- -
- 100%
- +
Грек, проходя мимо, указательным пальцем ткнул его чуть выше груди, словно привлекая к чему-то внимание. Непонимающе сдвинув брови, Рейвен опустил голову и моментально получил по носу пальцем. Грек расхохотался и двинулся дальше.
– Может, хватит уже? – раздражённо одёрнула его Лиза.
Они вдвоём шагнули внутрь. Дверь за ними негромко громыхнула. А Рейвен так и топтался на месте, осмысливая то, что сделал Грек. Но в итоге, пожав плечами и слабо улыбнувшись, потянулся к двери.
Рейвен едва коснулся ручки, как чуть опять не получил по носу. Дверь распахнулась, и из заведения вышел странный парень. Он был одет почти во всё чёрное: кепка, штаны и кофта – как дно океана; и балаклава, закрывавшая большую часть лица – как полночь. Сбоку на ней был нарисован почти незаметный крошечный истребитель.
Они с Рейвеном встретились взглядами. Глаза у парня оказались золотистые, словно солнце. Он держал в руках картонную продолговатую коробку и вежливым жестом показал, что хочет пройти. Рейвен шагнул в сторону, пропуская незнакомца, и ещё какое-то время смотрел вслед его массивной фигуре. Но когда тот обернулся, будто рассеяв темноту свечением своих удивительных глаз, возле двери уже никого не было.
Рейвен вошёл внутрь, слегка прищурившись от дохнувшего ему в лицо тёплого воздуха. Пахло в этом заведении великолепно. От аромата горячей выпечки у него невольно потекли слюни.
Зал был освещён тёплым светом множества мелких лампочек на потолке цвета слоновой кости. Впереди располагалась стойка, за которой стояла крупная женщина, то и дело что-то громко приказывая дряхлым роботам, помогающим ей обслуживать посетителей.
Рейвен поискал взглядом своих новых приятелей и удивился, как не заметил их сразу. Они стояли прямо у стойки и опять о чём-то спорили. Рейвен робко подошёл к ним.
– Ты с ума сошёл?! – всплеснув руками, выкрикнула в этот момент Лиза.
Грек успокаивающе выставил перед собой ладони. Он пытался что-то сказать, но разгневанная Лиза не давала ему такой возможности.
– Где она?! – зарычала она.
– Лиз, успокойся. Она в машине, – быстро ответил Грек и тут же, пользуясь молчанием своего командира, продолжил: – Она целыми днями за этой учёбой сидит. Дай ей хоть немного отдохнуть.
Лиза пристально смотрела ему в глаза. Она ещё не успокоилась, что выдавала тяжело вздымавшаяся грудь. Но по крайней мере уже не кричала.
– Почему сразу не сказал?
– Да ты так орала! Я и слова вставить не мог, – передёрнул плечами Грек. И заметил Рейвена: – Ну чё, терпила? – он вдруг осёкся и добавил: – То есть Рейвен… Пиво будешь?
Сзади послышалось бесстрастное:
– Мы пиво не продаём.
Это произнесла та самая женщина, которая руководила небольшой командой роботов. Её собранные в толстую косу волосы отдавали лазурью, соревнуясь с нежной голубизной глаз. Пышная фигура честно говорила о том, что выпечку её хозяйка не только печёт.
– Ну Айна… – протянул Грек, облокотившись на стойку, – ну всего два бокальчика… Я же знаю, что ты в холодильнике всегда для меня держишь пару бутылочек.
– Во-первых, не для тебя, а во-вторых, нет! – отрезала Айна, на что-то указав пальцем рядом стоящему роботу.
– Хватит тебе пить, – поддержала женщину Лиза.
Грек проигнорировал её:
– Ну Айна, ну пожалуйста… У нас сегодня как бы особенный день! Вон, смотри… – И Грек указал на рядом стоящего Рейвена.
Суровый взгляд Айны пополз по нему, прожигая насквозь. Но когда он добрался до лица Рейвена, женщина расплылась в улыбке:
– Это же ты тот дурачок с площади? Ну и крепко же тебя Милоу приложила, – ласково сказала она.
– Ну так может… – Грек чуть нагнулся к ней.
– Ладно, – сдалась Айна, – но только потому, что твой собутыльник тогда развеселил меня. Последний раз наливаю. Понял?
Она куда-то отошла, а довольный Грек уронил ладонь на плечо Рейвена:
– Ну, терпила, это твоё первое достижение! В следующий раз я тебе по роже сапогом заеду, чтоб нам налили. Договорились?
– Алкаш, – фыркнула Лиза, шагнув к свободному столику в уютном уголке.
Грек уступил Лизе место возле окна. Та, в свою очередь, наградила его еле заметным благодарным взглядом. Рейвен расположился напротив них.
Кресла оказались на удивление мягкими и комфортными. Через окно можно было наблюдать за проносящимися совсем рядом автомобилями и высокими серыми зданиями. На их фоне особенно выделялась стоящая на парковке яркая машина Грека. Он изредка бросал на неё любящий взгляд, вскользь задевая им русые волосы Лизы.
Неловкое молчание нарушила Айна, она лично принесла поднос с двумя бокалами пива, стаканом апельсинового сока и большой квадратной тарелкой с чиназами.
– Я сейчас переведу, – будто оправдываясь, склонилась к своим часам Лиза.
Айна переставила заказанное на стол и сунула поднос под мышку. Она с тёплой улыбкой кивнула Лизе, а на Грека кинула презрительный взгляд.
Тот уже выискивал самый аппетитный кусок, перебирая пальцами над тарелкой. Чиназы представляли собой соединённый вдоль ряд аппетитных лакомств. Внутри находилась мясная начинка, покрытая обжаренным тестом. Границей между соседними чиназами служила хрустящая корочка. Грек первым делом обкусывал её, не уставая дивиться кулинарным талантам Айны.
Лиза глянула на его зависшую над блюдом руку:
– Да что ты выбираешь? Они все одинаковые.
– Неправда, – каким-то не своим голосом ответил Грек, – Айна в серёдку самые жирные кладёт. Я знаю.
– Да их роботы готовят.
Грек усмехнулся:
– Скажешь тоже! Нам Айна лично готовит. Это точно!
– Ну-ну, – хмыкнула Лиза, наконец разобравшись с оплатой.
Она неторопливо отломила чиназ от многочисленной пирожковой армии и взяла стакан сока. Грек дожевал уже второй пирожок и пододвинул поближе к Рейвену его порцию тёмного нефильтрованного пива. Тот равнодушно взглянул на содержимое бокала, но, заметив, как Грек тянется к нему своим пивом, звонко чокнулся с ним и сделал огромный глоток.
– Вот это правильно, – довольно хмыкнул Грек.
Лиза отпила немного сока и выдохнула:
– Ну что, ты первый или мне начать?
– Давай ты, – кивнул Грек.
Лиза положила недоеденный чиназ к его собратьям и отодвинула стакан с соком.
– Ну что ж, Рейвен…
Тот облизнул губы и пару раз моргнул, словно вспоминая, где он находится. Доброжелательность и простота новых товарищей заставили его на время позабыть, что он на другой планете, и наполнили его внутренним теплом. Он вдруг почувствовал, что совсем-совсем не хочет ни о чём говорить, чтобы не потерять это почти незнакомое ему ощущение.
– Расскажи сначала про себя. Чем занимаешься? Может, ты учился где? – предложила Лиза, поставив локти на стол и опёршись подбородком на сложенные в кулаки ладони.
Рейвен вздохнул, подбирая слова:
– Я как бы только в школе учился… – он почесал затылок, поняв, что это звучит как полная чушь. – Ну, в администрации работал…. У меня несколько лабораторий в распоряжении.
Внезапно Грек рассмеялся:
– Давай, давай. Расскажи нам, как твой папаша заработал на это всё.
– Я… – запнулся Рейвен. Ему вдруг захотелось как-то оправдаться.
– Грек, помолчи лучше, – фыркнула Лиза и снова посмотрела на Рейвена: – Если не хочешь говорить о себе, можешь задать нам свои вопросы. Уверена, у тебя их куча.
Рейвен сразу воодушевился и даже открыл рот, но его порыв оборвал Грек:
– Э-эх, девушки, ну вы и дипломаты, конечно!
Лиза отвернулась и уставилась в окно:
– Хочешь, сам говори. Я не возражаю.
– Ну и отлично! – Грек сделал большой глоток пива и отодвинул бокал. – Короче, терпила, слушай. Как тебе уже сказали, ты на Сидигроне. Это очень большая планета по сравнению с твоей… как там её… ай, ладно. Ну так вот, твоя планета захвачена, и тебе теперь никак на неё не вернуться. Только давай нам тут без шоу и всякого нытья, что да как там с твоей родиной. Мы понятия не имеем. Наше дело было ликвидировать защиту и собрать людей. За следующие этапы берутся уже другие квадраты. Ага! – вдруг вспомнив что-то важное, воскликнул Грек. Он смочил пересохшее горло, откусил от очередного чиназа и продолжил рассказ, пережевывая любимое лакомство: – Насчёт квадратов… Ты находишься в Центральном. Что в остальных – мы не знаем. И никто не знает. Да, квадраты… В общем, Сидигрон разделён не на материки и страны, как у тебя на планете, а на сектора – квадраты, очерченные меридианами и параллелями. И мы находимся в Центральном. По крайней мере, нам так сказали. Что творится в остальных – знают только высшие чины. А может, и они не знают. Запомни, главный принцип на Сидигроне: чем меньше ты задаёшь вопросов, тем легче тебе живётся. Потому что никто ничего не знает.
– Какой-то бред, – буркнул Рейвен.
Лиза вздохнула:
– Да, и с этим придётся смириться. Теперь ты воюешь за Сидигрон, и неподчинение карается смертью.
– Смертью?!
– Да не ссы, – Грек откинулся назад, взяв в одну руку свой бокал, а другую положив на спинку кресла Лизы. Она заметила этот жест, но никак не отреагировала. – Армия Сидигрона настолько сильна, что тебе даже ничего делать не придётся. Постреляешь немного, да и хватит с тебя. Тем более всю основную работу делают гластеры.
– Гластеры? – лицо Рейвена непонимающе вытянулось.
– Да, гластеры, – подтвердила Лиза. Она глотнула немного сока, облизнула губы и продолжила: – Это особенные солдаты. Они обладают невообразимой мощью и вместо обычного оружия используют специальные… ну такие, знаешь… – Она взмахнула рукой, разрубив воздух. – В общем, мечи!
– В смысле «мечи»? – искренне возмутился Рейвен. – Я же сам видел… армия Сидигрона – армия будущего. У вас столько всего! А сильнейшие солдаты используют какие-то там мечи?! Это же бессмыслица какая-то!
– Бессмыслица – это твоя жизнь, – усмехнулся Грек. Рейвен сразу помрачнел. – На многих планетах используют броню, которую иногда невозможно пробить нашими обычными пулями и снарядами, нужны особые материалы, чтоб её разрушить. Проще оказалось не снаряды с ними делать, а специальные мечи для особенных бойцов, которые знают своё дело. Этими «какими-то там мечами», – передразнил Грек Рейвена, – они уделывают целые батальоны с пушками. Ты просто ещё их не видел…
Рейвен схватился за голову, будто испугался, что она сейчас лопнет:
– Если эти гластеры такие сильные и используют мечи, которыми можно покрошить самую крепкую броню, то они как джедаи, что ли?
Грек отсалютовал ему бокалом:
– Умница! – провозгласил он и сделал небольшой глоток пива. – Правда, не прям совсем как джедаи, но очень похожи. У гластеров ещё есть своя броня. Тоже какая-то там особенная… Слушай, я же уже сказал: чем меньше пытаешься в этом разобраться, тем легче живётся. Мы почти ничего не знаем. Нам дали автоматы в руки и ткнули, куда стрелять. Остальное – не наше дело. Тебе платят деньги. Бесплатно лечат и защищают. Просто делай, что говорят.
– Тут ещё один интересный момент, – вмешалась Лиза. – Я так понимаю, ты смотрел «Звёздные войны», если знаешь про джедаев?
– Ну да. Кто же не смотрел? – простодушно пожал плечами Рейвен.
– Ну ты и дубина! – рассмеялся Грек. Вчерашний учёный-на-бумажке насупился, но с интересом взглянул на своего собеседника. – А то, что мы с разных планет, тебя не смущает?
И внезапно до Рейвена дошло. Сквозь пелену многочисленных вопросов перед ним замелькали образы того, что он успел увидеть здесь. Этот город, который вроде бы отличается от тех, что кубометрами наполняют материки родного Мирошо, но на самом деле – нет. Дома, дороги, машины… А главное – люди! Кстати, а как он понимает их?
На этой мысли Рейвен завис и, словно зомбированный, уставился пустым взглядом в пространство перед собой.
Грек понимающе вздохнул, поставил бокал на стол, чуть подался вперёд и достал из кармана такие же часы, какие носил сам:
– Держи подарочек.
Рейвен медленно сфокусировал взгляд на часах.
Оценив состояние парня, Лиза озвучила его догадки:
– Понимаешь, почти все, кого ты здесь видишь, были где-то захвачены. Мы тоже с других планет, как и ты. И наши планеты такие же, как твоя. Мы смотрели те же фильмы, что смотрел и ты… Все наши миры похожи, но почему и как такое может быть – мы не знаем. Можем только предполагать. Нам ничего не объясняют, а расспросы, мягко говоря, здесь не очень приветствуются.
Рейвен не слушал Лизу. Он рассматривал странные часы, вертя их в ладонях.
– Тут смотри, какая система, – придвинулся к нему Грек. – У каждого в башке есть чип, – Рейвен моментально встрепенулся и принялся шарить пальцами по затылку. Грек покачал головой: – Расслабься… Чипы нужны, чтобы все друг друга понимали. Мы ведь с разных планет, да и из стран тоже. Ещё чип необходим, чтобы больница могла фиксировать твоё состояние здоровья. И если ты плохо себя почувствуешь, она моментально среагирует. А в часах тоже появятся все эти данные, и ты сам можешь следить за ними. Ну и ещё они заменяют нам смартфоны.
– Угу, – задумчиво кивнул Рейвен. Он будто бы смирился с тем, что его так взволновало минуту назад. – А как тогда…
Но тут Грек заметил краем глаза, как Лиза зевнула, отвернувшись к окну.
– Ладно, – перебил он Рейвена, – уже поздновато. Всё остальное будешь спрашивать по ходу дела. Сил столько не найдётся, чтобы всё разом тебе объяснить.
И он первым выбрался из кресла, повернувшись к остальным спиной, и потому не увидел брошенного на него Лизой благодарного взгляда.
Рейвену ничего не оставалось, как смириться и захлопнуть рот. Одним глотком он допил остатки пива и тоже встал.
– Юрико тогда у нас сегодня переночует. Не надо её будить, – поправляя одежду, сказала Лиза.
Грек привычно дёрнул плечом и вдруг замер, заметив на столе последний чиназ. Он хищно подхватил чудом выжившего бойца самой вкусной армии в мире и, довольно жуя, присоединился к своим спутникам.
Перед уходом Лиза и Грек хотели поблагодарить Айну, но возле стойки происходило что-то явно нестандартное. Хозяйка заведения, страдальчески закатывая глаза, разговаривала с женщиной в серой, сильно поношенной кофте. Та размахивала перед лицом Айны какой-то бумажкой и причитала плачущим голосом.
Грек и Лиза, видимо, узнав женщину, переглянулись и ускорили шаг. Рейвен поспешил следом.
– Айна, дорогуша, ну он же постоянно здесь отирается! Как это ты его давно не видела? – утирая грязным рукавом покрасневшие от слёз глаза, опять протянула ей бумагу женщина.
– Да прекрати ты в меня ею тыкать! Как будто я могла его не узнать! – в голосе Айны звучала искренняя обида.
– Тётя Клэр, что случилось? – окликнул посетительницу Грек.
Айна облегчённо выдохнула, медленно опустив веки. Заплаканная женщина повернулась к молодым людям.
– Да вот, Паки пропал. Третий день его ищу, – зашмыгала она носом.
Лиза аккуратно вынула из её дрожащих пальцев бумагу. Это оказалась фотография. Рейвен тоже заглянул в неё через Лизино плечо и потерял дар речи. На него смотрел смуглый мальчишка лет восемнадцати в светло-бежевом свитере. Точно такой был на парне в том переулке… И это лицо Рейвен тоже уже видел. Правда, там было всё-таки темновато, только далёкие фонари и этот жуткий красный свет… И они так быстро проехали… Нет-нет, он не уверен, он не может точно сказать, тот ли самый человек на фотографии…
– Может, с дружками загулял? – предположил Грек.
– Я всех обошла! Не знают они. А кое-кто из них тоже пропал, как и Паки… Паки! Мой Паки! – она громко разрыдалась, навалилась всем телом на Грека и крепко обняла его, уткнувшись лицом в плечо. Когда она наконец-то оторвалась от парня, на его чёрном бомбере осталось огромное мокрое пятно от её слёз.
Лиза вернула женщине фотографию, успокаивающе сжала её ладонь и рассудительно добавила:
– Не переживайте, тётя Клэр, он наверняка скоро сам вернётся. В таком возрасте мальчишкам свойственно творить глупости.
– Да, – подхватил Грек, – я вот постоянно из дома убегал… Как только у них с дружками деньги на выпивку закончатся, тут же объявится. Кстати, – вдруг сообразил он, – а вы в полиции его по радарам поищите. Они такие вопросы живо решают.
– Да что же я, дура какая? – оскорбилась тётя Клэр. – Был бы он на радарах – я бы так не переживала. Съездили, забрали бы его пьяного – и все дела. Но ведь и там нет его! Я так боюсь!.. – И снова по её щекам потекли солёные ручьи. – Пропал мой сыночек! Как же я теперь?! Нет у меня больше никого!
У Лизы повлажнели глаза. Она обняла тётю Клэр и стала гладить её по спине. Грек стоял рядом задумчивый и молчаливый.
Рейвен тоже помалкивал, боялся даже рот открыть. Сказать или не сказать? А вдруг в переулке он видел всё-таки Паки? А если не Паки?
Они ещё немного побыли с тётей Клэр, после чего всё же покинули заведение, уселись в машину, где до сих пор мирно спала Юрико, и двинулись домой. Проезжая мимо того самого переулка, Рейвен впился глазами в его темноту, будто хотел удостовериться, что там держат за горло именно сына тёти Клэр. Но, разумеется, никого там уже не было. Рейвен уже почти собрался с духом рассказать обо всём Греку и Лизе. Но… но ведь это мог быть и не Паки, правда?.. Поэтому он решил всё-таки промолчать и просто расслабиться.
Скоро они подъехали к похожему на все остальные многоэтажному дому. Он был таким же серым, но тёплый свет у подъезда обещал уют и покой, заставляя забыть об однообразности и эмоциональной сырости жилых кварталов.
К радости Лизы, Юрико так и не проснулась. Грек аккуратно взял её на руки, ногой захлопнул дверцу автомобиля и двинулся к подъезду. Машина тут же поднялась в воздух и унеслась в неизвестном направлении.
Следом за остальными Рейвен вошёл в подъезд и увидел перед собой лестничный пролёт, посередине которого висела белая, как снег на полюсе, кабина. Она никак и ни к чему не крепилась. Видимо, тоже передвигалась на гравитационной подушке, как и большинство механизмов на этой планете.
Грек, чуть поправив тело спящей Юрико, первым шагнул в узкую кабину. За ним вошла Лиза, а после втиснулся и Рейвен.
Лиза что-то нажала на часах, и кабина закрылась. Ноги Рейвена будто потяжелели, но через пару мгновений это ощущение прекратилось.
Внезапно лицо Лизы слегка исказилось в неясной гримасе. Она сморщила нос, потом слабо кашлянула. Грек дёрнул плечом и свёл брови, подозрительно глянув на Рейвена.
– Это нормально, по-твоему? – спросил Грек.
Лиза схватилась пальцами за переносицу и как следует сжала её, бросив презрительный взгляд на напарника. Рейвен недоумевал, что происходит, но вдруг ему в нос словно боксёрской перчаткой ударила ужасная вонь.
– Ну ты, терпила, и дал едкого! – усмехнулся Грек.
У Рейвена из глаз потекли слёзы. Этот чудовищный запах проник в мозг, в мысли, в сознание, заставляя содрогнуться даже самые тёмные его уголки.
– Это не я, – булькнул Рейвен, зажимая ладонью рот.
Грек набычился:
– Хочешь сказать, это я сделал?
– Да сколько ещё?! Быстрее! – простонала Лиза, с силой ударив по часам.
Внезапно проснулась Юрико. Она слабо зашевелилась на руках у Грека и закричала:
– Помогите! Это ужасно!
Рейвен упал на колени, ему не хватало воздуха. Но он не мог убрать руку от лица – это значило вдохнуть жуткий запах, и тогда он точно скончается.
Юрико скорчилась на руках у Грека, слабо выкрикивая мольбы о помощи. Тот же раскатисто хохотал.
Лифт остановился. Рейвен почувствовал это, когда пол слегка дрогнул. Лиза жадно прильнула к дверям, словно ждала выхода из этой кабины всю жизнь. Юрико яростно выбралась из рук Грека и присоединилась к ней.
Двери ещё медленно открывались, но девушки уже просочились сквозь узкий, будто нехотя нарастающий проём. Рейвен стоял на четвереньках. Последнее, что он почувствовал, – как пол уходит из-под него, а потом в глазах появилась пелена, которая всё накрыла глухим одеялом и мягко сгребла его в свои объятия.
Вскоре он пришёл в себя от того, что кто-то хлопал его по щекам. С трудом поднял веки и увидел перед собой сидящего на корточках Грека.
– Это я сегодня ещё Лизины чиназы не ел. После них вообще беда, – радостно сообщил Грек.
Он уже успел переодеться, сменив промокший чёрный бомбер на свободную белую майку, демонстрирующую жилистые руки. Рейвен с трудом, опираясь на стену, поднялся с пола и огляделся. Они находились в скромной, но довольно просторной комнате: обои приятного пшеничного цвета, кровать, шкаф, стол со стулом у широкого окна и на стене небольшой телевизор, тонкий, как лезвие.
– Где я? – выдавил из себя Рейвен.
– Твоя комната, – уже на ходу бросил Грек. Он открыл дверь, вышел в коридор, но вдруг просунул голову обратно: – Завтра закатимся на полигон. Посмотрим, что ты умеешь.
Рейвен не успел ответить, деревянная дверь цвета морской волны с грохотом закрылась. Он осмотрелся ещё раз и вздохнул. На стене возле двери висела какая-то картина, но разглядывать её у Рейвена не было сил.
Их не было уже ни на что. Сон звал в свои объятия. Рейвен тоскливо взглянул на кровать: своей белизной и мягкостью она вызывала неимоверное желание прильнуть к ней, обнять подушку… но она была так далеко!
Рейвен сделал шаг, другой…
Неожиданно раздался стук в дверь. Рейвен вздрогнул и, повернувшись к кровати спиной, медленно двинулся назад, к источнику звука. Пока он переставлял неподъёмные ноги, стук прозвучал снова и прекратился, только когда хозяин комнаты открыл дверь.
Перед ним стоял робот: серебристый гладкий корпус прямоугольной формы передвигался, видимо, на колёсиках. В верхней части – на условной голове – знакомым обманчиво-синим светился объектив.
В центре основания корпуса робота возник проём, их которого выдвинулась тонкая металлическая балка, держащая поднос с красной таблеткой и стаканом воды.
– Мистер Рейвен, у вас стресс. Пожалуйста, выпейте, – гулким голосом сообщил робот.
– Эм-м… нет, – неожиданно для самого себя ответил Рейвен.
– Вы обязаны принять лекарство, мистер Рейвен.
– Не буду я ничего принимать, – осмелел тот.
Объектив робота, как и положено, тут же загорелся красным. Рейвен сделал шаг назад, но внезапно возникшая из верхней части серебристого корпуса клешня ухватила его челюсть. Откуда-то сбоку появилась ещё одна клешня, взяла с подноса таблетку и без церемоний сунула её Рейвену прямо в горло. Тот вынужденно проглотил её, и его челюсть освободили.
Рейвен прижал ладони к разболевшимся щекам и приготовился обрушить на наглого робота лавину негодования. Он даже сгрёб в кучу все свои гневные мысли и уже набрал воздуха в грудь…
– Не забудьте запить, мистер Рейвен, – сказал в этот момент робот.
Он клешнёй поднял стакан и выплеснул содержимое в лицо хозяину комнаты. А потом ещё и потряс перевёрнутым стаканом над его головой, вытряхивая последние капли.
Рейвен протёр лицо ладонью и оскалился. Терпеть к себе такое отношение от какой-то железяки он не собирался! Рванул на себя не успевшую втянуться клешню робота, яростно взглянул в его посиневший объектив и… начал пускать слюни. Прямо на него красивыми глазами цвета океана смотрела Милоу. Ни в окружающем пространстве, ни в голове Рейвена не осталось больше ничего, всё уплыло куда-то вместе с полом под его ослабевшими ногами. Только её лицо.
Оно медленно приближалось. Губы Рейвена ощутили её лёгкое дыхание и не смели сопротивляться нарастающему желанию.
– Мистер Рейвен, у вас стресс. Пожалуйста, ложитесь спать, пока лекарство действует, – где-то очень далеко звучал бездушный голос робота.
А Рейвен крепко обнимал его, воодушевлённо облизывая небольшую область чуть пониже синего объектива.
Внезапно раздался громкий звук разбившегося стекла. Робот мгновенно оторвал от себя Рейвена, втолкнул его в комнату и захлопнул дверь.
– Извращенец! На кожаных перешёл? – женским механическим голосом осведомился у него точно такой же робот. Только корпус его отличался персиковым цветом.
Несколько секунд назад тот держал в клешнях три бутылки пива, которые теперь украшали осколками и оседающей пеной линолеум.
Открылась дверь напротив, и оттуда, словно медведь из берлоги, выглянул Грек с дымящейся сигаретой в зубах:
– Что у вас тут происходит?
– А-3, ты всё не так поняла! – со странными для механического голоса оправдывающимися нотками сказал первый робот.
– Как ты мог? – прибавила громкости она.
– Как ты могла?! – простонал Грек.
– Я же всеми силами берегла нашу любовь! – сказала А-3.
– Я же их целую неделю берёг для выходных, – в отчаянье воскликнул Грек.
А Рейвен в это время валялся на полу своей комнаты, пуская слюни и пустым взглядом пялясь в потолок. Звуки скандала в коридоре не доходили до его сознания. Он вслушивался в беззвучный зов Милоу, обнимавшей его лицо нежными, как сами облака, ладонями.
Глава 4. Доброе утро!
Он стоял посреди широкого, по-весеннему зелёного поля; чистый воздух настойчиво лез в лёгкие, а небо невозможной голубизной резало глаза. Лёгкий ветер шевелил неровное полотно травы, рождая приятный, расслабляющий тело звук. Легко были различимы вдали горы, белые шапки которых указывали на их внушительные размеры. Вокруг никого больше не наблюдалось. Всё так спокойно… Захватившая его эйфория не отпускала, словно мягкая и чуть прохладная подушка рано утром.