Русь Настоящая. Исторические опыты путешественника

Но самый большой интерес представляет кольцо с радиусом примерно 400 километров от Москвы. Вдоль внешней границы его расположены также крупные и сильные города Смоленск, Дорогобуж, Брянск, Орел, Елец, Липецк, Нижний Новгород, Курск, Юрьевец, Кострома, Ярославль, Вышний Волочек, Торжок, позже добавились Тамбов, Рыбинск. Так вот, в него попадают уже истоки и верховья рек и Балтийского бассейна (Западная Двина и её притоки Торопа, Межа, Мста, Каспля), и Азовского моря (Дон и его притоки Красивая Меча, Воронеж, Сосна), и Черного моря (Днепр и его притоки Десна, Вязьма) И что очень важно – внутри этого круга лежит целиком бассейн Верхневолжья! Круг радиусом в 400 километров от Москвы очень аккуратно его очерчивает. Скорее всего, расположение городов вдоль этой же линии – фактически окружение Центральной Руси – связано как раз с установлением контроля над волоками между Верневолжьем и реками бассейнов других морей, а значит и торговлей, и экономикой.

То есть, если посмотреть сверху, Москва напоминает вершину конуса, на который одеты кольца городов, и с которой в разные стороны растекаются реки. И хотя само московское княжество не доставало до этих истоков, имея внутри себя только реки бассейна верхней Волги, оно граничило по периметру с княжествами, на территории которых были истоки или верховья рек остальных бассейнов. При этом следует отметить очень удачное расположение Москвы и внутри самого бассейна верхней Волги, через притоки которой можно было добраться как в любое течение самой Волги, так и к рекам любого другого бассейна через их близкорасположенные истоки (об этом ниже).

Невольно закрадывается вопрос: не в этом ли истинная геополитическая причина возвышения Москвы, превращения её вопреки другим объективным факторам в столицу сначала Великого Княжества, а затем и всей Руси? Борьба Москвы за Великое Княжение (о чем подробно будет рассказано в следующих главах) была тяжелой и жестокой, а её победа в ней была удивительно неожиданна. Но именно так часто и проявляется объективность предпосылок и закономерность результата. С точки зрения расположения относительно всех водных артерий организма под названием «Русь» именно Москва находится в оптимальном месте, занимая стратегическое геополитическое положение. Московское княжество потенциально могло расширяться в любую сторону или даже во все стороны сразу.

Посмотрите на карту. Волга, идущая из северо-западных русских княжеств через северо-восточные в Волжскую Булгарию, а затем и в Хазарский каганат (позже – в Великую Булгарию), огибает все Московское княжество огромным полукольцом с запада на восток. И Москва через многочисленные реки имела уникальную возможность выхода в любую часть Волги – от самых верховий до среднего и даже нижнего течения. А ведь Волга уникальна по своим размерам: в 9 раз длиннее Москва-реки, в шесть – Клязьмы, в три с половиной – Западной Двины, в два с половиной Оки, в два – Дона, в полтора – Днепра. И на Волге стояло несколько десятков городов, включая множество столиц мощных княжеств. Ма́ксима «Мать городов русских» – не преувеличение.

Истоки рек Руси

Из верхнего притока Москва-реки Рузы через волок на Яузу, Гжать и Вазузу можно выйти в Волгу выше Твери или через волок на Ламу в Волоколамске выйти в Волгу ниже Твери. То есть, из Москвы через небольшие волоки можно выходить в любую часть верховий Волги в зависимости от ситуации. А через верховья Волги и волок Тверца-Мста был выход как раз в Селигерско-Валдайские озера, а оттуда хоть к Великому Новгороду и в Северо-Западные княжества аж до Балтийского моря, хоть к Западной Двине и западным княжествам Белой Руси.

При этом сам город Москва лежит как бы в клине, образованном Клязьмой сверху и Окой снизу, которая с юга на северо-восток течёт до впадения в Волгу в Нижнем Новгороде. Причём Клязьма, в которую был волок из притока Москвы Яузы (московской) в районе современных Мытищ, впадает в Оку совсем незадолго до Нижнего. Сам топоним «Мытищи» и происходит от слова «Мыт» – налог. На этом волоке собирали налог с купцов. Таким образом, Московское княжество имело к Волге прямую водную дорогу по Клязьме через Владимир и Ковров. А кроме того, через саму Москва-реку к Коломне и дальше по Оке через Рязань, Касимов, Муром. То есть, Москва могла выходить и к средней Волге: как через юго-восточные княжества, так и через северо-восточные – в зависимости от политической ситуации.

А на западе и юго-западе подобным образом через средние реки можно было добраться и до Днепра, и до Десны, по которым можно было идти в Киев и Чернигов, или в Юго-Западную Русь по днепровскому притоку Березина. Причём сделать это тоже было не сложно: между истоками Десны и Угры (приток Оки, впадающий в неё в Калуге), и между истоками Вязьмы и Вазузы всего десяток километров.

А в Западную Двину и, соответственно, в Западные княжества, можно было попасть из Волги через самые истоки в районе Селигера или перебраться из Днепра (под Смоленском старинным волоком в Гнездово в районе современной Катыни).

К Дону можно добраться либо из верхнего течения Оки через Упу, либо из нижнего через Проню. Именно там Петром I был построен первый в истории России судоходный Ивановский канал (сейчас разрушен). А Дон – выход сразу в низовья Волги.

То есть, не будет никаким преувеличением сказать, что если наши старинные реки – артерии Руси, то Москва её сердце в самом что ни на есть геометрическом смысле. Именно из Московского княжества было удобнее всего расширяться во все стороны, поскольку естественное средство коммуникации того времени – основные реки – были недалеко в любом направлении и позволяли Москве делать это проще, чем любому другому княжеству. Конечно, это было делать не легко. Окружающие Москву княжества могли блокировать выходы из мелких рек в средние, из средних в крупные. Что и делалось – Коломна запирала выход в Оку из Москва-реки, а Серпухов – из Нары, Зубцов – в верхнюю Волгу, Смоленск -. в Западную Двину. Рязань запирала Оку; Владимир – Клязьму; Смоленск – Днепр; Калуга – Угру; Брянск – Десну; Тверь, Ярославль, Кострома – Волгу. Но это все равно были трудности, с которыми в принципе можно бороться – оружием или переговорами. Само наличие таких возможностей делало Москву потенциально сильнее. Если у каждой другой столицы была одна-две «своих» рек, то у Москвы потенциально – все. Постепенно расширяя своё «кольцо власти», Москва могла добиваться контроля над всеми возможными путями «из варяг в греки» (было много разных маршрутов). А значит, вопрос был только во времени и в личностях, которые рискнут замахнуться на по-настоящему великое дело – собрать все истоки и верхние течения великих русских рек, а позднее и сами реки, в пределах одного княжества. Это расширение активно началось уже с начала XIV века, менее чем через 150 лет после основания Москвы. Но этому будет посвящена отдельная глава.

Река Москва в районе г. Можайск (Московская обл.)

Резюмируя, можно сказать, что система рек всей Древней Руси была чрезвычайно разветвлена, связана и по всем параметрам удобна для обеспечения развития единого государства. После объединения Руси вокруг Московского княжества во многом именно реки стали скелетом новой Руси, а затем и России. Со временем волоки стали заменяться каналами. Первые каналы на месте старинных волоков построил Пётр I. При нем соединили верховья Оки и Дона, дав Москве прямой выход в Чёрное море. А чуть позже в Верневолжье соединили Тверцу и Цну, а тем самым и Москву с новой столицей – Санкт-Петербургом. Интересно, что обычная дорога между этими городами была построена на несколько лет позже строительства «водной» дороги. Примерно через 100 лет Москву с Санкт-Петербургом связали два других пути – через Тихвинский канал и через Мариинский, до сих пор лежащий в основе Волго-Балтийского пути. Строились и другие каналы. Правда все это померкло по сравнению с гидротехническими экспериментами XX века.

Великий передел

Массовый передел водной системы Европейской части России начал проводиться ещё с первых лет Советской власти по двум причинам.

Во-первых, взятый курс на индустриализацию требовал увеличение выработки электроэнергии, а потому ещё в разгар Гражданской войны в 1920 году был утвержден план глобальный электрификации ГОЭЛРО – «Государственный план по электрификации России» (который, вообще-то, в основном был разработан ещё до революции). План, по сути, был не только планом электрификации, но и планом комплексного развития промышленности. Именно ГОЭЛРО явился причиной первых глобальных изменений водной системы центра России. По нему за 10–15 лет планировалось строительство 30 районных электрических станций (20 тепловых и 10 гидро). Из тепловых можно отметить строительство Шатурской теплоэлектростанции, работающей на торфе, для чего осушили десятки квадратных километров торфяников. Последствия этого жители московского региона прочувствовали на себе совсем недавно, когда шли торфяные пожары. А что касается ГЭС, то их на территории исторической Руси намечалось построить несколько, но в те годы построили только часть из запланированного.

Примером реализации плана может быть первая сельская ГЭС, построенная на Ламе уже в 1920 году в старинном селе Ярополец, основанном ещё старшим братом Юрия Долгорукого Великим Князем Киевским Ярополком (при котором, кстати, Киевская Русь-то и перестала существовать), километрах в 15 за Волоколамском. Это само по себе интересно, потому что эта ГЭС была сооружена прямо за красивейшим имением, созданным Казаковым и Баженовым для Московского генерал-губернатора Захара Чернышёва – фельдмаршала, Президента военной коллегии, т.е. военного министра. (Московский дом Захара Чернышёва знает каждый – он стал домом всех московских генерал-губернаторов, а сейчас является домом московского Правительства – Тверская 13). ГЭС разместилась на территории невероятного по размерами и красоте регулярного парка, «Русского Версаля», нанеся ему большой урон. Ну а сама ГЭС дожила до войны, была разрушена, потом восстановлена, но сейчас уже не работает, а существует в качестве памятника истории.

Первая ГЭС ГОЭЛРО, пос. Ярополец (Московская обл.)

ГОЭЛРО был в целом завершен к 31-ому году. Крупные ГЭС были построены пока вдалеке от центра России – на Днепре, Волхове, Волге в Сызрани. Но это был только первый этап. Массовое строительство ГЭС только начиналось. В том числе, в связи с другими гидротехническими проектами.

Второй причиной, повлекшей за собой передел водной системы России, являлась необходимость реконструкции путей сообщения для дальнейшей индустриализации страны. По сути, это было развитием исторической концепции использования русских рек как транспортных артерий. Но в плане ГОЭЛРО развитие водной транспортной системы было сопутствующей, а не основной частью. Правда по ГОЭЛРО планировалось и создание Волго-Донского канала, осуществленное только спустя тридцать лет. Тем не менее, создание новых водных путей, соединение рек и строительство каналов началось уже в 1931 году со строительства Беломоро-Балтийского канала (естественно, имени Сталина), завершенного уже к 1933 году. Идея этого канала была ещё у Петра I, который хотел связать с Белым морем Санкт-Петербург, а тем самым и всю центральную Россию, поскольку Питер и Москва были уже соединены. Ну а через год после начала строительства Беломорканала началось строительство грандиозного канала «Москва-Волга» (естественно тоже имени Сталина), который через четыре с половиной года соединил эти реки напрямую рукавом в 128 километров.

Канал имени Москвы: Дубна

Первоначальный план ГОЭЛРО был завершён к 1931 году. Но масштабный гидротехнический передел русской земли только начинался. Было запущено проектирование и строительство ряда грандиозных каналов: Беломоро-Балтийского, Волго-Донского, канала Москва-Волга. Канал Москва-Волга, до 1947 года носивший имя Сталина, начали строить в 1932 году, а уже в 1937 году он был полностью заполнен водой. Имя Москвы было присвоено каналу по инициативе самого Сталина в связи с 800-летием Москвы в 1947 году.

Первоначально было три совершенно разных варианта, но по некоторым причинам выбрали Дмитровский. Интересно, что ещё Пётр I предполагал соединить Москву-реку с Волгой. План сооружения канала относится к последним годам царствования Петра I (1721–1722) и имел три варианта, два из которых по маршруту близки к современной реализации. Естественно, те проекты были несоизмеримо проще современного, который имеет 240 сооружений: 11 шлюзов, 40 плотин, 8 водохранилищ, 5 насосных станций, 8 гидроэлектростанций, а перепад высот составляет 40 метров. Строительством канала дело не ограничивалось – оно сопровождалось созданием новых водохранилищ и строительством и на них ГЭС. Так появились Пяловское, Химкинское, Пироговское, Клязьминское, Иваньковское водохранилища, связанные с каналом.

В результате прихода воды из Волги, уровень воды у Кремля поднялся почти на 3 метра (!), а ведь к началу 30-х годов Москве катастрофически не хватало питьевой воды. Река Москва настолько обмелела, что её можно было перейти вброд напротив Кремля в том месте, где сейчас красуется Большой Каменный мост. Это отлично видно на многочисленных фотографиях.

Ну а старинная Дубна в результате строительства сместилась в сторону от исторического места своего заложения к каналу, вдоль которой и идет дорога Дмитров – Дубна. Сейчас на стрелке реки Дубны и Волги, на заливных лугах рядом с коттеджами и заброшенным домом отдыха, стоит церковь и памятный камень об историческом месте нахождения старинного города.

Памятный камень на Волге в месте основания г. Дубна

Строился канал, как и все подобные проекты того времени, силами заключённых ГУЛАГа – 14 сентября 1932 года для строительства канала был создан Дмитровлаг, просуществовавший более пяти лет. Сейчас, двигаясь на машине вдоль канала, на противоположном берегу можно увидеть поклонный крест погибшим строителям.

Поклонный крест на канале им. Москвы в районе г. Дубна

О том, что стоит за внешней стороной этого проекта, говорят и грандиозные скульптурные сооружения, установленные в Дубне на месте соединения канала с Волгой. Речь идет о двух монументах, колоссах, сродни тем, что можно увидеть в киносказках, типа «Бесконечная история» или «Властелин колец». Это фигуры Ленина и Сталина, поставленные в 1937 году в устье канала на разных берегах.

Памятник Ленину в устье канала им. Москвы в районе г. Дубна

Этот памятник Ленину – второй по высоте памятник Ленину в мире: высота 25 метров, вместе с постаментом – 37 м. (Первый же по величине – тоже на канале, но на Волго-Донском, у входа в него: высота 27 метров, с постаментом – 57 метров. Этот памятник был занесён в книгу рекордов Гиннеса, как самый высокий памятник реально жившему человеку). Одновременно на противоположном берегу устья канала был установлен подобный памятник Сталину, но он был взорван в 1961 году, хотя гранитные постамент и лестница остались до сих пор. Масштаб этих памятников – стопроцентное выражение имперской, тоталитарной идеологии, при которой отдельный человек – ничто.

При этом нельзя говорить о месте канала имени Москвы в гидротехническом переделе земель исторической Руси в XX веке без упоминания ещё одного сверхважного исторического факта. Завершенный в 1937 году, канал сыграл огромную роль при обороне Москвы в 1941 году. В октябре 1941 г. управление Москва-Волга предложило использовать гидротехнические сооружения канала для обороны ближних подступов к столице. (Интересно, что и Гитлер планировал использовать канал и водохранилище, но уже для затопления Москвы). Когда немцы вышли к каналу Москва–Волга в районе Яхромы в ноябре 1941 года, то чтобы не допустить немцев с севера к Москве и не позволить взять город в «клещи» от севера до юга, было решено затопить большие пространства водой из Истринского, Иваньковского водохранилищ и водохранилищ канала имени Москвы. Это была сложнейшая инженерная операция.

Сначала для затруднения передвижения немецких войск по льду Иваньковского водохранилища была проведена операция по сбросу воды из водохранилища. Затем были перекрыты трубы, по которым река Сестра текла под Каналом Москвы и открыт водосброс воды из канала в русло реки. Сброс воды привел к тому, что лед на водохранилище стал ломаться, и переправа по нему стала невозможной. В результате образовался водяной поток высотой до 2,5 м на протяжении до 50 км к югу от водохранилища. Попытки немцев закрыть водоспуски успехом не увенчались. Это происходило в районе посёлка Большая Волга – сейчас это в городе Дубна, как раз рядом с памятником Ленину. В районе Яхромы была произведена другая операция. В результате перекачки воды из вышерасположенных водохранилищ и открытия водосброса в реку Яхрому, долина последней также была затоплена. И на обширной территории Московской области от Дмитрова до Конаково, от г. Яхрома до Иваньковского водохранилища произошло сплошное затопление поймы рек Сестры и Яхромы и образовалось «рукотворное море», полностью закрывшее Москву с севера.

Рыбинское водохранилище: Молога и Весьегонск

Строительством каналов дело не ограничивалось – индустриализация включала в себя и создание новых водохранилищ, и запуск на них ГЭС. Так в тот период появились Истринское водохранилище на Истре (1935), Пяловское, Химкинское, Пироговское, Клязьминское на Клязьме и канале имени Москвы (1935–1937), Иваньковское (1937) и Угличское (1939) на Волге. По мере развития, стране нужно было все больше энергии, а потому появлялись всё большие водохранилища. И апофеозом этих действий стало создание Рыбинского водохранилища на Волге, размером с половину Онежского озера. Строительство этого водохранилища началось также в 1935 году, завершилось в 1941, а ещё 6 (!) лет оно наполнялось водой.

Масштабы строительства Рыбинского водохранилища поражают воображение. Затоплено более четырех тысяч квадратных километров земли – восьмая часть Ярославской области (для сравнения в мире более 100 государств имеют площадь меньшую, чем было при этом затоплено). Причём уничтоженные пойменные луга были уникальны – их травы по своему качеству не уступали травам с альпийских лугов. Затоплено более 700 селений, несколько монастырей.

И при строительстве полностью ушел под воду старинный город Молога, существовавший ещё до Юрия Долгорукого, а в XIV веке бывший даже столицей Моложского удельного княжества, а впоследствии – уездным городом. Молога стояла в верхней части впадения в Волгу одной из крупнейших Тверских рек – одноименной Мологи, которая по своей протяженности длиннее Москва-реки и, извиваясь, охватывает весь север Тверской области. В своё время она была важной водной дорогой Тверского княжества, но после создания Рыбинского водохранилища она обмелела.

Городу Молога не повезло. Изначально, планировалось делать зеркало Рыбинского водохранилища на 4 метра ниже. Это было ровно по высотной границе города. Но ради лишних 120 Мегаватт (по нынешним временам – ерунда), зеркало подняли на 4 метра и Молога ушла на дно. Считается, что около 300 человек отказалось переселяться и остались в затапливаемом городе. Попасть в город Молога сейчас, естественно, невозможно (правда, за последние годы вода опустилась на метр-полтора, сделав видимыми улицы, дома, проявив маленькие островки). Но в нижнем впадении Мологи в Волгу частично сохранился город Весьегонск, также затопленный на три четверти. Он моложе Мологи лет на 300, никогда не имел такого высокого статуса, и сейчас тут тоже нет особых достопримечательностей. Дело в том, что в частично затапливаемы городах – например, в Калязине и Скнятино (о которых ниже), часть домов переносилось на новое место, а вот Весьегонск был попросту отстроен заново.

Угличское водохранилище: Калязин и Скнятино

Строительство Угличского водохранилища было начато одновременно с соседним Рыбинским, но завершено немного раньше – в 1939 году, а наполнение завершено в 1943 году. Волгу перекрыли в старинном Угличе, некогда бывшим столицей удельного Угличского княжества. До строительства ГЭС главным событием истории города было убийство сына Ивана Грозного царевича Дмитрия, что привело впоследствии к Смутному времени и трагическим для Руси событиям. Но в XX веке название города снова зазвучало на всю страну.

Водохранилище расположено выше по течению Волги и не имеет такой ширины, зато значительно длиннее вдоль её русла. По этой причине, размер затопленной территории и количество затопленных сел оказались намного меньшими. И, тем не менее, под воду ушли два старинных города.

Угличская ГЭС, г. Углич (Ярославская обл.)

Первый из них – город Константин (Кснятин), основанный Юрием Долгоруким как крепость на границе с Новгородскими землями на месте впадении большой Нерли в Волгу. Город оказался с трагической судьбой. Его разоряли и уничтожали и новгородцы, и монголо-татары, и сами князья Владимиро-Суздальского и Тверского княжеств. В результате, он перестал развиваться и превратился в село Скнятино. Но и тут судьба оказалось жестокой: при строительстве водохранилища Скнятино ушло под воду практически целиком. Нынешнее село Скнятино было частично перенесено и располагается теперь в паре километров от исторического села, на месте которого сейчас остров на Волге.

Колокольня Никольского собора Троицкого монастыря, г. Калязин (Тверская обл.)

Чуть-чуть больше повезло Калязину. Калязин расположен чуть ниже по течению, ближе к Угличу, недалеко от границ Ярославской и Московской областей. Относится он сейчас к Тверской области, но до Москвы от Калязина ближе чем до Твери.

Калязин – город поистине уникальный, хоть и помоложе Кснятина. Немного найдется в России городов, которые посещали практически все знаковые российские государи. А здесь бывали Тверской князь Борис Александрович (в то время ещё не было русских царей, а Тверское княжество было мощнее и богаче малозначительного Московского), Иван Грозный, Борис Годунов, Михаил Фёдорович, Алексей Михайлович, юный Пётр I, Екатерина II. Кстати, именно Екатерина официально закрепила за городом имя «Калязин». Здесь были и один из наиболее ярких и трагических фигур в истории Русской православной церкви – патриарх Никон, и первый русский путешественник Афанасий Никитин. Не многовато ли для города, в котором сейчас живет 15000 человек, а раньше и того меньше?

Вероятно, что главной причиной такой любви русских владык к Калязину был Калязинский Троицкий (иногда также называемый Макариевским) монастырь. И до сих пор этот монастырь – уже 70 лет как не существующий – остается главной достопримечательностью Калязина.

Монастырь был основан около 1444 года монахом Макарием и его семью сподвижниками, которые ушли из Кашинского монастыря и построили кельи в 18 верстах от города Кашина между двух озер вблизи левого берега Волги.

Памятник прп. Макарию, г. Калязин (Тверская обл.)

Основателю монастыря Макарию в 2008 году был открыт памятник на перекрестке спускающейся к Волге улице Маркса (бывшей Московской улице) и улиц Ленина (улица Тверская) и Энгельса. К сожалению, названия улиц так и остались неизмененными до сих пор.

Благодаря чрезвычайно удачному месту монастырь стал очень быстро развиваться. Троицкий Калязинский монастырь вместе с Троице-Сергиевым монастырем и другими занимал очень удобное положение на дальних подступах к Москве, прикрывая её дороги с севера. Вероятно, что именно поэтому цари уделяли ему столько внимания. И не зря – дважды здесь происходили битвы с польско-литовскими захватчиками. Первый раз поляки были разбиты, но вскоре, вернувшись сюда, они уничтожили монастырь и всех его защитников. Однако монастырь был восстановлен.

Но то, что не удалось иностранцам, удалось сделать соотечественникам. Угличское водохранилище, строительство которого завершилось к 1939 году, затопило две трети Калязина. И хотя часть построек была перенесена, Троицкий монастырь, в котором было 5 храмов, оказался в центре затопления. А ведь монастырь, находившийся на возвышенности, можно было и не уничтожать – достаточно было сделать обвалование. Но начальник Волгостроя распорядился взорвать Троицкий собор. Сохранилась лишь колокольня Никольского собора – и то по случайности. Местным властям показалось удобным использовать колокольню как место для тренировок начинающих парашютистов. Поэтому её решили на первых порах не сносить. Позже колокольню и вовсе оставили в покое. Более того, её обсыпали грунтом, чтобы предотвратить разрушение, вызываемое водой и ледоходом. И сейчас эта колокольня – визитная карточка Калязина. Она стоит почти посередине Волги, а ведь раньше в этом месте был центр города.