Сильвия идёт ко дну

Наконец-то. Солнце ужасно утомило. Жизнь на острове свободы явно не для Сильвии. Поскорее бы вернуться в Луизиану…

Сильвия погрузилась в воду по уши. Потом над поверхностью осталось только лицо. А так ли это было ей нужно? На дне открывалась свобода, которой здесь, на земле невозможно было достичь. На дне была Меланта, которая не имела права жить после того, что она творила на земле. Там, внизу, были Морриган, Розали и Оден.

А на суше Сильвию ждала семья. Настоящая семья. Эллиот нуждался в ней. На земле остался Дилан. Диего… Нет, не сейчас! Сильвия помолвлена, нельзя думать о ком-то ещё! Тем более, что его мотивы – не более чем собственная травма. Желание исправить то, что он не смог сделать много лет назад. Это не любовь. Любовь ждала Сильвию в доме в районе Гарденс.

Сильвия вдохнула и погрузилась полностью. Такой знакомый вид, немного расплывчатый. А если представить, что наверху не лампа, а полуденное солнце…

Солнце. Конечно, это оно. Вокруг океан, такой знакомый и такой совершенно чужой океан, который так и звал Сильвию узнать все его тайны. Правая рука спокойно двигалась, помогая Сильвии маневрировать, пока она плыла, пока наслаждалась движением воды вокруг себя, вспоминала, насколько в воде лучше, чем в воздухе, когда на тебя давит, кажется, вся тяжесть человеческого существования.

Это пение. Сильвия не могла его не узнать… но откуда? Где она могла его слышать? Такое знакомое, такое эмоциональное, оно больше не возвещало о горькой потере. Так встречают старого друга после долгой разлуки.

Сильвия обернулась. Сколько бы людей она не встречала, она так никогда не видела девушки прекраснее. Её объятия, холодные, как смерть, но такие душевные и настолько полные радости.

Песня изменилась. Теперь девушка молила. Она не могла заставить Сильвию вернуться. Все, что было в её силах – попросить. Она нуждалась в Сильвии. Океан нуждался в Сильвии. Но как же Эллиот? Она не могла бросить его, особенно сейчас, когда до цели оставалось так мало. Она не могла позволить Меланте причинить вред её семье.

Воодушевление в глазах девушки погасло. И всё же она крепче сжала руку Сильвии и…

– Сильвия! Черт… Сильвия, очнись!

Диего. Сильвия открыла глаза и резко вздохнула. Не солнце. Лампа. Обычная круглая лампа. Не океан, а всего лишь ванна в придорожной гостинице где-то на Кубе.

– Что такое? Я просто купалась, – когда Сильвия поняла, в каком виде она находилась перед доктором, она схватила ближайшее полотенце и закрыла тело от его обозрения.

– Ты пролежала в ванне три часа, – Сильвия ни за что бы не поверила ему, если бы не эта почти мертвенная бледность.

– Да? – только и смогла выдавить Сильвия, убирая мокрые пряди со лба. – Интересно.

– Если захочешь привлечь внимание, просто позови в следующий раз. Слова я тоже понимаю.

– Я не хотела…

Но Диего уже вышел. Сильвию это так сильно взбесило, что, мгновенно накинув халат, она направилась следом.

– Я не договорила, мистер Лосано.

– Доктор. А я, мисс Чемберз, договорил.

– Ты меня выслушаешь.

– А не то что? – он улыбнулся.

Сильвия и не могла подумать, что в один момент чья-то улыбка настолько выведет её из себя. Она схватила доктора за воротник новенькой рубашки и одним движением развернула его. Вот, теперь на лице никакого самодовольства.

– Если снова увидите меня в ванной, доктор, будьте добры, включите профессионализм и пройдите мимо голого женского тела!

Она уже было размахнулась, чтобы Диего и физически понял, что без разрешения в занятую женщиной ванную комнату не заходят, но он смотрел не на неё, а на руку. Сильвия тоже перевела взгляд. Сжала кулак, разжала. Сделала волну. Двигались так, будто никакой раны и не было. Она на самом деле пропала, оставив после себя едва заметную белую полоску.

– Шли мы к ведьме, шли, а она, оказывается, все время была рядом, – отметил Диего не без интереса в голосе. – Такие вещи заживают столько, сколько не каждый человек проживет, а тут хорошо, если прошло два дня.

– Я не ведьма.

– Все женщины в какой-то степени ведьмы. Пролежать в воде три часа без последствий…

– Откуда ты знаешь, что я не только занырнула?

– За полтора до этого я звал тебя, но ты не откликнулась. Я подумал, мало ли чем может заниматься девушка в ванной и ушел. Когда вернулся, ты всё еще не вышла. Эллиот всё это время проспал, его спрашивать было бесполезно.

– Очень на него похоже. Мой мелкий сурок, – Сильвия взглянула на дверь и улыбнулась. Так! Стоп! Она пришла сюда злиться, а теперь вела милую беседу с тем, кого хотела ударить буквально минуту назад.

И всё же весь запал ушел. Сильвия вздохнула.

– Не подглядывай, пока я буду переодеваться. Тогда рассматривание моей руки тебя от пощечины не спасёт.

Диего только кивнул с хитрой усмешкой и занял свою кровать. Интересно, сколько он спал в последнее время? Обычно, когда Сильвия засыпала, он еще бодрствовал, а когда просыпалась – уже бодрствовал. На всякий случай, переодеваясь, Сильвия заперла дверь. Может, Диего придется вызволять её после этого, потому что замки в отелях ненадежные даже в штатах, что уж говорить про Кубу. Зато она спасла себя от заинтересованных глаз.

Платье оказалось размером больше, чем носила Сильвия, но хотя бы не висело мешком. Это не могло не радовать. Она с отвращением выбросила запачканную футболку в урну. Оказывается, несло от неё не лучше, чем от любой пригородной свалки. И Сильвия в этом ходила, будто так и было нужно. Она инстинктивно скривилась от осознания, что позволила себе выглядеть и пахнуть, будто бездомная. Сильвия подняла платок и услышала металлический звон – на кафель выпал кинжал и расколол одну плитку. Диего придется доплачивать. Сильвия мысленно приписала оплату за порчу имущества в отеле к длинному списку всего, за что она уже была ему должна.

Сильвия только заметила, что его лезвие кинжала было извилистым, будто змея. Она поднесла его к лицу, чтобы разглядеть получше. Зелье на воздухе почти высохло, и от запаха остался только легкий шлейф, но и его было достаточно, чтобы вернуть Сильвию мысленно сначала в дом Доминги, а потом – на дно, к тренировочному корту Морриган. Если бы не она, Сильвия не смогла бы дать отпор её сестре.

Она провела пальцем почти по лезвию, будто подразнивая клинок. Так близко к плоти, но без возможности попробовать крови. Так ли часто этот кинжал пронизывал людей? Или чаще русалок? Теперь, в руках Сильвии, он больше не тронет ни одного человека.

Но тогда зачем Сильвия носила его с собой всё это время? Каверзный вопрос от собственного сознания поставил её в тупик. Привычка со дна? Оружие, даже если ты его не используешь, придает уверенности. Но отец говорил, если дома есть ружье, оно выстрелит. Если в кармане есть нож, он кого-то ранит. Сильвия захотела выбросить его, откинуть так далеко, как только возможно, но рука лишь сильнее сжала рукоятку. Диего рядом не навсегда, в один момент он покинет её, и Сильвии придется защищать себя и Эллиота самостоятельно. По-хорошему, стоило раздобыть хотя бы пистолет. А ведь шанс был, только Сильвия решила оставить пистолет рядом со связанным хозяином.

Она вздохнула. Теперь имя зеленоглазого всегда будет для неё тайной, и в голове останется только его взгляд. Такая же отличительная черта, как косая ухмылка Морриган на здоровой половине лица. Как распахнутые в восторге глаза Розали. Сильвия взглянула на кран, и, подавив желание снова набрать воду, вышла.

– Путь свободен, доктор. Ваша очередь.

– А это поможет, если кровать пропахла бомжом? – спросил он, поднимаясь.

– Чисто технически, она пропахла тобой, – парировала Сильвия.

– Еще пара таких приключений, и я стану бомжом.

– Ты волен делать то, что хочешь и не мотаться за нами, – Сильвия нахмурилась.

– Я это и делаю, – голос раздался уже из ванной. Дверь осталась приоткрытой.

– Спасибо за приглашение, – пробубнила Сильвия и повернулась на бок.

Она едва закрыла глаза, как кто-то стал трясти её за плечо.

– Поехали делать Америку снова великой, Виви, – Эллиот. Странно, что он проснулся раньше. Хотя, учитывая, сколько он продрых в машине…

– Который час? – недовольно протянула она.

– Почти рассвет. Скоро наше судно уйдет без нас, поднимай уже ленивую задницу.

В ответ Сильвия попыталась лягнуть брата по ноге, но либо он успешно увернулся, либо она промахнулась. Тогда Эллиот не придумал ничего лучше, чем прыгнуть на неё сверху.

– Бутерброд! Доброе утро, сестричка! Едем домой!

Едва Сильвия собралась с силами, чтобы столкнуть его, он уже ретировался. Быстрый, чёрт. Но он был прав, если она хотела домой, стоило подняться.

Увидеть море им не дали. Диего выдал обоим Чемберзам по увесистому рюкзаку и велел не высовываться. На вопросы он не отвечал и постоянно говорил с кем-то по мобильному. Эллиот переводил, как мог, но в итоге сдался и перестал обращать на доктора Лосано хоть какое-то внимание.

Сначала они ехали по пустынной дороге, объезжая любые населенные пункты – по ощущениям они сделали кругов пять по одному и тому же месту –, потом их тихо высадили неподалеку от порта, где ждала фура.

– Вам сюда, господа американцы, – сказал бородатый седой кубинец с ужасным испанским акцентом. – Легкой дороги, не обблюйте мне здесь всё, нам это еще продавать.

Сильвия кивнула с натянутой улыбкой. В стандартном металлическом контейнере стояли две закрепленные машины. Кожей запахло, едва открыли двери.

– Сколько нам тут быть? – спросила Сильвия, но дед только усмехнулся. Она перевела взгляд на Диего, но он был слишком занят телефонным разговором. Когда Эллиот потянул её за руку, Сильвия поддалась. Двери закрыли, и всё погрузилось в темноту.

Через пару минут Эллиот включил фонарик.

– Откуда? – коротко поинтересовалась Сильвия.

– От верблюда, – ответил он. – Так посмотреть, Диего и вправду на него похож.

Сильвия хотела возразить, но передумала. Эллиот пощупал ближайший автомобиль и чуть не упал, когда фура тронулась. Сильвия схватилась за брата, отчего он издал звук, больше похожий на козлиный, чем на человеческий. Но оба все равно устояли на ногах. Эллиот посветил на дверь машины.

– Тут не заперто, – сделал он вывод и щелкнул ручкой. Эллиот оказался прав. Сильвия на всякий случай проверила другую машину – закрыто. Пока свет фонарика всё еще освещал контейнер, она поспешила занять место в машине.

Эллиот по привычке занял переднее место, Сильвия легла на задних.

– Еда должна быть у тебя, – уведомил он сестру. – У меня только вещи и техника.

Сильвия проверила – и вправду. Она шумно вздохнула. Такое дело попахивало сексизмом.

– Нет еды? – взволновано спросил Эллиот. В ответ ему в щеку прилетел шоколадный батончик. – Понял. Вопросов не имею.

Сильвия наконец устроилась на сидениях. Ноги пришлось согнуть в коленях и устроить внизу – сложить их по-турецки не позволяла дверь. Тот, кто её проектировал, вообще думал, что кто-то будет лежать, сложа ноги? Она вдруг подумала, что надо узнать производителя и написать им об этом. Потом остановила себя. Как она это сформулирует? «Я плыла в вашей машине в контейнере в Америку. Сложить ноги невозможно. Сервис три из десяти за классный запах кожи». Сильвия откусила шоколадку и выбросила этот бред из головы.

Ни Диего, ни дед-кубинец так и не сказали, когда они прибудут. Сильвия не помнила, какое расстояние между Кубой и Америкой, но явно не такое огромное, как между ней и Европой. Это не месяцы и не недели. Может, дни. Она порылась в сумке – десять батончиков, считая съеденные, по пять на человека. Две литровые бутылки воды. Этого хватало на сутки, максимум – на двое, если растягивать. Эллиот ответа тем более не знал, его можно было даже не спрашивать. Сильвия помнила, как спросила его, где находится Турция, на что он ответил, что где-то в районе России.

Сумка упала, когда контейнер тряхнуло. Сильвия не спешила её поднимать.

– А мы ведь летим, – сказала она.

Чувство, будто лифт снесло ветром в бок. Эллиот поперхнулся. Сильвия могла его понять, её саму начало укачивать. Постепенно едва видная в свете фонаря обшивка стала пропадать, и все погрузилось в темноту. Потом Эллиот постучал по фонарику рукой, потом – самим фонариком по приборной панели. Свет появился снова.

– Дай боже нам это пережить, – прошептал он.

Сильвия мысленно присоединилась к его молитвам.

Чем дальше они отдалялись от берега, тем больше энергии текло по жилам. Казалось, стоит поднести друг к другу ладони – и между ними заискрит. На земле Сильвия никогда бы не почувствовала такого. Она точно знала. Даже в старшей школе, когда ей удалось отхватить колёс, такого она не испытывала.

Сила пьянила. Проплыви здесь русалка, Сильвия бы не преминула примерить её способность на себя. Даже будь это сама Амонет. Сильвия улыбнулась. Она помнила, насколько испуганно королева выглядела, когда поняла, что из себя представляет эта совсем юная русалка из вод Атлантики. Что она осознала? Сопоставимую со своей силу? Опасность? Не поэтому ли она дала ей возможность вернуться к старой жизни? К воздуху, к обычной жизни без магии.

Неважно. Сильвия возвращалась, став сильнее и способнее, чем раньше. Она знала, что делать. Она знала, как себя защитить. И не дай бог кому-то переплыть ей дорогу.

Морриган вроде бы стояла на иле в гордом одиночестве. Рядом даже не проплыло ни одной рыбки, но чувства обострились. Что-то не так. Это не та безумная Морриган, которую Сильвия знала. Не та, что обучала её. Морриган перед ней, одетая во что-то, больше напоминающее мантию, чем платье, казалась старше. Она казалась мудрой матерью, а не беспечным ребенком. Да и такую одежду Сильвия если и видела, то только на картинах в каком-то из многочисленных музеев. Да, она и Меланта – старые русалки. Но настолько?

– Вернись, Сильвия, – в голосе сквозила вековая усталость. Сильвия взглянула ей в глаза. В них не было огня безумия. Не было холодной ярости, присущей второй сестре. Лишь усталость.

Тень накрыла обеих. Вот она. Именно та Морриган, которая впихнула Сильвии в руки арбалет. Поехавшая. Та, которая носила при себе оружие, куда бы не пошла.

– Не стоит, малышка, – она как обычно улыбнулась лишь одним уголком губ, пока приземлялась на податливый ил. Этот вздернутый подбородок. У кого-то была точно такая же привычка. Но у кого? – Твое место на суше. Обычная, никчемная человеческая жизнь. Как и у твоего брата. Как он там? Еще жив или сестрица его уже достала?

– Ты всегда была нахальной, – спокойно ответила Морриган в мантии. – Всё так же уверена в себе гораздо больше, чем стоило бы. Тебе никогда не стать такой же, какой была…

– Закрой рот, – Улыбка пропала с лица Морриган в спортивном костюме. – Ты меня не знаешь. Ты и её не знаешь. Неофиты…

– Сильнее старых русалок. Так работает эволюция, и ты знаешь это. Ты боишься.

– Я пытаюсь спасти ей жизнь, старая ты карга! – знакомая Морриган повернулась к Сильвии. – Я отвела отряды сестры от тебя и твоего никчемного брата! Я позволила убить душку Домингу, только чтоб она не убила тебя! Я, понимаешь? Я!!!

– Атлантика ждет тебя, Сильвия, – Морриган в мантии улыбнулась, но не как та, другая. По-доброму. Прямо как тетушка Джули. – Вернись. Судьба привела тебя не просто так.

– Судьба – слепая мразь, – прошипела знакомая Морриган. – Ей плевать, кого куда закидывать. Одним она дает всё, как твоему старшему братцу – любовь, семью, чертово уважение! Другим, таким, как мы с тобой, даёт поиграться и сразу забирает, будто мы недостойны. Кидает из одной адской пучины в другую, и так по кругу, по чертовому кругу! – под конец она уже кричала, но потом остановилась, глубоко вздохнула и продолжила тише. – Беги, пока есть возможность, мелкая. Поживи спокойно, пока есть такая возможность. Оставь гены в детишках и отойди в иной мир, как все. Нормально…

– Заткнитесь обе, – сказала Сильвия тихо и разборчиво. – Прекратите лаять.

Морриган в мантии смиренно кивнула. Другая, знакомая, посмотрела на Сильвию с явным недовольством.

– Малышка выросла, я погляжу, – бросила она с презрением. – Смотри, дитё. Я тебя предупреждала.

– И об обратном мне тоже говорила ты. Разве нет? – парировала Сильвия. Она провела рукой по бедру. Подол легкого цветастого платья скрывал клинок. Если он поможет, то появлялся неплохой шанс раздобыть себе еще и знакомый арбалет. Руки налились силами от одного желания взять его в руки.

– Не приравнивай это восьмое чудо света по старости ко мне. Она древнее даже ила у нас под ногами, – Морриган в костюме даже не бросила взгляд на близнеца.

Течение усилилось, и Сильвию снесло влево на несколько метров. Когда она наконец вернула равновесие, ни той, ни другой Морриган уже не было. Не было и океана вокруг. Только кожаная обшивка автомобиля.

– Открывай глазки, спящее чудовище, – отозвался Эллиот глухо.

Сильвия попыталась пошевелиться, но поняла, что провалилась плечом следом за собственным рюкзаком, который сейчас подпирал бедро. Она попыталась пошевелить ступней, но не вышло. Потрогала – нога холодная.

– Класс, – буркнула она. Сначала рука, потом нога. Потом, видимо, всё сразу. Привет, старость. Неожиданно ты подоспела.

Еле-еле выбравшись на сидения, Сильвия отобедала еще одним батончиком. Или это уже ужин?

– Который час?

– Половина понятия-не-имею-какого, – ответил Эллиот. – Еще пара часов, и я не смогу заходить в лифты всю свою оставшуюся жизнь.

– Молись, чтоб ты вообще получил возможность заходить туда, – Сильвия осмотрелась. Она понимала его. Атмосфера душного контейнера где-то посреди Бермудского треугольника давила и на неё, не то, что на свободолюбивого брата. – Ты же знаешь, что в год тонет от сорока до двух сотен судов?

– И к чему мне сейчас эта информация? – едва ли не закричал Эллиот. Сильвия пригляделась – он сложил руки на груди. Интересно, а он помнил, что в детстве, когда боялся, делал так же?

– К тому, что мы здесь почти в безопасности, дурак, – Сильвии пришлось говорить громче. Прямо как с обеспокоенными посетителями, которые увидели на стене пятнышко, ужасно похожее на таракана. – В безопасности. Перелезай сюда.

– Я улечу, – ответил он коротко.

– Не улетишь, мы в закрытом контейнере. Может, покатаешься, будто с горки, не больше.

Немного подумав, Эллиот так и сделал. Осторожно, накрепко, до побелевших костяшек он цеплялся сначала за одну дверь, потом за вторую, пока наконец не бухнулся на заднее сиденье. Сильвия не стала болтать, просто обняла его. Может, он и стал почти на две головы выше сестры, но всё еще оставался младшим братишкой. Тем самым мальчиком, который впадал в ступор каждый раз, когда кричала мама и бросался защищать сестру, когда в дело вступал отец. Который обнимал сестру, когда она была не в духе. Который приходил к ней и молча протягивал руки, когда у самого дела шли не очень хорошо. И в этот раз он обнял Сильвию и положил голову на плечо. Она не удержалась и поцеловала его в лоб. Раньше, когда они еще жили вместе, она постоянно так делала, потом он уже стал взрослым и крутым парнем, который не мог позволить себе телячьи нежности. Не на виду у остальных. И все же позволял чмокнуть себя в щеку, когда мог оглядеться и удостовериться, что вокруг никого.

– Осталось немного потерпеть, и мы будем дома, – сказал он тихо.

Успокаивался. Предплечьем Сильвия могла почувствовать, что пульс брата, быстрый, будто сердце делало разминку перед прыжками из груди на дальность, и вправду замедляется.

– Зуб даю, мы уже в водах штатов, – Сильвия улыбнулась, хоть брат и не мог этого увидеть. Заряд батарейки на фонарике садился, он светил всё тусклее и тусклее. Даже мягкий огонь свечи светил ярче, но одно дело разжигать его в фермерском доме, когда отключают электричество и совсем другое – в контейнере среди сотен таких же контейнеров в океане. И не факт, что кислорода останется столько, сколько нужно, чтобы дышать. Глупая идея.

– Если ты не права, повешу этот зуб на шею кулончиком, – Эллиот выдавил из себя нервную усмешку. Сильвия провела рукой по его волосам.

– Какой выбираешь?

– Клык, – ответил он без заминки.

– Я почти забыла. У тебя так и не отросли Вампирские клыки Чемберзов.

– Даже детишек не напугать в Хэллоуин.

– Бедняга. На следующий нарядись отцом, точно всех распугаешь.

Эллиот прыснул.

– А если я тебя укушу? – вдруг предложила Сильвия. – Вдруг, тогда вырастут?

– Ты мне разве что Орлеанское бешенство передашь. Буду бегать вокруг мастерской, закидывать бусы на все, что выступает из стен и земли хотя бы на сантиметр и танцевать что-то богохульское.

– С последним у тебя никогда проблем не было, – заметила Сильвия, за что получила ощутимый, хоть и шуточный удар локтем в бок.

– Не напоминай, будь человеком, – Сильвия слышала, как брат улыбался. Миссия выполнена. Но теперь он дал ей другую

«Будь человеком». Сложно им быть, когда ты однажды побывал кем-то еще. Когда поверил, что ты мертв и почувствовал, насколько сильным можно быть, лишившись жизни.

Контейнер увело в сторону, Сильвия почувствовала, как руки брата сжали её сильнее. Она сделала то же самое. Их качнуло, как на качелях и понесло вниз. Когда контейнер коснулся земли, затрещала даже машина. Сильвия и Эллиот облегченно выдохнули в унисон. Эллиот резко отстранился и отодвинулся ближе к двери.

– Прости, – пробубнил он.

– Уже забыли, – ответила Сильвия. – Главное, мы на земле, и мы живы.

Подумав еще немного, Эллиот вернулся на переднее сиденье.

– Мартину ни слова, – сказал он, едва уселся.

– Ты меня сейчас почти оскорбил, – Сильвия и вправду почти обиделась. Чтобы она рассказала что-то старшему брату? Она пробовала, будучи совсем еще малюткой, и больше не испытывала судьбу. Связаться с ним – все равно что рассказать отцу, что она специально бросила камень прямо ему в лоб.

– Да? – Показалось, Эллиот и вправду удивился. – Сейчас ты похожа на него почти как двойняшка.

– Что?! – выкрик оказался слишком громким, Сильвия сама подпрыгнула, испугавшись своего же голоса. И поняла. – Черт. Лучше бы она меня убила.

– Не говори ерунды, – Эллиот посмотрел сестре прямо в глаза. – Ты – не он и тем более – не отец. Ты никогда не причинишь вреда тем, кого любишь.

– Какая разница, кому причинять вред, если это – вред?

– Судьба всегда возвращает людям то, что они отдали в мир. Иногда она будет делать это твоими руками, – он замолчал и, подумав, добавил. – Я помню того парня. Хадсон, да? Поправишь, если ошибаюсь. Видел, как его сажали в полицейскую машину, а потом тем же вечером он уже ходил у дома тетушки Джули… Нет, Брайсон. Да, точно, Брайсон. Или нет?..

– Я узнала его имя три секунды назад. От тебя.

– Правда? Он говорил, вы хорошо знакомы.

– Ты с ним говорил? – Если бы челюсть имела свойство отваливаться, как в поговорке, то сейчас она валялась бы где-то рядом с рюкзаком. – Если он со мной и разговаривал, то только о том, как медленно я отдаю ему кошелек.

– Он помог мне поймать попутку. Я тогда сбежал от отца и совсем забыл о деньгах на обратную дорогу. Вас дома не было. Пришлось подойти к нему, пока он выбивал деньги из какого-то бомжа. Думал, и меня побьет, но нет.

– Поэтому ты не лез в драку.

– Я думал, он не полезет к даме, – Эллиот пожал плечами. – Кто же знал, что ты его отлопатишь.

– Когда никто не приходит на помощь, приходится справляться самой.

– А я, по-твоему, должен был? – поинтересовался Эллиот с вызовом.

Сильвия вздохнула.

– Я сказала «никто», а не «младший брат».

– Ты все больше становишься похожа на Мартина, – констатировал Эллиот.

Сильвия попыталась разговорить его еще несколько раз, но безуспешно, и сдалась. Слопала очередной батончик – Эллиот от своего отказался – и снова закрыла глаза.

Сон не шел. Сильвия прислушивалась к шуршанию снаружи, пытаясь догадаться, что сейчас делают с контейнером. Он трясся, но уже не раскачивался. Их везли по дороге или пока только по багажной карусели? Сильвия усмехнулась. В детстве она все бы отдала, чтобы покататься на такой вместе с чемоданами. Мечты сбываются. Жаль только, что невовремя.

Когда наконец раздался шум двигателя, Сильвия перепугалась. Она встала, чтобы проверить, что такое нажал брат, чтобы завести машину, но он сидел и грыз ручку с какой-то головоломкой в руках. Ключа в замке зажигания не было. Сначала паззл отказывался складываться, но потом дошло: звучал грузовик, на который установили контейнер.

– Ты почувствовал, как контейнер установили на машину?

– А её установили? – Эллиот перевел на сестру серьезный вдумчивый взгляд. Видимо, кроссворд оказался сложным.

– Мне кажется, да. Слышишь, мотор жужжит?

Эллиотт ответить не успел. Двери распахнулись и на несколько мгновений ослепили и брата, и сестру. Двери открылись почти одновременно, и крепкие руки буквально вытащили сначала Сильвию, а потом и Эллиота. Если бы вдалеке не мелькнуло знакомое лицо кубинца, показывающего жестом, что всё в порядке, Сильвия бы взбунтовалась.