- -
- 100%
- +
– О, вон оно, – уверенно сказала Эри. – Зайдем?
– Зачем? – удивилась Берта.
– Просто посмотрим. Мы быстро.
Магазин назывался «Неразлучники», Берта почему-то задержала поневоле взгляд на этой надписи, но Эри уже входила в низкую дверь, и Берте пришлось последовать за ней. Внутри ничего необычного не было, подобных магазинов Берта на Земле-n перевидала множество, когда покупала еду для кошек. Ряды полок, заставленных кормами, собачьи и кошачьи лежанки, пластиковые лотки для наполнителей, миски, игрушки, в дальней части – несколько аквариумов, и клетки с хомяками и птичками. К этим-то клеткам и направилась Эри, и встала рядом с ними.
– Ну что, выбрала кого-то? – полушутя спросила Берта.
– Нет, смотрю, – тихо ответила Эри. – Пытаюсь понять.
Перед ней в маленькой клетке сидела пара небольших нахохлившихся птичек, с черными головками, оранжевыми грудками, и зелеными спинками. Птичкам было явно не очень хорошо, они зябко жались друг к другу, и активности не проявляли.
– «Масковый неразлучник», цена – самец 2000, самка 2500, – прочитала Берта. – Бедные. Им тут, кажется, не очень хорошо.
– Им холодно, – ответила Эри. – И клетка совсем крошечная.
– Мы их купим? – осторожно поинтересовалась Берта. От Эри она теперь ожидала всего, чего угодно.
– Нет, зачем, – покачала головой та. – Нам нужно другое.
– И что же?
– Понять, для чего нам это показали, – ответила Эри. – Когда ищешь вот так, как я, всегда что-то показывается. Но не всегда понятно, для чего. Ты видишь что-то, но тебе еще нужно понять, что именно ты видишь, и как это соотносится с тобой[5].
– Угу, – протянула Берта.
– Ну и вот, – Эри вздохнула. – Жалко птичек.
– Что поделать, – ответила Берта, которая подумала, что глупо, наверное, жалеть юнитов, да еще и птичек, да еще и существующих в теоретическом построении, внутри которого сейчас гуляют их сознания.
– Ничего, – ответила Эри. – Пойдем?
– Пойдем, – согласилась Берта.
* * *Снег, который шел все время, пока они ехали, поутих – поэтому Берта сама предложила немножко прогуляться и осмотреться. Эри согласилась, хотя особого энтузиазма в ее голосе не послышалось. Они прошли вдоль домов по улице, вышли к перекрестку. Постояли, посмотрели на редкие машины, на прохожих.
– Слушай, у тебя нет ощущения, что мы на Соде? – спросила Берта.
– Как тебе сказать, – Эри задумалась. – Немного есть. А ты сама у нас ведь бывала, да?
– Дважды, в самом начале создания программы, – ответила Берта. – Но совсем недолго, и оба раза летом.
– И хорошо, что летом. Ты ведь не очень любишь зиму, – заметила Эри.
– Есть такое, – призналась Берта. – То есть люблю, но не холодную и не долгую. У нас ведь не было зимы, вот такой, со снегом. Потому что на Терре-ноль тепло. Я снег впервые увидела в горах, – призналась она. – Когда мы начали работать уже серьезно. Мне понравилось, да. Но я очень быстро от него устала.
– Да, от зимы устаешь, – согласилась Эри. – Мне понравилось на Окисте. Короткая зима. Не успеваешь почувствовать то, чем она является здесь.
– А что есть «здесь»? – с интересом спросила Берта.
– Безнадежность. Наверное, тут очень долгая зима. Как у нас. Долгая-долгая холодная и тёмная зима, – Эри зябко дернула плечами. – Я её не любила. А сейчас поняла, что по ней соскучилась.
– Почему? – спросила Берта.
– Так же, как ты – потому что это был дом. Не идеальный, разумеется, с кучей недостатков – но он от этого не перестал быть родным, – Эри, не отрываясь, смотрела на засыпанную снегом улицу – там, где прошли машины, виднелись темные следы от колёс, а в других местах, куда только не глянь, лежал снег, слабо искрящийся в свете фонарей. – Знаешь, что хорошо вот в такой зиме? Тишина. Лето… оно порой слишком громкое. Слишком суетное. Его слишком много одновременно. А вот зимой, только зимой, можно услышать, пусть и редко, вот такую снежную тишину. Ты же ее тоже слышишь?
От этих слов Берту по коже вдруг продрал мороз – словно они стояли с Эри не на обычной улице, а над бескрайней ледяной пропастью, сделаешь шаг, и рухнешь вниз.
– Давай возвращаться, – попросила она. – Илья ждёт.
– Ещё одну минуту, – попросила Эри. – Постоим ещё одну минуту, мне кажется, это важно.
Вдалеке раздался шум мотора, и вскоре из-за поворота показалась медленно едущая грузовая машина. Когда машина подъехала поближе, стало видно, что она старая, кузов местами проржавел, кабина имела вид помятый и неопрятный. Но надпись на двери, сделанная белой краской, читалась легко.
– Надо же, снова арматурный завод, – с удивлением сказала Берта, когда машина проехала перед ними, и скрылась за следующим поворотом. – Возвращаемся?
– Да. Ты всё запомнила? – спросила Эри.
– Всё. Да и Альтея записала весь наш путь, – ответила Берта.
– Это хорошо, – кивнула Эри. – Потому что это всё важно. Вообще всё, что мы видели сегодня, важно.
– Откуда ты это можешь… впрочем, ладно, – сдалась окончательно Берта. – В любом случае, запись есть, и если что-то важно, мы потом всегда сможем посмотреть и понять. Альтея! – позвала она. – Мы выходим. Предупреди Илью.
* * *Берта отправилась по каким-то своим делам. Эри сперва зашла к себе, за Шилдом, который ждал ее в комнате, а потом отправилась искать Пятого – после того, что она видела в городе, ей почему-то захотелось поговорить с ним, именно с ним – но даже сама себе она не смогла бы объяснить в тот момент, почему. Да, Пятый и Лин практически одинаковые. Практически – но не полностью. Пятый всё-таки чувствует иначе, и в душе он словно бы темнее, а сама она в этот момент ощущала там, в глубине себя, именно тьму, какую-то первозданную тьму, и ей очень хотелось поговорить про неё с тем, кто сумеет понять. Лин, скорее всего, начал бы шутить, но сейчас шутки казались Эри неуместными. Саб просто не понял бы ничего, с высокой долей вероятности. Кто-то ещё? Ит и Скрипач, например? Разве что Ит, но… с Итом она не была близка, а ей сейчас был нужен кто-то близкий, действительно близкий. «Странно получается, – думала Эри, – вот, оказывается, как я его вижу. Интересно, он меня видит так же? Или до сих пор не верит? Ладно, так или иначе, я про это всё равно узнаю. Так, куда мне дальше?»
Альтея сказала, что Пятый на тренировочном уровне, и что лучше добраться туда на лифте, но на лифте ехать Эри не хотелось, и она пошла пешком, однако, пройдя восемь уровней, сдалась, и всё-таки воспользовалась лифтом. Какая же она все-таки большая, Альтея. Действительно, правильно Фэб сказал – не набегаешься.
Пятый нашелся неподалеку от тренировочного зала, он сидел в кресле у стены, и что-то просматривал на визуале – когда Эри подошла поближе, она поняла, что это план тренировок.
– Привет, – сказала Эри. – Что делаешь?
– Изучаю программу пыток, – вздохнул Пятый. – Не представляю, как мы это всё выдержим.
– Там сложно? – спросила Эри.
– Непросто. Ещё и нормативы. И Фэб сказал, что это по нижней планке. Если это нижняя, то какая тогда верхняя? Чёрт, не думал, что у официалов, оказывается, такие программы. Мне казалось почему-то, что у них всё несколько проще, – покачал головой Пятый. – Век живи, век учись.
– Справимся, – пожала плечами Эри. – Курить, правда, придется поменьше.
– А это мысль, – Пятый встал, улыбнулся. – Давай сбежим отсюда куда-нибудь? Заодно и покурим.
Эри усмехнулась.
– В орешник, – сказала она. – Ладно, ладно, шучу. Хотела с тобой поговорить на самом деле.
– О том, что видела сегодня? – тут же догадался Пятый. Эри кивнула.
– Именно. Вот только куда бы пойти?
– А давай к резервуару, где купаются, – предложил Пятый. – Сейчас все заняты, там точно никого.
* * *Он оказался прав – когда Альтея открыла им двери, зал с резервуаром действительно оказался пустым. Вот только ни подогревать воду, ни включать весь свет Альтея в этот раз не стала, собственно, об этом они и не просили. Единственное, о чем попросила Эри, так это сделать какую-нибудь лавочку у стены – за этим, конечно, дело не стало. Сели, закурили. Помолчали пару минут.
– Так что ты видела? – спросил, наконец, Пятый.
– Город, – пожала плечами Эри. – Город, зиму, Берту, себя. Знаешь, я там стала старая. Ну, не старая, а примерно в том возрасте, в котором умерла. Ну или на пару лет старше. Примерно.
– Что ты говоришь такое, – упрекнул Пятый. – Ты не умерла, ты ведь…
– Ой ли? – Эри горько усмехнулась. Погладила прилегшего рядом с ней Шилда по голове. – Сдается мне, все мы, в той или иной степени уже умерли, и не по одному разу. Но дело не в этом.
– Ты что-то почувствовала? – понял Пятый.
– Да. И мне кажется, что ты тоже.
Они посмотрели друг на друга.
– Что именно? – спросил Пятый. В этот момент у него появилось нехорошее предчувствие, которое секундой позже подтвердилось.
– Там что-то живое, – на пределе слышимости произнесла Эри. – Оно большое, и… бессмысленное. Как новорожденный младенец. Шарит глазами, хватает руками всё, что попадется, и при этом не осознает ни что оно схватило, ни для чего это нужно, и нужно ли вообще. И при этом оно… огромное. Не понимаю. Оно огромное и маленькое одновременно. Как такое возможно?
Пятый смотрел на нее неподвижно и пристально, ожидая продолжения.
– И… это оно сейчас маленькое. Но мне кажется, оно очень быстро перестанет таким быть.
– А каким оно станет?
– Не знаю, – Эри отвела взгляд. – Берта удивилась.
– Чему?
– Я от него… спряталась. Понимаешь? И… помнишь, я в молодости ходила и искала знаки, события, и всё в том же духе? Я попробовала это сделать там.
– Ты что-то нашла?
– Я не знаю. Что-то. Именно что-то. Арматурный завод, и двух попугаев в клетке.
– Зимой в Городе двух попугаев в клетке? – удивился Пятый.
– В зоомагазине. Да это и неважно. Понимаешь, я чувствую, что в этом обязан быть смысл. Должен быть. Но я не понимаю пока что, что видела, – Эри вздохнула.
Пятый обнял её, прижал к себе.
– Будь осторожна, – попросил он. – Маленькая, я тебя очень прошу, будь осторожна. Потому что…
– Ты тоже что-то видел, – догадалась Эри.
– Да. Только не видел, а почувствовал. В Лесу. Что – пока неважно, но главное я понял в тот же момент. Там действительно есть нечто живое. Ты права. И мы с рыжим правы. Тут происходит что-то такое, что не имело аналогов раньше, и мы, хотим того, или нет, уже втянуты в происходящее, и деваться нам некуда.
– Но как защититься? – с отчаянием спросила Эри. – Мы входим в систему, верно? И что дальше? Мы же там как на ладони… у этого, не знаю кого. Все! И ребята, и мы, и…
– Кое-какие мысли у меня есть, – Пятый чуть отстранился. – Мы с рыжим пару дней подумаем, потом соберем всех, и объясним. Хотя бы то, что сумеем понять к этому моменту. И про защиту подумаем тоже. А пока вот что. Давай договоримся так. Пару дней ты туда не заходишь, да и Берту я бы попросил не делать этого. Сейчас сходим с тобой, поговорим с Фэбом, и будем дальше решать.
Глава 6
Замок
– Поверь, это не план тренировок, а халява, – Ит усмехнулся. – Ты просил показать? Ну, давай покажу. Я, правда, не большой любитель выпендриваться, вот рыжий бы тут, конечно, развернулся. Но он в душе.
– Слушай, не хочешь – не надо, – Пятый понял, что, кажется, действительно попросил зря. – Давай в другой раз. Или действительно пусть рыжий.
– Да ладно, раз уж мы и так здесь…
Разговор этот происходил на следующий день после того, как Берта и Эри посетили Город – сегодня, по приказу Фэба, все остались «дома», в локации решили не входить. Берта, по её собственным словам, испытала облегчение, в Город ей совершенно не хотелось, да и других задач тоже накопилось порядочно. Альтея сейчас заканчивала проходить фрагмент маршрута, после этого её планировали поставить на какое-то время в темпоральную капсулу, и сделать расчет «шага» по новой схеме, уже с участием Эри. Момент этот успели обсудить, и тому, что будет работать Эри, больше всех обрадовался, к общему удивлению, Роман. Во время завтрака, разумеется, снова говорили – Роман на вопрос Берты о том, почему всё-таки он решился на такой шаг, сказал следующее.
– Чем дальше от отца, тем лучше, – твердо произнёс он. – И не надо думать, что я не понимаю, о чем вы про меня говорили. Я догадался, это несложно, – он посмотрел на Пятого и Лина, которые, на их несчастье, сидели прямо напротив него за большим овальным столом. – Вы мне не доверяете. И небезосновательно. Это ваше право, и я прекрасно вас понимаю – на вашем месте я, скорее всего, тоже не сумел бы поверить абы кому. Могу лишь повторить то, что уже сказал: я за игру в равных условиях.
– Роман, а вы сами знали о том, что именно вы принесли к тем, кому решили предоставить равные условия? – спросил тогда Саб.
– Да. Речь шла именно о модели, – ответил тот. – О модели, и не более того.
– А оказывается, что она – более того, – заметил Саб. – Ладно. Что есть, то есть.
Пятый с ним тоже успел поговорить прошлым вечером. Нет так, как с Эри, без домыслов и ненужных в данный момент подробностей. Сказал просто, чтобы в локации пока не совался, и был осторожен. Что интересно, Саб всё понял. Очень быстро и правильно. Чутьё у него было все-таки весьма и весьма неплохое, особенно если речь шла о какой-то опасности.
– …что именно тебе показать из агентских программ. Скорость? Ну, скорость ты видел уже, кажется.
– Это когда вы с Сабом махались? – усмехнулся Пятый.
– Тогда мы больше придуривались, – признался Ит. – И не в полную силу. Сейчас… ну, смотри.
Пятый даже не успел сообразить, что произошло – только что они сидели с Итом у стены, на лавочке, а в следующий момент Ита с ним рядом уже не было, единственное, что успел ощутить Пятый – легкое движение воздуха.
– Эй, – позвал голос откуда-то сверху. – Ты хотел смотреть? Не пойму, что ты рассчитывал увидеть?
Пятый поднял голову – Ит стоял, именно стоял, в трех метрах над его головой, придерживаясь рукой за совершенно гладкую стену.
– На чем ты там стоишь? – удивился Пятый.
– А тут выступ есть, пара сантиметров, – пояснил Ит. – Снизу не видно.
– А если стена совсем гладкая?
– Можно и совсем, – пожал плечами Ит. И снова прыгнул, на этот раз уже медленнее, чтобы Пятый успел увидеть. Да, стена выше действительно была совершенно гладкая, но Ит каким-то непостижимым образом сумел на ней удержаться.
– Паркуром балуетесь? – спросил Скрипач, входя в зал. – Кончай идиотничать, проход сделай полный, только медленно. Хотя толку от этого прохода…
Ит, на потеху публике, обошел по стене весь зал – правда, в его представлении «медленно» было со скоростью бегущего человека. Пятый, нахмурившись, следил за ним. Казалось, движение не вызывало у Ита никаких усилий, он ни разу не замешкался, не остановился. Дойдя до начальной точки, Ит спрыгнул на пол, и подошел к Пятому.
– Вот примерно так, – сказал он. Пятый заметил, что даже дыхание у него не сбилось. – Но умение висеть на стене в Замке не спасает, к сожалению. Да и всё другое тоже.
– Почему? – с интересом спросил Пятый.
– А потому что висеть на стене, которая разогрета градусом до двухсот-трехсот, не очень комфортно, – усмехнулся Ит. – Или на стене, которая вибрирует. Или под током. Или на скользкой стене. Поверь, там масса вариантов. И вообще, стены – это так, баловство. Рыжий, давай зал повторить попробуем, – предложил он. – Может, в этот раз сделаем время получше?
– Сомневаюсь, – Скрипач вздохнул. – Альтея! Имитацию ловушки из зала номер четырнадцать, пожалуйста, – приказал он. – Пятый, стой вон там, у стены. Вон там, да, это выступ. И не двигайся. Просто посмотри.
Стены тренировочного зала пришли в движение, они сошлись, остановившись в четырех метрах друг от друга, и замерли. По полу словно прошла волна, и он перестроился – теперь пол выглядел, как шахматная доска, клетки на которой были выкрашены в зеленый и белый цвет.
– Поехали, – вздохнул Скрипач. – Вход.
Пол в одном месте слабо засветился. Ит и Скрипач встали на это место, и замерли.
– Готовность, – произнесла Альтея. – Начали.
В следующий момент пол снова пришел в движение, все плитки вдруг повернулись на девяносто градусов, и замерли в таком положении. Ит и Скрипач синхронно шагнули в стороны, сделали какое-то быстрое, неуловимое движение, и встали на ребра плиток, находившихся от места входа примерно в трех метрах. Внезапно часть плиток пошла вниз, рыжий допрыгнул до стены, но тут же, оттолкнувшись от неё, перескочил на следующую плитку.
– Стена под током, – невозмутимо пояснил Ит, не оборачиваясь. – Здесь он слабее, чем в локации, но тоже ощутимо.
Плитка, на которой он стоял, вдруг обрела подвижность, но, против ожидания, она не провернулась – Пятый почему-то подумал, что она может именно провернуться, словно внутри её спрятана ось. Нет, плитка скользнула вниз, однако Ита на этот момент на ней уже не было, он перепрыгнул на следующую, находившуюся в двух метрах от этой. И замер. И Скрипач тоже замер, сейчас они словно чего-то ждали.
И дождались. В тот момент, когда Пятый уже хотел спросить, почему они не идут дальше, в середине зала выросла вдруг огненная стена, от пола до потолка – и одновременно с её появлением Ит и Скрипач с невероятной скоростью рванули вперед, прямо в огонь – по крайней мере, так в тот миг показалось Пятому. Но нет, они, кажется, знали, что делали – потому что проскочили огненную стену в момент, когда огонь на долю секунды стал ниже.
– У них какой-то баг в системе, – пояснил Скрипач. – Сбой. Мы этот сбой неделю вычисляли. До этого считалось, что зал пройти невозможно.
Они снова стояли на плитках, внимательно глядя перед собой – Пятый про себя подумал, что так балансировать он, наверное, никогда не сумеет. Он присмотрелся – толщина плиток была миллиметров по пять, не больше. Это больно, наверное. Хотя… канатоходцы же ходят как-то по проволоке.
Додумать он не успел – все плитки в зале вдруг одновременно пришли в движение, причем уже не синхронно, теперь каждая плитка вращалась хаотично, и скорость вращения была разная. Пятый невольно вжался спиной в стену – он чувствовал, что от этого зрелища у него начинает кружиться голова. Но смотреть было нужно, потому что эти двое продолжали бороться, они каким-то непостижимым образом перемахивали с плитки на плитку, и спустя всего минуту уже стояли на противоположном конце зала.
– Имитация стоп, зал пройден, – произнесла Альтея. – Результат – четыре с половиной минуты.
– Могла бы мясорубку и побыстрее сделать, – проворчал Скрипач. Пол зала снова стал полом, стены поехали в стороны, возвращаясь в исходное положение.
– Мясорубку? – переспросил Пятый.
– Да, когда они в асинхронном режиме вертятся, – кивнул Ит. – Да не стой ты там, всё уже, выходи.
Пятый понял, что до сих пор стоит, прижавшись к стене спиной, и что зал, возвращаясь к исходным размерам, оставил этот сегмент стены на прежнем месте. Он отошел в сторону – сегмент тут же поехал к остальным.
– А что будет, если упасть? – спросил он.
– Вариантов несколько, – пожал плечами Скрипач. – Может изрубить в капусту, можно попасть между плитками, и быть раздавленным, можно сгореть. Внизу что-то типа кислоты. Кир, кстати, падал. Неплохой фарш получился, меня до сих пор потряхивает, как вспомню.
– А потолок? Может быть, можно как-то…
– Слизь. Что-то типа геля, там форсунки. Не удержишься. Тут, понимаешь, еще момент, – Скрипач вытащил из ниши в стене бутылку с водой, сделал хороший глоток, и протянул бутылку Иту. – Идти надо быстро. А ловушки типа этой тормозят. Поэтому мы тренируемся, чтобы проходить их за минимальное время. Сколько мы в первые разы тут торчали? – спросил он Ита.
– Чуть не пятнадцать минут, – ответил тот. – Ну, сперва мы еще и дохли в этом зале через раз. Потом Фэб поймал фишку с огнём, а мы с асинхронном, и теперь четырнадцатый зал мы проскакиваем не то что запросто, но хотя бы быстро.
– Нам сейчас надо сделать так, чтобы у нас уходило в среднем три минуты на ловушку, – добавил Скрипач. – Цель – пройти локацию за десять часов. Насквозь.
– Но там не только ловушки, там же засады ещё, и много всего вкусного, – Ит потянулся. – Сколько лет прошло, а эти чертовы фантомки в спине… задалбывает. Идти надо группой, понимаешь? С боевиками. Потому что ловушки ловушками, но против двойной засады вдвоем, да без потери скорости… это нереально.
– Поэтому Кирушка и Фэб гоняют боевиков, которые самые лучшие, а мы пока что бегаем на разведку. Ну что, как тебе такая работа? – ехидно спросил Скрипач.
– Интересно, – кивнул Пятый. – Можно разок сходить с вами?
Скрипач недоверчиво глянул на Ита. Тот пожал плечами.
– До восьмого зала мы, возможно, тебя доведем, – без особой уверенности сказал тот. – Но… я не уверен, что тебе это нужно.
– Я хотел просто посмотреть.
– Вы оба, или только ты? – уточнил Скрипач.
– Наверное, оба, – Пятый задумался. – Если это возможно.
– Не боишься? Убьют же, – Скрипач разом утратил веселость. – Хоть и в локации, но это чертовски больно, учти.
– Убивали уже, – Пятый слабо улыбнулся. – Возьмите нас с собой один раз, всего один. Мне нужно это увидеть.
– Ладно. Вечером сходим тогда, – решил Ит. – Пробно. Только уговор. Во всем слушаться нас, никакой отсебятины. Там… неважно, в общем, надо слушаться нас, и всё. И перед выходом заходим к Илюхе, пусть дополнительную защиту воткнет.
– Защиту от чего? – не понял Пятый.
– Увидишь.
* * *Косой солнечный луч падал из высокого стрельчатого окна, рисуя на дорогом, пахнущем воском паркете силуэт резной, богато украшенной рамы. Пятый подошел к окну, глянул вниз, затем вверх. Внизу – узкий колодец, образованный сдвинутыми стенами построек Замка, вверху – клочок яркого летнего неба, солнце бьет прямо в глаза, слепит.
– Разгулялась тут погодка, – хмыкнул Скрипач. – Лето включили, что ли?
– А тут бывает иначе? – спросил Лин. Он тоже подошел к окну.
– Всякое тут бывает. И дождь, и ночь, но последнее время часто солнечно. Может, и правда лето.
– А вы не пробовали открыть это окно? – спросил Пятый.
Ит усмехнулся, Скрипач тоже.
– Нет, конечно, мы же вовсе даже и не любопытные, – ответил Скрипач. – Пробовали. Угу. Тут рвануло всё, и мы тут же все легли, даже испугаться не успели, и понять, что же случилось. Эта комната безопасна только внутри, и только если ничего не трогать. Заминировано снаружи. Так что не стоит трогать это окно, лучше отойдите от него, и встаньте по центру.
– Ясно, – кивнул Пятый. – Можно посмотреть?
– Да смотри на здоровье, только ничего не трогай, повторяю, – разрешил Скрипач. – И к двери пока не подходи, на всякий случай.
– Хорошо…
Комната была не очень большой, особенно с учетом масштабов Замка. Метров двадцать, а то и меньше. У стены – маленький чайный столик, и два стула, резных, обитых полинявшим синим бархатом. На стенах – деревянные, кажется, дубовые, панели, под потолком – не особенно богатая люстра, хрусталь пыльный, кажется, его давно не протирали. Но пол чистый, и от одной двери к другой ведет едва заметная вытоптанная дорожка. Словно здесь кто-то часто ходит. По каким-то своим делам. Может быть, иногда присаживается отдохнуть подле чайного столика, за которым, конечно, никто и никогда не пил никакого чаю.
– А что за другой дверью? – спросил Лин. – Вы только через эту ходите?
– Там коридор, а потом лестница вниз, – Скрипач, кажется, разом поскучнел. – Коридор можно пройти. Лестницу нет.
– Почему? – Лин с интересом посмотрел на Скрипача.
– Что такое «тяга» ты знаешь? А обратная тяга? Эта винтовая лестница идет внутри трубы, которой является башня, в которую она встроена. Сгореть заживо я ещё раз не хочу. И Кир не хочет. Поэтому данная дверь отпадает. Лин, поверь, мы пробовали. И не один раз. Нереально. Никому.
– Ясно. А за второй дверью?
– Сейчас покажем. До нашего сигнала – стоите здесь. Вот здесь, в центре комнаты. Ничего не делать и не трогать. Там… разрядить это дело надо. Не сказать, что опасно, но муторно.
* * *Ловушка в «комнате номер два» оказалась весьма тривиальной – множество устройств, стреляющих дротиками, смазанными каким-то токсином. Не смертельно, объяснил Скрипач, но если поймать такой дротик в руку или в ногу, они онемеют, и онемение это не пройдет с полчаса. То есть идти ты не сможешь, нужно ждать. Проблема только в том, что за это время тут обязательно появится охрана, а вот уж она церемониться точно не будет. Убьёт? Разумеется. Но сперва может сделать что похуже. Лучше бы сразу убивали.
Разрядили ловушку просто, на всё про всё ушло три минуты. Для этого понадобилась та самая скорость, о которой говорили Пятый с Итом, и некоторая доля проворства – потому дротики Ит и Скрипач просто переловили. Пойманные дротики они не выбросили, против ожидания, а сунули в один-единственный небольшой рюкзак, который пока что нёс Ит.