Личность зверя. Книга 1. Лараэль. Преквизитор империи

Вернувшись назад в инспекцию, в кабинете никого не обнаружила. Тяжело вздохнув, уселась за свой стол, дописывать отчет о ночном происшествии. Где-то через час в отдел вошел Дистр, сел за свое место и принялся барабанить пальцами по столешнице, невероятно раздражая меня эти.

– Прекрати! – сердито попросила его.

Некромант барабанить перестал, посмотрел на меня, и шумно выдохнул.

– Лара, – протянул он. – Я эту тоже не поднял.

– Я так и думала, – раздраженно отозвалась я.

– Может тебе пойти поспать, слишком уж ты напряжена, – хмыкнул Дистр.

– Допишу отчет и пойду, – фыркнула в ответ.

Сказывалась бессонная ночь, меня раздражало все вокруг, значит действительно надо немного вздремнуть. Докончив писанину, отдала ее некроманту для изучения, а сама отправилась в кабинет к Эдварду, чтобы хоть немного предаться сну.

У шефа стоял небольшой жесткий диван, на котором было абсолютно неудобно лежать. Но деваться некуда, я улеглась на него, мечтая о своей уютной кроватке, накрылась пледом, предварительно вытащив его из подлокотника, и попыталась немного поспать. Но как на зло, сон не шел. В уме все крутились и крутились мысли о сегодняшнем убийстве. Мне не давало покоя, что жертвы были внешне не похожи друг на друга. Первая была уже как дряхлая старуха, хотя и тридцати пяти лет от роду всего, вторая, наоборот, молодая, красивая, пышущая здоровьем. А вот силы у нее опять же не было. Может и правда наша магия в крови, и вместе с ней уходит и магическая сущность?

Меня разбудило осторожное тормошение. Кто-то аккуратно трепал меня по плечу. Открыв глаза, непонимающе уставилась на Хаспри.

– Лара, просыпайся, – улыбнулся он. – Шеф вернулся, и не один.

Я быстро вскочила, усевшись на диван, немного покрутила головой, окончательно просыпаясь. Надо же, думала, думала, и не заметила, как уснула.

– Я пойду, – произнес оборотень. – Ты тоже не задерживайся. Тебя там ждут.

Я лишь кивнула в ответ, встала с дивана, подошла к зеркалу, висевшему на двери, посмотрела на свое заспанное лицо, немного всклокоченные рыжие длинные волосы, попыталась их поправить пятерней, но ничего не вышло. Подошла к столу Эварда, по-хозяйски достала из ящика резинку для бумаг, собрала свою непослушную копну в высокий хвост, кинула еще раз взгляд на отражение, довольно кивнула и вышла.

Войдя к себе в отдел, немного опешила: коллеги сидели на своих местах, даже немного заспанная Свириз, предпочитающая больше времени проводить в морге, напряженно смотрела на высокого темноволосого мужчину, в темно-синей рубашке с коротким рукавом и черных брюках, выгодно подчеркивающих его упругую пятую точку, на которую я, к своему стыду, уставилась, не моргая.

Он повернулся ко мне, вскользь обвел своим надменным карим взглядом и довольно произнес:

– Рад, что наконец-то все собрались. Позвольте представиться, Тарух Янги, главный преквизитор его величества.

Я присвистнула от удивления, присаживаясь за свой стол, но столкнувшись с хмурым взглядом Эдварда, быстро замолчала и стала внимательно слушать главного преквизитора. Тот лишь мельком посмотрел на меня и продолжил пафосно вещать:

– Император Ордар поручил мне возглавить ваш отдел. С завтрашнего дня я буду возглавлять расследование убийств в Ротише.

– Почему не сегодня? – нагло вклинилась я. Точно сказывалась бессонная ночь, иначе почему я это сделала?

– Потому, что сегодня, – повернувшись ко мне ответил Тарух, – я оставлю за собой право познакомится с тем, что вы уже накопали, миссис… – он вопросительно посмотрел на меня.

– Мисс, – поправила я его, опять слишком дерзко. – Пока мисс Атапу, можно просто Лараэль.

– Лара! – возмущенно воскликнул шеф и, грозно сверкая глазами, посмотрел на меня.

– Ничего страшного, Эдвард, – хмыкнул Тарух. – Понимаю, что Лараэль просто не выспалась. Я наслышан о ваших делах, и очень ценю ваш опыт и умение, – надменно улыбнулся он и продолжил. – Император очень беспокоится о том, что происходит в Ротише. Район и так доставляет много проблем его величеству, а тут еще эти зверские убийства. Сейчас я хочу предложить, мисс Атапу и мисс Ройти отправится домой отдыхать, после бессонной ночи от вас не будет толку, остальных попрошу остаться и дать мне комментарии по тому, что вы успели обнаружить.

Я и Свириз еле удержались, чтобы не показать свою радость от того, что нам дают выходной, пусть и такой короткий, уже пять часов вечера, но это лучше, чем ничего. Откланявшись всем присутсвующим, сделав отдельный реверанс в сторону Таруха, сама не знаю почему, открыла портал, и шагнула к себе на кухню.

При виде меня Рой радостно взвизгнул и неуклюже подбежал ко мне.

– Ну что, дружище, – потрепав его по голове, сказала я ракху, – дай мне минут десять, и пойдем гулять.

При слове гулять моя животинка принялась счастливо перебирать лапками и вертеть своим длинным хвостом из стороны в сторону.

– Но сначала, нам надо предупредить нашу милую миссис Мирди, что я дома и сама пойду с тобой гулять, – предупреждая ракха, назидательно покачивая указательным пальцем, я подошла к своему холодному пищевому шкафу и раскрыла его, чтобы посмотреть, что у меня там есть из еды.

Совсем забыла, что утром я проделала то же самое и, кроме осолоны и моркови, ничего там не обнаружила, а за время моего отсутствия туда никто ничего из съестного не положил, потому как некому. Состроила плаксивую гримасу и, посмотрев на Роя, шутливо пожурила его:

– Вот чем ты занимался весь день? – ракх удивленно склонил голову набок и уставился на меня. – У твоей хозяйки есть нечего, а тебе все равно. Нет бы сходить в лавку, купить хотя бы кныша, – вздохнула я и покачала головой.

Рой испуганно присел и недоуменно покосился на меня. Он понимал, что я его ругаю, но вот за что именно – нет. Рассмеявшись, присела возле недоумевающего ракха, погладила его и успокоила:

– Я пошутила. Придется нам с тобой быстро собираться и бежать в лавочку Сааля, чтобы успеть до ее закрытия.

Я прошла в комнату, скинула с себя форму, надела вместо нее легкое струящееся длинное платье с коротким рукавом темно—вишневого цвета в мелкий белый горошек, взяла плоскую кожаную сумочку ташку и вышла обратно в коридор. Сняв с крючка на стене поводок ракха, прицепила его за ошейник Роя, обула белые баретки и вышла из флета, не забыв закрыть за собой дверь.

Предупредив миссис Мирди, что я вернулась и сама погуляю с Роем, быстрым шагом направились в лавку, чтобы успеть до ее закрытия.

– Лараэль! – воскликнул лавочник, услышав дверной колокольчик и выглянув из—под прилавка, чтобы посмотреть, кто к нему пожаловал за несколько минут до закрытия.

–– Мистер Сааль, я, как обычно, – я виновато пожала плечами.

– Тебе бы замуж да детишек растить, а ты…, – он обреченно махнул рукой, заведя свою привычную песню о моей неудавшейся, по его мнению, жизни.

– А я ловлю преступников, мне это больше по душе, – по обыкновению парировала в ответ и улыбнулась.

– Так и останешься одна, Лараэль, помяни мое слово. Так и будешь ловить своих преступников до скончания своих лет. Ни один здравомыслящий мужчина не возьмет тебя в жены. Ни один! – лавочник назидательно поднял указательный палец вверх и, тяжело вздохнув, сменив гнев на милость, поинтересовался: – Тебе еды для Роя?

– Нет, – рассмеялась в ответ. – Для меня.

– Опять дома из еды только крошки, – забрюзжал он. – Ты посмотри на себя, от тебя остались только твои большущие зеленые глазищи да рыжая шевелюра, а остальное – кожа да кости. Замуж таких не берут! – докончил он свои нравоучения и скрылся в глубине своей лавки, буквально через пару секунд выйдя оттуда с огромным пакетом. Протянул его мне и, усмехнувшись, протянул: – Вот держи, собрал все, что ты берешь. Давно тебя не было, так и думал, что сегодня придешь.

– Спасибо, мистер Сааль! – искренне поблагодарила в ответ, принимая пакет.

Назидания лавочника были уже неким ритуалом: я приходила за покупками, он вещал мне о том, что я никогда не выйду замуж, потому что или слишком худа для этого, или слишком горделива, своенравна, либо из-за моей неудачно выбранной профессии. Я не злилась на мистера Сааля, он, как и большинство магов нашей империи, искренне считал, что главная жизненная цель женщины—мага – родить детей и заботиться о муже и домашнем очаге.

Расплатившись, послушав еще немного его нотации, мы с Роем вышли на улицу. Ракх по привычке ринулся уже в свой любимый скверик, расположенный неподалеку, чтобы быстрее поплескаться там в пруду, гоняя лебедей и уток, но я его остановила:

– Рой, вернемся домой, занесем пакет и пойдем в сквер.

Раздраженно вздохнув, ящерица послушно поплелся в сторону дома. Быстро забросив пакет на кухню, мы вышли обратно, добрались до скверика, где я тут же отпустила ракха с поводка, опрометью понесшегося в пруд, попутно пытаясь ухватить кого-то из зазевавшихся пернатых, чинно расположившихся на ровной водной глади.

Удобно расположившись на берегу, я сняла баретки и опустила уставшие ноги в воду. Наблюдая за весельем Роя, думала, как это ни странно, о нашем новом начальстве – вампире Тарухе Янги. В нашей империи он был достаточно известной личностью. Довольно часто участвовал в раскрытии многих таинственных и запутанных преступлений, но всенародную известность ему принесло разоблачение заговора против самого императора Ордара.

Всех подробностей этого дела не знает никто – это большая государственная тайна. Чуть больше десяти лет назад, кто-то нагло напал на императора посреди белого дня прямо в летнем саду дворца. Ордар пострадал не сильно, но это было из ряда вон выходящий случай. Подключились лучшие преквизиторы империи и не только нашей, включая и вампирское королевство Яратанг.

Для меня всегда было загадкой, почему к громким расследованиям привлекали постороннего преквизитора. Ведь Тарух Когда-то был подданным вампирского короля Имарджи.

В течении двух месяцев они нашли главного организатора заговора – кузена Ордара Латея. И вот это не давало мне покоя. Я хорошо помню, как местные газеты только и пестрили крупными заголовками о том, что наш любимый и уважаемый принц Латей оказался на самом деле наглым и жестоким заговорщиком.

В то время я как раз собиралась поступать в академию на факультет бытовой кулинарной и домоводческой магии, сидела в библиотеках и корпела над учебниками, чтобы удачно пройти вступительные испытания. Нечаянно, вместо книги о видах метел и их функциональности, я взяла учебник по истории императорского рода, в котором были описаны деяния кузена императора. Латей занимал должность главного благотворителя Саилия, его главными обязанностями была помощь обездоленным подданным империи, по тем или иным причинам, оказавшихся в трудной ситуации. Под его покровительством были построены лечебницы для тех, кто подвергся пагубному воздействию лакии. Кузен императора очень много сделал для жителей, и вот после всех своих подвигов он вдруг решил устроить заговор против двоюродного брата. как-то не вязалось это все.

И я твердо вознамерилась разобраться со всем этим во что бы то ни стало сразу же, как только окажусь в академии. В первом же семестре обложилась книгами в академической библиотеке, вызвав подозрение у ее смотрителя, который доложил обо мне мистеру Селиванию.

Эдвард, как потом рассказал мне, наблюдал за моим усердным расследованием в течении двух недель. Он обозначился только в тот момент, когда я уже была близка к разгадке, нарыв в одном из документов преинтереснейший факт – Латей, несмотря на свое чудовищное преступление, не был казнен, что соответствовало закону, а вместо этого был сослан в ссылку. Но вот куда, документ об этом умалчивал.

Я помню, как задумчиво рассматривая эту невзрачную брошюрку, барабанила пальцами по столу, размышляя о том, чтобы все это значило, и что же произошло на самом деле.

Из раздумий меня и вывел Эдвард, бесцеремонно выхватив брошюру из рук, нахмурившись. Он пристально смотрел на меня, потом сгреб все книги со стола, включая и рукописи, отнес их библиотекарю, грубо взял меня за руку и отвел в свой кабинет, где взял с меня клятву никогда и ни при каких обстоятельствах не лезть в это дело.

На все мои расспросы мистер Селиваний хмуро молчал, внимательно смотря на меня, а затем устроил испытания, дабы понять мои настоящие способности.

Тогда—то я и узнала, что я настоящий следопыт – маг с очень редким и ценным даром. Моя способность в том, что я могу почувствовать любую магию, когда бы ее не творили, и с легкостью разобраться, кому она принадлежит. Эдвард сделал мне предложение перевестись на факультет преквизиторов, обещая уговорить на это моих патриархальных родных. Зная, что это бесполезно, и памятуя о том, что уже вполне себе совершеннолетняя и самостоятельная девица, я дала свое согласие сама, чем несказанно обрадовала своего будущего начальника.

Хотя я и дала клятву никогда не лезть больше в дело о раскрытии заговора против императора, но один вопрос не давал мне покоя и я задала его Эдварду. Мне было интересно, почему при покушении на главу империи магов привлекли вампира и после того, как Тарух удачно справился со своей миссией, не вернулся назад в свое королевство, а занял должность главного преквизитора при дворе Ордара.

Мистер Селиваний ответил что-то невразумительное вроде того, что Ордар высоко оценил его профессионализм и сам предложил вампиру это место. Я сделала вид, что поверила в это.

И вот сейчас, казалось бы убиты всего лишь две проститутки, конечно жестокость преступления зашкаливает, но это не повод направлять главного преквизитора. И это мне не давало покоя. Меня не покидало чувство уверенности в том, что покушение на императора и наше дело как-то связаны. Неспроста этот красивый, но такой надменный вампир оказался у нас в кабинете. Хотя он и не показывал какой-то излишней озабоченности и тревожности, но мое внутреннее чутье говорило мне, что не так уж все просто с этими убийствами.

Уже дома, попивая свой любимый бревез, глядя в окно, на опускающиеся сумерки, я все думала и думала о Тарухе. Но мои мысли занимала совсем не личность и заслуги вампира, в моей голове прочно поселился его надменный темно—карий взгляд, которым он вскользь меня осмотрел. И чем больше вспоминала его глаза, тем отчетливее понимала, что этот Тарух мне начинает нравиться, поэтому я так вела себя сегодня. Это раздражение не от бессонной ночи, это от того, что он начинал забираться мне в душу. А вот увязнуть в любовных переживаниях, которые с вампиром, уверена, мне обеспечены, никак нельзя. В моей работе мне нужны светлый ум и трезвая голова, что невозможно при душевных ранах.

Улыбнувшись своей догадке, делая глоток остывшего напитка из своей любимой ярко—голубой кружки, я любовалась восходящей все еще круглой луной. Вчера было полнолуние, сегодня светло—желтый яркий диск был уже не так полон, но еле заметную надсечку убывания трудно было разглядеть.

Сделав еще один глоток, я замерла, едва не поперхнувшись. Быстро поставив кружку на стол, я побежала к своей сумке, чтобы достать блокнот.

Пролистав свои записи, остановилась на пометках о первом убийстве. Точно! Тогда тоже было полнолуние! Вот и третье связующее звено преступлений!