Сага о счастье. Закономерные случайности

В этой книге биография автора трансформирована в захватывающие мистические приключения героев книги. У сына дьявола Астарота пропала жена – чёрный ангел Астарта. Астарот бросается на Землю в поиски. В наказание за эту вольность отец – дьявол лишает его божественного всеведения. Юноша может узнать свою жену только по рождению от неё божественного ребенка. В то время как беглянка маскируется под разных миловидных девушек в различных странах и эпохах планеты. Для опознания любимой дьяволенок должен познать множество красавиц Земли.

Шум твоих шагов в ночной тиши печально стих.

Смотрят звезды вниз и видят грусть в глазах моих.

Может быть и поздно звать тебя,

Только все равно шепчу в ночи любя:

«Подожди – тебя прошу —

Может быть я главное скажу».

1. Сон в руку

Скрип тяжеленной двери вырвал меня из сладкого розового сна. Через дверную щель протиснулась мамина голова и вместе с ней в комнату хлынул тягучий граммофонный скрежет с какой-то залихватской песенкой. Мама, как ей казалось, шепотом пискнула: «Спит!» Ее пьяный шепот вместе с противным алкогольным амбре полоснули по мне, как ядовитая бритва. Заснуть уже не было сил. Мне стало страшно от той реальности, в которой я постоянно находился в свой недолгий век. Мне было 5 лет. Но я отчетливо осознавал, что при живых и достопочтенных родителях я сирота.

Отец возглавлял после 2-й мировой войны военную администрацию Вильнюса. Был постоянно в командировках. И редкие его визиты домой были больше похожи на привал бойца после любовной битвы. Он являлся в помятом и дурно пахнущем мундире полковника Советской армии. Сивушный перегар заполнял оба этажа нашего семейного особняка. Вся обслуга предпочитала прятаться по углам, чтобы не попасть ему под горячую руку. С мамой его диалоги больше напоминали казарменную «высокохудожественную» перепалку. На пару дней весь дом замирал в ожидании очередной папиной командировки. Слава Творцу – папа долго в доме не засиживался.

Мама, как мне казалось, не очень страдала от его отсутствия. Я не мог понять, как мама, занимая высокий пост в Министерстве сельского хозяйства Литвы, умудрялась целыми днями развлекаться с разными дядями. Ее привозили на черных лимузинах изрядно подпившие мужчины. И время суток для нее не существовало. Это могло случится и днем, и ночью, и под утро. Каждый день к маме приходили все новые дяди. Они могли сутками веселиться. Мамин оперный голос пронизывал даже толстенные дубовые двери моей спальни. Она умела и любила петь. А под скрежет граммофонных пластинок она со своими однодневными почитателями могла предаваться веселью бесконечно. Затихала только на естественный перерыв в своей спальне.

Я был полностью отдан на попечение няньки и другого персонала – помощников по дому.

И в этот день я с ужасом забился в угол своей огромной кровати. Накрывшись с головой одеялом, в скорченной позе, дрожа от непроизвольного страха, я пытался коротать очередную бессонную ночь.

Темно было в комнате, темно и жутко было на душе – я сирота, я один на белом свете. И так будет всегда. Надо ли дальше жить? Смерть казалась единственным выходом из страданий юной души и тела.

Среди отдаленных звуков музыки, пения, хохота я вдруг различил странный, ни на что не похожий отголосок. Он как тонкий свист ветра то нарастал, то стихал, поражая своей мелодичностью и обволакивающей нежностью. Я начал прислушиваться. Мне стало не так страшно. Даже высунулся из-под одеяла. Звук стал более отчетливым и все нарастающим. Он уже напоминал то ли звуки органа, то ли художественное завывание ветра в каминной трубе. И тут с силой распахнулось окно и смерч пронесся по комнате. Он ярко розовым шлейфом заметался по углам, а затем клубком завис над креслом, стоящим поодаль кровати. Было очень интересно увидеть развязку этого чуда. Но необъяснимый ужас парализовал, и я с силой сжал веки.

И вдруг все стихло. Наступила могильная тишина. Даже из соседней комнаты не доносилось ни звука. Я начал медленно раздвигать веки. В глаза брызнул мягкий розовый свет. Я опять зажмурился. Но тут же широко открыл глаза. Вся комната была залита нежно розовым сиянием. Источника света не было. Просто сам воздух в комнате светился. И в нем, как северное сияние, переливалось многообразие красок красных оттенков. А в кресле рядом с кроватью начали обозначаться контуры человека. Его образ медленно, как при проявлении фотографии, вырисовывался все более четко. И наконец я увидел мужчину, величественно сидящего в кресле.

Это было зрелище даже для моего детского разума восхитительное. Сначала увидел его в каком-то божественно-фантастическом одеянии с большими черными крыльями за спиной. От неожиданного гостя исходило розовое сияние. Затем одежда начала на нем таять и проявлялась в совсем ином виде: высшей степени элегантный черный костюм, ослепительно белая манишка и красный галстук. Лицо мужчины украшала ухоженная черная бородка клинышком. Его возраст угадать было невозможно. Но он был красив. Его облик завораживал. Гладкая блестящая кожа плотно облегала мышцы лица, лишая его мимики. Взгляд был пронзительным, но не жестоким. Глаза смотрели на меня спокойно, не мигая. Какое-то время мы таращились друг на друга без звука и без движений. Наконец его губы разжались и началась какая-то их артикуляция. Но исходящие из его нутра звуки больше напоминали хриплые бульканья в кишечнике нежели человеческую речь. Эти звуки обтекали мою голову, просачивались прямо в мозг. И тут я начал разбирать их смысл.

Явление отца – сатаны

– Ну вот, сынок. Наконец-то мы встретились.

– Папа! Как я тебе рад, как я тебя ждал, как мне здесь плохо.

Передо мной начала раскрываться вся картина происходящего и свершившегося.

– Папа, так это был не сон?

– Наконец-то ты прозрел. А то я переусердствовал с блокировкой твоей памяти. Хотел, как лучше, а получилось, как всегда. Решил, все-таки, что твоя любовь к собственной жене стоит того, чтобы за нее бороться. Но не мог на расстоянии разблокировать память. Последний астральный импульс в твое сознание не смог разблокировать твою память. Пришлось бы тебе еще не один год помучиться, так как я был очень занят последние годы. Вот только сейчас смог явится лично к тебе и привести тебя в чувство.

– Отец, я тебя ни в чем не упрекаю. Да я и не в праве быть твоим судьей. Это я нарушил все законы Угарита. Но мне приятно твое снисхождение. Я не могу жить без Астараты.

– Тебя оправдывает не только любовь. Ты успел выполнить мое последнее поручение. Одной любовью ты бы ничего не добился от меня. Кто за нас решит проблемы землян. Ведь ты и только ты за них в ответе.

Сколько нам стоило сил, чтобы найти в центре Европы такого честолюбивого придурка как Шикельгрубер (будущий Гитлер). Особых трудов для меня не потребовалось, чтобы вселить в него беса. Иначе что стало бы с нашими планами по оздоровлению политического и экономического климата на земле. Ведь Джугашвили так просто урезонить не удалось бы. Он сам как дьявол. Моя школа. Но и опять из-за тебя я пошел на жертвы. Лет на 50 придется задержать позитивные процессы в России.

– Это почему?

– А ты разве не понял зачем я тебя послал на землю.

– Ты сказал притормозить успехи Гитлера во 2-й мировой войне. Я и притормозил. Ты не объяснял мне конечную цель твоих задумок.

– Задумки были обычные. Только разрушительной войной можно было остановить ползучую заразу, так называемого, «золотого миллиарда». Она вела человечество в пропасть. И норовила распространиться на всю Землю. Им это почти удалось, если бы мы не вмешались. Нашлись в Северной Америке подлинные людоеды, которые пытались опустошить Землю, оставив для себя только необходимую обслугу. Ты и в этой проблеме преуспел. Нагнал на них страху: тайфуны, эпидемии, финансовые кризисы. Немного выровнял баланс сил Западного и Восточного полушарий.

– И все это я натворил по твоему указанию? Убей, ничего не помню.

– Я, наверно, первый раз дал слабину своим чувствам. Но, повторяю, твоя любовь этого стоила. Нельзя было решать земные проблемы, не разобравшись в своих. Ты мне дороже. А 50 лет ожидания славян и других народов ничего существенного не решат. Более того: собственный опыт будет большей гарантией устойчивости их грядущего нового общества. Они будут счастливы. Эти русские запрягают долго. Зато пашут глубоко. Весь мир рано или поздно будет у их ног. Я в них верю. И Ленин и Сталин мне были нужны только для того, чтобы наконец всколыхнуть их неторопливую поступь. Ну да ладно. Расскажи, как собираешься искать свою возлюбленную супругу?

– У меня все как в тумане. Я даже не помню, как оказался в облике этого ребенка. Я не только жену, я самого себя пока плохо представляю.

– Просто закрой глаза и сосредоточься на своем прозрении. Я сейчас все поправлю.

И я впал в глубокий транс. С бешеной скоростью начал вращаться калейдоскоп предшествующей жизни. За считанные минуты я заново прожил всю свою многовековую жизнь. Я увидел ее не как прямой участник, а глазами постороннего наблюдателя.

2. Чертова семейка

Всесильный иерарх Царства Тьмы, великий князь Ада, младший отпрыск Сатаны, воплощение злого начала Вселенной по имени Астарот, был прекрасным семьянином. Его юная красавица жена, богиня плодородия и любви Астарта, создала в его доме уют и благонравие. Несметное количество детей, внуков и их последышей, тысячелетия тешили душу Астарота. Семья бала образцом любви и стабильности Великой Преисподней.

Красавица Астарта с детьми

Но бес попутал Астарту. Обрыдла ей адская любовь. Сказался, видимо, ее юный неустойчивый 2000-х тысячелетний возраст. Решила поискать счастья на грешной земле. В одно из астральных посещений земли, при исполнении своих божественных обязанностей, она пропала. Растворилась бесследно в мирской жизни.

Сильный духом и телом Астарот все испытания прошел в жизни. Он умел править не только злом мира, но и собственными чувствами. Однако потеря любимой стала для него невосполнимой утратой. И, пренебрегая проклятием Сатаны, бросив на произвол и свои божественные обязанности, и многочисленную семью, Астарот несется на землю в поисках любимой.

Последнее свидание с любимой

Но месть Сатаны была жестока. Астарот велением родителя был лишен астральных чувств. Он мог распознать в земной женщине свою половину лишь по рождению от нее божественного ребенка. Это значило, что множество красавиц земли должны были от него родить, прежде чем он распознает в одной из их своего Черного ангела любви.

Итак, в поисках своей жены он оказался на земле. Отец, видимо в насмешку, поселил его в образ прекрасного, но обиженного богом пятилетнего мальчика из Вильнюса. Чуть позже он вновь, уже по собственному желанию и по воле отца, вернулся к прежнему уже повзрослевшему вильнюсскому другу и приступил к выполнению задания отца. На тот момент мальчику, любезно предоставившему ему свой облик, исполнилось 12 лет.

75 лет земной жизни – это миг для вселенной. Но именно столько времени понадобилось Астароту чтобы найти плод своей страсти и любви. Или счастливыми, или жестоко огорченными становились те избранницы, которых обольстил великий князь тьмы в поисках Астарты. И страстную любовь, и сладость надежды, и горечь разочарований испытал могущественный, но уже не всесильный князь тьмы. Его странствия сопровождались вереницей любовных историй и множеством захватывающих приключений.

3. Адовы пущи

Два раскаленных огненных шара пурпурного цвета низвергали с небосвода лучистый поток ярко – розового тепла. Почему-то на небе два солнца. Одно только взошло над горизонтом, а другое плавно, почти на глазах, устремлялось к закату. Они не ослепляли, не обжигали, а наполняли все пространство мягким светом. Лучи, как дождь гранатового сока, стекали с высоты и насыщали собой природу.

Адские пущи

Вокруг все благоухало. Но все краски окружающего мира были в красных тонах. От плывущих по небу облаков цвета фламинго до темно-малиновых очертаний гор. Вокруг множество цветов, аккуратно стриженных газончиков. Некоторые деревья представляли собой огромные круглые шапки цветочных шелковистых букетов, которые так и хотелось поласкать руками. И цветы, и трава переливались многоцветием красной палитры. И, почему-то, эта палитра не казалась однообразной. Наоборот. Она создавала впечатление совершенства мира. Он таким и должен быть. И это не мир через розовые очки – он весь розовый и благодатный.

Гулящие грешники

Странной показалась бы окружающая обстановка. На улицах не было никакого транспорта. Плотный людской поток не спеша хаотично фланировал по чистеньким улочкам, по ковровым газончикам, не разбирая дороги и в неопределенных направлениях. Как броуновское движение молекул. И, уж совсем необычно – все люди (если это люди) были обнаженными. И грудные младенцы, и изящные в своей молодой эстетичной пластике юноши и девушки, и согбенные старцы. Все прогуливались словно на нудистском пляже в чем мать родила. И их лица, под стать окружающему миру, светились счастьем, покоем и умиротворением.

И это есть АД?! А где же раскаленные сковородки? Где души грешников, корчащихся в муках? Нет ничего этого. А есть совершенный мир, о котором мечтает человечество. Но это не мир зомбированных полуроботов. Здесь есть свои законы общества, законы бытия. Здесь горят страсти, здесь есть любовь и ненависть. Есть мечты и разочарования. Есть и семья, и друзья, и враги. Есть общественно полезный труд. Одна разница с привычным земным устройством – здесь все только рождаются и никто не болеет и не умирает. Все вечно, бесконечно и мир, и его обитатели.

И это то самое Темное Царство во главе с императором Великой Преисподней, Князем Света и Ангелом Тьмы, всемогущим Сатаной? Да – это тот самый ад. Он имеет и свое божественное название – Угарит.

И наконец мое сознание начало приобретать вполне осмысленные формы. Я, как сын Сатаны, в иерархии правления Угарита занимаю далеко не последнее место. Являюсь одним из претендентов во властители мира. Представляю собой воплощение злого начала в мироздании. Мой расхожий эпитет – «ужасный». У меня есть и земные обязанности: я отвечаю за народонаселение Земли. Если требуется по законам целесообразности, я могу мечом, огнем, жестокими эпидемиями быстро разрешить проблему разбалансированности ресурсов и потребления на Земле. Это тоже благо. Во вред смертных мы ничего не делаем. Мы хотим хоть частично приблизить уровень их жизни к совершенству. Но процесс этот бесконечный. Мы в силах лишь указать путь. А создать счастливую жизнь они должны сами. Только люди могут сами разобраться в своих потребностях и желаниях до конца. И всегда их необходимо держать на некотором расстоянии от достижения желаемой ими цели. Иначе остановится прогресс и продвижение к совершенству.

Сын Дьявола

Я еще относительно молод. Мне не стукнуло и 4-х тысяч лет. Я бодр, красив, умен, физически силен. На мою атлетическую фигуру засматриваются и юные прелестницы. Но я своим вниманием облагодетельствую только мою драгоценную супругу – прекрасную Богиню любви и плодородия Астарату. Я, вопреки принятому в аду многоженству, имею лишь одну жену. Даже ее одну я не могу полностью насытить любовью и нежностью. Но это цель моей жизни. Я ей это доказываю каждое мгновение. Она молода. Ее красота и мудрость безупречны. Несмотря на юный возраст, без малого 2 тысячи лет, она единогласно признана величайшим божеством красоты, любви и плодородия. У нас более сотни детей, внуков и их последышей.

Моя страстная любовь к ней не позволяет даже исполнять одну из моих божественных обязанностей: насильно одаривать материнством непослушных девиц. Дело в том, что в борьбе с силами Света, мы уступаем в численности населения планеты. У нас законом запрещена девичья невинность и любое преждевременное прекращение беременности. Совершеннолетие девиц наступает в 100 лет. И они не имеют права просрочить ни одного дня без зачатия новой жизни. Мы, Боги, строго следим за исполнением важнейшего закона жизни. С непослушными разговор короток – они подвергаются насильственному оплодотворению.

4. Ни черта не разберешь

Мне предстояло найти на земном шаре среди 4-х миллиардов женщин свою жену. Эта задача непосильна даже для Бога. Бога, лишенного отцом – дьяволом своего могущественного дара за самовольную отлучку из Ада.

Калейдоскоп событий последних дней на Угарите ярким спектром пронесся у меня в сознании.

Выполняя задание Сатаны на Земле моя красавица, моя любовь, моя лучшая половина, моя жена Астарта не вернулась назад в назначенное время. Случай из рук вон выходящий. Такого за весь период правления Сатаны не случалось ни с одним из жителей Угарита. А тем более с особой божественного ранга. Это расценивалось как предательство всем Черным святыням, как бунт в Преисподней. Был созван Великий Императорский Совет. Божественные иерархи всех рангов в один голос твердили о высшей мере наказания вероотступнице – лишения ее вечности жизни. После некоторых раздумий Сатана сам принял решение. Всему Совету оно показалось в высшей мере странным. Зная решительность и бескомпромиссность императора Великой Преисподней, когда речь заходила о инакомыслии и бунте в высших иерархических кругах, это решение заставило содрогнуться даже бывалых дьявольских предводителей. Что может быть выше высшей меры наказания? А Сатана, встав с трона, заявил: «Все свободны. Решение мною принято. Каково оно – узнаете поздней».

Я не знал, как подойти к отцу. Понимая, что вопросы государственного устройства Ада – важнейшие и для Сатаны, и для всего населения Угарита. Но я потерял, как мне казалось и кажется по сей день, большее: я потерял свою любимую.

Первая мысль, а точней, первая безумная идея, которая меня посетила – это броситься на землю в поисках Астарты. Я осознавал, что мне не достичь даже энергетической зоны Земли, как буду возвращен назад. Без ведома Сатаны никакие астральные перемещения были невозможны. Находясь в полной растерянности, я размышлял: «Что же могло толкнуть мою единственную, мою ненаглядную настоль неординарный шаг?» Дальше всего я был от мысли о ее предательстве интересов Преисподней. Я всеми фибрами своей души воспринимал ее решение как упрек мне. Только не понимал за что. Я окружил ее заботой не как принцессу (она ей и была), а как драгоценнейшее существо моей жизни и моих помыслов. Моя любовь к ней стояла выше всех остальных желаний, интересов и даже божественных обязанностей. Как мне казалось, наша многочисленная семья еще больше укрепляли нашу любовь. За полтора тысячелетия безоблачной жизни мы воспитали более сотни детей, внуков и их последышей. Астарта всегда отвечала на мою любовь нежностью, заботой, добротой, лаской. Но была ли это любовь? Вот в чем вопрос. Может это просто дань супружеского долга, выполнение предписанных законом обязанностей жены и матери?