Ну ты, мужик, попал…

Двумя днями ранее

Два друга шли домой, и громко спорили. Чувак! Да что с тобой? Ты вечно встреваешь невпопад! Меня уже достали вопросами, почему я дружу с Бетховеном!? – почти кричал Гена.

– Не нравится – вали! Ты же крутой! Типа звезда! Ну иди к своим почитателям! – обиженно буркнул Артем.

Русоволосый четырнадцатилетний подросток в этом году сильно вытянулся и еще не привык к своим новым размерам, за счет чего казался немного неуклюжим. Голос начал ломаться, пробивался басок, как у его отца и Тёма стеснялся говорить в тех местах, где его хорошо знали, потому что все обращали внимание на эти изменения.

Мальчика можно было назвать симпатичным, в детстве он был даже слишком красивым и на него всегда обращали внимание в общественных местах. Сейчас, когда Артем стал подростком, лицо изменилось, стало более мужественным, но перестало бросаться в глаза. Артем уже не был нежным мальчиком, восхищающим окружающих. Он становился сильным мужчиной, занимался спортом и уже мог постоять за себя.

Артем был худощав, но на фоне своего старшего друга казался даже полноватым. Гена выглядел так, словно худого мальчика ростом в сто сорок сантиметров вытянули до ста восьмидесяти. Тонкая кость, совершенное отсутствие жира создавали впечатление болезненной худобы. Несмотря на это Гена был сильным и ловким шестнадцатилетним парнем. И сейчас он возбужденно говорил, время от времени поправляя свои русые волосы, спускавшиеся почти до плеч. Большие глаза, с чуть приподнятыми к вискам уголками, создавали впечатление загадочности. Если бы не болезненная худоба, его можно было бы назвать красавцем. Есть люди, которые не отличаются яркостью в детстве, но расцветают в юности. Гена принадлежал к такому типу людей.

Да как ты мог начать им про всякие штуки по биологии лекцию читать! Ты че, не понимаешь, что дворовая братва не петрит во всем этом?! Да им и неинтересно! Если бы ты им косячок предложил вместо курса по биологии, они бы это заценили!

– Если ты считаешь их такими тупыми, то зачем дружишь с ними? – не понял Артем.

– В школе его называли «ботаном» не столько из-за любви к школе, в которую он не любил ходить, сколько за любовь к ботанике конкретно. Друзей у Артема было не много. Точнее сказать – один настоящий друг – Генка, с которым он вырос вместе.

Артем очень любил внимание окружающих, даже мечтал стать артистом, но в группе сверстников всегда робел и не часто понимал, как себя вести правильно, чтобы «народ заценил» – как выражался его друг, и поэтому не был популярен. Единственное время, когда Тёма вел себя чуть смелее – в присутствии друга. Но иногда все же случалось подобное – Артем начал говорить невпопад и его обсмеяли.

Гена всегда очень быстро понимал, чего от него хотят окружающие и делал то, что нужно и от этого прослыл «классным парнем», «душой компании».

Матери ребят дружили много лет – познакомились в роддоме, да так и сдружились на всю жизнь, даже жили в домах через дорогу. Хотя ребята не были одногодками. Когда их матери познакомились – вместе с Геной, с разницей в десять дней, родилась старшая сестра Артема – Дина. Тёма родился двумя годами позже, и Генка относился к нему как к младшему брату. Оба мальчика были русоволосыми из-за чего их нередко принимали за родных братьев.

Разговаривая, ребята подошли к дому, не заметив, что мать Гены идет к подъезду с другой стороны. Нина смотрела на детей, и улыбалась. Она радовалась дружбе детей, видя, что несмотря на юный возраст, Тёма очень верный друг и всегда поддерживает ее сына.

Женщина всячески поддерживала эту дружбу и даже мечтала, что ее сын и дочь подруги – Дина когда-нибудь влюбятся и поженятся. В детстве дети втроем были «не разлей вода». Вот только сейчас, когда у них начался переходный возраст, с этой мечтой Нины было что-то не так – у Генки и Динки появилась сложная непереносимость друг друга. Они не могли находиться в одной компании даже пять минут чтобы не поругаться. Но ради друга, Генка иногда терпел Динку в компании, не упуская случая все же поддеть ее по любому поводу. Динка привычно огрызалась.

Ребята жили в соседних многоэтажках и сейчас первым по пути был дом Генки. Уже у самого подъезда, буквально натолкнувшись на мать Гены, мальчики поздоровались.

– Привет, мам! – бросил Гена.

– Привет, мам, – также привычно бросил Артем.

Они никогда не задумывались, почему обоих родителей называли «мама» и «папа» – просто так с детства повелось. Поздоровавшись с матерью, Гена продолжил распекать друга.

– И все-таки ты тупой! С этой братвой я общаюсь чтобы они нас с тобой не гнобили!

– Гена, с теми парнями лучше не дружить. Это до добра не доведет – вмешалась мать.

– Мам, так мы с ними и не дружим! Они с Бетховеном не хотят дружить! – отмахнулся Генка.

– Я не пойму, ты хочешь с ними тусить или нет? – растерялся Тёма.

– Нет, не хочу. Но и ссориться тоже не в жилу… – Генка был раздосадован непониманием друга. Затем он улыбнулся и добавил – а вообще классно, что ты такой – «не от мира сего». Мне это помогает отношения с парнями не портить, но и не тусить с ними постоянно. А то у меня мозги высохли бы, эт точно!– он хлопнул друга по плечу. – Ладно, братан, ты хоть и тупой, но все равно роднее всех их!

– Сам ты имбецил! – привычно огрызнулся Тёма.

– Дети, как вы можете так грубить друг другу? Вы же как братья! – попыталась «помирить» ребят Нина.

– Потому и можем, что братья! – рассмеялся Генка и повернулся к другу – дай пять!

– Дай пять! – откликнулся Артем – ты – самый дебильный из моих друзей!

– Сам такой, кретин! – беззлобно откликнулся Генка, входя в подъезд – пока! Уроки сделаю, позвоню.

– Не звони, кому ты нужен?! – также лениво бросил Тёма, поворачивая к своему дому – до вечера!

– Мальчики… ну как вы можете?! – простонала Нина, разводя руками.

– Можем – хором откликнулись ребята, уходя каждый в свою сторону.

Поднимаясь по ступенькам, Нина попыталась пожурить сына.

– Ген, зачем ты так грубо с Тёмой? Вы же друзья! Наверное, такого как Артем у тебя друга не будет…

– Мам, не переживай, мы это так, чтобы никто не понимал, что мы очень друг друга ценим. А то всякие гадости начинают говорить. Я знаю, мам, что Тёмка – самый лучший мой друг. Знаешь, в прошлом году, когда его стали «Бетховеным» дразнить, а я стал самым популярным в классе, я стал стесняться его и избегать. Получается, что я предал его. А Тёмка один пришел ко мне на помощь, когда мне было плохо. Он не предал меня и простил мое предательство – разоткровенничался вдруг Гена.

– Надо же, а я и не знала, что его дразнят. Хотя, почему «Бетховен»? Это в честь композитора?

– Маааам – устало протянул Гена – ты такая же наивная как Тёмка! В той компании вряд ли знают вообще слово «композитор» и уж тем более Бетховена не знают. Фильм был такой про пса сенбернара, такого губастого, ушастого с грустными глазами, который вечно попадал в разные истории.

– Аааа, теперь понятно. Наверное, Тёме эта кличка кажется очень обидной! А про тот случай, когда вы не общались, я не знала…. – растерялась Нина – у ты хоть прощения попросил?

– Конечно. Но, прикинь, Тёмка сказал просто: «Все люди ошибаются, для меня наша дружба дороже моей обиды». Он даже предательством это не назвал! А я вряд ли такое смог бы простить…

– Учись у Тёмы прощать. Так не многие умеют! – улыбнулась Нина.

– Да знаю я, знаю… – вздохнул Гена –Я думаю, что он на самом деле намного лучше меня. Просто Тёмка «не от мира сего», вечно думает, что его окружают только хорошие люди. А эти придурки смеются над ним и меня это бесит. Но они намного сильнее чем я, и я не могу за него в рожу им дать, вот я и пытаюсь Тёмку научить, как не подставляться под их шуточки.

– Ты для него тоже очень хороший друг! Я рада, что вы дружите!

– Стараюсь….– вздохнул Гена, входя в квартиру – мам, а чего-нибудь пожрать есть?

– Сейчас будем кушать, только папу на обед дождемся, он придет с минуты на минуту – откликнулась Нина – иди руки мыть.

Отец Гены был не родным, но воспитывал мальчика с шести лет, женившись на его матери. Богдан, казалось, действительно был послан в неба на боль мальчика, росшего без отца. Гена смотрел на друга, у которого был скупой на ласку и очень замкнутый отец, но все же он был, и мальчик нередко плакал по ночам. И вот однажды появился Богдан. Сначала Гена боялся потерять любовь матери и был против их встреч. Но скоро и сам не представлял свою жизнь без друга матери. Не прошло и трех месяцев как Нина вышла замуж за Богдана, и они зажили счастливой семьей.

Богдан и Гена сдружились. Даже Артему досталось заботы от Богдана, который стал прекрасным отцом и старшим другом для обоих ребят. Нередко, когда импульсивная Нина ругала сына, отчим защищал Гену, за что мальчик привязывался к отчиму еще больше. Он никогда не называл его иначе, чем «папа». Даже дворовое «предки» или «батя» не употреблял, считая, что это не про его отца.

Тем временем Артем медленно шагал домой. Сегодня туда идти совсем не хотелось – мама будет допоздна на работе. Раньше мальчик бежал домой, потому что до сих пор мама была его лучшим другом и доверенным лицом. Дина и Артем побаивались отца и не знали, о чем с ним можно поговорить? Он был замкнутым и молчаливым, но мама была старшей «подружкой» для обоих детей.

В свои четырнадцать Артем был уже вполне самостоятельным, но иногда хотелось просто прижаться к плечу мамы и пожаловаться на мальчишек, которые постоянно донимают в школе, а тут еще и во дворе!

– Почему я такой? – чуть не плача бормотал Артем – почему не такой как все? Все в классе мечтают быть «не как все», но они сами не понимают, чего хотят! Наверное, мама бы сказала, что-нибудь хорошее, но с этой новой работой я её уже почти полгода вижу только ночью и рано утром. Ненавижу её работу!

Артем бросил портфель на стул в свою комнату, быстро разогрел еду, наспех проглотил все, почти не разбирая вкуса, оделся и вышел на улицу. Он знал, что Генка делает уроки, да и самому нужно было бы сейчас сидеть за уроками, но на душе скребли кошки и делать ничего не хотелось.

– Ну и пусть будет двойка! Да хоть по всем предметам сразу! Может тогда «ботаном» перестанут называть? – зло шептал мальчик, пиная желтую листву, будто она была виновата во всех его проблемах.

Сегодня солнышко грело почти по-летнему и только прохладный ветерок напоминал, что скоро придет зима с ее метелями. Легкая курточка мальчика была распахнута, и иногда разноцветные листья садились на пушистый свитер, который Тёма очень любил.

Мальчик вышел в ближайший сквер, не думая, куда идет. Он просто шагал туда, где слой опавшей листвы был больше. А в сквере дворник почему-то не убрал ее, особенно на березовой поляне. Раньше мечтательный мальчик обязательно бы остановился, залюбовавшись желтым ковром на зеленой траве. Но сейчас ему было безразлично. Ровно посередине поляны лежала куча собранных листьев, которые почему-то не увезли. Артем подошел к куче и зло пнул ее. Целый ворох желтой листвы поднялся в воздух и вдруг что-то больно ударило Артема по затылку.

– Да чтоб тебя! – взвыл Тёма – что за дурацкий день сегодня!

Он взглянул наверх – нечто гладкое, довольно большое, блестящее скользнуло в воздухе, резко взмыв вверх у самой березы с противоположной стороны поляны и улетело в небо, куда-то за облака. От сильного порыва ветра, шлейфом следующего за неизвестным предметом, остатки листьев с дерева слетели разом.

– Блин… летающая тарелка что ли? Я что с ума схожу? Уже глюки начались! – Вдруг Артем остановился как вкопанный. Прямо у его ног лежал странный предмет – черный блестящий прямоугольник. – Неужто смартфон потерял кто-то из тех, кто сидел в этом летающем объекте? Но это не самолет точно!

Мальчик вспомнил, как в детстве на Новый год попросил маленький самолетик. Мать облегченно вздохнула, удивленная, что обычно огромные мечты сына вдруг стали реальными, но в этот момент сын добавил: «…чтобы я на нем полетать мог». «Сын, ты в своем амплуа… – вздохнула тогда мама – вряд ли Дед мороз может изобрести такой самолетик. Он ведь привозит только готовые игрушки, а не изобретает их…». «Такие игрушки не интересно! – ответил малыш. – Тогда мне от Деда Мороза ничего не нужно».

Сейчас Артему показалось, что кто-то реализовал мечту его детства и сделал самолетик, похожий на капсулу, в котором могут вместиться максимум два человека и который летает совершенно бесшумно на огромной скорости. И, похоже пилот или пассажир выронил смартфон. Артем оглянулся, всмотрелся в небо – никто не возвращался за устройством. Он подождал еще – тишина. Вздохнув, мальчик положил находку в карман. В сквере могли появиться хулиганы. Хозяевам он бы спокойно отдал устройство, не задумываясь, а вот хулиганам отдавать не хотелось.

Мгновение подумав, Артем повернул к дому. Войдя в квартиру, не раздеваясь, он набрал номер:

– Генк, ты все сделал?

– Ну, в общем, да… – задумчиво протянул друг.

– Выходи, у меня к тебе новость.

– Что за новость? – подскочила Дина, она тоже вернулась из школы и теперь умирала от любопытства.

– Да так, у нас свои дела… – отмахнулся Тёма.

– Опять у тебя секреты с Генкой! – обиделась Дина – а сестра уже не в счет!

– А вот и не правда! – возразил Тёма, я только вчера уболтал Генку взять тебя с собой погулять. Так вы с ним опять поцапались и испортили нам прогулку!

– А он первый начал! Он достал меня своими приколами!

– Поэтому я тебя и не зову сегодня с нами – пояснил Артем – дай Генке немного «остыть».

– Ну и ладно, не больно-то и хотелось! Плохо только что мамы дома нет!

– Да, это стрёмно… – вздохнул мальчик – ладно, я пойду к Генке.

– А я лучше почитаю, пока мама не вернется – решительно развернулась на носочках Дина – или свяжу жирафа. Я новую игрушку вязанную в инете нашла – красавчик! – Дина показала на мониторе фотографию игрушки.

– Да… красиво… – вяло поддержал брат. Мысленно он уже был с другом в их обычном месте. Хотя очень часто ребята сидели у одного из них дома. Просто скоро осень сменится зимой и на улице сложно будет гулять, поэтому ребята искали случая побыть на свежем воздухе.

Спустя четверть часа мальчики были в тихом уголке двора, куда днем обычно компании не заглядывали. Тёма напряженно поглядывал по сторонам, чтобы убедиться, что посторонних нет.

– Чего звал? Да ты без меня и пары часов не можешь! – привычно съязвил Генка, но его друг не заметил, так сильно был поглощен новостью.

– Глянь чего я нашел! – протянул он устройство другу, но вдруг оно выскользнуло из рук и упало на землю.

– Твоя фамилия не Стрелицкий, а Криворучко! – воскликнул Генка.

– Да пошел ты! Это моя находка, что хочу, то и делаю! – не остался в долгу Тёма.

Но заметив, что устройство раскололось, очень расстроился. Потом рассмотрел и удивился:

– Глянь, их просто два. Они одинаковые!

– Слушай, этот тоже, кажется, можно на два разделить – заметил Генка, рассматривая одну часть – тогда они совсем тонюсенькие будут.

– И мое тоже… но давай не будем разрывать. А то вдруг поломается.

– Конечно. Я просто так сказал. – Генка повертел в руках тонкое устройство и нажал на кнопочку на торце. – Глянь! Включилось.

Тёма повторил за другом и заметил.

– И мое тоже. Значит не поломалось. Эти штуки разделяются, как склеенные печеньки с шоколадной прослойкой, которые я люблю.

– Вечно у тебя все к жратве сводится!

– Да сам ты жиробас!

– Это я – то? Да ладно тебе, смотри, тут можно двузначное число ввести.

– Давай четырнадцать? Мне только недавно стукнуло – предложил Артем.

– Вечно ты про себя! Давай шестнадцать, мне скоро будет.

– Ок. А что если нажмем, я – четырнадцать а ты шестнадцать…?

– Неее, нужно все по-братски. Вдруг это важно – не согласился Гена.

– Будь по-твоему как всегда!

– Иди ты! Это у тебя способность искать приключений на одно место!– возмутился Генка – Мы наоборот всегда по-твоему делаем. Вот и влипаем в разные истории.

– Ага, особенно с тем мужиком, который нас тогда летом поймал… – усмехнулся Артем.

– Чуть не поймал, сбежали же!

– Короче все равно, ты предложил спускаться сразу и валить, когда мы ему с крыши под ноги шарик с водой бросили – буркнул Артем, продолжая разглядывать устройство в руке.

– А ты предложил еще хуже – сидеть на крыше и ждать, когда он ментов вызовет.

– Ладно, забили! Это вообще давно было. Сейчас все равно будем вносить шестнадцать – дитё, переросток. Вечно ты развлекаешься как маленький.

– Сам ты дебил! – огрызнулся Генка – а развлекаемся мы всегда вместе.

– Зато весело, скажи же – примирительно рассмеялся Тёма – хотя с тем мужиком мы еще мелкие были, и я чуть «памперс не намочил», когда он меня за рукав схватил.

– Бегать надо было быстрее! – тоже рассмеялся Генка, вспоминая шутку детства – если шарики с водой под ноги прохожим с крыши бросаешь, надо бегать как чемпион. Как я, например!

– Ну да, «не буди во мне зверя, особенно зайца. А то щас каааак развернусь и каааак убегу!» – усмехнулся Тёма и прикоснулся к экрану.

– Глянь! У него «тачскрин». Здесь цифры загорелись, посередине экрана. Похоже это сегодняшнее число, первое октября, а рядом многоточие. Может введем дату, например Рождество…?

– У меня тоже! – удивился Гена, тоже прикоснувшись к экрану – давай Рождество.

Ребята вместе набрали седьмое января и нажали кнопку «ввод». Вдруг все резко изменилось. Дома исчезли, рядом с ребятами оказались огромные стволы деревьев причудливой формы. Лес был похож на тропический, только большинство растений почему-то были не зелеными, а желтыми, коричневыми, синими. Даже красными. Зелень видна была не чаще чем другие цвета. Ребята стояли на пологом склоне, с которого открывался очень красивый вид, но привычные многоэтажки исчезли как по мановению волшебной палочки.