, а всем остальным завладела неведомая злая сила. Безумие. Хаос…

Да-а, все, что сейчас услышали венды, казалось слишком неожиданным и страшным. Такого они не могли предположить, но это так: существует безумная злая сила, с которой не могут совладать боги. И в этой силе больше жути, чем можно себе представить. Ведь хозяйка сказочной страны сказала, что даже Чернобог – властитель пекла и повелитель мертвых грешников – и тот опасается попасть под власть хаоса. Что лучше он исчезнет, чем станет его слугой – еще одним безумным богом, бродящим в пустоте меж мирами.

И это пугало людей. Ведь страшнее пекла ничего нет! Про мир мертвых душ ходят страшные истории, и попасть туда никто не хочет.

Прозор вертел в руках расписную деревянную ложку. Отложил, и только было потянулся к чугунку, в котором осталось немного остывших щей, как Неждана его остановила:

– Погоди, Прозор! Что же ты стылые-то хлебать будешь? Негоже так! – Богиня лукаво прищурилась: – Знала, голодные вы сюда приедете, потому и наварила их вдосталь. В печи еще один чугунок стоит, а в нем щи томятся. Там же и пирог – а то вижу, этот весь подъели. Кому щей? Кому каши и пирога?

– Ох, хозяюшка! – прочувственно молвил Любомысл. – Уж так угодила, что слов нет! Неси все, что осталось. Подъедим! А поутру я кухарить буду. Я ведь тоже, по миру бродя, мно-о-ого чему научился. Но скажу так – лучше родной еды ничего нет! А нам, уставшим, да по лесу без горячего и жидкого бродя, угощение твое стократ вкуснее. Давай помогу на стол нести.

Любомысл встал, намериваясь помочь Неждане, но старика опередил княжич.

– Сиди, дядька. Я помогу, без тебя управимся!

Прозор, неприметно улыбаясь, смотрел, как мальчик помогает вытаскивать из печи тяжелый чугунок со щами, как бережно несет к столу уложенный на железном противне духовитый расстегай.

«Эх, хороший человек растет, простой и добрый, – думал Прозор. – И князь из него такой же выйдет…»

– Ну, ребята, давайте по второму разу ужинать, – сказал Любомысл и погрузил ложку в полную горячего варева миску. – Натрудились мы за эти дни.

– И натрудились, и правило надо помнить, – отхлебнув огненную жидкость, сказал Прозор.

– Какое? – полюбопытствовал княжич.

– Простое. Надо есть, ведь неизвестно когда в следующий раз придется поесть.

– Это ты сам придумал? – фыркнул Любомысл, но дальше подтрунивать над другом не стал, увлекся едой.

– Сам, – насупился Прозор. – А теперь едим молча. Думаем…

Когда наконец насытились, и на этот раз окончательно, Неждана стала убирать со стола. Милован, Борко и Добромил усердно ей помогали. Хоть молодцы, в отличие от княжича и не считали это мужским занятием, но надо хоть чем-то отблагодарить хозяйку. И не просто красивую девушку, а богиню!

– Где можно посуду мыть? – спросил Милован. – У озера? Я снесу. Правда в темноте особо не вымоешь. Ну, хоть ополоснуть, а утром до блеска натрем.

– А ты ее на крыльце сложи. Утром ее вымоют, – улыбнулась Неждана. – Есть еще те, кому это в радость, и кто хорошо это делает. И белье ваше постирают, и посуду помоют.

Прозора разбирало любопытство, кто же это так помогает? Но решил пока не спрашивать, Неждана сказала, что сам увидит.

Когда прибрали посуду, вновь собрались за столом. Дверь оставили открытой: печь хорошо прогрела горницу, в ней стояла духота, а после сытного ужина душа требовала прохлады. В дверном проеме искорками дрожали звезды. По темной воде озера пролегла широкая лунная дорожка.

Прозор положил на стол тяжелые ладони.

– Неждана. Мы с горы видели, что прошлой ночью далеко, на краю небес, чем-то синим полыхнуло. Похоже на отблеск молнии. Потом громыхнуло, но всего лишь единожды. Всполохи еще шли, но больше не грохотало. Я подумал – может там гроза идет? Тут грозы есть? Что это было?

– Там где полыхает, врата находятся. Там хаос бушует. Такое порой случается. Значит, еще какая-то его часть на волю вырвалась, – задумчиво ответила Неждана. – Плохо. Очень плохо. Надо ждать, что в пустыне, да и в лесу, опять появятся какие-нибудь твари. Он и так ими усеян. В некоторых местах не пройти…

– А что это за горы на краю небосвода? – спросил Любомысл. – Почему нам кажется, что они все время свои очертания меняют? Я в морях иногда такое видел. Но там морок быстро исчезает. А тут… Сколько на них не смотрели – не исчезли!

– Это не горы, Любомысл. Там нет гор. Там ничего нет. Хаос меняет и перекраивать под себя будущий мир. Там пустота и изменчивость. Это зло морок наводит. Этот морок прикрывает врата, которые открылись у камня.

Любомысл только и мог, что тяжело вздохнуть. Сейчас старый мореход мучительно размышлял, как помочь богине, как избавить Беловодье от губительной напасти. Ведь спасая эту страну, они помогут и своему лесу, и своей стране – Альтиде. Отведут беду от своего мира, да и от остальных – которых оказалось великое множество. Но ни решения, ни даже мысли – с чего начать, ему в голову не приходило. Молчали и его друзья.

– Неждана, – сказал Любомысл, – ты говоришь, что сюда приходят люди. Некоторые выходят обратно. Я не говорю о всадниках мрака и горящих призраках. Ясно, что эта нежить порождение хаоса. Я спрашиваю о тех, кто в людском обличье отсюда выбрался. Много их было? И когда это происходило?

– Радужный Путь открывается в ту ночь, когда луна полностью исчезает с неба и нарождается новый месяц, я это говорила. И еще четыре раза в год сюда тоже можно пройти. Зимой – когда наступает самый короткий день. Летом – в самую короткую ночь, и весной и осенью – когда день и ночь равны. Вы попали сюда в день весеннего равноденствия, к тому же луна умирала. Совсем закрыть Радужный Путь я не могу. И появляться у него мне нельзя…

– У нас наоборот – наступило полнолуние, – вставил Прозор. – Но видимо, в разных мирах светило по небу по-разному ходит. И когда в Беловодье вечер, в нашем лесу утро. Это странно…

– Да, это так, – кивнула Неждана. – Чтобы вам выйти отсюда, надо ждать нарождающегося месяца или летнего солнцеворота. Ведь вы вошли весной.

– Мы не пойдем, – громыхнул Прозор. – Нам бы Добромила отсюда вывести, а с ним Любомысла – будет княжича сопровождать. А потом вернемся.

– Я не пойду! Я тут останусь! – воскликнул мальчик. – Я помогать буду!

– Нет! – Прозор твердо хлопнул ладонью по столу. – Ты будущий князь, и ты нужен нашему лесу, нашей Альтиде. Когда пройдете Радужный Путь – сразу к волхву! Там, с той стороны тумана, древний колодец есть, – пояснил он Неждане. – Недалеко от него стоит изба волхва. Мы к нему ехали, нас друг – Велислав Старой – к нему послал. Велислав говорил, что важно, чтобы мы до волхва добрались. Да вот, не привелось, – усмехнулся богатырь, – к тебе, Неждана, попали.

– Не перечь, княжич, – видя, что лицо Добромила окаменело, ласково сказал Любомысл. – Прозор дело говорит. Тут мы мало чем поможем: я не воин, а ты еще мал. Вот только удумаем, как Беловодью помочь, и отправимся. Может сюда надо волхвов вести, они же люди – а не боги, значит могут ко злу приближаться…

Княжич понуро свесил голову и кивнул. Согласился, что старшие друзья правы.

– А что это за колодцы такие около Радужного Пути стоят? – полюбопытствовал Борко. – Вода в них чудесная! К чему они? И похожи, будто братья-близнецы. Травы по ручью, что из них изливается, растут. Цветы летние и осенние распускаются. Что это, Неждана? Ты знаешь?

– Знаю, – улыбнулась богиня. – В каждом мире такие колодцы есть. От них весна начинается и затем по миру идет. Колодцы поят землю водой, а по берегам ручья растения зацветают, которые летом и осенью пойдут. Боги это создали… Так вот, о людях, что заходили в Беловодье после того, как была повреждена печать. Сюда шли колдуны и маги. Они исчезали в серой пустоши и потом их я уже не видела. Видимо, они обращались во всадников мрака или горящих призраков. Хаос коварен, безумен и ему нужны слуги. Но два человека не раз проходили Радужный Путь. Первой была женщина. Сильная колдунья. Злая. Я чувствовала исходящую от нее ненависть. Впервые она появилась, наверное, столетье назад. Думаю, она нравилась мужчинам. Она цвела дикой, но враждебной красотой. Красивая была колдунья…

– Была? – спросил Прозор. – Она вышла отсюда? Хаос выпустил ее? Или забрал, как остальных?

По лицу Нежданы пробежала брезгливая усмешка.

– Выпустил. В первый раз колдунья вышла невредимой. Что ей дало зло из межмирья, я не знаю. Но видимо, эта женщина возжелала большего. Второй раз она явилась в Беловодье лет десять тому назад. Годы ее не изменили. Она осталась такой же молодой и красивой. Колдунья прошла в пустошь, там ее ждали всадники мрака на ящерах или по иному – на бескрылых птицах смерти. В пустыне она провела несколько недель и выходила из нее уже лишенная глаз. Так она расплатилась. Зло забрало ее глаза, и оставило вместо них незаживающие раны: из-под сжатых век капельками стекала кровь. Но все-таки, даже ослепнув, она каким-то образом находила обратный путь. Колдунья шла по пустоши, через лес и на гору будто зрячая. Он даже ни разу не споткнулась о корень, ни разу не наткнулась на ствол или камень.

По телу Любомысла пробежала озноб, старик содрогнулся. Старый мореход испугался: не за себя – за княжича Добромила. Лишится глаз за то, чтобы выйти обратно?

Неждана это заметила и поняла сомнения старика.

– Вам ничего не грозило, но об этом чуть позже. Кроме этой женщины в Беловодье заходит тот древний колдун полуденных стран, – значительно сказала Неждана. – Увы, я не могу с ним совладать. Моя сила ограничена зеленым лесом. За его пределами я могу стать рабой хаоса.

– Тот колдун?! – воскликнул Любомысл. – Что он здесь делает?

– Он вошел чуть больше тридцати лет назад. Не один, его сопровождал спутник: высокий рыжеволосый воин. Колдун называл его Торрвальд. Так же он звал его ярлом. Сам же колдун сменил личину, стал еще бледнее, еще больше походил на выходца из могилы и непрестанно кутался в подбитый мехом росомахи плащ – будто его снедает холод. Но его сущность я узнала сразу. Теперь колдун носил имя Эрлинг. Так называл его рыжеволосый ярл Торрвальд. Они прошли сквозь Радужный Путь. Но дальше не двинулись, остались стоять возле тумана. Колдун Эрлинг что-то показывал ярлу: он махал рукой вдаль, в серую пустошь. Торрвальд внимательно слушал, но на его лице я видела брезгливость. Видимо воину не нравилось то, что предлагал ему злой колдун. Не дослушав, ярл повернулся и прошел обратно сквозь сгущающийся туман. Колдун поспешил за ним.

– Тридцать лет… тридцать лет… – шептал Любомысл. – Тридцать лет тому назад викинги напали на Альтиду и завладели Триградом. И вел их ярл с далекого севера – Торрвальд Медноволосый. Его неразлучным спутником был бледный, истонченный колдун. Его звали Эрлинг!

– Они хотели отравить альтидцев страшным зельем, – мрачно добавил Прозор. – А начали с тогдашнего триградского воеводы Годослава. Прости, княжич, – заметив, как побледнел Добромил, осекся Прозор. – Знаем, кем приходится тебе воевода Годослав. Но ведь он искупил вину, он раскрыл коварные замыслы вестфолдингов.

В ответ Добромил лишь слабо кивнул. Воспоминание о деде разбередило душу мальчика. Хотя Велислав в Древней Башне перед расставанием сказал, что бывший воевода стократ помог Альтиде! Что не будь его, она была бы порабощена! Но откуда маленькому княжичу знать, что волхв Хранибор, к которому они так и не добрались, – это его родной дед – бывший воевода Годослав! И что десять лет назад он вновь спас Альтиду от вражеского нашествия: с его помощью Велислав повернул дикарей-бруктеров вспять.

– Думаю, захватить Альтиду придумал не Торрвальд Медноволосый, – сказал Любомысл. – Теперь уверен, что этот викинг всего лишь игрушка в руках колдуна Эрлинга. Но зачем ему надо было овладевать Триградом? Альтидой, наконец? Не понимаю!

– Эрлинг слуга хаоса, – сказала Неждана. – Видимо в вашей земле есть кто-то, или что-то, что может совладать со злом, даже если оно овладеет Беловодьем и прорвется сквозь Радужный Путь. Колдун знал – прежде чем хаос выйдет, необходимо захватить Альтиду и подчинить ее себе. Тогда колдун мог делать свое черное дело без помех. Но этого я точно не знаю, могу только догадываться.

– А еще викинги вели бруктеров десять лет назад, – вспомнил Прозор. – Дикарей тоже опоили страшным зельем. Тогда думали, что тут приложил руку Торрвальд Медноволосый. Оказывается вон оно что! За всем этим стоит древний колдун полночных стран, которого зовут Эрлинг!

– Нет, Прозор, – возразила Неждана. – Сейчас его имя не Эрлинг. Я не досказала, как он заходил в мой мир в следующий раз.

– Рассказывай, Неждана! – кивнул Прозор. – Рассказывай, что еще умыслил этот злобный колдун.

– Последний раз этот колдун прошел сквозь Радужный Путь несколько дней назад…

– Постой, Неждана! – перебил Любомысл. – Ты говорила, что туман развеивается лишь несколько раз в году. И пройти сквозь него не может никто!

– Да, это так, – согласилась богиня. – Но ведь этот колдун слуга зла, раб хаоса. Ведь это он повредил печать Рода и раскрыл врата в межмирье. Видимо, колдун обладает могучей силой, которая позволяет проходить сквозь туман, когда он только пожелает.

Да, пожалуй все именно так, как говорит богиня. Колдун полуденных стран видимо и в самом деле умел это делать. Наверное, зло наградило его своей силой. Как совладать с таким могучим противником, не представлял даже многомудрый Любомысл. Богиня же продолжала:

– Колдун вошел в Беловодье несколько дней назад и в этот раз под другой личиной. Сейчас он принял облик сильного воина.

– Опиши его, богиня, – попросил Прозор. – Может, мы его знаем.

– Он на голову ниже тебя, но в плечах так же широк. Волосы его с проседью и упрятаны на затылке в кожаный мешочек, так иной раз делают моряки. Лицо в шрамах и на нем растет густая рыжая борода. Что еще? – вспоминала Неждана. – А-а… На нем одежда не такая как на вас. Кожаная безрукавка, проклепанная толстыми железными пластинами. Еще он носит за спиной секиру, а на поясе кривой, похожий на косу меч. В руках колдун держал самострел… Он разговаривал со своим спутником хриплым утробным голосом, я еще подумала, что какой-то неведомый зверь рычит…

– Так-так… – протянул Прозор. – Кажется, я знаю, о ком речь. А его спутник? Он каков?

Неждана горько усмехнулась. Спутник колдуна ему подстать.

– У него выпученные глаза. Бешеные, лишенные разума! Казалось, он хочет пожрать все окружающее. Воинское снаряжение не такое как у вас. Но это не главное. Я видела суть их душ. Спутник колдуна оказался все тот же ярл, которого вы назвали Торрвальдом Медноволосым. Только ярл этот уже в другой личине, и главное – он мертвяк… Видимо, колдун подчинил себе его душу и дал ей иное тело…

Прозор только крякнул. Описание колдуна точь-в-точь совпадало с обликом ненавистного ему человека. А мертвяка, который сбрасывал с безумных глаз медяки, он уже видел позапрошлым утром: тогда, когда возвратился в зимовье, в котором ночевал отряд викингов. О беспокойном мертвеце он рассказывал спутникам.

– Витольд! – воскликнул Прозор. – Витольд! Никто иной! А с ним мертвец, которого я в зимовье нашел! Значит, колдун полуденных стран – это Эрлинг?! А колдун Эрлинг – это Витольд?! Ох, чуяло мое сердце, что с этим Витольдом надо ухо востро держать! То-то он ненавидит черных йоруба! Они же колдовскими навыками владеют и видимо видят его суть! Он их опасается и поэтому всегда на бой вызывает! Только из этого боя он один целым выходит… То-то я думаю, отчего он так кровь любит! Во-он, оно что!..

Да, как это не прискорбно, но оказалось, что древний колдун принял иную личину и оказался нанятым на службу виннетского князя.

Добромил положил руку на плечо Прозора.

– Вернемся – сквитаемся! – глухо, сквозь зубы, вымолвил мальчик. Дай срок!

Прозор кивнул. Сквитаемся! И ни какой договор с князем Молнезаром не спасет Витольда от расправы! О том, как он совладает с сильным колдуном, богатырь пока не думал.

– Колдун и мертвый ярл прошли сквозь Радужный Путь, – напомнил Любомысл. – И что они делали, Неждана?

– Дальше колдун принялся искать гнездо змея. В хвором лесу завелись невиданные доселе твари. Среди них есть змеи, по бокам которых растет множество ног. Они порождения зла. – Неждана поморщилась. – Это безумие: змеи похожие на многоножек…

– Мы с ними сталкивались, – мрачно заметил Прозор. – В первый раз на Гнилой Топи. Через реку один такой махнул и башню кольцами обвил. Весь призрачный и стрелы сквозь него летят! Здоровенный! А второй раз уже в твоем лесу видели, когда болото объезжали. Несколько тварей, но небольшие: с первым не сравнить.. И еще один раз змей махонький попался. На конский волос похож. На жеребце княжича, в гриве сидел…

Прозор не договорил. Богатыря осенила какая-то догадка. Он сильно хлопнул себя по лбу.

– Говоришь, колдун гнездо змея искал? Нашел?

– Да, нашел, – ответила Неждана. – Взял из кладки одно яичко и потом они обратно ушли.

– Поняли теперь, кто на жеребца маленького змееныша подсадил?! – Прозор рыкнул так, что дремавший кот Баюн вздрогнул, открыл глаза и с укоризной посмотрел на венда: мол, что ж ты так орешь. А Прозор не унимался, рокотал: – Я говорил, что нечисто дело! Вот оно что! Но зачем? Чтобы Дичко сбесился?

Неждана тревожно спросила: – Расскажи, о каком змееныше ты говоришь!

И Прозор поведал богине, как они подъехали к Радужному Пути, как перед ними расступился туман и как жеребец княжича Добромила ни с того ни с сего сбесился и помчал мальчика по Древней Дороге в неведомый мир.

Когда стали выяснять, отчего это случилось, то нашли в белоснежной гриве коня черный волос, который на поверку оказался маленьким многоногим змеенышем. Этот змееныш исчез от прикосновения серебра, а они еще недоумевали, как он попал в гриву жеребца. Решили, что это случилось в ту ночь, когда из Гнилой Топи всякая нежить ползла. Правда, Прозор уже тогда сразу сказал, что видимо эту тварь подсадил на жеребца Витольд.

– Так оно и вышло! – заключил богатырь. – Его рук дело! Но зачем?

– Так-так, – протянула Неждана. – Скажу – зачем! Колдуну надо было маленького княжича в мой мир заманить!

– Зачем? – обеспокоился Любомысл.

– Добромил не простой мальчик, – торжественно изрекла богиня. – С ним связано одно предание. Не думала, что придется вам это говорить. Полагала, что Добромил уйдет из Беловодья, но видимо – сделать это сейчас ему не судьба. Теперь знаю – его нарочно сюда заманили и уже не выпустят!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.