Братство зеркального отражения

Автор обложки Василь Салихов

Ремарка. Название каждой главы в этой книге – это название напитка, блюда, либо категории блюд. Внимательный и любопытный читатель, разумеется, сообразит, что это сделано отнюдь не просто так…

Пролог

– Гений, прошло шестнадцать лет. Шестнадцать. Ты что нам обещал? Напомнить? – Ит сердито смотрел на визуал. Ри выглядел, кажется, смущенным, и это было более чем странно, потому что обычно он выглядел совсем иначе.

– Я обещал пересмотреть две оставшиеся части программы, – ответил Ри. – И, между прочим, я пересмотрел, так что не надо, Ит. Я действительно пересмотрел. В корне. Да, вас я к этим тройкам не допустил… после твоего прокола с братьями Фламма, но…

– Моего прокола? Моего?! Ты в своём уме? – зло спросил Ит. – Я сейчас отключусь, гений. У меня дела, нет времени терпеть твоё хамство.

– Но с ними же всё в порядке, – запротестовал Ри. – Ты же не хуже меня знаешь, что они живут в результате на Берегу, что они в данный момент одни из лучших пилотов Бухты, и что…

– Нет, ты действительно ненормальный, – безнадежно покачал головой Ит. – Живут? В посмертии? Причем погибли они, все трое, в мучениях, и об этом ты знаешь не хуже меня. Равно как и о том, что твои потуги склеить обратно то, что склейке не подлежит, бессмысленны. Эта система не работает, гений. И не будет работать, признай уже очевидное.

– А вот тут я с тобой не соглашусь, – возразил Ри. – Потому что ни Адонай, ни Альтея, ни аналитические группы однозначного прогноза не дают. Шансы есть, и весьма существенные. И ты в данном случае…

– Что я в данном случае? Ри, отвяжись, а? – попросил Ит. – У нас тут дел по горло, мы заняты!

– Это чем же таким вы заняты? – прищурился Ри. – Продолжаете прочёсывать Окист на предмет ваших этих поисков ни пойми чего?

– В том числе, – пожал плечами Ит. – Но сейчас мы заняты другим. У Рэда завтра День рождения, нам с рыжим надо подарки из мастерской забрать, и площадку подготовить, гостей шесть сотен человек будет, половина яхтсменов Окиста в гости прилететь собирается, ты представляешь, сколько нам предстоит возни?

– Ааа, ясно, – Ри покивал. – Передавай поздравления, в таком случае.

– Спасибо, – едко отозвался Ит. – Твои поздравления – это то, чего нам всем тут уж точно не хватало. Особенно Рэду. И особенно после того, что ты устроил на Тингле.

– Что вы ему дарить собрались? – поинтересовался Ри. – И чего ты злой такой?

– Два комплекта парусов, на «Сансет», и на «Либерти», – объяснил Ит. – У нас тут целое приключение было с этими парусами, потому что тебе не хуже меня известно, какие здесь законы, и сколько мороки каждый раз, когда надо провезти через таможню то, что провозить нельзя. Паруса спортивные, как ты понимаешь, поэтому ткань мы с рыжим брали… лучше не спрашивай даже, где. Дорогое удовольствие. А нервов потрачено ещё больше, чем денег. Так что не выводи меня сейчас, пожалуйста, у меня действительно нет времени. Что ты хотел?

– Ох… – Ри вздохнул. – Вот так сразу и не объяснишь, что я хотел. Видимо, хотел попросить вас поработать. В программе.

– Да ладно? – Ит ухмыльнулся. – Нас? В программе? Попросить? Ещё и попросить, правда? Ты серьезно?

– Ит, перестань, – взмолился Ри. – Да! Я серьезно! Вторая тройка… как бы сказать… у нас неучтенный фактор.

– Так, стоп, – приказал Ит. – Какой неучтённый фактор? Кем не учтённый? Адонаем?

– Да, – кивнул Ри. – Вторая тройка… как бы сказать… для них были созданы все условия. Я потом дам подробности, да вы и сами всё увидите, но… словом… На них кто-то охотится, и мне уже выбили восемь… нет, уже десять агентов.

– Официальная? – нахмурился Ит. – Но она же вроде бы как твоя.

– Какая официальная? Ты меня каким местом слушаешь? Сказал же: есть какой-то неучтенный фактор, за этой тройкой устроили натуральную охоту, и мы даже разобраться не можем, кто это, и какую цель они… или он… или она… преследуют.

– Или оно, – подсказал Ит. – Ри, прости, но ты несешь какой-то лютый бред. А что, кстати, на счет третьей тройки? Как там дела?

– Там всё на удивление спокойно, идут по плану, и никто их не трогает, – пожал плечами Ри. – Извини, без подробностей. В опасности вторая тройка, я пытаюсь их защитить, но атаки не прекращаются, к тому же ни пойми кто убивает моих людей!

– Ага. И ты хочешь, чтобы они убивали нас вместо них, нас-то не жалко, – подсказал Ит. – Вот спасибо, гений. Ну уж нет, прости. Разбирайтесь там сами. Ты же всемогущий, ты не забыл? Сгенерируй на Берегу какую-нибудь тварюгу, натрави на этих… не знаю, на кого. Или выйди сам, выпяти грудь, заяви, что ты всемогутр вездесущий, и потребуй, чтобы они немедленно прекратили.

– Так я сам тоже пойду, с вами, если вы согласитесь. И заканчивай уже ёрничать! Тебе там Скрипач подсказывает, что ли? – недовольно спросил Ри. – Чёрт, Ит, ты понимаешь, что это очень и очень серьезно! Я не смогу засылать туда агентов до бесконечности, к тому же их валят до того, как они успеют хоть в чём-то разобраться!..

– А, так вот в чем дело, – догадался Ит. – Твоя же официалка проявляет к твоим же экзерсисам нездоровый интерес, я правильно понимаю? Потому что на десятом грохнутом в двойке агенте они стали что-то такое подозревать? Ты же в двойку их запихнул, я прав? Условия, вероятно, не лучше, чем были у братьев и у Амрита?

– Нет! – выпалил Ри. – Вовсе нет! Да, это действительно индиговская высокая двойка, но там отличные условия, к тому же я их еще в юности вполне удачно свёл всех вместе, и обеспечил им весьма достойный старт…

– Видимо, после братьев и Амрита, – вздохнул Ит. – И что?

– До недавнего времени всё было в порядке, – продолжил Ри. – А потом началась эта хреновина, и…

– Так, – Ит посерьезнел. – Мы можем, конечно, пробежаться и посмотреть, дабы подстраховать… не обольщайся, не твою царскую задницу, которую ты решил тащить вместе с нами, а тройку, которая уж точно ни в чём не виновата. Если, конечно, сочтем это возможным. Но тебе придется, гений, для начала рассказать, как там обстоят дела, что за мир, и чем эти трое там занимаются. Им сейчас по тридцать два года, верно?

– Верно. Мир, как я уже сказал, высокая двойка. Индиго. Часть Сонма. Не без проблем, но ничего экстраординарного. Они живут в России, разумеется, более чем хорошо себя обеспечивают, ни в чём не нуждаются.

– У тебя двое гермо живут в России, и ни в чём не нуждаются? – зло спросил Ит. Ри невозмутимо кивнул. – Что ты с ними сделал, позволь узнать?

– Ты про развязку и корректировку? – уточнил Ри. – Не все такие чистоплюи, как ты. Поэтому всё сделано прекрасным образом. Они в юности… попали в ДТП, очень удачно, и были великолепно развязаны на феромоновых рядах, а теперь раз в полгода проходят корректировку. Витамины пьют, если тебе угодно, по назначению врача. Да, врачей, конечно, приходится туда загонять своих. Эти двое великолепно себя чувствуют. С девушками романы крутят, и никаких проблем не испытывают. А что худощавые и без бород с усами – ну, всякое бывает, мало ли, у кого какие особенности.

– Будь моя воля, ты бы у меня тоже… витаминов попил, – заметил Ит. – Ладно, допустим. А твой двойник, он как?

– Лучше всех, – заверил Ри. – Умный мужик, всего добился сам, карьера, деньги, известность.

– Музыкант? – с интересом спросил Ит. Странно, но Ри после этого вопроса, кажется, смутился.

– Н-нет, – без особой охоты ответил он.

– А кто? – Ит почуял, что в теме явно кроется какой-то подвох, и не ошибся. – Спортсмен?

– Нет.

– Политик?

– Нет.

– Неужели порноактёр? – изумился Ит.

– Типун тебе на язык! Нет!!!

– Так кто же он?

– Ладно, сейчас скажу, – сдался Ри. – Позови рыжего, что ли. Он там далеко?

– Близко, угорает в соседней комнате. Скрипач, вали сюда, тут намечается что-то интересное, – позвал Ит.

– Я так и понял, – Скрипач подошел к Иту, сел рядом. – Давай, гений, выкладывай подробности. Интригу ты продержал уже достаточно долго, надоело. Так кто он такой?

1

Аперитив

– …в этот раз мы решили пройтись по старой доброй классике. Итак, повторяю заказ. Салат «столичный», бефстроганов, борщ в хлебе, творожные традиционные коржики, блины с вареньем, настойка вишневая, и настойка медовая, – Гарик улыбнулся официантке, и снова перевел взгляд на камеру. – Неплохой интерьер, – взгляд вправо-влево, – мы потом покажем его вам, любителям ретро должно понравиться. Простенько, и не лишено вкуса…

– Стоп, – приказал Тим. – Гарь, подводку переписываем.

– Это чего это? – возмутился Гарик.

– А того это, что кое-кто так выставил свет, что все твои три подбородка у меня в кадре сейчас главные.

– Рэм, твою мать, ты можешь нормально работать?! – рассердился Гарик.

– Не могу я нормально работать, когда меня постоянно пихают! – вызверился Рэм. – Ты не мог попросить другой стол?

– Не мог, – сердито ответил Гарик. – Тут и так темно, а в углах ещё темнее.

– А я тебе на что? – горестно вопросил Рэм. – Сам велел сегодня ставить свет, а теперь выкобениваешься.

– Ребят, давайте побыстрее, – попросил Тим. – У меня это… вечером…

– Опять, – простонал Гарик. – Так, ладно. Переставь нормально, и позови девушку, повторим, – приказал он Рэму. – По звуку как? – спросил он Тима.

– Окейла у нас по звуку, – покивал тот. – Только давайте затягивать не будем? И, Гарик, нижайше тебя умоляю: либо отращивай нормальную бороду, либо не задирай так часто голову. Подписчики тотализатор устраивают во время подсчета твоих подбородков. Ну не смешно это уже.

Когда салат был разобран и проанализирован, кусочки мяса в борще подсчитаны (восемь кусочков и жилка, ах-ах, незачет повару), бефстроганов одобрен, настойки выпиты и обговорены от и до, а коржики с блинами испробованы, Гарик довольно быстро записал впечатление (всего-то со второго раза, для «после настоек» неплохо), и засобирался. Через полтора часа, а лучше через час, нужно было добраться в следующее место, и отснять тусовку в клубе, и не появиться на этой тусовке он никак не мог, положение обязывало. Однако сам за руль Гарик садиться не хотел. Нет, он не боялся лишиться прав, и не переживал за сохранность своей красной «Долорис» – он сейчас тривиально боялся не найти нужный клуб. Дело в том, что три настойки, по пятьдесят грамм каждая, были за сегодняшний день не первые, потому что до этого небольшого ресторана в стиле а-ля-рюс они снимали новый коктейль-бар в Высоком Центре, и там Гарик отдал должное и шотам, и лонгам.

– Тим, забросишь меня? – спросил он рыжего брата. – Сил уже нет никаких.

– Не-а, – покачал головой тот. – Я тебе разве что барахло своё в машину могу забросить. Сказал же, у меня… это самое.

– Она хоть красивая? – вздохнул Гарик.

– О… – Тим улыбнулся. – Ну, типа того. Такая, – он показал руками, какая. – Вполне. Блин. Ну Анька это, Анька. Доволен?

– По фигу. Мордой только не свети, – велел Гарик. Тим понимающе хмыкнул. – Рэмчик, отвезешь?

– Куда деваться, – вздохнул черноволосый брат. – И отвезу, и поработаю. С тебя надо драть не одну зарплату, а две, – сердито добавил он. – Покоя вообще никакого, ни днём, ни ночью.

– У тебя пол-ляма зарплата, это я тебя имею право гонять и днём, и ночью, и вечером, и утром, – проворчал Гарик. – Ладно, не кипятись. Полчаса отснимем, и хотя бы выдохнем.

– Поехали уже, – Рэм перекинул через плечо ремень сумки с техникой. – Полчаса? Оптимист ты, Гарик. Когда такое было, чтобы мы получасами отделались?

– Вообще, твоя правда, – Гарик кивнул. – Тим!

– Чего тебе?

– Не залеживайся там утром, у нас в двенадцать пиццерия на Северной, помнишь?

– Лучше тебя помню, – кивнул Тим. – Спасибо, хоть не пельменная.

– А чем тебе пельменные не нравятся? – удивился Рэм. – Хотя, конечно, как попадешь.

– Так вот я про то и говорю…

Аппаратуру споро загрузили в машину, братья сели спереди – Рэм за руль, Тим на пассажирское, а Гарик погрузился на заднее сиденье, и с блаженством зевнул.

– Не спать, – приказал Рэм, не оборачиваясь. – Я тебя потом не добужусь.

– Меня догнали настойки, – томно сообщил Гарик. – Полчасика покемарю. Тим, тебе куда?

– До Садового добросьте, дальше я сам, – отозвался тот. – Заодно погляжу там, может, что новое открылось.

– Вот это другой разговор, – похвалил Гарик. – Всё, Рэмик, поехали.

Мало кто знал, что в команде Гарика Рестика (в миру Игоря Уварова, но это как-то не звучало), работает всего три человека. Он сам, и двое братьев-погодков, с которыми он познакомился еще шестнадцать лет назад, и крепко подружился. Тимофея и Рэма Красновых Гарик, тогда ещё просто Игорь, встретил во время лёжки в больнице, куда братья попали после аварии автобуса, везущего их в город из лагеря отдыха, а Гарик – после неудачного прыжка в воду, в результате которого он получил сотрясение мозга, спасибо, шею не сломал. Было им на тот момент по семнадцать лет, уже почти взрослые парни, и как-то так получилось, что общих тем и увлечений у этой троицы оказалось на удивление много, да и жили они, как позже выяснилось, в одном районе. Вот тут-то, по словам Гарика, «всё и заверте». Сперва они просто дурачились, снимая для «трубы» (местная сеть с разными видео) всякие дурацкие скетчи, потом, в один прекрасный день, Гарик, опять же смеху ради, сделал обзор на шаурму местного производства… и к утру они обнаружили, что количество просмотров перевалило за пятьдесят тысяч. Гарик и братья немного удивились, и сделали следующий обзор – на булочки с маком. Потом – на местную же пиццу. Потом – рискнули, и пришли с камерой в забегаловку в соседнем районе. А дальше оно уже как-то само пошло, причем в процессе выяснилось, что, во-первых, Гарика «любит» камера, он отлично смотрелся в кадре, а, во-вторых, братья как-то быстро научились довольно грамотно управляться и с камерой, и со светом, у них явно был к этому талант…

– Ри, подожди, – попросил Ит. – А до этого происшествия? Где они жили, что делали?

– Сейчас всё расскажу, – пообещал тот. – Начальные условия у них были мягче, чем у Фламма и Амрита, в разы мягче, и, скажем так, иные. Если без подробностей, то эти тройки, каждая из них, имела разные вводные, понимаешь? Да, в первой части программы всё получилось излишне жестко, но у других всё иначе, есть только одно общее значение – они все живут в мирах второго уровня.

– Жили, – поправил Ит. – Некоторые – уже «жили», а не «живут». Ладно, давай дальше.

– Вы будете работать, или нет? – спросил Ри.

– Мы пока не решили, – ответил Скрипач. – Продолжай.

Конечно, всем пришлось поучиться – но к моменту начала учёбы их сперва шуточный проект уже обрел такую популярность, что заплатить за эту самую учёбу не составило никакого труда. В общем, на радость и самим ребятам, и опекунским семьям (все они довольно долго прожили в семейных детдомах, потому что были сиротами), дело пошло на лад, и чем дальше оно шло, тем успешнее становился проект. Гарик купил своей приемной маме, которую искренне любил, отличную квартиру в центре города, братья – приобрели для своей семьи большой дом с участком в пригороде, тем более что их приемные родители к тому моменту взяли еще троих детей, и места требовалось много. Затем – они купили две большие квартиры-студии в приличном доме, тоже в центре, рядом друг с другом, и оборудовали в части одной из них небольшой съемочный павильон.

Конечно, добиться того, чего они добились, было бы невозможно без еще одной особенности, которой обладали и Гарик, и Тим с Рэмом – вкус и обоняние они развили тоже довольно быстро, и – это было одним из самых важных факторов – оценкам Гарика действительно можно было доверять, он старался всегда быть максимально объективным и непредвзятым. С одинаковой тщательностью Гарик исследовал и пробовал как дорогущую высокую кухню, так и беляши в привокзальном кафе, и всегда говорил только правду, и ничего кроме правды. Когда количество подписчиков их проекта перевалило за миллион, Гарику, да братьям тоже, стали поступать всякие интересные предложения, но поумневший к тому моменту Гарик категорически отказался хвалить «всякую дрянь», даже за большие деньги, и вскоре количество подписчиков достигло уже двух миллионов. Сейчас это количество находилось уже ближе к четырём, известность всё росла, можно было бы, наверное, сбавить обороты, но останавливаться Гарик не намеревался. И не из-за денег, нет. У него появилось несколько идей, даже, пожалуй, Идей, и парочка Целей, для достижения которых Гарик был готов если не на всё, тот близко к тому.

– А что за идея такая? – с интересом спросил Скрипач.

– Она не одна. Посмотрите потом их видео, поймете. Это, в некотором смысле, поиск совершенного вкуса и совершенной кухни. Некий идеал, кухня, как философия, – пояснил Ри. – Да, это несколько странно звучит, но вот такое они придумали, и теперь ищут.

– Забавно, – покачал головой Скрипач. – А цели?

– О, с целями всё ещё интереснее. Во-первых, они пытаются поймать некоего неуловимого повара, – Ри потёр переносицу. – Сейчас долго рассказывать подробности, но тут какая-то детективная история получается. Есть некий мужик, который повар мирового класса. Есть видео с ним, ну, вроде бы с ним. Есть рестораны, которые вроде бы открывал он. Но прикол в том, что самого его никто никогда не видел, как выясняется, на видео – всегда актеры, рестораны открываются через посредников, и так далее. И вот этого самого повара они ловят. Не первый год, между прочим. Во-вторых, они вознамерились открыть свой ресторан, собрав в нём всё лучшее, что изучили и узнали. Пока что, конечно, к реализации они и близко не подошли, потому что для этого ресторана нужен…

– Нужен тот повар, и нужно это самое совершенство? – догадался Скрипач.

– Что-то вроде того, – кивнул Ри.

– Ну и зачем к ним лезть? – упрекнул Ит. – Отличные идеи, и отличный план. Ах, да, та неведомая группа, которая пакостит…

– Или инициация, – напомнил Ри.

– Ты хочешь лишить местное человечество кулинарных экспертов? – упрекнул Скрипач. – И не стыдно? Ладно, давай дальше. Обломщик.

Конечно, никто не без греха – и братья с Гариком тут исключением не были. Во-первых, еда всегда идет рука об руку с питьём, а подписчики про питьё спрашивали постоянно. Вывод очевиден. Во-вторых, из-за постоянного общения со всякими звездами Гарик, разумеется, начал звездить и сам, не сказать, что уж очень активно, но всё-таки. В-третьих, Гарик не отказывал себе в любимом хобби, а любил он машины, причем дорогие, поэтому, разумеется, не обошлось без слухов и пересуд. На данный момент автопарк Гарика состоял из шести машин, одна другой круче, а это, разумеется, повод приписать человеку всякое и разное. От несуществующих ДТП, до якобы обзоров, снятых за деньги, потраченные, разумеется, на покупку этих самых машин. Конечно, слухи Гарик старался максимально пресекать, но удавалось это не всегда. Братья, разумеется, тоже мало в чём себе отказывали, и тоже имели из-за этого определенные проблемы. Рыжий Тим был тот еще ходок по красоткам, которых подцеплял на различных тусовках, а Рэм пристрастился сперва к сноуборду, потом к полетам на парашюте-крыле, и уже присматривался к винсьютингу. Когда он заводил разговоры о своих планах, у Гарика начиналась нервная икота, и он всегда орал, что не хочет остаться без оператора. Красоток, впрочем, в спортивных и околоспортивных тусовках водилось немало. Тим, кстати, к спорту тоже был неравнодушен, увлекался он скалолазанием и дайвингом, а на морях, да еще и на теплых, красотки, конечно, ходили косяками. На свои спортивные хобби братья спускали такие суммы, что порой за голову хватался даже Гарик. Спасало их троих от тотального разорения только то, что работа отнимала очень много времени, команда делала по три, а то и по четыре обзора в неделю, и уходила на каникулы дважды в год – летом и зимой. Вместе они никогда не отдыхали, уставали друг от друга, и на месяц обычно «терялись», разъезжаясь и разлетаясь кто куда.

Это была хорошая жизнь, можно даже сказать – отличная. То есть таковой она являлась до недавнего времени, потому что не так давно начали происходить с командой Гарика некие мелкие досадные события, рационального объяснения для которых ни у Гарика, ни у братьев пока что не нашлось.

– В общем и целом всё понятно, – покивал Ит, когда Ри закончил рассказывать. – Гений, не знаю. Если честно, работать совершенно не хочется. Мы лучше погуляем несколько дней по городу, и уберемся восвояси.

– А если их убьют? – спросил Ри с упреком.

– А сильно помогло моё присутствие, когда погибли Фламма? – вздохнул Ит. – Самого чуть не убили. Или вот сейчас… Ри, зачем ты поехал за ними? – спросил он.

– Потому что Тим собрался куда-то один, а когда они остаются по одному, почти всегда что-то происходит, – ответил Ри. – Я бы хотел, чтобы вы увидели.

Машина стояла в пробке на Садовом кольце, через несколько машин, впереди, виднелась ярко-красная, вызывающе роскошная «Долорис» Гарика Рестика. Пробка ползла медленно, однако вскоре стало понятно, что Рэм пробирается потихоньку в правый ряд, видимо, чтобы высадить Тима. Так и получилось – Рэм даже останавливаться не стал, Тим лихо выскочил на тротуар, рядом с автобусной остановкой, а «Долорис» сразу же занырнула обратно в поток. По здешним правилам, конечно, нарушение, но небольшое. И штраф рублей в пятьсот для Гарика – чистые слёзы, он на минеральную воду в день тратит больше.

– Давай за ним, – приказал Ри Иту. – Видишь, поворачивает.

– Да неужели, – съязвил Ит. – А я-то и не заметил. Рыжий, на всякий случай готовность.

– Уже, – коротко ответил Скрипач. – Ри, тебе никто не говорил, что у тебя хреновая машина?

– Нет, – удивленно ответил тот.

– Ну вот я говорю, – хмыкнул Скрипач. – На таком сарае только картошку возить в колхозе, а не это вот всё.

Новая пассия Тима, Анна, или, для своих, Анька, снимала двухкомнатную квартиру в Скорняжном переулке. Тим ни секунды не сомневался ни в роде занятий этой девицы, ни в её источнике доходов – но на это ему было наплевать, потому что интересовала его данная девушка исключительно как способ развлечься пару-тройку ночей, и засветиться в обществе действительно роскошной дамы в каком-нибудь неплохом клубе. К счастью, девица, к которой спешил сейчас Тим, была не только вызывающе-красивой, но и умной, правила игры разгадала сразу, и без проблем согласилась в ней поучаствовать – тем более, что Тим ей, кажется, даже понравился, хотя бы тем, что не был похож на её обычных папиков. В общем, и её, и Тима ситуация более чем устраивала, и сейчас Тим, в кармане куртки которого лежал подарочный сертификат на приятную сумму в неплохой ювелирный салон, шел по переулку, внутренне настраиваясь на расслабляющий вечер в хорошей компании, и на не менее позитивное продолжение этого вечера, которое, как ему дали понять, непременно состоится, а иначе зачем бы вообще это всё начинать. Сертификат был достойным жестом со стороны Тима, который девушка, несомненно, оценит. Я благодарен тебе, и хочу, чтобы ты об этом знала, говорил этот сертификат, но я оставляю тебе полную свободу действий, и с моей благодарностью ты вольна поступить, как угодно. Либо выкупи то, что тебе понравится, либо – там же, в магазине, ты можешь поменять этот сертификат обратно на деньги. Потому что не деньги же тебе, такой умнице и красавице, предлагать.

Настроение у Тима было отличное, этому способствовал и теплый сентябрьский вечер, и вполне удачные съемки, которые отработали сегодня, и то, чем этот вечер закончится, поэтому Тим шел не спеша, мало что замечая вокруг, погруженный в свои мысли – и не обратил внимания на то, что в переулке, и так малолюдном, в какой-то момент стало вообще пустынно, на тротуаре он остался один. Шаги, раздавшиеся за спиной, его не насторожили, а то, что стало происходить дальше, причем с невероятной скоростью, даже не успело напугать – испуг пришел позже.

Сперва кто-то неразличимый сильно толкнул его в шею, и одновременно ударил под колени, заставляя сесть на асфальт, а потом этот кто-то – ошарашенный внезапностью Тим не успел даже развернуться – со всего маху треснул его ладонью по голове. Пока Тим сквозь звёзды в глазах пытался рассмотреть нападавшего, на этого самого нападавшего налетела вторая фигура, и они, сцепившись, прокатились несколько метров по асфальту, нанося удары друг другу; одна из плохо различимых фигур вдруг вскочила и… пропала, а вторая, на секунду замешкавшись, вскочила, и тут же пропала тоже. То есть вот только что они были, а потом раз – и в переулке снова не стало вообще никого, лишь Тим сидел на асфальте, недоуменно глядя перед собой. Искры и звёзды в глазах померкли, немного побаливал висок. Но это было всё, то есть его, кажется, даже не побили, так, треснули слегка, и не более. Тим ощупал карман – и сертификат, и портмоне, и телефон остались на месте, нападавший на них не покушался, не тронул. Тим осторожно встал, отряхнул джинсы – на коленях отпечатались пыльные следы. В переулке по прежнему было пусто. Только Тим, да легкий, осенний, пока ещё тёплый, ветер.