Демон с соседней улицы

Глава 4

В шкуре ангела…

Несколько дней спустя мы с моим крылатым приятелем сидели в небольшом уютном кафе «Шарлау». Считалось, что после войны одна тысяча восемьсот двенадцатого года на территории Российской империи осталось несколько тысяч пленных или дезертировавших солдат великой французской армии. Пилить домой, в разорённую Европу, никто особо не стремился. Ради пропитания бывшие вояки нанимались учителями, кондитерами, портными, виноделами, ну то есть кто что умел по жизни.

Вроде как один из таких бывших наполеоновцев и основал в нашем городке маленькую французскую кондитерскую. Лично я этого не помню, так что вполне может оказаться и мифом, но Альберт уверяет, что хорошо знал первого хозяина заведения.

– Капучино, как всегда, – заказал он. – И двести французского коньяка моему другу.

Официанты обоих полов млеют от Альберта. Мало того что он голубоглазый блондин с атлетической фигурой и безукоризненными манерами, он ещё и ангел. А им можно всё.

– Коньяк дагестанский, – лизнув длинным языком янтарную жидкость, объявил я. – Но нет, менять не надо, скандалить тоже не будем. В конце концов, ты угощаешь.

– Аминь, – улыбнулся он.

– Не тупи!

– Э-э-э…

– Дружище, ты вызываешь меня в мой законный выходной, практически отрываешь от дома и семьи, ведёшь в тихое кафе, заказываешь сразу двести грамм, и я наивно верю, что тебе от меня ничего не надо. Угу. Нашёл дурака за четыре сольдо.

– Абифасдон, понимаешь…

– Кстати, коньяк уже закончился.

Он безропотно затребовал целую бутылку, ещё раз светло и виновато улыбнулся, а потом в лоб попросил:

– Подмени меня.

Я поперхнулся, огненная жидкость пошла не в то горло.

– И… щё р-з, поффтори-и?

– Я прошу тебя подменить меня на работе. Всего один день! Да и то неполный, так, часа на три-четыре.

По-моему, это был не коньяк, а подкрашенный фруктовый чай. Ну не бывает же так, чтобы демон (в человеческом обличье) не задумываясь выглохтал всю бутылку из горла, и ничего! По крайней мере, на моей памяти такого не было.

– У нас с Анастасией годовщина, круглая дата, тысяча пятьсот лет в браке, – пустился торопливо объяснять мой друг, и под его умоляющим взглядом для меня принесли ещё одну бутылку. – Я хотел бы пригласить её куда-нибудь посидеть вдвоём, романтический ужин, хорошая муз…

– Обед, – на автомате поправил я.

– Прости, что?

– Никакого ужина, сейчас одиннадцать утра. Ты просишь демона исполнять работу ангела два-три-четыре часа. Так что никакого ужина!

– А-а, вот ты о чём. Да. Конечно. Романтический обед, хорошая музыка, разговоры о любви, глаза в глаза, быть может, даже немного шампанского.

– Я даже подскажу тебе приличную забегаловку.

– Что?

– Ничего, и так сболтнул лишнего.

– Так ты согласен? – Он поймал меня за руку и крепко, до хруста, сжал ладонь. – Ты настоящий друг, Абифасдон. Обещаю, если у нас вновь объявят облаву на демонов, тебя я убью последним!

– Да, – кисло согласился я, – наша мужская любовь чиста и взаимна. Хрен с тобой, белобрысый, чего надо делать?

– Сущие пустяки…

Мне одному кажется, что вот именно с этих слов и начинаются все неприятности?

Я преспокойно налил себе ещё двести и, уже практически ничего не соображая, приготовился выслушать свои обязанности на сегодня. Если совсем уж по совести, без лишнего трагизма, он прав, беспокоиться не о чем.

Я единственный пристав Ада на весь город и область! Если кто и доставляет проблемы моему другу, то это я. Если кого-то он и должен останавливать железной рукой, то это меня. Ну так неужели я не справлюсь сам с собой? Это не смешно, верно?

Более того, это глупо и нелепо даже чисто гипотетически! Я самый сильный демон на этом участке! Тут моя территория! Тут все моё! Гр-р-р!

– Ты нервничаешь?

– Нет, – быстро соврал я. – А что, так заметно?

– У тебя ухо дёргается и руки дрожат. – Альберт проникновенно похлопал меня по плечу. – Главное, не переживай, я всегда буду на связи, если что, сразу звони!

– Угу…

– Да, вот ещё, возьми.

Я поднял на него изумлённые глаза. Этот искуситель протягивал мне золотой перстень с печаткой – готический крест с двумя крыльями.

– Это знак нашего дивизиона, ангелов быстрого реагирования. Если вдруг наедут наши, сунь им под нос, отстанут.

Не-э, ну раз уж мне гарантируется безопасность и поддержка ещё и с этой стороны, то далее корчить из себя неприступную гувернантку уже неудобно. Да и три-четыре часа, в сущности, такая мелочь для вечности. Что может случиться?

– Я буду перебрасывать тебе свои вызовы на сотовый. – Попросив счёт, Альберт оплатил мой коньяк и оставил щедрые чаевые. – Ты даже не представляешь, как я благодарен тебе, дружище!

Действительно, я давно не видел его таким счастливым. Интересно, как же должна быть строга и регламентирована жизнь ангелов, если он готов на всё, лишь бы удрать со службы хоть один раз на несколько часов за века! Подумав, я вылил в пустой бокал остатки коньяка и набрал Азриэллу.

– Дорогой, любимый, единственный папулечка! Мы хотим тебя! Всего, сейчас и сразу! Приезжай срочно, я у тебя опять овуляшка! И мы с киской хотим мур-мур-мур!

Мысленно скрипнув зубами (или реально? как-то все притихли вдруг), я вспомнил, что ещё три дня назад моя жена записалась на какой-то бабский (не побоюсь этого слова!) сайт и там все тётки, девушки, женщины выражаются вот таким вот дебильным образом.

– Азриэлла, я как раз звоню предупредить, что очень занят. Вернусь вечером, не факт, что целый. Так что увы…

– У-у, ты скучный. Мои новые подружки, девули, овуляшки и кесарюшки пишут, что папуси часто теряют интерес к любимой ждюли-похудюли из-за рождения масика. А масик любит кушать сисю! Сейчас наелся и спит.

– Пусть набирается сил, – сентиментально вздохнул я. – Приеду вечером, сломаю тебе что-нибудь.

– Ты читаешь мои тайные желания, мой папик-лапик! Мечтаю о твоей сладкой палочке-выручалочке! Моя киска-риска-мурыска уже вся чавк-чавк…

Я покраснел, как мальчишка, и повесил трубку, всерьёз опасаясь, что прямо сейчас всё брошу, поеду сломать ей какую-нибудь конечность, не дожидаясь вечера. Кто придумывает эти сайты, кто на них ходит, зачем и, самое главное, хоть кто-то из мужчин выдерживает таких жён в реальной жизни? Ау?!!

Они ведь где-то есть, они с матом и слезами пытаются за уши вытащить своих половинок из компьютера, как-то спасти их от этого страшного «мамкиного» бреда. А может быть, все ещё хуже, эти печальные парни давно опустили руки и просто скрываются от нормальных мужиков.

Желание спешить домой резко отпало, в конце концов, здесь тихо, уютно, мухи не жужжат, комары не кусают и никто не пристаёт с глупостями. Эсэмэс, первые девять нот псалма «Велик Господь в гневе…» вернули меня к реальности. А она никогда не бывает радушной, по крайней мере, для нас, демонов.

«Улица Яблоневый Сад, 8, квартира 64, Мария Топоровская».

– И типа что? – сам себя спросил я. – Что мне, собственно, надо делать с этой тёзкой Богородицы, от чего спасать, от кого защищать, где подоткнуть одеяльце, куда налить горячего молочка?! Ох, Альберт…

Уже через семь или восемь минут я был на месте. Ангелы не представляются и не просят разрешения войти, им и так всё сходит с рук. Поэтому я оттолкнул бабку с двумя кошёлками, нырнул в подъезд, не зная кодового замка, и, пинком ноги вынеся дверь квартиры шестьдесят четыре (ничего не перепутал?), шагнул в прихожую, а там…

– Это я очень удачно зашёл, – вырвалось у меня, поскольку других, небанальных, слов на тот момент под рукой не оказалось. Штампы порой чаще слетают с языка.

Прямо из прихожей открывался отличный вид на гостиную, где на ковре, в кругу тупейше начертанной пентаграммы, сонно дыша, лежала молодая девушка в кружевной ночнушке. Рядом замерли четверо столь же легко одетых девиц, а входная дверь, отлетевшая вглубь прихожей, с головой накрыла собой одного из наших демонов-дефлораторов. Вот их тут было семеро.

Читали когда-нибудь в Интернете объявление типа: «Сделаю вам здорового ребёнка, анализы, документы и справки прилагаю, работаю только с девственницами»? Так вот, это они, бесы. Не самые плохие ребята, есть куда хуже (я, например), но в данном случае оно срабатывало в плюс, достаточно было всего лишь повысить голос:

– Ах вы, шелупонь беспонтовая, хорьки-суслики драные, жмурьё филистерское бракованное! Это что же вы без лицензии творите на моём участке, а?

Кто-то из бесов решил умереть героем, бросив мне в лицо:

– Да кто он такой, братцы? Ежели мы все вместе на него навалимся, то…

Я ладонью вбил его в пол через ламинат и железобетон. Ещё двое дефлораторов отшатнулись от начинающей приходить в себя девицы.

– Прекрасно. Предлагаю считать себя сытыми и довольными, аутотренинг такой. А теперь вам указать направление, куда вы должны пойти и где я желаю вас видеть?

– Сваливаем, парни, – безропотно объявил самый умный.

– Ибо! Если ещё раз увижу хоть кого…

– И чё? – едва не умирая от собственной храбрости, пискнул ещё один.

– Фантазируйте-э…

Бесы переглянулись, заценили, с кем связались, и по-быстрому смотали удочки. С четвёркой подружек пришлось повозиться, они никак не желали понять, что, обратившись «к силам Тьмы светлым именем Маргариты», вряд ли можно хоть что-то получить в этой жизни. Ну, разумеется, кроме повышенного самомнения и букета венерических заболеваний.

– Имя моё Абифасдон! Я не ангел! Но! Поверьте, девочки, я гораздо хуже.

– Насколько? – пискнул кто-то.

– Вы себе даже не представляете…

Мне пришлось предстать перед ними во всей своей демонической красе! Из четырёх искательниц острых эзотерических ощущений три резко захотели в монастырь, четвёртая в психбольницу. Они выбежали из дома на четвереньках, в религиозном экстазе, воя, словно ополоумевшие баньши, за которыми, хохоча, гонится переевший грибов Слейпнир. Уж поверьте, я знаю, о чём говорю.

Гражданка Российской Федерации Мария Топоровская будет жива-здорова, о чём я не преминул эсэмэснуть своему дорогому приятелю Альберту. Ответа, кстати, не последовало, но «сообщение доставлено» подтвердило, что он должен быть в курсе. Я вернулся в человеческий образ, деликатно перенёс девушку на диван, сунул ей под нос свою проверенную флягу и остался дожидаться результата.

Поясню: если кто поверил, что сбежавшие бесы простили меня и никуда жаловаться не будут, то вы невероятно наивны. Ждать пришлось недолго.

– Жертва-а!

Прямо из-под ковра неспешно выполз Гратон, здоровущий демон экстра-класса, нечто среднее между рогатой крысой и мускулистым шакалом с белой гривой, соседний отдел, службы доставки.

– Братик, шабат шалом!

– Воистину, шалом! Что надо на моём участке?

– Не пузырись, я всего лишь курьер. Девица проплачена, к тебе претензий нет, я просто по-быстрому перенесу её на другую кроватку. Не возражаешь?

– Возражаю. – Я принял свой истинный облик.

– Что ж, так даже интереснее, – не стал спорить он, наклоняя бычьи рога. – Мы оба всего лишь выполняем свою работу, верно?

Я ушёл с линии прямого удара, развернувшись на пятке, и ребром ладони отломил ему правый рог! Вот вою было-о…

Пришлось напомнить, что здесь вообще-то человек спит! Гратон прикрыл зубастую пасть ладонями и послушно перестал орать. Я благородно вернул ему отобранный рог, предупредив, что в следующий раз вырву ногу. Чуть поскуливающий, но живой курьер исчез под тем же ковром, сквозь зубы обещая прислать кого-то посильнее. Но я всё слышу!

– Что же в тебе такого, Маша Топоровская, раз за тобой уже присылают курьеров частной доставки из Пекла? На маму нового мессии вроде не похожа. Да и не планировалось ещё одно Пришествие. Чего же тогда им от тебя надо?

Пол явственно задрожал под ногами. Начинается. Я быстро набрал номер Альберта – «Телефон вызываемого абонента находится вне зоны доступа». Чудесно! Просто мечта, согласитесь! И девица, под носом которой лежит фляжка спирта пополам с нашатырем, даже не реагирует, нежно сопя сном праведницы…

Меж тем затряслись стены и потолок, а потом прямо из разреженного воздуха появился Цейнотус, старый демон среднего уровня. Мы не были знакомы лично, но я знал его, именно этой тупой, жабообразной туше с ядовитыми щупальцами мой шеф регулярно платит за «крышу» и отсутствие наездов налоговой. То есть вы поняли, кто он, а кто я? Уровни силы несопоставимы, как между щенком добермана и нильским крокодилом.

– Где девка? – рыкнул он, едва взглянув на меня.

– Прошу прощения, не хотел бы вам мешать, даже отчасти рад видеть, но, понимаете ли, меня попросили, и вот…

– Заткнись, я заберу заказ.

Ну, естественно, будет он слушать такую мелкую сошку, как я. Пылающий оранжевый взор вперился в безмятежно (вот как ей это удаётся?!!) спящую девушку, и покрытые гнойными язвами щупальца потянулись к её лицу. Я мысленно приготовился к испепелению, а потом тихо толкнул плечом шкаф. Сто пятьдесят килограммов прессованной древесины «Полесье» рухнули на два щупальца за спиною Цейнотуса. Вопль был такой, что все лампочки в доме полопались!

– Я же говорил, её нельзя трогать. Она под охраной ангелов.

Это были мои последние слова. Страшные щупальца сжали моё горло, приподняв над полом, а бешеные глаза старого демона запылали так, что у меня на щеках начала потрескивать кожа.

– Как ты посмел?!! – очень тихо, но оттого ещё более жутко спросил он.

Даже если бы я очень-очень-очень хотел ответить, то не смог бы, воздух просто перестал проходить в лёгкие.

– Как ты посмел остановить меня, жалкая канцелярская крыса?!

Вот уж неправда. Мне по службе и дня не приходилось сидеть в офисе. Я даже не знаю, есть ли он у нас. То есть кабинет шефа есть, разделочный стол, секретарша в бикини, бассейн с кислотой и мини-коптилкой, это да, но вот офис как таковой…

– Мне стоило бы убить тебя сразу, наглая шавка, но теперь я хочу, чтобы ты мучился долго.

В отчаянии я принял свой человеческий облик, успешно выскользнув из захвата, и (не стану скрывать!) резко бросился наутёк, но щупальца настигли меня в прихожей.

– Играть со мной вздумал, щенок?

Туго схваченный поперёк груди, я на автомате сунул руку в карман в поисках ножа или кастета, потому что вдруг безумно захотелось жить. Средний палец скользнул в какое-то отверстие, и внезапно такая дикая боль пронзила всё тело, что я заорал благим матом и, не помня себя, ударил кольцом ангелов прямо между огненных глаз Цейнотуса.

– Ты чего? Больно же, – неожиданно всплакнул он, а меня уже понесло не хуже Остапа Бендера, только в другую сторону. Он тряс меня как куклу, а я дрался, и золотое кольцо ангелов быстрого реагирования полыхало божьим гневом! Не знаю, сколько раз я успел ему врезать, прежде чем сам едва не отрубился от боли.

«За тэбя калым аддам, душу дьявалу прадам, и как будта би с нэбэс минэ к тибэ толкаит бэс…» – пропел мой сотовый. Эсэмэска от Альберта, как-то смеха ради я поставил на его номер ещё и этот глупый рингтон, чтобы не уставать от однообразия. Перевернувшись со спины на бок, я попытался осмотреться по сторонам.

Цейнотуса уже не было, охраняемая мною Маша Топоровская спала безмятежным сном в обнимку с моей же флягой. Наверняка её чем-то накачали. Не флягу! Ну вы поняли…

С воплем стянув золотое кольцо, я снова вернул его в карман. Мой средний палец на правой руке был похож на пережаренную сосиску-гриль.

– Ты мне звонил. Всё в порядке? – зачем-то вслух прочёл я.

«Да всё просто охрененно! – тупо набрал я в ответ. – Не спеши, отведи душу, в конце концов, когда вы ещё так романтично посидите».

«Спасибо, Абифасдон! Мы задержимся на часок?»

«Не…» – то есть я хотел написать «нет», просто не успел, поскольку кто-то вышиб ногой окно в кухне, и через мгновение передо мной встали четверо культуристически накачанных блондинов с огненными мечами. Ангелы быстрого реагирования, чтоб их…

– Ребята, вы уверены, что не ошиблись адресом? – уныло спросил я, прекрасно понимая, что сейчас меня будут бить.

– Молчи, лукавый демон! – выступил вперёд самый высокий, видимо командир взвода. – Ты не тронешь несчастную!

– И не собирался. Между прочим, я её даже охраняю.

– Ага, ты признался, что стережёшь её. Для кого?

– Блин, ну сказал же, не стерегу, а именно охраняю. Меня Альберт попросил.

– Демон не может исполнять просьбы ангела, как ангел не станет унижать себя просьбами перед прислужником Тьмы!

– Пошли вы на хрен. – Последнее почему-то меня задело. – Вот обзываться не надо, а? Я говорю чистую правду. Альберт – и, судя по вашим напряжённым мордам, вы его знаете! – чисто по-дружески попросил меня присмотреть вот за этой гражданкой.

– Он лжёт! Вся их семья – дети лжи! – переглянулась упёртая четвёрка светоносцев.

– Да нате вам. – Кривясь от боли, я достал из кармана золотой перстень с крестом и крыльями. – Говорю же, меня…

– Он убил Альберта! – взревел главный, и, наверное, прямо тут стоило бы оборвать чрезмерно длинную историю моей жизни. Потому что по-любому я не справился бы ни с одним из этих крепких ребят, а их тут было сразу четверо.

Единственное, что я успел, так это вновь набрать своего друга, пока как сумасшедший бегал по стенам и потолку. Естественно, этот сукин сын с крыльями просто не брал трубку. Три пустых гудка, и меня сцапали. Почему не убили сразу, не знаю, возможно, хотели доставить куда-нибудь в штаб и после допроса торжественно расстрелять перед всем строем. С них станется…

– Ты за всё ответишь, грязный демон!

Да кто бы тут сомневался?! Хочу – не хочу, виновен – не виновен, кого и в какое время это волновало? Главное, чтобы всегда был найден крайний, а прочее – несущественные детали. У каждого своя справедливость, и тут брыкаться бессмысленно. Перед моим внутренним взором мгновенно пронеслась вся моя долгая жизнь. Последние кадры показали смеющееся личико малыша Захарии, которого я больше никогда не…

– Что тут происходит? – спросил величавый голос такой мощи и глубины, что схватившие меня ангелы невольно разжали руки. С потолка на нас взирали золотые глаза, зрачок примерно метр в диаметре. – Отвечай ты, демон.

– Как вы догадались? Я же в человеческом облике.

– Отвечай.

Голос не изменился ни на йоту, но почему-то лично мне сразу стало ясно, не отвечу – всё, кирдык! Пришлось лаконично и подробно рассказать всё, что заставило меня прийти сюда и выполнять просьбу друга, невзирая на все малоприятные последствия. Соратники Альберта сжимали кулаки, но не перебивали и ни во что не вмешивались.

– Дружба Света и Тьмы, – задумчиво пробормотал голос. – Ангел и демон. Что ж. Быть может, это начало новой безжалостной войны, а быть может…

На пару минут повисла тишина.

– Это, конечно, слишком мелко для Высших сил, но не лишено интереса. Живи, демон Абифасдон, тебя никто не тронет. Как и твоего друга, твою жену и твоё дитя. Я хочу посмотреть, что будет. В последнее время мир стал таким предсказуемым…

– А эта девица? – вдруг ляпнул я, хотя следовало бы прикусить язык. – Разве она не представляет собой что-то важное?

– Для кого, для меня? – величаво удивился голос. – Боюсь, что она была избрана лишь с одной целью – проверить странную дружбу ангела и демона.

Глаза на потолке исчезли. Ангелы смущённо переминались с ноги на ногу. Когда телефон в моём кармане зазвонил снова, я просто передал трубку главному из четвёрки. Они недолго говорили, и после этого блондины ушли, хотя я так и не дождался от них извинений. Но, быть может, мне просто стоило быть понастойчивее.

Альберт заявился примерно через полчаса, когда я уже худо-бедно навёл порядок в квартире. Ума не приложу, в какие игры у них играют на более высоких уровнях и зачем кому-то там устраивать вот такие проверки дружеских отношений между ничего не решающим демоном и постоянно подотчётным ангелом? Девушка начала просыпаться, и мы с Альбертом быстренько покинули помещение.

– Как посидели?

– Чудесно. Мы пили кофе на берегу реки, любовались закатом и вспоминали, как познакомились.

– Брр, какая-то бабская сентиментальность. Ты вроде собирался угостить жену вином?

– О да. Мы действительно пригубили по полбокала фанагорийского совиньона.

– Тупо по глотку сухого белого? Даже не красного креплёного. Ну хоть потом вы?..

– Чего?

– Ну, в смысле ты её?..

– Поцеловал.

– И? Ты поцеловал её, она тебя, и всё завертелось, да?!

– Да, немного кружилась голова.

– О дьявол и преисподняя! Я тут дрался, орал на всех, подменял тебя, влез в конфликт с «крышей» моего шефа, нарвался по самое не балуйся, а вы там даже ни разу не трах…

На этот раз Альберт понял, о чём я. Домой пришлось лететь практически кувырком с синим бланшем вполлица! Вот что за жизнь, скажите на милость?! Но когда проснувшийся, сытый и выкупанный Захария смотрел на меня нежным взглядом, пуская счастливые пузыри, я вдруг понял, что день в целом удался.

По крайней мере, хоть кто-то искренне рад видеть папу-демона.

– Уси-пуси, съем, съем! – шутливо рычал я, скаля клыки.

Малыш гукал и смеялся, Азриэлла, присев рядом, нежно прокусила мне ухо.

У нас семья. А вы говорите…

Глава 5

Вас ожидает гражданка Никанорова

– Дорогой, твой Альберт звонил уже четыре раза, и ещё два раза его жена. Может, ты всё-таки возьмёшь трубку?

– Облезет.

– Не то чтобы я против, – согласно кивнула моя жена, гладя по голове засыпающего Захарию. – Как любой нормальной демонессе, мне чуждо чувство благодарности. Но не забывай, что именно твои белобрысые друзья поставляют нам больше половины того, что требуется малышу. Следовательно?..

Я заткнул пасть, потому что нам и вправду требовалось немало.

Младенцы-демоны спят в пелёнках из крупной наждачной бумаги, пьют кислоту всех сортов, гадят где попало, орут как бешеные, всё время норовя выползти из колыбели, чтобы успеть сбежать, ибо взрослые демоны не особо церемонятся со своими детьми – кастрюля или гриль самый частый финал для молодого поколения.

Отчасти это разумно, количество демонов жёстко регламентировано волей Небес и Ада, перенаселение не выгодно никому. Людям в самой большей степени, хотя именно люди ничего в данном вопросе и не решают…

– Я возьму трубку, только если снова будет звонить Анастасия!

– Кто это?

– Как – кто, жена Альберта.

– О, ты уже знаешь, как зовут эту крашеную сучку, – ровно улыбнулась моя Азриэлла, и я почувствовал предательскую дрожь в коленях. – Имей в виду, любимый, я тебе все колокола оборву, в нос засуну, и ходи с гайморитом, как будто так и было!

– Не кричи, ребёнка разбудишь.

– Я и не думала кричать, я же шёпотом. Но ты меня понял, да?

Ещё бы. Психом конченым надо быть, чтобы не понять, сколь опасна ревность недавно родившей женщины. Тем паче ревность абсолютно беспочвенная, ибо где я, а где жена Альберта?! Гражданская война на два фронта мне в упор не пощекоталась. Тем более что в обоих случаях я буду гарантированно бит.

– Любимая, а не пора ли мне на работу?

– Конечно, счастье моё, но ты не ответил.

– Клянусь светом Люцифера – между нами ничего нет, не было и не будет!

– А?..

– А с Альбертом я помирюсь сегодня же вечером!

– Дай мне по зубам, милый, и иди на работу, – нежно проворковала Азриэлла, сменив гнев на милость. – Мы будем ждать тебя дома, не забудь витаминки и какого-нибудь вкусного грешника по дороге. Ты же знаешь мои вкусы.

Я послал ей воздушный поцелуй и швырнул чашкой в лоб, не рискуя приблизиться, после чего, пятясь задом, вышел из квартиры.

На самом деле мясо грешников она не ела с тех самых пор, как родила. Добрый доктор, если вы помните, предупредила, что это было бы вредно для молока. А поскольку жена кормила грудью, то я очень щепетильно относился к тому, что она ест.

Человечина (любая!) была для Азриэллы столь же запретна, как и тушёная свинина для правоверного иудея на Хануку. Ничего, от другой пищи малыш только рос и набирался сил. А мама возьмёт своё потом, когда полностью переведём Захарию на смеси и каши.

Честно говоря, я себе всё это весьма смутно представляю. Ну, в смысле что будет дальше – каши, прикорм, детское питание, подгузники, это всё ладно, справимся. А вот, допустим, где ему гулять в Пекле?

Представьте себе демонессу с колясочкой и пищащим крохой с погремушкой? Да на неё будет охотиться половина сотрудниц её же отдела! Про соседей вообще молчу, наша мама, которая моя тёща, успешно положила пятерых или шестерых самых активных. И всё-таки как выживать человеческому детёнышу у нас в Аду? Неужели по-любому придётся хоть каким-то образом переселяться наверх, менять образ жизни, работу, круг общения, лишь бы водить ребёнка за ручку в ясельки? Не знаю, не знаю…