Характер-судьба и жизнь лафа. Том 2
- -
- 100%
- +
Много неблагополучия с девочками. Некоторые ведут себя развязно. Не имеют ясного представления о девичьей гордости, скромности. Много думают о внешней привлекательности. Используют косметику, моду. Разными способами зазывают ухажеров. Слушают какие-то музыкальные записи. Много времени проводят на танцульках. Возмущают своей доступностью. Раскованность поведения приводит к трагедиям. Рано теряют девственность. Несовершеннолетние девочки беременеют. Никто не учит пользоваться противозачаточными средствами. Для них учение на втором плане. Долг родителей: отвращать от танцев, поздних встреч с парнями, мужчинами. Следить за моральным уровнем, прилежанием, безалкогольным воспитанием…
Родители на своем внеочередном собрании узнали невеселые истории. В который раз задались вопросом: что делать? Не заберешь своих чад из школы. Существует закон об обязательном образовании. И Тимофея Степановича собрание встревожило. Молодцы ребята! Скоро всем нам утрут нос. Родителям и руководителям! Хорошо: ударились в организацию, политику. Непременно в ближайшем будущем выскажут собственное мнение. С помощью силы. Пусть возвысится достойный руководитель. О Гале можно не беспокоиться. Ее не испортят! Школа превратилась в рассадник разврата. Нужно поговорить с дочерью.
Дома застал свояка. Заехал некстати. Теперь придется в течение нескольких дней за ним ухаживать. У Петра Никифоровича Копытова сейчас не очень привлекательная должность. Сопровождает из Афганистана оцинкованные гробы. Служить ему осталось каких-то четыре месяца. Уже пятьдесят с хвостиком. Собирается на пенсию. Заранее не знает, как сложится служба. Могут перевести в гарнизон. Выгоднее отставка. Сейчас – кадровик! Молодые ждут! Согласился на это грязное дело. Хоть подольше оттянуть развязку. В любом случае дело нужное. Кому-то следует этим заниматься. Копытову даже нравится работа. Сыт-пьян. Служба идет! Солдат спит – служба… С мертвецами многим проще, безопаснее общаться. Вот живые! Он презирает многих живущих. Ощущения идут из голодного детства. Происходило это в далекие тридцатые годы. Жалкий, часто битый, в изорванной одежде Петька ростом с наперсток, со старшей сестрой ходили по поездам с протянутой рукой. Пели, рассказывали истории… Наслышались много оскорблений. С тех давних пор испытывает нелюбовь к людям. Особо презирает благодетелей. Не верит в добро, порядочность. В войну бесследно исчезла мать. Передавали: ее угнали в Германию. Позже возвратились угнанные… «Канадка» сообщила: жива мать! В Западной Германии (во Франции?) вышла замуж. Перебралась в Штаты. Все! Пришла мысль: попытаться разыскать через Красный Крест. Некоторые сомнения привели к вопросу «зачем?». Решил: она пусть ищет! Кому охота накликать на себя неприятности?
Копытову нравится служба в Афганистане. Служба-обслуживание. Пора нам скоро-жестоко разделаться с этим орешком. Врагов прежде следует уничтожить! Некоторые наши пропадают – все по дурости! Нельзя проявлять беспечность. Для забав хватает поводов. Экипаж танка догоняет беженцев и путников. Давит гусеницами! По пути следования открывает шквальный огонь. По любому населенному пункту. Даже своих добивают! Только чтобы не попали живыми в плен к «духам». Даже хорошо: народ ничего не знает об этой войне. Думают: сами Афганцы ведут гражданскую войну. Не могут договориться. С помощью русского Ивана сводят счеты. Ведь пресса ничего такого не сообщает. Ну и пусть! Об этой войне народ никогда не узнает всей правды. Им и знать не нужно! Военные решают: где, как воевать. Военные интенсивно используют испытательный полигон. Ведут явно-тайную войну. Воюют в маленькой войне: предотвращают большую. Будущую! Вероятно, с использованием ракетно-ядерного оружия. Может встать вопрос: быть или не быть?! Нет другой альтернативы: ядерная война или жизнь?! Такая жизнь… Уж лучше!
В обязанности Копытова входит сопровождение гроба до места захоронения. Перекрывает доступ к останкам. Проследил: гроб опустили запаянным. Засыпали… Допустимы лишь плач, поминки. Сейчас он из Винницы. Отвез последний гроб. И последний блин иногда – комом. Такая произошла история. Отец покойника оказался на отдыхе-излечении – в дурдоме. Не стал допытываться: настоящий придурок или алкаш? В семье ведь горе. Позволили отцу присутствовать на похоронах сына-«афганца». Явился в сопровождении санитара. Оригиналом оказался. Свою историю рассказал. В отделении умеют устраиваться. Петра Никифоровича удивило спокойствие отца. Ведь привезли гроб с останками сына! Гроб везли через всю страну. Он радуется даровой выпивке, обильной пище. Не справится с огромным блюдом холодца. Жалуется: мало хрена! Предлагают жаркое. Хотят забрать недоеденный холодец. Отвечает: «Доем холодец – тогда жаркое!» Безучастно рассуждает о пустом. Словно не в его семье произошло горе. Случившееся не считает горем. Подумаешь: погиб сын! В его однообразной жизни – событие самое заурядное.
По одному этому признаку можно судить о его психическом здоровье. Рассуждает довольно здраво. О другом. Как сочетается одно с другим? Таково проявление болезни?
Копытов любит поминки. Для него это самое приятное в жизни. Предки желания-чувствования превратили в добрую традицию. Славянская душа устает от будней-труда. Нуждается в насыщении, отдыхе. В ее обычае вспоминать прошлое. Восславить покойника – это прекрасно! Самому загодя подготовиться к той жизни. Пройти Чистилище. Подняться к встрече с ангелами и душами друзей. Уже в этом мире он подружился с мертвецами. Безобидные эти существа. С ними – одна приятная возня-развлечения. Повод для отдыха-веселья. Мертвого нет – он без души. Один труп. В его присутствии можно вести любые разговоры. Не донесет. От мертвеца даже можно отрезать кусок мяса. Ничем не причиняешь ему неудобство, вред, боль. Анекдоты приятнее рассказывать в присутствии мертвеца. Забавляться. Никакой реакции! Мертвый безгрешен, безвреден. Он вовсе не существует как сознательная материя. Это живые опасны! Могут стать врагами. С каждым живущим много мороки. Копытов любит мертвых. Среди них чувствует себя человеком, личностью. Почти великаном!
У нас маловато покойничков. Не отдают им должного уважения: сразу хоронят! Их следует сохранять. Выдерживать подольше. Пусть выполняют свои функции в жизни и – роль в истории. Не вычеркивать мертвецов из списков для тайного голосования. Не отправлять их на свалку истории. Мертвый не перестает оставаться гражданином Страны Советов. Полезней любого живого. Поведение многих живых непредсказуемо. А вот мертвые… Они как на ладони. Составляют подавляющее большинство. Никогда не выступают вразрез. Против генеральной линии. Их сплоченность ничем не разжижишь. Против нашей политики идут самые… самые… ненавистники и вольнодумцы. Появляются антисоветчики. Вносят сомнения, разлад. У нас нет согласия. Мало солидарности. Конечно, не той! Безответственные поляки для своих раскольных интересов приспособили бредовую «Солидарность». Нас интересует классовая солидарность трудящихся. Выступаем за лучшее устройство производства-потребления. В данном случае многим полезнее мертвец… Он незримо выполняет обязанности. Находится за ширмой. Не отвлекает от насущных дел и забот. Такова диалектика природы в современной интерпретации.
Мертвец полезен в другом смысле. Его не нужно кормить. Но получать за него довольствие. Не одевать. Экономия обмундирования. Это – всегда свежая монета. Не удовлетворять потребности. Их вовсе нет! Он проходит в списочном составе. Член нашего общества. Мертвый может быть молодым, здоровым. Пусть даже стал жертвой несчастного случая или операции душманов. Мертвый может даже числиться женщиной, ребенком. И еще он укладывается в статистические данные. Со стопкой в руках лучше всего славить мертвых. Однажды Копытов даже пострадал за мертвецов. Так получилось. Судьба нелепо расправилась за эту его искреннюю привязанность к особой категории тружеников. По скромности никогда никому об этом не рассказывает. Ведь можно… Именно!
Вскоре ему предстоит дальняя дорога. В Афганистан. Едет налегке. Раскованно. Без груза! Только документы в дипломате. В руке маленький чемоданчик с самым необходимым. От обычного командированного ничем не отличишь. Выдают военная выучка, подтянутость, жесткий взгляд колючих глаз, сосредоточенность… Опытный человек непременно поймет: это не простой гусь! Из властителей или приближенных к власти. Крутится в непосредственной от нее близости.
Копытов давненько не виделся с Васильевым. Отдохнуть решил в саду. Порыбачить. Хоть пару ночей провести на речке. Зорьку встретить. Вовсе не за угощением приехал. Служба в последнее время совершенно выбила из колеи. Почти три года подряд – на колесах. Прежде случалось!
Но никогда раньше подумать не мог, что придется сопровождать покойников в оцинкованных гробах. В том треклятом Афганистане можно стать покойником. Сейчас начинают понимать: в Афганистане с Афганистаном нельзя шутить. Служба есть служба. Охарактеризовать ее можно одним словом: ничего… И – нормально. Мало приносит людям радости. Зато ответственности – хоть отбавляй! Кому-то надо выполнять эту грязную работу. Не ты – другого найдут. «Святое место» не останется пустовать. Пока везут, везут. По разным направлениям. В оцинкованных гробах. Еще долго придется развозить. И – много! Попробуй умиротворить тот Афганистан! Используют в той войне все рода войск. Оружие – самое современное. Победа пока даже не видна. Жаль: не можем одним массированным ударом покончить со всей этой мразью. Отправят побольше подкреплений. Даже всю армию. За трое суток пройти всю территорию. От края и до края. На этом пути передавить гусеницами все живое. Только в таком случае прекратится сопротивление. В Генеральном штабе изначально допустили непростительную ошибку. Зачем ввязались в их внутреннюю грызню? Но коль уже вошли – должны покорить страну. В Афганистане придется вырезать весь народ. Выдушить самых малолетних. Заселить территорию переселенцами. Кадры у нас есть! Только таким радикальным способом обеспечим безопасность южных рубежей страны. Только в советском Афганистане перестанет литься безвинная кровь наших ребят. Не будет молодых калек, оцинкованных гробов. В Краснодарском крае – и не только там – созданы целые поселения, лагеря пострадавших афганцев. Нам не следует брать пример с американцев! Они – ненадежные гаранты безопасности. Пользуются собственными выгодами. Во Вьетнаме (это только один пример) оставили на произвол судьбы своих союзников. Ради них воевали. Никому – даже властителям! – не позволено подрывать наш естественный патриотизм. Компрометировать русский народ.
Таково положение Копытова. Во всем постоянно переплетается служба с личным. Одуреешь от постоянного единства. Достаточно много пришлось перевидать-выслушать. Без выпивки в этих необычных условиях просто чокнуться. В вине-смерти – великий смысл. Жизнь человека – только миг. Много возни – мало серьезного. От рождения до смерти – много выскажешь слов. Все в единстве – противоречит одно другому. Бессмыслица. Большая ложь! Сама жизнь – великая ложь!
Глава 19. Обвинение в изнасиловании
Зайя пронюхал: можно поживиться в этом доме. Оставил на время основные занятия. Замыслил сложную махинацию. Умеет подождать. Решил действовать. Соблюдает внешнюю порядочность, благородство. В этом случае непременно сорвет больший куш.
Сами подарят! Одно сладострастие не в состоянии насытить его многочисленные, разнообразные потребности. Девчонка щуплая, костистая… Вряд ли сможет дрыгать ногами, качаться под его тушей. В такт любовной музыке. Цымыс девственности без приятности – не обещает дополнительные наслаждения. А вот материальные приобретения явятся стоящим фактором. Глупо отказываться от дарового. Выждешь, отхватишь импорт. Одежду, обувь. А то и… Загорелись глаза. Разрастаются желания. Он – азартный игрок. Все указывает на удачу. Гале весело, интересно с женихом. Он смешит. Рассказывает любопытные истории. Потешает анекдотами. Гордится историей своего древнего народа. Ассирийско-вавилонскую цивилизацию называет самой древнейшей из всех известных. От них пошла государственность. Первыми преодолели разобщенность родов-племен. Развесившей уши малолетней невесте рассказывает диковинные вещи:
– Еще в древности мы создали могущественнейшее государство. Наш царь Тиглатпаласар III ввел в политику насаху. Что это такое? Искореняли общественную структуру покоренных стран. С корнем выкорчевывали народы. На приобретенных землях истребляли все население. Его преемник – Саргон II покорил Палестину. Овладел тогдашней столицей Израиля Самарией. Весь плененный израильский народ превратили в рабов. Выселили с Богом данной родины. Расселили в Ассирии. Трудом их создано наше благополучие. В Палестине поселили плененных сирийцев, вавилонян. Так впервые в истории мои предки осуществили массовое переселение и геноцид. Многие народы побывали в ассирийском рабстве. Пророк израильтян Исайя красочно описал этот период упадка Иудеи: «Вся голова в язвах и все сердце исчахло. От подошвы ноги и темени головы нет у него здорового места: язвы, пятна, гноящиеся раны, неочищенные, необвязанные и смягченные елеем. Земля ваша опустошена, города ваши сожжены огнем, поля на ваших глазах съедают чужие, все опустело, как после разорения чужими». Наши предки – воины. Жестокие воины. Крепости они брали штурмом. Непокорные города уничтожали до основания. Мы покорили всю Малую Азию. Ненадежный Вавилон попытался отделиться от Ассирии. Наш царь Синаххериб разрушил город и отомстил вавилонянам. Мы управляли Вавилоном. История человечества идет от ассирийцев, наших братьев шумеров.
Гáлина мать довольно радушно относится к его азиатскому происхождению. Заводит дружеские отношения. Угощает, подкармливает. Рассказывает о родственных казахах. Других чукчах. Среднеазиатских чучмеках. Пьют кумыс. Едят конину. Из баранины готовят плов. Сидят на корточках. Женщины на корточках мочатся. Одновременно кормят грудью ребенка. Разговаривают с мужчиной. Успевают! Вообще ведут себя странно в нашем европейском понимании. Советская власть их подняла из невежества. Обучила русской культуре. Отучивает от богомольства.
Превращает в советских граждан без национальных признаков, особенностей-отличий. Теперь они все пьют вино, жрут свинину. Хитрят, двуличествуют. Мечтают перемешаться со славянами. Перенять у них власть на собственной земле. Неблагодарные мечтают завладеть всей Россией. Как во времена татаро-монгольских предков. Главная их забота – завладеть оружием. Направить его против нашего могущества. Советскими методами – нас добьют!
Бабка держится в стороне от предстоящего сговора. Вовсе не зря получила крупный заряд закваски. Привыкла к церемониалам. Высказалась: «Рано внучке выходить замуж». Добавила: «Знаю немало случаев… В ее возрасте некоторые уже имели здоровых детей. – Заключила. – Если ей хочется выйти замуж… Обязательно начинать по правилам: со сватовства!» Вспомнила свою юность. Не может без патриархальщины. Собирается возродить христианскую традицию.
Для Тимофея Степановича предстоящее обручение дочери разразилось неожиданной катастрофой. Возмущает смуглолицый жених. Собирается завладеть сразу двумя его собственностями. Дочерью и приданым. Пока не намерен принимать в дом жениха. Не решится расстаться с дочерью. В представлениях многое перемешалось. Развитие пошло по неимоверному направлению. Он привык постоянно трудиться. Не помнит ни одного счастливого дня. Юная Галочка – единственная радость в его жизни. Сбежала из дома старшая дочь. Тоже любимая. Изменила. Теперь она неведомо где обитает, как живет. Не знал жену в молодом возрасте. Встретил ее уже зрелой. Дочери напоминают собственную безрадостную юность. Романтику бродяжничества. Пребывал некоторое время в детском доме. Не помнит своей первой любви. У него ее просто не было. Вообще любви! Жена явилась одной и единственной женщиной, которой обладал. Так уж получилось! В личном плане считает себя неудачником. Вечно любуется милой дочерью. Такая она доверчивая, нежная, искренняя… Еще подросток!
Угловатая. По-мальчишески резвая, резкая, дерзкая. Пока не развилась. Все в ней женское. Чувствует своим мужским нутром. Не познал девичью чистоту. Нет над ним большей власти, чем власть страсти. Тянется к чистоте, девственности… дочери. Пока этого не осознает. Не раз его (зрелого мужчину-отца) преследовало нестерпимое желание ощутить вкус первозданной половой страсти. Как навязчивая идея. Желание испытать фантастическую прелесть растленной девственности. В юноше созревает мужчина. Вместе с мыслимым идеалом воспринимает обожание девственности. В зрелом возрасте мечтает о чистоте, непорочности. Особенно если не пришлось насладиться. Одним своим видом, присутствием медоносицы соблазняют.
Дочери для Тимофея Степановича явились подобием запоздало возникшей чистоты, непорочности. Младшая – чистое существо. Кумир. Прозаичная жизнь лишила его возможности общаться с другой красотой, чистотой, добродетелью. В его расстроенном сознании выплывают разрозненные житейские истории об ощущениях срываемых девственных прелестей. Искал… Не смог воспользоваться в молодости и зрелые годы. К дочери относится словно к личной собственности. Он никогда не мог, не сможет избавиться от ощущения вечной зависимости от жены. Эта женщина перевидала все виды. Испытала возможное. Слухи утверждают: изменяет постоянно. Путается со всяким сбродом: шоферней, командированными, участковым, алкашами… Как-то присобачился тунеядец. Кормила-одевала. Тимофей Степанович никогда не прислушивался к сплетням. Доходили рассказы. Припомнилась часть былых обид. Колет, жжет невысказанное. Даже распутную молодость жены сейчас воспринимает оскорблением. Является нежданная мысль: «На ком только женился?!» Даже появлялось желание: «С матерью и дочерью уехать в Канаду. Дом сжечь! Чтобы только ей не досталось». Ведь никто не выпустит! Об этом не думает. В Канаде можно лучше устроиться. Стать богатым человеком. Ведь тут не ценят труд.
Не платят. Только нищета, грязь, низость… Лишили свободы. Не считают за людей. Но вот неведомо откуда взялся этот чучмек, жадина. Жених… первым может попробовать. Первым насладиться его родной дочерью. Возможно, уже успел совершить злое дело. Как проверить-удостовериться? Для проверки отец завлек дочь в сарай. Решился на отчаянный поступок. Повалил. В исступлении ласкает ее, целует, подбирается… Она извивается, хнычет… Ничего не понимает. Он вовсе не зря решился на это сумасбродство. По-мужски грубо надругался. Позже некоторое время поругивался, очищался от густой липкой крови. Только сейчас (после свершившегося) в его дремучей душе животного заискрилась видимость раскаяния, благородства. Ощутил гнусность своего отвратительного поступка.
Но что теперь жалеть?! Ведь дело сделано. Решил: ничего такого не произошло. Достаточно подарить зятьку дорогую безделушку. Не обратит на это внимание. Подумаешь: станет попрекать. Какой дурень женится на девице? С каждой случается! У девчонок и баб никогда не спрашивают: хотят? Мужику хочется – этого достаточно. Не смогла защититься, сохраниться – так ей и надо!
Сам постоянно издевается над подопечными. Это – прощает. Считает нормальным. Обязательным. Разве можно по-другому поступать с расхитителями социалистической собственности, с несунами? По отношению к себе чувствует ущемления. Чучмек мог обойти! Васильев запил.
Обессиленная, вся в ссадинах и синяках Галя несколько дней не выходит из комнаты. Не ест, не пьет. Только плачет. Вся извелась. Не может простить родного отца. Она не в состоянии также его предать. Не отвечает на расспросы. По селу и району быстро распространился слух об этом изнасиловании. От бабки пострадавшей вскоре поступило заявление в следственные органы. Обвиняет в случившемся неведомо откуда появившегося нацмена. Одурил словами, обещаниями. Заманил и изнасиловал малолетку. Сейчас творится невообразимое. По стране свободно разъезжают черномазые. Позволяют себе! Кровосмешением портят белую расу. Разбавляют чистую славянскую кровь – своей, нечистой. Сбивают с пути истинного светлые, невинные души. Неспроста все происходит. В разных маскировочных одеждах действует Антихрист.
Следователь, принявший заявление к делопроизводству, распорядился о немедленном медицинском освидетельствовании потерпевшей. Наметил возможную версию. Вызвал повестками свидетелей. Приступил к допросам. Молчат свидетели. Не отвечают прямо на вопросы. Ведут разговоры – вокруг да около. Обычное это дело! Пока выудишь что конкретное, существенное… Следователю подобает обладать терпением, выдержкой. Зайю сняли с поезда. В райцентр вернули с охраной. Во внимание не принимают протесты-оправдания. Следователь учитывает тяжесть, взрывную социальную опасность совершенного преступления. Заключили под стражу. С санкции прокуратуры. Для пресечения возможного намерения скрыться от следствия. Неотвратимого наказания. Зайя давно не лежал на голых нарах. Ему как-то пришлось переночевать в КПЗ. Словно специально камеры предварительного заключения помещают в подвалах. В казематах. А тут – холодильник с невыветривающимися запахами тления. Скользкие, серо-бурые с плесенью стены, хвостатые крысы… Быстро отлежал бока на нарах! Скупятся, гады! Хотя бы положили тюфяк… Изорванное, прожженное сигаретами одеяло. Остатки в виде лоскутящихся клочков. Страшнее сама обстановка заключения. Сам себе предоставлен. По ночам вылезают, кишат огромные клопы. C ноготь! Продолговатые, словно каракатицы. Прежде Зайя не видел таких чудовищ. Не подвергался нападению агрессивных, откормленных, ненасытных клопов. Многих искусали-таки эти отвратительные твари-насекомые. Благо: постоянно содержат подследственных в КПЗ. Разбухли от выпитой крови. От нее не травятся – не издыхают. Только что постоянно копошатся. Устраивают лихорадочные гонки, кружения, а то и танцы! Раздавил эту верткую мразь… Испустила страшно смердящий запах. На теле появилось небольшое вздутие в виде крошечного мешочка. Наполнен кровью. Не заснешь от их укусов, зуда. Еще остается багровое пятно. Стали нахальными. В полумраке камеры потеряли ориентацию во времени. Не воспринимают разницу между днем и ночью. Не выдерживают нервы: начинает охоту. Разбегаются хитрюги! Прячутся ненадолго в щелях. Через короткое время повторяют набег.
В КПЗ такая издевательская обстановка. Ввергает в шоковое состояние каждого свежего человека. Окунают в помойку. Помещают под замок. Лишают свободы. После полубессонной ночи (даже ночью – такое у него развлечение!) постоянно дергает следователь. Запугивает. На все идут! Закладывают невинных. Предают друзей. Даже соглашаются «принять преступление». Себя оговаривают. Только вырваться из камеры предварительного заключения. Недалеким и слабым людям кажется: страшнее не будет! Только кажется… Дудки! Редко кого отсюда выпускают. Переводят! В тюремном ведомстве много учреждений. Худшее позже начинается. Непросвещенные люди в полную меру проявляют наивность, болтливость. Сами себе накручивают сроки. Расплачиваются за это сотрудничество долгими годами заключения, принудительного труда. Во славу презренного руководства. Властвует в милом Отечестве.
Зайя – человек стойкий. Ценит свободу. Ее нет в советских условиях государственного социализма. Таково при наличии феодального принципа общественной структуры. Важное дополнительное обстоятельство. Ведь никакой вины! Обидно: мог! Опередили. Кто успел поживиться? Теперь «сватают». Только нет дураков! Если даже когда-то были – давно перевелись. Его так просто не «купят». Даже при наличной вине не расколят. Готов к противостоянию! Не страшит психологическое соревнование со следователем. Не поддастся ни уговорам, ни запугиваниям. Знает заранее: нельзя верить ни одному их слову. Ведь действуют по-провокаторски. Вся следственная и прочая советская власть опирается на… бесчестное слово. В России народ извечно противостоит власти. Он слабый, безвольный. Самой природой создан рабом. Привык к безропотности и подчинению. Кто обращает внимание на пьяный бред несогласия и бытовой критики? Политические идеи искореняют в дурдомах. Сам народ – нетворческое существо. Готов только к заимствованиям и копированиям чужих образцов. Нелучшим способом. Суть выхолащивает российское «своеобразие». Это зависит от уровня культуры. Общей и – производства. Русские в своем большинстве – демагоги, бездельники. Антиобщественная нация. Они воспринимают явно собственные нужды-желания. В светлый день бредут наугад. Словно в потемках. Не учатся ни на чужом, ни на собственном – чаще негативном – опыте. По уровню общественного развития эта славянская нация вряд ли опережает азиатов и африканцев. Пусть тешатся – пигмент окрасил кожу в белый цвет. Подстегнул их фанатизм-расизм. В России возможна демократия. Тоталитарная власть не сможет повести страну-народ к развитию. Опасна любая тоталитарная власть. В России она жизнеспособна. Возможно какое-то соединение тоталитаризма с демократией. Вырвать страну из застоя-запустения могут только серьезные хозяйственные реформы. Одни! Никогда Россия не предстанет позитивным образцом. Зачем ей это? Сможет сохранить свое «тело». Очеловечить «дружбу народов». Этого достаточно. На столетие! Кроме сложных внутренних проблем имеются неразрешимые. С соседями. Только сильная и единая Россия сможет противостоять Китаю. В союзе с Западом Россия на какое-то время ослабит восточное давление. В долговременной перспективе Россия видится сырьевым придатком и евроазиатской провинцией… Китая.