Сказка для Алисы

Глава 7. Одержимая

Сопровождавшая Викиру женщина-офицер отперла дверь, и, заглянув в комнату, приветливо крикнула кому-то:

– Эй, одержимая! К тебе гости!

Отступив на шаг, она кивком приказала Викире войти.

Переступив порог, девушка оказалась в небольшой комнате с одним окном, на котором виднелись датчики сигнализации. Под окном стоял стол, а по бокам у стен – две кровати.

За спиной Викиры щелкнул электронный замок.

Сидящая на одной из кроватей стройная светловолосая девушка поднялась навстречу вошедшей. Лицо у неё было открытым, а во взгляде читалось любопытство.

– Викира, – представилась новенькая. – можно Вики.

– Риди. Лина Риди, – ответила девушка и протянула руку.

С некоторой опаской Викира протянула свою… Но на этот раз, как она и ожидала, всё было в порядке – очевидно, что девушка не желала ей ничего плохого.

На вид девушки были ровесницами – лет по семнадцать-восемнадцать. Они были совсем не похожи, но каждая по-своему красива. Лина – высокая и спортивная, а Викира – тонкая и грациозная.

– Ты из новеньких? – спросила Лина.

Викира кивнула.

– И сразу сюда? – Лина усмехнулась. – За что тебя?

– За драку…

– За драку?!

Лина с удивлением оглядела свою новую знакомую. Хрупкая внешность девушки никак не вязалась со словом «драка».

– А тебя? – в свою очередь спросила Викира.

– За нарушение режима и порядка… – немного запнувшись, ответила Лина.

Она уселась на кровать, и новенькая последовала её примеру.

За последний год Викира побывала не в одной подобной комнате, и успела попривыкнуть к таким условиям. Слегка попрыгав на матрасе, она кивнула сама себе, отмечая, что кровать удобная.

Не успели девушки перекинуться парой фраз, как та же женщина-офицер принесла им обед.

Взглянув на Викиру, женщина произнесла:

– До сих пор не верится, что это ты их… Надо же – такая тоненькая…

– Кого «их»? – обратилась к женщине Лина.

– Дариса, Толлвара и ещё четверых, – развела руки офицер. – Два сотрясения и три перелома…

– Да ладно?! – воскликнула Лина с нескрываемым изумлением. И, обращаясь к Викире, добавила: – Серьёзно? Одна?!

Викира потупила взор.

– Да чего ты?! Тут гордиться нужно! – продолжила Лина. – Занималась чем-то?

Викира молчала, устремив взор в пол.

– Ладно, ешьте! – обратилась к ним женщина-офицер.

Сообразив, что интересного рассказа не предвидится, она удалилась.

– Чего ты переживаешь? – Лина придвинулась ближе. – Вся эта компашка – гады те ещё! А если про здоровье – главное, что шею никому не свернула. Не успеешь оглянуться, как оклемаются. Лучше расскажи, где ты так научилась?

– Я… я не знаю… – растерянно ответила Викира.

– Как – не знаешь? – ещё больше удивилась Лина. – Но ведь тебя где-то готовили?

– Готовили, конечно… – спохватилась Викира. – Просто теперь это происходит само-собой…

– Рефлекторно? Ничего себе!

– Ну да, наверное…

Викире настоятельно рекомендовали не распространяться о том, что было в её личном деле. Поэтому она решила сменить тему.

– А почему офицер назвала тебя «одержимой»? – обратилась она к Лине.

– Да так, рисовала кое-что, а они неправильно поняли… – с улыбкой ответила та.

– И тебя за это в изолятор?

– Не совсем, – Лина снова улыбнулась, – Я хотела забрать из хранилища одну из своих вещей – она мне сейчас очень нужна. Но туда ещё попробуй проберись…

– А-а-а, – протянула Викира.

– Ты не здешняя, не из Лорса? – спросила Лина.

– Не знаю, но, наверное, нет – я потеряла память. – соврала Викира.

– Ого! Может, поэтому у тебя теперь эти рефлексы?

– Вполне возможно, – поспешно согласилась девушка. И в свою очередь спросила, чтобы снова сменить тему: – А ты местная?

– Я? Ну да…

Ещё неделю назад Лина могла поклясться, что так оно и есть. Она помнила себя с самого детства, которое якобы прошло в приемнике-распределителе в далекой провинции. Помнила свою жизнь, знакомых, желание поступить в Корпус…

И вдруг она словно очнулась ото сна… Вернее, как это ни парадоксально, приснившийся ей сон вернул её в реальность…

Ей приснился покрытый бурым мехом маленький четырехрукий человечек, которого накрыло взрывом. И на следующее утро она вдруг проснулась совсем другой…

Что странно, это не вызвало у неё ни малейшего удивления – словно так оно и должно было быть. Она помнила, кто она и зачем здесь, почему так произошло, и что она должна теперь делать…

То, что мелькало в сознании как странный детский сон, оказалось её настоящим прошлым – планета под названием Земля, она сама – обычная школьница Алина Кузнецова, её «бабушка» Анна Николаевна… Потерянное кольцо… Длинное послание и странный новый знакомый, которого теперь она называла Эдом… «Почему же ты не отвечаешь?!» – вновь подумала Лина, уже в который раз за эти дни…

Девушки сидели на кроватях, каждая – погруженная в свои мысли…

– Расскажи мне про Корпус, – наконец обратилась к Лине Викира, чтобы нарушить затянувшееся молчание.

Остаток дня, половину ночи и весь следующий день они почти без умолку болтали. В их характерах, во взглядах на жизнь, в оценке многих событий обнаружилось много общего.

Настоящая дружба, как правило, возникает спонтанно и не поддается объяснению. И пусть пока об этом рано было говорить, но девушки, определенно, прониклись симпатией друг к другу.

***

У Первого комиссара получилось уладить вопрос с драками, пусть и не совсем так, как он хотел. Все получили амнистию, и никого не отчислили, несмотря на истерику советников Канцелярии.

Поговаривали, что Филису Бранту это удалось, так как в Парламенте неожиданно обнаружился его старый армейский друг… Поэтому комиссия, которая должна была устроить разнос Первому комиссару, как говориться в таких случаях, «переобулась в воздухе».

Как только девушек выпустили, Викиру тут же отвели в кабинет Бранта. Разговор продолжался долго, около трех часов.

После того, как Викира покинула кабинет, туда вызвали Лину.

Курсант Риди была для Бранта приятным исключением. В её деле, в свое время, тоже стоял «красный штамп», но девушка оказалась на редкость толковой, и была одним из лучших курсантов на потоке.

Узнав от Викиры, что девушки успели подружиться, Брант вызвал Лину, чтобы попросить её приглядывать за новой подругой и помочь ей адаптироваться в Корпусе.

«У девочки непростая судьба. Она потеряла родных, потеряла память… И я хочу, чтобы ты была рядом, помогала ей советом, где и как себя вести…» – говорил он Лине.

По приказу Бранта, к вящей радости девушек, Викире выделили место в казарме рядом с подругой. Это несколько расходилось с правилами, но те, чьи дела поступали в чёрных папках, были на особом положении.

– Мне показалось, что Первый комиссар Брант – хороший человек, – обратилась Викира к Лине за обедом, когда они остались одни за столом.

– Это да – мужик неплохой! – ответила подруга. – К тому же, он обещал помочь мне с моими вещами, пусть и с оговоркой… Жаль, что раньше я не смогла к нему пробиться…

Казалось, что Корпус вот-вот заживёт своей прежней жизнью. Но были те, в чьи планы это явно не входило…

На вторую ночь, как всех выпустили из изоляторов, Лина проснулась от того, что кто-то пытался придавить её к постели, зажав ей рот ладонью.

Вцепившись зубами в эту ладонь, она вывернулась, воспользовавшись тем, что нападавший отдёрнул руку, но тут же получила удар в челюсть.

Скатившись с кровати, она боковым зрением увидела, как к постели Викиры приближаются несколько человек.

– Вики! Вики! – закричала она.

Вдруг Лина увидела, как первый из тех, кто подошёл к кровати подруги, отлетел к стене. Лина могла поклясться, что Вики при этом продолжала мирно спать.

И тут Викира как-то странно, словно сомнамбула, поднялась на постели, будто её тело тащили вверх на веревке. С закрытыми глазами она вялым движением руки умудрилась перехватить летящий в неё кулак, и лёгким поворотом кисти вывернула нападавшему руку. И только тут её глаза открылись. Она окинула происходящее недоуменным взглядом…

Лина вскочила и бросилась на помощь подруге. Ударив одного ногой в живот, она перескочила через его скрючившуюся фигуру и врезала другому сзади по шее…

Словно в замедленной съемке, она увидела летящую в неё ногу. От удивления, насколько медленно она приближался, Лина не успела ни увернуться, ни заблокировать. Удар пришёлся чуть выше солнечного сплетения, и девушка отлетела к стене, ударившись о тумбочку.

Один из напавших на Викиру, подброшенный в воздух, пролетел через две кровати. Второй рухнул от удара в челюсть. Третий получил ногой в лицо…

И вдруг Лина будто увидела за спиной подруги странную тень, которая, словно серый осьминог, простёрла во все стороны туманные извивающиеся щупальца… Но уже в следующий миг видение исчезло…

Вскочив на ноги и собираясь броситься в гущу событий, Лина тут же получила сильный удар по голове чем-то тяжёлым… В глазах её потемнело, и она потеряла сознание…

Глава 8. Подруги

– … к себе, хватит … Как … я … пошлю кого…

– Если … остаться ещё … из-за меня …

В голову Лины, как сквозь туман, проникали обрывки фраз – сознание возвращалось медленно.

Сделав последнее усилие, она словно вынырнула из мутной реки, которая кружила её в тошнотворном водовороте…

– Ну вот!.. Вот и очнулась! Я же говорила: не волнуйся! Она тут не в первый раз. Заживает всё, как на бáрлаке… – услышала она голос медсестры.

– Лина! – раздался голос с едва уловимым приятным акцентом…

Размытый силуэт приблизился, обретая знакомые очертания.

– Вики… – Лина еле разлепила губы.

Она попыталась было встать, но её бережно придержали за плечи.

– Как ты? Как чувствуешь? – в голосе её новой подруги слышалось волнение.

Лина и вправду решила понять, как себя чувствует. Она слегка пошевелила руками и ногами, тихонько повертела шеей.

Голова… Последнее, что она помнила – сильный удар по затылку. Но, что странно, голова почти не болела…

– Да вроде норм… – ответила она, облизнув губы.

Спрашивать, где она, не имело смысла, это было очевидно – в лазарете. Впрочем, и исход побоища, судя по присутствию Вики, был ясен.

– Ты их размотала… – Лина улыбнулась, и вновь попыталась сесть. Но её опять прижали к постели…

Звон в ушах дал понять, что не всё так радужно, и головная боль, возможно, лишь притаилась «за ближайшим поворотом»…

– Лежи смирно! – одёрнула Лину медсестра. – Тебе пока рано – больше суток в отключке…

– У тебя сильное сотрясение, – добавила Вики.

– Скажи спасибо, что тебе этой трубой черепушку не проломили… – продолжила медсестра. – Так что пока и не думай!

Повернувшись к Вики, она спросила:

– Побудешь ещё?

– Конечно, – ответила та.

– Тогда пойду, а то тут теперь народу… Благодаря тебе, кстати… – медсестра криво усмехнулась. – Хорошо, что за тебя комиссар вступился, а то бы в изоляторе сейчас торчала…

Вики опустила глаза.

Хмыкнув, медсестра ушла, прикрыв за собой дверь небольшой одноместной палаты. Вики, аккуратно придерживая подругу за плечи, поправила ей подушки.

Лина очень хотела во всех подробностях узнать, чем завершилась драка, но Вики не горела особым желанием говорить на эту тему, ограничившись парой общих фраз.

Да и долго болтать у них не получилось – Лина вдруг почувствовала слабость и легкое головокружение. Было решено, что ей необходимо отдохнуть и прийти в себя. Да и Викире, которая всю ночь просидела у кровати подруги, не помешало немного вздремнуть.

К вечеру Лина чувствовала себя значительно лучше. Зайдя в палату, Вики застала подругу сидящей за столом – та с аппетитом налегала на ужин.

– У меня отличные новости! – начала с порога Вики. – Первый комиссар добился своего…

Девушки опасались, что теперь, когда почти весь «цвет» Корпуса, во главе с самим Кордом Витином, который на этот раз не сумел остаться в стороне, оказался на больничных койках, у Филиса Бранта могут быть серьёзные неприятности. Но всё вышло как раз наоборот – Первого комиссара, наконец, услышали…

Конечно, девушки не могли знать, что не объявись у Бранта друг в Парламенте, не сносить бы тому головы. А так Витину-старшему тонко намекнули, что проделки сына могут сказаться на продвижении по карьерной лестнице…

Младшего Витина, который отделался ушибом плеча, в срочном порядке перевели в престижный университет, где готовили дипломатов.

Со Старшим советником Парвином Метто провели разъяснительную работу. Среди «красных штампов» организовали массовую чистку, исключив из Корпуса всех, кто был напрямую причастен к беспорядкам. Так что все, кто сейчас находился в медпункте, по выздоровлении должны были покинуть Корпус. Остальным предстояла переаттестация.

Делу с массовыми побоями было запрещено давать ход. Запись с камер наблюдения, которая зафиксировала драку, была изъята Специальным отделом, а всех участников, независимо от чинов и регалий родителей, строго предупредили помалкивать об этом. Слишком уж необычными оказались обстоятельства инцидента.

Да и мало кому из пострадавших хотелось афишировать, что толпу крепких парней в считанные минуты раскидала хрупкая девчонка – позора не оберешься…

Новость об отчислении «беспредельщиков» порадовала девушек. Лина даже не преминула немного позлорадствовать, и ввернула несколько крепких словечек в их адрес.

Казалось, не одни девушки, а весь Корпус вздохнул с облегчением, не исключая Парвина Метто, который, в общем-то, тоже не знал, что дальше делать в сложившейся ситуации…

Закончив ужин, Лина перебралась на кровать, а Вики устроилась на стуле, облокотившись на стол и уперев руку в подбородок.

Пристально разглядывая подругу, которая устраивалась на кровати, продолжая что-то болтать, Вики вдруг спросила:

– Скажи, кто такой Эд?

Лина замерла с подушкой в руках.

– Эд? – переспросила она. – Понятия не имею…

– Да брось! – улыбнулась Вики. – Ты много раз называла это имя. Говорила, что они «уничтожат Землю»… Что это? Планета?

Лина уселась на кровати и вперила в подругу пронзительный взгляд.

– Когда я такое говорила?

– Ночью, бредила…

– Не помню… Может, сон приснился…

– А как же кольцо, которое ты прячешь? Оно ведь действительно у тебя на пальце…

Лина вся похолодела, и непроизвольно схватилась за палец – кольцо было на месте…

– К-как?..

– Ты хваталась за него, и когда я взяла тебя за руку, то поцарапалась немного… – пояснила Вики.

– Ты не снимала?! – с дрожью в голосе спросила Лина.

Даже с той, другой своей памятью, она чётко знала, что снять невидимое кольцо – означает смерть… Это было главной загадкой всей её жизни на Долноне, до недавнего времени…

– Нет… – растерянно ответила Вики. – Даже не думала…

– Уфф… – Лина облегченно выдохнула.

Только сейчас, когда подруга обмякла на постели, Вики заметила, до какой степени та была напряжена.

– А что? – спросила Вики.

– Да так… – ответила Лина. И тут же снова вскинулась: – Точно?! Честное слово, не трогала?!

– Трогала… Но не снимала… – ещё более растерянно ответила Вики. – С кольцами лучше не шутить, особенно с такими, которых не видно – мало ли…

С этими словами она сняла с безымянного пальца узкую эластичную повязку телесного цвета, и протянула руку подруге, растопырив пальцы.

Лина с удивлением уставилась на словно сросшееся с кожей тоненькое колечко, с красно-белым узором и непонятной надписью…

– Что это? Что это такое? – удивилась Лина.

– Сама не знаю… – пожала плечами Вики.

– И ты… Ты не можешь его снять?..

– И не могу, и не хочу. Если его снять – случиться беда…

–?

– Я не знаю, но… что-то ужасное…

Лина присвистнула и, откинувшись на подушку, на миг закрыла глаза.

– Тебе плохо?! – взволновалась Вики.

– Нет, – Лина помотала головой. – Секунду…

Наконец, она спросила:

– И что ещё я говорила?

– Да ничего особенного… Ты называла Эда, говорила, что не сможешь без него добраться… Говорила про Землю… – Вики с интересом разглядывала подругу, будто изучая реакцию на свои слова. – Кто он, этот Эд? Твой парень?

Лина засмеялась:

– Нет, конечно! Просто знакомый…

– И? Он может помочь добраться до другой планеты?

На этот раз Лина ещё пристальнее посмотрела на подругу.

Поймав её взгляд, Вики сказала:

– Давай так: я расскажу тебе одну историю, а ты, если посчитаешь нужным, расскажешь свою… Я понимаю, что мы недолго друг друга знаем, но я, почему-то, полностью доверяю тебе… И – кто знает…

Фразу она не закончила, но Лина вдруг поняла, что Вики надеется на какую-то помощь.

Устроившись поудобнее, Лина кивнула.

Вики, в общих чертах, рассказала ей об Айсиде – своей родной планете. О том, что была принцессой города-государства, который называлась Тар-Каприн. О ранней потере родителей – отца она почти не помнила, а мама умерла незадолго до того, как Империя Нобарра развязала против Тар-Каприна войну. О гибели своих близких, в том числе дяди и тёти, которые стали её опекунами… Об ударе по голове… О рыжем незнакомце, на руках которого она на миг пришла в себя…

А затем – о своем появлении на планете Долнон, в Империи Лорс… О странном кольце на пальце, и непонятно откуда взявшемся клейме на шее – она откинула волосы и показала его Лине.

– Меня, как принцессу, учили кое-чему, – говорила Вики. – В основном, стрельбе из лука и фехтованию на карнах – это такие тонкие легкие мечи… Но никогда раньше я не умела так драться… Я совершенно не представляю, как это получается… Словно что-то движет мной. Мои руки даже не чувствуют ударов…

Помолчав немного, она добавила:

– Я просто хочу к себе, к своему народу… Я единственная наследница, и я в ответе за них. И я нужна им, чтобы ни случилось. Мы или освободимся, или погибнем… Вместе… – закончила она свой рассказ.

Рассказ этот произвел на Лину большое впечатление. Ещё несколько минут назад она считала, что одна такая «особенная», но оказалось, что у кого-то история, в общем-то, ещё более загадочная, а главное – более трагичная…

«Недаром я сразу почувствовала в ней родственную душу», – подумала Лина, а вслух сказала:

– Хорошо, теперь моя очередь…

Лина решила, что не стоит сильно погружаться в подробности, которые, вероятно, и не были особо интересны подруге. Поэтому «бабушка» в её рассказе превратилась просто в «космическую искательницу приключений», а Эд – в её давнего друга… Её же собственная роль сводилась к странным снам, которые она должна была рассказывать Эду, чтобы он мог спасти тех, кому угрожала опасность…

Несколько раз Лина сбивалась, и Вики поняла, что она что-то не договаривает. Уловив еле заметный упрек во взгляде подруги, Лина вздохнула и добавила:

– Я просто не хотела тебя «грузить»… А теперь прибавь к тому, что я говорила, что та искательница приключений, которая как бы моя бабушка – я сама, только из будущего… Вот, впрочем, и всё… Она так толком и не успела ничего мне рассказать – на её след напали, и я… Я до сих пор точно не знаю, что с ней…

Лина упорно не хотела произносить слово «погибла». Также она решила не рассказывать про «Орден» – это, по её мнению, к делу не относилось и было лишним…

На этот раз лицо Вики вытянулось от удивления. В то же время чувствовалось, что она осталась удовлетворена откровенностью подруги.

– Как – ты сама? – прошептала она.

– Да вот так! Была сама себе бабушкой… Сама себя возила отдыхать, сама себе сказки рассказывала на ночь… Вот, правда, ругала редко, – Лина тихо, искренне засмеялась. – Да не смотри ты так! У тебя история – ещё похлеще моей!

– Ну, я бы не сказала…

– Кстати! – вдруг спохватилась Лина, – Той ночью, когда была драка, я на миг увидела словно тень за твоей спиной, со множеством щупалец…

Вики вытаращила и так огромные глаза, и, скривив рот, передёрнула плечами.

– А впрочем, – поспешила успокоить её Лина, – может, мне это и показалось. Наверное, меня уже по голове шандарахнули. Ещё не то покажется!

Со смехом она хлопнула Вики по плечу, но чувствовалось, что ту это не сильно успокоило.

Желая поддержать подругу, сказав ей что-нибудь хорошее и обнадеживающее, Лина произнесла:

– Кстати, ты права. Эд, возможно, сумеет тебе помочь… Уж если не он, то даже не знаю… – При этих словах Вики и вправду встрепенулась, а Лина добавила: – Надо дойти до Первого комиссара – он обещал запросить из архива мои вещи. Жаль, что теперь уже поздно – того четырехрукого человечка из сна уже не спасти.

Увидев очередной вопрос в глазах Вики, Лина рассказала ей и свой сон, добавив, что через три дня, как и говорила «бабушка», она почувствовала, что тот, кого они с Эдом должны были спасти, уже мёртв. А на следующую ночь сон, что она видела, повторился, будто в подтверждение этого…

– Но мне нужно во что бы то ни стало связаться с Эдом, – пояснила Лина серьёзно. – Иначе всему конец… Следующий сон может присниться когда угодно… Да и с первым – зелёноватым дикарем, мы так и не разобрались – у Эда возникли какие-то неотложные дела… Завтра с утра пойду к Бранту! У него, как я поняла – тяга ко всему мистическому. А меня же недаром «одержимой» называли! Сколько меня про те рисунки расспрашивали… Особенно, когда ночью в саду застукали, в центре круга, который я палкой на земле начертила… Поэтому я вилять не стала. Так и сказала ему, когда из изолятора вышла: «Амулет – для ритуала. А не верите – сами убедитесь»… С его поддержкой намного проще будет. Мужик он и вправду неплохой, и не болтливый вроде. Эд пусть сам потом разбирается, сам виноват! Если появится, конечно…

Как Лина и говорила, на утро она нашла дежурного офицера и попросила напомнить о себе Первому комиссару.

Страсти в Корпусе улеглись, и Брант уже второй день просто светился от счастья, поэтому офицер, которому Лина сказала, что дело у неё срочное, и такова была договоренность, рискнул побеспокоить Первого комиссара по столь незначительному поводу.

К удивлению офицера, Брант тут же приказал привести к нему курсанта Риди, и уже через пять минут Лина была в его кабинете.

– Как самочувствие? – осведомился у неё Брант.

– В порядке, сэр! – отчеканила Лина.

– Это ваши вещи? – комиссар протянул ей мешок, на котором значилась её фамилия.

Лина запустила внутрь руку и, порывшись немного, вынула медальон – позеленевшую монету на тонком кожаном шнурке.

– Да, мои.

– Обещание своё помните?

– Конечно, вот только…

– Что «только», – Брант вскинул бровь.

– Придётся разрисовать пол у вас в кабинете…

– Ну, это не страшно, – во взгляде Бранта сквозила ирония. – Наслышан о вашем упорстве, и мне интересно, что за этим кроется. Приступайте!

Ещё порывшись в мешке, Лина вынула коробку жёлтого мела. Высунув кончик языка, она принялась чертить на полу круг, очень стараясь, чтобы он получился ровным. Затем она начертала четыре мудреных символа… Потом стёрла один, и перерисовала заново…

Брант с улыбкой наблюдал эту картину.

Закончив свои «художества», Лина произнесла:

– Но сразу предупреждаю: я не знаю, как и когда этот дух появится…

– Ничего, посмотрим!.. – Брант старался сохранять серьёзный вид.

Он симпатизировал курсанту Риди, которая не раз отличалась и в учебе, и на соревнованиях. И ему вправду было интересно, что происходит с девушкой в последнее время, и к чему весь этот балаган. Хотя… Несмотря на внешнюю суровость, Брант был натурой впечатлительной, поэтому, в глубине души, допускал всякое…