Разбитая Душа

Глава 1. Никто не умрёт, если разговор подождёт до вечера

Пожелтевшие листья старого тополя неохотно падали на ухоженный двор небольшого, но весьма просторного коттеджа, кружась в медленном танце, под аккомпанемент прохладного ветра. Они аккуратно ложились на всё ещё зелёную лужайку, покрывая её своим золотом, и одновременно оголяя могучее дерево, что стоит здесь уже несколько десятков лет.

В небольшой городок на юге Тюменской области осень пришла весьма неожиданно, хотя на календаре было уже третье сентября. В прошлом году, начало этого месяца было настолько тёплым, что люди на улице всё так же продолжали ходить в майках и шортах, как и в минувшие летние деньки, но сегодня пасмурная погода всё-таки заставила их надеть куртки. Небо было затянуто тяжёлыми свинцовыми облаками, предвещающими скорый проливной дождь, но пока он не начался, Анастасия с Игорем вышли из тёплого, уютного двухэтажного дома и направились к своим автомобилям, стоящим во дворе, около автоматических ворот.

Анастасия — девушка тридцати лет, со светлыми волнистыми волосами, длиной чуть ниже лопаток, которые с нежностью развивал осенний ветерок. Голубые глаза, цвета ясного безоблачного летнего неба, всегда были для её мужа Игоря лучом света в любую непогоду, а милая улыбка тонких губ грела его душу сильнее любого алкоголя.

Фигуре, что обладала Анастасия, могла позавидовать даже самая востребованная манекенщица, ведь она полностью подходила под мировые, но уже давно устаревшие стандарты красоты 90/60/90. Правда, для поддержания своего тела в такой прекрасной форме, Насте приходилось серьёзно контролировать своё питание и весьма часто посещать тренажёрный зал, благо на это у неё было достаточно времени и денег. Но, несмотря на все жертвы, на которые девушке приходилось идти ради своей внешности, она всё равно не позволяла себе носить открытые откровенные наряды, сексуально подчёркивающие её узкую талию и широкие бёдра, так же, как и глубокое декольте, выставляющее на показ красивую упругую грудь.

Зачастую Анастасия покупала дорогую, но достаточно скромную одежду. Даже платья, что приходилось надевать на всяческие торжественные мероприятия, на которые их с Игорем часто приглашали, всегда были длиной ниже колена. Но это нисколько не портило впечатление от её длинных стройных ног, уверенно держащихся на высоких каблуках. Даже сейчас, в такую не благоприятную погоду, тонкая кожаная куртка, надетая поверх тёмно-серого строгого брючного костюма с белой блузкой, не могла скрыть всей красоты и изящности девушки, что находилась рядом с не менее привлекательным мужчиной.

Игорю не так давно исполнилось тридцать семь лет, из-за чего Настя порой чувствовала себя рядом с ним совсем ребёнком, особенно когда речь заходила про времена его детства. Он обладатель широких плеч, сильных рук и плоского живота, что говорило о жёсткой дисциплине и полном контроле над своим телом, а также позволяло супруге чувствовать себя рядом с ним, как за каменной стеной. Карие бездонные глаза, чёрные густые волосы и небольшая седина, проступающая на висках, настолько нравились девушке, что она была готова любоваться своим мужем днями напролёт. Но всё же ей довольно часто приходилось делить его с другими людьми, ведь последние восемь лет он руководит частной больницей, состоящей из трёх основных корпусов: терапевтического, нейрохирургического, а также психиатрического.

Закончив медицинскую академию с отличием, и хорошо проявив себя, работая нейрохирургом в Москве, ему поступило весьма интересное предложение от очень богатого и влиятельного человека, с просьбой возглавить и привести в порядок больничный комплекс, под названием «Красная Роза». Поначалу у Игоря возникли сомнения, так как нужно было переехать из столицы, полной возможностей и перспективы в холодное и мрачное сердце Сибири, но увидев предложенную сумму, сомнения сразу же развеялись. И оставив позади карьеру лучшего нейрохирурга страны, Игорь ни разу не пожалел о своём решении, ведь именно в этом небольшом городе, недалеко от которого и располагался тот самый больничный комплекс, он встретил любовь всей своей жизни — Анастасию.

Тогда ей было всего двадцать три года, и она работала специалистом по клиническим испытаниям в местной фармацевтической компании «ФармСевер». Они впервые встретились, когда Игорю понадобилось разработать лекарственные препараты для более узкого назначения, на что девушка, которая не так давно закончила медицинский колледж на фармацевта, с радостью вызвалась ему в этом помочь. И познакомившись поближе с юной особой, обладающей великолепными познаниями в своей сфере, Игорь понял, что она та самая девушка, с которой он хочет не только вместе работать, но и провести всю свою жизнь. И спустя несколько месяцев свиданий, а затем и совместного проживания в его съёмной квартире, Игорь сделал Насте предложение руки и сердца, от которого та не смогла отказаться.

Он отлично справлялся с должностью руководителя больничного комплекса, пока в начале две тысячи двадцатого года не наступили тяжёлые времена не только для всего мира, но и для их семьи. В тот период Игорь с Настей вляпались в одну неприятную историю, вызвавшую народное возмущение, но благодаря связям и деньгам им удалось выйти сухими из воды, но на душе каждого, та скверная ситуация оставила свой болезненный отпечаток. Вскоре после этого, Анастасия прекратила заниматься фармацевтикой и с головой ушла в благотворительность, основав фонд «Белая Роза», а Игорь начал намного строже следить за тем, что происходит в стенах владений, которые ему доверили.

Время шло, и с каждым годом польза от частной медицинской организации для жителей города становилась всё очевидней, ведь в ней предлагали услуги, которых не было в местной областной больнице, чьё финансирование из регионального бюджета было в разы меньше, чем у «Красной Розы». Но и тесное сотрудничество с компанией «ФармСевер», в которой раньше работала Анастасия, так же приносила свои плоды, за счёт постоянного поступления необходимых лекарственных препаратов.

Люди приезжали из далёких городов, оставляя за спиной километры дорог, чтобы в этот же день, не теряя драгоценного времени, попасть на приём к необходимому специалисту. Их не останавливали ни расстояния, ни расходы — так велика была жажда скорейшего выздоровления, и так сильна вера в чудо современной медицины.

Благодаря высокой востребованности услуг, и такой же высокой их стоимости, деньги в больницу «Красная Роза», а также в карманы её руководителя, лились рекой, и вскоре Игорь с Настей смогли позволить себе не только дорогие автомобили, но и самый красивый коттедж в центре города. Хоть дом был и не самым большим и дорогим, но зато самым ухоженным, уютным и настолько комфортным, что хотелось находиться в нём целую вечность, — так сказала Анастасия, когда впервые в него вошла. И даже сейчас, спустя долгие шесть лет проживания в этом коттедже, она всё так же не хотела его покидать, особенно в такую пасмурную погоду, как сегодня.

Серый утренний свет едва пробивался сквозь плотную пелену туч, словно небо устало от собственной тяжести и вот-вот готово было рухнуть на землю холодным проливным дождём. Игорь, ссутулившись, спускался с крыльца дома, будто каждая ступенька отнимала у него последние крохи сил.

— Погода сегодня ни к чёрту, поскорее бы уже выпал снег, — вырвалось у него с горьким раздражением. Одной рукой Игорь машинально поднял ворот куртки, словно пытаясь укрыться от невидимого ледяного ветра, а в другой крепко сжимал рабочий портфель. — Головная боль уже так надоела.

— Тебя снова беспокоит мигрень? Надеюсь, ещё не закончились таблетки, что я тебе купила? — с беспокойством в голосе спросила Настя и вставила ключ в замочную скважину, чтобы закрыть за собой входную дверь их коттеджа.

— Я уже выпил одну, как только спустил ноги с постели. Ещё пока не помогла. — Игорь поднял взгляд к небу, словно искал там ответы или хотя бы проблеск надежды. Тёмные тучи нависали так низко, что казалось, можно дотянуться до них рукой. — Осень — самое тяжёлое время для таких метеочувствительных людей, как я.

Анастасия провернула ключ в замке с тихим щелчком. Дверь дома, будто неохотно отпуская хозяйку в новый день, слегка скрипнула на прощание. Игорь уже стоял внизу, и Анастасия последовала за ним. Ступени, выстроенные в строгий ряд, казались надёжными, массивными и вечными, но последняя из них, оказалась предательски скользкой. То ли роса осела на ней за ночь, то ли невидимый глазу иней превратил поверхность в коварный каток.

Анастасия поставила ногу, и в тот же миг мир опрокинулся. Время растянулось в тягучую, вязкую субстанцию. Она успела лишь судорожно вздохнуть, прежде чем спина встретилась с жёстким бетоном, а затылок с глухим стуком ударился о край ступеньки.

Игорь обернулся мгновенно, будто что-то внутри него сработало раньше, чем донёсся звук падения. Этот короткий, резкий хлопок телом о бетон, пронзил утреннюю тишину, как треск разорванной ткани. Он бросился назад, чувствуя, как сердце колотится, где-то в горле.

— Сильно ушиблась? — голос его дрогнул, срываясь на хриплый шёпот.

Игорь склонился над Настей. Руки дрожали, когда он осторожно коснулся её головы, проверяя, нет ли крови. Взгляд метался по её лицу, выискивая признаки боли, шока, и чего-то страшного.

Анастасия моргнула, прогоняя рябь перед глазами. В ушах звенело, но боль уже отступала, оставляя после себя лишь лёгкое головокружение и привкус металла на языке. Она глубоко вдохнула холодный и чистый воздух, что сразу же вернул ясность мыслям.

— Нет, всё хорошо, — произнесла она, удивляясь тому, как ровно звучит голос. — Чудом не разбила себе голову.

Игорь помог Насте подняться на ноги, но каждое движение давалось ей как впервые, будто тело, только что испытавшее внезапный сбой, заново осваивало законы гравитации и координации. Но через мгновение её движения стали намного увереннее.

— Ты точно в порядке? — голос Игоря дрожал от тревоги. — Может, всё-таки отвезём тебя в больницу? На всякий случай…

Настя ответила лёгкой, но такой уверенной улыбкой, что сама эта улыбка стала лекарством для его встревоженного сердца.

— Нет, не нужно, ведь сегодня у меня очень важная встреча, — произнесла Настя, и в её тоне не осталось ни тени сомнения. — Я ни за что её не отменю.

Игорь нахмурился, невольно сжимая пальцы на её руке.

— Уверена, что сможешь сесть за руль? — настаивал он. — Может, я сам поведу? Или давай вызовем такси…

— Со мной всё в порядке, — отрезала она мягко, но твёрдо, давая понять, что дальнейшие споры бессмысленны.

Освободившись из его объятий, Настя шагнула вперёд к своему «Порше», стоявшему во дворе рядом с машиной Игоря. Блестящий корпус автомобиля ловил слабые, почти невидимые солнечные блики. Уже у двери она обернулась. В глазах мелькнула тень заботы, смягчившая строгость её облика.

— Я больше беспокоюсь о твоих головных болях, — сказала она тише, почти шёпотом. — Из-за них ты сегодня половину ночи крутился из стороны в сторону, пытаясь заснуть?

Он на мгновение замешкался, будто взвешивая слова, прежде чем ответить.

— Извини, что мешал тебе спать. Наверное, не нужно было пить крепкий кофе на ночь, — лёгкая улыбка тронула его губы.

Игорь разблокировал водительскую дверь своей «Ауди», и привычный щелчок замка прозвучал как-то особенно резко в этой утренней тишине. Портфель с документами с глухим стуком опустился на сиденье, словно подчёркивая весомость грядущего дня.

— Тебя что-то беспокоит? — голос Насти прозвучал тише, чем она, вероятно, планировала, словно боясь спугнуть неуловимую нить, витавшую между ними. — Я же вижу, что какие-то мысли не дают тебе покоя уже долгое время. Поделись со мной и тебе станет легче.

Игорь замер. На секунду время словно остановилось: птицы, щебетавшие в кронах деревьев, притихли, а лёгкий ветерок, ещё минуту назад игриво теребивший листья, замер в ожидании. Мужчина медленно повернулся к Анастасии. В её глазах, глубоких, как ясное небо, отражалось не просто беспокойство — там таилась целая буря чувств: страх, нежность и отчаянная готовность разделить с мужем любую ношу.

— Ты права, — его улыбка, ещё мгновение назад тёплая и привычная, растаяла, словно утренний туман под первыми лучами солнца. — Мне нужно с тобой поговорить, но не сейчас. Я тороплюсь на работу, да и у тебя есть важные дела с утра. Давай вечером, когда вернёмся домой.

— Это что-то серьёзное? Я ведь могу отложить свои дела ради тебя, — голос Анастасии дрогнул, и в этой дрожи слышалась вся её любовь, вся её преданность. Она готова была бросить всё, лишь бы её любимому мужчине стало лучше.

Игорь посмотрел на жену, и в его взгляде промелькнуло что-то неуловимое — то ли благодарность, то ли вина перед тем, что придётся сказать.

— Нет, это было бы лишним, — он сделал паузу, словно подбирая слова, которые не смогут ранить. — Не переживай, со мной всё в порядке.

Игорь улыбнулся снова, но только шире, чем прежде, стараясь вложить в эту улыбку всё спокойствие, которого на самом деле не было.

В воздухе витало едва уловимое напряжение — то самое, что возникает между людьми, когда один из них хранит тайну, а другой инстинктивно чувствует недосказанность.

— Тогда о чём ты хочешь поговорить? — склонив голову чуть набок, продолжала свой ненавязчивый допрос Настя. Её взгляд, мягкий, но цепкий, словно пытался проникнуть сквозь привычную маску спокойствия, которую Игорь так тщательно выстраивал.

Он замер на долю секунды. В голове промелькнула соблазнительная мысль — выложить всё как есть, разорвать этот тонкий слой недоговорённостей, что с каждым днём становился всё плотнее. Но разум тут же одёрнул его: стоит лишь начать разговор, и Настя, его неутомимая, преданная Настя, тут же отменит все встречи и планы, и этот день станет худшим в её жизни. А этого он позволить себе не мог. Не сейчас.

— Мне действительно нужно ехать на работу, — произнёс Игорь, стараясь, чтобы голос звучал как можно естественней. Его рука невольно потянулась к запястью, где тикали часы. Он бросил взгляд на циферблат и слегка приподнял брови, словно внезапно осознал, насколько катастрофически мало времени у него осталось, — никто не умрёт, если разговор подождёт до вечера.

Анастасия улыбнулась тепло, но с едва заметной грустью. Она знала эти приёмы. Знала, как Игорь умеет виртуозно ускользать от неудобных разговоров, прикрываясь работой. Но сегодня она не была готова отступать.

— Ладно, убедил, — кивнула она, хотя в голосе всё ещё звучала нотка сомнения, — Раз ты так торопишься, может тогда в обед у тебя найдётся немного времени, чтобы съездить вместе со мной в детский приют на вручение гранта?

— Зачем? Ты и без меня с этим прекрасно справишься, — попытался подбодрить её муж и вежливо отказаться от посещения данного мероприятия. — Ты ведь не в первый раз оказываешь поддержку подобной организации.

Но Настя не отступала. В её глазах читалась не просьба, а тихая нужда — та самая, от которой у Игоря всегда сжималось сердце.

— Знаю, — согласилась девушка, чуть понизив голос, — но мне было бы спокойнее, если бы ты был рядом. Сегодня… сегодня я чувствую какое-то странное волнение. Не хотелось бы упасть в обморок рядом с детьми. А твоё присутствие меня успокоит. Да и к тому же грант выделяется от лица больницы «Красная Роза», а ты, как никак, её руководитель. И… — Настя сделала паузу, словно решаясь на последнее, — после мы сможем поговорить о том, что тебя тревожит.

Её слова повисли в воздухе, словно невидимая нить, связывающая их в этот момент. Игорь понял: отступать некуда. И не столько из-за гранта или приюта, а из-за того, как Анастасия смотрела на него — с надеждой и верой, что он не оставит её одну.

Осенний ветерок игриво развевал листья на земле, когда Игорь аккуратно прикрыл водительскую дверь своего автомобиля и направился к Анастасии. Его движения были полны нежности и заботы, словно он боялся нарушить хрупкую гармонию момента.

Он осторожно обнял её за талию, прижав к себе с той особенной бережностью, какую может позволить себе только человек, проживший с любимой девушкой долгие годы. Находясь в его объятиях, она чувствовала себя защищённой от всего мира, как и прежде, когда они только начали свой путь вместе.

— Если для тебя это так важно, — его голос звучал мягко, почти шёпотом, — то я обязательно приеду. Сначала разберусь с работой, а потом сразу к тебе. К обеду постараюсь успеть. У тебя же встреча назначена ровно на двенадцать часов дня?

Игорь медленно отстранился, чтобы взглянуть в лицо своей жены. Семь лет совместной жизни ничуть не состарили её красоту — те же сияющие глаза, тот же нежный румянец на щеках, та же лучезарная улыбка.

— Да, — коротко ответила Анастасия, и в этом единственном слове прозвучала вся глубина её чувств.

— Тогда увидимся на стоянке возле приюта, — его улыбка была такой же искренней, как в день их первой встречи.

— Спасибо, — прошептала Настя, и в её голосе прозвучало такое душевное умиротворение, что сердце Игоря забилось чаще. Она приподнялась на цыпочках и нежно поцеловала его в губы. — Я буду ждать тебя. До встречи, милый.

— До встречи.

Игорь открыл водительскую дверь автомобиля жены с той особой галантностью, которая присуща настоящим джентльменам. Анастасия, грациозно опустившись на сиденье, выглядела как дорогая кукла «Барби» за рулём роскошного автомобиля. Он аккуратно закрыл дверь, и его пальцы на секунду задержались на ручке, будто впитывая последние мгновения тишины.

Из внутреннего кармана джинсов Игорь извлёк пульт управления, и массивные автоматические ворота, словно повинуясь невидимой команде, начали медленно расступаться, открывая путь в новый день.

Рокот заведённого мотора «Порше» прозвучал как симфония богатства и власти. Анастасия, бросив прощальный взгляд через боковое стекло, послала мужу воздушный поцелуй. Её автомобиль, словно чёрный хищник, плавно выехал за пределы двора, оставляя за собой шлейф аромата дорогого парфюма и выхлопных газов.

Игорь проводил взглядом исчезающие в утренней дымке задние фонари. Его собственные шаги были размеренными, когда он направлялся к своей «Ауди». Салон автомобиля встретил его привычной прохладой и ароматом кожи. Двигатель завёлся с мягким урчанием, словно довольный кот.

В этот момент его внимание привлёк портфель с документами. Достав мобильный телефон, Игорь увидел сообщение, пришедшее всего пару минут назад. «Доброе утро. Ты где?» — светилось на экране. Его пальцы быстро набрали ответ: «Скоро буду», и телефон вновь занял своё место в портфеле.

Анастасия подъехала к светофору и, остановившись на красный свет, взглянула в левое зеркало заднего вида. В нём она увидела автомобиль Игоря, выезжающий со двора и повернувший в другую сторону. Она с минуту провожала задние габаритные огни его «Ауди», пока не услышала гудок машины, стоящей позади. Подняв взгляд, Настя поняла, что на светофоре загорелся уже зелёный свет, и она задерживает водителей, остановившихся за ней. Извинившись «аварийкой», девушка отпустила педаль тормоза, и плавно нажав газ, устремилась вдаль по широкой городской дороге.

Глава 2. И я тебя люблю, Игорь Андреевич

Через двадцать минут Игорь остановил машину на свободном месте возле старого пятиэтажного дома и заглушил мотор. Знакомый до мельчайших деталей двор встретил его привычной картиной: детская площадка с поскрипывающими качелями, клумбы с давно увядшими цветами и несколько старушек, оккупировавших лавочку у подъезда.

Последние два года он слишком часто появлялся здесь. Настолько часто, что порой сам удивлялся своей безрассудности. Каждый раз, подъезжая к этому дому, Игорь испытывал смешанные чувства: волнение от предстоящей встречи и глухое чувство вины, которое грызло изнутри.

Мысли о Насте не оставляли его ни на минуту. Он боялся, что она узнает об его интрижке с подчинённой, представлял, какой это вызовет скандал, как больно ей будет. Но в глубине души, там, где прятались самые сокровенные желания, он почти жаждал разоблачения, так как устал таскать этот груз, устал врать, устал жить двойной жизнью.

Но разве можно разрушить семью? Разве можно причинить боль такой прекрасной девушке, как его Анастасия? Она ведь ни в чём не виновата. Она дарит ему тепло, заботу, любовь. Она его опора, его тыл, его тихая гавань.

А что, если вся их семейная жизнь — это иллюзия? Что, если они оба просто играют роли счастливых супругов, боясь признаться друг другу в своих истинных чувствах и желаниях? Может быть, они давно уже живут параллельными жизнями, пересекаясь только по привычке? Ведь семья — это не просто двое любящих друг друга людей. Это ежедневный труд, это умение прощать, это способность жертвовать своими желаниями ради счастья другого. Это умение видеть не только достоинства, но и принимать недостатки. Это готовность вместе преодолевать трудности и делить радости. Это…

Игорь, погружённый в свои мысли, не заметил приближения женщины, появившейся словно из ниоткуда, и только лишь её тень скользнула по лакированному боку чёрной «Ауди». Маргарита двигалась с той особенной кошачьей грацией, которая так свойственна женщинам, уверенным в своей власти над мужчинами.

Лёгкое движение руки, и дверь автомобиля открылась с приглушённым щелчком. Игорь вздрогнул от неожиданности, и его лицо, обычно непроницаемое, на мгновение выдало смятение. Но уже через секунду он попытался вернуть себе привычную маску невозмутимости.

Игорь прекрасно помнил тот день, когда три года назад он впервые увидел резюме Маргариты, что хотела получить должность заведующей психиатрического отделения. Строчки, описывающие её профессиональный путь, словно сами собой складывались в портрет настоящего врача, а медицинская академия, оконченная с отличием, а затем и работа по специальности, лишь доказывали это.

Восемь лет работы в психиатрической лечебнице другого города, это не просто цифра, а это сотни спасённых душ, бессонные ночи у постелей пациентов, слёзы радости при выздоровлении и горечь потерь. Так же, на Игоря произвело впечатление множество грамот, благодарностей и целая коллекция признаний её заслуг, каждое из которых, это свидетельство преданности выбранному делу.

Игорь не сомневался ни секунды, Маргарита была именно тем человеком, который мог привести психиатрическое отделение к новым высотам. И теперь, глядя, как она уверенно руководит коллективом, он понимал — интуиция его не подвела.

Внешностью, Маргарита обладала не такой сногсшибательной, как у Анастасии, но всё же, в свои тридцать пять лет, заставляла мужчин оборачиваться себе в след, когда шла в обтягивающей одежде по центру города. Тёмно-серые волосы всегда были идеально выпрямлены при помощи кератина, а чёлка аккуратно зачёсана назад, обнажая красивый небольшой лоб. Под идеально выщипанными бровями находились ярко-зелёные глаза, что были ярче самых дорогих изумрудов. И впервые взглянув в них, Игорь понял, что попал в капкан, из которого выбраться можно, только если отгрызть себе ногу.

Маргарита обладала редким даром: её пристальный, пронизывающий взгляд будто бы проникал сквозь внешнюю маску человека, добираясь до самых потаённых уголков души. В эти моменты казалось, что она читает не просто мысли, она листает открытую книгу человеческих переживаний, страхов и надежд.

Каждый, кто встречался с ней взглядом, невольно чувствовал, как невидимая нить тянется от её глаз к самому сердцу, вытаскивая наружу то, что было спрятано за семью замками. Пациенты, даже самые замкнутые и нелюдимые, под этим спокойным, но проницательным взором постепенно раскрывались, словно бутоны роз на утреннем солнце. Но не только глаза делали её облик столь запоминающимся.

На правом предплечье Риты, словно тёмный цветок, распускалась огромная чёрная роза. Её лепестки, будто вырезанные из бархата ночи, плавно переходили на нежную кожу кисти, словно дополняя смуглость её рук. Каждый изгиб бутона был прорисован с такой точностью, что казалось, будто цветок вот-вот оживёт и протянет свои тенистые лепестки навстречу свету.