Испытание. Сборник рассказов

Глава первая

По коридорам городской администрации шёл весьма необычный человек…

Что в нём тогда насторожило охранника на входе, теперь уже никто и не вспомнит. Впрочем, и охранник после той самой встречи бесследно пропал. Сказывали, будто какой-то конфликт произошёл на вахте, и очевидцы утверждали разное. Одни говорили, что Михаил Алексеевич преградил дорогу незнакомцу и проверяя документы что-то ответил грубо. Другие утверждали обратное, что вроде как неизвестный гражданин прошёл беспрепятственно турникет и сделал замечание охраннику. Впрочем, всякое могло случится, и теперь это совершенно никого не интересовало. Лишь странное исчезновение Михаила Алексеевича ещё долго было на слуху. Хотя, после всех последующих событий, оно постепенно перешло на второй план. Итак:

По коридорам городской администрации шёл весьма необычный человек. Сиреневое полупальто сильно контрастировало с малиновым пиджаком под ним. Брюки совершенно не подходили по своему окрасу и стилю, и напоминали скорее розовые панталоны для дома, чем элемент гардероба для выхода на улицу. Белоснежные лакированные туфли были явно на пару размеров меньше, и об этом свидетельствовали стоптанные задники. На левой ноге был носок ярко-зелёного цвета. Правая нога вообще не имела носка, и шершавая пятка со «шпорами» красовалась на виду у всех.

Лицо этого странного человека мало кто потом вспомнил. И очевидцы часто путались в своих рассказах. Лишь в одном все были единодушны – глаза незнакомца скрывали чёрные круглые очки. Ну, примерно такие, как у сказочного Кота Базилио. А на голове у странного гражданина была шляпа синего цвета с широкими полями. Вот представьте себе такую картину и вы поймёте сразу, что человек либо «явно не в себе», либо… Хотя второй вариант никак не выстраивался в голове. Поэтому все малочисленные очевидцы были просто уверены в ненормальности незнакомца. А тот неторопливой походкой шёл по коридорам администрации, не обращая внимания на редкие взгляды сотрудников и посетителей. В левой руке сжимал рукоятку коричневого портфеля, а правая рука в чёрной перчатке обхватила набалдашник трости в виде головы змеи. Так размеренно постукивая тростью по ковровым дорожкам, он и подошёл к кабинету Главы администрации.

Не удосужившись даже постучаться, гражданин поставил портфель возле левой ноги, перехватил левой рукой трость, и отправил её подмышку правой руки. Снова ухватил рукоятку портфеля, и свободной правой рукой распахнул входную дверь.

Секретарша в это время была занята маникюром, подпиливая пилочкой для ногтей свои малиновые ногти. Плечом зажав телефон возле уха, восторженно внимала сплетням своей подруги. Увидев вошедшего, даже не отрываясь от своих занятий, привстала с кресла и округлив глаза пискнула:

– Товарищ! Вы к кому? Вам назначено?..

Незнакомец приподнял чёрные очки, чуть повернувши голову к женщине, злобным и хриплым голосом рявкнул:

– Сядь, дура! Не то пальцы себе отпилишь!

– Куда вы без приглашения? – присаживаясь на место, испуганно прошептала женщина.

– Меня ждут, – словно отрезал незнакомец, и без промедления прошёл в кабинет Главы.

Из-за стола в форме буквы «Т», еле выглядывала полная фигура Главы администрации. Подняв маленькие глазки на вошедшего, тот явно взволновался и схватившись за подлокотники кресла попытался приподняться. Но руки не выдержали веса туши, и соскользнув с кожаной обивки подлокотников, отправили тучное тело глубоко в кресло. Заволновавшись ещё больше, он плаксивым голосом произнёс:

– С кем имею честь?..

– Как? Александр Петрович! Мы же с вами договаривались о встрече. Разве вам не звонили обо мне, – на секунду подняв голову к потолку, как бы намекая, мелодичным голосом «пропел» вошедший.

– Так Вы от Селивёрстова?..

– Именно. Именно от него. Никодим Ефимыч мой давний, гм-м-м.., клиент, – словно напевая каждое слово себе под нос, незнакомец без приглашения уселся на ближний стул.

Бесцеремонно шлёпнул своим портфелем о поверхность стола и открыв замки, вывалил наружу кучу всякого барахла.

Среди всего прочего, в содержимом портфеля видны были вещи прямо-таки несовместимые друг с другом. К примеру канцелярские скрепки, коих было около сотни, ну никак не совмещались в голове Главы с бесчисленным переплетением проводов от наушников к телефону. Или вот эта упаковка с женскими гигиеническими прокладками… Их-то как сюда занесло? Но странный гражданин, ничуть не смутившись, раскидав рукой по поверхности стола всю эту всячину, словно ища что-то важное, хлопнул вдруг себя ладонью по лбу и заголосил:

– Ах ты, память моя… И ведь надо же… Забыл совсем куда документы сунул…

С этими словами полез во внутренний карман сиреневого полупальто и выудил оттуда объёмную пачку документов в прозрачном файле. И странно было – как они туда поместились.

– Вот то самое, о чём я и хотел с Вами потолковать, – кладя бумаги перед Александром Петровичем, сказал странный тип.

Пока Глава всматривался в содержание документов, посетитель поднялся на ноги и прохаживаясь взад-вперёд, начал распевный монолог:

– Вы только не сумлевайтесь. Всё чин по чину. Я ведь порядки знаю. И Ваша подпись даст дорогу величайшему проекту в истории вашего города. Одним махом мы победим безработицу и нищету. Ведь предприятие, которое возведут в короткие сроки, даст пять тысяч рабочих мест. И это только на первой стадии. Ведь дальнейшее расширение просто необходимо. Представьте себе только – на месте старенького и грязного городка через несколько лет воздвигнется миллионный мегаполис. И один только Ваш росчерк пера повернёт ход самой истории.

С этими словами странный незнакомец подошёл к столу, облокотившись одной рукой на кресло Александра Петровича, а второй рукой перелистнул стопку бумаг и указывая на план-схему будущего предприятия, ткнул пальцем в самую середину:

– Вот тут – пара домов из частного сектора придётся снести. Ну, подумаешь, живут в них полторы калеки. Кого в дом престарелых отправим, а кому и квартирку из фонда выделим. Вы уж не сумлевайтесь, наша фирма готова пойти на кой-какие траты для достижения цели.

– Но вот тут ведь находится… – Глава запнулся и проглотил подступивший к горлу комок.

– Кладбище? – ничуть не удивившись воскликнул тип в сиреневом полупальто.

– Александр Петрович! Ай-яй-яй. Ну неужели такая безделица сможет Вас обеспокоить. Погост этот – давно брошенный. А если и ходють к нему, так мы мигом всё исправим. Вот тут, – с этими словами незнакомец лихо прочертил пальцем, – Поставим забор каменный. И ни одна мышь не проскочит. А покойники? Ну, дык им не всё ли равно где лежать? На кладбище или под фундаментом завода…

– Грех-то какой… – пискнул Глава, потирая вспотевшие ладошки.

– Помилуйте! Ну какой там грех? Нет, ну ежели Вы так настаиваете, то можем и перезахоронение устроить. Но только тех, чьи родственники отыщутся.

– Всё равно, мне как-то не по себе…

– Зря Вы так. Я ведь с благодарностью не стану время тянуть, – проговорил странный тип, взяв со стола авторучку, быстро написал число с единицей и пятью нулями и положил бумажку перед Главой со словами:

– Заметьте! Это вовсе не в рублях даже. А вполне даже и в тех самых «зелёных».

Александра Петровича бросило в пот от такой суммы. Достав из нагрудного кармана носовой платок, тот вытер им лоб и подозрительно посмотрел на человека в сиреневом полупальто. Незнакомец словно понял намёк, быстрыми шажками подбежал к своему портфелю и рукой выудил из него полиэтиленовый пакет, заклеенный с одной стороны скотчем и плотно набитый зелёными банкнотами.

А ведь минутой ранее тот самый портфель был пуст. Но в голове у Главы всё перемешалось, и не отрывая взгляда от «вознаграждения» тот полез в ящик стола за салфетками чтобы вытереть ими потные от страха ладони. А странный тип, тем временем, подошёл снова к столу, взял авторучку и протянул обе руки к Александру Петровичу. В одной руке был пакет с долларами, а в другой та самая авторучка.

– Решайтесь скорее. Поверьте, ведь Вам вовсе не будет никаких хлопот со всем этим. Всё берётся уладить наша фирма. И ведь сами посудите – разве отказываются от таких предложений…

Вспотевший от волнения Глава взял ещё одну салфетку, тщательно вытер ею ладони и решительно схватил авторучку:

– Где подписи ставить? – тяжело дыша спросил он.

– Вот на энтой страничке. Вот прямо тут, где галочки. И вот тут, на каждом листочке, внизу. И вот тут ещё две ваших подписи и печать, – мурлыкал гражданин в сиреневом пальто, перелистывая страницы документов.

Александр Петрович поставив последнюю подпись, взял со стола печать, подул на неё широко отрытым ртом и с силой приложил к бумаге.

– Вот и чудненько. И ничего ведь страшного не произошло. Пока…

Последнее слово было произнесено не распевным голосом, а хриплым и даже немного зловещим.

Увидев испуг на лице Главы, незнакомец улыбнулся широкой улыбкой, обнажив при этом острые зубы с жёлтым налётом и нежно промурлыкал:

– В горле что-то у меня. Не обращайте внимания…

С этими словами он вручил заветный пакет с зелёными банкнотами, схватил со стола документы, подбежал к своему портфелю, раскрыл его шире и одним движением руки смахнул всё барахло в него со стола.

– До свиданьица! – прохрипел странный тип, приподняв рукой чёрные очки.

Из-под очков на Александра Петровича смотрели ужасные глаза. Один был иссиня-чёрный, словно бездонный колодец, а у второго глаза зрачка не было вообще. Лишь желтоватое бельмо заполоняло глазницу…

Быстрым шагом незнакомец покинул кабинет Главы администрации. Проходя мимо секретарши, вытащил из кармана шоколадку и положил перед ней, со словами:

– Ну, вот и всё! А ты боялась…

Глава вторая

Петруха проснулся от трезвона во входную дверь. Поднявшись через силу, нащупал ногами стоптанные шлёпки и слегка покачиваясь направился из спальни в коридор. Голова трещала и казалось, что она вот-вот расколется на половинки.

– Кого ещё принесло? – подходя к прихожей буркнул он

.

Отперев замок приоткрыл на несколько сантиметров дверь и выглянул наружу. На лестничной клетке стоял его бригадир, Михалыч. Вечно нервный мужичок со смешной залысиной на макушке.

– Михалыч, случилось что?..

– Петь, выручай! Кроме тебя – больше некому. Сверху звонили – срочным образом надо котлован копать. Стройка Века у нас намечается. Будь она трижды неладна…

– Я ж в отпуску, – открывая дверь шире, промямлил Петька. И зевнув перегаром на бригадира добавил, – И в запое я… Уже неделю как не просыхаю.

– Да вижу я… Ну, ты это… Сходи в душ, чуть ополоснись холодненькой… Я вот и пивка тебе принёс. Чуть поправишься и порядок. Я тебе две ставки закрою. А ежели на сверхурочную подрядишься, то и три оклада зайдёт. Плюс к тому же и премия… Войди в положение. Иначе с меня голову снимут, – виновато говаривал бригадир, протягивая пакет с запотевшими бутылками пива.

– Ладно уж. Что рыть-то? – принимая «подарок» и заглядывая внутрь пакета, промычал Петруха.

– Да… Там тебе всё расскажут и покажут, – пряча глаза, ответил Михалыч, – Ты, это… Как в себя придёшь, так ты мне звякни, а я скажу куда подъехать. Только… Смотри мне… Ничего акромя пива не пей. Эх… Свалилось на мою голову всё это…

– Ладно, я сейчас в душ. Часа через два буду как огурчик.

– Давай уж… Я ждать буду, – кивнул бригадир, поворачиваясь к лестничному маршу.

Быстро приходить в себя после запоя Петьке было не впервой. Зайдя на кухню, вытащил прохладную бутылочку. Мощным движением руки отвернул пробку и залпом ополовинил содержимое. Присев на табурет, придвинул пепельницу, поковыряв в ней пальцем вытащил приличный окурок и закурил. Выпуская клубы дыма изо рта, он сидел и мечтал о том, что если три оклада да с премией выйдет, то и кредит можно погасить досрочно, да и с долгами рассчитаться. А там глядишь, и жизнь наладится понемногу…

Докурив окурок, вторым глотком опустошил бутылку с пивом и отправился в ванную. Включил одну только холодную воду, скинул с себя всю одёжку и зажмурившись, встал под ледяной душ.

Дыхание перехватило и едва не вскрикнув от острых ощущений, Петька собрал всю свою волю в кулак, продолжал выгонять из своего тела хмель. Уже через минуту в голове просветлело, а ледяная вода казалась тёплым дождичком. Наконец закончив водные процедуры, он закрыл кран и вылез из ванны, накинув на себя махровое полотенце. Чуть обтеревшись, повязал его на пояс и отправился снова на кухню. Обследовав взглядом весь кавардак, творившийся на кухне после длительного загула, заметил в углу на полу приоткрытую пачку сигарет. Наклонившись, поднял её.

– Жизнь-то налаживается, – улыбнулся он, видя, что пачка наполовину полная.

Заглянул в пакет что припёр бригадир. Три непочатые бутылки пива радовали глаз.

– Одну сейчас можно. А две с собой возьму, – вслух проговорил Петруха, винимая бутылочку из пакета.

Взгляд его тем временем зацепил за окном весьма странную картину. Прямо напротив кухни, на ветке берёзы сидел рыжий кот огромных размеров. И сидел он не по-кошачьи, а именно по-человечьи – перекинув одну заднюю лапу через другую, левой передней подперев усатую рыжую морду. И улыбался…

Улыбка его была очень зловещая, словно через оконное стекло ему улыбнулась сама Смерть. Тут эта рыжая бестия бесцеремонно подмигнула Петьке, отчего тот едва не выронил пиво из рук. Зажмурившись на мгновенье, помотал головой, и осторожно приоткрыл один глаз. Кота уже и след простыл…

– Уф-ф-ф… Чуть «кондратий» не хватил. До «белки» допился, блин, – так же вслух подумал он.

Чуть успокоившись, Петруха решил, что все эти видения лишь плод его воображения после длительного запоя. И моментом выгнал из головы наплывающую тревогу. Неторопливо потягивая пивко из горла, он всё так же мечтательно строил планы на будущее. А в голове его вырисовывалась неплохая перспектива.

Когда уже окончательно тот пришёл в себя, в гардеробе что в спальне, он нашёл чистое нижнее бельё и скинув махровое полотенце с пояса, натянул трусы в горошек. Покопавшись в полках нашёл и всё остальное, чистое и вполне нормальное бельё для работы. Наконец наступило время звонить Михалычу.