Полёт не туда. Книга вторая

Пролог

Мир был огромен.

Мир был… разнообразен.

…где-то в его глубинах парочка молодых друидов, с блестящими от возбуждения глазами, несли дымящийся сосуд, в котором любой житель Земли узнал бы грубо сделанный кофейник, своему наставнику, сидящему со скептическим видом под огромным одеревеневшим грибом. Все трое бессмертных задались амбициозной целью вырастить растение, заменяющее кофе и не замечали, как мимо проходят годы…

… в совершенно другом месте, в густом лесу, несколько совсем обыкновенных смертных из деревенских жителей ловко и незаметно окружали парочку бандитов, не умеющих умирать навсегда. Ловко пущенные из пращи камни пробивали черепа, конечности дергались в агонии и тела остывали. Собравшиеся на поляне здоровенные парни в рубахах на выпуск делили оставшиеся на их долю вещи и хлопали по плечу самого молоденького, который и разглядел прячущихся в чащобе лиходеев…

… в жаркой безжизненной пустыне, в тени куполообразного каменного строения, под безразличным взглядом странного синекожего существа сидел и беззвучно смеялся потрепанный жизнью и солнцем бродяга. В его изъязвленной жарой и ветром руке покоился огромный драгоценный камень глубокого черного цвета, вырезанный в виде полноразмерного человеческого черепа…

Жизнь и разум были везде. Под заклинаниями магов земли луга и долины становились пашнями и полями, позволяющими прокормиться тысячам разумных. Маги природы выводили новые сорта растений, надзирали за посадками, шли выращивать целые леса в том месте, куда укажет их желание или рука заказчика. Рыбаки в прибрежных городах с утра тепло здоровались с гидромантами и узнавали у них, где их сети сегодня возьмут богатую добычу.

Мир был добр ко всем разумным, смертным и нет. Отчаянных авантюристов ждали непролазные чащобы, полные чудовищ и тайн. Желающих разбогатеть – нетронутые недра колоссального мира. Алчущие тайн собирались вместе, пытливо проникая взором в законы миропорядка. Даже для тех, кто нуждался в вере и надежде мир готов был представить бога, способного ответить на молитвы.

Жизненное пространство, ресурсы, многообразие жизненных форм, даже защита – Пан предлагал многое…и не просил ничего взамен. Всем и каждому, с излишком, на многие поколения вперед!

Но когда это разумным хватало только того, что им предлагают?

Глава 1. Будни архимагов

– Вы знаете, почему Вавилон местные жители чаще всего называют Нищим Городом? – спросил я своего собеседника на русском языке. После его недоумевающие качания головой из стороны в сторону, пришлось ответить, – Потому что все металлы, использующиеся в чеканке монет, здесь в большом дефиците. Бессы или Бессмертные, такие, как мы с вами, просто нуждаются в деньгах, чтобы оплатить услуги наставников и мастеров различных навыков и умений. Ламии или как они себя сами называют, народ каэс'шасс, жаждут лишь серебра и золота, которые им необходимы для создания особой оплетки яиц, без которой дети этого народа не появятся на свет. Гремлинам, так же известным как гретчины, очень хочется меди в количествах куда больших, чем есть медных монеток. Но и от серебра с золотом они не отказываются. Металлы им нужны для своих механизмов, без которых нормальный гремлин себя не мыслит! Ну а виндхальфы драгоценные металлы просто едят, пусть и в ничтожно малых количествах. Но вот зато делать ювелирные изделия и скульптуры у этой расы страсть просто ошеломляющая. Деньги нужны всем, уважаемый.

– Да уж, видел я пару этих ваших…виндхальфов. – передернуло моего оппонента. Чуть помявшись, он все-таки решился на вопрос, – Как вы живете вместе с этими гоблинами-переростками? Я чуть меч не вытащил, когда такое чудовище впервые увидел!

– Виндхальфы никакого отношения не имеют к гоблиноидам, – покачал головой я. – Орки, гоблины, огры и все их промежуточные стадии не имеют ни единого бита общей генетической информации с виндхальфом. Да, они безусловно похожи на двухметрового тощего гоблина, но назовите их так и нарветесь на дуэль. Уровень развития их цивилизации и культуры гораздо ниже, чем у гремлинов с ламиями, но этот Малый Народ развивает свои умственные способности темпами, которые бы не смогли показать и люди. Тридцать лет назад у виндхальфов была привычка ходить в шкурах, а их родной язык составлял всего около десяти тысяч слов и понятий.

– Я вас услышал, – покивал мой гость и решил вернуться к общему курсу беседы, – Но может быть, вы все-таки решите рассмотреть предложенные нами варианты?

– Ну я же не просто так вам описал потребности Вавилона, Артем Евгеньевич! – Я решил расставить все точки над "и". – Эти потребности напрямую завязаны на налогообложение! Если я, как представитель архимага Митсуруги, заключу с вами сделку, по итогу которой вы рассчитаетесь со мной не деньгами, медью, серебром или золотом, то я буду вынужден где-то изыскивать средства, дабы уплатить пятидесятипроцентный налог на прибыль! Оценивать которую, между прочим, будет комиссия из четырех представителей населяющих Вавилон фракций. Точно такая же комиссия, к вашему сведению, регламентируют цены на наши обучающие курсы и пособия! Поэтому ваш путь должен был изначально лежать в Оценочную палату, где и можно было изначально узнать стоимость имеющихся активов для совершения сделок внутри города!

Эльф заскучал. Я его прекрасно понимал, ценности, которые он хотел предложить в обмен на курс обучения дополнительной специализации магии у моей подруги-архимага, Нищим Городом не котировались. Дом в собственности на соседнем континенте Драман, несколько редких животных серебряного класса и набор посохов для волшебников не представляли никакого серьезного интереса. А пара сборников заклинаний одной из эльфийских школ магии была бы очень востребована, будь описанные в них приемы хоть как-то стандартизированы под умения Бессмертных. А эльфов-магов на весь Вавилон не было ни одного. Да сомневаюсь, чтобы их в мире было больше пары десятков, на все тридцать миллионов Бессмертных, проживающих здесь. Вот один из таких уникумов, да еще и сохранивший адекватное восприятие мира после десятков лет обучения в совершенно чужой людям культурной среде и сидел передо мной.

Впрочем, переговоры подошли к своему бесплодному концу, и мы с эльфом-магом российского происхождения распрощались. Ну, этого следовало ожидать, процентов эдак с девяносто подобных встреч заканчиваются ничем. Хорошо хоть объясниться можно было без недопониманий, в Вавилоне почти все говорят на русском.

Я подошел к окну, открыл его, вдохнул свежего воздуха и посмотрел на улицу.

Вавилон, точнее район Свободных, жил своей жизнью. По улице торопились по своим делам Бессы различных рас и форм. Нахмурившаяся ламия в рабочем фартуке специальной тростинкой подстегивала помесь коровы с крокодилом, везущую тележку тропических фруктов и шикала на чьего-то фамильяра в виде огромного зайца, умильно попрошайничавшего у нее что-нибудь вкусное. Широкая замощенная камнем улица, с коваными решетками канализационных стоков, была полна народа, мирно и неторопливо жившего повседневной жизнью.

Сегодня празднуем пятилетие с момента нашего прихода в Вавилон.

Этот мир не настоящий. Он сгенерирован титаническим суперкомпьютером, руководствуется законами, к изучению которых наравне с созданными этим же компьютером расами и нациями приступили мы – тридцать миллионов оцифрованных землян. Почти все из нас – жертвы нейровируса, от содержания которых в криостазисе Земля отказалась, хотя некоторые личности, в том числе и я, были заморожены до начала великой пандемии. В мире Пан, где мы сейчас проживаем, кроме драконов и фей так же можно встретить и миллионера, замороженного в восьмидесятых, советского ученого или жертву научных экспериментов. Теперь мы живем здесь. Ну а что мир как бы искусственный волнует мало кого, потому что разница во времени с реальностью такова, что мы все так или иначе устанем существовать к тому времени, как у кого-то на планете Земля возникнет идея раздолбать наш суперкомпьютер. Если это вообще возможно.

Впрочем, жизнь здесь если и сказка, то довольно страшная. Правда… лишь потому, что Куратор, а именно так зовётся верховное божество данного мира и его творец, особо не заморачивался с тем, чтобы устроить всем повальное счастье. Он просто вывалил в удобные для проживания места кучу рас, сверху промазал это все слоем бессмертных-землян, для перчинки добавил чертову кучу Младших народов, как этнических меньшинств и иносказательно пожелал всем трахаться, как захотят. Под неким руководством Системы, которая даже карала, но только совсем уж отшибленных на голову представителей разумных. Так что в итоге на колоссальной планете уже чуть более пятидесяти пяти лет процветал хаос и бардак. Нехватка ресурсов и населения заставляла сложившиеся государства пытаться поглотить соседей и эксплуатировать Бессов, которые в свою очередь, не желали быть эксплуатируемыми. Конфликты множились и процветали на всех уровнях социумов разумных.

Я наблюдал этот бардак с самого начала, быстро придя к мысли покинуть приютившую меня империю Рошван и отправиться в путешествие. Вкалывать за гроши и неясные обещания показалось мне идиотизмом, зато идея поселиться на каком-нибудь небольшом тропическом острове – весьма притягательной. Идея вылилась в долгое пешее путешествие, встречи с разными ушибленными личностями и в конце концов привела к моей встрече с Митсуруги Ай, мастеру-волшебнику, знающей аж восемь специализаций магических искусств и стоящей буквально в одном шаге от золотого звания архимага. А это буквально верхняя планка класса-статуса, которую может достичь бессмертный. Довольно быстро на нас с японкой открыли загонную охоту, в результате которой мы попали в одно из наиболее гиблых мест на планете – Дикий Лес и умудрились оттуда сбежать. После чего поучаствовали в аукционе лицемерия и лжи в гномьем городе, выпили особое зелье на двоих и принялись искать Вавилон. Город, основанный группой Бессов и тремя Младшими народами, принявший справедливые законы и нетерпимый к неоплачиваемой эксплуатации разумных.

Нищий Город вовсе не был для нас конечной целью и пределом мечтаний. Розововолосая миниатюрная волшебница искала своих соотечественников, а я просто хотел поселиться где-нибудь в достаточно комфортабельной климатической зоне, но подальше от разумных и неразумных. Правда, оказавшись в тепле и комфорте, мы единогласно решили, что можно сделать и перерывчик. То есть, искать остальных японцев более умным методом, а именно – сидя на одном месте в одном из крупнейших мегаполисов мира и ожидая, пока к нашей горе прибегут магометы. А чтобы гора светила ярче и дальше, Митсуруги Ай достала из своей нычки сворованные ушлой японкой еще в обучающем сценарии книги и учебники и таки взяла золотой класс архимага, что окатило ее волной увесистых плюшек и мировой известности.

С тех пор мы вполне успешно и мирно проживали на одной из улочек Свободного Района славного города Вавилон, в скромном, но просторном двухэтажном каменном жилище. Типовой, кстати, застройки. Одним из Бессов-основателей города был овеянный славой и уважением австрийский архитектор, который и проектировал город. Именно благодаря его знаниям и найденным решениям, призыв к поиску компромиссов был натурально воплощен в камне города. Очень мелкие ступеньки, одинаково удобные и для змееногих и для гремлинов, широкие улицы, способные пропустить свадьбу виндхальфов, с их священным числом в одиннадцать пар, взявшихся за руки и множество других мелких нюансов, наглядно демонстрирующих возможности объединения разных рас. Строиться или иметь дом в собственности в пределах городских стен не мог себе позволить никто, какой бы властью персона не обладала. Только въехать в уже построенное жилище и облагородить его на собственный вкус и цвет. За пределами городских стен – пожалуйста. Всеобщее равенство и никак иначе.

Мои размышления прервали спускающиеся со второго этажа несколько разумных, почтительно прощающихся со своей преподавательницей. Как только за ними закрылась дверь, сверху раздался стон блаженства, сопровождаемый укоризненным шипением. Обладательница шипящих нот неторопливо сползла на первый этаж, оказавшись Азисой, молоденькой, но очень серьезной ламией, которая работала у нас домоправительницей. На ее длинном хвосте, покрытом мелкой изумрудного цвета чешуей, возлежала госпожа архимаг, вцепившаяся в импровизированный транспорт всеми конечностями и терлась лицом о мягкие чешуйки.

– Госпожа Митсуруги, оставьте мой хвост в покое! – обреченно шипела девушка-змея, нарезая круги вокруг меня с умоляющим видом. Я делал вид, что никого нет дома, чтобы не спровоцировать пока увлеченную чужим хвостом девушку, это имело риски переключить ее внимание. Ай хранила на лекциях лицо, прилагая нешуточные усилия, чтобы ее розововолосую полутораметровую тушку, едва дотягивающую весом до сорока килограмм, воспринимали как архимага, а не как голубоглазую куклу. Намаявшись от выражения лица "надменный мыслящий кирпич", живая и веселая девушка сейчас выпускала пар, домогаясь до хвоста своей подруги. Воспринимать ламию как служанку было бы в корне неверно, она скорее относилась к должности "секретарь с полномочиями дворецкого". Секретари у Бессов были исключительно смертными представителями Младших Народов, так как их основной задачей было визировании клятв и обещаний. Конечно, это требовало сущий мизер усилий, поэтому дополнительно они могли выполняли определенные функции по дому, офису или мастерской. Азиса следила за продуктовыми запасами, вызывала службы города при бытовых поломках, вела бухгалтерию и относила деньги в налоговую службу. Уборкой и готовкой занимались мы сами. В Свободном Районе города самообслуживание было признаком хорошего тона.

Митсуруги Ай бросила щупать засмущавшуюся до позеленения ламию и переключила внимание на не успевшего незаметно смыться меня. Ловкими и отточенными многократной практикой движениями, она за секунду залезла мне на шею и начала беспечно барабанить по лысине. Выслушав мой полный печали вздох, неугомонная волшебница, отбившаяся от ежедневных занятий, недовольно поерзала задницей у меня на шее и обличающе сказала:

– Раньше сидеть было удобнее! Ты, конечно, стал гораздо лучше смотреться, с тех пор как усох, лысый монах, но сидеть у тебя на шее теперь совсем не комфортно!

– Ну что поделать, Ай-тян… – я развел руками и немного покружился на месте, размахивая завизжавшей от неожиданности волшебницей, – "Скромность адепта" – это очень удобная особенность, к тому же самая дешевая из всех, что предоставляют к изучению за золото адепты местного монастыря. Да, я теперь не напоминаю орка на стероидах, но ты же этого и хотела?

– Я хотела, чтобы ты стал красивым и милым, а не просто усох в мускулах! – я был обвиняюще стукнут кулачком по голове. Об этом речь у нас заходила не одну сотню раз, особенно с тех пор, как исчезла необходимость убегать от всех подряд. Мы с японкой оба были ну совсем не против сделать наши прочные партнерские отношения более глубокими, но пока держали себя в руках. Проблемой был совершенно небольшой жизненный опыт Ай, который в себя заключал два детства, травмирующее психику обучение в школе магических искусств и короткий, полный не самых приятных приключений, забег по миру Пан в поисках пристанища. В этом мире мало кому можно было доверять, поэтому и я и она с ужасом воспринимали малейший риск осложнения наших отношений. К тому же впереди вечность, куда торопиться? Впрочем, иногда это совершенно не мешало совершать по отношению друг к другу домогательства разной степени тяжести.

– Надо было оставить одну обезьянку с летающего острова тебе, – задумчиво поведал я, еще раз покрутив довольно завизжавшую архимагиню и как бы вспомнил, – Ты ведь сама сказала, что те бабуины гораздо красивше меня!

– О какой красоте могут вести речь те, у кого нет хвоста? – патетически воздела руки к потолку Азиса и насладилась нашими обалдевшими лицами. Наглядевшись, девушка-змея проворно поползла на выход, спасаясь от возмездия волшебницы, которая в гневе ринулась мстить, но запуталась ступней в вырезе моей рубашки.

Вот так и проходят наши будни. Полдня напряженной работы и полдня дуракаваляния. Ай надо развлекать. Позволить себе пройтись по магазинам, погулять в сквериках или посидеть на лавке какой-нибудь площади архимаг не может себе позволить, без существенных последствий, в виде толп глазеющего народа, общественных беспорядков, армии преследователей и кучи бестолковых посетителей, которых придется отгонять мне. Конечно, можно одеть один из волшебных плащей, позволяющих сохранить анонимность, только саму проблему этим не решить. В городе ну совсем мало низкорослых Бессов с прядями розовых волос, от которых ни на шаг не отходит лысый мужик с довольно редким классом "монаха". Но изредка мы эти плащи все же одевали, устраивая себе экскурсию по Свободному району и Центру, в котором высилась почти достроенная Вавилонская Башня.

Последняя была особым наградным заданием от Системы австрийцу-архитектору Феликсу Бауэру. Когда сооружение будет завершено, то все разумные обитатели мира Пан смогут понимать друг друга. Не со стопроцентной точностью, но где-то около того, на каком бы языке они не говорили. Конечно, Башню строят вовсе не и из-за повальной любви к разумным и веру в добро и свет, замысел тех, кто руководит метрополией прост как три копейки – построенное чудо света будет очень серьезным аргументом против нападения кого-либо на Вавилон, который начнет дарить всем разумным расам возможность к безлимитному общению. Именно поэтому пятидесятипроцентный налог на прибыль и отсутствие частных владений в черте города воспринимается как должное – всем хочется побыстрее ощутить еще большую безопасность. Да и я каждую неделю денёк да провожу в местной каменоломне. И помощь городу и репутация, да и навык "камнереза" со "строителем" потихоньку качается.

– Хочу шашлык! Хочу, хочу, хочу! – меня опять забарабанили по лысине.

– Шашлык завтра! Мы же договаривались его приготовить на пятилетие нашего прибытия в город! – справедливо возразил я.

Сверху горестно проныли. Ай любила повеселиться, особенно пожрать. В этом плане Пан безусловно радовал всех бывших землян тем, что отклонения во внешности от единожды прописанного каждым эталона в редакторе могло возникнуть лишь по собственному желанию – при овладевании какой-либо особенностью. Потолстеть не грозило никому. Да и обычные заболевания, вроде заворота кишок, Бессмертным были чужды. Ну или наивный чукотский юноша или девушка дотрагивались до кристаллов хаотической магии, которые могли сотворить с ними что угодно, в том числе и изменить форму тела.

– Тогда…сходи купи кифланийское мороженное у Агаты! – сходу взвинтило ставки прожорливое существо на моей шее.

– Тем более – завтра! – категорично отрезал я. Наши финансы не пели романсы, благодаря в основном трудам девочки-архимага, не только обучавшей определенный контингент магов, но также могущей снабдить дом, корабль или дирижабль комплектами рунического письма, способного к самым разным положительным для здания или транспорта эффектам, включающими в себя сигнализацию, укрепление, ловушки или противопожарные меры. Разумеется, рунологию Ай не преподавала, руководствуясь не только нежеланием плодить конкурентов, но так же очень настойчивыми просьбами как города, так и общины гремлинов-рунологов. Волшебница преподавала и продавала книги по другим дисциплинам – иллюзии, алхимии, химерологии, магию познания и магии воды. Руническое письмо, ритуалистика, зачарование предметов и колдовство клиентам доступны не были.

Подбор школ был на мой вкус довольно странный, но она пожала плечами и призналась, что кроме магии воды выбирала остальные дисциплины по одному единственному критерию – больше голой информации, меньше упражнений с заклинаниями. Хороший выбор для человека, нацеленного на высшие классы, потому как память, в отличии от умения работать с собственной энергетикой, у бессмертных абсолютная. Кроме того, те же ритуалистика и колдовство в реалиях нового мира вообще не могли считаться действующими магическими школами, скорее некими наборами универсальных правил и знаний, с помощью которых можно было воздействовать на местных демонов, духов и эфирные потоки.

– Тогда хочу в баню! – непреклонно заявила девушка, поставившая себе твердую цель добиться хоть чего-нибудь у своего… наверное доверенного лица. Иначе я свой фронт работы описать затруднялся. Впрочем, он был близок к когда-то не до конца высказанному волшебницей пожеланию, чтобы лысый монах сторожил ее дворец. Мои функции начинались от банального охранения тщедушной тушки и заканчивались ее полным представительством во всех, не связанных с магией переговорах. Так же на моих плечах было ведение домашнего хозяйства, распоряжение финансами и хождение по магазинам.

– В баню сходим, – покладисто согласился я на меньшее зло. Черный ход помывочного здания смотрел на заднюю дверь нашего дома через небольшую парковую зону, сплошь зажатую квадратом домов. Отдыхали и гуляли в ней только наши соседи и их гости, поэтому никакого особого ажиотажа решившая помыться волшебница там не вызывала.

Расслабляясь в большом квадратном бассейне из полированного камня на мужской половине бани, я грустно размышлял о финансах, дефицит которых не давал расслабиться ни мне, ни Митсуруги. В Вавилон мы прибыли очень обеспеченными людьми по местным меркам, имея наличкой почти шесть с половиной тысяч золотых. Но Нищий Город умеет выгребать из карманов всё и даже больше, невзирая даже на то, что тогда еще серебряной волшебнице и ее спутнику гражданство вместе с личным домом выделили едва ли не с радостным писком.

Маг, по правилам этого мира, существо могущественное, способное на всякие разные чудесатые чудеса и овладевающее тайнами Вселенной даже в туалете. Точно так же думала приблизительно половина всех Бессов при создании своего нового тела и класса. Были они, конечно же, правы. Владение магическими искусствами – это апофеоз личной силы индивидуума, потенциально способный даже двигать тектоническими плитами. Но есть одно маленькое "но" – не голыми руками. Даже самый могущественный и умелый волшебник, будучи голым, максимум сможет отбиться от некрупной стаи обычных волков, пользуясь лишь парой-тройкой особых моментальных магических приемов, не требующих времени на создание. Но вот тот же волшебник, в своей зачарованной башне, снабженный нужными ингредиентами, увешанный волшебными предметами, знающий ритуалы, вполне может из своего заклинательного покоя диктовать свою волю целым государствам. Их возможности прямо пропорциональны как знаниям, так и доступным инструментам для сотворения заклинаний высших кругов. Поэтому увидеть сейчас мага-Бесса, подрабатывающего в кузне или каменоломне гораздо проще, чем отыскать такого же, только важно идущего в шелках и золоте кушать долбанное кифланийское мороженое, за которое драли пять золотых порция!

Поэтому наш золотой архимаг могла и хотела переработать в нужное ей не какие-то жалкие шесть с половиной тысяч монеток, а и пару миллионов бы освоила спокойно! Но тогда ей пришлось удовлетворяться тем, что в интересах магии были моментально отожраны три с половиной тысячи полновесных золотых монет. И всего-то на одну вещь. Как вспомню, так вздрогну. Но Ай уверяет, что не зря. Да и сейчас большая часть нашей прибыли утекает на закупку расходников для рунных зачарований, новых резцов по камню и ряда редких ингредиентов для магии Познания. А все ресурсы, связанные с волшебством, стоят куда как дорого! Город то пока озабочен в основном постоянно ведущимся строительством, добычей материалов и выращиванием пищи, способной прокормить такой мегаполис! Но оставшегося золота нам вполне хватило на обустройство дома, обучение у целой плеяды местных мастеров и создание каждому в хранилищах Дома Матери некоей подушки безопасности, способной здорово помочь в ряде опасных ситуаций. И остались мы бедными. Но перспективными. С тех пор я играю роль сторожевого дракона у нашей кучи заработанных сокровищ, которая регулярно подвергается посягательствам растратчицы-архимага и часто может насмешить не особо жадного хомяка.

После бани мы посидели во внутреннем парке, любуясь на ярко сияющие луны планеты. Те величаво светились в мраке космоса, интригуя авантюристов всей планеты очертаниями своих материков и океанов. Но не нас с волшебницей. Я спокойно мог поручиться за себя и за Ай в том, что жажда приключений обоих полностью закончится где то в районе торгового центра Вавилона.

– Соромон, – потыкала меня в бок отчаянно зевающая волшебница, – Идём спать! Тебе завтра рано вставать и много готовить!