Кто мы? Триллер, рассказы

Кто мы?

Вечер был настолько прохладным, что температура воздуха в тридцать семь градусов по Цельсию не чувствовалась Колей. Папа его сидел рядом на берегу и беспечно смотрел вдаль. Корабли проплывали мимо, и это наводило чувство тоски, что кто-то плывет домой и у кого-то есть дом.

Коля совсем не хотел играть на берегу моря и собирать ракушки, всё это он отвергал внутри себя.

– Что с нами случилось?

– Мы попали в аварию и сорвались со скалы в 584 метра.

– Откуда ты знаешь точное число? Точное число высоты? – спросил десятилетний сын, который сильно удивил отца своим вопросом.

– Знаю.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю.

– Мне холодно, и я хочу домой. А что с нами будет?

– А вон еще пришли.

Лампа

– Нужно скрутить зажим ещё сильнее, когда покупал, она была последняя в магазине, поэтому выбирать не приходилось, купил последнее, она понравилась формой, похожей на древние скульптуры из Греции.

– Шкаф ты зачем выбросил? Я стояла в очереди за ним полтора месяца, вообще собирал мне его племянник.

– Уборку он перестал делать, линолеум я клал сам, там в углу оставил чек, который можно вернуть, потому что гарантия на товар 25 лет от производителя. Но ты уже его не понесёшь, если порвётся, ты купишь новый. Да и магазин этот закроется через полтора года, а порвётся она у тебя от ножки холодильника через 2 года, не успеешь.

– Максим, ты все выходные ремонтировал эту квартиру три года, а в домик в деревне так и не поехали.

– Ну ты же сама хотела, Надя, сделать красивый ремонт и не нанимать рабочих, да и как бы мы их пустили сюда?

– Лампа красивая, действительно. Как тебе удалось купить такой красивый шедевр? Всегда любила всё итальянское.

– Да это греческий стиль.

– Греческого стиля не существует.

– Как не существует?

– Так.

– Ну форма похожа на скульптуру из архитектуры Древней Греции.

– Билебарда какая-то.

– Согласен.

Пётр проснулся сегодня среди ночи и, когда открыл глаза, продолжал слушать разговор мужчины и женщины, думая, что это не выключенный телевизор и там шло кино. Он вёл здоровый образ жизни и ничем не болел.

Утром он встал и начал готовиться принять душ, поставил чайник.

– Надо клипак включить для тонуса.

Но при попытке включить телевизор он вспомнил, что он неделю уже не работал.

– Но что я тогда вчера слушал? Наверное, приснилось. Ладно, пора собираться на работу, да, надо ещё найти договор-чек покупки телевизора, гарантия, по-моему, там должна быть ещё, ещё года не прошло.

Он вытащил все бумаги со шкафа и начал перебирать бумаги, когда нашёл, выхватил его из общей стопки резким движением. Положил в маленькую другую дорожную папку и начал одеваться.

Внизу в почтовом ящике он увидел письмо, адресованное Максиму и Надежде Кучеровым, с пожеланием Нового года. Письмо было отправлено из Новой Зеландии.

Номер

– Дима, а когда ты последний раз за коммунальные платил?

– Не помню.

– Счета не приходят.

– Не парься. Значит, так надо или не надо.

– Может, ты на работу устроишься?

– Посмотрим. Я предлагаю прогуляться по лесу. Правда, сегодня слишком солнечно, у меня светочувствительность появилась. Надо бы к врачу сходить, полис не могу найти, вчера искал ещё.

– А где твои тёмные очки? Такие модные. Мы же их покупали вместе с моими этими, ну, это… не могу вспомнить, ну да ладно, проехали.

– Лен, там это, мне утром позвонили, что нас пригласили к универмагу, обещали бонус.

– Ты где это видел? Кто пригласил?

– Да машина проехала с агитационным роликом сегодня. Знаешь, примерно такие же, которые в цирк приглашают.

– А… Да это разводили какие-то или что, нам туда ехать. У нас и машины-то нет.

– Видимо, у Серёги оставил позавчера машину, у него день рождения было, отмечали. Заберу потом.

– Во сколько там к универмагу ехать-то?

– Ну, ближе к вечеру, наверное. Обычно в это время собирают народ.

– Ужинать не будем, кушать не хочется, – сказала Лена Сергею.

– Ну, наверное, пора собираться.

– Ладно, я туфли почищу, они где-то испачкались, не могу понять, – сказала Лена.

Они вышли на улицу и медленно пошли в сторону городского универмага.

– Смотри, по-моему, это твоя машина, и за рулем Серёга.

– Да, похоже на то, но он уже отъезжает с перекрёстка и, скорее всего, нас не видит. Решил, наверное, покататься, пока я не вижу, но ничего, потом с него причитается, не отвертится, – широко и громко засмеялся Дима, но на них никто не обратил внимания. Хотя рядом было много людей, пешеходов.

– Они боятся твоего высокого роста и спортивного телосложения и боятся смотреть в глаза, поэтому не смотрят на тебя, – сказала жена, чем доставила приятное мужу.

Что-то долго идём, должны же были дойти уже.

– Да дойдём, – сказал Дима, посмотрев вдаль.

Там виднелось здание универмага и там подтягивались люди со всех сторон.

– Вон твоя машина стоит, и рядом другая, Сергей, твой друг, похоже, разбил твою машину.

– Во чёрт. Пошли быстрее.

Подойдя ближе к аварии, они услышали доклад сотрудника ДПС в рацию:

– На месте аварии обнаружены документы на имя Кропоткиных Дмитрия и Елены, машина принадлежит Кропоткину Дмитрию. По предварительным данным, они ехали с дня рождения его друга Сергея, который был за рулем, он подтвердил их личность. По предварительным данным, все находились в алкогольном опьянении. Доклад закончил. Лейтенант Завьялов.

Сенокос

– Вась, сегодня пойдём купаться? Я лодку резиновую сделал вчера с отцом. Из двух камер комбайна получилась очень большая. Тащить до берега будет сложно, но мы можем скатить по кругу и там на берегу связать вместе, – сказал Лёша другу, который шёл впереди, грабля по бокам покоса травы, но при этом очень громко и звонко, что его попросили бабушки с соседнего вала говорить потише.

– Здорово, – сказал Василий, повернув голову назад и при этом вытирая пот со лба, который шёл ручьём.

Водовоза сегодня не было, хотя вчера, когда было довольно прохладно в поле, он уже с утра привёз в поле на лошади два бидона холодной воды, которая до обеда не была испита даже наполовину, хотя народу в поле было боле полусотни, считая взрослых, которые делали скирду с уже высохшего участка с сеном. Трактор подавал при помощи стрел, которые поднимали высоко несколько пудов уже высохшего до цвета белой глины травы. Работали наверху одни женщины, которые время от времени махали руками и, поворачиваясь друг другу, время от времени что-то говорили. Издалека это выглядело как немое кино.

Солнце медленно двигалось в сторону запада, но жар, от которого шёл, нисколько не иссякал. Пять мальчиков и десять девочек проработали в поле целый день под горящим солнцем. Они все были старше десяти лет и моложе пятнадцати.

После каникул родители некоторые зарплату детей, которые заработали во время летних каникул, тратили на общие покупки, редко кому давали деньгами сразу, чаще эти деньги тратились на школьном базаре, который проходил в соседнем селе в предпоследнюю субботу августа.

После работы, уже на шестом часу вечера, ребята двинулись в сторону деревни. При приближении к своим дворам они ускорялись и побежали быстрее, практически стремглав.

Попив, кто воды с колодца, кто компот с кастрюли, выбегали на задний двор, где неподалёку был пруд, который наполовину зарос камышами. Местами было глубоко настолько, что никто из мальчишек не мог нырнуть до дна, чтобы коснуться руками или ногами.

Василий и Алексей дошли до берега пруда последними, точнее, докатили два больших колеса от комбайна, накаченные ещё со вчерашнего вечера отцом Алексея очень туго. Ребятам оставалось сейчас лишь связать их вместе верёвкой, которая была очень толстой.

После больших усилий ребятам всё же удалось связать две камеры вместе. Бросив в воду, они чуть не сбили с ног другого мальчика, Славика. Он учился в пятом классе и со своей деревни был единственным мальчиком, поэтому друга у него не было и почти везде он ходил один, и особо его никто и никогда не беспокоил. Он ходил почти всегда с одним выражением лица, несмотря на довольно юный возраст.

Вода была немного холодной, потому что она не успела прогреться после вчерашней прохлады, но мальчиков это не останавливало. Прошло больше часа, как они купались, орали, смеялись и плавали, забираясь на мелководье в конце пруда. Они забегали в камыши и выбегали обратно, крича и улюлюкая, как индейцы с копьём, которое они заменяли пока ещё с зелеными початками камышей.

Наконец они все искупались вдоволь, что у них перестало желание уже кричать. Голос их стал уже довольно тихим, и слова вырывались из их уст обрывочно, не принадлежащие друг другу.

Родители уже были дома, коровы были надоены. Попив молока, закусив на ходу кто хлебом, кто картошкой, сваренной в кастрюле и посыпанной укропом, детвора выбежала на улицу кататься на велосипеде.

Издалека ехала машина на большой скорости по центру деревни несмотря на то, что дети катались на велосипеде, а совсем маленькие играли посреди дороги в догонялки. Старшие ребята окликнули друг друга и, быстро схватив, схватили всех детей и убрали подальше от дороги. Машина даже не думала останавливаться и продолжала приближаться, оставляя после себя столб пыли. Но, приближаясь к их месту, где они играли, она всё же остановилась. Из кабины вышли отец и сын.

– Здесь очень красиво, завораживающая тишина, – сказал отец сыну и добавил:

– Больше тридцати лет прошло, как съехали отсюда все люди, как развалился колхоз, но дома почти все целые, хотя везде трава заросла по колено. Возможно, на этом месте играли дети…

Спиннинг

– Вот эту мне, которая с этими штучками по бокам, – сказал Руслан продавцу в магазине для рыбаков, и на его просьбу ему принесли спиннинг, который был самый лучший в своём классе за эту цену.

Руслан не старался вникать в названия рыболовецких снастей, он вообще считал, что название – это второстепенно, точнее, вообще не имеет значения. Руслан был представителем абсолютного представителя инженера, который считал, что названия предметов вообще не нужны, можно просто нумеровать их. Так называемый высший представитель научного снобизма. Он эти рассуждения никогда не произносил вслух, потому что окружающие посчитали бы его сумасшедшим или, по крайней мере, человеком с тараканами в голове.

Для людей, которые, заметив в нём такую привычку, начинали лезть с расспросами, он любил повторять одну и ту же фразу, которую им повторял их преподаватель физики Сергей Львович, который в свои 33 года был почётным сотрудником многих университетов мира. Он часто его видел в городе после окончания университета, но потом прошёл слух, что ему дали научную лабораторию в одном из городов и он уехал. После этого его никто не видел. Ходили слухи, что он получил престижную научную премию, но толком никто ничего не мог сказать.

Прикупив всё необходимое, Руслан вышел из магазина, посвистывая, потому что для завтрашней поездки в тайгу всё у него было готово, он накупил провизии, топлива, палатку и всего остального ещё на прошлой неделе. Сегодня был понедельник, и, как человек пунктуальный, он решил поехать отдыхать на ловлю рыбы с тремя днями ночёвки уже в понедельник. Он всегда новое дело начинал с понедельника, потому что считал отдых тоже работой, точнее, частью работы.

Воскресный день в городе окутывала вечерняя прохлада. Конец августа, хотя и был календарным летом, но в этот год был довольно прохладным. Похолодало примерно с середины августа, хотя само лето было очень жарким. Он занимался продажей и установкой кондиционеров, поэтому выручка за сезон получилась хорошая. Наукой он заниматься не захотел, хотя ему предлагали остаться в аспирантуре. Не было в нём усидчивости и фундаментальности, Руслану больше нравились действия, которые дают видимую работу.

Он на самом деле не любил рыбалку, но в какой-то момент, точнее, неделю назад, посмотрев видео выживальщиков в лесу на одном из видеохостингов, ему вдруг захотелось поехать в глубину леса и порыбачить на берегу реки пару дней, сделать фотографии.

Руслану хотелось бросить вызов размеренности на своей работе, которая ему успела поднадоесть.

Социальные сети он не вёл, поэтому эти снимки, кроме пары друзей, всё равно бы никто и не увидел, но желание, которое у него появилось еще со спадом жары и после резкого спада заказов по установке климатических систем после наступления прохладной погоды после продолжительной жары, он решил исполнить.

Добираться до места назначения можно было только одним путём, по грунтовой дороге. Для этой цели он договорился с компанией таксомоторного профиля о том, что его довезут до определённого места и через три дня заберут с этого места обратно. Главное, автомобиль был грузовой и проходимый, с опытным водителем и другими требованиями, которые Руслан им озвучил через диспетчера.

Руслан сидел на кухне, упиваясь ароматным чаем, который он купил еще вчера, но никак не смог запомнить название. Краем глаза он видел два больших рюкзака разного цвета, фирмы и материала, лежали в прихожей и ждали своего часа, когда их завтра повезут в лес.

– Надо ложиться спать, завтра рано вставать.

Приоткрыв форточку на кухне наполовину, Руслан медленно побрёл в спальню, как будто нехотя, под принуждением. Утром в понедельник он проснулся рано и даже не смог вспомнить сразу, в какое время он уснул. Он позавтракал и, пройдя взглядом все комнаты квартиры, навалил на себя один рюкзак на спину, другой, схватив руками, вышел во двор дома и сел на скамейку. Стоял утренний туман, но такой густой, что человек с богатой фантазией сразу бы представил, что великан поставил чайник кипятить и забыл. Автомобиля такси к назначенному времени во дворе не показалось, но буквально через две минуты с опозданием Руслан увидел две противотуманные фары, заезжающие во двор. Он поднял рюкзаки и пошёл в сторону машины.

– Здравствуйте, – сказал Руслан очень бодро, но водитель ему так и не ответил ничего. Он молча вышел из машины, открыл дверь багажника и закурил.

– А я бросил, – сказал Руслан так же бодро, но еще старался приободряюще это выразить. Водитель в это время сильно закашлял.

– Согласен, надо бросать, только с этой работой сложно, постоянно на нервах, – сказал очень грубым голосом худощавый водитель.

– Я тоже так раньше думал, сейчас не жалею, – сказал Руслан и сел в машину.

Машина двинулась с места очень ровно, хотя по габаритам была очень большой. Пару раз Руслан пытался начать разговор о чём-нибудь с водителем, но, вспомнив, что он его неприветливо встретил, несколько раз передумывал. Да и тему разговора он ему никак не мог предложить. По дороге в одной машине ехали два человека, один из них всю жизнь водил и любил машины, мог починить почти любую, делал ремонт у себя в гараже на коленке всей трансмиссии и самого двигателя. Второй человек никогда не водил машины, он их даже боялся. На работе, хотя по установке кондиционеров требовалась машина всегда, у него всегда был напарник, который был еще и водителем.

Один мечтал вернуть в город и проспать сутки, второй – быстрее выехать из города и не спать первые сутки.

В какой-то момент Руслан осознал, что сидит на берегу реки со спиннингом в руках. Клёва не было, но было так тихо, что ему захотелось так сильно уснуть, что он положил удочку на подставку и сам начал швыряться в рюкзаках, прощупывая что-то похожее на кружку, кофе, спички, котелок и так далее. Список вещей, необходимых для приготовления кофе, оказался настолько велик, что Руслан в какой-то момент просто вывалил из обоих дорожных мешков все вещи на траву, которая еще была мокрая от росы.

Поискав взглядом и не найдя банки кофе, Руслан зажал зубы и, глубоко вдохнув, выдохнул протяжно.

– Как же так? Ну вроде положил в сумку, как же так? – сказал очень тихо Руслан, чтобы его не услышали случайно и не отпугнулись рыбы.

Рыба за всё время, которое он был на берегу, ни разу не клевала. Это было очень странно, потому что на поверхности время от времени она показывалась и игриво заныривала обратно.

– Что же за это место такое? На карте всё было понятно: тут река, тут лес, тут небольшие подгорье. Странно, по расположению всё так, но я не помню, как мы сюда доезжали, возможно, я уснул по дороге, точнее, задремал. Давно не был на природе, что я даже отвык от неё. «Половину вслух, половину про себя», – подумал Руслан.

Он замотал спиннинг обратно и положил рядом с палаткой, которую собрался ставить, и что так и не соорудил. Мысль набрать каких-либо трав в ближайшем лесу пришла ему в голову сразу.

С собой он ничего не взял, потому что собирался пройти двести метров в одну сторону и обратно. Край леса был виден совсем рядом. Но через некоторое время Руслан почувствовал усталость, хотя до леса было уже близко, но он никак не доходил до него. Делать было нечего, точнее, было что, и это без вариаций.

– Кофе, куда эта банка подевалась? Может, таксист спёр, пока я спал? Да ладно, стал бы он возиться с этой банкой, если одна поездка в одну сторону мне стоила зарплаты за три дня, – всё крутилось в голове у Руслана, и ответа не было.

Лес начинался с зарослей, которая состояла из кустарников и травы высотой со взрослого человека. Действия, которые Руслан не планировал изначально, полностью его вывели из ритма и равновесия. Ему захотелось быстрее вернуться и, позавтракав, уснуть в палатке.

– Руслан Викторович. В какое-то мгновение мужчина, который еле-еле шёл по лесу, резко остановился и даже выпрямился и перестал двигаться.

– Кто здесь?

– Руслан Викторович, вы, конечно, сейчас подумали, что у вас жар или вы поели какой-то ягоды в лесу. Это не так. У вас отменное состояние организма, вы на ногах можете идти, вы дышите.

– Что происходит?

– Ничего не происходит, пока ничего не происходит, – ответили в ответ, но Руслан, оглядевшись, никого так и не увидел.

– Надо присесть, у меня, несомненно, жар или что еще, не знаю, я ничего не знаю, перестал понимать, знать…

Руслан в какое-то время почувствовал прилив сил и быстро встал.

– Вы зачем приехали сюда? – очень тихо и монотонно спросил голос.

– Ну это… Порыбачить… Отдохнуть… От всех… Сделав долгие паузы после каждого слова, Руслан произнёс, как на допросе, и замолчал, ожидая ответа от голоса.

– Мы давно ждали, нам сообщили, – сказал голос и продолжил дальше.

– Вы, Руслан Викторович, конечно, озадачены, кто я и что происходит, вас терзают сомнения о происходящей реальности. А что такое реальность? Вам это известно? Руслан молчал.

– Как вы отличаете свою жизнь от сна?

– Ммм-ыыы-ааа, – промычал Руслан, пытаясь сформулировать что-то умное, начиная осознавать, что перед ним какой-то сверхразум.

– Да вы не торопитесь, Руслан. Я еще не сверхразум, а мы как раз к нему идем, точнее, к моему духовнику. Вы не увидите меня в оптическом диапазоне человеческого глаза, я прозрачен, как стекло.

– Ясно…

– Это вам кажется. Вот мы и пришли, вам туда, хотя вы можете передумать и вернуться обратно на берег реки, банка кофе в кармане рюкзака.

– Что? – произнес Руслан и замер.

В его голове происходили странные мысли, воспоминания путались, но сознание становилось чётче, и желание узнать тайное перевалило над осторожностью. Он шёл вперёд, и на любые вопросы ему уже никто не отвечал. Голос стих.

Руслан шёл вперёд, оглядываясь вокруг, но никого не видел. Он начал вспоминать свою жизнь, и вся его жизнь показалась ему как немое кино, где режиссёр ставил красной ручкой отметки от руки в сценарии.

Он чётко осознал, что его сильно интересовала наука, как им один из преподавателей предлагал создать своё научное производство для получения автономной энергии. Но Руслану в это время больше интересовали тренировки, в университете он учился вполсилы и, несмотря на это, у него не было троек в дипломе. Получить диплом без тройки на его факультете ядерной физики было сравнимо с красным дипломом в обычном коммерческом институте. Красный диплом получили за всё время существования института всего пятеро, и это больше, чем за 80 лет истории вуза, который, правда, начинался как техникум, но это неважно уже сейчас.

Пройдя еще непонятно какое-то расстояние, Руслан увидел охотничий домик, у которого сильно обветшала крыша, если не сказать, сорвало крышу. Рядом с домиком было небольшое количество бревен, спиленных и разложенных в ряд.

Дверь была распахнута немного, и при приближении на Руслана вылетели куча мошкары в лицо. Подождав немного, он решился зайти внутрь. Лежанка, несмотря на хаос и паутины вокруг, был относительно в порядке, главное, там не было ни пыли, ни мусора.

Присев на край топчана, взглянул на часы, прилёг и сразу уснул. Часы у Руслана всегда были с собой, всегда. Как только поступил учиться на факультет ядерной физики. Проснулся от какого-то шума, который пронизывал лес. Они показывали, что он проспал примерно пять минут.

Когда проснулся, решил вернуться на берег реки, вспомнив, для чего он вообще приехал в лес, за три дневные зарплаты за такси. Руслан хорошо умел считать деньги, за это его друзья часто называли жмотом, но он просто считал их, хотя мог потратить на тех же друзей за вечер приличную сумму в кафе. Но такие моменты и такие угощения от него никто не вспоминал.

Он вышел из домика и увидел вокруг домика множество других домиков. При внимательном рассмотрении можно было заметить, что они одинаковы, точнее, не заметить разницы. Даже кучки брёвен везде были одинаковы.

Руслан постепенно уже выключил свою рациональность мышления, еще тогда, когда встретился, точнее, услышался с голосом. Но даже это не помогало ему успокоиться от волнения, ему стало страшно, но некому было об этом сказать и поделиться, поэтому он прекратил волноваться. Никто его здесь не пожалеет. Жалость и страх теряют смысл при отсутствии свидетелей.

Робко он начал приближаться к первому домику, который был поближе. Немного раскачиваясь в сомнениях, он зашёл в домик и увидел мужчину, который спал. В какой-то момент он сообразил, что на нём была такая куртка, как у него. Приблизившись, он увидел мужчину, который удивительно был похож на него, точнее, это был он.

Быстро отскочив от осознания происходящего, он очень быстро перебежал к другому домику, там было то же самое, точнее, там спал мужчина, похожий на него.

Он стоял на опушке леса, где было много одинаково построенных и одинаково обветшалых охотничьих домиков, в двух из которых как минимум спали мужчины, похожие на него.

Руслан вспомнил лабораторные работы в институте, который на третьем курсе преобразовали в университет.

«Необходимо проводить минимум три испытания, три измерения, три наблюдения», – повторялось у него в голове раз за разом.

Он зашёл в случайно выбранный третий домик, всё повторилось, чуда не было. В данный момент для Руслана было бы чудом увидеть нормальность, точнее, развидеть ненормальность, вернуться к обычной жизни, находясь в таком состоянии, он перестал понимать, что называть чудом.

– В остальные домики заходить не имеет смысла, ну, закономерности ведь должны существовать даже в условиях ненормальности, а почему, кто это сказал? – задавался сам себе вопросом Руслан раз за разом.

– Часы, время! – заорал Руслан, после чего сам испугался своего крика, осознавая, что произошло бы, если бы все его копии проснулись бы одновременно, что произошло бы.

Он даже не захотел это представить, понимая, что произошло бы что-то ужасное, непоправимое, что сломало бы его как индивидуальность. Дальше Руслан решил действовать осторожнее, тише. Подкравшись к следующему домику, он увидел на цифровом циферблате «7:53». Он вспомнил, что прилёг в домике примерно в 7:50. «Надо сваливать отсюда быстрее, пока я не проснулся, точнее, мы не проснулись, нет, я, неважно, надо сваливать!» – подумал Руслан, но, не понимая, как это сделать. «Так надо быстрее, надо найти разлом пространства, чтобы найти неповторяющиеся предметы и сваливать отсюда быстрее», – подумал Руслан, почти не сомневаясь в своём решении и цели. Он увидел муравейник, который был в единственном числе на опушке, и быстро, почти стремглав, побежал в сторону него. Дойдя до него, он оглянулся и увидел единственный домик на опушке. «Надо же», – сказал вслух Руслан и побрёл дальше, в сторону берега реки. Он до захода солнца больше не закидывал спиннинг и не стал ловить в другие дни. Следующие два дня он сидел на берегу целыми днями и смотрел на играющих рыб на поверхности, как бы передающих ему привет.

Конец ознакомительного фрагмента.