Драконы Чарынского каньона. Книга 1. Лекарь

Над мегаполисом стояла глубокая, безлунная ночь. Ночь перед рассветом особенно темна, словно ожидая первых лучей света, природа погружается во мрак, как дельфин ныряет в море. После прошедшего осеннего дождя, дымка смога, которая обычно скрывала от глаз жителей города звезды, рассеялась, и сейчас в темноте безлунной ночи звезды казались больше и ярче.

Бледный, едва дышащий, почти безжизненный человек лежал на старом матраце, укутанный в не менее старое одеяло. В его комнате из-за высокой влажности стены покрылись плесенью, потолок и углы отсырели, краска на полу почти вся облупилась, а перегоревшая лампочка одиноко свисала на куске провода. В комнате кроме матраца на голом полу, одиноко стоял небольшой столик с большим блокнотом и карандашом, да кувшин холодной воды, стоящий у изголовья этого дурно пахнущего куска материи. Из комнаты выходили две двери – одна в коридор общежития, другая в душевую. Очередное временное жилище среди трущоб мегаполиса. Парню, который, если судить по внешнему виду, борется со смертью каждую секунду, большего и не требовалось.

Полуторамиллионный город в верхней своей части радовал глаз красивыми колоритными красивыми зданиями из стекла и бетона на фоне белоснежных гор, красуясь широкими улицами, каждое лето украшенными разнообразием цветов и декоративных растений. Здесь город стыдливо прикрывал районы трущоб, словно стыдясь и не желая вспоминать об их существовании. Трущобы нижней части города вбирали в себя всех, кто не смог «пробиться», не смог заработать себе на просторную квартиру или дом, тех, кто вынужден ютиться в крошечных комнатках старых общежитий и домов, которые власти постепенно списывали под снос. Сюда же поступал приток новых приезжающих в город на заработки из деревень и маленьких городов страны, у кого не было денег для аренды квартир в верхней части города, где воздух был более свежим, а дома и квартиры – просторнее.

Это утро выдалось особенно тяжелым. Язвы разъедали Лекаря снаружи, а опухоли внутри. Организм активно убивал их клетку за клеткой, заменяя больные ткани, на здоровые, сплетая заново нервы, растворяя на биоматериал все, что кажется мудрому организму непотребным. Обычный человек, окажись он в таком же состоянии, попрощался бы с жизнью минут через тридцать, но Лекарь не относился к категории «обычных». Он твердо намеревался не только не умереть, но и выздороветь в ближайшие сроки. По крайней мере, это была последняя мысль, которая мелькнула в сознании, перед тем как парень потерял сознание. Бред продолжался уже больше суток.

Лекарь не в силах был подняться. Обычно одну опухоль на терминальной стадии1, которую Лекарь забирал у немощных из диспансера, его организм бесследно убивал за пару дней. Но в предыдущую ночь он перестарался и теперь, скорее всего, проведет неделю без движения. А продолжить свой нелегкий труд, он сможет не раньше, чем через две недели.

Парень понимал, что две недели, в которые его тело будет бороться с болезнью, немалый срок… Сколько же людей умрет за пару недель? Скольких Лекарь не сумеет спасти, сколько людей не получит свой спасительный «второй шанс»?

Парень не знал, но чувствовал сильнейшие угрызения совести за них. Совесть будто еще одна раковая опухоль, постепенно лишала его жизненных сил. Молодой человек еще не мог разобраться, что из этих угрызений исходит от совести, призванной сохранять жизнь человека и продлевать дни его благоденствия, а что идет от болезненного синдрома спасителя, который также поселился в его мозгу.

«Интересно, как мой организм распознает, что нужно, а что пришедшая извне болезнь?» – в полубессознательном состоянии рассуждал измученный парень.

Можно было бы предположить, что когда-то его тело взяло основу, будто художник – трафарет, и теперь красит все по нему. Но тогда сам Лекарь бы не старел, а это было не так; тогда и шрамы рассасывались бы вместе со всем, что тоже не соответствовало действительности. К сожалению, шрамы на его теле, пусть и небольшие, но все же появлялись после каждой излеченной язвы.

Не воспримет ли его измененное тело совесть как очередной пагубный элемент, не уничтожит ли ее, «зачесав под одну гребенку» со всеми заразами, копошащимися сейчас в его теле? Может быть, это было бы даже к лучшему, больше никаких страданий, только холодные, расчетливые действия, выполнение своей миссии независимо от внутренних конфликтов. Однако Лекарь точно знал, что его совесть неподвластна телу, она из другой плоскости. И она останется с ним навсегда.

– Забавно – слабо прохрипел в пустоту Лекарь, вперившись в потолок невидящим взглядом – чем больше делаешь, тем меньше, кажется, сделал.

Мысли вязкие, как густая патока, пробивались сквозь странные образы бреда и отдавались резью в висках, стучащих в такт ударов сердца, и во всем воспаленном мозгу.

Он попытался вспомнить хронологию вчерашней ночи. Все ли учел? Не допустил ли ошибки, которая в нынешнем положении вещей может оказаться критической? Если кто- нибудь узнает, что именно он проник в закрытую охраняемую зону под покровом ночи и вышел оттуда на своих двоих – дело приобретет очень плохой оборот. А за раскрытием его личности последует незамедлительное определение адреса, но это будет меньшая из бед.

Голова на секунду приподнялась в сильном напряжении и тут же безвольно упала обратно. Сейчас рано, все силы нужно направить на скорейшее выздоровление. Через пару дней сознание вернется полностью и уж тогда оно все разложит по полочкам.

Мысли о том, что рак убьет его, у Лекаря не возникало. Конечно, в таком тяжелом состоянии, он был лишь однажды. Тогда ходить он смог через неделю, а для полного восстановления понадобилось около полумесяца. Обычно, когда лечение проходит по плану, то Лекарь может даже бегать, хотя и с трудом, через два дня. Но не в этот раз. И даже тот факт, что сейчас он находится на грани смерти, не угнетал, а скорее укреплял уверенность парня в своем выздоровлении.

– Ничего, совсем скоро я пойду на поправку – едва слышно прошептал Лекарь – а когда встану, опять пойду искать тех, кто нуждается в лечении, не доступном врачам. Тех, кто нуждается в Чуде. И он дождется меня! Обязательно дождется!

Маска, напоминающая клюв белой птицы, валялась рядом с кувшином. Интересный конечно выбор, он бы мог назвать его даже вычурным, если бы не практическое предназначение маски. Если бы ее не было – валятся ему прямо там, в коридорах клиники, с пузырящимися от влажных гангрен щеками. А благодаря травам и порошкам, которыми был изнутри забит «клюв» маски, у него хватило сил доползти до укрытия. К тому же, с этой маской даже самый современный детектор распознавания лиц, коим в современном мире может хватить даже куска подбородка, чтобы в точности воспроизвести все лицо, не сможет сгенерировать ни кусочка его измученной физиономии, изрезанной шрамами убитых болезней как спина раба на средневековых галерах изрезана кнутом надсмотрщика.

Через бред, сковывающий сознание, проникла одна разумная мысль. И тут же угасла. Лекарь снова напрягся, пытаясь поймать ее за хвост. Успех…

Он не переставал удивляться скорости своего восстановления, еще час назад парень не мог понять кто он такой, жив ли он? А сейчас, пусть и нечеловеческим усилием воли, но все же вспомнил, что в клюве маски должно быть то, что ускорит выздоровление. Сквозь пелену в глазах от нестерпимой боли он видел краешек крошечного пакетика. Тункап – подарок друзей на прощание. Мощный порошок-психоделик, который вызывает галлюцинации у обычного человека, но для разума и тела Лекаря он был что-то вроде ускорителя. Конечно, его будет жестоко ломать минимум восемь часов действия препарата и после этого еще столько же, зато время восстановления организма уменьшится как минимум вдвое.

Правда, кое-что Лекарь не учел. Для того чтобы проглотить порошок, крошечный пакетик из быстрорастворимого натурального волокна, мало решимости страдать шестнадцать часов, надо еще дотянутся до маски, выудить маленькую белую гадость и проглотить, запив водой для уверенности.

На попытку встать, тело протестующее заскрипело. Радовало, что не нужно переворачиваться – волей случая, Лекарь и так лежал на боку, лицом к маске. Расстояние вытянутой руки казалось ему невозможно большим, наверное, такой же видит бескрайнюю пустыню путник, делая первые шаги по горячему песку.

Лекарь набрал воздуха в легкие. С хрипом выдохнул, одновременно вытягивая правую руку, которая раньше покоилась, прижатой к груди. Сначала парню показалось, что рука внезапно увеличилась в весе и стала весить не меньше полутоны, затем тяжесть прошла, ее место заняла жгучая боль, зародившая на кончиках пальцев, и пронзившая все тело раскаленными иглами.

Очнувшись через неопределенный промежуток времени, может час, может день, Лекарь почувствовал тыльной стороной руки прикосновение хрусткой, сушеной травы, спрессованной внутри маски. Пакетик тункапа лежал точно между пальцев. Боясь снова отключится, он медленно сжал его между пальцами и рывком поднес ко рту. Теряя сознание в очередном приступе боли, ему все- таки удалось улыбнуться кривой улыбкой мертвеца, смакуя ощущение, как маленький пакетик скользит по глотке вниз. Запивать сил не было, пусть растворяется так. В следующий раз он очнется нескоро. Надеясь на то, что следующие восемь- десять часов просто выпадут из его памяти, Лекарь отключился.

Глава 1

Сегодня утро для Виктора началось как обычно с сигареты и большой кружки горячего кофе. По утрам, едва открыв глаза, он брал сигарету в зубы и блаженно закуривал, медленно возвращаясь из царства сна к реальной жизни. Жизнь казалась бы полным совершенством, если бы не кашель, который особенно сильно раздражал по утрам. Но даже кашель сегодня не испортил блаженство неспешности утреннего подъема.

В последнее время Виктор не торопился на работу как прежде, когда работал следователем в отделе по расследованию особо опасных преступлений, и имел над собой много начальников. Недавно, уволившись из сыскного отдела, следователь открыл собственное частное агентство. Поэтому факт, что не нужно бежать на работу ровно к восьми часам все еще доставлял ему наслаждение. Выкурив сигарету, мужчина потянулся и пошел умываться.

Виктор был подтянутым мужчиной лет за тридцать, спортивного сложения, без лишнего веса следящий за тем, чтобы всегда оставаться в форме. Вечерами он занимался в спортзале также, как много лет, пока работал на государство. Врачи и тренер постоянно напоминали о вреде курения, мужчина понимал, что они правы, и не раз пытался бросить, но старая привычка держалась прочно.

В его жизни все подчинялось распорядку, любые новшества Виктор принимал «в штыки». Мужчина не сразу привыкал к изменениям, но привыкнув, прочно «вписывал» новые привычки в старый образ жизни. Однажды привыкнув к сигарете, он не мог ее оставить без очень весомых причин. Открыть частное агентство было для него почти подвигом, и он не рискнул бы сделать это, если бы не был уверен, что всегда будет «завален» работой. Количество раскрытых дел было в его случае настолько велико, что даже в толпе других следователей, он выделялся и никогда не сидел без работы.

В офис частный детектив пришел в двадцать пять минут десятого. Он вошел с прохладной улицы в тепло офиса и опять закашлялся.

«Надо сходить к врачу – подумал детектив – зима еще не началась, а я уже простыл! И никак не получается снять кашель! Достал уже!»

Отдышавшись после приступа кашля, мужчина сел на свое кресло, расслабился, включил компьютер, и вновь потянулся за сигаретой, но в этот миг раздался телефонный звонок.

– Сыскное агентство «Хипеш» – сообщил он, подняв трубку и сердясь на секретаршу, которая еще не пришла на работу.

– Здравствуйте! Вы – детектив Макицкий?

– Да, это я.

– Мне необходимо встретиться с Вами лично. Мое дело строго конфиденциально – послышался в трубке довольно резкий женский голос.

– Хорошо, Вы можете прийти ко мне в офис, и мы поговорим – Виктор сообщил адрес и спросил возможную клиентку, когда та сможет прибыть на место.

– Дорога займет не более получаса – сообщил голос.

Положив трубку, детектив продолжил начатое – поднес огонь зажигалки к сигарете и с наслаждением затянулся. Дела в агентстве шли неплохо.

«Вот только Лариса опаздывает, разбаловалась, нужно сделать замечание» – сделал себе заметку детектив.

По договоренности секретарша должна была приходить без четверти десять, а шеф, то есть он – к десяти, когда кофе уже будет сваренным. А сегодня приходилось начинать рабочий день без удивительно вкусной чашки Ларисиного кофе. Виктор не мог объяснить почему, когда кофе варил он, из тех же ингредиентов, напиток получался другим, не таким ароматным, но Лариса не раскрывала свою тайну.

Взглянув на часы, детектив понял, что сердился рано – была только половина десятого, нужно было просто подождать Ларису, разгребая вчерашний завал бумаг. Сегодня нужно было составить отчет по двум законченным делам. Хорошо, что отчитываться приходится только один раз – перед заказчиком, нет необходимости писать отчеты для руководства как раньше.

Но судьба приготовила ему неприятный сюрприз, кофе Виктор не успел выпить – посетительница появилась ровно в десять, через пять минут после прихода секретарши, которая немного задержалась, как это нередко с ней случалось.

В дверях появилась высокая худая дама, плоская, в черном строгом платье и черных туфлях, темные волосы были стянуты на затылке в тугой узел. Несмотря на строгость облика, все в посетительнице выдавало лоск и высокую цену: прическа, одежда, обувь, макияж – каждая мелочь сообщала миру о высоком статусе дамы.

Женщина держалась неестественно ровно, словно у нее вместо гибкого позвоночника был вставлен лом, все прямые линии тела казались в ней натянутыми. Лицо соответствовало стану – тонкий, острый нос, почти незаметные губы и узкие, чуть раскосые глаза. После беглого взгляда на эту женщину, казалось, что зрачки тоже должны быть вертикальными и узкими, но зрачки были круглыми, почти черными и это как- то не гармонировало с ее обликом, хотя на общем фоне терялось.

– Здравствуйте! – голос женщины звучал режуще.

– Проходите, пожалуйста, присаживайтесь! – пригласила посетительницу секретарша.

Лариса казалась вызовом на фоне строгой дамы. Девятнадцатилетняя девушка, очень женственная, девяносто- шестьдесят – девяносто. Она была на пятнадцать лет моложе своего работодателя, любительница поболтать и пококетничать. Несмотря на требование шефа носить строгую одежду, она носила яркие костюмы, была выкрашена в блондинку, носила крупные украшения, делала яркий макияж. Требование шефа девушка исполнила, на ней всегда был костюм, но про цвет шеф ничего не сказал, и про украшения тоже, и потому она проявила в этом месте свою творческую натуру.

Несмотря на требование частного детектива к строгости, в офисном помещении с ее «легкой руки» на полках и ее столе стояли различные статуэтки и украшения, но их было не много. Лариса понимала, что стоит ей поставить еще хотя бы одну вещь, шеф заставит убрать все. На стенах также с момента прихода Ларисы в офис, появились парочка безделушек в виде коричневого с черным «ловца снов» и пары строгих современных украшений из тонкой проволоки и небольших красивых спилов дерева, которые она купила на любимых ею выставке- продаже изделий ручной работы.

Виктор молча терпел изменения в офисе, но следил, чтобы Лариса не «перестаралась». Внешний вид офиса полностью отражал их отношения. Детектив и секретарша «ходили по грани». Она нередко проходила по грани увольнения, допуская вольности, Виктор терпел, замечая, что ее присутствие не позволяет ему совершенно оторваться от красоты окружающего мира и от некоторой прелести вольностей, но время от времени он думал, не заменить ли секретаршу? Несмотря на сложности, обоим казалось, что их сотрудничество окажется долгим и плодотворным. Лариса в тайных уголках души таила надежду, что «пробьет» строгую защиту шефа и «приручит» его. Она была одинокой девушкой, он – одинокий мужчина. Между ними была одна серьезная разница – Лариса искала жениха, ее шеф – преступников. Но девушка не теряла надежду, что когда-нибудь детектив ее заметит, хотя бы потому, что видит каждый день и нередко бросает взгляды на ее пышную грудь.

Посетительница прошла и опустилась на мягкий стул у стола Виктора, продолжая держать спину напряженно и неестественно ровно опустив руки на колени.

– Я бы хотела поговорить с Вами с глазу на глаз – обратилась она к Виктору.

– Лариса, ты не хочешь прогуляться до магазина? – поинтересовался Виктор у секретарши.

– Хорошо, шеф, я быстро – откликнулась девушка, отходя от кофеварки и направляясь к выходу.

– Не торопись. У меня приватная беседа – бросил он вслед уходящей Ларисе.

– Хорошо, шеф, тогда я зайду в химчистку, заберу Ваш костюм.

– Ну, вот и хорошо! – согласился детектив.

Как только за девушкой закрылась дверь, посетительница начала рассказывать. Она нервничала, но пыталась скрыть нервозность.

«Собирается врать или что-то хочет скрыть? – подумал Виктор, наблюдая за женщиной – нужно проследить».

– Меня зовут Нонна Маратовна. Я работаю администратором в онкологической клинике – начала она – наш главный врач настоял на том, чтобы мы наняли Вас… В последнее время у нас стали происходить странные вещи – время от времени кто- то приходит ночью в «тяжелое» отделение и проводит манипуляции над больными.

– После этих манипуляций случались смерти? – поинтересовался детектив.

– Нет, напротив! У больных после посещения странного человека, обычно наступает ремиссия.

– Но разве не этого добиваются врачи своим лечением?! – удивился мужчина – вы должны радоваться появлению такого гостя!

– Но этот человек обещает больным полное выздоровление, то есть «исцеление» как он говорит и через два – три дня даже самые недоверчивые пациенты уходят из клиники. Уже два отделения нашей больницы на данный момент пусты. Сначала мы пытались разобраться сами, но после последнего посещения решили обратиться за помощью. Дело в том, что среди пациентов пошел слух о «Лекаре» как они его называют, и люди не торопятся проходить наше стандартное лечение. Но мы не верим, что этот шарлатан может полностью излечить безнадежных больных одним прикосновением! Все наши специалисты уверены, что пациенты скоро снова попадут к нам, но только для того, чтобы умереть! И мы не хотим отвечать за всяких шарлатанов своей репутацией!

– Понятно – ответил Виктор и начал записывать – что Вам известно об этом странном посетителе?

– Практически ничего! – вздохнула женщина – иначе мы не стали бы нанимать вас, а справились бы силами нашей охраны.

– Но как? Разве в клинике нет камер? – детектив был удивлен.

– Камеры есть везде. Но перед его появлением кто- то проникает в нашу систему и отключает все камеры, вернее кто- то ставит вместо них записи недельной давности и охранник даже не подозревает, что видит не реальные события, а запись. Мы наняли высококлассных специалистов, чтобы они отследили, кто и как взломал нашу систему, но пока тоже безрезультатно!

– Как Вы думаете, почему ваш посетитель приходит несколько раз в одно и то же место, хотя мог бы вылечить всех за один раз и скрыться навсегда?

– Мы не знаем. Но предполагаем, что у него есть некий «резерв» то ли препарата, то ли возможностей… но в любом случае, это не небожитель с неограниченными возможностями. Но с этим Лекарем явно что-то не так! Он лечит, вскрывает железные замки любой сложности, без единой царапины; и взламывает компьютерную систему, обходит охранников, патрулирующих коридоры, да так, что никто из них ничего не видит!…. Супермен какой- то!.... – женщина оглянулась и почти прошипела с нескрываемой злостью – …ш-ш-шарлатан!!!

– Или у вас работает группа… преступников – задумчиво добавил детектив – Когда в последний раз появлялся ваш посетитель?

– В последний раз он появился на прошлой неделе в отделении интенсивной терапии.

– Почему же Вы только сейчас пришли? – удивился Виктор.

– Мы пытались найти его своими силами.

– Могу я осмотреть место… – Виктор хотел сказать «преступления», но на мгновение задумался и произнес – …происшествия?

– Да, конечно. Отделение закрыто, чтобы кто-нибудь случайно не уничтожил улики.

– Я могу поехать прямо сейчас – детектив с готовностью поднялся с места и направился к стенному шкафу.

– Хорошо – посетительница встала, словно вытянулась, отчего показалась еще более тонкой и натянутой как струна.

– Подождите, пожалуйста, еще пару минут. Мы должны оформить договор, и Вы должны внести предоплату, таковы правила – остановил Виктор клиентку.

– Я попросила бы сделать все поскорее. У меня много работы – ответила дама.

– Вы можете внести предоплату, я выдам Вам чек и акт приема денежных средств, а секретарь оформит договор и вышлет его Вам на электронную почту. Если Вы согласитесь с текстом Договора, сообщите согласие также по электронке. Секретарь распечатает его здесь, и мы сможем подписать договор сегодня вечером или завтра утром. А я тем временем смогу начать расследование – предложил Виктор.

– Меня это вполне устраивает. Так будет быстрее – ответила женщина.

Ну вот… придется начинать рабочий день без чашки ароматного кофе в компании с красивой болтушкой, которая так удачно скрашивает его молчаливость. Виктор пробил чек на кассовом аппарате, выписал акт, принял деньги и отправил их в сейф, потом вздохнул и поднялся с мягкого кресла.

Глава 2

Проснувшись вновь, Лекарь почувствовал небывалую легкость. Все- таки иметь самовосстанавливающийся организм это круто!

Легко вскочив с мокрого от пота матраца, он оглянулся. Ничего не изменилось, все та же сырая комната, полупустой кувшин с водой, окно с серой деревянной рамой, костюм с маской, лежащие на полу. Разве что стало очень душно. Подняв с пола кувшин, Лекарь подошел к окну. В мутном стекле слабо отражалось его смуглое юношеское лицо, снова здоровое, полное жизни, даже свежее чем прежде. Черные волнистые волосы, растрепавшиеся от долгого и беспокойного сна, вились до середины шеи, карие глаза озорно блестели. Жизненная сила, видимо, полученная в награду за нелегкий труд била ключом.

– Гм…Гаечным… По морде… – сказал он своему отражению и рассмеялся своей незамысловатой шутке.

Все- таки как прекрасно чувствовать себя живым! После тяжелых времен светлые дни кажутся особенно яркими и наполненными жизненной силой. Распахнув окно, Лекарь с наслаждением вдохнул утренний воздух. После спертого воздуха помещения, чистая осенняя свежесть слегка вскружила голову. Прохладный ветерок был наполнен ароматами опавшей листвы и недавно прошедшего дождя. Чистое небо над головой вызывало непреодолимый соблазн прогуляться.

Лекарь любил осеннее Алматинское небо. Нигде больше он не видел, чтобы осенью, когда деревья раскрашиваются в желто- красные оттенки, небо вдруг становилось сиреневым, словно на нем кто- то разлил чернила с водой. Что рождало этот удивительный цвет неба, он не знал, а просто любовался удивительным цветом неба с медленно плывущими по нему облаками! Здание общежития, в котором парень снимал комнату под видом «студента из аула», находилось возле частного сектора, далеко от многолюдной и шумной трассы, частный сектор отделял здание от дороги и поэтому по утрам здесь было гораздо тише, шум машин доносился лишь издалека. Из окна, несмотря на привычный смог, висящий в воздухе, просматривалась панорама гор, с блестящими на солнце снежными вершинами.

Парень закрыл окно, одним махом выпил воду из кувшина, быстро сложил маску и костюм, нечего им валятся, и выбежал в коридор. Там лежал его рюкзак, который он забыл закинуть в комнату. Возможно, парень должен был беспокоиться за сохранность своего имущества, но все соседи его знали и были хорошими людьми, так что Лекарь не сомневался, что его пожитки никто не тронет. В среднем отделе рюкзака он нащупал джинсы и майку с балахоном. Прихватив вещи с собой, Лекарь вернулся в комнату, принял душ, быстро обтерся полотенцем, спешно оделся и, вернувшись в коридор, накинул на плечи рюкзак.

– Куда опять в такую рань, айналайын? – услышал он веселый голос, когда уже стоял на лестничной площадке.

В дверях комнаты, напротив его, стояла бабушка, имя которой, он к своему сожалению, все время забывал, ввиду трудности его произношения для человека другой национальности.

– Пойду, прогуляюсь, тәте – с улыбкой отозвался Лекарь.

Насколько он помнил, это переводилось, ни то как «тетя», ни то как «бабушка», так в Алматы, где он, собственно и находился, обращались к старшим женщинам. Здесь в общежитии молодые люди называли так всех женщин, кто был старше их.