- -
- 100%
- +
Она начала машинально проводить расческой по волосам, хотя в этом не было никакой необходимости.
Дима посмотрел на зеркало, потом на нее.
— Ты оцепенела перед отражением.
— Да не оцепенела я. Просто задумалась.
— О чем?
— О том, что психологи любят раздавать браслеты, таблетки и ощущение, будто ты сломанная кукла.
— Значит, ты была у него?
— Была, — Кристина пожала плечами. — Кстати, хороший человек. Странный, но хороший.
— И что он сказал?
— Что я почти нормальная.
— Кристина.
— Ладно, он сказал это не совсем так.
Она достала из кармана небольшой клочок бумаги и протянула ему.
— Вот. Список лекарств.
Дима взял листок и быстро пробежался по нему взглядом.
— Надеюсь, ты их купила?
Кристина посмотрела на него так, будто он предложил ей добровольно залезть в мусорный пресс.
— Ты шутишь? Ты серьезно думаешь, что я буду это принимать?
— Да. Потому что врач назначил.
— Не врач, а психолог.
— Психолог, который явно понимает, что с тобой происходит.
— Со мной ничего не происходит.
Дима поднял на нее взгляд.
— Ты пять минут назад зависла перед зеркалом так, будто увидела там призрака.
— Может, я просто любовалась собой.
— Очень похоже. Особенно выражение лица «сейчас кто-то умрет».
Кристина сжала зубы.
— Дим, не начинай.
— Я не начинаю. Я прошу тебя купить лекарства.
— Ну уж нет, извините.
— Кристина, иди и купи лекарства.
— Нет.
— Тогда я сам пойду и куплю.
— Я сказала нет! — вдруг выкрикнула она.
Голос сорвался резко, слишком громко. Кристина дернулась, развернулась к зеркалу и в ту же секунду прямым ударом разбила его.
Стекло треснуло с сухим, мерзким звоном. По поверхности расползлись ломаные линии, отражение раскололось на десятки кривых осколков: кусок ее лица, кусок Димы, темная куртка, зеленые глаза, кровь.
Ладонь Кристины оказалась рассечена. Не сильно, но достаточно, чтобы по коже быстро потекла тонкая алая полоска.
Дима тяжело выдохнул.
На браслете Кристины загорелась первая полоска.
Она посмотрела на руку, потом на разбитое зеркало. Ярость ушла так же резко, как пришла, оставив после себя страх и пустоту.
— Прости… — прошептала она. — Ради бога, прости меня.
Глаза мгновенно наполнились слезами.
Дима молча накинул куртку.
Кристина шагнула к нему, но остановилась. По его лицу было видно: он не злится. Ему больно. А это было хуже.
— Дим…
— Я схожу за лекарствами, — тихо сказал он. — И заодно проветрю голову.
Он уже взялся за ручку двери, но остановился.
— Кстати, я нашел в подвале какие-то бумаги. Кажется, важные. Посмотри их, они на столе.
После этого Дима вышел из дома.
Не хлопнул дверью, не сказал лишнего. Просто тихо покинул дом, и от этой тишины Кристине стало тяжелее, чем от любого удара.
Она вытерла слезы рукавом, кое-как обработала ладонь и спустилась в подвал.
Убежище встретило ее холодным светом мониторов, запахом металла и привычной тишиной. На рабочем столе лежали документы. Кристина подошла ближе и начала просматривать бумаги.
Им было около полугода. Может, чуть больше.
Чертежи брони Триггера. Mark 1 и Mark 2. Технические пометки, схемы узлов, наброски, которые слишком хорошо совпадали с тем, что она видела в банке и подземном зале Серова. На одном из листов от руки были написаны короткие фразы:
«Взрыв в Центральном банке».
«Sulderscorp».
«Виктор Серов».
«Кто заказчик?»
Кристина перечитала записи еще раз.
Потом медленно опустилась на стул.
Мозг нехотя, но все же начал складывать детали. Мелисса. Серов. Банк. Триггер. Броня. Взрыв, который случился через несколько дней после того, как они остановили Томи.
— Она все знала, — тихо сказала Кристина. — Мама знала, что взрыв в банке случится.
Она провела пальцами по краю листа, стараясь не думать о том, что было бы, если бы Мелисса осталась жива.
Возможно, трагедии удалось бы избежать.
Возможно, нет.
Но теперь вопрос был в другом: Кто, черт возьми, стоял за этим заказом?
Спустя пять часов Дима спустился в подвал.
Кристина сидела за компьютером и просматривала записи по вчерашнему теракту. Вид у нее был уже куда более человечный: без прежнего безумного блеска в глазах, без дрожащих рук, но с усталостью, которая явно никуда не собиралась уходить.
— Кристина, — сказал Дима, ставя на стол пакет. — Я купил лекарства.
Она повернулась к нему.
— А что так долго? Уже почти шестой час пошел.
— Гулял с сестренкой.
Кристина кивнула.
— Это дело правильное.
Дима выложил на стол несколько упаковок препаратов. По виду — не самые дешевые.
— Ты посмотрела бумаги? — спросил он. — Я лично почти ничего не понял.
— Помнишь взрыв в банке полгода назад?
— Банк, где мы уложили Толстопарда? — Дима осекся. — То есть Триггера.
— Да, он самый. Так вот, моя мать знала, что взрыв должен случиться. Если бы она была жива, возможно, все вышло бы иначе.
Дима помрачнел.
— Это все?
— И да, и нет. Она искала заказчика, но, судя по документам, не нашла. Еще она считала, что броню Триггера сделал Sulderscorp. Но это уже попахивает бредом.
— Почему?
— Потому что Sulderscorp обанкротился еще полтора года назад. Фактически перестал существовать.
Дима задумался.
— Кстати, почему сразу бред? Если компания обанкротилась, ей наоборот могли быть нужны деньги. Продали броню кому попало — вот и все. Помнишь тех наемников, с которыми мы сражались в доме Серова? У многих на руках были стволы именно от Салдэрса.
Кристина задумалась, но быстро покачала головой.
— Может быть. Но сейчас меня больше интересует другое: кто заказал теракт в банке?
— Пусть этим разбираются в ДАГЭТе. Если твоя мама знала о взрыве, значит, там тоже могли знать.
— Плевать они хотели на этого заказчика, — резко ответила она.
— Или не могли до него добраться.
— Или не хотели.
Дима не стал спорить. Он кивнул на монитор.
— А зачем ты смотрела новости про вчерашний взрыв?
— Ах да, посмотри. Я кое-что обнаружила.
Кристина перемотала запись до нужного момента.
На экране ведущий говорил:
«Как установило следствие, бомба была установлена на автомобиль, который должны были разыграть среди гостей открытия. Сразу после происшествия в сеть попало видео с камер наблюдения, где видно, как недавно появившаяся народная мстительница Вайлет устанавливает взрывное устройство на машину».
Кристина остановила видео.
— Камеры были отключены.
Дима нахмурился.
— Аа? Что?
— Камеры наблюдения. На момент подготовки мероприятия они были отключены. Я проверила внутреннюю сеть торгового центра.
— Хочешь сказать, Вайлет сняли с камеры, которая не работала?
— Я хочу сказать, что кто-то очень хотел, чтобы это видео попало в интернет.
Дима медленно посмотрел на экран.
— Она сама сняла себя?
— Или это сделал тот, кто знал, что Вайлет установит бомбу. Но первый вариант кажется мне более правдоподобным.
— Зачем? Она же теперь в федеральном розыске.
— Может хотела там оказаться.
— Бред какой-то.
— Не спорю. Но мне кажется, взрыв в банке полгода назад и вчерашний теракт связаны. Мне нужно больше информации.
— Что собираешься делать?
Кристина повернулась к нему и странно улыбнулась.
— Завтра я хочу навестить Томи Кармака. Точнее, не я. Проксима.
Дима прищурился.
— Томи Кармак… Первый носитель брони Триггера? Тот, кого мы уложили?
— Да-да.
— Он же сидит в тюрьме. Хочешь устроить ему допрос?
— Типа того.
— Своим появлением ты наверняка поднимешь настроение стражам порядка.
— Ну как же без этого. Нельзя лишать людей маленьких радостей.
Дима посмотрел на лекарства, потом на Кристину. Пакет с аптечными коробками стоял между ними как маленькая, дорогая и крайне неприятная реальность.
— Кстати, — осторожно начал он. — Совсем забыл. Прими таблетки, пожалуйста.
Кристина скривилась так, будто он предложил ей не лекарства, а добровольно вступить в кружок «Юный овощ».
— Иначе что?
— Иначе мы опять поссоримся, — спокойно ответил Дима. — А я очень пытаюсь этого избежать. У меня сегодня уже был лимит эмоциональных землетрясений.
— Какой ты предусмотрительный.
— Я учусь выживать рядом с тобой.
Она помолчала, глядя на упаковки. Потом тяжело вздохнула.
— Ладно. Приму. Но только потому, что ты смотришь на меня как участковый на подозрительный пакет у подъезда.
— Спасибо. Это был мой самый нежный взгляд.
Кристина взяла одну из коробок, но не сразу открыла. Пальцы чуть задержались на картоне.
— Ты извини, что накричала тогда. Вырвалось. Ты должен меня понять.
— Я понимаю, — мягко сказал Дима. — Но очень надеюсь, что это было в последний раз.
— Я тоже, — тихо ответила она. — Честно.
Дима подошел ближе, но не стал сразу ее обнимать. Сначала просто посмотрел в глаза.
— Кристина, ты знаешь, как сильно я тебя люблю. Поэтому я и лезу туда, куда нормальный человек не полез бы даже в бронекостюме. Прошу, не дай Проксиме поглотить тебя. Не дай разрушиться барьеру между тобой и ей.
Она опустила взгляд.
— Я пытаюсь, Дим. Правда пытаюсь. Просто внутри как будто кто-то поселил бешеную собаку, дал ей нож и сказал: «Фас». Но это скоро пройдет. Как только я убью Вайлет, все исчезнет.
Дима тихо вздохнул.
— Похоже, мне так и не удастся уговорить тебя не калечить ее.
— Нет. Извини, но не удастся. Из-за нее погибло шестнадцать человек.
— Семнадцать, — тихо поправил он.
Кристина подняла глаза.
— Семнадцать?
— Еще один скончался сегодня в больнице.
На лице Кристины что-то застыло. Холодное. Опасное. Будто внутри снова щелкнул невидимый переключатель, и где-то в глубине подняла голову та самая Проксима, которую Дима так боялся потерять из-под контроля.
— Тем более, — сказала она. — Она не заслуживает жизни.
— Не завидую я ей, если она столкнется с тобой.
Кристина посмотрела на свое отражение в черном экране монитора. На этот раз в нем снова была она. Почти она.
— Я бы сама себе не завидовала.
Глава 7
Стражи порядка были приятно удивлены, когда в участок вошла Проксима.
Точнее, сначала они были не приятно удивлены, а просто зависли. Кто-то перестал печатать отчет, кто-то замер с кружкой в руке, кто-то выглянул из-за перегородки так осторожно, будто в отделение вошла не героиня, а вооруженный налоговый инспектор. Все смотрели на нее с открытыми ртами и явно не понимали, зачем одна из самых обсуждаемых фигур Москвы явилась к ним среди бела дня.
Первым пришел в себя детектив, который при виде Проксимы едва не пролил кофе на стол.
— Проксима? — удивленно спросил он, быстро поставив кружку подальше от документов. — Надо же, какой приятный сюрприз. Детектив Орлов. Чем могу быть полезен?
Орлов представлял собой мужчину лет пятидесяти: коричневая куртка, темный джемпер, густые усы и борода, будто растительность на лице решила захватить максимум территории и почти победила. Выглядел он уставшим, но не глупым. В глазах читалась профессиональная настороженность человека, который привык, что хорошие новости в полицейский участок обычно не заходят через главный вход.
— Здравствуйте, детектив, — спокойно сказала Проксима. — Я здесь по делу.
— Я вас внимательно слушаю.
— Мне необходимо допросить заключенного. Томи Кармака.
Орлов приподнял брови.
— Можно полюбопытствовать, зачем он вам?
— Вы все поймете, когда будете наблюдать за допросом.
— Мы обычно не выдаем заключенных на беседу посторонним людям. Даже если эти посторонние люди умеют красиво появляться в новостях и ломать преступникам планы вместе с костями.
Проксима ничего не ответила.
Она просто посмотрела на него через темные очки. Орлов не видел ее глаз, но почему-то отчетливо почувствовал, что слово «нет» сейчас может привести к очень неловкой тишине. Или к бумажной волоките.
Детектив тяжело вздохнул.
— Ладно. Я устрою допрос при одном условии.
— Каком?
— Автограф. Для дочери.
Проксима чуть наклонила голову.
— Серьезно?
— Абсолютно. Она ваша фанатка. Если узнает, что вы были здесь, а я не взял автограф, мне дома устроят допрос похуже вашего.
— Договорились.
— Отлично. Пойдемте, проведу вас в допросную.
Спустя пять минут Проксима уже сидела за металлическим столом в комнате для допросов.
Помещение было тесным, холодным и неприятно честным: серые стены, лампа под потолком, зеркало наблюдения, две камеры по углам и стол, на котором наверняка успело высохнуть больше пота, чем на среднестатистическом ринге. Проксима сидела неподвижно, сложив руки перед собой. Браслет на запястье был скрыт под рукавом костюма.
Дверь открылась.
Молодой полицейский ввел Томи Кармака в наручниках.
За полгода тюрьма не сделала его лучше. Он похудел, лицо стало жестче, взгляд — злее. На нем все еще оставалась наглость человека, который привык считать себя опасным, но при виде Проксимы эта наглость заметно дрогнула. Видимо, память о прошлой встрече хранилась в теле лучше, чем в голове.
По ту сторону стекла за допросом наблюдали детектив Орлов и его напарник, сержант Петров. Петров во многом был похож на Орлова, но младше на десяток лет: тот же полицейский типаж, та же усталость в плечах, только бороды не было. Лицо у него оставалось гладким и строгим.
— Детектив, что она задумала? — спросил Петров, не сводя глаз с Проксимы. — Зачем ей Кармак спустя полгода?
— Не знаю, — сказал Орлов. — Но сейчас узнаем.
Томи медленно сел напротив Проксимы. В его глазах мелькнула смесь удивления, злости и осторожного страха.
— Ну здравствуй, Томи.
— Проксима, — усмехнулся он. — Чего тебе, блять, надо?
— Несколько ответов. И я очень надеюсь, что ты будешь честным.
— А если нет?
Проксима чуть подалась вперед.
— Тогда я сделаю тебе больно. А ты знаешь, что в этом деле у меня есть талант.
Томи нервно хмыкнул.
— Значит, выбора у меня нет.
— Вот именно. Начнем просто. Что ты знаешь о теракте, который произошел позавчера?
— То, что его устроила Вайлет. Об этом даже в тюрьме знают.
— Ты знаешь, кто скрывается под ее маской?
— Ты шутишь? Откуда мне знать? Она появилась уже после того, как ты запихнула меня сюда.
Проксима несколько секунд смотрела на него.
— Ладно. Допустим. Тогда следующий вопрос: кто заказал взрыв в Центральном банке полгода назад?
Томи усмехнулся шире.
— Спроси это у виновников взрыва. Я-то откуда знаю?
На браслете под рукавом Проксимы загорелась одна полоска.
Она почувствовала это не глазами, а будто кожей: слабая вибрация, короткое предупреждение. Тело напряглось раньше, чем разум успел придумать оправдание.
В следующий миг она молниеносно выпустила клинок из наруча и вонзила его насквозь в правую руку Томи.
Металл пробил ладонь и вошел в стол с мокрым хрустом. Кровь тут же растеклась по поверхности темной лужей.
— А-а-а! Черт! — заорал Томи, дернувшись так сильно, что наручники звякнули. — Ты что творишь?!
За стеклом Петров мгновенно выпрямился.
— Что за… Надо ее остановить!
Орлов резко поднял руку.
— Стоп. Не надо, сержант.
— Она проткнула ему руку!
— Я вижу.
Проксима не отпускала клинок. Томи тяжело дышал, скалился от боли, а по столу уже капала кровь на пол.
— Повторяю вопрос, — холодно сказала она. — Кто заказал теракт в Центральном банке?
— Я же сказал, что не знаю! Больно, мать твою!
— Не надо валять дурака. Это ведь ты тогда устроил взрыв.
— Ты головой думаешь?! — прорычал Томи. — Я тогда уже был за решеткой!
— В день, когда твоя группировка вторглась в банк, вы оставили бомбу в вентиляционной системе. Она взорвалась спустя несколько дней. У меня есть доказательства, и я с удовольствием передам их детективу, который сейчас наблюдает за нами.
Томи побледнел.
На этот раз страх в его глазах стал настоящим. Уже не от боли, а от понимания, что старое дело может внезапно вылезти из могилы и вцепиться ему в горло.
— Чего ты хочешь?
— Я уже сказала.
— Я не знаю, кто заказал теракт.
Проксима медленно повернула клинок.
Совсем немного.
Но этого хватило, чтобы Томи выгнулся, а кровь снова толчком выступила вокруг раны.
— Черт! Я правда не знаю! — заорал он. — Я сделал это по приказу Серова!
— А кто заказал Серову?
— Не знаю! Я только видел, как он пару раз разговаривал с ним по телефону!
— Подозрения?
— Нет! Но это точно был кто-то с большими связями. Кто-то с именем.
— С чего ты взял?
Томи зло засмеялся, на секунду забыв, что его ладонь пришпилена к столу.
— Очнись, Проксима. Дело по взрыву в банке закрыли практически на следующий день. Почему, как думаешь?
— У заказчика есть связи в полиции?
— Уже теплее. Могу привести пример.
— Давай.
— За пару недель до взрыва в одном из небоскребов Москва-Сити проходили переговоры между Серовым и главами одной местной группировки. Ничего необычного. Только в тот день за переговорами следили федералы.
Проксима замерла.
— Какое это имеет отношение к делу?
— Заказчик знал о слежке. Предупредил Серова. Серов вычислил агента и убил.
В комнате стало тише.
Даже Томи, кажется, понял, что сказал что-то слишком важное.
Проксима едва заметно сжала свободную руку.
— Что за агент?
— Точнее, не что за агент, а что за женщина. Мелисса Канина, если мне память не изменяет.
На мгновение внутри Проксимы все оборвалось.
Имя матери прозвучало слишком резко, слишком близко. Перед глазами мелькнули документы, подвал, записи, кровь на зеркале, смерть Серова и старый вопрос, который никак не хотел умирать.
Она не позволила лицу измениться.
По крайней мере, надеялась, что не позволила.
Томи прищурился.
— Ты что, знаешь ее?
— Нет, — ответила Проксима слишком ровно. — Следующий вопрос. Кто вам предоставил броню Триггера?
— На этот вопрос я уж точно не знаю ответа.
Проксима выпустила второй клинок.
Металл тихо щелкнул, и Томи мгновенно замолчал.
— Я тебе сейчас вторую руку продырявлю. Отвечай. Кто?
— Ладно! Sulders… Sulderscorp!
— Sulderscorp обанкротился полтора года назад.
— Это бред. Обманка. Проксима, я правда не знаю, что у них там творится, но они хотели, чтобы все считали корпорацию банкротом. Sulderscorp существует. Где — не знаю. Может, втайне разрабатывают оружие и сливают его на черный рынок. Может, работают через прокладки. Я не посвященный, и я не бухгалтер, мать его. Я знаю только то, что броня пришла от них.
Проксима смотрела на него несколько секунд.
— Не знаю почему, но я тебе верю.
— Отлично. Может, тогда вынешь клинок? Мне, знаешь ли, больно.
— Последний вопрос. Как думаешь, что объединяет взрыв в банке и теракт в торговом центре?
Томи тяжело дышал, глядя на собственную окровавленную руку.
— Ничего. Я думаю, они вообще не связаны.
— Уверен?
— Да. Слишком разные почерки. Банк был планом Серова и его заказчика. Торговый центр — это уже какая-то новая дикая история. Если там Вайлет, то это не из той же цепочки.
Проксима наконец выдернула клинок.
Томи снова вскрикнул, прижав раненую руку к груди. Кровь потекла по запястью, капая на пол.
— Допрос окончен.
— Обращайся еще как-нибудь, — прохрипел он. — Только в следующий раз без этих уебанских клинков!
В комнату вошел полицейский и увел Томи в медпункт.
Когда Проксима вышла из допросной, Орлов уже ждал ее в коридоре. Лицо у детектива было сложным: смесь восхищения, ужаса и понимания, что отчет об этом допросе лучше вообще не писать.
— Так у вас есть доказательства причастности Томи Кармака к взрыву в банке? — спросил он.
— Нет.
Орлов моргнул.
— Но вы сказали…
— Я помню, что сказала. Доказательств нет.
— То есть вы блефовали?
— Убедительно блефовала, детектив. Это разные вещи.
Петров за спиной Орлова выглядел так, будто у него прямо сейчас умерла последняя вера в процедурную законность.
— Простите, — спокойно сказала Проксима. — Мне пора идти.
Она направилась к выходу, но Орлов быстро окликнул ее:
— Стойте! А как же автограф?
Проксима остановилась и чуть повернула голову.
— Точно. Хорошо, что напомнили. Куда подписать?
Глава 8
В то же самое времяДима сидел перед десятками мониторов, просматривая прямые трансляции с городских камер наблюдения.
На экранах мелькала Москва: перекрестки, дворы, остановки, подземные переходы, парковки, фасады магазинов, случайные прохожие, курьеры, такси и люди, которые даже не подозревали, что где-то в подвале один парень смотрит на город.
Ничего интересного.
Совсем ничего.
Дима уже почти убедил себя, что зря тратит время, и машинально откусил кусок шоколадки. После последних дней сладкое стало его единственным законным способом не сойти с ума. Герой в маске, конечно, звучало красиво, но на практике иногда означало «сидеть перед мониторами, жевать шоколад и надеяться, что преступность сама помашет в камеру».
И в следующую секунду она почти так и сделала.
Дима сначала даже не сразу понял, что произошло. На экране всплыло небольшое красное уведомление: «Совпадение: объект Вайлет. Вероятность — 87%».
Нейросеть, подключенная к городским камерам, выхватила в мутном углу изображения фигуру в желто-черном костюме. Всего на долю секунды. Слишком быстро для человеческого глаза, но достаточно, чтобы алгоритм отметил силуэт, цветовую схему и характер движения.
Дима подавился шоколадом.
— Кха… чтоб тебя…
Он резко наклонился к монитору, перемотал запись на несколько секунд назад, увеличил изображение и застыл.
Кадр был нечеткий. Угол плохой. Камера висела на соседней улице, снимала часть заброшенной стройки и прилегающий двор, но силуэт он узнал сразу.
Вайлет.
Дима схватил телефон и набрал Кристину.
Она ответила почти сразу:
— Алло.
— Кристина!
— В данном случае я Проксима, — сухо поправила она. — Что случилось, Дим? Ты меня отвлекаешь, я за рулем.
— Ты где сейчас?!
— Еду к тебе. Я кое-что разузнала от Томи Кармака, думаю, тебе будет интересно.
— То, что я тебе скажу, будет еще интереснее. Я только что увидел Вайлет на камере наблюдения.
На том конце линии на секунду стало тихо.
— Что? Где?
— Помнишь многоэтажку в северной части города? Ту, строительство которой заморозили пару лет назад. Огромная бетонная коробка, где даже крысы, наверное, платят ипотеку за воздух.
— Да, знаю, где это.