Характер-судьба и жизнь лафа. Том 2

Глава 17. Жалоба

В обеспеченном доме Васильевых Зайя не нашел мира-спокойствия. Подспудно бурлят страсти. Разгораются-стынут скандалы. Противоборство происходит слишком явно, неприкрыто. Непричастному сразу трудно понять: в чем суть-смысл вражды? Что не могут поделить? Чего добивается каждый причастный к вражде-войне? Благодаря присутствию Зайи в семье внешне сохраняют приличные отношения. Вражду совершенно не маскируют. Наружу выплескивают. Противостояние дробится в мелких дрязгах. Временами даже превращается в настоящее побоище. С пострадавшими-жертвами.

Отец малышки Гали Тимофей Степанович наделен твердым характером. Привык командовать. Только вне дома. Его жизнь нельзя назвать сладкой. Ребенком Тиму война разлучила с родителями. Отец воевал. Мать оказалась в Германии. После войны некоторое время воспитывали мальца в детдоме. Рано начал трудиться. Стал целинником. Не сразу удалась жизнь. Поздно женился. Женили друзья. Тимофей сторонился женщин. Казался нелюдимым. Одновременно считался опытным трактористом. Все маялся… Чего-то искал или ждал. Не расставался с общагой. В первый год даже зимовал под снегом в палатке. Как-то в их поселок приехала новая повариха. Никто о ней ничего толком не знал. Ясно одно: свободная, самостоятельная женщина. Не обременена семьей. А прошлое… Кто в нем станет рыться-разбираться? Шутки ради их столкнули. В каком-то угаре Тимофей женился. Не противился. Устроили комсомольскую свадьбу. Ничего не знал о невесте-жене. Не спешит она рассказывать подробности прежней жизни.

Начали обзаводиться хозяйством. Корова, свиньи… Корма брали в столовой, на полях совхоза. Подумывают об огороде и собственном доме. Родилась первая дочь. Трудно в степи с маленьким ребенком. Без особого сожаления оставили целинное хозяйство. Перебрались в центр. Молодых встретила без радости мать-теща в единственном числе. Родственники проявили полное безразличие. Местные зубоскалы рассказывают о жене диковинные вещи. Работящему механизатору недосуг выслушивать сплетников. Не узнает важного. Следует знать! Это даже лучше. Начал бы прислушиваться, узнавать… Не ужился с неверной женой. Всезнающие люди побуждали к разрыву. По молодости сделал вторую дочь. Привязала. Даже обожает. Теперь может без жены обходиться. В ней сохранилась чувственная ненасытность. Тимофей Степанович пропадает на работе. До жены ему нет почти никакого дела. Стерва пусть хоть бесится!

Как-то Тимофею Степановичу удалось наладить связь с матерью. Война разлучила. Забросила ее на чужбину. Похоронила своего второго мужа. По требованию сына мать вернулась. Это заслуга старшего сына: мать перетянул в родные места. Не сохранился отчий дом. Пришлось поселиться в разросшемся поселке. Уже здесь родилась Галя: плод примирения.

Стойкими канадцами оказались дети от второго брака. Не захотели к ней ехать в загадочную страну. Правильно сделали! Теперь поддерживают материально.

Тимофей Степанович получил травму на работе. Оставил порядком опротивевшие сельскохозяйственные работы. Перебрался на работу в город. Сейчас он вновь живет в селе. На работу добирается автобусом. Городская работа и новые профессиональные навыки его сильно изменили – к худшему. Теперь больше командует. Издевается над людьми. Принимает подношения и угощения. С дарителями он мягкий. С остальными… Слесарем-сантехником мотал душу работяг, клиентов. Вымогал. Стал бригадиром – обирает пацанов из техучилища. Распределяет работу произвольно. Самая выгодная достается собутыльникам-друзьям. Вынуждены угощать, заискивать, лебезить, угождать ему… Ежемесячно выделяют часть зарплаты на коллективный пропой – на законных основаниях. Позже Тимофей Степанович устроился в охрану завода. Теперь ему стало легче: суточное дежурство, продолжительный отдых. Успевает отоспаться! Обидно: за двенадцать лет не дождался обещанной в городе квартиры.

Васильев стоит бдительно на проходной. Как тюремщик, устраивает тщательный шмон. Работяг заставляет выворачивать карманы. Перебирает все содержимое сумок. Без причины орет. Оскорбляет взглядом и словом. Подозревает в кражах. Устраивает искусственные опоздания: задерживает шмоном утром на проходной. И на выходе. Нет на него управы. Руководство поддерживает: ценный кадр! Постоянно премируют, дарят грамоты за проявленную бдительность при охране социалистической собственности. Мрачный тракторист превратился в настоящего самодура. Жизнь и должности меняют характер. Удивляться нечему: предоставьте минимальную власть ничтожному человеку. Посмотрите, что из того выйдет. Возможность малую непременно использует для оскорблений, издевательства, преследований, травли. Вот из таких типов набирают кадры тюремщиков. Руководители из них же выходят. Некоторые из подобных кремней становятся жертвами психиатрического преследования. Заполняют тюремные отделения больниц. Эта категория людей имеет разное общественное применение.

С его женой повсюду случаются приключения. Она работает на ферме. Гордая и независимая мать Тимофея Степановича тоже не стала слушать местных сплетников. Этим спасает себя от нервного потрясения. Живут обособленно, независимо, материально обеспеченно. Каждый член семьи – независимая семья.

На отведенной усадьбе Васильевы возвели дворец. Строились долго, основательно. Одна беда: соседи. Никто точно не вспомнит, когда и по какому поводу началась вражда Тимофея Степановича с соседями. На два фронта воюет одновременно. Всего интенсивнее пакостит одинокой, немощной старухе, дальней родственнице. То поломает забор… Подрубит корни плодовых деревьев: начинают сохнуть, перестают плодоносить. Однажды часть ее огорода полил химическим составом. Почва стала бесплодной. Вот последнее его баловство: от своего хлева отвел стоки мочи и других нечистот к ее погребу. Провонял картофель. Стал непригодным в пищу. Даже свиньи не едят! Уже несколько раз приезжали судебные исполнители. Не могут они, не хотят найти управу на распоясавшегося хулигана. Откупается. Добивающуюся справедливости старуху часто избивает. Даже грозит убить. В столкновении с родственницей Васильев выступает с позиции сильного, вечно правого.

Противоборство с другим соседом пока на равных. Еще в двадцатые, особенно тридцатые, а на присоединенных территориях в сороковые годы в сельской местности особенно происходила ожесточенная классовая борьба. Старожилы хорошо помнят прошлое. Вспоминают с неохотой, рассказывают о кровавых оргиях. Сопровождали они раскулачивание-коллективизацию. Страх за свое непрочное положение бесконтрольных властителей, глупость руководителей, неразвитость, жестокость, бескультурье способствовали ожесточению отношений. Перенесли на взаимоотношения между группами и классами сельского населения – внутрипартийную борьбу. Долговременная «научно обоснованная аграрная политика» привела к деградации почвы, к недостаточному росту, даже снижению продуктивности. У производителя отняли землю, орудия труда. Лишили его прав. Возможности самостоятельно хозяйничать. Только с разжиганием розни, другими дикостями удалось провести коллективизацию, прочие аграрные эксперименты. Сохранились антагонизмы. Не угомонились страсти. Подбрасывают горючий материал в костер социальных отношений. Во многих местах клокочет жуткое недоброжелательство… Только страх перед возможным наказанием сдерживает разгул разрушительных страстей, братоубийства. Чрезвычайные обстоятельства, случаи ослабления контроля могут подстегнуть нежелательные эксцессы.

Скучно в селах. Главное занятие селян – не работа, а чесание языков. Кляузничают. Пишут жалобы, доносы. Каждый на свой лад. По своим способностям. Правдолюбы добиваются восстановления попранной справедливости. Некоторые предлагают реформаторство. Большинство жалобщиков сводят счеты, топят соседей. Письма трудящихся назвали одной из форм советской демократии. Это клапан. Выпускают пар. Накопленный под давлением пар социального недовольства может вызвать взрыв чудовищной разрушительной силы. В инстанции поступают письма и жалобы трудящихся. Регистрируют. Подшивают. По некоторым принимают конкретные меры. Жалобщикам чаще приходят формальные отписки.

Васильев – продукт советского времени и производства. Ощутил на себе дополнительно тлетворное воздействие буржуазной идеологии. В нем развиты собственнические инстинкты. Не выделяется особой хитростью. Человек в своем уме. Никому не дастся в обиду. Чувствует себя обиженным. Жалуется во многие инстанции. Надеется одолеть бюрократизм и формалистическое безразличие к живому человеку. Попутно надеется пристукнуть соседа. Чужими руками. Вот последняя его жалоба в компетентные органы власти:

«Сообщаю, що кобыла сусида нэвзлюбыла мого бугая й почала дражныться. Бугай довго трымався. Алэ йон жывый. Любый тварюзи поставить пистон. Як файный производитель. Ось ен з прывязу зирвався, пэрэбиг запрэтну зону, устроив нэлэгально погром на чужый тэррыторыи. Прошу прытягнуть сусида до политычнои видповидальности. Провокацийну кобылу ен дэржыть. В иначем выпадку видказуюсь платыть ущерб. Нэхай дажэ мэнэ затаскають по судах: нэ здамся! Считаю нэкорыстным здаты бугая на мьясо. Ен тонко знае свою справу. Файно оплодотворяе. Без яловости й брака. Со знаком якости. Трьома цэнтнэрамы мьяса район всэ одно нэ выконае плана мьясаздачи. Суд прыйняв во внимание тилькы той хфакт, що сусид инвалид.

Тому право мае дэржать кобылу на своем иждывэнии. Алэ йон инвалид праци – нэ вийны. Цэ прояснюе становыщэ. Я тэж прохожу по трэтий группы. Алэ нэ трэбую иждывэнства. А я дэ бугая нэ маю права содержуваты – по радянському законодавству. Ему можна частнопрынымальськый дияльнистю займатысь, а мэни запрэщають. Дэ та правда-справэдлывисть?! Як можна – то всим, а заборона тэж однакова.

Я содэржую бугая для навозу й спэрмы. Мэни нэможна?! Дэ такэ запысано, що навоз – продукт капыталыстычного накоплэння? Счытаю навоз продуктом разложэння органычных рослыно-травяныстых существ й прэдназначэн ен тилькы для пидвыщэння плодородия грунту. Нэ для збилышэння врожайносты. Якщо картопля кращэ ростэ по навозу, то цэ тому, що мы створюемо для нэи кращы умовы обытання. Займаемось рэформызмом. Мы поступаемо по науци. За цэ нихто на нас нэ повынэн тыкать пальцем. Як пэрэдовык выробныцтва нуждаюсь в награди. Нэхай пропэчатають! Щоб прогрэмить на усю краину. Забью свого бугая пры тий тилькы умови, якщо сусид виддасть свою кобылу в колгосп. Нэ будэ ею пользуватысь ни в якым выди. Якщо дажэ вона тут подохнэ, то й в тому выпадку залышыться шкурство, з якого можна пошыты чоботы. Нэ сэкрэт, що сусид вскормлюе пса-фашыста. Ен цилу добу гавкае й пугае сэлян й кур-нэсучок. У нас нэстало крутых яець. Инкубаторни цыплята трэбують особый рацион кормлэння. А дэ його взять? Моя баба кормыть йих зэрном й навить застосувала в сараи свитло постийного струму. Ничого нэ помогае. Нэ клюють патлати. Трэбують жратву по науци. А дэ йои взыты? Тому прошу й трэбую счытать пытання про бугая исчэрпанным й нэ проявлять ниякого насыльства по видношенню його личности».

Эту неприятную обстановку создало безразличие бюрократии. Бугай (то есть бычок) не может высказать претензии за нанесенные обиды. Не потребует компенсации. Васильев – владелец. Душеприказчик. Написал ходатайство. От его имени. На то имеет формально юридическое право. Его не пугает (может так статься): потребуют заверить подпись бугая в сельсовете, у нотариуса. Могут додуматься до такого абсурда. Последний объявляют нормой. Целый аппарат занят разработкой формалистики. Ни с чем не считаются идолопоклонники учета-контроля. Обычную жалобу превращают в «дело». Имеет свои последствия. Даже обвиняют в намеренном деянии некоторых жалобщиков. Органы власти отрывают от непосредственной деятельности. Настойчивых этих нарушителей общественного спокойствия сажают в дурдома. Для исправления поведения. Воздействуют на психику. Используют эффективность нейролептиков, химических препаратов. В таких случаях имеет значение численность жалоб. Их острота. Штатные сотрудники КГБ, их добровольные пособники вынюхивают антисоветские тенденции. Каждый временщик любого уровня считает себя полноправным представителем трудового народа. Самой советской властью! От ее имени совершает неимоверные глупости-гнусности. Информируете – пишите себе! Не требуйте! К несчастью общества, их личного – встречаются люди с реформистскими идеями. Не успевает возникнуть мысля – спешат ее обнародовать! Осуществить! Политические горлопаны представляют опасность общественному правопорядку. Даже не следует упоминать об инакомыслящих. Давно являются пугалом. На них натравливают глупцов. Ненавистники исходят в бешенстве. Болваны – прут напролом. Пышут дешевым оптимизмом. Беспечные ура-патриоты специально их подталкивают. Некоторые дорвались к власти. Другие иначе не мыслят своей судьбы: только управлять миром! Не могут навести порядок в собственном доме. Зато – аппетит!

Глава 18. «Привет» из Афганистана

Васильев подписал жалобу. Не сразу выслал. Прежде задумался! Нет больше мочи терпеть негодяйство соседа. Решил непременно отомстить. Ударить! Да еще так… Запомнят! Ушло письмо. Сразу стало легче на душе. Словно свалился груз. Но жизнь не позволяет проявлять беспечность. Вызвали в школу. На родительское собрание. Что за срочность? Дергают с разных сторон. Человеку нельзя отдохнуть.

С дочерью творится неладное. Уже давно! Еще до… Является со школы… Дерзит! Виновата во всем школа. Не воспитывает! Государство возложило на них обязанности. Не справляются! Пользуются бесконтрольностью… Сами не подумают: надо помочь! Ведь никто другой не спасет молодежь. Не хочется идти в школу. Начнут вымогать деньги! Да еще родители-активисты… Стараются для собственных детей. Есть законные расходы на образование. Они собираются одарить классную руководительницу и директора. Для чего? Получают они зарплату: хватит! Нам подарков никто не подносит. Трудимся даже по ночам. Они в это время развлекаются в постели. Рассказывают: учительница живет со своим учеником. Этот позорный факт не станут разбирать на родительском собрании.

Классная руководительница расписалась в своей полной беспомощности. Рассказала: в школе, в ее классе происходят опасные явления. Вместо привычной дружбы народов установили дружбу между отдельными детьми. Родители влияют на собственных детей – не всегда! Дети перенимают у них очень много – привычки-убеждения. Настроения последнего времени – шовинистические. Нет в том ничего удивительного. Дразнят и бьют еврейского мальчика Сашу. Александра по документам. Евреи специально присваивают христианские имена. Прячут собственную сущность. Ничего у них не получится! Над мальчишкой кривляются. Обзывают АбГашей. Иногда Мошкой. Пархачом. Обрезанцем.

Прочими нелестными прозвищами. Нет основания обижаться. Евреи – народ пришлый. Их всюду постоянно заслуженно презирали. Вовсе не зря рассказывают детям о пасхальной христианской крови. Евреи не могут без нее обойтись! Используют для определенных обрядов. Своим изуверством достигают единства со своим жестоким и коварным Б-гом. Избивают мальчишку. Вот если истребить все их племя! Об этом нельзя говорить! У нас привыкли скрывать любую правду. Говорим, когда уже поздно! Дети часто группируются по национальному признаку. Чужаков в свою компанию не принимают. Насмешки, оскорбления адресуют детям других национальностей. Возникают групповщина и национализм.

Издеваются над белорусами. Обзывают их бульбашами, жлобами, кугутами… Даже болотными червями. Татарина Хасана прозвали Чучмеком. Вано Посадзе обзывают Ванькой по заднице. Вонючкой. Вонючей грузинской задницей или Пазадзе. To есть отбросом общества (в переводе с грузинского). Оскорбления начались с элементарного случая. В классе появился новый ученик. Смуглее остальных. С чудным твердым акцентом. Здорово дерется… На уроке физик прочитал фамилию: Посадзе. Удивился: «Да ты грузин?! Вот это да! Как сюда забрел? Разве тебе плохо жить в солнечной Грузии?» На первый случай этим ограничился. На следующей неделе вновь споткнулся на этой фамилии. Поведал факт из своей биографии. «Я служил в Закавказье! Какие там коньяки и чача! В памяти остались одни грузинские ругательства. А я ведь сносно говорил! Еще до института…» Уже после окончания урока подозвал мальчишку: «Как твоя фамилия? Посадзе? Слышал что-то похожее… Даже помнил… Сейчас точно не скажу, что обозначает». Уже на следующем уроке во время переклички только дошел до знакомой фамилии – радостно произнес: «Вспомнил! Есть такое грузинское слово… Очень похоже на фамилию: „Пазадзе“. В переводе на русский обозначает: „Отброс общества“. Специально справился со словарем!

Вот такую грустную, даже вульгарную фамилию выбрали твои предки». Этим не ограничился. Позже продолжил невысказанное: «Хорошо у нас! Никто не знает грузинский язык. Родители могли только для того уехать… Чтобы фамилией не бросаться в глаза насмешникам грузинам». Вано обижается. Дерется. Вот только не может проучить обидчиков. Насмешников хватает! Чем обиднее воспринимает, реагирует, тем живее, даже нахальнее ведут себя обидчики. Неправильным педагогическим приемом учитель беспричинно оскорбил ученика. Сам того не желал. Сработала глупость добросовестности. Надеялся покрасоваться своими широкими познаниями. Никто не укорил физика. Только Вано раздает оплеухи. Часто ходит с синяками.

Тихо сидят родители. Вместе трудятся – на карьере, в колхозе… Сейчас чувствуют себя «не в своей тарелке». Бледнеют, краснеют. Некоторые закипают. Ругаются. Классная руководительница задает риторические вопросы. Ставит их прямо-твердо: «Откуда идет это? Кто виноват?» Опаснее, даже страшнее другое. В последнее время в школе возникла фашистская организация. Именно: фашистская! По примеру подобных многочисленных организаций. Ранее возникали в столицах, городах. Сейчас – в сельской местности. В таких организациях дети рабочих, колхозников. Но больше всего выходцев из семей руководителей, обеспеченных служащих. Молодые интеллигенты презирают поколение отцов. Считают их слабаками. Виной явилась коммунистическая идеология. Сомнительное прошлое. Молодые люди стремятся к общественной дисциплине и жесткому порядку. К полной регламентации труда-быта. Фашисты отличаются от сверстников. Носят своеобразную прическу с пробором посреди волос. Пиджак несколько видоизмененного покроя. Напоминает френч сталинского покроя. С откидным воротником. Под черным галстуком подросток скрывает паучью свастику.

Подростки не вступают в комсомол. Вырабатывают собственную идеологию. Презирают «партийных прислужников». Собираются шумными группами. Чаще предпочитают уединенные места. Фашисты, молодые фашисты – участники организации – проявляют повышенную общественную активность. Зло насмехаются над всеми существующими советскими организациями. Их членов выставляют в смешном, нелепом виде. Это чудовищное слово – фашисты. Даже страшно произносить. Организация действует подпольно. На свои сборища ребята собираются в лесах, других уединенных местах. О чем-то толкуют. В органах предположили: молодые пятидесятники. Не хотят регистрировать общину. Выследили. Узнали точно: фашисты! Каково их родителям, старшему поколению? Ведь проливали кровь. Испытывали страшные лишения в кровавой битве с нацистской чумой. Многие миллионы людей погибли. Остались лежать на месте боев. Других расстреляли. Похоронили в братских могилах. Выходит, напрасные жертвы! В нашем доме, как в оккупацию, вновь появилась свастика. Внутренняя опасность большой потенциальной силы. С чувством отвращения и ужаса некоторые родители узнают: живая действительность воздействует негативно на детей. Доходит до невероятных парадоксальных извращений. Пресса умалчивает о происходящем. Остерегается рекламировать молодых лоботрясов.

В самих символах еще нет ничего страшного. Свастика, пятиконечная звезда являются масонскими символами. Опасны. Возрождаются в качестве политической идеи, системы. В новейших условиях каждый из символов обрел новый смысл. Нашел своих приверженцев. Даже дико звучит: неонацизм – в Советском Союзе. Это факт! С этим приходится считаться органам безопасности. Одряхлевшее, беспомощное, отупевшее, слишком неэластичное руководство неспособно вывести страну из состояния застоя. Возрождается новая разрушительная сила. Они мечтают совершить очередной эксперимент над страной, народом. Любой тоталитаризм – признак низкой культуры. Политической беспомощности общества. Фашизм – родственное коммунизму течение. До сих пор коммунизм являлся фашизмом национального русского свойства. Фашизм – социализм национальной закваски. Наш социализм в своей практической деятельности опирается на национальную основу. К интернационализму прибегают только в пропаганде, для целей внешней политики. Нынешний вид фашизма напоминает реформаторское течение. Ужесточен. Ограничиваются видоизмененной коммунистической идеологией. Устраняют отдельные архиглупости, крайности. Свойственны они догматизму реального социализма. Все дело в простом: кто и как использует романтические искания. Альтруизм и энтузиазм наших родных детей. Рано созревают в политическом смысле. Стремятся внести свой вклад в общественное развитие. Поддержать международный престиж, традиционную военную силу исторической России.