Игра в 21

Предисловие автора

В сборник «Игра в 21» вошли стихотворения, созданные в 2020 и в 2021 году. Эти два года были очень необычными и очень непростыми. 2020 год принёс нам испытания, но и дарил надежду. 2021 год был более обещающим, но иногда продолжал пугать. 2020 год изменил наш мир, а 2021 научил нас, как жить в этом новом мире. И всё это время жизнь продолжала подбрасывать нам свои обычные сюрпризы – от неприятных до радостных, от требующих преодоления до дарящих уверенность, от развенчивающих до возвышающих. Казалось, что идёт какая-то странная игра, где правила отсутствуют или непрерывно меняются по её ходу, где у оппонента семь тузов в колоде, а ваш козырной туз почему-то не сыграл. В чём был её смысл? Сами ли менялись правила или их кто-то менял? И кто был наш соперник в этой игре? Каждый ответит на эти вопросы по-своему. Но если мы с вами сейчас читаем эти строки, то это означает, что мы в эту игру всё-таки выиграли. И что после двадцати нам всё-таки выпало двадцать одно – пиковая дама уступила своё место тузу.

Такими же необычными получились и стихотворения этого периода – очень различными по содержанию, настроению, форме. Часто в них сочетаются традиции классического русского стихосложения с современными подходами к форме произведения. Некоторые из этих стихотворений участвовали в творческих конкурсах, некоторые даже стали их дипломантами и лауреатами, некоторые ещё ждут решения конкурсных комиссий. Но главное в них то, что все они прожиты, как и эти два странных года. И каждое из них – результат этой странной и непредсказуемой игры. Или различных игр, которых было так много…

Игра… слов

всю жизнь ловил я птицу счастья

но наловил я в этот срок

за со́рок сороко́в лишь со́рок

соро́к

Азбука

Цикл – дипломант конкурса 2021 года «А5. Литературный авангард» Русского литературного центра.

~ А ~

артур актёр был в антрепризе

но думал что он адвокат

кричал а судьи кто и кто ви-

новат

~ Б ~

борис чтоб выглядеть брутальным

чтоб взгляд был пристальный суров

ресницы красил и выщипы-

вал бров

~ В ~

вадим водил круизный лайнер

по верхней волге в выходной

и представлял что не вадим он

а ной

~ Г ~

гордей был гений-гинеколог

у всех им принятых детей

лицо и внешность были чисто

гордей

~ Д ~

данила деловой был дядя

но он остался не у дел

когда накрасился и юбку

надел

~ Е ~

евлампий ехал еле-еле

и если бы заметил ель

то он доехал бы куда он

хотель

~ Ё ~

алёна две купила ёлки

а это были ёж и ёрш

ну чё ты с чёкнутой-то тёлки

возьмёшь

~ Ж ~

жорж был ужасным женолюбом

что даже жоржина жена

уж не сдержалась послала жор-

жа на

~ З ~

зиновий был закопан в землю

и хоть назавтра не воскрес

но из земли с друзьями-зомби

полез

~ И ~

ирада бы была и рада

продолжить с иродом свой род

но ирод был и идиот и

урод

~ Й ~

йон в горы лез чтоб встретить йе́ти

и где-то у конца пути

йон встретил этих йе́ти мать их

йети́

~ К ~

косьма косил косою поле

косой неровной полосой

коса косая и косарь сам

косой

~ Л ~

лолите лилию с люпином

лень было лейкой поливать

поэтому на них лолита стала

плевать

~ М ~

миш видишь мышь кричала маша

но мешкал миша неспеша

мешком из ма́шиной маши́ны

маша́

~ Н ~

нинель справляла именины

под именами нель и нин

ведь нету в святцах у нинель и-

менин

~ О ~

отец онуфрий ел мельдоний

колол себе тестостерон

и вадой предан был онафе-

ме он

~ П ~

понтифик папа пий девятый

любое чудо мог явить

бог запретил ему лишь мамо-

ю быть

~ Р ~

роман на радио активно

в программе утренней вещал

в эфире радиоактивно

трещал

~ С ~

степан стал делать все степенно

и не растрачивая сил

и в результате постепенно

остыл

~ Т ~

туркмен трофим и турок трифон

купили в туле тарантас

его там про́дал им татарин

тарас

~ У ~

ульяна в университете

училась умница сама

и там познала горе всё от

ума

~ Ф ~

фома был не фуфловый фраер

по фене ботал и форсил

не верил не боялся и не

просил

~ Х ~

хусейн был ханом в ханаане

но он устроил хаос там

ведь он хапуга был ханыга

и хам

~ Ц ~

цыден ходил в дацан и церковь

хотя был цадик и циркач

не помогали ноотропы

хоть плачь

~ Ч ~

чак был начитанным гурманом

к чуковскому он брал коньяк

чурчхелу к чехову а к чейзу

чак-чак

~ Ш ~

шамиль был шкипером шаланды

возил из турции гашиш

и получил пятнадцать лет на

бакшиш

~ Щ ~

щемён немного щепелявил

на букве эс и потому

носили шишки все подруги

ему

~ Ы ~

ыван был тихим ымбецылом

мнил ы началом всех начал

уныло выл и заунывно

мычал

~ Ь ~ Ъ ~

у русских мягкий знак и твёрдый

в китае символ инь и ян

в европе пара камамбер-пар-

мезан

~ Э ~

эд был по жизни озабочен

хотел понять он эдуард

иль э́дгар э́дмонд э́двард э́двин

эдга́рд

~ Ю ~

гадала юля с ней лишь сплю ли

или лукавлю и юлю́

ей в уши лью ли или всё же

люблю

~ Я ~

ян был якут или японец

но лучшим другом всех армян

поскольку у него и имя

на –ян

Игра… в бирюльки

Я – гений! А не Северянин.

Классики и современники

~ * ~

Ночь… Улица… Фонарь… Спасите!!!

~ * ~

Я Вас любил! Но Вы подорожали.

~ * ~

Москва! Как много в этом денег.

~ * ~

Скажи-ка, дядя, ты не тётя?

~ * ~

Я к Вам пишу в директ и в личку.

~ * ~

Мороз и солнце? Не припомню.

~ * ~

Унылая пора! Сегодня – понедельник…

~ * ~

Сижу за решёткой – здесь первый этаж.

~ * ~

Люблю грозу, а не работу.

~ * ~

Я волком бы выгрыз, но я только пью.

~ * ~

Я встретил Вас и всё, довольно.

~ * ~

Ананасы в шампанском – мне взболтать, не мешая!

~ * ~

Подруга дней, ты б лучше ночью…

~ * ~

У лукоморья – лук и море.

~ * ~

Я – гений! А не Северянин.

Одностишья

~ * ~

Я пью всё, что из морозилки!

~ * ~

Вот, помню, в том тысячелетьи…

~ * ~

Раз выпил – то веди не быстро.

~ * ~

Коньяк хорош и без лимона.

~ * ~

Я не люблю – и вам не надо.

~ * ~

Моя судьба со мною в ссоре.

Сербские поговорки

~ * ~

Голую кошку против шерсти не погладишь.

~ * ~

Если человеку дать крылья – он нагадит вам на голову.

~ * ~

Потёртый сыр не порежешь.

~ * ~

Ближе к телу та рубашка, которая надета.

~ * ~

Никогда не угадаешь, когда понадобится старая тряпка из кладовки.

~ * ~

Гордо расправляя плечи, следи, чтобы вперёд не вылезал живот.

~ * ~

Перьевая подушка тоже раньше крякала.

Игра… в дурака

Не спеши,

не ищи –

всё само наладится!

Первый май,

последний май…

     Между ними маяться.

А потом

дураком

     сожалеть и каяться.

Погоди,

впереди

     может что припрятано.

Вот тогда

навсегда

     станет всё приятно нам.

Чтоб успеть –

надо сесть

     просто и расслабиться.

Не спеши,

не ищи –

     всё само наладится!

~ * ~

Люди с утра бредут

в бреду.

И я к тебе мой друг

приду.

И я тебя мой друг

найду,

Если не пропаду

в аду.

Чтобы к тебе найти

пути

Мне надо вход идти

найти,

Мне нужно внутрь пойти

войти.

И я готов почти,

учти.

Но, чтоб тебя начать

искать,

Мне надо рано встать

опять,

Бросить свою кровать,

бежать.

Лучше уж просто спать

и ждать.

Париж

Я пролетаю над Парижем!

     Я вижу площади и крыши,

     Я вижу Сад, Поля и парки,

     Я вижу барельеф на Арке,

     Я вижу Эйфелеву башню,

     И Нотр-Дам, в огне пропавший.

Я пролетаю над Парижем!

     Я восхищаюсь тем, что вижу.

     Там Лувр, Мулен-Руж, Монмартр,

     Там Бунин, Галич, Жан-Поль Сартр,

     Поэты, менестрели, барды,

     Дома плавучие, мансарды.

Я пролетаю над Парижем!

     Внизу клошары, нувориши,

     Внизу художники и шлюхи,

     Внизу шикарные старухи,

     И мчат по набережной Сены

     Рено, Пежо и Ситроены.

Я пролетаю над Парижем!

     Я опускаюсь ниже, ниже.

     Туда, где старые платаны,

     Где брассери́ и круассаны,

     Где столики кафешантанов,

     Где запах жареных каштанов.

Я пролетаю над Парижем!

     Я видел всё – и всё же выжил!

     Я потрясён, я уничтожен…

     Париж велик, а я – ничтожен.

     Меня спасёт любовь и вера!

     А также то, что я – фанера.

Митя и Мотя

Стихотворение – финалист конкурса 2022 года «Алиса» издательства «Перископ».

У Мити и Моти –

две любящих тёти.

Их Митя и Мотя

ужасно заботят.

И если родите-

ли их на работе,

то Мотя и Митя

играют у тётей.

Они любят Мотю.

Они любят Митю.

Но только не могут

никак различить их.

     Когда ж вы поймёте,

     когда ж различите:

     где Митя, где Мотя?

     где Мотя, где Митя?

Так тётя у Моти

кричит «Это Митя!»

Но Митина тётя

кричит «Обождите!

Как можно не видеть,

что это же Мотя,

а вовсе не Митя?

Зачем Вы орёте?»

Но Мотина тётя

в ответ: «Извините,

зачем Вы мне врёте?

Я вижу – здесь Митя!»

     Когда ж вы поймёте,

     когда ж различите:

     где Митя, где Мотя?

     где Мотя, где Митя?

Ругается тётя:

«Ну ты обормотя!»,

хотя это Митя,

а вовсе не Мотя.

Другая в обиде:

«Ну Вы и даёте!

Ругаете Митю

словами про Мотю!

Тогда уж хвалите,

чтоб сравнивать в счёте,

Вы бедного Митю

всегда вместо Моти!»

А первая тётя:

«Вы сами следите!

Ругаете Мотю

всегда вместо Мити!»

     Когда ж вы поймёте,

     когда ж различите:

     где Митя, где Мотя?

     где Мотя, где Митя?

Зачем вы кричите

На Мотю и Митю?

Их, коль захотите,

легко различите.

Как вы не поймёте,

что вы всех смешите?

Пометьте вы Мотю!

Пометьте вы Митю!

И чтоб отличать вам

и Мотю, и Митю

на лбы, как печать,

имена их пишите.

     Когда ж вы поймёте,

     когда ж различите:

     где Митя, где Мотя?

     где Мотя, где Митя?

Так радостно тётям –

они смогут видеть,

когда шалит Мотя,

когда шалит Митя!

Ребята умыты,

и пишут им тёти:

на лбу Моти: «Митя»,

на лбу Мити: «Мотя».

Курорт

Шортики и маечки,

Шлёпанцы и тапочки,

Шляпочки, панамочки –

     Жуткая жара!

Папочки и мамочки,

Девочки и мальчики,

Машеньки и Ванечки –

     Всюду детвора.

Кошечки, собачечки,

Тетеньки и дядечки,

Лежачки и лавочки

     Прячутся в тени.

Трубочки и масочки,

Плавочки и шапочки,

Лодочки, бананчики –

     Только не тони!

Персики и семечки,

Мидии, чурчхелочки,

Шашлычки в тарелочке –

     Вкус и аромат.

Пьяночки, кальянчики,

Рюмочки, стаканчики,

Бары, ресторанчики –

     Алкогольный ад!

Группочки и парочки,

Мужики и дамочки,

А-самцы и самочки –

     Ну-ка, не груби!

Шлягеры, шансончики,

Модные фасончики.

Ничего не кончено –

     Ешь, молись, люби!

Игра… случая

Кто потерял, кто приобрёл,

Сыграв с судьбой в напёрстки?

Перепутье трёх дорог

На перепутье трёх дорог

     Мы встретились случайно.

Я нёс свой кожаный мешок

     С талантами, печальный.

Ты был с улыбкой, налегке,

     В рванье на грязном теле.

А он – серьёзен, в пиджаке

     И с дорогим портфелем.

Судьба нас каждого своей

     Дорогой приводила.

Он шёл проспектом, средь огней,

     В туфля́х из крокодила.

Ты брёл без обуви, тропой –

     Обычная босо́та.

Я – по разбитой мостовой,

     В истоптанных кроссовках.

Мы встали, чтоб передохнуть.

     Смотрели друг на друга.

За каждым пройденный был путь,

     И впереди – дорога.

На перекрёстке трёх дорог

     Кто свёл нас утром рано?

Весёлый Бог? Жестокий Рок?

     Бесчувственная карма?

Не важно – кто, не важно – что,

     А важно, что в итоге

Мы вновь расстались, и ушли

     Все по чужой дороге.

Он за мешок пиджак отдал,

     Портфель и туфли тоже.

Пошёл моей дорогой вдаль,

     Прижав мешок из кожи.

Портфель, что он мне подарил

     Деньгами был набитый.

И ты, увидев, что внутри,

     Заплакал от обиды.

Я протянул тебе пиджак,

     Другой рукой – ботинки.

А ты портфель, схватив, сбежал

     Не по своей тропинке.

Я ж в пиджаке на голый торс,

     В туфлях на босу ногу,

Тропой спустился под откос,

     Забыв свою дорогу.

Мне всё равно куда идти –

     Я больше не привязан.

И мне открыты все пути

     И все дороги сразу.

Но вот вопрос меня извёл:

     На этом перекрёстке –

Кто потерял, кто приобрёл,

     Сыграв с судьбой в напёрстки?

Встреча

Я был пьяненький.

Я был выпивши.

          И, как часто при этом случается,

встретил гопников

вечером в тиши,

          что без дела по городу шляются.

Подошли ко мне -

два и маленький.

          Что здесь делаю, интересуются.

А я выпивши.

А я пьяненький.

          Говорю, что гуляю по улице

А ребята мне:

«Ну, тогда снимай

          ты кроссовки», – грозя мне расправою.

И чтоб правильно

я всё понимал,

          точно в щеку ударили правую.

Я не стал кричать,

и на кипеше

          говорить, что сейчас всех уделаю.

Я их тихо снял –

я же выпивший –

          и подставил для верности левую.

Говорю потом:

«Погоняла как?

          Я не стукну – в пустыне сам чалился».

Старший: «Я – Андрей.

Это брат Семён.

          Ваня мелкий на стрёме печалится».

Говорю ему:

«Ну, привет, злодей.

          А я тренер программ мотивации.

Набираю курс –

дюжину людей.

          И могу дать вам скидку по акции.

Я как вы ищу

по Земле людей,

          и им путь открываю к спасению.

А что пьяненкий,

хоть я и еврей –

          не суббота же, а воскресение.

За знакомство, мол,

надо выпить бы.

          В сумке есть шесть бутылок креплёного.

Там и пять хлебов,

пара крупных рыб.

          Мол, зовите, Ивана со стрёма вы».

Долго пили мы.

Побраталися.

          Я сказал, что готов веру им нести.

Согласился их

записать на курс,

          но оплату вперёд взял для верности.

Говорю: «Иван,

ты записывай

          слово в слово за мной, пожалуйста.

А тебе Семён –

погоняло «Пётр».

          А Андрей у нас будет староста».

И кроссовки взяв,

я ушёл в закат

          по воде от друзей-алкоголиков.

Пьяным до колен

море и река,

          ну а лужи – так те ниже голени.

Свинья и Роза

Свинья цвести пыталась, и на брюхе

лежала в клумбе, и к тому ж она,

как ей казалось, дивно пахла розой,

и пчёлами ей представлялись мухи.

А Роза рядом с ней, цветки склоняя,

чтоб стать жирней, а значит – красивей,

в грязи копалась, и искала жёлудь,

уверенно себя свиньёй считая.

Вы скажете: «Такого быть не может!»

Но я отвечу: «Разве? Почему?

Пусть каждый сам себя определяет,

и самого его решенье гложет,

и по своим глубинным ощущеньям

решает сам, он – роза ли, свинья ль,

и мненье о себе своё слагает,

и пусть отбросит ложные сомненья!

Так отчего ж свинье не пахнуть розой,

а розе не копаться в жёлудях,

коль так они себя определяют,

меняя мир вокруг своею грёзой?»

И думал я: «Бывает и такое!»

И рассуждал я, глядя на Свинью,

и иногда ещё на Розу гля́дя,

как мир велик, и в том искал покоя.

Но за Свиньёй пришли. И с клумбы прямо

зачем-то увели на скотный двор,

а вскоре Розу срезали с куста, хоть

и пыталась хрюкать та упрямо.

Я был опустошён таким финалом.

Но вечером, я, пробуя шашлык,

любуясь розой в вазе, понял чётко,

что то, кем ты себя считаешь – мало!

Что очень может быть важней стократно

то, кем тебя считают все вокруг.

Особенно те, в чьих руках ножи.

Так что определяйтесь аккуратно!

Заброшенная усадьба

В заброшенной усадьбе – тишина.

Я здесь одна.

Брожу в тени густой аллеи,

грущу, себя жалею.

А за листвой белеет

господский корпус в парка глубине.

И мне

так жаль, что не

могу почувствовать я радость дней

далёкой юности моей.

Я помню, перед домом, у дверей

лежал огромный пёс –

лохматый, добрый, ласковый. Он нёс

легко меня, как будто пони.

А на балконе –

там, над крыльцом

сидел с газетою отец. И часто я с отцом

здесь у крыльца в серсо́ играла,

и мама нас не одобряла,

хотя и не ругала.

А с мамой мы гуляли в парке –

шли от крыльца до дальней арки,

степенно, не спеша. И даже в самый жаркий

из дней всегда в закрытом платье

должна была гулять я

с ней вместе под зонтом,

мечтая как потом

я побегу за дом,

и дальше вниз, к реке:

там где-то вдалеке

меня друзья по играм ждали. Налегке,

со псом вперегонки

бежала я туда. Мы у реки

играли в догонялки, и венки

плели, и хоровод водили, пели…

Так дни летели!

А после няни звали к чаю.

О, как по вам скучаю,

те дни! Я больше не встречаю

такой же радости простой,

как в детстве. И пустой

стоит мой дом, обвитый зеленью густой.

И от того мне грустно очень…

Вот так, грустя, брожу до ночи,

предпочитая развлеченьям прочим

одну

уединенья тишину.

И потому так хорошо,

что звука нет моих шагов, и что ещё

нет шороха от платья,

что в голос не могу рыдать я,

и что нет слов ненужных, окриков вослед.

И что я умерла. И что меня уж нет

почти что двести лет.

Попутчица

Ты стояла одна у дороги,

И решил я тебя подвезти.

Но увидел вблизи твои ноги –

И мне не было дальше пути!

Мы так долго с тобой были вместе:

Посетили и Тулу, и Тверь –

Только о тебе как о невесте

Никогда я не думал, поверь.

Я по жизни бродяга-скиталец,

Но ты стала мне мозг выносить,

Мол, кольцо надевая на палец,

Я тебя буду больше любить.

Мой ответ был решителен, жёсток –

Я решил разом всё навсегда,

И я снова нашёл перекресток,

Где тебя повстречал я тогда.

Вспоминать теперь долго я буду,

Как молила остаться меня…

Я уехал, но не позабуду

эти самых счастливых три дня.

Псовая охота

Человек бредёт по снегу

Через поле, напрямки.

А за ним бегут по следу

Приручённые волки́.

Его гонят вдоль болота

На наезженный большак.

Это – псовая охота.

Здесь она ведётся так.

Человек идёт неделю.

Он не ест уже давно,

Снег жуёт и спит под елью,

Но он счастлив всё равно.

Человек живёт свободой.

Он судьбу решает сам.

Он наедине с природой,

Благодарен небесам.

Жизнь прошедшая – во мраке:

Не исправить, не вернуть…

Позади его – собаки.

Впереди – последний путь.

Он уже одышку слышит

Утомлённых гонкой псов.

Он ещё свободой дышит –

Дар оставшихся часов.

Псы всё ближе, силы тают.

Он идёт, и снег идёт.

Хлопья в воздухе летают.

Скоро всё произойдёт.

Скоро будет он изорван,

И окрасит кровью снег,

Но умрёт не под надзором.

Он – свободный человек!

Игра… света

Солнцем, спрятанным в горсти,

Всех на свете угости.

Солнцем, спрятанным в горсти,

Всех на свете угости.

     Потянись рукою к небу

И с ладошки отпусти.

Вслед и радугу пускай!

И по радуге, пускай,

     Капельки дождя грибного

Утекают вниз за край.

Пусть по небу облака

Поведёт твоя рука.

     Их об радугу взбивает

Пеной синяя река.

А плывут они пока,

Помаши на них, слегка,

     Чтоб менялись непрерывно

Эти белые бока.

А когда погаснет свет,

То другой рукою вслед

     Ты разлей созвездий лужи

И бескрайний млечный след.

Месяц ухватив за край,

Ты со звёздами играй,

     И, большим ковшом махая,

Огоньки их раздувай.

Погляди в свою ладонь!

В ней и холод, и огонь!

     В ней творение и гибель!

В ней есть всё – не бойся, тронь!