Закономерные случайности Даши Переделшиной. Тараканы

Корректор Ирина Бехтер

Корректор Светлана Савина

Иллюстратор Татьяна Исупова

© Валерий Бехтер, 2023

© Татьяна Исупова, иллюстрации, 2023

ISBN 978-5-0059-4715-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1. Куда пропало детство?

– Дашууляя!

– Папа, ну, что опять? Я занята.

– Нам сегодня в бассейн, а ты еще даже не приступила к домашке. Когда ты вылезешь из своих телефонов?

– Пап, могу тебя порадовать: по русскому был диктант – на дом ничего не задали. Матешу сделала на перемене. А остальное сплошная муть: окружайка, физра и ИЗО.

– У тебя же вечные проблемы с окружайкой. Давай хоть пробежим по учебнику.

– Я и так знаю, что земля вращается вокруг солнца и какие на небе созвездия. Даже знакома со своим родным «Скорпионом».

Несчастное детство

– Хоть пообщалась бы со мной. И, вообще, зачем тебе два телефона?

– Во-первых, телефонов ты сам мне накупил. Во-вторых, не два, а четыре. Считай: часы с симкой, один телефон обычный, а второй с двумя симками. Уж все это мне точно ни к чему.

– Как это ни к чему? Часы, что бы оставалась на связи в школе. Телефон вам запрещают брать с собой. Две симки в телефоне от разных операторов. Опять же, что бы у тебя была всегда надежная связь и в Москве, и в деревне. У каждого оператора свои географические проблемы. А второй телефон, если помнишь, появился после неудачного ремонта первого. Но первый, все-таки, удалось отремонтировать. И ты налегла на оба сразу. Зачем тебе второй?

– Как это зачем? На одном я строю для себя дом на собственном острове. По-другому – общаюсь с Тамиром или еще с кем-нибудь. А с тобой и не поговоришь. Ты вечно чем-то занят. В свои 76 лет мог бы, наконец, успокоиться и лежать на диване, поплевывая в потолок.

– Доча, ты не забыла, что мы с тобой живем одни. И на мне и производственная работа, которая кормит и одевает тебя; и все домашнее хозяйство, и все заботы о тебе.

– Найми себе помощников. Или ты так плохо работаешь, что только на меня хватает?

– Просто я не люблю, когда в доме мелькают посторонние. Да и самое худшее, что я мог бы сделать в моем возрасте – это приклеиться к дивану. Тогда уж точно замуж тебя не выдам. Кстати, почему ты вечно издеваешься над моим возрастом? Я еще ого-го. В теле, при фигуре. Давай кто больше подтянется. Залезай на свой спорткомплекс. Вот. Я десять раз подтянулся, а ты только пять.

Папа всегда прав

– Ладно. Раз ты меня смог расшевелить, давай пообщаемся. Я сама хотела серьезно с тобой поговорить. Так что смотри не обижайся, если ненароком наговорю лишнего.

– Интересно. Как ты быстро взрослеешь! Такие обороты речи, такая интрига! Я весь внимание.

– Сегодня это уже будет в-третьих: ты отнимаешь у меня детство!!!

– Во как???

– Именно.

– Как же я могу отнять у тебя то, что по праву принадлежит только тебе и что дано тебе всевышним?

– Ты только не прикрывайся богом. Я знаю, что ты с ним в приятельских отношениях, но это не дает тебе права злоупотреблять его доверием.

– Откуда ты знаешь о моих отношениях с богом?

– Я не слепая и не глухая. Не раз замечала, как ты с ним общаешься, когда у нас случались проблемы. И сразу после этого все разрешалось в лучшем виде.

– Проблема у меня только одна – это ты.

– Какое единодушие, а у меня ты.

– Дарья, подбирай слова. В чем это от меня проблемы? Я твой отец. А родителей не выбирают. Они сваливаются неожиданно, как снег на голову. Я тебя породил, я тебя воспитал, я тебя кормлю, одеваю, лечу, развлекаю, таскаю в школу, по разным кружкам…

– Стоп! Давай по порядку. Мне уже девять лет вчера исполнилось.

– Кстати, ты так и не рассказала, как вы развлекались в этом клубе, как его?

– Развлекались на всю катушку. Но именно после таких праздников опять начинаются серые будни, смертельная тоска.

– Всю жизнь веселятся только полные придурки. Ты, по-моему, далека от этого.

– Наоборот: именно я и есть полная придура.

– Это как понять?

– Смотри сам: после школы и занудной домашки по понедельникам и средам танцы, по вторникам и четвергам бассейн, по субботам, аж пять часов без передыха и без нормального питания, скульптурная лепка и живопись. Хорошо, что у тебя хватило… избавить меня от английского и карате. Кстати, зря карате бросили. Напрасно что ли год прозанималась, получила белый пояс и сертификат профессионального бойца. Правда, после мастер класса с этим, как его, Алексеенко, чемпионом мира по дзюдо, я больше хочу заняться борьбой. Ну, и где мое детство?

– Хорошо. Давай вместе поразмышляем на эту тему.

2. Без труда не вытащишь рыбку из пруда

Дочь ввела меня в глубокую задумчивость. В ее претензиях промелькнуло и мое некоторое опасение: не перегружаю ли я ее? Но я, действительно, снял репетиторство по английскому, отменил даже карате, которое Даше проходило как ни что другое. Но совсем без ничего Даша станет полным рабом телефона. Я ей телефон, со всеми онлайн причиндалами, не запрещаю. Лишь слегка ограничиваю. Хотя и в этом нет никакой нужды – Даша по горло заняты другими, на мой взгляд, полезными делами. Умные педагоги (мне и такие встречаются изредка) говорят: «В наш век не уметь пользоваться гаджетами все равно, что не знать, что такое ложка и вилка». Так и есть. Я сам с трудом прошел путь от пещерных представлений об it технологиях до необходимой целесообразности владения ими. Даже мне, кандидату технических наук, еле-еле далось это познание.

Ну, что ж, надо разбираться. И разбираться не для создания собственного комфорта жизни, а для Дашиной необходимой и достаточной загрузки по всем направлениям ее деятельности. Прежде всего надо выяснить ее собственное представление о, так называемом, счастливом детстве.

– Даша, а как ты сама представляешь идеальный вариант счастливого детства? Только не говори, что все виды обучения, суп, котлеты надо отменить и заменить их на телефонные игрища, беготню по улицам в обнимку с попкорном и конфетами.

– Пап, ты же сам сказал, что я не полная дура. А я привыкла иногда и доверять тебе.

– Спасибо и на этом. Но, все же, что ты предлагаешь изменить, заменить, исключить, добавить в твоей жизни?

– Ты же знаешь: я будущий скульптор…

– C этого места, пожалуйста, поподробней. Значит академию искусств мы не отменяем?

– Мелькали у меня такие мысли – отменить. Но это было на первом году. А на третьем году я, наконец, поняла, что ты изредка бываешь прав.

– Сегодня от тебя комплименты в мой адрес сыплются как из мешка изобилия. В чем я в этом случае осчастливил тебя своей правотой?

– У меня на первых порах ничего не получалось. Лепила какую-то ерунду и вечно препод меня одергивал, подсказывал, даже перелепливал за меня. Сейчас мои произведения красуются на учебной выставке в одном ряду с лучшими учениками академии за долгие годы ее существования. Ты меня в то время попросил потерпеть. Мол, академия и есть для того, чтобы все перетерпев, стать гением.

Скульптор за работой

– Припоминаю. Но я тебе не только это сказал. Я сказал, что бог одарил тебя художественным даром. Ты с трех лет лепила целыми днями. Радовалась сама красивым поделкам и восхищала меня. И еще я сказал, что бог редко кого награждает талантом, но он, с таким же успехом, может его отобрать. Только тогда, когда бог уверен, что талант находится в надежных руках, он сохранит этот дар навечно. И еще я тебе объяснил в чем заключаются условия и требования бога. Во-первых, человек должен быть трудолюбивым. Как гласит русская пословица: «Без труда не вытащишь рыбку из пруда». Во-вторых, талант должен работать только на благо общества. А для этого надо стараться выработать в себе такие качества как: порядочность, честность, дружелюбие, терпимость, щедрость, да и многое другое, что делает человека социально полезным. Ибо талант может на какое-то время оказаться в руках вора, лгуна, жадины и тому подобное. Такой талант обществу не нужен. Бог его немедленно изымает и наказывает грешника.

Теперь настала Дашина очередь призадуматься. Я всегда доверяю результатам Дашиных размышлений. Главное добиться этого процесса. И в этот раз она выдала нечто креативное.

– Папа, я придумала, чем могу осчастливить и себя, и, надеюсь, тебя.

– Я весь внимание.

– Еще на первом курсе академии мой препод сказала (это слова какого-то Микеланджело): «Что бы создать великолепную скульптуру, достаточно от куска мрамора отсечь все лишнее». Мы пока работаем не с камнем, а с пластилином. Но и тут она сообразила, как облегчить наш труд. Она внушила нам, что, когда мы что-то лепим, сначала надо представить в своем воображении полость в виде будущей скульптуры и потом плавно заполнять эту полость.

– Здорово. Нам повезло на умного преподавателя. Поэтому и такие успехи у тебя. Но какое это имеет отношение к строительству твоего счастливого детства?

– Самое прямое. Надо от самого процесса жизни отсечь все проблемы и останутся одни удовольствия. И потом остается представить и мысленно оформить емкость, удерживающую в себе эти удовольствия в постоянном режиме. Как, здорово я придумала?

– Дааа. Здоровей не придумаешь. Только и для этого нужен талант. Уметь лепить и рисовать совсем не значит, что и уметь строить свою жизнь. Можно по неумению такого настроить, что сам бог не разберет.

– Вот именно, как раз бог-то и разберет. Только как мне с ним связаться и попросить о помощи? Ты с ним вась-вась. Вот и займись. Ты отец мне или…?

– Остановись. У тебя мысли не только самонадеянные, но и кощунственные. Нельзя с богом так «вась-вась» общаться. Он сам знает и видит кому нужна помощь, кто стремиться к общественно-полезному созиданию, а кто просто лентяй и хочет получить все готовенькое. Как говорят в народе: «ждет манну небесную».

– Я манку не люблю и мне она не нужна.

– Даша, вы же проходили по русскому фразеологизмы. Это просто образное выражение. Оно обозначает, что кто-то ждет подачки от других, не прилагая к этому никаких усилий.

– Так бы и сказал. А то манкой пугаешь. Тьфу какая гадость. Ты по делу ответь. О моих планах.

– Мысли замечательные. От них так и прет «креативом». Почему же ты до сих пор не организовала это «отсечение лишнего»? Девять лет мучаешься во мгле и несчастьях.

– Сейчас я выскажу то, что ни тебе, ни, особенно, мне не понравиться: мне для входа в новое измерение не хватает мозгов!

– Да, самокритично. А что-то хоть предприняла в этом направлении? На чем споткнулась? Если ты сможешь меня убедить в своей целеустремленности, то и мне будет с чем к богу обращаться. А может я вас напрямую познакомлю. Ведь такое знакомство – не только привилегия, но и ответственность на всю жизнь. Ты готова к этому?

– Я понимаю, что это очень ответственный шаг. До конца я все осознать пока не могу, но буду очень стараться. Ты же сколько раз убеждался в этом и приговаривал: «Терпение и труд все перетрут».

– Я уверен в главном: ты созрела для великих свершений. Только ты обязана понимать, что всевышний не сидит на завалинке и не дожидается, когда же Дашенька соизволит обратиться к нему со своими молитвами и пожеланиями. У него только на земле таких как ты восемь миллиардов.

– И что такая очередь? Мне и жизни не хватит, чтобы дождаться своей.

– Очереди там нет никакой. Небесная канцелярия работает не в пример нашим поликлиникам: четко, быстро и результативно. Однако их надо убедить в праведности своих помыслов, в истинности веры, в собственном трудолюбии и безграничной любви к людям.

– Все это для меня несколько ново. Но я готова попробовать все испытать на себе и дать пользу людям.

– Ничего другого я и не ожидал от тебя услышать. Тогда за дело. Я попробую твою просьбу довести до бога. Считаю, что при таком осознании с твоей стороны сложности и важности проблемы, он тебе поможет.

3. На бога надейся, да сам не плошай

Неделя у нас с Дашей прошла как в сладком бреду. Мы, не замечая друг друга бродили по квартире, гуляли, ели, пили (благо у Даши начались каникулы) и трещали мозгами, разрабатывая план общения с богом. Накопленные мысли и решения каждый до поры держал при себе, лишь изредка обмениваясь особо ценными умственными открытиями. И, наконец, мы оба дозрели до исторических, высоко значимых молитв. Первая пришла в себя Даша:

– Папа, я знаю, что надо делать.

– Интересно. Я тоже кое-что придумал. Давай ты первая начинай.

Видимо мысли превратить в слова не так-то просто. Дочь напряглась до того, что казалось даже волосы зашевелились на голове.

– Нельзя к богу идти с пустыми руками, с одними пожеланиями чуда. Надо нам с тобой сначала тщательно и многозначно проработать множество возможных вариантов. Ведь отсечение каких-то проблем может привести к непредвиденным результатам. Например, я убедилась, что совсем не плакать ни от физической, ни от душевной боли нельзя. Когда перетерпливаешь боль в себе становится еще хуже. И, наоборот, создание для меня какого-то нового яркого и интересного явления может обернуться для других поводом для зависти и враждебности ко мне. Я, например, хочу научиться летать. Но не могут же все люди тоже парить над землей. Кому-то надо и по земле ходить.

– Не перестаю восхищаться глубине твоих мыслей. Излагай дальше.

– Начнем с того, что необходимо непременно сохранить и нельзя отсекать ни при каких обстоятельствах. А затем попытаемся сформулировать и описать те события и явления, которые принесут счастье и мне, и не повредят другим детям.

Даша была очень многословна и сбивчива, перечисляя дорогие для нее события и мгновения из своей жизни. Потом перешла к своим пожеланиям – источникам веселья, развлечений, беспечного поведения. В общем, всего того, что она считала счастливым детством. Она пыталась как бы убедить и меня, и себя в своей правоте. Хотя я был готов подписаться под каждым ее словом. Расскажу о содержании ее, порой по-детски наивного и не полностью осмысленного, монолога по порядку с позиции умудренного опытом жизни и разных наук человека и отца. Основной тезис ее мыслей сводился по своей сути к пословице: «На бога надейся, да сам не плошай».

Без ложной скромности я могу вполне ответственно заявить: Даша является во всех отношениях вполне самодостаточным ребенком. Она далеко не глупа. Даже порой поражает полетом своего ребяческого интеллекта. Она физически прекрасно развита. Я всегда следил, организовывал и добивался неплохих результатов в ее физической активности. Даже, порой, приходилось эту активность притормаживать на ее же благо. Так, например, с шести до семи лет она занималась карате. По началу, как любое новое трудовое начинание, ей не очень-то нравилось. Потому, что любой спорт – это действительно большой, тяжкий труд. Но когда стали получаться такие непривычные для всех ее сверстников, одноклассников приемы как шпагат, мостик, высокие прыжки и, наконец, боевые навыки, она вошла во вкус. Финиш всему этому – мастерский белый пояс с сертификатом профессионального бойца. Вот тогда все пошло как по маслу. Все ребята вокруг стали ее считать своим кумиром. Но, все-таки, мне пришлось отстранить ее от столь престижного и полезного во всех отношениях спорта. В этом спорте выявился, как ни прискорбно, и один негативный фактор, который показался мне в тот момент важнее Дашиного пристрастия к боевому искусству. Даша начала, если так можно выразиться о хрупкой девочке, мужиковеть. У нее появились жесты и походка присущие тяжеловесам, пропала характерная для всех девочек пластичность. Кроме отца, то есть меня, никто этого и не замечал. Наоборот – это стало ее персональным имиджем. Я сам, как бывший спортсмен, понимал, что закончится это для девушки плачевно. Если профессиональные спортсмены, особенно женщины, вынуждены чем-то жертвовать ради побед (в том числе и своей внешним видом), то от Даши таких жертв я не хотел принимать.

Профессиональным спортом я сам был сыт по горло. Я был боксер и каратист. Все это пригодилось мне всего в трех случаях в жизни, а потеря здоровья была невосполнима. В общем, через год я перевел ее из предельных физических нагрузок в разумно допустимые. Даша стала танцевать. Добилась и на этом поприще высоких результатов. Завоевала за три года массу дипломов и медалей. И, главное, к ней вернулись былая женственность и кошачья пластичность.

Далее о Дашиной самодостаточности. Она очень коммуникабельна, дружелюбна. Обожает возиться с маленькими детками. Да и со сверстниками всегда мгновенно находит общий язык. При первой же встрече на игровой площадке инициативно заявляет первому подвернувшемуся ребенку: «Привет. Я Даша. А как тебя зовут. Давай дружить сегодня». А как она готовится к простой прогулке на игровую площадку? На подготовку уходит не меньше часа. Я за свою жизнь воспитал четверых детей, но не знал, что прогулка для ребенка может быть столь важным и ответственным мероприятием. Моя прелестная дочь анализирует возможные интересы разных детей и под эти интересы набирала самые различные игровые предметы: самокат, мяч, ракетки для бадминтона, лизуны и прочие развлекухи для сподвижников по площадке. Все детишки не только бывают в восторге при ее появлении на площадке, но и приучили своих родителей тоже притаскивать разный игровой реквизит. Даже живых котят и щенков. Это пользовалось особым спросом у детей. Игровая площадка превращалась в детский клуб по интересам.

Апогей Дашиной коммуникабельности проявился во время нашего совместного отдыха в подмосковном санатории. Когда мы там объявились, санаторий представлял унылое зрелище – чисто стариковскую богадельню. Правда бабки и деды были, как правило, со своими внуками. Видать папы с мамами находили для себя более достойные развлечения. А у нас раз в день кино не самого лучшего пошиба, четырехразовое питание, прогулки, сон. На завтра все как под копирку. Аниматоры хоть и были, но расшевелить нашу братию никому не удавалось. И, представьте, вдруг на землю с небес падает яркая звезда, которая способна не только светить сама, но и разжечь огонь в сердцах обитателей этого забытого богом заведения. Под все профессиональные потуги аниматоров Даша стала имиджмейкером и зазывалой. Начала собирать необходимый контингент и детей, и стариков. Сама бегала по палатам, зажигательно рекламировала те или иные мероприятия. Чуть ли не принудительно сгоняла эту сонную братию на улицу в эстрадную зону. Мы с собой привезли музыкальный переносной центр с записями танцевальной музыки. Планировали укрепить за лето ее профессиональные танцевальные навыки. А тут раскрылись такие возможности. И не только для нее, но и для всех отдыхающих. Как профессиональная зазывала, дочка включала музыку на всю катушку и начинала выделывать невообразимые танцевальные кульбиты. Ее пример заражал активностью и весельем всех остальных. Танцпол трещал от разухабистых плясок. Но не танцами едиными заражала всех Даша. Принимала участие во всех игрищах, викторинах и прочих развлекухах, которые умело организовывали проснувшиеся от ленивой спячки аниматоры. Но не все отдыхающие и не сразу, особенно деды, приняли столь беспокойные мероприятия. Брюзжали: «Мы сюда отдыхать приехали, а не плясать». Но их голоса вскоре зачахли на подъеме всеобщего веселья. Это пробил Дашин звездный час, пошла полоса народного признания. Признание ее организаторского таланта, личной инициативы и природного дарования.

Даша – затейница

А если вспомнить санаторную столовку? Там хоть и был так называемый «шведский стол», но Даша очень разборчива в еде. А казенную еду ей вовсе не воткнешь. Даша нашла в столовой новое развлечение. Она стала помогать официантам убирать грязную посуду, а пожилым людям помогала поднести блюда к столу, сбегать, кому нужно, за добавкой. Она и здесь покорила всех своей находчивостью, проворностью, доброжелательностью. Тогда и бабки не остались без ответного внимания. Они наперебой внушали Даше пользу каждой калории, столь небрежно приготовленных здешними поварами. Самое странное, что эти увещевания помогали. Мне не приходилось насильно вдавливать в дочь еду.

В санатории не было ни одного ребенка и взрослого кто бы не был с Дашей в приятельских отношениях. Она всех знала по именам и у всех успевала порасспросить о здоровье, об интересах, предлагала помощь во всем.

Когда мы уезжали, весь санаторий вышел нас провожать. Дети обливались горючими слезами, бабки горестно охали, даже сварливые деды молча страдали. А администрация санатория заверила нас о самом достойном приеме в любое время года.

Я немало приложил усилий в свое время и на постановку Дашиной речи. Она сейчас отличается от многих высокохудожественным слогом и дикцией Цицерона. А начиналось все более чем печально. До семи лет красавица девочка не выговаривала ни одного рычащего, свистящего, шипящего звука. Еще и букву «Л» произносила с польским акцентом, как «У». Я подключил всю московскую логопедию и дефектологию. При департаменте образования есть такая странная, с трудно произносимым названием комиссия: «Педагогико – психологическая – медицинская комиссия». Она дает добро на бюджетное излечение детей от любых недугов. С пяти до семи лет эта комиссия издевалась над моим ребенком. Я привлекал и частных логопедов-дефектологов. Но все в расстройстве заявляли, что это какой- то глубинный дефект. Что с годами может что и улучшится. Какие там могут быть годы? Ребенок учится в школе. А там повод для насмешек всегда найдется. По себе знаю.

Вот я и вспомнил. Это же наследственная беда. Я сам аж до четырнадцати лет безбожно картавил. Тоже не выговаривал почти все согласные. Мною было некому заниматься. Ни очень-то повезло с родителями. И когда я оказался оторванным от дома, учился в техникуме за двести километров от родителей, я попал в жуткую подростковую обстановку. Пацаны беспощадно высмеивали друг в друге любые недостатки. Всегда находились жестокие главари, которые верховодили всеми издевательствами. И защитить нас было некому. Тогда мне и пришлось самому стать и логопедом, и защитником самому себе. За первые же каникулы я сделал огромный скачок в физическом развитии – увлекся боксом. И так, наверное, и время подошло, что я за лето вырос на 15 сантиметров. И, самое важное, я целыми днями бубнил ненавистные звуки, превращая позорное шепелявие в отборную речь. И, как ни странно, все получилось. Когда я высокий, мускулистый, грозный на вид при появлении в общаге после каникул произнес ломающимся баском «ЗДРРРАСТЕ». Все притихли. А, признанный ранее авторитет, уступил мне у окна единственную в комнате одноэтажную кровать.

Под впечатлением собственных воспоминаний я сам занялся Дашиной речью. Накупил всяких умных пособий и приспособлений. Начал методично отрабатывать с Дашей каждый звук. Посвятили этому процессу летние каникулы. И чудо повторилось – К началу учебного года Даша заговорила на диалекте Цицерона. Очень вовремя я спохватился с ее речью. Насмешники еще не появились к тому возрасту. И другие дети владели речью так себе. А Даша за лето всех их превзошла. Но не звуками едиными я насыщал свою дочь. У нее и с чтением была какая-то патология. Даже нашел ей медицинское название – дислексия. Черта с два, я не признаю ни каких пожизненных дефектов. Все дело как с ними бороться. И мы с Дашей опять победили. Это тоже был труд не из легких. Никакие писаные рекомендации не помогали. Даша до окончания второго класса кое-как тянула чтение. Но мы упорно читали и читали. Оба верили, что победа будет за нами. И вот в третьем классе мою прелесть прорвало. Она не только стала бегло читать, но и вооружилась огромным запасом общих знаний из десятков прочитанных книг. У нее развилась зрительная память. Ей выучить стих – раз плюнуть. Два-три раза прочитывает и пятерка гарантирована.

На мой взгляд Дашино детство было ущербно только в одном – у нас была не полная семья. Мы с ее мамой были в разводе. А Даша, как наиболее ценный субъект, при дележке имущества, досталась мне. По этой же причине у Даши не оказалось ни братьев, ни сестер. Мы одни с ней живем. Мама же, со своим новым кавалером и Дашиной бабушкой по маме, спокойно сожительствуют где-то неподалеку. Я ни в коем случае не позволял себе изолировать ребенка от матери. Наоборот, всячески стремился реализовать Дашину привязанность к матери: отправлял на выходные, просил мать почаще самой приезжать к ребенку. Но та не особо стремилась проявлять высокую социальную ответственность. Это была моя третья по счету и очень молодая жена. Седина в голову – бес в ребро.