Великий транспортник

Прошло четыре года со дня смерти всемирно известного ученого самоучки К. Э. Циолковского, – «патриарха звездоплавания».

«Патриарх звездоплавания» – почетное звание. Но оно имеет и свое неудобство. Когда говорят о Циолковском, то вспоминают прежде всего и больше всего о его ракетах, о полетах на Луну. Это, конечно, самое ценное и самое интересное, эффектное из его многообразного научного наследства. Но полеты на планеты еще долго будут оставаться уделом научной фантастики. Поэтому и самого Циолковского даже в наше время некоторые люди склонны считать, – пусть гениальным, пусть научным, – но фантастом, мечтателем. До революции же его иначе не называли как мечтателем, несерьезным фантазером, старавшимся убедить серьезных ученых, что люди смогут летать на аппаратах тяжелее воздуха, что аэростаты, дирижабли могут быть управляемы, что (верх фантазии!) люди смогут летать в безвоздушном мировом пространстве при помощи реактивных аппаратов-ракет.

Да, Циолковский был фантаст и мечтатель, – этого от него никак нельзя отнять. Но такими же мечтателями были братья Райт и Цеппелин, осуществившие «мечты» Циолковского.

Циолковский никогда не был беспочвенным мечтателей, оторванным от реальной жизни, практических интересов и научных основ.

Сам Циолковский неоднократно указывал, что полеты на планеты – дело отдаленного будущего. Ближайшая же цель – овладение стратосферой с ее чрезвычайно разреженным воздухом.

А разве эта задача не является уже о наши дни самой актуальной? Разве над ее разрешением не работают ученые и инженеры всего мира? И, чтобы лучше понять всю практичность мечтателя Циолковского, остановимся на этом вопросе: почему людям вдруг понадобилась высота.

Каждое время родит свои пословицы. В бездорожной Руси родились пословицы: «Тише едешь, дальше будешь», «Поспешишь, людей насмешишь». Теперь, перефразируя старую поговорку, можно сказать: «Выше едешь, дальше будешь», или в современной формулировке: «Чтобы лететь скорее, надо лететь выше», «Дальше (выше) от земли – дальше от смерти». «Будущее авиации – в стратосфере». «Победит тот, кто будет летать выше».

Почему родились такие пословицы?

«У земли», – как говорят летчики, – то есть на высоте 500–800 метров рейсовые самолеты летают со скоростью 300–350 километров в час. Если бы даже создать рекордный самолет со скоростью 750–800 километров в час, то у земли он не смог бы развить такую скорость из-за лобового, а при еще большей скорости и из-за «волнового» сопротивления воздуха, создающего по концам крыльев концевые вихри виде тумана. Даже скорость в 400–500 километров считается пока технически недостижимой. Иное дело на высоте, где плотность воздуха меньше. Самолет, развивающий у земли скорость 300 километров в час, в высших слоях тропосферы и в стратосфере, при моторе той же мощности, может летать уже со скоростью 750–800 километров в час (максимальная скорость, достигнутая на специальном рекордном самолете – 709 км в час). Какая экономия времени и горючего!

Но дело не только в экономии. Воздушный океан волнуется тем больше, чем ближе поверхность земли. «У земли» – неприятная и опасная «болтанка», воздушные ямы. На большой высоте ветры если и дуют, то устойчивые; воздух сух, и оледенение, от которого погибал не один самолет, невозможно. Небо всегда чистое. По солнцу и звездам легко ориентироваться.

Как видим, высотный полет увеличивает быстроту, удобства, безопасность и дает экономию.

В военной же авиации высота имеет огромное значение: современная зенитная артиллерия не бьет выше 10–12 км. Пока самолеты-истребители поднимутся с аэродрома на 12–15 км, бомбардировщик будет уже далеко. В воздушных же боях, как показал опыт войны в Испании и Китае, наверно, покажет опыт происходящей войны, высота, особенно для истребителей, является решающим моментом: побеждает тот, кто поднимается выше врага.

Теперь понятно, почему люди так стремятся к высоте.

Однако, высота дается не легко. Максимальная высота, на которую поднялся самолет, равна 16 450 м (рекорд англичанина Адама на специальном самолете). Быть может, эта высота будет немного перекрыта, но едва ли самолеты смогут подняться выше 20 км. Препятствуют две причины: на слишком большой высоте воздух уже настолько разрежен, что не «держит» самолет; разреженность воздуха не обеспечивает «питание» кислородом мотора при сгорании бензина. Так, мотор, развивающий у земли мощность в 1200 лошадиных сил, на высоте 10 км дает уже 200 лошадиных сил, а на высоте 14 км – всего лишь 35 сил. Приходится искусственно питать мотор кислородом. Но и при таких условиях, как видим, потолок немногим превышает 16 км.

Вследствие малой плотности воздуха понижается и «маневренность» самолета, – он плохо слушает рулей. Простой вираж с креном в 15 – 20 градусов делается в радиусе в 5 – 10 раз больше, чем у земли.

Все это предвидел великий транспортник Циолковский и предсказал неизбежность, когда техника «выжмет» из самолета все, – перехода к стратопланам, с комбинированными двигателями – винтовой тягой и реактивным «толкачом», а затем и только с одними реактивными двигателями. Летательные аппараты, снабженные реактивными двигателями, не знают предела высоты и скорости.

Циолковский сделал многочисленные теоретические расчеты, наметил ясный путь, дал проекты. Изобрести нужные взрывчатые вещества, сконструировать безопасный, надежный ракетный двигатель – задача наших советских техников! И разрешить ее надо, не ожидая, пока современный винтомоторный самолет дойдет до предела своих технических возможностей. Грозная действительность наших дней заставляет взглянуть по-иному на проекты «мечтателя» Циолковского.