Созвездие Кит. Книга первая

1.

На мосту Ватерлоо было безлюдно, но машины изредка проносились на бешеной скорости по пустой ночной дороге. Легкий ветерок трепал деревья. Было прохладно, но пройдя вдоль моста, стало особенно холодно и зябко. Тело моментально покрылось мурашками, а волосы на затылке, казалось, поднялись так сильно, что это можно было заметить со стороны. Черная вода в Темзе не предвещала ничего хорошего, отражая в себе только фонари и звезды, которых сегодня было удивительно много. Да, и за этим ли она пришла сюда? Сколько раз она представляла себя летящей с этого моста в самую пучину реки, представляла, как ее исхудавшее тело поглощают черные воды, как она медленно спускается на дно – все ниже и ниже. Это странное чувство предвидения своей же смерти, будоражило все внутри, переворачивая, так ощутимо, все внутренние органы, и вызывая жуткую тошноту. Крупные капли пота выступили на лбу, тело ломало, ломало так сильно, что хотелось кричать. Вики сунула руки в карманы тонкого плаща и сжала пальцами их подкладку – ничего, пусто. Руки тряслись в бешеном неконтролируемом треморе. Она села на корточки и вывалила из сумки на асфальт все, что там находилось. Маленький белый пузырек предательски покатился от нее, Вики тут же схватила его и потрясла – тоже пусто. Она не хотела в это верить, и дрожащие пальцы с трудом, но справились с крышкой, но нет, чуда не произошло –

пусто. Вики завыла от обиды и швырнула пустую ёмкость на проезжую часть. Она сидела прямо на асфальте, обхватив колени руками, качаясь взад-вперед, прекрасно осознавая свою зависимость. Вики несколько раз хотела покончить с собой, понимая, что не в силах больше всему этому сопротивляться. Она поднялась на ноги и подошла к ограждению моста, вцепилась в него пальцами и посмотрела вниз. Боль в колене была такой сильной, что глушила она ее только сильнодействующими препаратами, но купить их просто так было невозможно, поэтому Вики нашла врача, который за деньги согласился на поставки доз для нее, но все затянулось и она, сама того не осознавая, провалилась в огромную долговую яму. Вики зажмурилась, вспоминая, как она пришла к этой точке невозврата.

Мюнхен, Германия.

Девять месяцев назад.

В раздевалке царил хаос. Вики сидела на лавке и наблюдала за Лео, который корчился от боли, в то время как врачи осматривали его плечо. Ей было жаль его, но соревнования никто не отменял, и это не какой-то местный чемпионат, где им не было равных, а финал гран-при Европы, где после первого соревновательного дня, они шли вторыми. Шанс выиграть был, и был вполне реальным, ведь они подготовили сложнейшую поддержку, за которую можно было получить очень высокие баллы, но сейчас травма Лео ставила чемпионство под угрозу. Вики швырнула в сторону полотенце.

– У нас выход через двадцать минут. Что с ним?

– Виктория, угомонись. Лео не сможет выступать, нужно сниматься с соревнований. – отмахнулась от ее вопроса тренер – мисс Коган.

– Нет! Вы в своем уме? Мы не можем отказаться от всего так просто! – воскликнула Вики. Ее амбиции в тот момент были превыше всего, даже здоровья собственного партнера. Вики с детства мечтала о таких высотах, и бросать это не собралась, следуя своим принципам и целеустремленности до самого конца, хотя иногда ей казалось, что все это лишь ширма, маска, за которой она прятала все свои страхи, это просто защитная реакция – казаться сильной и независимой. На деле же все было иначе – Вики боялась сделать что-то не так, боялась, что ее начнут ругать или критиковать, а спрятаться за маской амбициозной девочки было проще всего, ведь ее уважают и даже боятся. Удобно, не так ли?

– Он не сможет кататься, пойми же!

– Я смогу, но ту поддержку не сделаю. – Лео поморщился, когда врач ввел ему в плечо обезболивающий препарат. Вики оживилась.

– Сможешь! Ты должен!

– Я не уверен! Если я тебя уроню? – Лео выпучил на нее глаза. Мисс Коган покачала головой, сложив руки на груди.

– Не дури, Уотсон!

– Он сможет! Я отскочу, если что-то пойдет не так!

– Ты угробишь и его, и себя! Я этого не допущу! – тренер была в гневе, как и Вики, которая хотела сейчас разнести в этой раздевалке все. Или забиться в угол и разрыдаться?

– Лео, идем. Мы не будем делать поддержку. – Вики вздернула подбородок, хотя Лео знал, что она не отступит. Так и случилось, при выходе на лед, Вики шепнула ему, что они обязаны отработать программу так, как было задумано. Лео хотел возразить, но она вцепилась в его руку и крепко сжала ее, показывая свой боевой настрой. Сделав круг по льду, Вики и Лео встали друг напротив друга, заняв исходную позицию для предстоящего проката. Они смотрели друг другу в глаза, будто обмениваясь немыми сообщениями на каком-то подсознательном уровне. Лео шепнул «не стоит», но выступление уже началось. Они скользили по льду плавно и ровно. Вики чувствовала эйфорию и легкость, но тревога затаилась где-то внутри, когда руки Лео при первой же поддержке задрожали, но этого, кажется, никто не заметил. Они разъехались в разные стороны, Вики должна была на скорости попасть в его руки, а Лео – поднять ее и удержать на одной руке над собой. Набрав скорость, Вики летела к партнеру. Когда она почти приблизилась к нему, увидела страх в глазах Лео, и этот страх тут же передался ей. Партнер поднял ее над собой, Вики видела трибуны, но потом полетела головой вниз. Лео тоже рухнул, сломав ей своим телом ногу. Боль пронзила ее колено. Болевой шок. Потеря сознания. Так и закончился тот чемпионат, как и карьера Вики в фигурном катании.

Очнулась Вики в больнице Мюнхена спустя почти сутки. Она не чувствовала ногу. Стало еще страшней, чем на том злополучном прокате. Вики испуганно начала искать в себе силы, чтобы пошевелить ногой, но не смогла. Страх того, что она осталась без конечности, превратился в жуткую панику. Так случилась ее первая паническая атака, спустя почти семь лет после того, как она научилась с ними бороться. Вики откинула одеяло в сторону и заплакала, увидев свою ногу в гипсе. Слезы непроизвольно хлынули из глаз. Она рыдала, утирая сырые щеки и нос рукавом больничной сорочки. В палату вошел Лео, он замер, увидев, как его партнерша заливается слезами.

– Вики?

– Ч-что с-случилось? – глотая слезы, выдавила из себя Вики. Лео осторожно прошел ближе, но в глаза девушке не смотрел.

– Ты упала, я упал на тебя…прости, Вики.

– Когда меня выпишут?

– Пока не знаю, колено раздроблено. Тебе поставили пластину.

– Раздроблено… – выдохнула Вики. Все внутри оборвалось в один момент, она знала, что это за травма и к чему ведет. Это был конец. Разум не хотел верить в это, но здравый смысл настаивал на своем. Вики сжала пальцами простыню на кровати.

– Уйди…

– Но… – Лео не договорил. Вики пронзила его суровым взглядом, по которому все было и так понятно.

– Ты сама виновата! Твоя принципиальность вредит тебе самой. Ты одна этого не понимаешь. – Лео резко замолчал. Вики швырнула в него вазу для цветов, которая стояла на прикроватной тумбочке. Как она нашла в себе силы сделать это, она не понимала до сих пор. Лео успел выскочить в коридор, а ваза ударилась о дверь и разлетелась на мелкие осколки, как и жизнь Вики в тот момент.

Прошло два месяца. Два месяца в больнице Мюнхена, два месяца реабилитации и одиночества, два месяца на осознание того, что все закончилось. Тренер сказала, что Лео будет выступать с другой партнершей, а Вики пожелала найти работу и забыть о спорте, чтобы поберечь свое здоровье. Звучало, как угроза. Вики не верила в то, что ее карьера так рухнет – громко и неожиданно. Все новостные паблики пестрили неудачными фотографиями с чемпионата, писали, что карьера Уотсон закончена. Было больно и обидно. Еще и боли в колене становились все сильнее и невыносимее. Она жалела себя и ей хотелось, чтобы ее жалели все. Она писала слезливые посты в интернете, надеясь на поддержку поклонников, но так ее и не получила. Все винили ее в том, что случилось, винили в эгоизме и завышенных требованиях к другим. Не выдержав обвинений и хейта, она просто удалила свой аккаунт – шаг слабого человека, шаг непривыкшего к критике человека. Вики стала слабой, она упала снова, а вставать не хотелось. Да, и стоять-то она не могла. Было больно. Возможно, она сама в своей голове смешала боль физическую и душевную, превратив все это в одну огромную, неутолимую ничем. Если физическую боль и можно было, как-то притупить, то душевную – никак. Тогда-то доктор и выписал ей сильные обезболивающие, но Вики пила их не теми дозами, которыми было велено, а почти в два раза больше нормы. Одна доза – для больного колена, другая – для души. Вики не хотела чувствовать никакую боль, но все еще чувствовала. Зависимость она ощутила в полной мере, когда вернулась в Лондон, и не смогла купить таблетки из-за просроченного рецепта, Вики закатила истерику прямо в аптечном пункте. Потом она покупала более слабые обезболивающие по рецепту мамы, которая на тот момент болела раком, но их эффекта не хватало. Она воровала таблетки у мамы, не думая о том, что слабой больной женщине они были необходимы гораздо сильнее, нежели Вики с ее новым «увлечением». Вики ругала себя за это, но ничего не могла с собой поделать. Когда маме стало хуже, и ее госпитализировали, с таблетками стало совсем туго – мама получала их в больнице, а ее рецепта у Вики уже не было. Дикая мысль пришла тогда ей в голову, за которую ей даже не было стыдно – она подделала даты на рецепте, но фармацевт заметил это и не продал препарат. Вики психовала, злилась, ее ломало от зависимости, в которой она боялась себе признаться. Маме же становилось хуже, нужны были деньги на лечение. Вики продала все украшения, ценности, технику, машину матери. В гараже остался только старенький «Форд» отца, который стоял без дела уже почти восемь лет, с того самого момента, когда отец ушел из семьи, а ушел он, узнав о болезни мамы. Вики ненавидела его, всем сердцем ненавидела. Болезнь мамы на время угасла, но в итоге она все равно не справилась. Спустя два месяца после возвращения Вики в Лондон, мама умерла. Вики осталась совершенно одна, именно этого момента она и боялась. Тогда в больнице она и познакомилась с Кевином, врачом, который поставлял ей таблетки. Денег на них не хватало. Вики работала в кафе официанткой, а когда были выходные, то подрабатывала уборщицей в бизнес-центре, но денег не было все равно. Кевин все еще шел на уступки, давал ей таблетки в долг, а долг рос, рос с немыслимой скоростью, но Вики даже не замечала этого, ведь ее зависимость была сильнее материальных проблем.

Отряхнувшись от воспоминаний, Вики открыла глаза. Она все еще стояла на мосту, а под ним все еще была черная вода Темзы. Завибрировавший телефон резко привел Вики в чувства. Звонил Кевин. Снова будет требовать долг? Но он и так сегодня отказал ей в поставке таблеток. Вики со злостью швырнула телефон на дорогу, но мысль о том, что Кевин звонил, чтобы предложить еще одну партию в долг, заставила ее встрепенуться в надежде. Она схватила сумку и рванула на дорогу за телефоном, который оказался разбит. Яркий свет фар, противный визг тормозов, машина в паре футов, и тут перед глазами все поплыло. Вики инстинктивно отступила в сторону. Кажется, задело руку. Девушка покачнулась и упала на асфальт. Машина тут же остановилась и из салона вышел высокий крепкий мужчина. Он рванул к Вики, резко поднимая ее с асфальта. Ноги не держали, а сознание медленно покидало ее, но Вики боролась с этим, пытаясь не выпасть из реальности. Мужчина крепко удерживал ее за плечи, понимая, что она не может стоять.

– Мисс, с вами все в порядке? Мисс? – испуганно спрашивал он, но Вики лишь мотала головой, она будто забыла, как говорить.

– Генри, что там? – строгий голос раздался где-то рядом. Дверца машины хлопнула, и начали приближаться чьи-то громкие шаги. Вики пыталась разглядеть подошедшего мужчину, но почувствовала лишь аромат терпкого парфюма – сладкий, немного даже резкий.

– Что с ней?

– Не знаю. Может, пьяна? – пробормотал первый мужчина. Второй мужчина грубо схватил Вики за подбородок пальцами и вгляделся ей в лицо. Сначала он поднял пальцем веко на одном ее глазу, разглядывая зрачок, а затем – на втором.

– Или под препаратами. – резюмировал мужчина.

– Что делать?

– Грузи ее в машину, сейчас решим. – второй мужчина отпустил, наконец, ее лицо и отошел в сторону. Вики пыталась пошевелиться, но ноги не слушались. С трудом ее усадили в салон машины. Безвольной куклой, Вики упала на заднем сидении. Второй мужчина сел рядом и подняв девушку, попытался ее даже пристегнуть ремнем, чтобы та не рухнула снова.

– Куда едем? – раздался голос первого мужчины, который уже сидел за рулем.

– Пока едем в сторону Сохо, а по пути я решу. Езжай. – мужчина кивнул.

– Да, сэр. – отозвался водитель, и машина плавно тронулась с места. Вики откинула голову назад, но потом смогла повернуть ее в сторону мужчины, который сидел с ней рядом на заднем сиденье. Сейчас она смогла разглядеть его профиль, его красивое лицо, темные волосы, щетину на щеках, строгий костюм, дорогие часы на запястье, булавку на галстуке, которая блеснула золотом в темноте. Вики перевела взгляд на его руки и замерла, поняв, что он копается в ее сумке. Она видела, как он достал ее паспорт, разглядел его, потом достал страховку – поморщился. С паспортом лежали поддельные рецепты на таблетки. Вики затаила дыхание, она искала в себе силы протянуть руку, чтобы забрать свои вещи, но не смогла даже пошевелиться.

– Генри, едем к Лорри, у мисс Уотсон просрочена страховка.

– Хорошо, сэр. А как же ваша встреча?

– Немного задержимся. – отмахнулся мужчина, уставившись в поддельные рецепты. Вики чувствовала злость от того, что он бесцеремонно разглядывает ее вещи, потом ей стало стыдно, а потом – страшно. Желудок предательски сжался и Вики, подавшись вперед, позволила ему избавиться от всего, что в нем было. Мужчина выругался. Он схватил ее за волосы, чтобы Вики не запачкала их и себя, и немного приподнял так ей голову. Она застонала, уткнувшись лбом в спинку сиденья перед собой. Когда тошнота прошла, Вики попыталась выпрямиться. Мужчина помог ей и, достав из кармана платок, вытер им ее рот.

– В химчистку не забудь заехать. – бросил мужчина. Водитель промолчал. Вики почувствовала, как к ее губам прикоснулось что-то прохладное – это была бутылка с водой. Пить не хотелось, тело просило иного, но Вики сделала пару глотков, а потом просто потеряла сознание. Как бы она не боролось, оно покинуло ее. Слишком много сил забрало это противостояние зависимости и нахождению в реальности.

Вики с трудом разлепила веки и тут же зажмурилась, когда яркий свет больно ударил по, непривыкшим к такому свету, глазам. Использовав все попытки посмотреть, где она находится, Вики начала искать в себе на это силы – получилось не сразу. Привыкнув к яркому свету, она смогла разглядеть само место и то, что ее окружало. Это была светлая больничная палата, с бежевыми стенами, и таким же потолком, в котором по диагонали пролегали маленькие встроенные лампы. Вики пошевелила рукой, в вену на локтевом сгибе была воткнута игла от капельницы. Тело затекло, только боль в колене напоминала обо всем, что с ней когда-то произошло. Вики снова закрыла глаза. Во рту было сухо, как в пустыне Сахара, и было паршиво в принципе. Когда она открыла глаза снова, то оказалось, что она тут не одна. У окна стоял мужчина – высокий, статный. На его плечи был накинут белый халат, который казался совсем маленьким по сравнению с его телом. Мужчина стоял к Вики спиной и смотрел куда-то вдаль, приоткрыв немного жалюзи на окне. У незнакомца были короткие темные волосы, а когда он встал вполоборота, то Вики начала узнавать его профиль – это тот самый мужчина, с которым она ехала в машине после случая на Ватерлоо. Она хотела внимательнее разглядеть его, поэтому осторожно приподнялась. Затекшие мышцы противно заныли, и Вики тихо пискнула. Мужчина обернулся. Его красивое лицо было будто высечено из камня – строгие черты, выразительные брови, огромные карие глаза, которые сейчас пристально смотрели на Вики, а пухлые губы были вытянуты в безразличную линию. Темная щетина на лице придавала ему брутальность и какую-то легкую небрежность, которая превосходно сочеталась со строгим дорогим костюмом. Рубашка под пиджаком была расстегнута на три первые пуговицы. На вид мужчине было чуть больше тридцати. Солидный, хорошо одетый. Вики смутилась, понимая, что слишком долго разглядывает его.

– Мисс Уотсон, очнулись? – его бархатистый тембр вызвал приятные мурашки, которые тут же покрыли бледную кожу на ее руках. Мужчина сделал шаг вперед и этим самым шагом пересек почти половину расстояния, которое отделяло его от Вики.

– Вы…

– Воды? – перебил ее мужчина. Вики лишь кивнула, понимая, что говорить не может. Он спокойно наполнил стакан водой и, подойдя ближе, нажал на какую-то кнопку у тумбочки, и верхняя часть кровати медленно начала подниматься. Уже через мгновение, Вики почти сидела. Мужчина поднес стакан к ее губам и немного наклонил его, давая сделать небольшой глоток. Когда прохладная влага коснулась языка, Вики даже прикрыла глаза, понимая, что такая мелочь, как вода, делала ее счастливой. Только сейчас она уловила аромат его парфюма, убеждаясь, что там, на мосту, был действительно он. Когда стакан опустел, Вики открыла глаза. Она поймала взгляд больших карих глаз, которые в этот момент были совсем близко, он будто заглядывал сейчас ей прямо в душу. Она замерла. Мужчина выпрямился, отставляя стакан в сторону.

– Как чувствуете себя?

– Где я? – проигнорировала Вики его вопрос. Мужчина поправил халат на своих плечах.

– В рехабе. Вам нужна помощь. – спокойно изрек он. Вики замерла, напрягаясь. Он привез ее на лечение? Что же он понял из тех поддельных рецептов? В глубине души ей хотелось излечиться, очень хотелось. Слезы подступили комом к горлу, но ведь ее долг за лекарства растет с каждым днем. Кевин поставил ее на «счетчик» еще два месяца назад, и с каждым днем сумма удваивается. От одной только мысли об этом, Вики вся сжалась, ей хотелось провалиться сквозь землю, хотелось просто исчезнуть. Почему она не прыгнула с моста в ту ночь?

– Мисс? Вы слышите меня? – мужчина нахмурился, вглядываясь в ее лицо.

– Мне нужно выйти отсюда. – шепнула Вики, строя в голове план дальнейших действий.

– Чтобы окончательно угробить себя? – его голос дрогнул. К чему такая забота?

– Это не ваше дело. Мне нужно вернуться на работу. – бормотала Вики, отлепляя пластырь от руки, чтобы вытащить иглу от капельницы, но незнакомец вдруг с силой сжал ее запястье, тем самым показывая свое превосходство и то, что она будет его слушать. Вики замерла и посмотрела в его суровые глаза. Она испугалась. Таким был Кевин – злым и беспощадным. В памяти начали всплывать самые страшные моменты, связанные с болью и унижением.

Лондон, клиника «Харли Стрит».

Три месяца назад.

В палате горел тусклый белый свет. Вики ходила из угла в угол, ожидая Кевина, который сказал, что скоро придет и принесет ей таблетки. Ее трясло, тело требовало лекарство. Ее бил озноб. Смерь матери все еще не глушилась ничем, даже спустя такое количество времени, боль стала, кажется, еще сильнее и ощутимее. Вики опустилась на пол и прислонилась спиной к стене, обвив колени руками. Сколько прошло времени она даже не поняла, но тут в палату вошел Кевин. Его халат был расстегнут, значит надел он его только что. Для своих сорока лет он выглядел хорошо – все еще спортивен и крепок. Волосы совсем немного взяла седина. Он был гладко выбрит, а его губы изогнулись в неприятной ухмылке. Серые глаза похотливо бегали по ее лицу, спускаясь ниже. Вики спала с ним пару раз, когда у нее не хватало денег на таблетки. Конечно, Кевин был не против, когда еще ему удастся затащить в постель двадцатитрехлетнюю девушку. Удовольствия Вики не получала от близости с ним, она думала только о том, что ей дадут взамен.

Вики вскочила на ноги, в надежде получить заветный пузырек. Кевин рассмеялся, поймав ее жадный взгляд.

– Хочется?

– Да. Ты принес? – она терла ладони о задние карманы своих джинсов, в которых лежали деньги.

– А ты мне что принесла? – он издевательски вынул из кармана пузырек с таблетками и потряс его. Звук бьющихся о стенки банки таблеток вызвал у Вики приступ счастья. Она расплылась в улыбке и сунула Кевину в руки деньги.

– Ты сейчас похожа на одержимую. Тебе не страшно? – доктор рассмеялся, пересчитывая помятые купюры. Вики схватила пузырек и тут же открыла его. Сунув в рот белую таблетку, она запила ее струей воды прямо из-под крана, а следом выпила еще одну.

– Тут не все деньги. Ты хотела меня надуть?

– Нет, Кевин! У меня сейчас не хватает всей суммы, но я верну. Обещаю.

– Слушай, Уотсон, я и так сделал тебе скидку. – Кевин выхватил из ее рук пузырек. Вики потянулась за ним, чтобы отобрать его обратно, но Кевин сильно сжал ее запястье. Было больно, но заветный пузырек был так близко.

– Прошу тебя, отдай. Я все верну, клянусь! – взмолилась Вики.

– Нет, теперь ты будешь платить, как все. – Кевин оттолкнул ее в сторону. Пузырек с таблетками вернулся в карман его халата. Вики затряслась от негодования.

– Но я могу ведь компенсировать, скажи, что мне сделать! Отсосать тебе? – чуть ли не умоляла она. Вики упала на колени и начала расстегивать его брюки. Ей было противно от себя самой, но она ничего не могла с этим поделать. Кевин расхохотался, отстраняя ее от себя коленом.

– Мне, конечно, нравится, как ты трахаешься, но этого мало. Понимаешь? Что мне с того? Мне нужны деньги. – Кевин отошел на шаг назад. Вики упала ему в ноги, цепляясь за штанину его брюк.

– Умоляю тебя! Или ты хочешь, чтобы все узнали, чем ты занимаешься? – эти слова просто взбесили его. Он отшвырнул ее ногой в сторону. Вики упала ничком, но попыталась встать. Кевин прижал ее к полу, уперев ботинок ей в грудь. Вики оцепенела. Было сложно дышать, он давил все сильнее. Глаза Кевина вспыхнули – злость, ненависть, ни капли жалости – все это сейчас отчетливо читалось в его взгляде.

– Не смей меня шантажировать! Я тоже могу рассказать о тебе многое. Пусть ты и спустила свою репутацию на кайф, но за такие подробности любая желтая газетенка с удовольствием мне заплатит. – Кевин убрал ногу, и быстро поднял Вики, а затем усадил на колени. Девушка начала задыхаться, когда его жесткая рука схватила ее шею.

– Мне больно… – простонала она. Кевин лишь улыбнулся.

– Открой рот, я дам тебе то, что ты хочешь. – но Вики в ответ лишь помотала головой. Тогда Кевин ударил ее ладонью по щеке, не сильно, но кожу защипало. Вики ахнула и слезы хлынули из глаз. Он надавил на ее щеки, заставляя открыть рот. Сопротивляться смысла уже не было, как и сил. Вики зажмурилась, когда его вялый член оказался у нее во рту. Кевин застонал, он схватил ее за волосы и сильно стянул их на затылке, чтобы Вики не смогла вырваться или отвернуться. Когда он кончил ей в рот, то с силой закрыл его ладонью, чтобы Вики не смогла ничего выплюнуть. Пришлось глотать. Рвотный рефлекс заставил ее тело содрогнуться.

– Запомни, красотка, полная стоимость. Если не вернешь, поставлю на «счетчик». Кивни, если поняла. – Кевин улыбнулся, когда Вики кивнула. Затем он вытащил пузырек с таблетками и открыл его. Вики вытирала слезы со щек, вытирала рот, пытаясь избавиться от неприятного вкуса во рту. Кевин снова схватил ее за щеки. Он высыпал все содержимое пузырька ей в рот и зажал его ладонью.

– Глотай, передоз тебя спасет. – он рассмеялся, когда Вики замычала, пытаясь не проглотить все таблетки разом.

– Ты рано или поздно от него сдохнешь. Зачем же тогда оттягивать? Посмотри на себя, ты опустилась на дно, а была такой милой и хорошей девочкой. Хочешь закончить на панели? Не думаю…Вот он – выход, проглоти, и ты свободна. – доктор дернул бровью. Вики пристально смотрела на него, сжимая пальцами его запястье. Кевин, наконец, отступил, оттолкнув ее в сторону. Мысль о том, что он прав, пугала. Этот страх будто отодвинул на второй план, накатывающую от принятых таблеток, эйфорию.

– Ну, и дура. – бросил он и вышел из палаты. Вики выплюнула таблетки и закашлялась. Ее вырвало прямо на себя. Она заплакала, но потом начала собирать сырые таблетки с пола, дрожащими руками бросая их в пузырек. Такой униженной она не чувствовала себя никогда. В кого она превратилась? В подстилку, которая готова пресмыкаться, чтобы получить таблетку? Разве об этом она мечтала?