Личность зверя. Книга 1. Лараэль. Преквизитор империи
- -
- 100%
- +
– Ну что, коллега, поехали к Кхару, – вставая, усмехнулась я.
– Поехали, может и правда, что интересного узнаем, – кивнул он.
– А я пойду оформлять командировку, – радостно потер руки Дистр.
Мы все трое вышли из кабинета, Хаспри запер его на ключ, и разбрелись по своим делам: я и оборотень в гараж, чтобы отправится к моей подруге домой, некромант в канцелярию.
Так как и я, и оборотень имели право на вождение, нам выделили двухместный тильбюри, за руль которого важно уселся Хаспри, довольно усмехнувшись. Этот экипаж был довольно быстр, в отличие от шарабана, довольно скоро доставил нас к месту нашего назначения.
Я позвонила в дверь дома Демидаров, сетуя про себя, что не сообщила подруге о нашем прибытии, ведь никого могло не оказаться в это время. Но на мое облегчение дверь распахнулась, и перед нами предстал Кхар.
Отец Каасы удивленно уставился на нас с Хаспри.
– Добрый день, Лараэль, – поздоровавшись со мной, мужчина протянул руку моего спутнику и представился ему: – Кхар.
– Хаспри, коллега Лары, – ответил на рукопожатие оборотень.
– Я так понимаю, вы по делу? – осторожно поинтересовался отец подруги.
– Да, Кхар, – тяжело вздохнула я. – Мы к тебе. Нам нужна твоя помощь.
– Ну раз так, проходите, – он шире распахнул дверь, отошел внутрь, пропуская нас.
Кхар провел нас в гостиную и предложил чай. В этом доме пили только этот напиток, но делали его настолько искусно, что даже я, не любитель оного, могла выпить за один присест кружки три.
– Я пожалуй откажусь, – нахмурился Хаспри.
– Даже не думай, – рассмеялась я. – Такой чай ты не пробовал ни разу. А уж если его приготовит Кааса, ты попросишь добавку не единожды. Она дома? – поинтересовалась я у Кхара.
– Да, чем-то занималась на кухне, пойду позову ее, – он вышел из гостиной и через пару минут вернулся с дочерью.
– Лара! – воскликнула она, завидев меня, сидящую в кресле. – Вот же ты! – подруга обняла меня. – Мы с тобой уже почти два месяца не виделись! У тебя совесть есть? Я тебе столько весточек послала, а ты!
– Извини, милая, – виновато протянула я. – У нас на работе сейчас аврал, прихожу домой и падаю.
– А когда у тебя было по-другому? – рассмеялась она в ответ и, заметив притихшего в кресле в углу оборотня, подошла к нему и протянула руку, чтобы познакомится: – Кааса.
– Хаспри, – как-то слишком растерянно произнес мой коллега, что меня немного насторожило.
– Вы коллега Лараэль? – не замечая робости гостя, прощебетала Кааса.
– Да, – коротко ответил он.
А я смотрела на сконфуженного и робкого Хаспри и никак не могла понять, что случилось с этим ловеласом, который при виде моей светловолосой голубоглазой подружки, стал сам на себя не похож. Кааса, конечно, красавица, ради которой парни в академии, где мы вместе учились и сдружились, устраивали настоящие дуэли. Но и оборотень еще тот ходок, и не такие вершины покорял. А тут прям сам не свой.
– Хаспри, – позвала я его. – Что с тобой?
Печально поджав губы, жалобно посмотрев на меня, он выпалил:
– Пара.
– Что пара? – не поняла я.
– Моя дочь его пара, – хмыкнул Кхар. – Во дела! – протянул он. – Я уж не надеялся, что когда-нибудь выдам тебя замуж, – расхохотался отец подруги. – А тут счастье само пришло.
– Как пара? Чья пара? – недоумевала Кааса и, устремив свой взгляд на Хаспри, ткнула в него пальцем и, закрутив головой, испуганно спросила: – Его?
– Моя, – кивнул оборотень и смущенно почесал затылок. – Я сам не ожидал, поверь. Но с этим уже ничего не поделаешь.
– Как это не поделаешь? – возмутилась подруга. – А мое мнение не учитывается? Может я не хочу?
– Ну рано или поздно захочешь, – хохотнула я.
– Лара, я думала ты меня поддержишь! – чуть не плача воскликнула она.
– Ну по мне, оборотни наилучшая партия для таких, как мы с тобой, – пожала плечами я.
– Почему? – недоуменно спросила меня.
– Потому, моя дорогая, что они считают женщину женщиной, а не кухаркой и посудомойкой. Так что радуйся, тем более тебе такой экземпляр достался! – я встала с кресла, подошла к ней и обняла. – Не бойся, Хаспри очень хороший. Ты же знаешь, что у них пара – это святое.
– У меня тут чай, – всхлипнула Кааса. – Я новый сорт готовлю. Мне некогда замуж.
– А ты думаешь преквизитору есть когда жениться? – рассмеялась я. – Да вы идеальная пара: ты выводишь новые сорта, а он ловит преступников.
– Ну тебя, – сердито махнула на меня рукой подруга и, посмотрев на Хаспри, улыбнулась ему. – Ну что, пара, поможешь мне чай приготовить? Или он тебе нужен, Лараэль?
– От него сейчас никакого толку, – усмехнулась я. – Идите, воркуйте. Мы с твоим папой и вдвоем прекрасно поболтаем.
Когда новоиспеченные, пока еще не очень влюбленные, ну по крайней мере, не до конца осознающие это, вышли из гостиной, я принялась объяснять Кхару, цель нашего визита.
– У нас убийства, уже целых два, зверских и изощренных. Нам в отделе пришло в голову, что преступник совершает какой-то обряд. А ты же у нас лучший специалист в этом деле.
– Ну лучший не я, а Саразан, – хмыкнул он.
–– Саразан друид, – усмехнулась в ответ. – До его лесов добираться неделю. Я почему-то уверена, что и ты нам можешь помочь.
– Хорошо, – кивнул отец Каасы. – Ты мне зятя долгожданного привела в дом, и не абы кого, а оборотня. Эх, жаль, Лирси в отъезде, она бы тебя расцеловала, за то, что ты наконец-то нашла ее дочери мужа. Так что, моя дорогая Лара, я теперь весь твой.
– Тогда воспользуюсь моментом, – отшутилась ответ и уже более серьезней поведала о нашем деле, расписав все его подробности.
Кхар встал со своего кресла, задумчиво потер подбородок и подошел к окну, немного постоял около него, вглядываясь в даль, повернулся ко мне и, наконец, ответил:
– Под твое описание попадают два ритуала. Первый, обряд нимф по поддержанию молодости. Довольно жестокий: у жертвы вырезается сердце при полной луне, вся кровь собирается в чашу. Через неделю нимфа съедает сердце и умывается на рассвете кровью жертвы. Но есть одно “но” – ни одной из нимф, когда-либо не удавалось собрать всю кровь до единой капли, да и кишки наружу выворачивать не надо для этого, – он замолчал, подошел к своему креслу и уселся в него. – Этому обряду более десяти тысяч лет, а запрещен он совсем недавно, хотя к нему давно никто не прибегал, да и те, кто это делал, жили недолго. Их казнили за убийства. Так что никакого смысла в нем нет, да и для поддержания красоты зельевары напридумывали много всяких отваров, поэтому в таком жестоком обряде уже нет смысла. Да и не каждой нимфе он под силу.
А вот второй, – Кхар тяжело вздохнул. – Я о нем мало знаю, его охраняет гриф секретности. Но слышал, что у вампиров был ритуал для обретения безграничной силы. После окончания пятисотлетней войны и заключения тройственного союза пять тысяч лет назад, подобные обряды были запрещены, а все упоминания о них заточены в секретных рукописных комнатах.
– Почему не уничтожены? – хмуро поинтересовалась я.
– Вот этого сказать не могу. Либо их сохранили для истории, что вряд ли, либо их тяжело или вовсе невозможно уничтожить, – довольно серьезно ответил он. – Так вот, это обряд силы очень подходит под описания ваших убийств. Я подробностей не знаю, но думаю, что в императорской библиотеке хранится о нем больше информации.
– Его провести может только вампир? – уточнила я.
– Да, – кивнул Кхар в ответ.
– Как ты думаешь, для чего он это делает?
– Ты же знаешь про тройственный союз? – вместо ответа поинтересовался он.
– Ну я не то чтобы очень хорошо слушала лекции по истории, но об этом мне кажется знает даже ребенок. Пятисотлетняя война между тремя кланами: магами, вампирами и оборотнями – грозила миру полным уничтожением. И когда она достигла своего апогея, явился сам святой Эрхи и положил конец кровопролитию. Он выбрал из трех враждующих сторон самых достойных представителей, наделив их неимоверной властью и силой, которые и положили конец войне, заключив тройственный союз.
– Молодец! – улыбнувшись похвалил меня Кхар. – Дальше.
– А что дальше? – пожала плечами я. – Теперь каждые двести лет один из кланов является главой этого союза, имея право полного вето на законы других.
– Это да, – кивнул он. – Но это не совсем то. Главное это то, что все мы смертны, включая и тех, кто следит за этим союзом. Так вот, когда умирает один из них, ему на смену приходит другой достойный. И выбор делает сам Эрхи, наделяя избранного меткой.
– Ты думаешь, тот, кто сейчас убивает женщин в Ротише, хочет занять место во главе союза? – с сомнением протянула я.
– Может и так быть, – хмыкнул он. – Понимаешь, Лара, некоторые считают, что быть достойным – это значит быть очень сильным, неимоверно сильным.
– Может ты и прав, – поджав в сомнении губы, протянула я. – Но меня смущает одно. Неужели наш убийца думает, что Эрхи сможет выбрать душегуба?
– Кто его знает, что у него в мозгах, – тяжело вздохнул Кхар.
– Да и какая польза от того, что ты можешь накладывать вето на закон кого—либо? – продолжила сомневаться я.
– А вот тут, моя дорогая, я тебя отвечу, – довольно усмехнулся мужчина. – Главной причиной войны являлась борьба за власть. Вампиры, оборотни и маги хотели единолично править нашим миром, из-за чего все и началось. А так как силы были равны, так долго продолжалось. И вот что я думаю насчет вашего душегуба, он вознамерился не просто возглавить союз, он хочет власти над миром.
– Вот сумасшедший, – фыркнула я. – Зачем это надо? Ну будет власть. Дальше что? Будешь сидеть на троне и повелевать кого кусать, а кого нет?
– Ох, Лараэль, – рассмеялся Кхар. – Ему просто хочется власти, а зачем, потом разберется.
– М—да, – вздохнула я. – Значит, один из тех, кто сейчас возглавляет союз при смерти? Вампир?
– Думаю да, – кивнул он.
– И кто он? – поинтересовалась я.
– А вот их личности никто не знает. Это может быть, как император, так и обычный лавочник., – развел руками Кхар.
– Ну пусть тогда с этими государственными тайнами Тарух разбирается, заодно с доступом в императорскую библиотеку, – протянула я.
– Вам прислали самого мистера Янги? – искренне удивился Кхар.
– Да, – осторожно кивнула в ответ и, вопросительно посмотрев на мужчину, спросила у него: – что-то не так?
– Странно, – задумчиво ответил он. – Значит действительно подозревают что-то неладное.
– Вот и мы так же в отделе тоже решили, – хмыкнула я. – Хотя в этом деле все странно. Есть свидетели, видевшие предполагаемого убийцу, но никто толком его описать не может, только шляпа и плащ. И я не чувствую следов магии на месте преступления.
После моих слов, мистер Демирад пристально посмотрел на меня тяжелым серьезным взглядом и изрек:
– В этом ему помогает талисман, я уверен.
– Какой талисман? – чуть не закричала я.
– Знаешь Лара, тогда, пять тысяч лет назад во время военных действий было использовано много жестоких вещиц, но их должны были уничтожить сразу же, как война закончилась, – с сомнением ответил он.
– Но рукописи же не уничтожили, могли и талисманы тоже оставить, – задумчиво протянула я.
– Могли, но если их действительно оставили, то это уже точно тайна за семью печатями и никто вам доступа к ней не даст, – уверенно покачал головой Кхар.
– Если только один из талисманов не пропал, – хмыкнула я.
– Ты на что-то намекаешь? – заинтересованно уточнил он.
– Что ты знаешь про покушение на нашего императора? – вместо ответа, задала свой вопрос.
– Меня не было тогда в Саилии, я был в экспедиции в драконьих горах, изучал местные ритуалы, и эта новость меня настигла уже спустя полгода, когда дело было раскрыто. Поэтому знаю только то, что писали местные газеты, – недоуменно ответил он. – Так ты склоняешься к тому, что тогда украли какой-то артефакт?
– Не знаю, – вздохнув, произнесла я. – Но все может быть.
– Согласен, – кивнул в ответ Кхар. – Попробуй поинтересоваться у Таруха.
– Так он мне и ответит, – фыркнула я.
– А ты задай вопрос, и посмотри за его реакцией, – хитро подмигнул мне Кхар.
Я с интересом уставилась на отца подруги, обдумывая его дельный совет, и лишь согласно кивнула в ответ.
Глава 9
Посидев еще немного у Демирадов, напившись их прекрасного чая, я еле увела Хаспри обратно в инспекцию. Оборотень вроде и не сопротивлялся, но все искал какую-нибудь причину остаться подольше в гостях. Когда исчерпала все попытки дозваться до его служебной совести, просто пригрозила настроить против него Каасу, вызвав на удивление неподдельный испуг коллеги.
Распрощавшись с моими друзьями, оборотень, понуро опустив голову, побрел к тильбюри, пустив меня за руль.
– Хаспри, – я попыталась достучаться до оборотня, – тебе никто не мешает назначить Каасе свидание. Что ты так расстроился?
– Лара! – слишком импульсивно воскликнул он. – Ты не представляешь, что такое для оборотня встретить свою пару! Мне хочется сейчас все свое время проводить с ней, мой внутренний зверь рвется назад.
– Так напомни своему зверю, – шутливо протянула я, – что у нас жестокие убийства. И если мы правы, и преступник свершает какой-то ритуал, и если уже прав Кхар, это ритуал силы, то нам несладко придется, когда убийца доделает свое черное дело!
– Я попробую, – недовольно пробурчал он в ответ.
– Ты уж попробуй, дорогой. Иначе тебя отстранят от дела, – напомнила ему о такой возможности.
Хаспри лишь тяжело вздохнул в ответ и всю дальнейшую дорогу просидел молча, уйдя куда-то глубоко в себя, видимо договариваться со своим влюбленным зверем.
Когда мы уже входили в кабинет начальства, было видно, что оборотень немного справился со своими чувствами, обретя здравомыслие. Хотя его слегка задумчивый вид не ускользнул от Эдварда, терпеливо ожидающего нас вместе с Тарухом у себя.
– Хаспри, что с тобой? – спросил начальник, как только мы вошли в комнату.
– Я встретил свою пару, – хмуро пробубнил тот в ответ и метнул на меня отчего-то недобрый взгляд, как будто в этом была моя вина.
– Твоя пара Лараэль? – искренне удивился Тарух, сидящий в кресле возле стола Эдварда.
Мистер Селиваний кинул на вампира уничтожающий взгляд, не ускользнувший от моего внимания и, честно говоря, меня поразивший. Я подозрительно глянула на мистера Янги, ответившего моему начальнику практически таким же взглядом. Неужели они поругались? Интересно из-за чего. Но поразмыслить мне не дали, так как Хаспри пустился в объяснения:
– Нет, что вы! – усмехнулся он и угрюмо покачал головой. – Ее подруга Кааса, дочь мистера Демирада, к которому мы ездили, узнать на счет ритуала.
– Это хорошо, – отчего-то довольно проговорил Тарух, получив за это от Эдварда еще более жесткий взгляд, и словно не заметив этого, поинтересовался: – Что вам удалось узнать?
– Под наше описание попадают два обряда, – начала рассказывать я. – Первый ритуал нимф по продлению молодости, но он не совсем подходит под наши убийства, а вот второй, – я вздохнула и уперлась взглядом в мистера Янги: – ритуал вампиров по приобретению силы.
– Приобретение силы? – задумчиво протянул Тарух. – Был такой, но все описания о нем уничтожены.
– А вот Кхар рассказал, что подобные ритуалы не уничтожили, а спрятали в тайных рукописных комнатах, – парировала в ответ. – Вам что-то известно об этом, мистер Янги?
– Про тайные рукописные комнаты я знаю, – снисходительно кивнул в ответ вампир, – но что в них хранится, нет.
– Даже вы? – искренне удивился Хаспри.
– Даже я, – вздохнул в ответ Тарух.
– Сможешь получить доступ? – поинтересовался у него Эдвард.
– Думаю да, – уверено кивнул вампир в ответ. – Если это действительно ритуал, мы имеем право об этом знать. Но с каждого придется взять клятву о неразглашении.
– Конечно, – согласно покивал шеф. – С такими делами не шутят.
– Это уяснили, – вклинился Хаспри. – Но ведь есть еще одна тайна, – он посмотрел на меня, предлагая мне продолжить дальше, так как именно я общалась с Кхаром, пока он щебетал на кухне с его дочерью.
– Да, есть, – тяжело вздохнула я. – У Кхара есть версия, почему я не чувствую следов. Он предполагает, что преступник пользуется каким-то древним артефактом, который все считали уничтоженным.
По совету мистера Демирада, я внимательно наблюдала за реакцией Таруха, но никак не ожидала, что тень догадки промелькнет не только на его красивом лице, но и в глазах моего начальника. А вот это уже интересно. Значит и Эдвард в курсе какой-то тайны. И только сейчас меня осенило! Мистер Селиваний, а также наш начальник инспекции Расмиль входили тогда в команду, расследующую покушение на императора.
Недовольно прищурившись и поджав губы, я сверлила обоих взглядом, ожидая объяснения от них. Первым не выдержал Эдвард. Тяжело вздохнув, он посмотрел на Таруха и, получив одобрительный кивок от него, встал из-за стола, обошел его и облокотившись, сцепил руки в замок на груди, пристально взглянув на нас с Хаспри, изрек:
– Прежде чем вы узнаете некую тайну, я вынужден взять у вас клятву… на крови.
Оборотень присвистнул, повернул голову ко мне, многозначительно подняв бровь.
– Все так серьезно? – поинтересовался он.
– Да, – коротко кинул Тарух и кивнул мистеру Селиванию, призывая начинать клятвенный ритуал.
Эдвард подошел ко мне, подав знак Хаспри, сделать то же самое, что тот послушно исполнил, и принялся читать заклинание, которые мы послушно с коллегой повторяли слово в слово. Когда вокруг нас заискрился ярко-оранжевый купол, начальник поочередно полоснул каждому ладошку острым кинжалом. Заструившаяся из раны кровь, устремилась мелкими каплями вверх, полностью растворяясь в ярко-оранжевом зареве. Вспыхнув, купол померцал оранжевыми оттенками, обдавая меня и коллегу неприятным колющим теплом, и постепенно погас.
Ритуал закончен, но никто из двоих наших начальников не спешил посвятить нас в страшную тайну, ради которой мы только что дали клятву на крови. К тому же моя раненая ладонь неприятно ныла, а кровь не особо хотела останавливаться. Не спрашивая разрешения, я подошла к столу Эдварда, взяла с него чистую бумажную салфетку и прижала ей рану. Начальство молча наблюдало за моими телодвижениями, так и не пытаясь хоть что-то объяснить.
– Так нечестно! – наигранно захныкала я, глядя на свою раненую ладошку. – У Хаспри уже все зажило, а у меня…
– Позвольте, мисс Атапу, – с легкой усмешкой проговорил Тарух, подошел ко мне и нежно взял мою ладошку в свои руки, – я вам помогу.
Он тихо зашептал над моей рукой заживляющее заклинание, потом неожиданно склонил голову и поцеловал рану, начавшую тут же затягиваться. Эдвард, наблюдавший за манипуляциями мистера Янги, недовольно хмурился, чем вызвал у меня подозрительное недоумение. Никак не могла понять его недовольство по отношению к вампиру, особенно, если второй проявлял какой-то хоть малый интерес в мою сторону. Чтобы это все значило?
Но меня беспокоило другое. Мистеру Янги зачем-то понадобилась моя кровь. Именно для этого он и поцеловал рану. Я знаю, что вампиры таким образом считывают информацию об интересующем их объекте. Какие секреты хотел выведать обо мне вампир? Но вот тут, уважаемого главного преквизитора, ждала неудача. Надо обдумать это потом, дома.
– Спасибо, – глядя на свою здоровую ладонь, я вполне искренне поблагодарила Таруха, и напомнила ему и Эдварду, что пора бы уже начать рассказ: – Может вы нас с Хаспри просветите?
– Да, – вздохнул вампир и нехотя продолжил: – Так как Эдвард не может вам этого сказать, повествование буду вести я. Как вы уже знаете, тринадцать лет назад было совершено покушение на императора Ордара. Мы расследовали это дело совместно с Эдвардом, Расмилем и еще некоторыми одаренными преквизиторами. Забегу немного вперед и скажу, что то, что вы знаете об этом почти все неправда, – он внимательно посмотрев на нас с Хаспри, удовлетворенно кивнул, не заметив на наших лицах хоть капли удивления, довольно продолжил с легкой улыбкой: – Вижу, что вы не зря являетесь преквизиторами и работает в столь серьезном и важном отделе. Ну так вот. Нападение на Ордара было, но не в летнем саду его замка, а в тайной сокровищнице, которую он обязательно посещает раз в год. Это его обязанность, он должен следить за теми артефактами, которые там хранятся.
Вор проник туда как раз в том момент, когда Ордар производил опись амулетов. Он незаметно подкрался к императору, оглушил его и забрал талисман, скрывающий силу его носителя, – вампир окончил свое повествование и замолчал.
– Как кто-то смог пробраться в сокровищницу? – нахмурился Хаспри.
– Он знал секретные ходы, – ответил Тарух.
– Откуда? – удивленно воскликнул оборотень.
– К сожалению это нам так и не удалось выяснить, – вмешался Эдвард.
– А как он вообще мог подкрасться к сильнейшему магу в империи незаметно? – с сомнением поинтересовалась я.
– А вот тут, Лараэль, – вздохнул вампир, – самое интересное. Вором оказался человек. Вы знаете, что люди магически нейтральны, вследствие чего зачастую для нас невидимы. Это был достаточно известный наемник, мастер в своем деле. За ним охотились во многих королевствах и империях. Мы нашли преступника, но, к сожалению, слишком поздно. К тому времени он был уже мертв. Его убили. Допросить вора не удалось.
– Расмиль не смог его поднять? – нахмурившись, уточнил Хаспри.
– Нет, – поджав губы, ответил Тарух.
– Значит, тот кто его нанял, предусмотрел такую возможность, – пробурчала я. – Душу убийца забрал с собой?
– Конечно, – кивнул вампир. – Мы до сих пор не знаем того, кто нанял человека, чтобы украсть медальон.
– Поэтому вы здесь? – пристально смотря на Таруха, спросила я.
– Лараэль, – хмыкнул он в ответ, – когда Ордар прочитал отчет, что вы не почувствовали магию ни в первом, ни во втором убийстве, он решил, что медальон вышел на свет.
– Его величество знает обо мне?! – искренне изумилась я, широко распахнув свои глаза, вытаращив их на вампира.
– Поверьте мне, милая Лараэль, не только он знает о ваших способностях, – усмехнулся Тарух. – Император попросил меня подключится к вашему расследованию. Я согласен с Ордаром, что всплыл утерянный артефакт. Что же касается ритуала, то мне необходимо будет уговорить императора позволить покопаться в запретной библиотеке.
– Почему? – изумился уже и Эдвард.
– Потому, – тяжело вздохнул Тарух. – Я вампир, и как вы знаете, подданный другого королевства, а в империи магов хранятся только вампирские ритуалы.
– А можно поподробнее? – взмолилась я.
– Хорошо, – улыбнулся Тарух. – Тройственный союз обязал уничтожить все опасные и жестокие артефакты и ритуалы. Те, которые невозможно будет стереть, обязалось разделить и хранить в империях, жители которого не смогут ими воспользоваться. Наши хранятся у вас, в Яратанге – таинства оборотней, а у вас, – он кивнул на Хаспри, – магов.
– Вы думаете, что кто-то, пытается провести ритуал, используя вампирские артефакты? – уточнил Хаспри. – Зачем?
– Хаспри, – вздохнула я. – Кхар предполагает, что вампир, а он думает так же, как и мы, что это именно он, хочет занять место главы тройственного союза.
– Сейчас его возглавляет маг, – отозвался Эдвард.
– Вы знаете кто стоит во главе? – изумленно уставилась я на шефа.
– Да, – лукаво усмехнулся он. – Но тут уже даже кровная клятва не поможет. Правление мага скоро подойдет к концу, следующим будет вампир. И тот, кто в данный момент является хранителем достаточно стар, он не доживет до смены власти.
– А уже известно, кто заменит вампира? – серьезно спросил Хаспри.
– Нет, – покрутил головой Тарух. – Об этом знает только избранный. И я не особо уверен, что он сам на данный момент в курсе своей исключительности.
– Когда появляется метка? – с интересом утонила я. Но вместо ответа и вампир, и начальник лишь пожали плечами. Вздохнув, я продолжила: – Значит, пока неизвестно кто сменит старого вампира, и наш убийца очень хорошо об этом знает. А еще, он осведомлен, кто из вампиров состоит в союзе, – задумчиво протянула я. – Кто еще об этом знает?
– Единицы, Лара, – вздохнул Эдвард. – И для нас загадка, кто из непосвященных в курсе этого.
– А если это один из вас? – недовольно проговорил Хаспри.
– Этого мы боимся больше всего, – угрюмо изрек Тарух.
– Много вас? – спросила я.
– Нет, – он покачал головой, опережая мой вопрос. – Не спрашивайте меня, Лараэль. Я не смогу вам ответить.
– Хорошо, – кивнула в ответ. – Следующий из вампиров еще не назначен, либо вы еще не знаете об этом. Может убийца как-то выяснить этот момент?
– Нет, – уверено покачал головой Эдвард. – Об этом никто не знает. Тот, на ком появляется метка, молчит до тех пор, пока в мир иной не отходит один из хранителей.
– А как она выглядит? – поинтересовался Хаспри.