Мемуары оборотней

Глава первая

– Судя по тому, что на ваших домашних тапочках левая пятка стоптана чуть больше, чем правая, я бы посоветовал вам не уделять столько внимания древней мифологии Вавилона, а лучше подумать о ремонте стиральной машины, – тонко усмехнулся мистер Шерлок Холмс, сидя нога на ногу за компьютерным столом в нашей квартире на Базе. – Хотя здешний сантехник пьяница и тайный масон, тем не менее вы могли бы сэкономить пару соверенов, ему срочно нужны деньги на оплату долгов. Бедолага изрядно проигрался вчера на бильярде, да и за покер садиться не с его лицом.

– И все это вы выяснили, только глядя на мою левую тапку?! – Я в изумлении распахнула ротик.

– Не только. О проблемах со стиральной машиной мне подсказали ваши покрасневшие руки и стойкий запах мыла в квартире, а об интересе к Вавилону – ваша кофейная чашка, стоящая на книге мифов о Гильгамеше. Судя по кольцам от осадка, за ночь вы наполняли ее шесть раз. Ну а сантехник просто прошел мимо часа три назад, хлюпая носом, и так витиевато ругался, что не оставил никаких сомнений по поводу своих пороков.

– Вэк, так просто?

– Все кажется простым после того, как вам растолковали, – немного обиделся знаменитый гость.

Да, да, да! Великий Шерлок Холмс уже почти неделю жил у нас на Базе! Алекс на правах старого знакомца предложил ему поселиться у нас.

Всемирно известный детектив занял нашу спальню, мигом превратив ее в подобие своего кабинета, а мы с мужем теперь спали в гостиной на диване. Холмс курил в постели, играл на скрипке ночью, стрелял в стену, мусорил, где мог, и наслаждался маленькими тайнами на отдыхе.

Первые два дня было даже весело. Но потом…

Впрочем, вероятно, вы хотели бы узнать, как такое вообще могло случиться? Ну, литературные герои нечасто посещают наши пенаты, и уж тем более редки гости такого уровня. Шерлок Холмс! Круть, да?

А изначально, конечно, во всем виноват был наш кот. Но не говорите ему, что он наш! Пусик искренне считает, что он свой собственный, а мы его бесплатное приложение.

Так вот, этот самонадеянный хвастун, как всегда никого не слушая, влез со своими амбициями и умудрился протащить на Базу знаменитого английского детектива, возомнив, что он и Холмс теперь лучшие друзья. Ну а дома их встретила нервная жена и трое котят.

Понятно, что мистер Шерлок был выставлен за дверь ко всем египетским богам, а спасать ситуацию пришлось уже нам с Алексом. Великий британец без лишней чопорности подарил моему мужу одну из своих курительных трубок (в кармане у него было аж три!), поцеловал мне ручку и переехал к нам в спальню. Мы же переехали в гостиную. Вот и весь сюжет.

…А началось все довольно обыденно. Однажды утром к нам заявился пританцовывающий рыжий ирландский лепрекон, недавно выпущенный из тюрьмы на исправительные работы, по обыкновению чуть-чуть поддатый, и без письменного приказа, в устной форме объявил, что нас вызывает шеф.

Нас – это меня, агента Базы Алину Сафину-Орлову, бывшую студентку, а ныне лейтенанта группы «оборотней». Моего мужа – командора Алекса Орлова, клона из пробирки, который был создан стать солдатом, но что-то пошло не так и его списали на Базу, где он стал спецагентом по борьбе с монстрами и всякой нечистью.

И, наконец, считающего себя «мозгом» нашей команды толстого кота под кодовым именем агент 013, которое он сам себе выбрал. Еще, возможно, вы его знаете как Профессора, Стального Когтя, Непобедимого Воителя и Железного Нерва, Пусика, а также как Мудрого Зверька, Который Очень Много Говорит.

Последнее прозвище ему дали индейцы во время наших «каникул» в прериях на Диком Западе, и вполне естественно, что оно не относилось к числу его самых любимых.

– Новое задание? Но мы же только позавчера вернулись со старого, я еще даже не стряхнул с лап пыль странствий, – справедливо возмутился агент 013, демонстративно показывая грязные лапы, при этом потягиваясь на наших белых простынях.

Гнать его с кровати было бесполезно, только потеряешь кучу времени (если суммировать каждый день, то в год получается не меньше одиннадцати месяцев) и гарантированно будешь иметь расцарапанные руки. Потому что, как все коты, он сию же минуту запрыгивает обратно.

Алекс тревожно обернулся от стола:

– Я даже отчет еще не закончил!

Я же горячо разделяла их возмущение, потому как сама только что скачала очередной сезон сериала «Аббатство Даунтон» (его я позволяю себе смотреть по чуть-чуть после возвращения с заданий) и у меня на сегодняшний вечер были определенные планы… Под английский чай с татарским чак-чаком послушать язвительные замечания старой графини Грэнтэм, наслаждаясь выражением ее несвежего лица и поджатыми бледными губками, когда она говорит дворецкому: «Пойдите вон, старина, и без подснежников не возвращайтесь!»

Так что вполне естественно, что мы все трое встали перед шефом плечом к плечу, скрипя зубами, сжимая кулаки, с трудом удерживая вежливые улыбки – ну как же, дисциплина и субординация иного не позволяли.

В другое бы время наш шеф (а он, как вы знаете, гном-шотландец, некогда орудовавший в легендарной банде красноколпачников) сразу все понял и, извинившись и пообещав премию, отпустил бы нас на все четыре стороны. Но сейчас он был так взволнован и погружен в себя, что ничего вокруг не замечал. И, наблюдая, как наше начальство, тревожно задумавшись, жует свою бороду, мы тут же забыли про все наши законные выходные.

– Что-то случилось, шеф? – первым осмелился подать голос агент 013.

– А-а, вы уже тут! – Гном явно только что нас увидел, и в его глазах зажглась такая слезливая мольба, точь-в-точь как у тех бедолаг, что терпят кораблекрушение в океане и только в нашей шлюпке осталось последнее место.

Выглядело это, честно говоря, несколько жутковато. Да мы с Алексом чуть не шарахнулись в сторону, когда, выскочив из-за стола, гном схватил нас за руки и стал их трясти, едва не падая перед нами на колени. Такое поведение никогда не было свойственно суровому шотландскому горцу.

– Шеф, вы нас пугаете, – сочувственно произнес кот, глядя на гнома как на безумца. – Может быть, по глотку виски, а?

Я слегка пнула его ногой, чтобы не зарывался: предлагать распитие спиртного, даже если начальник сейчас слегка душевно болен, никак нельзя.

– Спасите его, умоляю!

– Кого спасти? – спросил командор.

– Холмса!

– Какого Холмса?! Тьфу, в смысле Шерлока Холмса или его брата Майкрофта? На Британию напали хакеры, убийца Моран сбежал из тюрьмы, Мориарти вернулся из водопада?! – не подумав, брякнула я.

Мы все тут ярые фанаты сэра Артура Конан Дойла, и наша последняя поездка в Англию по спасению знаменитого литературного героя от противного профессора Мориарти, где мы лично познакомились с величайшим детективом всех времен, была еще слишком свежа в памяти.

– Хуже! Он решил жениться!

Уф… у нас у всех отлегло от сердца.

Нет, погодите, как жениться? Это невозможно! На ком?

– На какой-то мегере.

– У-ужа-асно-о, – подпела ему я, про себя думая, что ничего такого уж страшного в этом нет, по-моему, мистер Холмс как никто заслужил немножко личного счастья.

– Вы должны его спасти!

– От женитьбы, что ли? – немного удивленно уточнил Алекс, тоже не вполне понимая, почему эта новость так подействовала на шефа.

Ведь наш начальник ни разу даже не встречался с Холмсом. По крайней мере, насколько мне известно. Но кот старательно таращил глаза, делая вид, что все понял. Типа он у нас самый умный, да…

– Это будет литературная трагедия мирового масштаба! – воскликнул гном, всплеснул руками и полез в ящик письменного стола. – Как же вам объяснить, может, кто хочет выпить?

– Перед работой не пьем, – кротко вздохнул командор. – Но, шеф, если мистер Холмс и женится, то ведь все равно уйдя на покой, правильно? Таким образом, это уже никак не помешает появлению на свет всех тех рассказов, которые мы уже знаем. Или речь опять о происках ученых с их опасными экспериментами во временной черной дыре?

– Какой, к дьяволу волосатому, дыре?!

– Той самой, которая жадно поглотит все произведения о великом сыщике и прекратит существование его самого, – разъяснила я без особой паники, просто чтобы поддержать мужа.

Согласитесь, это же крайне маловероятно. Разведка Базы в лице компьютерных гениев (хакеров) – очкастых гоблинов из лаборатории – всегда четко отслеживает такие вещи. Короче, нам сообщили бы об этом еще в прошлый раз, когда мы спасали его от Мориарти.

Тот Шерлок Холмс, каким его знает весь мир, существует, мы его сами видели и оставили живым-здоровым на маленьком приступке над Рейхенбахским водопадом. Так что особо волноваться не о чем.

– Да в чем проблема? – решилась я, делая шаг вперед и хлопая кота по лапе, которую он протянул за стопкой виски.

– В том, что это сюжет, не запланированный Конан Дойлом, а значит, не будет «Архивов» и не будет «Прощального поклона»! И «Долины страха» тоже, хотя с ее потерей я бы смирился, там вообще больше речь об американском Нате Пинкертоне, – простонал шеф, делая большой глоток прямо из горла прямоугольной бутылки и занюхивая кончиком бороды. – Но как можно потерять треть произведений о Холмсе? Он в уж-жасной беде! Неуж-жели вы этава ни поним-маете?

– Ага, женитьба – это же ужас-ужас! Мистер Холмс в беде только потому, что решил урвать кусочек счастья в этой жизни? По-вашему, он не заслужил?! – окончательно взвилась я. – А по-моему, это самое разумное решение великого гения дедукции, решившего уйти на пенсию. Свить тихое семейное гнездышко. Миссис Холмс скрасит его жизнь получше всякого Ватсона.

– Не богохульс-ст-твуйте, агент Саф-фина-Орлова, – мрачно предупредил гном, сдвинув брови.

Обычно я не лезла в споры с высшим руководством, но на этот раз меня прорвало. В конце концов, я тоже любила рассказы о Холмсе, не меньше нашего начальника.

– Да, Ватсон – отличный компаньон и биограф, но он хорош только для работы, а жена нужна для всего остального. Может, он детишек захотел наплодить? Имеет он такое право? Или это вам решать?

Командор и кот закрыли меня телами. Пожалуй, уж так откровенно нарушать субординацию не стоило. Просто отстранит на фиг от задания. А я-то как раз была не против снова увидеть Шерлока Холмса. Мы все по нему скучали, хотя и не говорили об этом вслух, мы же суровые профессионалы.

Но шеф не стал мстить, а, отхлебнув еще раз, подбежал к столу и, схватив какие-то рукописи в охапку, замахал ими в воздухе.

– Счас-стья? Детишек, ик?! Вот! Это рукопси самого Джона Хэмиша Ватсна! И он тут п-пишет своей рукой, что его друг попал в плен к какой-то ведьме! К ведь-ме!

– Банальная мужская ревность, – презрительно хмыкнула я, вспоминая искреннего, добродушного, но недалекого доктора.

– Неизвестные рукописи? – в восторге сипло вскричал агент 013, с горящими глазами бросаясь к гному и буквально вырывая у него бумаги.

У котов вообще мгновенная реакция. Маленькие мимимишные хищники, что сказать. Хоть они давно одомашнены, но природу-то никуда не спрячешь.

– Да, б-были обнаружены учеными буквально недавно… Но так как это м-мы, вы спасли его от Мориарти…

– Никому лучше не знать, что мы тут ни при чем и на самом деле из-за нас Холмс только чудом не погиб, – себе под нос тихонечко буркнула я.

– …мы настояли, чтобы бумаги отдали н-нам. Кнешна! Ученые бы добр-добро-вольно этого не сделали. Пришлось действовать чрез вшистоящие инстанции, и вот! Для начальства гла-авное факты, а не наша пыстоянная междоусобица с… с учеными.

– С кем? – не понял командор.

– С… с учеными. С у-че-ны-ми! – по слогам повторил тепленький шеф.

Так называемая База ученых является нашим вечным соперником, если для нас главное – спасение жизней и исправление преступников, поддающихся исправлению, то для них ценна лишь только «наука ради науки»! Мораль и совесть при этом считаются помехами.

Плюс серьезное финансирование и безграничные личные амбиции, в угоду которым они ставят жестокие эксперименты, спокойно жертвуя чужими жизнями. А нечисть они вообще за «людей» не считают, быстро пуская в расход, если при этом могут получить хоть малейшую выгоду.

И чаще всего это сходит им с рук. Потому что по-настоящему продуманных и действенных законов, защищающих права так называемых альтернативных форм жизни, в мире попросту нет.

Одни призваны бороться с нечистью, другие изучать ее, но все это условности. Думаете, хоть какому-то вампиру или людоеду легче от того, что его не убили сразу, а медленно прикончили в результате долгих и мучительных экспериментов?

Поэтому мы за все эти годы так и не нашли общего языка с этими бездушными «мистерами Смитами» и просто стараемся лишний раз с ними не соприкасаться, чтобы не вцепиться друг другу в глотки. Образно выражаясь, конечно.

Хотя кот может и по-настоящему. И, пожалуй, я бы даже не стала его удерживать.

Но сейчас нужно было сосредоточиться на предстоящем деле, беспокойство шефа, кажется, начало передаваться и нам с Алексом. А что, если с той женщиной и вправду что-то не так? В смысле она не человек, а, допустим, натуральная колдунья или самка каракурта? И женит Холмса на себе насильно, опутав тайными заклятиями?

– Можно почитать? – Я попыталась забрать рукописи у кота, но он вцепился в них всеми когтями (не порвав – не вырвешь) и утробно зарычал.

– П-пчитате по дороге в костюм… как ее… мерную! Времени мало. На все сб-боры у вас сорок мнут, ко-ордин-наты узнаете у гоблинов. Идите-идите, пшли уже!

Гном сделал еще глоток и довольно грубо вытолкал нас из кабинета.

Уже за дверью я потерла ноющую поясницу, куда шеф приложил меня ладонью «наудачу». Рука у него слишком тяжелая для существа ростом мне до талии.

Алекс, заметив это, взвился.

– Никто не смеет тебя трогать, пока я жив, – сказал он, разворачиваясь, чтобы толкнуть дверь в кабинет начальства ногой.

Я вовремя успела перехватить его:

– Не надо, любимый! Он же не со зла.

– Он пьян и распускает руки!

– Я потом пожалуюсь Грызольде, и она ему мозги вправит. А сейчас идем в библиотеку, то есть в костюмерную. – Я ткнула пальцем в пузо зазевавшегося Профессора. – Ну давай уже, не молчи, рассказывай! Мне не терпится узнать, что это там за мымра лезет к нашему Холмсу?

– Не мымра, а мегера, – поправил кот, не успев увернуться. – А еще точнее – ведьма, если верить диагнозу доктора Ватсона.

– Ведьма, я так и думала! Шекспир был прав, у них в Британии все ведьмы!

– Согласен, – чуть успокоившись, кивнул мой муж, пока я под шумок уводила его от дверей шефа. – Нам нужно поторопиться.

– Старый гном, похоже, ничего не преувеличил, если только у доктора не белая горячка на фоне обострения афганского синдрома. А предпосылки к тому были, помните… мрр… еще в той деревеньке у Рейхенбахского водопада?

Вэк, кто же такое забудет?! Бедняга Ватсон тогда спьяну стрелял в легендарного сыщика из ружья, и тот чуть не погиб по его милости. Но виноваты конечно же были мы, без иронии, потому что как специалисты вообще не должны были допустить такой внештатной ситуации.

– И когда же доктор все это написал? – спросил Алекс, пока мы направлялись в ту часть Базы, где была гримерная и костюмерная.

Но самое главное – не забыть забежать в столовую, где агентам всегда наливали бесплатный кофе перед вылетом. Кстати, там же надлежало захватить сухие пайки от Синелицего, на коробки с которым он с недавних пор стал ставить свой фирменный логотип – синий язык, выпадающий из ярко-красных губ.

Плюс короткий инструктаж в научном центре у гоблинов, проверка и выдача оружия и техники (переходников-переговорников), после чего можно отправляться. Через транспортер в фойе или, если дело срочное, как в этот раз, то прямо от гоблинов, которые сами зададут координаты и перекинут нас в нужную пространственно-временную точку в целости и сохранности.

– Ватсон забил тревогу, после того как навестил Холмса в его уединенном домике на окраине деревеньки Фулворт, что находится в Суссексе. Если, конечно, вы знаете, где это? – Похоже, наш Профессор опять начинал задирать нос, демонстрируя свою осведомленность и нашу отсталость.

Это его обычная манера на заданиях, теперь информацию из него можно только выдавливать по крупицам, потому что, выдав ее сразу, он потеряет всю свою значимость.

– Где он жил на пенсии, разводя пчел? – уточнил мой муж.

– Да. Ватсон решил приехать к другу, потому что тот перестал отвечать на его письма. Но по приезде Холмс его даже не пустил в дом.

– Может, Ватсон просто не так все понял?

– Ах, дорогуша, поверь мне. Эта женщина решила ликвидировать их дружбу. Я-то на своей шкуре знаю, как это бывает. Анхесенпа тоже не рада нашему с вами тесному общению. Приходится говорить ей, что мы давно не товарищи и я вынужден поддерживать с вами контакт исключительно по работе.

Для нашего пушистого циника это обычное дело – не поведя усом, отрекаться от друзей, поэтому и я и Алекс сделали вид, что его слова ничуть нас не задели. Хотя мы оба тайком кинули на него уничтожающие взгляды, мой муж невольно сжал кулаки, а я скрипнула зубами, стараясь, однако, чтобы кот не услышал. Слишком много чести будет для толстого предателя.

– Но почему она сразу должна быть нечистью, сущностью или кем там еще (когда уже наконец наши определятся с терминологией?), раз это поведение считается обычным для большинства жен? – холодно продолжил расспрос командор. – Есть хоть какие-то факты, доказательства, улики?

– Так. Я устал от вашего недоверия, напарники. Хорошо, буду вслух переводить вам рассказ Ватсона, пока вы одеваетесь, – он остановился в дверях костюмерной и, обернувшись ко мне, спросил: – Милочка, ты ведь все равно по-английски не читаешь. Зачем было вырывать у меня рукописи при шефе и так себя позорить?

Профессор уже забыл, что сам бесцеремонно вырвал их у гнома. Но напоминать об этом бесполезно, он даже не смутится, только скажет с подчеркнутой жалостью в голосе, что ничего подобного не было и я все поняла неправильно исходя из своего низкого уровня развития.

В общем, выведет меня из себя и будет злорадствовать, празднуя победу. Что ж, я его понимаю, сколько раз сама его поддевала, нанося глубокие душевные раны. А Пусик такие вещи не забывает и при случае пытается «мстить», как сейчас, например.

Вместо ответа я слегка пнула его под хвост, чтобы освободить проход. Останавливаться в дверях, образуя заторы, обычная манера всех представителей кошачьего вида. Агент 013 возмущенно мявкнул, но просеменил вперед, сделав оскорбленную мину.

В огромной костюмерной нам могли подобрать костюмы практически любой эпохи, страны, сословия и даже других планет, в зависимости от того, на какие задания забрасывало наших ребят. Вещи были разные: как новые, сшитые по хранящимся лекалам, так и «родные», прямые свидетели истории.

А если было лишнее время на подготовку, то могли и на заказ сшить, тогда одежда вообще идеально соответствовала нужным параметрам и задачам. Наши уродливые костюмерши-гарпии были одновременно модельерами, швеями, дизайнерами и психологами, причем как минимум с докторской степенью.

Пока они собирали нам с Алексом подобающий гардероб, кот, сдержав обещание, с высокомерным видом театрально читал нам новый рассказ Ватсона, который назывался «Бледное лицо». Вот он.

«Я уже писал, что мой друг Шерлок Холмс, уйдя на пенсию, поселился в Суссексе, на берегу Ла-Манша, где полностью посвятил себя пчелам. «Я живу жизнью отшельника в небольшом коттедже над морем, – сообщил он. – Хочу написать «Практическое руководство по разведению пчел», а также эссе «Некоторые наблюдения за отделением пчелиной матки».

Тем не менее мы, поддерживая дружбу, раз в неделю обменивались письмами, а по большим праздникам, например в день рождения королевы, даже посылали друг другу телеграммы. Но с мая 19… года письма его перестали приходить.

Это слегка задело меня, но не более. В конце концов, определенная рассеянность Холмса в быту давно известна. Он мог заболеть, посчитав, что в его жизни ничего не происходит, мог узнать, что летом я сам собирался на отдых куда-нибудь в Уэльс, да и просто забыть.

Однако, когда в начале сентября почтальон вернул мне шестнадцать моих писем нераспечатанными, я проявил некоторое удивление и даже в несвойственной мне манере довольно резко спросил у почтальона: «Что, черт побери, все это значит?»

Но негодяй-ласкар[1] усмехнулся, поправляя на голове форменную кепку, и с преувеличенной индусской вежливостью пояснил, что, видимо, мой друг не хочет получать мои письма, поэтому почта и возвращает их по обратному адресу.

Дав наглецу всего лишь полпенса, хотя обычно я бываю более щедр, мне осталось в горечи вернуться в дом, налить бренди и сесть у камина. Разум отказывался верить, что мой друг Шерлок Холмс возвращает мне же мои письма. Раздражение, нервы, обида и алкоголь сделали свое дело…

Наутро я договорился со знакомым врачом насчет своих пациентов и, собрав саквояж и положив в карман старый армейский револьвер, отправился в Суссекс. Не буду описывать всю скучную дорогу до этого забытого богом уголка Британии, скажу лишь, что после ряда комичных злоключений мне удалось достигнуть деревеньки Фулворт, где я остановился в местной гостинице.

Утром следующего дня я отправился на поиски своего друга. Мне был известен адрес, да и местные жители сразу указали мне на одинокий коттедж на южных склонах холмов вблизи меловых гор с прекрасным видом на воды Ла-Манша.

На первый взгляд ничто не предвещало беды, однако, когда я постучал в двери, мне открыла странная особа в черном платье с чопорным лицом и взглядом как у мертвой рыбы.

– Мистер Шерлок Холмс никого не принимает, – жестко объявила она, даже не удосужившись спросить о цели моего визита.

– Передайте мистеру Холмсу, что к нему пришел его старый друг Джон Ватсон.

– Сэр Джон Ватсон, – жестко проговорила женщина. – Я отлично знаю, кто вы, и только что сообщила вам, что мистер Шерлок Холмс никого не принимает. Ни-ко-го! Какой именно слог в этом слове вам непонятен?

– Что ж, мне все ясно, – скорбно опустив голову, смирился я. – Позвольте задать лишь один вопрос. С кем я имею честь беседовать?

– С миссис Холмс, – обрезала она и захлопнула дверь перед самым моим носом.

Мне ничего не оставалось, кроме как с достоинством удалиться. Однако, бросив прощальный взгляд на этот негостеприимный дом, я вдруг увидел в окне левого крыла бледно-желтое лицо Холмса. Его глаза были полны неизбывной муки.

Он встретился со мной взглядом, но, словно испугавшись чего-то, резко задернул занавеску. Даже полному глупцу было понятно, что мой друг нуждается в моей помощи. С тяжелым сердцем я вернулся в свое временное жилище и…»

– И?.. – заинтересованно протянула я.

– На этом рассказ доктора обрывается, – многозначительно вздохнул кот.

Как всегда, на самом интересном месте. Мы с мужем пожали плечами.

С чего это шеф вдруг решил, что мы должны непременно отправиться в Суссекс, чего так перепугался Ватсон, почему на это задание снаряжают группу «оборотней» – для меня по-прежнему было неясно. Но приказы, как известно, не обсуждаются, а выполняются.

К этому моменту меня уже облачили в светло-бежевое платье сельской учительницы или гувернантки (в последнее время я научилась выбирать наряды быстро), а Алекс оделся бывшим военным индийского контингента нашей вдовствующей королевы.

Каблук его левого сапога специально был сделан выше правого, и теперь мой муж успешно прихрамывал. А стрижка, загар, приклеенные усы и кобура с пистолетом сразу выдавали в нем ветерана колониальных войн на коротком отдыхе между Кандагаром и Бирмой. Агент 013, как вы понимаете, в данном случае в костюме не нуждался.

По пути мы взяли у гоблинов папку с заданием и направились в столовую, чтобы за чашкой кофе обсудить первоначальный план действий. У нас оставалось еще минут десять – пятнадцать, пока лаборанты устанавливали нужные координаты.

– Нам нельзя просто так вламываться к Холмсу. Во-первых, это нарушает британский закон о неприкосновенности частного жилища, который даже сам великий сыщик соблюдает, – важно начал агент 013, по обыкновению нацепив очки.

Которые, кстати (не помню, писала ли я об этом?), как проболтался один из наших врачей-гоблинов, были без диоптрий. У старины Профессора идеальное зрение, и надевал он очки на нос исключительно для понтов, чтобы мы с Алексом думали, что он опытнее, умнее, весомее нас.

– Кроме случаев, когда дело касается отпетых преступников вроде Чарльза Огастеса Милвертона, – уела его я. – Ну или если вдруг взбрело в башку просто взять и войти.