Тайна седьмого хребта

Глава 1. Зов Горных Теней

Дождь стучал по крыше старого грузовика «Урал», будто пытался выстучать шифр. Не корабль «Отчаянный», а эта развалюха, купленная за бесценок на окраине Батуми, везла их сейчас по серпантинам Кавказа. В кабине царила гнетущая тишина, нарушаемая только скрипом рессор и шуршанием мокрого асфальта под колесами. За рулём, с каменным лицом, сидел Мартен Вессен. Его пальцы крепко сжимали баранку, взгляд был прикован к размытой дороге, исчезающей в серой пелене дождя и тумана. Прагматик и стратег, он явно просчитывал каждый метр этого рискованного пути к заброшенной геологической станции «Седой Хребет» – их временному убежищу от того, что они условно называли «Океаном». Не вода, а безжалостная, всепоглощающая стихия преследования – конкуренты, власти, те, кому команда помешала в их последней авантюре с контрабандой антиквариата.

На пассажирском сиденье ерзал Финн О’Каллаган. Его обычная балагурская улыбка сменилась нервной гримасой. Он то и дело поглядывал в боковое зеркало, словно ожидал увидеть в просвете тумана погоню. Его талант переговорщика был сейчас бесполезен, оставалось лишь надеяться на свою легендарную, но ненадежную удачу. «Еще пара поворотов, Мартен? – спросил он, пытаясь звучать бодро, но голос выдавал напряжение. – Место должно быть глухим, да? Как могила». «Именно таким оно нам и нужно», – отрезал Мартен, не отрывая взгляда от дороги.

В кузове, укрывшись брезентом от промозглого ветра и косого дождя, сидели остальные трое. Торстен Барн, могучий и молчаливый, напоминал каменного идола. Его массивная фигура была неподвижна, лишь глаза, узкие щелки под нависшими бровями, внимательно сканировали мелькающие за бортом склоны, покрытые темной хвоей и мокрым камнем. Рядом с ним, съёжившись, пристроился Эйвинд Гулл. Юнга «Отчаянного», самый молодой в команде, кутался в слишком большой для него плащ. Его обычно живое лицо было бледным, а взгляд – расфокусированным. Он нервно потирал виски. «Опять?» – хриплым шёпотом спросил Торстен, не поворачивая головы. Эйвинд лишь кивнул. Его «дар предчувствия», часто проявлявшийся мигренями и смутным беспокойством, сегодня был особенно силён – навязчивый шепот, не слова, а ощущение ледяного дыхания в затылок, словно горы сами нашептывали предупреждение.

Рядом с ними, закутавшись в технический жилет, копался в разложенной на коленях электронике Джек Фарелли. Его ловкие пальцы перебирали провода и платы портативного сканера. «Никаких передатчиков на машине, Торстен, – пробормотал он, глядя на экран. – Чисто. Но это не значит, что нас не найдут». «Значит, быстрее надо», – глухо отозвался великан.

Грузовик с тяжёлым рычанием свернул с основной дороги на разбитую грунтовку, ведущую вверх, в предгорья. Лес сгущался, ветви хлестали по бортам. Наконец, сквозь пелену дождя и веток показались очертания строений: несколько низких, облупленных бетонных коробок, полузаросших диким виноградом и ежевикой. Геостанция «Седой Хребет». Заброшенная лет двадцать назад, судя по всему. Идеальное место, чтобы затеряться. Или… чтобы кого-то уже нашли.

Мартен заглушил двигатель. Тишина, воцарившаяся после рёва мотора, была оглушающей. Только вой ветра в расщелинах скал да бесконечный стук дождя по железу. Ни огней, ни признаков жизни. Чувство облегчения от прибытия смешивалось с нарастающей тревогой. Эйвинд сжался сильнее, его предчувствие кричало тревогой. «Что-то не так», – прошептал он, но его слова потонули в шуме ливня.

Команда выбралась из машины. Мартен первым направился к главному зданию с выцветшей вывеской «Лабораторный корпус». Дверь, когда-то крепкая, теперь висела на одной петле. Мартен толкнул её плечом. Скрип прозвучал как выстрел в гробовой тишине. Внутри царили полумрак и запустение: опрокинутая мебель, разбросанные бумаги, толстый слой пыли на всём. Но сквозь запах сырости и плесени пробивался другой, сладковато-приторный и знакомый до оскомины. Запах разложения.

«Тише», – скомандовал Мартен, его рука потянулась к кобуре у пояса. Луч его фонаря прорезал темноту коридора, выхватив из мрака фигуру, сидящую прислонившись к стене. Мужчина. Лет сорока, одет в дорогую, но практичную походную одежду. Голова неестественно запрокинута, глаза широко открыты и застыли в немом ужасе. На шее – тонкий, зловеще знакомый след от удавки. Убийство. Совсем недавнее.

Финн ахнул, отвернулся. Джек замер, его взгляд аналитически скользнул по деталям сцены. Торстен шагнул вперёд, закрывая собой Эйвинда, его рука лежала на рукояти ножа. Эйвинд же, бледный как мел, не сводил глаз не с тела, а с предмета, лежащего у него на коленях. Небольшой, неровный камень серого цвета. На его поверхности кто-то старательно выцарапал странные, угловатые символы, напоминающие завихрения ветра или… древние руны.

«Камень Ветров? – Финн фыркнул, но в его голосе не было прежней бравады, только нервная дрожь. – Легенду вспомнил? Говорят, такой управляет бурями. Похоже, наш предшественник в неё поверил». Он нервно оглянулся, словно ожидая, что убийца ещё здесь.

Мартен медленно опустился на корточки рядом с телом, осторожно, через платок, взял камень. Он был холодным и необычно тяжелым для своего размера. «Легенды легендами, – проговорил он тихо, но чётко, – а вот труп посреди нашего убежища – факт. И этот… сувенир… оставлен явно не просто так. Это послание». Его взгляд встретился с широко раскрытыми глазами Эйвинда. Юнга не отводил взгляда от камня, его губы беззвучно шевелились. Шёпот в его голове превратился в ясный, леденящий душу голосок, нашептывающий одно слово: "Проснулось…"

Слово Мартена повисло в сыром, мертвенном воздухе коридора. "Проснулось…" – эхо леденящего шепота в голове Эйвинда слилось с реальностью, заставив его вздрогнуть. Он судорожно сглотнул, отводя наконец взгляд от камня, но образ выцарапанных рун горел в его сознании.

«Послание для кого? Для нас?» – спросил Джек, подойдя ближе. Его взгляд, острый и любопытный, скользил по камню в руке Мартена, затем по лицу мертвеца, фиксируя детали: отсутствие видимых ран, кроме следа от удавки, чистые, но поношенные руки без следов борьбы, дорогой, но не броский наручный хронограф. «Он не местный. И не турист-одиночка. Слишком… подготовленный вид».

«Ага, подготовился к тому, чтобы его придушили и оставили сидеть с камушком на коленях», – пробормотал Финн, все еще бледный. Он отошел к разбитому окну, высунул голову под дождь, будто пытаясь смыть увиденное или вдохнуть свежего воздуха. «Может, просто сумасшедший? Нашел камень, поверил в легенду, и его тут же прибрал кто-то поумнее?»

Мартен игнорировал его. Он осторожно ощупал карманы мертвеца. Пусто. Ни документов, ни кошелька, ни оружия. Только в нагрудном кармане куртки – смятый, полупрозрачный обрывок старой бумаги, похожей на кальку. Мартен развернул его под лучом фонаря. На нем были нанесены тонкие, дрожащие линии, образующие часть какого-то сложного чертежа или карты. В углу – едва различимая надпись: "…ркал А…" и стрелка, указывающая вниз.

«Аркал… Аркал-А?» – пробормотал Мартен, пытаясь вспомнить. «Горная вершина? Урочище?»

«Аркал-Аз», – тихо сказал Эйвинд. Все взгляды устремились к нему. Юнга съежился под их вниманием. «Я… я видел это название. В старых отчетах на "Отчаянном". Когда мы искали… тот груз из Стамбула. Упоминалось место, где до войны искали что-то древнее. Минералоги? Археологи? Не помню точно. Но название было – Аркал-Аз».

Торстен тяжело шагнул вперед, его тень накрыла тело. «Значит, он знал. Искал. Нашел камень. И поплатился». Великан оглядел темный коридор, ведущий вглубь здания. «Убийца мог уйти. Или… остаться. Проверим.»

Мартен кивнул, спрятав камень и обрывок карты во внутренний карман куртки. «Джек, Финн – снаружи. Осмотрите территорию, машину. Ищите следы, любые признаки того, кто это сделал, или другого транспорта. Торстен, Эйвинд – со мной. Пройдем здание. Осторожно.»

Джек уже доставал компактный мультитул с фонариком и лупой. «Принято. Финн, не зевай – смотри под ноги, а не на небо. Там могут быть отпечатки или оброненные вещицы». Финн лишь мрачно кивнул, потянув воротник куртки повыше, и последовал за изобретателем обратно в промозглую мглу дождя.

Мартен, Торстен и Эйвинд двинулись по коридору. Лучи их фонарей выхватывали из тьмы запустение: пустые комнаты с остатками лабораторного оборудования, покрытого пылью и паутиной, коридоры, заваленные обломками штукатурки. Запах тления усиливался по мере продвижения. Он вел их.

Они обнаружили второе тело в небольшой комнате, которая, судя по стеллажам с пустыми склянками и разбитой колбой, была лабораторией. Мужчина лежал лицом вниз на бетонном полу. На спине его темного свитера зияло несколько коротких, глубоких ран – следы удара узким, острым клинком, вероятно, стилетом. Кровь, темная и липкая, запеклась вокруг ран и растеклась лужей под телом. Рядом валялся перевернутый стул.

«Боролся», – констатировал Торстен, осматривая следы волочения на пыльном полу и царапины на ножке стула. «Или пытался убежать. Убит по-другому. Не как первый».

«Двое», – прошептал Мартен. Его лицо стало еще суровее. «Значит, была группа. И кто-то… или что-то… перебило их здесь. Разными способами». Он направил луч фонаря на стеллажи. На одной из полок, почти незаметно, лежал еще один серый камень, чуть крупнее первого. На нем тоже были выцарапаны знаки, но другие – более резкие, угловатые, напоминающие осколки льда. Мартен не стал его трогать.

Эйвинд стоял в дверях, бледный, прижимая ладони к вискам. Шепот в его голове превратился в гул, нарастающий волнами. Он слышал не слова, а ощущения: холодную ярость, древнюю боль, свист ветра, разрезающего скалы, и… голод. Всепоглощающий, ледяной голод. Его взгляд упал на темный угол комнаты, за стеллажами. Там, в глубокой тени, на полу, он различил нечто… не пыль, не тень. Что-то вроде легкого, едва заметного инея, мерцающего в луче фонаря Торстена. Иней, которого не могло быть в этом сыром, но не морозном помещении.

«Мартен…» – голос Эйвинда сорвался. Он указал дрожащим пальцем. «Там… холод. Не просто холод. Оно…»

Торстен мгновенно шагнул вперед, заслонив юнгу своим телом, его нож был уже в руке. Мартен резко направил луч фонаря в указанный угол. Пыль, паутина, обломок кирпича. Ничего необычного. Но воздух… воздух в этом углу действительно был заметно холоднее, как у открытой морозильной камеры. И иней – крошечные кристаллики, уже таявшие под светом фонаря, – был реальностью.

Внезапно снаружи, сквозь вой ветра и шум дождя, донесся резкий, испуганный крик Финна. За ним – треск разбитого стекла и громкий, нечеловеческий рык Джекова сканера, заглушенный его же проклятием.

Мартен и Торстен бросились к выходу. Эйвинд, перед тем как последовать, бросил последний взгляд на угол. Мерцание исчезло. Холод отступил. Но шепот в его голове прошипел отчетливо, как лезвие по льду:

"Он здесь…"

Мартен и Торстен ворвались наружу, врезавшись в стену ливня. Эйвинд, сердце колотясь как барабан, едва поспевал за ними.

Картина, открывшаяся им, была хаотичной. Джек стоял на коленях возле разбитого окна одного из боковых строений – бывшего гаража или склада. Осколки стекла блестели на мокрой земле. В его руках дымился и трещал сканер, экран погас. Лицо изобретателя было искажено смесью ярости и недоумения.

Финн же отползал назад по грязи, широко раскрытыми глазами глядя на темный провал разбитого окна. Его лицо было белым как снег вершин, рот открыт в беззвучном крике. Он тыкал дрожащим пальцем в черноту проема.

«Финн! Что случилось?» – рявкнул Мартен, мгновенно оценивая периметр, пистолет наготове. Торстен занял позицию, прикрывая их спины, его нож сменился на компактный, но грозного вида пистолет-пулемет.

«Т-там!» – выдавил наконец Финн, с трудом переводя дыхание. «В окне! Мелькнуло! Как… как тень из мороза! Белая, скользкая! И холод… адский холод повалил! Я… я отшатнулся, задел Джека, он уронил сканер… а оно… оно шипело!»

«Шипело?» – переспросил Мартен, бросая быстрый взгляд на Джека.

«Не просто шипело, – сквозь зубы процедил изобретатель, швырнув сломанный прибор в сторону. – Сканер словил какой-то дикий энергетический всплеск, прямо перед тем как Финн в меня врезался. Низкочастотный гул, плюс резкий скачок температуры в минус в точке рядом с окном. Физически невозможный скачок в этих условиях! А потом… да, был звук. Как лед трескается под давлением и… шипение. Как пар из котла, только ледяное».

«Оно было реальным? Осязаемым?» – спросил Мартен, подходя к разбитому окну. Он направил луч мощного фонаря внутрь. Помещение было завалено ящиками и ржавым железом. Пыль, паутина, сырость. Никакого движения. Никакого инея. Но воздух, выходящий из пролома, был заметно холоднее, чем снаружи.

«Реальным?» – Финн нервно засмеялся, поднимаясь. «Я видел его, Мартен! Как дым, но плотный, белый, с очертаниями… когтей? Или щупалец? А этот холод… он сквозь одежду пробирал!» Он потер руки, пытаясь согреться.

Эйвинд стоял в стороне, дрожа. Шепот в его голове бушевал, смешиваясь с впечатлениями Финна и данными Джека. Он чувствовал это – ту же ледяную пустоту, тот же голод, что и в углу лаборатории. Но здесь, у окна, ощущение было сильнее, агрессивнее. "Оно охотилось… здесь… чуяло их страх…" – пронеслось в его сознании.

«Два трупа внутри, – холодно констатировал Мартен, отходя от окна. – Убиты по-разному. Теперь это… явление. И оба раза – рядом эти камни с рунами». Он вытащил из кармана первый камень – «Камень Ветров». Он лежал на его ладони, инертный, но в свете фонаря выцарапанные символы казались глубже, живее. «В лаборатории мы нашли второй. На полке. Другие знаки».

«Ледяное Зеркало», – неожиданно сказал Эйвинд. Все снова посмотрели на него. Он сжался, но продолжал, опираясь на свои видения и шепот духов. «В легендах… духи гор говорили о них. Камень Ветров… и Ледяное Зеркало. Части чего-то большего. Ключи… или печати».

«Печати?» – переспросил Джек, заинтересованно подходя ближе. «Печати для чего?»

«Для того, что спит под горой», – прошептал Эйвинд. «И оно… просыпается. Этот холод, эта тень… это его дыхание. Его голод. Оно почуяло камни. Оно почуяло нас».

«И убийства?» – спросил Мартен, его прагматичный ум отчаянно пытался найти рациональное зерно. «При чем тут убийства?»

«Они нашли камни первыми, – сказал Торстен своим низким, глухим голосом. Он все еще сканировал темноту вокруг. – Разбудили его. Или… нарушили печати. И оно их забрало. А камни оставило как… знак. Или приманку».

«Приманку для следующей жертвы», – мрачно добавил Финн.

Дождь хлестал с новой силой, ветер выл в ущельях, окружавших станцию. Заброшенные здания внезапно показались не убежищем, а ловушкой. Каждый темный угол, каждый разбитый проем таил в себе ледяную угрозу.

«Мы не можем оставаться здесь», – решительно заявил Мартен, пряча камень. «Особенно с этими артефактами. Это магнит для… чего бы это ни было». Он посмотрел на обрывок карты, который нашел у первого мертвеца. «Аркал-Аз. Ты сказал, Эйвинд? Если там есть ответы… если там можно понять, что это и как это остановить…»

«Или найти следующую часть этого проклятого пазла», – пробормотал Джек, кивая в сторону здания, где лежал второй камень. «Этот "ледяной" камень. Его надо забрать?»

Мартен колебался лишь мгновение. Прагматик в нем боролся с инстинктом самосохранения. Оставить артефакт – значит оставить силу убийце или сущности. Взять – значит привлечь ее внимание. Но без знаний они были слепы.

«Забираем, – приказал он. – Быстро и осторожно. Джек, Финн – обеспечьте прикрытие снаружи, смотрите в оба. Торстен – со мной. Эйвинд…» Он посмотрел на бледного юнгу. «Твоя связь с этим… она может предупредить. Будь начеку. Если почувствуешь холод – кричи».

Возвращение в здание смерти далось тяжело. Запах разложения стал невыносимым. Мартен быстро вошел в лабораторию, фонарь выхватывая полку с серым камнем, испещренным ледяными рунами – «Ледяным Зеркалом». Он сунул его в специальный мешочек из плотной ткани (часть снаряжения Джека для сомнительных находок) и затянул шнурок. Камень внутри был неестественно холодным, даже через ткань.

Эйвинд стоял на пороге, вцепившись в косяк. Холодный шепот в его голове превратился в ледяной визг, когда Мартен взял камень. "Замечено! Оно знает! Оно идёт!" – кричали голоса духов гор, смешиваясь с его собственным ужасом. По спине юнги пробежали мурашки, не от страха, а от реального, физического холода, потянувшегося из глубины коридора.

«Выходим! Сейчас же!» – скомандовал Мартен, почувствовав перемену в воздухе и по выражению лица Эйвинда.

Они выскочили из здания как ошпаренные. Холодный ветер, уже не просто промозглый, а по-настоящему ледяной, рванул им навстречу, закручивая дождь в странные вихри.

«В машину!» – крикнул Мартен, видя, как Джек и Финн уже бегут к «Уралу».

Они втиснулись в кабину и кузов, захлопнув двери и брезент. Мартен завел двигатель, рычание мотора звучало жалко на фоне воя ветра.

«Куда?» – спросил он, выжимая сцепление и включая передачу.

«Аркал-Аз, – прошептал Эйвинд, прижимая ладони к вискам, пытаясь заглушить ледяной визг. Карта, холод, камни – все сходилось там. – Там ответ. И там… следующая ловушка. Духи… они указывают туда… и кричат об опасности».

Мартен бросил последний взгляд на мрачные очертания станции «Седой Хребет» в зеркало заднего вида. В разбитом окне лабораторного корпуса, на миг, показалось слабое мерцание – как отражение луны на инее. Но луны не было видно.

«Держись, старик», – пробормотал он, давя на газ. Грузовик рванул с места, колеса забрызгали грязью.

«Урал» нырнул в стену дождя, увозя команду от места убийства и ледяного кошмара, но прямо навстречу тайне, зарытой в сердце древних гор. Эпицентр пробуждающегося ужаса смещался. Охота только начиналась. И теперь они были не только преследуемы людьми из «Океана», но и отмечены чем-то гораздо более древним и беспощадным. Шепот Эйвинда слился с ревом мотора: "Оно проснулось… и оно голодно…"

Глава 2.След Снежного Змея

Дождь превратился в ледяную крупу, стучащую по крыше «Урала» как дробь. Дорога, и без того едва намеченная колеями, исчезала под слоем грязи и первого снега, пробивающегося сквозь промозглую осеннюю хмарь. Мартен вцепился в баранку, его суровое лицо освещалось лишь тусклым светом приборной панели. «Урал» кренился на ухабах, рев мотора сливался с воем ветра, рвавшегося в щели кабины. В кузове, под пропитанным влагой брезентом, Торстен и Джек молча терпели тряску, а Эйвинд, закутанный в плащ, дрожал не столько от холода, сколько от непрекращающегося шепота в голове.

"Ближе… Ближе к логову… Тропа отмечена…" – голоса духов гор были тревожными, как скрип льда под ногой.

«Аркал-Аз…» – Мартен пробормотал, сверяясь с обрывком карты, приколотым к солнцезащитному козырьку. Дрожащие линии вели вглубь высокогорного ущелья, обозначенного на старых картах как "Змеиный Каньон". «По этим координатам мы должны упереться в тупик – скальное плато перед ледником. Никаких строений, Финн. Только камни и лед».

Финн, сидевший на пассажирском сиденье и нервно перебирающий четки (недавнее приобретение "на удачу"), хмуро посмотрел в запотевшее окно. «Значит, наши предшественники искали что-то в скале? Или под ней? Легенды говорят о спящем змее… Может, его логово?» Его попытка шутки сорвалась на полуслове. После станции шутить над легендами уже не хотелось.

Внезапно «Урал» резко качнуло, заднее правое колесо провалилось в скрытую грязью промоину. Грузовик накренился, двигатель взвыл, но тяги не хватило. Колеса беспомошно буксовали в жиже.

«Вот и приехали», – процедил Мартен, выключая зажигание. Гробовая тишина, нарушаемая лишь воем ветра и стуком крупы по металлу, обрушилась на них. «Вылазим. Надо осмотреться, понять, насколько глубоко засели».

Они выбрались в ледяную мглу. Высокие, почти вертикальные стены каньона терялись в низких серых тучах. Воздух был разреженным и колючим. Торстен и Джек сразу взялись за лопаты, пытаясь расчистить грязь из-под колеса. Мартен и Финн пошли вперед, ища более твердую почву или камень для упора. Эйвинд остался у машины, его взгляд беспокойно скользил по серым скалам, поросшим чахлыми соснами. Шепот усилился, превратившись в навязчивый гул, в котором угадывалось что-то новое… не тревога, а предостережение.

«Мартен!» – крикнул Финн, остановившись метрах в двадцати впереди. Он стоял на колене у самого края дороги, где грязь сменялась крупными камнями осыпи. «Смотри!»

Мартен подошел. На участке относительно чистой, влажной земли перед скалой, частично прикрытом от дождя выступом, отчетливо виднелись следы. Но не человеческие.

Огромные, глубоко вдавленные в грунт отпечатки, длиной с предплечье взрослого мужчины. Формой они напоминали… лапу. Но не медведя и не волка. Пальцы были слишком длинными, тонкими, заканчивались отчетливыми вмятинами от когтей, острых как шило. И их было шесть. От центральной "пятки" расходились три пары таких пальцев, образуя широкий веер. Между отпечатками тянулась глубокая борозда, как будто что-то тяжелое и гладкое волочилось по земле.

«Что за чертовщина?» – прошептал Мартен, опускаясь на корточки. Он осторожно приложил ладонь рядом с отпечатком. Его рука казалась детской на фоне этой чудовищной лапы. «Ни одно известное животное…»

«Снежный Змей», – тихо сказал Эйвинд, подойдя сзади. Он не смотрел на следы. Его взгляд был устремлен вверх, по стене каньона, туда, где скалы терялись в тумане. «Духи… они шепчут о нем. Древний Страж. Его следы – предупреждение. Мы вторглись в его владения». Он обхватил себя руками, пытаясь согреться. «Холодно… Становится еще холоднее».

Джек, оставив лопату Торстену, подошел с портативным сканнером, модифицированным для замеров окружающей среды. Он навел прибор на следы, затем на воздух вокруг. Экран замигал тревожно. «Энергетический след… слабый, но четкий. Как на станции. Температура в точке отпечатков на пять градусов ниже, чем здесь, у нас. И влажность странная… не дождь, а будто конденсат мгновенного замерзания». Он щелкнул переключателем. «И есть низкочастотный фон… почти неслышный гул. Как вибрация».

«Вибрация земли?» – спросил Мартен.

«Нет, – покачал головой Джек. – Источник… выше. Где-то там». Он указал вверх по склону, в туман.

Торстен, закончив копать, подошел, молча осмотрев следы. Его каменное лицо не выражало эмоций, но рука непроизвольно легла на рукоять ножа за поясом. «Большое. Тяжелое. Ползло. Недавно». Он ткнул пальцем в край одного отпечатка, где влажная земля лишь слегка обрушилась внутрь. «Час? Меньше».

Холодный ветер, до этого просто неприятный, внезапно рванул с новой силой, принеся с собой не крупу, а первые настоящие снежинки – крупные, липкие. Туман над каньоном сгустился, превратившись в молочную пелену, быстро поглощающую очертания скал.

«Буря», – констатировал Финн, поднимая воротник. «И мы посреди ниоткуда с застрявшим грузовиком. Отличное начало».

Мартен встал, его стратегический ум лихорадочно работал. Следы неведомого существа. Энергетические аномалии. Надвигающаяся снежная буря. И два артефакта в мешочке на его поясе, которые, по словам Эйвинда, были маяком для этого… Стража.

«Машину не вытащить быстро. И ночевать в ней в такую погоду – верная смерть от холода», – сказал он решительно. «Джек, что сканер показывает по поводу укрытий? Пещеры? Расщелины?»

Джек настроил прибор на сканирование плотности породы. «Есть… – пробормотал он, глядя на экран. – Метров триста вверх по осыпи. Небольшая пещера или глубокий грот. Вход частично завален, но… тепловое пятно внутри. Значит, есть объем, защищенный от ветра». Он посмотрел на крутой, скользкий подъем. «Дороги нет. Только по камням и снегу».

«Значит, идем туда, – приказал Мартен. – Быстро. Берем только самое необходимое: аптечку, инструменты, воду, еду, оружие, фонари. И… камни». Он коснулся мешочка на поясе. «Оставлять их в машине – все равно что повесить на себя табличку "съешь меня" для того, что оставило эти следы. Торстен, ты везешь самый тяжелый груз. Джек, веди по сканеру. Финн, помогай Эйвинду. Я – арьергард. Двигаемся!»

Они оставили «Урал», жалкую металлическую скорлупку на краю дороги, и начали карабкаться вверх по мокрой осыпи. Снег валил все гуще, слепя глаза и превращая камни в скользкие ловушки. Холод пробирал до костей. Эйвинд шел, цепляясь за Финна, его дыхание было частым и поверхностным. Шепот в его голове теперь был похож на шипение ветра в расщелинах, но в нем четко выделялось одно настойчивое ощущение: "За нами следят. Сверху. Оно наблюдает."