Пока не исполнится все
- -
- 100%
- +
Она еще какое-то время размышляла, после чего приняла решение. Вдруг на стене появилась красная кнопка с надписью: «Вызов». Искорка лучиком дотронулась до нее и оказалась в тронном зале. Как и в первый раз, Создатель тепло обратился к ней:
– Знаю, эти путешествия опечалили тебя. Хочешь что-нибудь сказать?
Искорка несмело вздохнула, на ее лучиках отразилась радуга сложных чувств и эмоций.
– Если это возможно, я хотела бы попытаться все исправить.
– Чтобы исправить ошибки и не допустить страданий многих людей, необходимо родиться как можно ближе к последнему воплощению, но по-человечески придется нелегко. Ты должна ознакомиться с тем, что тебя ждет.
Перед Искоркой раскрылось звуковое письмо, настроенное на нее, и механический голос изрек: «Дочь без родителей, жена без мужа, мать без ребенка, дерево без корней, родина без земли, слезы без глаз».
Искорка растерялась: у нее нет столько сил, чтобы справиться со всем этим. Но нужно было принять окончательное решение.
– Я согласна, – твердо сказала она.
В письме что-то зашуршало и из его глубины раздалось нечетко: «Двадцать пять вареных яиц». Искорка не поняла, что это значит, но была так расстроена, что не стала уточнять, и повторила:
– Я согласна.
– Это твой выбор. Живи и знай, что даже в самый тяжкий час я не оставляю своих чад.
– А когда будет самый тяжкий час?
– Слушай своего ангела-хранителя, он всегда будет рядом. Твой путь начинается.
«Начинается?» – озадачилась было Искорка, но тут ее накрыл золотистый туман, и она растаяла.
Глава 6. Родовая сила
Комната с белоснежными стенами пустовала, лишь ряды стульев и небольшая прямоугольная тумбочка составляли ее интерьер. Синяя краска на тумбочке местами облупилась, поверх столешницы лежала вязаная салфетка. Дверца тумбочки была приоткрыта, из ее глубины доносились голоса.
– Вы слышали? Ее отправили.
– Да, она согласилась.
– Вот повезло-то.
– Тише ты! Еще вопрос, повезло или нет.
– Думаешь, не справится?
– Да кто ее знает.
– А как же мы? Кто тогда нам поможет?
Неожиданно ниоткуда появившийся в комнате вихрь закружил вокруг тумбочки, раскрыл дверцу, и на пол посыпались фотографии. Даже странно, как они могли все там поместиться, их ворох заполнил всю комнату огромной кучей. Среди снимков были и черно-белые карточки, и цветные. Некоторые снимки могли сильно озадачить, поскольку на них были изображены люди, умершие задолго до изобретения фотографии. Среди всех попадались странные пустые белые фотографии, остальные тоже вызывали вопросы. На одном снимке изображение пожилой женщины портило черное пятно, на другом – рядом с мужчиной в военной форме бледнел силуэт ребенка, неподалеку лежал снимок мужчины с силуэтами двух детей. Фотографии вывалились на пол в полном беспорядке, многие с оторванными краями, некоторые сильно помятые, почти выцветшие.
Силуэты людей с фотографий заняли стулья, только несколько остались пустыми, одиноко стоял и стул на возвышении. Комната наполнилась громким шепотом.
– А почему она? – спросили с одного конца. – Кто это вообще?
– Ну, помнишь, тот затертый снимок у стенки? Там еще ничего не было видно, кроме белого пятна с точкой, – ответили с другого конца.
– Что-то не припомню. Так почему ее выбрали?
Раздался голос из середины:
– Говорят, она где-то засветилась, привлекла внимание.
Первый не унимался:
– Чем она заслужила такую честь? Для такой важной миссии у нас есть более достойные кандидатуры!
Второй примирительно сказал:
– Так эти достойные кандидатуры до сих пор лежат тут и пылятся. А она молодец, на такое решиться.
Третий авторитетно заметил:
– Говорят, что ее никто особо и не спрашивал. Более того, поговаривают, что тут не обошлось без темных сил. Да-да, это не слухи.
Кто-то поинтересовался:
– Долго нам быть в этой тумбочке?
Ему с сожалением ответили:
– Мы здесь очень давно, и, наверное, останемся навсегда.
– Но почему?
– Когда-то мы могли многое, но сейчас… Посмотри на нас – жалкие останки. Все, что мы смогли, это остаться на этих снимках. Что толку, что все мы одна семья. Если у нее ничего не получится, мы просто истлеем. Мы сами это допустили – поставили страсть выше любви.
– Да что в ней такого, почему ее выбрали?
– Спроси это у тех, кто направил ее все исправлять.
Из середины кто-то подал голос:
– Вообще нелогично, что выбрали ее – ту, у которой даже своего места нет. Да откуда у нее возьмутся силы на перемены! А это наш последний шанс, мы не можем так рисковать!
Усталый голос произнес:
– Вы не понимаете, о чем говорите, лучше помолчите. Такая ноша, как в нашем роду, не по силам простому потомку.
В середине не унимались:
– Да? А где тогда ее стул?
Какой-то голос перевел разговор:
– Что за пустые снимки у нас лежат? Это тоже наши?
Ему ответили:
– Да, она должна их открыть, в этом-то вся проблема.
– А кто они?
Кто-то строгий цыкнул, и все замолчали.
Порыв ветра закинул кучу фотографий обратно в тумбочку и со стуком захлопнул дверцу, в комнате остались только пустые стулья.
Глава 7. Затянутый узел
Леонид стоял под окнами двухэтажного деревянного барака, к стене которого была прибита незатейливая табличка с надписью: «Родильный дом». Мужчина безуспешно заглядывал в окна, пытаясь найти жену, потом отправился в регистратуру и спросил в окошке, можно ли передать роженице продукты и записку. Медсестра кивнула, и он отошел к столу, чтобы собрать передачу.
Найдя в кармане чистый листок бумаги, он пристроился на шатком стуле, взял карандаш и написал: «Катя, я принес тебе кефир и творог. Сейчас передам. Как у тебя дела?». Затем сложил записку в пакет с продуктами, отдал медсестре и стал ждать ответ. Скоро ему принесли пакет, в нем лежали вещи для стирки и новая записка: «У нас два часа назад родилась дочка, похожа на твою маму. Как назовем? Подготовься к выписке, а то мы из окна наблюдали, как муж забирал жену, так у нее из рукава пальто колготки тянулись». Листок запрыгал в руке мужчины. Он положил его на стол, дописал внизу: «Катя, я тебя поздравляю, дочь назовем Светлана. Я буду ее очень любить. Вещи подготовлю» и понес записку к окошку для передач.
Пожелтевшие листочки с перепиской родителей лежали в блокноте уже два десятилетия. Сначала их хранила Екатерина, а потом сама Светлана. Бывали минуты, когда она перечитывала их, и на душе становилось тепло. Светлана была неглупой от природы приятной девушкой со светлыми волосами и серьезными глазами. Она никогда не задумывалась о том, тяжелой или легкой была ее жизнь, поэтому спокойно принимала перемены и жила в новых обстоятельствах. Однако некоторые события она все-таки пыталась объяснить и изменить, вступая в заранее проигрышный спор.
Таким камнем преткновения было ее одиночество. Несмотря на широкий круг знакомых и друзей, она всегда оставалась без пары. В школе и университете за ней пытались ухаживать молодые люди, но отношения не складывались: ей всегда нравились те, кому не нравилась она, и наоборот. И ничто не могло изменить ситуацию: ни чувство юмора, ни добрая душа. А случай, произошедший вскоре после окончания учебы в университете, окончательно закрыл двери к ее сердцу.
В то время Светлана пыталась найти работу по специальности, но наступили тяжелые времена, и исполнить задуманное было нелегко. Старинный знакомый ее отца предложил помочь с трудоустройством. Девушка даже не подозревала, как круто повернется ее жизнь после разговора с ним. Светлана сидела в салоне автомобиля и, не перебивая, слушала друга отца.
– Я хочу, чтобы ты меня поняла. Сейчас в нашем городе сложно найти место для вчерашнего студента. Я обзвонил своих знакомых, мы вместе думали, что предпринять. Потом они меня спросили: «А кто она тебе? Дочь, племянница, родственница? Чего ты так за нее впрягаешься?». Я задумался: а ведь они правы. Предлагаю такой вариант. Я найду тебе отличную работу с приличным заработком и сниму квартиру, чтобы ты переехала от родителей. Встречаться будем два раза в неделю, скажем… по вторникам и четвергам. Других мужчин у тебя быть не должно. Имей в виду, что если ты откажешься от моего предложения или расскажешь отцу об этом разговоре, то нормально жить и работать в этом городе не сможешь.
Девушка спокойно дослушала мужчину, которого знала с детства, открыла дверь и молча вышла из машины.
– Так какой ответ? – услышала она за спиной.
– Извините, мне Ваш вариант не подходит, – сказала она, захлопнула дверь и пошла по улице под дождем, не замечая луж.
Вспоминая разговор, Светлана не могла сказать, что обиделась на этого мужчину или разозлилась. Просто она очень надеялась на него, а теперь было ощущение, что выбили почву из-под ног. После этой истории все повисло в неизвестности, и Светлана решилась на ответственный шаг. Она написала письмо родственнице, жившей за тысячу километров в мегаполисе, рассказала о себе и спросила, могут ли ее принять на первое время. Пока письмо ходило до адресата, никакого настроения не было и девушку охватила хандра. Она уже не могла держать в себе произошедшее, поэтому поделилась с тетей, та рассказала матери Светланы, а потом узнал и отец. Он сказал только одну фразу:
– Мой друг – кристально чистый человек, тебе просто показалось.
– Папа, как же показалось, если он хотел сделать меня своей любовницей и навещать по вторникам и четвергам!
– Я ничего не хочу слышать об этом, – такой был ответ.
После этого разговора в отношения отца и дочери пришло отчуждение, хотя, в общем-то, они и раньше не были близки. Сейчас Светлана совсем не понимала отца, который предпочел разочароваться в ней, чем усомниться в лучшем друге. Ей было невдомек, что отец так внутренне защищался, потому что принять такую правду было сложно, а сложностей Леонид не любил.
Родственница довольно быстро получила письмо, была огорчена случившимся и согласилась помочь. Сборы не заняли много времени, и уже в середине осени родители проводили своего единственного ребенка во взрослую жизнь. На перроне мать плакала, отец поддерживал ее, а Светлана смотрела на родителей через окно вагона и видела свинцовое небо над крышей вокзала.
***
Новый город ошеломил гостью множеством машин, высотных домов, огромных ярких вывесок и толпами людей, спешивших в разных направлениях. Светлане все было в диковинку, ведь она выросла в маленьком городке, строительство в котором не велось последние пятнадцать лет и который сейчас медленно умирал вместе с единственным предприятием.
Теперь в начале XXI века молодой девушке предстояло найти свое место в этом муравейнике. Подыскать работу и жилье без рекомендаций оказалось не так просто, поэтому приходилось покупать газеты и читать объявления. Пару раз случались казусы: девушке назначали собеседование вечером на перекрестке или сообщали о дополнительных обязанностях, суть которых несложно было уловить. В первый год жизни в мегаполисе после всех смешных (и не очень) историй Светлане пришлось работать секретарем в микрофирме без трудовой книжки и снимать жилье с хозяйкой. Ее даже познакомили с перспективным молодым человеком, но эти отношения умерли, не начавшись: он счел ее смешной, а она его – маменькиным сынком.
Жить приходилось в маленькой комнате, в которую вела узкая свободная дорожка, все остальное пространство квартиры было заставлено разными вещами: шкафы, швейная и стиральная машинки, вешалки, пакеты с вещами, столы, стулья, телевизоры и еще куча всего, на что девушка старалась не смотреть. Кроме того, в ванне иногда купались бутылки, которые потом сдавала хозяйка квартиры. Чтобы хоть как-то отвлечься от одиночества и бытовых «прелестей», она нашла себе подработку на пару часов. Правда, теперь приходилось возвращаться домой в полночь и рано утром снова бежать на остановку. Свободного времени не стало, да и тратить его, собственно, было не на кого: все друзья и знакомые теперь были далеко. Светлана не роптала, потому что решение было принято и возврат был для нее неприемлем.
В один из редких выходных дней девушка увидела в киоске газету с объявлениями о знакомстве.
– О, что тут у нас? – Светлана оживилась и купила экземпляр. – Это должно быть интересно.
На главной странице красовалось объявление о конкурсе на лучший стих про любовь. В качестве приза обещали ужин в ресторане с освещением романтической истории на местном ТВ-канале, как это было в прошлом году.
– Про телевидение я не знаю, а вот стихи – моя тема, надо отослать несколько в редакцию, – решила она.
Дома после поиска своих опусов девушка начала изучать колонки с объявлениями и одно привлекло ее, она решила ответить. На следующее утро конверт был отправлен в редакцию, а Светлана стала ждать нового выпуска газеты.
Через пару дней на третьей странице «Вета» получила ответ от «Рыцаря», и у них завязалась переписка. Правда, редакция ограничивала сообщения тремя строчками, но разве это помеха для творческих людей. Через четыре выпуска Рыцарь пригласил Вету после работы на встречу, но почему-то на нее не приехал. Светлана постояла минут десять на остановке и, пожав плечами, поехала домой. Потом последовали извинения, обмен телефонами и предложение о следующей встрече, но Светлана уже не торопилась.
Вскорости ей позвонили из редакции: после долгих обсуждений первое место было присуждено ей и еще одному победителю. В этот же день Рыцарь позвонил Светлане на рабочий телефон и начал издалека:
– Привет, у меня есть новость.
– Что за новость?
– Мне звонили из редакции.
– Так, и что сказали? – Светлане стало смешно.
– Что я выиграл конкурс и могу пригласить вторую половину в ресторан. Вот думаю, кого пригласить.
– Да ты что, сложный выбор! Мне тоже позвонили из редакции.
– И-и-и?
– Сказали, что я тоже выиграла конкурс и могу взять в ресторан вторую половину. Вот думаю, кого пригласить.
В трубке поселилось молчание.
– Алло, Роберт?
– Да-да, Света.
– Ну и что будем делать? Может, пойдем вдвоем?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.