- -
- 100%
- +
Огромная ванная встретила тихим жужжанием кондиционера. Сделав свои дела, я вернулась в чужую комнату.
Замерев перед огромного вида кроватью, я опустила взор на смятую простынь.
Вчера мне внезапно стало плохо. Последнее, что помню, как дрожали руки, не в силах удержать чашку.
Наверное, я повела себя как идиотка. Сильно перенервничала и чуть было не словила паническую атаку. Такое уже случалось во время перегрузки нервной системы, но не думаю, что начальнику стоило возиться с моими проблемами.
Вещи, в которых вчера пришла в дом Марка Григорьевича, найти мне так и не удалось. Странно.
Смирившись с мыслью, что туман всех дальнейших событий способен рассеять только директор, я заправила кровать и, с минуту потоптавшись около двери, решила отправиться на поиски босса.
Резво спустилась вниз по ступенькам, блеснув голыми ногами.
– Савина! – разнесся по коридору командный голос начальника.
Услышав свою фамилию застыла на месте, будто меня застали за преступными действиями. Сконцентрировала поплывший от страха взгляд на высокой фигуре и прикусила губу.
Ризван стоял, облокотившись на косяк ворот в святая святых – свой кабинет.
Я глубоко и часто дышала, приложив руку к сердцу.
– Здравствуйте, Марк Григорьевич. Простите меня за… вчерашний обморок. Видимо, перенервничала. Спасибо, что помогли и оставили на ночь, – быстро протараторила.
Пока я рассыпалась в благодарностях, тёмный взгляд руководства по-хозяйски ощупывал моё тело.
– Почему ноги босые? – внезапно спросил мужчина.
– Простите.
Марк Григорьевич мягко оттолкнулся от деревянного косяка и открыл соседнюю дверь.
– Зайди.
Ладно, зайдём. Только меня с пробуждения гложет один вопрос. Если спрошу сейчас, буду выглядеть глупо?
Подождав пока переступлю порог просторной комнаты, суровый босс вошёл следом.
В конце концов спрятать свои страхи не удалось и я решилась:
– Извините, могу узнать у вас, кто переодел меня вчера?
– Я, – без раздумий ответил директор, отворяя дверцы шкафа, вынимая из него женские вещи и обувную коробку.
– То есть, как вы?
– Вчера мы остались одни, Савина, – начал Марк Григорьевич. – Ты вырубилась в самый неподходящий момент. – Мужчина бросил весёлый взгляд в мою сторону. – Правда успела наблевать на себя, после чего захрапела.
Так стыдно мне ещё никогда не было.
– О, Боже… Простите, пожалуйста.
– Стоило вызвать наряд горничных или бригаду МЧС, чтобы они переодели тебя?
Мои щеки загорелись, как сигнальные фонари.
– Нет… Вы всё правильно сделали.
– Кстати, вещи твои я выбросил. Переоденься в то, что есть.
На небольшой диванчик босс переместил всё, что обнаружил в шкафу.
– Ты мило краснеешь, – между делом изрёк он.
– Не комфортно от мысли, что вы застали меня раздетой и в таком состоянии.
– Не комфортно ей! – насмешливо перебил. – Думаешь, я женщин голых до тебя не видел?
– Нет, я считала, что вы… того.
– Что значит "того"? Поподробнее, – насторожился директор.
– Понимаете… я подумала, что вы не интересуетесь женским полом и вам было бы неприятно, если… То есть, вы очень замкнутый и холодный на работе, особенно с женщинами и я подумала…
Дверца шкафа хлопнула с такой силой, что чуть было не отвалилась.
– Простите… – я стушевалась, потупив взгляд.
Черт! Как стыдно. Зря сказала.
– Ты как до такой мысли дошла, Савина? – строго поинтересовался разъяренный босс.
В ответ я лишь пожала плечами. А что тут ответить можно?
– Я – натурал. Уверяю, скоро ты в этом убедишься, – мрачно произнес он, окинув меня тёмным взглядом.
– Доверяю вашему слову, но хочу сказать, что, в любом случае, это не моё дело, – быстро ответила, сосредоточенно рассматривая пол под ногами.
Опалив жаром мои голые колени, выглядывающие из под длинной футболки, Марк Григорьевич вышел из комнаты, бросив на ходу:
– Переодевайся. Я жду внизу.
***На красивом резном диване лежала стопка вещей.
После нескольких минут внутренней борьбы, я все же решилась осторожно прикоснуться к мягкому бежевому кардигану с пуговицами – алмазами.
Ну что за прелесть.
Все вещи были отменного качества, новые, с бирками. Жаль, из белья нашла только трусики. Отсутствие лифчика очень напрягло. Представила, как выйду к мужчине без "брони" и расстроилась пуще прежнего.
Сколько раз за этот день мне ещё предстоит испытать горячий стыд?
Глава 8. Главное, чтобы Киндер не стал сюрпризом
Прежде чем покинуть комнату, я бросила задумчивый взгляд на происходящее за окном. Уже начинало темнеть. Вечер мягко укрывал собой мокрые верхушки деревьев.
Прошлой ночью тоже шёл дождь. Я помню ливень, последовавший за яркой вспышкой молнии.
Переведя взор на циферблат настенных часов, мелкие стрелки которых перевалили за шесть вечера, я пришла в искреннее недоумение. Выходит, проснулась я в районе пяти часов, когда ещё было светло. Если бы не тёмный, с каждой секундой все больше мрачнеющий пейзаж за окном, мне до сих пор бы казалось, что сейчас утро.
Ничего не понимаю. Как это возможно?
На долю секунды в душе поселился страх. Что-то беспокоило, не позволяло расслабиться. В голове то и дело возникали обрывки вчерашних событий. Офис. Чёрный автомобиль с личным водителем Марка Григорьевича. Дорога. Папка с документами. Стол. Кофе. Дальше… Ничего. Тьма. Но не похожая на ту, что царит за окном. Эта тьма была глубже. Опаснее. Страшнее.
Выскочив из комнаты я торопливо спустилась вниз по лестнице. На последней ступеньке меня ловко перехватили сильные мужские руки и бесцеремонно потащили в неприметный угол под лестницей.
– Значит так, Савина, слушай внимательно и не перебивай. Наш с тобой тет-а-тет разбавит один важный для меня человек. – Прикосновения директора были такими смелыми, хваткими, что я ненадолго растерялась, испуганно замерла, переставая дышать. – Ничего особенного тебе делать не придётся. Всё, что ей необходимо знать, я озвучу сам.
Постойте… Ей? То есть третьей будет женщина? А я здесь точно ко двору?
– Может мне лучше уйти? – осторожно интересуюсь, останавливая взгляд на крепкой шее мужчины.
– Савина… – тяжёлый вдох. – Не беси… – он произнёс это таким тоном, что я была готова согласиться на что угодно. Не говорить. Не злить. Не бесить. Лишь бы больше не давил на меня властной аурой, не сжимал плечи, не бросал быстрый взгляд на мои губы. Это всё неправильно. – Холостой мужчина впервые привёл в свой дом женщину. И хочет познакомить её с другом семьи. Смекаешь? Нет? – Судя по моему выражению лица я ни черта не понимала. – Прибавь к сценарию желание матери во что бы то ни стало женить единственного сына на милой скромной девушке, вроде тебя, и всё встанет на свои места.
Ах, вот оно что! Моего начальника в срочном порядке хотят женить родственники с активной жизненной позицией. Видимо, такое положение вещей мужчину не устраивает и он просит меня исполнить определённую роль.
– Как мне себя вести? – даю понять, что поддержу свое руководство. Говорят, это для кармы полезно.
– Перестать меня бояться, – отвечает он, нависая надо мной грозной тучей. – Для начала этого достаточно. – Прислонившись вплотную, строго добавляет: – Вчерашние события не должны всплывать за столом в качестве темы обсуждения. Сейчас мы пойдём на кухню и ты будешь вести себя так, будто для тебя нет ничего более привычного, чем каждый вечер ужинать в моей компании. – Улыбаюсь во весь рот, чувствуя себя заговорщицей. – И не смей отрицать то, что я буду говорить. Одно слово против и я тебя накажу. Поняла?
А вот это уже не смешно. Марка Григорьевича лучше не злить. Сию негласную истину я усвоила ещё в первую неделю стажировки.
– Поняла.
– Умница. Идём, – бросил он без особого энтузиазма.
Не верит в мой актёрский талант? Как-то обидно что ли.
***В ванной на первом этаже в спешке мою руки под чутким взором строгого надзирателя и закончив, отправляюсь за ним.
На кухне накрыт царский стол: сырники с разными видами джема, картофельная запеканка, несколько овощных салатов, запечённая в сметане с зеленью форель, горячие тосты с авокадо, отварной рис с жёлтой лужицей сливочного масла и даже небольшой торт. Что – то шкворчало на плите, возле которой шустро семенила приятной наружности женщина.
– Доброго времени суток, Любушка! – поприветствовал женщину мой босс.
– Здравствуйте, – поздоровалась я следом за начальником.
И вот этой милой даме он собрался вешать лапшу на уши? Сознательно согрешит, сделав это.
Обернувшись на голос Марка Григорьевича, женщина добродушно улыбнулась, успевая сканировать на предмет опасности меня:
– Доброго дня, детки.
Бодрым шагом начальник пересёк пространство и отодвинул мягкий стул возле небольшого круглого стола.
Бросила на генерального удивлённый взгляд, на что в ответ получила приподнятую бровь и строгий кивок в направлении ожидающего меня трона.
Ничего хорошего из этой истории не получится.
Когда я уселась за стол, директор приземлил свой перекаченный в спортзале зад рядом.
– Что тебе положить? – поинтересовался он, ещё больше сокращая дистанцию между нами.
Проглотила ком, внезапно образовавшийся в горле.
– Греческий салат и рыбу.
Начальник вел себя как джентльмен.
Суровость стёрлась с его лица и в данной ситуации мужчина выглядел ручным тигром.
– Кушай, мой мальчик. – Разместив перед "мальчиком" большую тарелку борща и блюдо с говяжьим стейком, Любовь Алексеевна подмигнула мне.
Ужинали все вместе. Женщина оказалась весёлого нрава. Мы обнаружили, что обе обожаем Джека Лондона и братьев Стругацких. Классическая литература стала основной темой разговора в начале знакомства. Я полностью расслабилась, позабыв, где нахожусь. Тогда-то и посыпались неудобные вопросы.
– Как понимаю, вы с Маркушей работаете вместе?
Я невольно насторожилась.
– Вы такая славная девочка, Кира. Был бы у меня сын, непременно сосватала.
В этот миг тяжёлая рука директора приземлилась на мою коленку, плотно обтянутую джинсами.
– Наверняка у вас уже есть парень, – продолжила опасную тему собеседница.
Я только собралась дать ответ, как над столом раздался резкий голос босса:
– Кира моя.
Сильная рука до боли сжала ногу и двинулась выше. Я настолько растерялась от этого жеста, что выронила вилку, запаниковав.
– Я подниму, – сказал мужчина и наклонился, одним ловким движением подняв упавший предмет.
При этом другой рукой успел облапать мои бедра, якобы опираясь на них для равновесия.
– Марк Григорьевич…
– Шатает немного, – устало выдохнул начальник, скрывая улыбку, и тут же поднялся с места, чтобы отнести вилку в раковину.
– Марк Григорьевич? – осторожно уточнила Любовь Алексеевна, с укором глядя на него.
Их безмолвная ничья длилась несколько секунд, после чего Любовь Алексеевна выкатила тяжёлую артиллерию.
– Твоя мать спит и видит себя в роли бабушки. Не затягивай с внуками, Марк, – сталь в голосе этой женщины стала для меня когнитивным диссонансом с её ангельским образом.
Вот вам и божий одуванчик!
Нельзя при первой встрече (даже подозревая, что я подставная директорская утка) говорить о таком!
Руководство хмыкнуло, кинув на меня красноречивый взор, мол у нас всё ещё впереди. Не зная, что ответить, я опустила глаза в пол, сильно покраснев.
– Кирочка, ты не поможешь мне убрать со стола? – милым голосом спросил единственный зритель этого домашнего театра, который взял и в один миг переквалифицировался в режиссера.
Кивнула, послушно поднимаясь, беспрекословно начиная собирать пустые тарелки и складывая их в навороченную посудомоечную машину.
Ужин подошёл к концу. Неудачный спектакль тоже. Однако, это был первый подобный ужин с атмосферой родного дома за последние пять лет моей самостоятельной жизни в чужом городе.
Поблагодарив за тёплый домашний вечер Любовь Алексеевну, я строго-настрого приказала себе не лить слезы. И взяв волю в кулак отправилась на поиски директора, чтобы поблагодарить за всё и попрощаться. Только не успела сделать и шага, как из холла меня окликнул сам Марк Григорьевич.
– Кира, подойди ко мне.
Глава 9. Не беги от меня
Когда ты не видишь решения проблемы, возможно, это вовсе не проблема, а лишь истина, которую нужно принять
– Как тебе первый семейный ужин? – как ни в чем не бывало интересуется босс.
– Спасибо, было вкусно и сытно. Любовь Алексеевна прекрасно готовит. Я как будто побывала дома, – осторожно закидываю удочку, сматывая поплавки. – И все ж я сильно засиделась у вас.
– Как дома, говоришь? – вскинув бровь, мужчина нагло улыбнулся, словно довольный кот. – Хорошо.
Из кухни показалась моя новая знакомая. Женщина внимательным взором окинула наш с директором тет-а-тет и поспешила к выходу, бросая на ходу:
– Доброй ночи.
Появилось нестерпимое желание рвануть за ней.
Я должна уйти сейчас. Любовь Алексеевна ведь подождет чуть-чуть пока я быстро поднимусь наверх и заберу свою сумку? Стоит спросить у неё. К тому же вместе не так страшно добираться до города.
– Минуту. – Марк Григорьевич достал из кармана мобильный и бросил несколько распоряжений, не сводя с меня мрачного взора.
Понял, что готовлюсь к побегу? Но ведь ужин позади, я сыграла свою роль и теперь хочу уйти. Так почему он злится?
– Люба, тебя отвезёт Иван, – тоном не терпящим возражений сообщил Марк Григорьевич, заставив меня вздрогнуть.
– Мы с Кирой могли бы вместе… – начала было Любовь Алексеевна.
Кажется женщина хотела забрать меня с собой.
Да! Любушка, миленькая, я с вами!
– Нет! – коротко отрезал хозяин дома.
Большего разочарования я ещё не испытывала.
– Марк Григорьевич…
– Я сказал – нет. Ты остаёшься.
Любовь Алексеевна нахмурилась, но бесполезный спор затевать не стала. Напоследок она обняла меня и спринтером сиганула к выходу.
– Подождите! – сделала я несколько торопливых шагов за ней, но молниеносная реакция босса, контакт с его сильным телом застал меня врасплох.
Мужчина бережно, но крепко обхватил плечи ладонями, разворачивая моё дрожащее тело так, чтобы в следующий миг встретиться со мной лицом к лицу. Разница в росте была значительной и мне пришлось высоко задрать голову, чтобы увидеть в его глазах ничем не прикрытую страсть.
– Почему вы не позволили мне уйти? – С укором уставилась я на того, кто обжигал по-мужски заинтересованным взглядом.
– Была причина. Ты чего напряглась вся? Боишься меня?
– Нет, – поспешила ответить и набрала по – больше воздуха в грудь, намереваясь прояснить некоторые ситуации. Например, сказать, что сегодняшний ужин не станет предметом сплетен на работе. Что я не стану возмущаться поведением директора только из-за его просьбы подыграть за столом. К тому же я должна просить прощения за хлопоты с обмороком и все же указать на недопустимость таких ночевок.
– Кира, у тебя мужчина был? – Начальник впился в меня опасным взглядом, успев сделать собственные выводы.
Бестактный вопрос прозвучал столь неожиданно, что я растеряла весь боевой запал.
– Что вы сказали?
– Когда последний раз ты занималась сексом?
Он что, с ума сошёл? Вообще уже…
– Это личное! – выкрикнула, тут же прикрыв дрожащие губы тонкими пальцами. – Что вы за зверь такой, Марк Григорьевич? Зачем такое спрашивать?
– Твой партнёр удовлетворял тебя? – продолжил допрос генеральный директор Медфарма.
Ситуация накалялась. Чтобы осадить наглеца я решила спросить в лоб:
– Для каких целей интересуетесь?
– Для личных, – немедля оповестил босс, проходясь языком по нижней губе. Облизнулся, как зверь, перед которым положили кусок свежей вырезки. – Для себя.
Глава 10. Лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас
– Я уезжаю домой! – холодно сообщаю отступая. – Доброй ночи.
Он ведь не специально задержал меня здесь, так?
– Интересная реакция, – насмешливо раздаётся вслед.
Босс стремительно догоняет, внезапно толкая меня к стене, от чего я чувствую волну неотвратимо поднимающейся внутри паники.
– Позвольте пройти.
– После того, как ответишь.
– Отойдите от меня! – Отбиваюсь, пытаясь выбраться из мужских рук, что словно тиски сковали моё тело.
– Ты – девочка? – спрашивает в лоб директор, впивается в меня пытливым взглядом.
На моем бледном лице отражается смесь испуга и стыда.
– Охренеть… – мужчина медленно расплывается в довольной улыбке, затем сокращает дистанцию, властно сграбастав меня в охапку. – Тебе конец, Савина, – в его голосе угроза. – Я теперь тебя никому не отдам.
Ладони босса скользят вниз, больно обхватывая мягкую плоть ягодиц. Вскрикиваю, острыми локтями давлю в стальной живот начальника. Мужчина полностью игнорирует сопротивление, смазанным движением впивается в мой рот твёрдыми губами.
– Отпустите! – с ужасом понимаю, что в живот упирается большой горячий бугор.
– Хочу тебя, – хрипло шепчет Марк и один страстный поцелуй следует за другим. – Уступи… Кира.
– Отпустите меня… – жалобно хнычу, продолжая борьбу.
В тишине дома слышны мои частые отчаянные всхлипы и низкие хриплые полу стоны мужчины.
– Ты сводишь меня с ума.
Ловкие пальцы перемещаются под футболку и, прокравшись ближе к голой коже, стискивают неприкрытую лифчиком грудь.
– Ай! Больно! – Сжимаюсь от наглых ладоней. – Прекратите!
Луплю по огромному телу босса, начиная задыхаться от бессилия. Кричать бесполезно. Мы одни в доме. Нет никаких подручных средств, острых предметов, которые можно было бы использовать для самообороны. У меня ничего нет, даже голоса. Мужчина забирает моё дыхание. Новый поцелуй оглушает, болезненный до головокружения, он высасывает последние силы.
Резкий бросок и я с криком взлетаю вверх. По инерции хвастаюсь за крепкую шею начальника, чтобы не упасть, но тут же смещаю ладони вниз, упираясь в каменные плечи, когда Марк вклинивается между моих бёдер и надавив на поясницу, прижимает меня к своей оттопыренной ширине.
– Остановитесь!
Прервав поцелуй, босс кусает мою беззащитную шею, вызывая болезненный крик.
Перед глазами яркими кадрами проносится кинолента.
Вот Ризван так же целует меня в шею, впивается в сосок, переворачивает меня на живот, затем ложится всей своей громадной массой сверху, пытаясь подавить сильнее, упирается горячим твёрдым членом в попу, ведёт им между ягодиц, тяжело дышит.
У меня не может быть таких фантазий! Нет! Только не с ним…
Кадры замедляются и я успеваю выцепить новые подробности.
Мой бежевый лифчик, который ношу под розовую блузку. Вот собственно и сама блуза лужицей лежит рядом, как и оторванная от неё пуговица. Клочья колготок страшной паутиной расположились на спинке кровати.
Что же произошло вчера?
Вцепившись в жёсткую шевелюру директора, тяну за его озабоченную голову.
– В тот вечер, когда я потеряла сознание… До этого вы… О, Господи… – Не выдерживая эмоционального накала, срываюсь в истерику: – Вы трогали меня!
Марк останавливается, тяжело дыша. Не отрицает. Не чувствует себя виноватым. Не желает прекратить.
– Как вы могли? Как вы оказались способны на такой поступок? – с мрачным укором наблюдаю за тем, как босс леденеет, сразу сообразив о чем идёт речь. – Зачем вы сделали это со мной?! – Шокировано произношу, тут же ударяя по его гигантским плечам. – Зачем?
– Прости, – протяжно выдыхает мужчина.
– Прости? – дрожащим шёпотом повторяю за ним. – Вы изнасиловали меня? – уточняю финал вчерашней ночи, страшась услышать утвердительный ответ.
– Я виноват. Позволил себе лишнее. Но я тебя не трахал. – На лбу мужчины пролегла хмурая складка, делая его лицо ещё более хмурым, сосредоточенным. – Проникновения не было. В противном случае сегодня я бы ничего у тебя не спрашивал.
Это он на мою девственность намекает? Подумать только… Какая жестокость. Совершить столь отвратительный поступок, скрыть его, а потом сидеть за одним столом и врать.
– Я так сильно вас ненавижу, – всхлипываю, толкаясь в его литую грудь. – Вы не человек.
Мощное тело босса начинает бить крупная дрожь. Он отступает, позволив наконец оттолкнуть себя.
Наверх. Забрать сумку и уйти. Иначе без ключей не попаду в квартиру, а без телефона не вызову такси за город. Я уйду из этого дома, уеду из города, смогу забыть, переживу, как смогла однажды оставить в прошлом страшный вечер в музыкальной школе.
Беспрепятственно добираюсь до комнаты и не обнаруживаю пропажу, то есть сумка была на месте, а ключей и мобильного не имелось.
В дверях появляется мощная фигура. Босс сурово наблюдает за моими перемещениями.
– Ты никуда не пойдёшь на ночь глядя. – Жутким голосом рокочет Марк.
Мрачная решимость скользит в каждом его шаге, в каждом движении навстречу.
Я дура. Дура! Надо было сразу уходить. Переночевала бы на вокзале, а до города и на попутке добраться можно.
А если он запер входную дверь? Это ловушка. Я в мышеловке.
– Кира, давай по – хорошему?
Воздух в комнате становится густым и тяжёлым. Атлетичная фигура директора с проступающими через белоснежную рубашку рельефными мышцами не оставляет шанса на равный бой. От эмоциональной перегрузки мне становится душно.
– Не подходите ко мне, – шёпотом прошу, выставляя перед собой руки. – Не приближайтесь, иначе я за себя не отвечаю.
– Спокойно, – парирует Марк, сокращая дистанцию.
Бесполезно. Он меня не слышит.
Жду подходящий момент, чтобы рвануть к двери. Не свожу глаз с мужчины. Тот подмечает каждый невербальный жест, идущий от моего тела.
– Не играй со мной, – предупреждает.
Я посылаю его ко всем чертям и делаю обманчивый выпад в сторону, решая бежать к спасительному выходу.
Марк перехватывает меня у самой двери.
– Всё. Не могу больше, – обречённо выдыхает он.
Подхватывает меня на руки и бросает на кровать, выбивая из тела весь дух.
Грохает мебельная дверца.
Не успеваю прийти в себя, а Марк уже привязывает галстуком сначала одну мою кисть к железной спинке кровати, затем проделывает те же манипуляции с другой рукой.
Округлив глаза, наблюдаю как с помощью пары нетерпеливых пружинистых движений с широких плеч мужчины сползает расстегнутая рубашка. Его грудные мышцы вздрагивают. Звякает пряжка ремня. Справившись с молнией, босс освобождается от брюк, яростно скользя глазами по моему телу.
– Не истери только, – предупреждает и одним движением избавляется от трусов.
Огромный половой орган мужчины пребывает в полной боевой готовности. Боюсь даже думать как ЭТО может поместиться в женском организме.
Зажмуриваюсь до рези в глазах.
Как всё быстро происходит… Я теряюсь. Не понимаю, что делать. Ощущение, будто нахожусь в сонном параличе: тело парализует страх, а огромная тень приближается.
Отрицательно мотаю головой. Мне нужен светлый ум. Я должна найти способ спасти себя.
Руки начальника жёстко сгребают футболку на мне, одним движением разрывая ту на части. Он прикасается к моему подрагивающему животу тёплой ладонью, затем руки мужчины ложатся на пояс джинсовой ткани. Яростно сопротивляюсь, дёргаю ногами, мечтая ударить ублюдка коленом в пах. Ризван желает подавить, подчинить. А если не получится, то просто сломать. Это чувствуется в каждом движении его рук. Я вижу это в его взгляде.
– Ненавижу. Мерзавец! Подонок! – зло выдыхаю.
Босс сдирает с меня джинсы вместе с трусиками. Болезненно надавив на бедра, настойчиво вклинивается между ними.
Глава 11. Не хочешь по-плохому, по-хорошему будет хуже
В ужасе застываю, наблюдая за тем, как Марк вытягивается на кровати во весь свой исполинский рост, удобно расположившись между моими насильно разведенными ногами.
Цепочка жалящих поцелуев спускается от груди к мягкому впалому животу.
Вот теперь становится страшно. Руки связаны. Надо мной огромный мамонт, способный при желании раздавить одним махом. О каком сопротивлении может идти речь?
– Пожалуйста… Ничего мне не делайте.
– Снова на вы? – беззлобно усмехается он. – Сейчас ты будешь страстно кончать с моим именем на губах, Кира.
– Вы сошли с ума.
– Даже не представляешь, как близка к истине.
– Не надо… – в горле встаёт ком. Энергии на новую борьбу нет. Я будто умираю и в один момент становлюсь наблюдателем. Душа покидает тело, не желая проходить подобный опыт сексуальной связи. А тело? Оно справится. Наверное.
Босс ловко закидывает мои бедра на свои широкие плечи, продолжая крепко удерживать.
Нервно дёргаю намертво привязанными к спинке кровати руками. Боль ненадолго отрезвляет.
– Я могу болеть всякими заразными инфекциями. Знаете, их можно подхватить через половой контакт, – скороговоркой выдаю информацию. – Через простой поцелуй они тоже передаются, ведь слизистая оболочка рта идентична другим слизистым партнёров. Ну, вы понимаете…