- -
- 100%
- +
Не случилось бы ничего, если бы я не была такой чувствительной. Ну что мне стоило в тот момент просто не поворачивать головы?
Я пропустила несколько поездов, прежде чем удалось втиснуться в битком набитый вагон, чудом отыскав свободное место. Я должна была открыть офис своим сотрудникам, ключи были только у меня, а Виктор Ефимович, мой водитель, огорошил с утра неожиданной ангиной, поэтому сейчас нервное нетерпение подгоняло вперёд и без того неспокойные мысли. А тут ещё этот настойчивый взгляд, устремлённый откуда-то сбоку, который я ощущала на себе весь отрезок пути от станции Южная до Чертановской.
Зачем, зачем я обернулась?
Она сидела на самом последнем сидении в торце вагона, сухонькая, с белёсой полупрозрачной кожей опрятная старушка, и напряжённо смотрела на меня. Мне была видна её седая голова, краешек зелёной блузки с высоким воротом и часть руки, лежащей на коленях, остальное закрывал плотный ряд пассажиров. Я бы не обратила никакого внимания на эту бабушку, я бы ни на секунду не задержала на ней своего взгляда, если бы не странное, притягивающее, словно магнитом, выражение, застывшее на поверхности её янтарных глаз.
Несколько мгновений я зачарованно смотрела в это лицо. Впервые в жизни я не испытывала неловкости, рассматривая совсем незнакомого мне человека так долго. Обычно, сталкиваясь взглядом с кем-нибудь, я тут же отвожу глаза и немного каменею лицом. Я не люблю чужих касаний, даже если они не имеют тактильного характера. Но эта старушка… Почему мне совсем не сложно отвечать на её пристальное внимание? А когда спустя какое-то время коричневая сумка, висящая на плече одного из пассажиров, вдруг закрыла от меня светлые глаза, я ощутила мимолётное, но очень болезненное опустошение и явный холодок где-то глубоко под рёбрами. Чтобы не порвать странную связь, я опустила глаза на руки старушки. У бабули, к моей радости, оказался неплохой вкус. Тонкое изящное колечко с полосатым нежно-зелёным камушком, охватывающее безымянный палец, идеально подходило к её одежде и ко всему лёгкому облику. Колечко было схоже с моим, подаренным когда-то мне бывшим мужем. Он же сам его и придумал. Он вообще был талантливым ювелиром, мой бывший супруг. Я прищурилась. Да, несомненно, оба кольца были до странности похожи друг на друга. Надо же, какое удивительное совпадение. А ведь я до этой минуты была уверена в том, что Никита никогда не дублировал свои работы!
Коричневая кожаная сумка перекочевала на другое плечо. Теперь моему взору открылась зелёная шёлковая блузка, металлический поясок на талии и большая ажурная пряжка на этом пояске. Две сплетённые между собой змейки. Их острые треугольные головки симметрично разглядывали собственные хвосты, а длинные изогнутые тельца островками покрывали сверкающие каменья. Вот, значит, как! Я почувствовала негодование. Ну, Никитка, получишь ты от бывшей жены по первое число! А ведь клялся, что второй такой пряжки нет ни у кого в мире! Сегодня же позвоню и потребую отчёта!
Я опять подняла глаза на лицо этой старушки. Какое-то неудобное чувство вдруг острыми иголками кольнуло меня изнутри. Её медовые, почти жёлтые глаза… Откуда их выражение так мне знакомо? Может быть… Додумать свою мысль я не успела. Меня больно толкнули в бок.
– Девушка, вы сейчас выходите?
– Нет! – громче, чем надо бы, вскрикнула я и отпрянула вправо.
Поезд остановился. Меня отнесло куда-то назад, закрутило, кто-то наступил мне на ногу; сумочку, которую я судорожно прижимала к себе, чуть не засосало в водовороте выходивших людей, и я резко дёрнулась и с силой ухватилась за поручень. Было девять часов утра, час пик.
Когда минуту спустя я вновь посмотрела в сторону бабули, той на месте уже не оказалось. Я в растерянности покрутила головой. Может быть, она пересела на другое место? Увы, её нигде не было. Значит, старушка вышла на станции, это единственное объяснение.
Ну что ж, пожала я мысленно плечами, странное совпадение, конечно, но ничего экстраординарного в этом нет. В Москве столько людей, что наверняка можно увидеть похожие детали гардероба на ком-то другом. А Никитке я всё-таки скажу пару ласковых!
Я сделала это сразу же, едва взбежала наверх по ступенькам, выйдя на своей станции. На улице моросил колючий дождик.
– Ник, значит, ты давно водил меня за нос? – без предисловий начала я.
– Лёля? – спустя долгую паузу ответил мой бывший. – Ты о чём?
– Не называй меня этим дурацким именем! – тут же привычно вознегодовала я. – Сколько раз я тебя просила!
– А сколько раз я тебе говорил не звонить мне в такую рань? – молниеносно отбил удар Никита и громко зевнул. За несколько последних лет мы с ним достигли совершенства в боях за собственную правоту. Я глубоко вздохнула. Окстись, Елена Марковна, уже давно пора сложить своё оружие!
– Я тебя разбудила? – я постаралась придать своему голосу раскаяние. – Прости, пожалуйста, просто меня захлестнули эмоции…
– Эмоции? – ехидно спросил он. – Это новость! Разве ты способна на них, дорогая?
– Ник, давай не будем начинать с начала, ладно? – Я переложила телефон из одной руки в другую. Зонт я так и не раскрыла, о чём уже начала жалеть. – Иначе опять наш разговор закончится банальной ссорой, и мы так ни к чему не придём. А у меня к тебе очень важный вопрос.
Он помолчал. Сейчас закурит, – решила я и не ошиблась. Утро моего бывшего мужа всегда начиналось с сигареты. За четыре года совместной жизни убедить его в том, что это очень вредно для здоровья, мне так и не удалось.
– Ну, что у тебя случилось на этот раз? – он выпустил дым прямо в трубку. Я поморщилась и помахала перед собой рукой, как будто на самом деле вдохнула в себя эту вонючую гадость.
– Речь идёт о твоей профессиональной чести!
– Что?? – кажется, мне удалось сбить его нахальство. Когда дело касалось его работы, он становился собранным и очень серьёзным. За это я его и уважала. – Поясни!
– Пять минут назад на одной тётушке я видела точно такую же пряжку со змейками, как у меня!
– Не может быть! – Никита облегчённо выдохнул. – Этого не может быть, потому что другой такой пряжки просто не существует.
– А я тебе говорю, что видела её собственными глазами! Это была она, точь-в-точь!
– Послушай, Лё… Алёна! – он повысил голос. – Я не знаю, что ты там видела, но могу уверить тебя, что я не делал похожей пряжки никогда и ни для кого! Ты сама знаешь, что для меня это значит!
Я знала. Я знала, что ювелирное дело, которым мой бывший любимый муж занимается с юных лет, является для него всем. Тем непонятнее становилась вся эта история.
– Может быть, кто-то выкрал твою идею? – предположила я. – Кто-то из твоих помощников?
– Не говори ерунды! – я почувствовала, как Никита поморщился. – Скорее всего, кому-то из твоих бывших хахалей захотелось тебя позлить, вот он и заказал копию для своей новой пассии.
Кто о чём, а вшивый о бане!
– Бывший хахаль у меня только один! И это ты, дорогой! – хмыкнула я. – Так что, как ни крути, всё опять замыкается на тебе.
– Ой, прости, пожалуйста! – хохотнул он. – Я неправильное слово подобрал для твоих ухажёров. Бойфренд – так будет современнее?
– Что с тобой говорить! – вздохнув, я посмотрела на небо. Дождь уже почти закончился. – Одна и та же песня все четыре года. Надеюсь, твоя Кристиночка тоже скоро это поймёт. Или уже поняла, а, Князев?
– Это всё, о чём вы хотели меня спросить, Елена Марковна? – сухо сказал он.
– Да ладно, не расстраивайся, Никки! – У меня отчего-то вдруг поднялось настроение. «Какая же я всё-таки дрянь», – радостно подумала я. – Не везёт в любви, повезёт в ювелирном деле. Старинная русская поговорка.
– Ну и стерва ты, Гордеева! – он резко отключился. Так я и знала. Слабак.
По лужам я припустила к офису. Хорошо, что надела сегодня закрытые туфли, иначе промочила бы ноги насквозь. За мокрые волосы я не волновалась. Мою стрижку мало что могло испортить. На ультракороткий ёжик волос хоть ведро воды вылей, ничего не изменится.
А всё-таки, откуда у той бабули змеиный поясок? И моё малахитовое колечко?
Глава 2
– Доброе утро, Елена Марковна!
– Доброе, дорогие мои! – я улыбнулась своим сотрудникам и вытащила из сумочки ключи. – Давно ждёте?
– Не очень, Елена Марковна, – ответил за всех Петя Кудрявцев, веб-дизайнер. Белое лицо его, усеянное веснушками, расплылось в радостной улыбке. Мне кажется, плохое настроение никогда не приходит в гости к этому парню. Интересно, все рыжие такие весельчаки? – А вы что, на метро ехали?
– Почему ты так решил, Пётр? У меня что, очень помятый вид?
– Ну что вы, Елена Марковна! – испугался Петя. – Вы чудесно выглядите! Чесслово!
– Сама напросилась на комплименты, – пробормотала я, распахивая дверь в офис. – Прошу, господа рекламщики! Сегодня начинаем позже, значит, вечером придётся задержаться.
– У-у-у, – разочарованно пронеслось за моей спиной. Но вслух никто не посмел и слова сказать. Молодцы. Хорошую я команду подобрала.
– Что приуныли, дорогие мои? Вперёд, по рабочим местам! Нас ждут великие дела! Анечка, будь добра, свари мне кофе. Армен, что у нас по каталогу? Ты успел вчера всё просчитать? Петя, через пять минут зайди ко мне, меня интересует макет для Нежинского. А Роман ещё не подошёл?
Работа захватила меня. Об утреннем происшествии я почти не вспоминала. Лишь иногда нет-нет, да и мелькали перед глазами седая голова и глаза шафранового цвета, и сердце вдруг замирало в неясной тоске. Но следующий миг – и обычный ритм рабочего дня вновь начинал выстукивать по-прежнему, скоро и без запинки.
К вечеру я почувствовала гнетущую усталость. Как будто на мою шею взвалили сразу несколько тюков с картошкой и заставили тащить до ближайшего погреба. «Не к добру я вспомнила про погреб», – уныло подумала я.
– Елена Марковна, Самвелу Робертовичу я так и не дозвонилась! – в дверь просунулась Анина мордашка. – Теперь только завтра. У них и рабочий день уже давно закончился…
Последнее предложение она произнесла с явным расчётом. Я вздохнула. Ладно, что же я, зверь, что ли?
– Постарайся завтра не откладывать этот вопрос на вечер, договорились? Да, и вот ещё что: передай Пете, пусть зайдёт на минутку. А все остальные могут отправляться домой. До завтра, Анюта!
– Хорошо, Елена Марковна! До свидания! – Довольное лицо моей секретарши скрылось за массивной дверью, и уже издали я услышала: – Все свободны, а вас, Пётр, я попрошу остаться!
– Вызывали, Елена Марковна?
– Да, Петя, садись. – Я сдавила свои виски пальцами. Вдобавок ко всему разболелась голова. – Рассказывай.
– Э-э-э… – запнулся он. – А о чём, Елена Марковна?
– А ты сам не знаешь?
– Я вообще-то о многом могу рассказать, – он хитро улыбнулся. – Например, вчера наши выиграли три один. Битва была – закачаешься!
– А наши – это кто?
– Так «Спартак» же, Елена Марковна! А вот другая новость, тоже убойная: оказывается, Леонардо да Винчи написал ещё одну Мону Лизу, за десять лет до создания своей знаменитой картины. Только улыбка у этой тётки вполне себе нормальная, человеческая такая улыбочка. Ну и помладше она будет, конечно.
– Всё это очень интересно, Петя, и мне очень нравится твоя эрудиция и любознательность, но я бы всё-таки хотела знать об Эдуарде Васильевиче. На какой стадии у нас проект?
– Так вы о Нежинском, Елена Марковна?! Так бы сразу и сказали! А я-то, балда, думал, вас интересует обстановка в мире!
– Вот за что я тебя люблю, Петя, так это за твоё доброе и отзывчивое сердце, – усмехнулась я. – Ладно, шутки в сторону. Мне нужна стопроцентная уверенность, что Эдуард Васильевич не переметнётся к конкурентам. Ты же знаешь, как долго мы обхаживали этого человека!
– Будьте спокойны, Елена Марковна, от меня он никуда теперь не денется!
– Надеюсь, что это именно так! – я бойко постучала пальцами по столешнице. – Ты созванивался с ним сегодня?
– Конечно! Он вообще клёвый чувак… ну, то есть, умный человек, Елена Марковна. Да не переживайте вы так, у меня всё под контролем! Мы почти закончили с главным макетом, осталось внести кое-какие доработки – и вуаля, можно будет приступать к вёрстке.
– Вот и отлично! – я вздохнула, отчего боль в висках усилилась. Вот незадача, а ведь у меня ещё сегодня встреча!
– У вас что-то болит, Елена Марковна? – проницательно заметил дизайнер.
– Тебе показалось, Пётр! – Я встала. – Можешь присоединяться к остальным, я больше тебя не держу.
– До завтра, Елена Марковна! – он просиял и уже от двери обернулся. – А может быть, вам всё-таки цитрамончику подогнать?
– Иди уж, заботливый ты мой! – хмыкнула я. Вот откуда в этом юнце такая прозорливость?
– Могу вас до дома подбросить, Елена Марковна, мне как раз по дороге! – он не торопился выходить из кабинета.
– А я не домой, Петя. У меня… свидание.
– Свидание? С такой головной болью?? – удивился он. – Отменяйте к чёртовой матери!
– Что?!
– Ну, я пошёл!
И он быстро ретировался с весёлой ухмылкой на лице. Я покачала головой. Распустила ты своих сотрудников, Елена Марковна, ох, распустила!
Глава 3
Хорошо, что кафе, в котором мы обычно встречаемся, находится недалеко от офиса – спускаться в метро мне больше не хотелось. Опять вспомнилось лицо утренней старушки. Если бы не абсурдность пришедшей в мой уставший мозг идеи, я бы точно решила, что это была…
– До завтра, Елена Марковна! – сбил меня с мысли звонкий голос моего сотрудника. Его растрёпанная рыжая шевелюра ярким пятном окрасила мой кабинет. – А может быть, вас всё-таки подвезти?
– Мне пешком идти десять минут, Петя.
– Тем более! Ну что вы будете ноги себе сбивать! – он с удовольствием окинул взглядом мои ноги, а потом посмотрел мне прямо в глаза. Вот как, решил пофлиртовать с начальством, голубчик? Я внутренне усмехнулась.
– Знаешь, что, а ты, пожалуй, прав! – я небрежно забросила ремень от сумочки на плечо и достала ключи. – Идём. А по дороге ты мне как раз о Нежинском расскажешь.
– Как скажете, Елена Марковна… – вздохнул он.
– Вот здесь останови, Петя.
– О, у вас свидание в «Метехи»? Чумовой ресторан! – Петя лихо развернул свой автомобиль и остановился прямо у огромного деревянного колеса, прислонённого к каменной стене. Мне очень нравился стиль грузинского ресторана, и готовили здесь – пальчики оближешь.
– Это моё любимое место, – рассеянно ответила я.
– Буду знать, – вполголоса пробормотал дизайнер и начал выбираться из машины. К тому времени, когда я отстегнула ремень безопасности, дверь с моей стороны оказалась распахнутой, а Петина рука вежливо ожидала у выхода.
– Благодарю, – произнесла я, выбравшись из автомобиля. Надеюсь, я пришла не первой – не люблю ждать.
– Елена Марковна, если вы позволите, я дождусь окончания вашего свидания, чтобы потом отвезти домой, – не выпуская моей руки из своей, негромко сказал парень.
– Это очень мило с твоей стороны, – хмыкнула я, – но можешь не переживать – меня доставят к моему порогу в целости и сохранности.
– Вы уверены?
– Пётр! Кажется, ты забываешься!
– Извините, Елена Марковна!
Он отступил на шаг назад, выпустив мои пальцы. Лицо его сделалось в один тон с волосами. Забавно. Раньше я не замечала со стороны веб-дизайнера таких эмоций.
– Поезжай домой, Петя, ты и так уже на меня кучу времени потратил. До завтра!
– До свидания, Елена Марковна…
Я направилась к распахнутой двери, в ту же секунду позабыв о своём сотруднике, – сквозь огромное стеклянное окно мне радостно махали мои девчонки. В полном составе!
Глава 4
– Ну, мать, ты даёшь!
– Ты о чём, Оль? – Я поцеловала подругу и с удовольствием упала на мягкий диван.
– А то ты не понимаешь! – воскликнула Жанна, сидящая справа от меня.
– Не понимаю! – В моих руках оказалась коричневая книжица. – Вы уже успели сделать заказ?
– Какой заказ, когда такие вещи вокруг творятся?
– Да что у вас случилось?
– Это не у нас случилось, это у тебя случилось! – Жанна выкатила глаза. – Милуется прямо на наших глазах с рыжим красавчиком и ещё спрашивает!
– А, так вы про Петю! – наконец, поняла я. – Так это же мой сотрудник!
– Сегодня – сотрудник, завтра – любовник… – глубокомысленно произнесла Ася, позвякивая ложечкой в стакане с водой. Она всегда требовала простой воды, прежде чем приступить к трапезе.
– Глупости! – фыркнула я. – Он просто меня подвёз. Виктор Ефимович, мой водитель, заболел.
– Ухайдокала одного и принялась за следующего…
– А вот завидовать не надо, Жанчик! – Я открыла меню и принялась перелистывать страницы. Есть вдруг захотелось нестерпимо. Помнится, было тут одно блюдо…
– Побойся Бога, Алёнка, он ведь совсем пацан! – кажется, Оля не на шутку встревожилась.
– Для тех, кто отсутствовал, объясняю! – я с громким звуком захлопнула книжицу и подняла голову. – Петя – мой веб-дизайнер, а на работе я, если кто забыл, шуры-муры не кручу. К тому же он на десять лет младше меня. А теперь я могу спокойно заказать еду? Есть очень хочется!
– Десять лет в наше время – тьфу! – Жанна не унималась. – Нынче это даже модно, ты что, не знаешь?
– Не знаю и знать не хочу! – отрезала я. – И вообще, мы разве за тем здесь собрались, чтобы обсуждать мою личную жизнь?
– А кстати, зачем мы здесь собрались? – быстро спросила Ася. – Кто-нибудь мне, наконец, это скажет? Они без тебя, Елена Премудрая, словно в рот воды набрали, ни одна не проговорилась, представляешь? Только рожи глупые корчили, мол, я не я и корова не моя.
– Что, даже Жанетта не поддалась? – удивилась я.
– Представь себе! – гордо произнесла Жанна. – Кремень девка!
Она нежно погладила себя по голове.
– Слушайте, если я сейчас чего-нибудь не съем – умру прямо на месте! – жалобно воскликнула Оля. – Давайте сначала поедим, а потом уже приступим к главному блюду, а?
– Поддерживаю! – в моём животе раздалась симфония расстроенных инструментов. – Ведь все после работы…
– Кроме меня! У меня, барышни, заслуженный выходной! – весело сказала Жанна. – Прикиньте, у нашего шефа вдруг проснулась совесть!
– Вот об этом ты нам и расскажешь, пока мы будем наслаждаться горячим барашком! – Оля в предвкушении потёрла руки и сделала знак официанту. – Гоги, мы готовы!
– А ты уверена, что его именно так зовут? – шепнула я ей тихонько.
– Я сейчас уверена только в одном – я зверски голодна! Так что наплюй на условности и наслаждайся моментом, как говорит мой муженёк, а уж в этом он толк знает!
– О да, с этим не поспоришь! Твой Максимка всегда отличался умом и сообразительностью!
– Это точно! – хмыкнула Оля и улыбнулась подошедшему юноше. – Мне, пожалуйста, чахохбили из курицы, лобио и…
Когда в глаза моих подруг появилась расслабленная усталость, а тарелки заблестели, словно начищенные трудолюбивой хозяйкой, я поняла, что пора переходить к основному блюду. Как будто специально в этот момент в ресторане пригасили свет, а на небольшом возвышении, полукругом охватывающем правый угол зала, появился молодой человек с микрофоном в руке. Его я видела тут впервые, хотя довольно часто бываю в этом уютном месте.
– Это же Георгий Ревадзе! – Жанна даже привстала в восхищении. – Вот это мы удачно сегодня зашли!
– Кто такой? Ты его знаешь?
– Ещё бы! – она снова плюхнулась на своё место. – Вся Москва только о нём и говорит! Прикиньте, девки, никак не могу билеты на его концерт достать, а тут он, собственной персоной, будто джинн из кувшина! Зашибись просто!
Она подпёрла ладошками голову и притихла. Я пожала плечами. Наша Жанночка – стойкая фанатка русского шансона, который я, признаться, терпеть не могу, и поэтому ничего хорошего от вновь появившегося грузина я не ждала. Ладно, пусть поёт свою «Мурку», не буду портить девчонкам настроение, зато потом уже никто не сможет помешать мне выполнить сегодняшнюю миссию. Зал замер в ожидании. Похоже, я была единственной, кого нисколько не взволновал этот чернявый самоуверенный юноша. Наглый тип, решила я и, откинувшись на спинку дивана, прикрыла глаза. Мне нужно было подумать, как преподнести Асе новость так, чтобы она не грохнулась в обморок. Сердечные дела требуют особой тонкости, а наша трепетная Ася…
От внезапно раздавшегося мужского голоса меня тряхануло, а глаза раскрылись сами собой. То, что я сейчас слышала, никак нельзя было назвать низкопробным «блатняком», наоборот, это была горячая, пробирающаяся в самое нутро, невероятная по своей глубине и пронзительности, грузинская мелодия. Сердце моё удивлённо замерло, а потом застучало вновь, словно помогая своим ритмом волшебному голосу парня. Да, такое услышать я никак не ожидала! Может быть, в прошлой жизни я была грузинкой?
– Я же говорила – чистый Бюльбюль-оглы! – на меня смотрели сияющие глаза Жанны. – Ага, тебя тоже пробрало?
– Это было прекрасно! – прошептала Ася. – А как он на Кешу похож…
– Не похож, заявляю тебе со всей ответственностью! – ляпнула я, позабыв обо всех своих недавних терзаниях. – Твой разлюбезный Иннокентий стал жалкой тенью самого себя.
– Алёна! – в один голос укоризненно воскликнули Оля с Жанной. У Аси задрожали губы.
– Что ты такое говоришь? – прошептала она.
– Я видела вчера твоего Кешеньку, собственно, поэтому сегодня вас здесь и собрала.
– Где видела? – Ася в смятении обернулась, словно ожидая узреть бывшую любовь у себя за спиной.
– Он приходил ко мне на работу. Я, правда, не сразу его узнала, но стоило ему открыть рот, и тайное тут же стало явным… Ася, не смотри на меня такими несчастными глазами!
Зажав рот рукой, она уставилась в одну точку, по щекам её медленными ручейками начали сбегать капельки слёз. Девчонки принялись успокаивать дурочку, а я нахмурилась. Сколько лет прошло с тех пор, как Иннокентий бросил нашу подругу, а она до сих пор не может его забыть! Разве можно быть такой бесхарактерной? Ничего, кроме злости и негодования, я сейчас не чувствовала. Несколько долгих лет Аська терпела издевательства от этого негодяя, а потом, когда он променял нашу святую на очередную жертву, наша подружка чуть руки на себя не наложила. Слава Богу, Жанна вовремя оказалась в нужном месте, остановив Аську от отчаянного шага. И вот теперь опять! Впрочем, я надеялась, что, узнав о том, насколько жалок стал её бывший хахаль, она одумается и наконец сможет вытащить эту застарелую занозу из своего сердца.
– Аська, он мизинца твоего не стоит, слышишь? Особенно сейчас, когда этот спесивый холёный лев превратился в облезлого старого кота. Да если бы ты его только увидела, ты бы первая над собой посмеялась!
– Алён-н-ка, он ещё придёт к тебе? – она громко всхлипнула и с мольбой уставилась на меня. Я вздохнула.
– Придёт, куда же он денется. Он теперь мой клиент, так его за ногу!
– А про меня он… спрашивал? – глаза её зажглись такой надеждой, что мне стало не по себе. Соврать я не смогла.
– Спрашивал, подлец.
– А ты?
– Сказала, что у тебя всё отлично, ты бодра и весела! Видела бы ты, как его перекосило после моих слов!
– Я знала, что он вернётся, знала!
– На колу мочало – начинай с начала! – в сердцах воскликнула Жанна. – Говорила я тебе, Лёлька, не надо было Аське ничего рассказывать! Как приехал, красавчик, так и уедет, она бы и не узнала ничего! Возись теперь с этой дурёхой!
– Мне нужно его увидеть! – Ася, кажется, нас не слышала.
– Ну, что я говорю! – Жанна постучала по своей голове кулачком, тёмные глаза её стали ещё чернее. Оля сжала Аськину ладошку и с укором посмотрела на нас.
– Бессердечные! Человек переживает, а они издеваются! Ну и пусть разик встретятся, что тут такого-то?
– Ага, ты её ещё за ручку возьми и сама к этому гаду отведи! – я ещё больше разозлилась и вдруг боковым зрением справа от себя увидела какой-то знакомый облик. Ещё не вполне уверенная в своих предположениях, я повернула голову. Она сидела за самым последним столиком, у стены, совсем одна, и смотрела напряжённым взглядом в нашу сторону. Даже отсюда мне хорошо виден был высокий воротник зелёной рубашки и две змеи, изогнувшиеся в знакомом движении. Я моргнула несколько раз, но наваждение не исчезало.
– Алёна, ты что, привидение увидела? – Оля с беспокойством дёрнула меня за руку. Я резко к ней обернулась.
– Почти. Посмотрите, девки, кого вы там видите? – Я опять взглянула в сторону старушки, но, к своему ужасу, её там больше не увидела. На месте бабули сидел какой-то парень, и могу поклясться, что секунду назад его там точно не было!
– Это что, твой хахаль, что ли? – с любопытством спросила Жанна и прищурилась. – Фи, он же стопроцентный альфонс! Алёнка, я тебя не узнаю! Раньше ты разборчивей была…