Перпендикулярное кино. 100 рецензий на фильмы за пределами Голливуда

Служебный роман надежного инструмента

Последнее время китайский кинематограф демонстрирует изрядную разнонаправленность и самые удивительные способы сотрудничества. Как пример – ковидная история Чжоу Наня «Я помню» (Ming tian ni shi fou yi ran ai wo, 2020), снятая незадолго до введения повального карантина во всем мире. На этот раз партнером местного Болливуда – студии «Хэндянь» (с дракончиком) – стали финские коллеги. Что неудивительно, этот ремейк тайской картины 2016 года «Один день», отхватившей немало наград, решили снять с большим размахом, спецэффектами и во множестве локаций. Казалось бы, странное решение для мелодрамы, но не спешите с выводами.

Чжоу Нань стал известен у нас как раз после этой ленты, тогда и после специализируясь именно на комедии чувств. Набитая рука чувствуется и в этой картине, режиссер сразу берет быка за рога, приглашая на главные роли известную гонконгскую актрису Анджелу Бейби и не менее знаменитого Ли Хунчи (нам он памятен по еще одному ремейку – фильму «Долгий день уходит в ночь»); оба и составят экранную пару.

История живо напоминает «Служебный роман» Рязанова: молодой айтишник Ли Фей работает в крупной компании и служит коллегам верным помощником, человеком-инструментом, способным решить разные дела, чтобы тут же изгладиться из памяти. Чжоу Нань легко вывертывает наизнанку конфуцианскую добродетель о верности своему месту. Фей принимает ее беспрекословно, подобно сверчку честно знает свой шесток и не заглядывается на другие, хотя… первый зам начальника Чжао Симань вызывает у него искреннюю симпатию, но осмелиться заговорить с ней он не решается. Все меняет поездка в Финляндию, куда компания направляет сотрудников. Симань пропадает на горнолыжном курорте, а когда находится, выясняется, что у нее краткосрочная амнезия. Некоторое время она не будет помнить никого из фирмы, где работает четыре года. Сотрудники спешат покинуть страну, но Симань хочет ненадолго остаться. У Ли Фея появляется уникальный шанс.

А теперь о спецэффектах. В картине нашлось особое место представлению мира специалистом по телекоммуникациям. Отчасти это напоминает фильм «Хоттабыч», с всплывающими окошками, подсказками и радиокнопками. Отчасти сериал «24 часа», где половина фильма будет посвящена обратному отсчету: у Ли Фея есть сутки, чтобы произвести впечатление, а затем изгладиться из ее памяти. Но ему и дня достаточно. Тоже своего рода адаптация фольклорной истории о разбойнике и деве.

Конечно, не обошлось и без финского юмора, памятного нам по картине «За спичками» – здесь будет все из Суоми: сауна, Санта-Клаус, катание на оленьей упряжке, водка и, конечно, северное сияние, собственно, ради него герои и отправляются к красноносому деду в заполярье. Симань хочет пройтись по всему списку желаний, специально заготовленному перед поездкой, а Фей, опустошая кредитку и залезая в долги, жаждет малейшего внимания. Можете сомневаться, что меж ними проскочит искра? И правильно. Электричество будет витать в воздухе, а после разразится настоящая буря. В обоих смыслах.

В помощь Чжоу Наню для этого придан оператор Мика Орасмяя, работавший над картинами «Рождественская история» и «Сорйонен»: виды Суоми завораживают и без спецэффектов, каждый кадр таков, что его можно распечатать и вставить в рамку. Камера то плывет под облаками, то выхватывает героев, то удаляется от них, то снова наплывает. Симань и Фей натурально оказываются в сказке, пусть она и продлится всего-то несколько часов. Зато каких!

Финал неожиданен и в то же время ожидаем. Чжоу Нань выдает сразу две концовки, чтоб любой зритель оказался доволен, и уже именно ему, просмотревшему картину от начала и до конца титров (ибо вторую иначе не открыть), стоит решить для себя, какой именно из них следует верить: грустной или счастливой. Какой финал лучше подойдет, традиционалистский, размеченный небом и философией созерцания или прорывной, заставляющий отходить как можно дальше от норм и догм. Все во власти зрителя, все в его руках.

Очистить стол

Есть такие фильмы, смотреть которые трудно, но необходимо – хотя бы раз в жизни. «После меня» (De son vivant, 2021) из их числа. Беспредельно мрачная история человека, прощающегося с белым светом в исполнении лучших актеров Франции. Все фазы неизбежного: от шутовства, через гнев и отчаяние, вплоть до принятия, все грани человеческой натуры и все возможные способы примириться с невозможным. Фильм вобрал в себя все мыслимое, что можно сказать на тему умирания, а ведь он длится всего около двух часов – но кажется, целую вечность. Что неудивительно, лента вмещает полгода жизни, те самые полгола, за которые и происходят все вышеперечисленные перемены – и не только с главным героем. Но вернемся к нему.

Нестарый еще Бенджамен, да что говорить, в самом соку, по современным меркам, внезапно узнает, что у него рак, но не просто онкологическая проблема, а ее терминальная стадия. Казалось бы, как это возможно, он довольно мнителен и частенько навещает врачей, а те осматривая и ощупывая пациента, не находили ничего страшного, а вернее, находили, но совсем другое, от чего и пытались безуспешно лечить. И в итоге выясняется самое страшное, настолько, что он даже не решается спросить, сколько же ему отводят эскулапы. Это узнает Кристаль, его мать, пришедшая вместе с сыном на прием к новому онкологу.

Непростой фильм сняла Эммануэль Берко, хорошо нам известная по фильму «За сигаретами» – вот кто бы мог подумать, памятуя об этой изящной, страстной, фееричной картине, что она решится поднять столь сложную и в моральном и в этическом плане тему. Недаром особое место в картине отведено самим врачам и медперсоналу больницы, куда был направлен Бенджамен – через их призу восприятия подается немало сцен, они как бы подводят им итог или же пытаются переосмыслить пережитое, одновременно помогая и коллегам по работе справляться с общими трудностями, а порой устраивают сеансы терапии. Ведь их работа, она всегда на грани срыва, на пределе эмоций. Немудрено, что в больнице часто звучит музыка, туда приезжают танцоры, исполнять номера перед персоналом и больными, выступают актеры и читают стихи – что частенько шокирует посторонних, вроде той же Кристаль, только начинающей знакомиться с обычаями клиники, и не понимающей, зачем там нужны смех и танцульки.

А жизнь ее сына идет своим чередом: Бенджамена выписывают после курса химиотерапии, да, эти процедуры не приведут к победе над болезнью, но позволят выиграть время, отсрочить неизбежный закат. Теперь врачи дают мужчине около полугода, в зависимости от возможностей организма. А еще шанс, как говорит главврач клиники, «очистить стол», то есть упорядочить и запланировать все самые важные события на это время и выполнить их, – ведь, больному дано то, чего лишены все остальные жители планеты – кристальное осознание времени своего ухода. Эти полгода – шанс закончить основные дела, подготовить новую пьесу, попрощаться с коллегами-актерами, с которыми он, будучи режиссером, ставил Расина и… может быть, повстречаться с сыном, с которым он так и не увиделся при жизни. Так получилось, что его первая любовь утаила свою беременность, Бенджамен узнал о сыне много позже, после размолвки, и никогда не смел просить о встрече. А сын, прежде так же избегавший отца, узнав о его болезни, сам хотел бы напоследок увидеться.

Фильм вроде бы неспешен, но как же стремительно подходит к концу! Сперва перед Бенджаменом вроде бы открывается весь земной шар, пусть и на самое недолгое время, пока он еще в силах. После, постепенно, мир начинает схлопываться: сперва до размеров города, после – района, затем дома, откуда стало уже невмоготу выходить, а совсем скоро, до пределов больницы, дальше, палаты и, наконец, койки. Полгода истекают, Бенджамен сумел отвоевать даже чуть больше, прошел все испытания верой и разумом. Он, наконец, примирился и с собой и со всеми, включая мать, которая так отчаянно старалась помочь ему, вырвать из лап болезни, из которой нет и не будет спасения, – пока не постигла главного и не смирилась с необратимым. Этот фильм, в том числе, и о принятии того неизбежного, с которым нас всех рано или поздно столкнет судьба.

И теперь, под самый конец бытия, остается только один вопрос – продолжать ли бороться или уйти, подобно римлянину, на своих условиях. И Бенджамен выбирает отказ от медицинской помощи – следующей приступ, когда бы он ни произошел, должен убить пациента. Он освободил стол, заключил договор с костлявой. Только жаль, что сын все еще не с ним, но, верно, так будет лучше для него. Впрочем, Бенджамен, прикованный к постели, еще не знает всего, что произошло за пределами его схлопнувшегося мирка.

Сказать, что актеры играют великолепно, значит не сказать ничего. Бенуа Мажимель, исполнивший роль Бенджамена и Катрин Денев, ставшая его матерью, живут и дышат ролями, проходя этот немыслимо тяжкий путь вначале со страхом и отчаянием, а под конец с решимостью и спокойной уверенностью во взгляде. Они нашли друг друга заново, они открыли себя, они выбрались из западни пустых тревог и волнений, оказавшись выше, сильнее, где-то отчаянней даже. И теперь готовы перелистнуть последнюю страницу, за которой темнота, титры и хриплый голос под визгливую гармонику задумчиво напевающий знаменитую песенку Жана-Мишеля Рива «Вояж, вояж» в такой уныло-драматической аранжировке, которая вызывает лишь кривую усмешку. Напоследок всегда уместно улыбнуться и, выдохнув, приготовиться к новому – неведомому, что всегда открывается вслед за каждой закрытой книгой.

Последнее прости

Всякий фильм Наттавута Пунпирии – уже событие. За последнее время этот молодой тайский режиссер снял немало качественных лент, собравших большое число восторженных зрителей к просмотру по всему миру. Достаточно вспомнить его недавнего «Злого гения», фееричную трагикомедию про школьников выпускного класса, обманувших всемирный ЕГЭ, с целью поступить в престижнейшие американские вузы. Новая его работа, фильм «На посошок» (One for the Road, 2021), тоже не менее изящна, хотя и гораздо более мрачна. Но попробуем в ней разобраться.

Первый главный герой картины (а их тут два, далее вы поймете, почему так), парень по прозвищу Босс, не так давно вернувшийся из США, теперь надеется начать новую жизнь на родине с чистого листа, а то разрыв с девушкой и разлады с матерью дорого ему обошлись. Но планы срывает встреча с Аудом, старым другом, который просит о последней помощи. У него рак, но пусть стадия и не терминальная, лечение лишь отсрочит неизбежное, а пока еще есть возможность, он хотел бы повстречаться с бывшей, порощаться и вернуть кой-какие вещи. Не имея возможности отказать другу, Босс отправляется с ним в путешествие по дорогам Таиланда.

Подбор актеров на роли не составил для режиссера труда, он взял главных героев из «Злого гения» и разместил их в новых ипостасях. Главная героиня той комедии Чутимон Чынгчаренсукйинг здесь сыграла Нун, подружку Босса, его отца играет Тханет Варакулнукрок, а роль бывшей Ауда, к которой друзья и собрались, исполнила Вайолет Вотье, актриса из еще одного культового фильма «Лица Энн», о котором я уже рассказывал. Немудрено, что сыгранность персонажей оказалась на самом высоком уровне.

Путь главных героев оказывается долог, Ауд, а лента первый час рассказывает историю от его лица, решает попрощаться со всеми своими бывшими, а не только с последней, вот только их у него, славного ловеласа, насчитается немало. И теперь приятели отправляются в странствие с севера на юг страны, встречаясь и прощаясь, если получается, отыскивая и передавая вещи, если удается наладить давно потерянный контакт – ибо не всякий человек хочет и способен снова свидеться с прошлым.

Этот фильм – роуд-муви? Не совсем. Под музыку недавно почившего отца Босса, известного ди-джея, чьи миксты играют в старом проигрывателе древней машины, и чье лицо постоянно всплывает в памяти сына, приятели спускаются все ближе к экватору, пока не добираются до моря и не прощаются с музыкантом навек, развеивая прах, как Босс отцу и обещал. И тут Ауд просит встретиться с Нун, оставленной Боссом в промозглом Нью-Йорке несколько лет назад. Все дело в том, что они прежде встречались, еще когда все трое жили так далеко от родных мест…

Этот фильм как кассета, имеет две стороны. Сторона А кончается поминанием отца и визите к матери Босса, и тут же начинается сторона Б – история другого главного героя картины. Непривычный ход, полностью меняющий взгляд на события давно ушедших дней, которые уже сам Босс не хотел бы ворошить. Но вот пришел Ауд, растормошил, заставил отравиться в дорогу, и теперь от минувшего не увернуться, прошлое вернулось в холодный Нью-Йорк, чтоб рассказать об отношениях с Нун обоих приятелей и выяснить подноготную каждого из них, которую оба и хотели скрыть, да вот история не подарила им этого шанса. Перед Боссом снова возникает его любимая, вроде оставшаяся далеко за морями и в годах пути, и снова будто бы рядом. Знакомый трактир «На посошок», подаренный матерью на годовщину, хозяином которого он побыл недолго. И сам Ауд, который вроде пытался утешить Босса, отчаявшегося странной холодностью любимой, а на деле попросту воспользовался ситуацией, переманив ветреную Нун, которая все никак не решалась выбрать между богатым сыном преуспевающей мамочки (та, к тому же, оплатила ей поездку в столицу мира) и нищим разнорабочим, пытавшимся отдать ей сердце. Итог оказался печален для обоих, и теперь Ауд, пытаясь загладить давнюю вину, хочет воскресить забытые отношения и вернуть былые чувства приятелей. Тем более, времени на это у него остается совсем мало.

И все же фильм заканчивается на мажорной ноте, как ни покажется это странным. Нет, чуда не случилось, конечно, Ауд остался лишь воспоминанием, голосом на кассете, любовно хранимой Боссом вместе с микстами отца, его дорога окончилась, как кончаются рано или поздно все наши пути, и теперь он лишь память в сердцах тех, кого он оставил и кто смог простить и понять взбалмошного сумасброда, устроившего покаянный марафон, но преуспевшего лишь для двоих, снова ставших одним целым – как хочется на это надеяться после финальных кадров картины.

Обыкновенный расизм

Американский кинематограф со дня своего появления обращался к теме расизма; как видим, несмотря на прошедший век, она все еще злободневна. Новый фильм «Преступники в системе правительства» (Perpetrators in Government Systems, 2023) рассказывает до боли знакомую историю.

Эту картину можно назвать инди: ее спродюсировал, срежиссировал, смонтировал, написал сценарий и музыку один человек, Аарон Спеллс. Однако, от этого она не стала ни проходной, ни вторичной, напротив. Несмотря на так себе название, картина в значительной степени связана с другими представителями жанра, давно ставшими культовыми, прежде всего «Пинки» и «Выхода нет».

Судите сами: история начинается в недалеком прошлом, когда отца семейства Шакуров, видного негритянского активиста, убивают вломившиеся в дом агенты ФБР, мотивируя свою внезапную агрессию «вооруженным сопротивлением». Тогда им все сходит с рук, хотя оружия в доме найти так и не смогли, даже не подбросили. По прошествии десяти лет двое выживших сыновей постепенно входят в новую жизнь, кажущуюся им светлей и желанней. Старший Траст стал адвокатом, вышел в люди, теперь уважаемый человек в городе, младший Эйс готовится поступить в колледж Лиги плюща как будущий математик. Все идет более-менее гладко, пока их машину не останавливают полицейские, заподозрившие в поездке двух чернокожих в центр города, охваченного негритянскими протестами, пополнение рядов бузотеров.

Стороннему наблюдателю редко доводится ощутить на своей шкуре жизнь гетто, Спеллс предоставляет нам подобную возможность в полной мере. Здесь мало что переменилось в времен «Пинки», да что там, за последние пару веков, разве способы общения стали другими. Но по-прежнему люди забиты, унижены и отчаянно сплочены против ополчившегося на них мира. Они как в давнопрошедшем рабстве называют друг друга «королями» и «королевами», смотрится это и грустно и горько, по-прежнему слушают однообразные проповеди пастора о любви, всепрощении и терпении, все так же стараются общаться лишь с братьями по крови, с подозрением косясь на всякого чужака иного цвета кожи. И надеются на лучшее время, до которого ну хоть в этот раз осталось совсем чуть-чуть. Вот только в старом городе ничего не меняется.

Полицейские убивают Эйса во время обыска машины, причины которого они сидевшему за рулем адвокату так и не сумели объяснить. Как думаете, какой вердикт вынес суд? Нет даже смысла отвечать на этот вопрос. Другой уместней – как отреагировала на это община, семья, Траст, наконец. Какое решение принял он о своей дальнейшей судьбе вроде бы стороннего человека, умудренного сводом законов и правил поведения, усвоившего лучшую жизнь, из которой его попросили одним движением пальца, положенного на спусковой крючок.

Уместно вспомнить аналогичную сцену в «Пинки», когда полицейские сперва с уважением подходят к вроде бы белой женщине, спорившей о чем-то с посмевшей той возразить негритянке. И как же переменяются они, поняв, что перед ними выродок, белокожая черная. Траст внезапно оказался ровно в той же ситуации, отброшенный во времена сегрегации, если не дальше.

Ну а дальше история вильнет в сторону «Выхода нет». И ответ окажется ничуть не менее драматическим, хотя и более интимным, посмотрев, вы поймете, о чем я. Финал же закономерен. Спеллс сознательно идет на обострение, выкладывая все припасенные козыри, но и не давая однозначных ответов на высказанные вопросы. Он лишь обрисовывает ситуацию, в которой оказалось столь хорошо знакомое ему общество, а выход должен найти всякий самостоятельно. Ведь что мы для других, как ни ходячие ярлыки, по которым нас судят, как книгу по обложке, не заглядывая в самый корень. Нам дают прозвания, чаще оскорбительные, нас презирают или боятся, мы отвечаем схожим образом, так же не задумываясь о причинах и следствиях, походя чураясь и оскорбляя. Вопрос в том, кто первым вынырнет из порочного круга, из той чашки Петри в которую превратилась наша зацикленная на обобщениях и штампах жизнь. Кто первым посмотрит на мир без стереотипов, кто протянет руку, наконец.

Спеллс на главные роли в свой фильм сознательно взял малоизвестных актеров, и справились они ничуть не хуже маститых, приглашенных в эпизоды. В этом он оказался прав, новички показали мир, каков он есть, а не каким бы его хотели видеть или могли воспроизвести. Дело осталось за малым – прислушаться к их словам.

Четыреста лет засухи

Снимать фильмы от лица детей всегда непросто, достаточно чуть сфальшивить, чтоб самый хороший замысел с треском провалился. Но когда все получается, выходят шедевры, от «Жестяного барабана» до «Мио, мой Мио», от трагедии до сказки, а ведь оба вышеприведенных рассказывают об одном и том же. Вот и чилийская картина «Расскажи мне кино» (La contadora de películas, 2023) не теряется в этом ряду.

Эта лента еще и история взросления, она охватывает полтора десятка лет. А все начинается в 1966 году, в глухом чилийском поселке в самой сухой пустыне мира, Атакаме, где последний раз дождь выпадал еще в позднем Средневековье. У большинства его жителей одна работа – добыча селитры по будням, и одна радость – поход в кино в воскресенье. Вот только когда одни зарабатывают, другие получают, хозяева шахт постоянно урезают выплаты, вводят поборы и сдают фанерные коробки в качестве жилья в аренду. Именно в такой ютится семья Марии Маргариты: отец, начальник смены, домохозяйка мать и трое ее братьев. Когда с отцом происходит несчастный случай, от правления шахт он получает лишь инвалидное кресло. Теперь семейство вынуждено жестко экономить и сдавать в ломбард последнее. Но забывать о единственной радости в жизни никак нельзя. Чтоб выкрутиться, семейство стало отправлять в синема единственного делегата: кто лучше расскажет увиденную картину, тот и будет в дальнейшем смотреть за всех кино.

Режиссером картины стала датчанка Лоне Шерфиг, удивительная космополитка, прежде снимавшая у себя на родине, к примеру, «Итальянский для начинающих», после перебралась за океан, порадовав мир «Одним днем», ныне перебралась в соседнее полушарие и творит уже там. Команду она так же собрала интернациональную: мать Марии Маргариты играет Беренис Бежо, памятная нам по «Артисту», отца – Антонио де ла Торре из «Возвращения», хозяина шахт Даниэль Брюль, «Гуд-бай, Ленин!». В работе над адаптацией романа Эрнана Летелье, по которой и снята картина, ей помогали Рафа Руссо («Человек с дождем в ботинках»), Изабель Койшет («Тайная жизнь слов») и Уолтер Саллес («Город бога»). Кажется, такая пестрая компания обязательно напортачит, но ничего подобного. Фильм получился ровный, аккуратный, без швов и несуразностей. Выдержан и стиль романа, чья фабула бережно перенесена в сценарий, и атмосфера времени, вплоть до мелких деталей. Особенно это касается фильмов, которые крутят в тамошнем кинотеатре: в основном голливудские и французские картины. Их пересказывать получается именно у Марии Маргариты, да так дивно, что многие соседи стали приходить послушать юное дарование, отчего доходы местного синема резко упали. А тут новая напасть, не выдержав предельной нищеты, в которую впало семейство, в город сбежала их мать. Мария Маргарита решается просить плату за свои рассказы и фактически становится единственной представительницей рабочего класса в кинотеатре.