Вычегда

Действующие лица.

Больной, 25-30 лет

Доктор из Москвы

Местный врач

Наташа, 27 лет

Даша, дочь Наташи

Густав

Санитары

Россия. Архангельская область. Больница. Наши дни.

Больничная палата. В палате – кровать и стол. На кровати сидит Больной. Он пытается дотянуться рукой до спины. Не получается. Больной встает и трется спиной об стену. Входят Доктор и местный врач. Врач в руках несет стул. Больной садится на кровать и кладет руки на колени. Врач ставит стул посреди палаты.

Врач (Больному). Здравствуйте.

Больной. Если это вопрос, то ответ положительный. (хихикает)

Врач (Доктору, смеясь). Вот такой остроумный у нас больной… (Больному) Дорогуша, к нам приехал сам Игнатий Федорович из Москвы. (Показывает на Доктора)

Больной. Из Москвы? И я после этого больной? (Хихикает)

Врач. Игнатий Федорович – профессор. По телевизору выступает. Великий доктор. А к нам он приехал, только что бы на вас посмотреть.

Больной. Не верю. Не верю. Я не Станиславский, но все равно не верю. Он приехал, что бы бухнуть в кафе «Жуй Жор» и снять местную «сисяську». А я отмазка для жены. (хихикает)

Врач. Больной, успокоитесь.

Больной. Я не больной. Я не больной. Я не болею. Я не болею… Гады.

Врач. (Доктору) Ну что скажете?

Доктор. Ничего. (Больному) Добрый день. Я действительно приехал издалека, и я хочу вам помочь.

Больной. Помочь? Вы, правда, хотите мне помочь?

Доктор. Да.

Больной. Тогда почешите мне спину между лопаток (хихикает).

Доктор чешет спину Больного.

Больной (недоуменно). Я пошутил.

Доктор. А я нет.

Больной. Если вы хотите мне помочь, то где ваш гарпун?

Доктор. Гарпун?

Больной. Мне поможет только гарпун в спину. Что бы вы тащили меня за своим катером, пока я не истеку всей кровью.

Доктор смотрит вопросительно на Врача.

Врач. Это постоянная песня. Вчера спрашивал про топор, позавчера про бензопилу. Типа, распилите меня, и станет легче.

Доктор (Больному). Я привез с собой гарпун, и я обязательно убью вас, а потом распилю на части. Но чтобы это помогло мне нужно сначала с вами поговорить.

Больной. Да вы маньяк. Нам надо срочно поменяться местами (хихикает).

Доктор. Успокойтесь. Вот выпейте (дает стакан).

Больной. Это что?

Доктор. Витамины.

Больной (пьет). Вкусно. А скоро накроет?

Доктор. А разве еще не накрыло?

Больной. Вроде нет… Хотя может быть уже и… (задумывается)

Врач. Ну, я пошел. У меня обход.

Доктор. Конечно, идите.

Врач. Часа вам хватит?

Доктор. Думаю да.

Врач уходит. Доктор садится на стул.

Доктор. Расскажите свою историю. Самое главное подробности и мелочи. Говорите все, что только вспомните.

Больной. Я так очень долго могу говорить. Вы поседеете слушать.

Доктор. Говорите.

Больной. Ну. Это… Ну не помню, как я родился. Первое, что помню – это мамкину сиську. Она была такая вкусная-превкусная. И никакой эротики.

Доктор. Подождите. Так я, действительно поседею. Я хочу услышать историю про ту самую девушку и так далее со всеми медведями и старцами. Я уже в курсе, но мне нужно многое уточнить.

Больной. Хорошие витамины. А вы за химию или за физику? Химия рулит миром или физика?

Доктор (не отвечая). Давайте начнем с того, что вы приехали в Москву.

Больной. Да? (пауза) Я приехал в Москву. У меня был отпуск, и я решил смотаться на пару дней. Обожаю ночевать в гостинице. Такое чувство, что этот мир создан для тебя.

Доктор. Вы приехали в Москву, что бы переночевать в гостинице?

Больной. Вы – идиот? Я приехал, что бы погулять, развеется, покутить, в конце концов.

Доктор. И как вы планировали кутить?

Больной. Никак не планировал. Хотел в «Мегу» съездить, в «Икее» карандашики потырить, на Красной площади посидеть – птичек покормить, ну и гостиница в том числе. И вообще мне нравится, московский народ. Носятся, как сперматозоиды за яйцеклеткой. У всех планшеты, телефоны. Всем не то чтобы некогда, а словно дорвались до бесплатного фитнесс-клуба. Странно, что они по эскалатору не бегают задом наперед. Просто вижу эту картинку. «И дурью маюсь и для здоровья полезно».

Доктор. Вы на поезде приехали?

Больной. А причем здесь это? Конечно на поезде.

Доктор. В плацкарте или купе?

Больной. В плацкарте. Я всегда езжу в плацкарте. А зачем вы спрашиваете?

Доктор. Я же доктор. Вопросы часть моей работы.

Больной. То есть вам за такие вопросы деньги платят?

Доктор. Можно и так сказать?

Больной. И сколько стоил вопрос про поезд? (Хихикает)

Доктор (пауза). Вернемся в Москву.

Больной. Вы-то вернетесь, а я вряд ли.

Доктор. Ладно, забудем про Москву. Как вы встретили Наташу? Ведь так звали вашу девушку?

Больной. Вы даже не представляете, насколько вы правы. Наташа, действительно, моя девушка

Доктор. Расскажите про нее и про вашу встречу.

Больной. Ну. Это… Может еще витаминчиков? А то как-то недоторкнуло.

Доктор с готовностью встает, разводит витамины и дает стакан Больному. Больной выпивает.

Доктор. Вы начинайте, а вас скоро доторкнет.

Больной. А про что мы?

Доктор. Про Наташу. Как вы познакомились?

Больной. Наташа… Да, Наташа. Да… (очнувшись) Наташа – это удивительная история. Я приехал на вокзал, что бы купить обратный билет. Пока стоял в очереди, я проголодался и зашел в «пельменную». Смешное заведение с лошадиными столиками, но пельмени там вкусные. Не просто пельмени, а пельмени с мясом. С чьим мясом лучше не уточнять, но если абстрагироваться от цивилизации, то по фиг. Если коровка нам милей крысы, то кто мы после этого? Тот самый дракон, который выбирал первых красавиц и не хотел кушать уродин? Нам бы добрых коров за стол сажать. А мы их убиваем, а злыми крысками брезгуем. А крысы на вкус не хуже, если верить китайцам.

Доктор. Стоп. Стоп. Вернемся в пельменную. Что такое лошадиные столики?

Больной. Ну, это столики, за которыми едят стоя. Не очень удобно и не очень дорого. А кстати вы знаете, что мясо придумали в Саранске?

Доктор. Что?!

Больной. Ну, мясо, которое мы едим, придумали в Саранске. Оттуда все пошло. А мясо, пожалуй, важней таблицы Пифагора будет. Так что греки отдыхайте.

Доктор. Стоп. Стоп. Стоп. Хватит про мясо. Давайте про Наташу.

Больной. Так я про Наташу и говорил. (хихикает) В Наташе критически большой процент мяса. Причем очень нежного. Если исходить из гастрономической логики человека, то любимые девушки – это исключительная «вкуснячка». Особенно, если с хренком, лучком и пивком.

Доктор. Зря я вам повторил витаминки.

Больной. Нет, добрый доктор, не зря. Ничего если я вас буду называть Айболитом? (хихикает)

Доктор. Что делала Наташа в пельменной?

Больной (меняется настроение). Она ела пельмени. Я уже стоял за столиком и удовлетворял желудок. На моем столе была двойная порция пельменей и бутылка пива. Не помню, какое пиво. Какое-то дешевое. «Троечка», наверное. Наташа вошла, и я не мог ее не заметить. Она была в платье. С ней была дочка Даша. Наташа подошла к прилавку, или как там это называют, и тоже заказала пельмени, а дочке купила молочный коктейль. Она встала за соседний столик, причем лицом ко мне. Потом наши взгляды пересеклись и она мне улыбнулась. Она так красиво улыбнулась, что мое сердце и прочие потроха сразу рухнули. Я, с перепугу, отвел взгляд. Когда я рискнул снова на нее посмотреть, она уже вовсю кушала, и болтала с дочкой. Я вам уже сказал, что у Наташи не было ноги?

Доктор. Не сказали.

Больной. У Наташи вместо правой ноги был костыль. Нога была отрезана чуть выше колена, но это я позже увидел. А так она вошла, скрипя костылем, ведя под ручку 10-летнюю дочку. Меня это просто сразило. Такая милая девушка, без ноги, с очень взрослым для ее возраста, ребенком и в этой страшной вокзальной дыре…

Пауза.

Доктор. А дальше?

Больной. Они быстро поели и стали собираться. И тут снова наши взгляды встретились и она опять мне улыбнулась. Я уже хотел ей что-то сказать, типа «Хеллоу, бэйби», но у меня был полный рот непонятно чего. Пока я прожевывал и глотал, Наташа с Дашей ушли. Я завис. Вроде надо было за ней бежать, а с другой стороны, с какого перепугу и что я ей скажу, если все-таки смогу догнать. Я допил пива, вспомнил ее улыбку и все-таки рванул. В принципе, догнать ее было невозможно. Поиграйте в прятки на Казанском вокзале. Вы же москвич. Вам не надо далеко ходить. Я побежал в первом попавшемся направлении и почти сразу столкнулся с ней нос в нос. Она снова улыбнулась. «Привет» – сказал я ей. Она ответила: «Привет». Дальше я не помню. Мы стали разговаривать. У меня получалось остроумничать. Во всяком случае, она хохотала. Я пошел ее провожать. Оказалось, что она живет совсем недалеко от вокзала. Она пригласила меня к себе, а может я сам напросился. Что-то забыл.

Доктор. Может, вы напряжетесь и вспомните, как вы оказались у нее?

Больной. Мы просто шли и пришли. Она жила на первом этаже в старом доме. В квартире было очень бедно, но аккуратно. Типа, платьица дореволюционной гимназистки из кино. Красиво тем, что дешево.

Пауза.

Доктор. И что потом?

Больной. Потом было то, про что вы так долго и настойчиво мне намекаете?

Доктор. Про что я вам намекаю?

Больной. Про секс. Вы как вошли, сразу стали намекать мне на секс.

Доктор. Вы прямо с порога занялись с ней сексом?

Больной. Конечно, нет. Когда мы вошли, зависла длинная пауза. Мы не поняли, как оказались у нее дома. И я предложил сбегать, купить что-нибудь на стол, типа, водки. Она с радостью согласилась. Я побежал в магазин. Потом я вернулся, мы накрыли стол, потом кушали-пили, потом смотрели телевизор, потом танцевали, и только потом поцеловались.

Доктор. Она была готова к сексу?

Больной. Что?

Доктор. Ну, она была возбуждена?

Больной. Не знаю. Я только за себя могу поручиться.

Доктор. Расскажите поподробней о сексе.

Больной. Сдурели что ли? Подрочить захотелось?

Доктор. Это из тех вопросов, за которые я получаю деньги.

Больной. Веселая у вас работка.

Доктор. Не жалуюсь. Итак, сколько раз между вами был половой контакт?

Больной. Да не скажу я вам. И вообще я не помню. Для меня главное первый раз. Остальные я не считаю.

Доктор. А отсутствие ноги, как влияло на вашу эрекцию?

Больной. Идите на фиг.

Доктор. Хотя бы про позы расскажите?

Больной. Идите на фиг. Ничего что я повторяюсь?

Доктор. Это очень важно для вас вспомнить все подробности. (Длинная пауза) Ну хорошо. Давайте другой вопрос. Получается, что Наташа очень бедна?

Больной отворачивается и начинает ковыряет стену.

Доктор. Ау.

Больной. Что?

Доктор. Наташа была очень бедной?

Больной (поворачивается к Доктору). Да. (зевает) Ей платили небольшое пособие по инвалидности, и плюс подработка швеей.

Доктор. Зачем тогда она пришла обедать на вокзал? Там же по любому дороже макарон.

Больной. У нее было день рождение. Она его так решила отметить. Ей исполнилось 27.

Доктор. Даже так? Интересно. И вам она очень понравилась?

Больной. Конечно. Знаете, доктор… хотя откуда вам знать, такому умному, что такое любовь.

Доктор. Вы ее прямо сразу полюбили?

Больной. Да. И даже сделал ей предложение.

Доктор. Предложение жить вместе или брак оформить?

Больной. Предложение руки и сердца, чучело.

Доктор. Чем же она вам так приглянулась? Своей одноногостью?

Больной. Я не изврат, как вы. Я просто созрел для семьи, для детей, но все мои попытки совместной жизни терпели крах. Когда встречаешься, в кино ходишь, в клубы, то все «хи-хи» да «ха-ха», но как только зависаешь вместе больше чем на 3 дня, то прощай навеки. 4 раза со мной такое было.

Доктор. А сколько дней ты жил с Наташей?

Больной. Два, но мы с ней сразу чувствовали себя дома. Нам было так уютно рядом. Я даже не переживал «встанет – не встанет».

Доктор. У нее кто-то был до вас?

Больной. А у вас кто-то был до меня? Вы меня специально злите?

Доктор. Я не хочу вас злить. Я хочу вам помочь.

Больной. Вычегдский медведь куда благородней вас. Он мне помог тем, что прошел мимо.

Доктор. Окей. У каждого свое благородство. Наташа согласилась на ваше предложение?

Больной молчит.

Доктор. Извините. Я больше не буду затрагивать интимные темы, если это вас так пугает. Извините еще раз и давайте продолжим.

Больной. Когда не хватает воды, ставят большие воронки на случай дождя. Дождевая вода заполняет емкости, ее берегут и используют каждую каплю. А такие, как вы подползают зачем-то снизу с отверткой в руке и дырявят дно, что бы ни капли не осталось. Зачем вы это делаете?

Доктор (не отвечая на вопрос). А где была дочь?

Больной. Что?

Доктор. Дочка Даша. Где она была все время, пока вы любили друг друга.

Больной (испуганно). Даша? Я не помню. Куда же она делась?

Доктор. Она точно была?

Больной. Точно. Я ее за руку держал, пока мы шли с вокзала. А потом я пошел в магазин и больше ее не видел. Куда же она делась? Доктор, куда она пропала?

Доктор молчит.

Больной. Доктор, куда она пропала? Куда она могла пропасть?

Доктор. Вот и хорошо. Теперь давайте как можно подробней вспомним, как начался ужас. Соберитесь.

Гаснет свет.

2.

Наташа. Подожди секунду. Сейчас станет светло.

Включается свет. Та же кровать и стол. У стены большая этажерка с книгами. Наташа и Больной лежат на кровати.

Наташа (весело). Ты – сексуальный маньяк.

Больной. Это ты – маньячка.

Наташа. Нет, ты.

Возня в кровати. Поцелуи.

Наташа. Я устала.

Больной. А я нет.

Наташа. Ура. Я поймала маньяка.

Больной. А-а-а. Только не за гиперболу.

Они хохочут, поднимаются на кровати, целуются, садятся на край.

Больной. Сиди здесь. Я принесу тебе мороженое.

Больной берет со стола тарелку с мороженым и возвращается на кровать.

Больной. Давай я тебя покормлю с ложечки.

Наташа открывает рот, но Больной дразнит ее. У Наташи не получается поймать ложечку. Оба хохочут.

Наташа. Отдай, маньяк-многостаночник. (забирает мороженое, ест) Вкусно, однако.

Больной. Знаешь, я видел как-то одну передачку. Там рассказывали про протезы. Сейчас можно сделать отличный протез, который будет не хуже обыкновенной ноги.

Наташа. Да ты что?

Больной. А что? Будем бегать на перегонки.

Наташа. А если ты меня не догонишь?

Больной. Догоню.

Наташа. Ты знаешь, сколько такой протез стоит?

Больной. Наверное, дорого, но я могу поднапрячься.

Наташа. И чем я должна буду тебя отблагодарить?

Больной. Тем, что не будешь убегать далеко.

Наташа. Это что-то значит?

Больной. Да. Я хочу быть с тобой. Мне с тобой так хорошо.

Наташа (смеется). Но ты меня только 2 дня знаешь. Вдруг я призрак, пришедший за тобой с того света.

Больной. По фиг.

Наташа смеется.

Больной (расстроенно). Ты не хочешь быть со мной?

Наташа. Конечно хочу, дурачок. Мне с тобой еще лучше, чем тебе.

Больной (радостно). Правда? (лезет целоваться)

Наташа (смеясь). Подожди. Дай мороженое доесть… Мне очень с тобой хорошо. Я девочка большая и у меня были дружки. 3 раза я даже пыталась наладить совместную жизнь. Но во время этих попыток я постоянно повторяла самой себе: «надо потерпеть». Надо потерпеть, что он плюет на пол, надо потерпеть, что он перед сном выпивает баклажку пива, надо потерпеть, что он воняет, как хряк. И, в конце концов, я понимала, что это «надо» мне совсем не надо.

Больной. Я тоже могу вонять.

Наташа. Я знаю. Но ты воняешь, как я.

Поцелуи.

Больной. Может быть, и поженимся заодно?

Наташа. Это предложение?

Больной. Нет. Сейчас.

Больной (становится на колено перед девушкой). Наташа, выходи за меня замуж. Я сделаю все, что бы ты об этом не пожалела. Ты согласна?

Наташа. Ничего себе. Можно хоть чуть-чуть поломаться?

Больной. Только чуть-чуть.

Наташа. Ну… Знаешь, дорогой… Это так неожиданно… Мне надо подумать. Ну, написать на листочке плюсы и минусы, оценить каждый пункт по 100-бальной системе, сложить-умножить. Потом…

Больной. «Чуть-чуть» кончилось.

Наташа. Да? Жалко. Тогда я отвечаю… да!!!

Целуются.

Наташа. Мы устроим свадьбу? Я буду в белом платье, вот с такой херней, а ты в костюме с херней попроще. Родни у меня нет и подружек немного, так что можно снять совсем крохотный ресторанчик. Ни тещи тебе, ни тестя. Идеальная невеста?

Больной. Ага.

Наташа. Ты не представляешь, как тебе повезло со мной.

Больной. Буду представлять это всю оставшуюся жизнь.

Наташа. Я тебе прямо с разбегу открою большую тайну. У меня очень большое приданное, как у Монте Кристо.

Больной. Правда или смеешься?

Наташа. Правда. Вот оно.

Наташа показывает на стеллаж с книжками.

Больной. Под каждой страницей – сотка?

Наташа (смеется). Посмотри.

Больной встает, подходит к книжной полке, достает книгу, листает.

Больной. Ничего себе. Это какой год? (листает) 1860? Прижизненное издание что ли? Мощно. (аккуратно ставит книгу на место, достает другую) Не фига себе. Это его автограф?

Наташа кивает.

Больной (просматривает корешки). Откуда все это у тебя?

Наташа. От папаши. Он в РГБ работал и коллекционировал заодно.

Больной. Что за РГБ? Филиал КГБ?

Наташа. Российская Государственная библиотека.

Больной. Понятно. И сколько все это стоит?

Наташа. Не знаю. Я как-то отнесла одну книжку в букинистический. Мне там дали за нее 15 тысяч. Я думала, будет меньше и обрадовалась, но по глазам продавца я поняла, что он меня обманул. Как их продать, что бы ни обманули?

Больной. Не знаю. Надо бы специалиста, но специалист тоже может обмануть. Может аукцион устроить?

Наташа. А как это?

Больной. Не знаю. Надо «погуглить».

Наташа. Я посчитала, что если все книжки по 15 тысяч, то получится почти 700 тысяч. Здорово же?

Больной. Неплохо, но тут наверняка в 10 раз больше. Нужен аукцион.

Наташа (смеется). Хорошо, мой повелитель.

Больной. Повелитель? Можно тогда я еще чуть-чуть поповеливаю.

Наташа. Повелители не спрашивают разрешения.

Поцелуй. Наташа капризничает.

Наташа. Я еще отдыхаю. Лучше угадай, какая из книг моя.

Больной. Твоя?

Наташа. Да. Это все папины книги, кроме одной. Она – моя, но я держу ее вместе со всеми.

Больной. И как я угадаю? Тут столько книг.

Наташа. Ну, пожалуйста.

Больной. Хорошо. (встает) Ну, судя по всему… (останавливается возле полки и не глядя вытаскивает первую попавшеюся книгу) вот эта. (читает заголовок) «Вычегда».

Наташа (хлопает в ладоши). Ты угадал с первого раза.

Больной. Да ладно.

Наташа. Правда. Теперь можешь делать со мной что хочешь.

Больной. Наташка, ты врешь? Я даже не думал.

Наташа. Это, правда, моя книга. Как у тебя получилось?

Больной. Никак. Ты меня разыгрываешь.

Наташа. Нет. Посмотри, что там написано, и ты поймешь, что это точно моя книга.

Больной. Я не хочу читать.

Наташа. Ну, пожалуйста. Просто посмотри.

Больной (открывает книгу). «Того, кто падает в пропасть, спасти могут только крылья». Это о чем? (листает, читает) «Человек, который падает, слышит острый свист, который режет его на части». (кладет книжку в сторону) Давай потом. Сейчас я хочу сделать с тобой то, что хочу.

Наташа (смеется). Подожди. Хотя бы картинки посмотри.

Больной. Нет.

Наташа. Хотя бы одну. На странице 18. Такая смешная картинка.

Больной (отходит от девушки и снова берет книгу в руки, листает). Что это?! Какая хрень! Тебе это, правда, нравится? (показывает Наташе картинку)

Наташа. Я думала, тебе будет интересно.

Больной. Что тут интересного? Придурок убивает девушку, а рядом расчлененный ребенок. Что тут может быть интересного?

Наташа. Посмотри, чем он ее убивает?

Больной. Не знаю. Похоже на шампур для шашлыка.

Наташа. Да. Это шампур. А теперь посмотри на лица.

Больной (смотрит в книгу и открывает рот от удивления) Девушка на тебя похожа.

Наташа. Очень похожа. А ее любовник на кого похож?

Больной (смотрит и бросает книгу в сторону). Что это значит?

Наташа. Узнал себя?

Больной. Ты меня пугаешь.

Наташа. Извини, милый. Я думала тебя развеселить. Давай забудем об этом.

Больной. Хорошо… только не очень. Что все это значит? Объясни, моя радость, а то я буду думать всякую хрень.

Наташа. Хорошо. Это значит, что мы с тобой брат и сестра.

Больной. Что?!

Наташа. Ты не переживай. У нас фамилии разные, поженят без проблем. И дети будут нормальные. Инцесту далеко до алкоголизма.

Больной. Как мы можем быть братом и сестрой?!

Наташа. А ты прочитай подпись под рисунком.

Больной. (поднимает книгу, листает, читает) «Брат приносит в жертву сестру-любовницу и их дочь». Это что? Конкурс на количество извращений в одном предложении? Наташка, хватит меня разыгрывать. У меня настроение портится.

Наташа. Хорошо. Не буду.

Больной. Это же шутка?

Наташа. Что смешного, когда тебя рвут на части шампуром? Ладно, забудем. Иди ко мне.

Больной. Наташа, что это? (показывает на книгу)

Наташа. Книга называется «Вычегда». Это река такая. Если тебя не интересно, давай забудем про это.

Больной. Давай. Как будто этого разговора не было.

Наташа. Хорошо. Иди уже ко мне.

Больной подходит к Наташе, хочет ее обнять, но в последний момент передумывает.

Больной. Ты про брата с сестрой пошутила?

Наташа. Нет.

Больной. У тебя есть курить?

Наташа. Ты же не куришь.

Больной. Захотелось.

Наташа. Там на полке вроде оставались папины папиросы.

Больной подходит к полке, шарит по книгам, находит шкатулку. В шкатулке пачка папирос. Больной достает одну, нюхает и кладет назад. Подходит к Наташе, садится рядом.

Больной. Допустим я твой брат и я тебя убил.

Наташа. Принес в жертву.

Больной. Хорошо. Принес в жертву. Почему я ничего не помню?

Наташа. Потому что ты плохой, но не переживай. Я тебя все равно люблю.

Больной. А ничего, что ты сидишь теперь рядом и совсем не похожа на труп?

Наташа. Глупый вопрос. Дотронься, потрогай меня.

Больной. Я тебя уже трогал.

Наташа. Потрогай меня сейчас. Внимательней.

Больной вздыхает, трогает Наташу за руку, за ногу.

Больной. Ты живая. Просто сумасшедшая.

Наташа. Может быть, но лечить тебя будут.

Больной. Я понял. Ты всем своим любовникам начинаешь гнать эту телегу. Тебя веселит, что они, забыв трусы, пулей вылетают от тебя.

Наташа. Ты мой единственный любовник.

Больной. Я заметил. Такое мастерство ублажения мужиков достигается только в результате долгой ежедневной работы. Точнее еженощной.

Наташа. Зачем ты меня обижаешь?

Больной. Извини. Я не знаю, что делать. Я не хочу уходить, но ты не оставляешь вариантов.

Наташа. Ты не уйдешь.

Больной. Нет. Я прямо сейчас уйду. Мне надо подумать. Зачем ты все испортила?

Наташа. Я ничего не портила. Это все мразь, которой ты молишься. Она обещала тебе крылья, и ты решил пожертвовать мной и Дашкой. Думаешь смерть это игрушка?

Больной. Замолчи. Мне очень тяжело это слушать.

Наташа. А мне очень тяжело было смотреть, как ты убиваешь нашу дочку, а потом было очень больно, когда ты убивал меня.

Больной. Отвали.

У Наташи на глазах слезы.

Больной. Прости, Наташечка. Я так влюбился в тебя, но сама понимаешь, что с таким бредом нельзя жить.

Наташа. Можно, если совсем немного.

Больной. Мне надо уйти. Тебе надо к доктору. Я вернусь и помогу. А сейчас мне надо на улицу. Хотя бы на пару часов.

Наташа. Ты не уйдешь.

Больной. Я уйду.