Город моих кошмаров

Недавно державший Веру мужчина наклонился и подхватил девчонку на руки, побежав с товарищами в глубь леса. Девочка стала понемногу приходить в себя и, оторвав взгляд от своих дрожащих рук, осмотрелась. Стволы деревьев увеличивались и сужались до такого размера, что их легко можно было обхватить рукой! Ветки становились всё длиннее и длиннее, стараясь преградить путникам дорогу. Они сплетались между собой, создавая стены! Листья кружили в воздухе над людьми и в один момент с огромной скоростью устремились вниз, больно ударив по лицу и рукам. Не выдержав подобного зрелища, Вера потеряла сознание.

Проснулась она в палатке. Голова сильно болела, тело не слушалось. На глаза навернулись слёзы. Это не сон, это пугающая реальность. Не хотелось думать, не хотелось вспоминать всё увиденное. Мурашки пробежали по телу. Сейчас Вера выйдет из палатки и снова столкнётся с чёрно-синими. С той сумасшедшей и суровой женщиной, которая, судя по всему, принимает её за монстра. И что они собираются с ней делать? А Гоша? Где он?

Пересилив страх, Вера медленно расстегнула молнию палатки и вылезла наружу. Через секунду она ужасно об этом пожалела, так как все чёрно-синие резко остановились и посмотрели на неё изучающими взглядами.

– И вы думаете, что это хрупкое и стеснительное создание – монстр? – усмехнулся мужчина с французскими усами, его глаза лукаво блеснули: – Да нет, сомнительно.

Вере хотелось провалиться сквозь землю, самое страшное было то, что среди чёрно-синих сейчас не было ни одной женщины. Быстро окинув взглядом знакомый лагерь, девочка нигде не увидела Гошу. Скорее всего, он был в одной из палаток.

– Что, дружка своего ищешь? – сразу смекнул другой мужчина, широко улыбнувшись: – А его пытают.

Вера вздрогнула, в ужасе вытаращившись на чёрно-синего, и мужчины покатились со смеху. Девочка сжала кулаки, страх смешался с гневом, хотелось спрятаться в палатке и одновременно наброситься на смеющихся с кулаками.

– Да не боись ты, я же шучу. Вон в той большой палатке сидит. С ним Маша и ещё двое, специальными приборами проверяют, монстр он или нет.

Веру эта новость ни капельки не успокоила. Она бросила испуганный взгляд на деревья, но ничего странного с ними не происходило. Тучи заволокли небо, поднялся сильный холодный ветер, и деревья с громким стоном, по своему обыкновению, раскачивались из стороны в сторону. На языке крутилась сотня вопросов, но сейчас их задавать было глупо и страшно. Чёрно-синие всё ещё неподвижно стояли и смотрели на неё.

Но к радости Веры, из большой палатки вышла та суровая женщина, которую звали Маша, как сказал чёрно-синий. Следом за ней вышел и Гоша. Он был мрачнее тучи, его глаза полыхали гневом, но, увидев Веру, парень тут же выпрямился и широко улыбнулся, явно приободрившись.

– О, проснулась, спящая красавица! – усмехнулась женщина, всплеснув руками. Она подошла к Вере и внимательно её оглядела: – Сними этот дурацкий дождевик, весь его изорвала, больная. Пошли, твой дружок вроде нормальный, а вот что ты окажешься одной из тварей, я уверена на все девяносто восемь!

– Боюсь представить, как вы сейчас разочаруетесь, – фыркнул Гоша: – Вы по какому праву нас здесь держите?! Наши родители вызовут полицию, и те обыщут весь лес, а когда нас найдут, вас ждут годы за решёткой!

Чёрно-синие засмеялись, даже суровая женщина слегка улыбнулась, повернувшись к парню:

– Если ты думаешь, что тюрьма нас пугает больше, чем этот лес, то ты ошибаешься. Поверь, никто не сможет надеть на нас наручники, ибо лес наш и это знает каждый. И знают они то, что это место без нас – как лев в цирке без дрессировщика. Так что закрыл варежку и засунул свои возмущения и угрозы куда подальше!

Маша грубо схватила Веру за руку и потащила её в палатку. Внутри сидели двое чёрно-синих. Быстро бросив взгляд на Веру, один из них стал настраивать какой-то странный прибор, а второй затянул ремень на руке девочки выше локтя и надел ей на палец причудливую штуковину, от которой к главному прибору тянулся проводок.

Замигали лампочки. Палец больно укололо, словно по нему прошёлся электрический ток. Прошла минута, и лампочки перестали мигать. Одна из них загорелась тусклым красным светом.

– Нет, всё нормально, – пожал плечами мужчина, расстегнув ремень на руке Веры: – На фонарь как отреагировала?

– Тоже нормально… – нехотя ответила суровая женщина и вдруг с силой стукнула кулаком по столу: – Отлично!

– Сама виновата, напрасно детей в лагерь привела.

– И без тебя в курсе!

Женщина крепко сжала руку Веры, рывком подняв её со стула:

– Я видела тебя вместе с твоим паршивым братцем на окраине леса! Зачем вы снова сюда ходили?!

– Он убежал! – Вера вырвала свою руку и сделала шаг назад.

– Зачем он сюда постоянно ходит?!

– Я не знаю! Потому что идиот! – огрызнулась Вера.

«В последнее время я очень часто вру».

В глазах мужчин заплясали весёлые искорки, они оба с интересом покосились на девочку.

– Надо бы ещё твоего брата проверить, да опасно, – прикусила губу Маша, задумавшись о чём-то своём.

«Я и сама бы его проверила. Какой нормальный ребёнок будет с монстром общаться?!».

– Значит так, передай своему другу, чтобы из лагеря ни ногой! В лесу опасно, до дома не дойдёте. Здесь будете в роли оруженосцев. Что-нибудь перетащить, почистить, убрать, приготовить, помочь. Пока мы не разрешим – не уйдёте!

– С чего это вдруг?! – на глаза Веры навернулись слёзы, и как она не пыталась их сдержать, ничего не получилось.

– А будешь слёзы лить!.. – женщина показала Вере кулак, недобро сверкнув глазами. Она резко развернулась и вышла из палатки.

– Да ты не бойся, мы не обидим, – чёрно-синий улыбнулся и подмигнул девочке: – Только лишний раз не острите и не возмущайтесь, Маша как горящая спичка и бензин.

– Только работать не забывайте, мы лентяев не любим, – добавил второй и рукой указал девочке на выход, намекая, что здесь ей больше делать нечего.

Вера нехотя вышла обратно на поляну. Всё, что ей сейчас хотелось – уехать обратно в свой родной город и больше никогда не возвращаться в это проклятое место! Но теперь… она здесь будет как раба и неизвестно, увидит ли когда-нибудь свою семью. Девочка поджала губы, ещё секунда, и она бы разрыдалась, но вдруг к ней подскочил Гоша и заключил подругу в свои крепкие, тёплые объятия. Плакать захотелось ещё сильнее…

«Как же я рада, что ты со мной».

Вера боялась представить, как жила бы здесь без друга и его поддержки. Умерла бы от ужаса в первый же день.

– Прорвёмся, куда денемся? – вздохнул Гоша: – Что тебе сказала эта злая кобра?

– Что мы теперь здесь в роли оруженосцев. Ещё запретила заходить в лес.

Гоша сделал шаг назад. Его ноздри раздулись, а лицо покраснело.

– Я понятия не имею, что происходит, и меня это ужасно бесит! Держись рядом.

– Эй, влюблённые голубки! Жрать хотите? – на раскладном стуле сидел Ваня. Закинув ноги на стол, одной рукой он поглаживал бороду, а во второй держал игральные карты.

– Фу, как неприлично, Ваня, – усмехнулся другой играющий, покрыв семёрку королём.

– Тебе бы говорить о приличии, второй раз меня в дураках оставляя! – прорычал бородатый мужчина и бросил на стол пиковую шестёрку.

Вера и Гоша переглянулись. С каждой секундой становилось всё страшнее и страшнее. Девочка посмотрела на лес и испытала жгучее желание броситься в его темноту, спрятаться в ней. Ей хотелось домой, но… а вдруг та черноволосая тварь тоже скрывается во тьме? А ломающиеся и уменьшающиеся деревья, взбесившаяся листва, ветки?

– Ой не любим мы скромняшек, ой не любим, – покачал головой выигравший чёрно-синий, взглянув исподлобья на новичков: – Учтите, голодными оставим.

Вера в нерешительности кивнула, опустив голову.

– Ну ты посмотри на это солнышко, как на такую сердиться можно? – пришёл в умиление чёрно-синий с усами.

Ваня фыркнул:

– Усатик, принеси этому солнышку поесть, мне лень вставать. Парень, ты кушать хочешь? – слово «кушать» бородатый мужчина произнёс громко и выразительно.

Гоша быстро кивнул, засунув руки в карманы. Что он, что его подруга чувствовали себя не в своей тарелке, и чёрно-синие это заметили.

– Садитесь к нам, не стоя же есть будете. Матвей, будь другом, уступи место, – выигравший в карты мужчина толкнул рядом сидевшего товарища рукой в плечо, но, видимо, не рассчитал силу удара. От неожиданности Матвей упал на землю, и чёрно-синие покатились со смеху.

Вера ужаснулась, мужчины вели себя как дикие звери! Девочка стояла, не трогаясь с места, сесть с этими людьми за один стол для неё было страшнее, чем выйти к доске на уроке алгебры, а от одного этого слова Веру бросало в дрожь.

Мужчина всё это время смотрел на Веру, но уже через минуту закатил глаза, отвернувшись:

– Никогда не любил детей…

Гоша коснулся пальцами локтя подруги и направился к столу. Девочка пошла за ним и села рядом с Ваней, друг же сел напротив.

– В дурака играть умеете? – покосился на Веру бородатый мужчина.

Девочка кивнула и в ужасе уставилась на карту, которая в ту же секунду оказалась перед ней. Играть с этими мужчинами в карты?! От одной этой мысли волосы на голове вставали дыбом! Но вот игра началась. Гоша многозначительно посмотрел на Веру и взял в руки карты. Как он может играть, когда голова забита совершенно другим?

Ваня ходил первым. Во время игры он решил развлечь новичков беседой.

– Значит, твой братишка в очередной раз убежал в лес? Ваши родители хоть знают, что такое слово «ремень»?

– Иногда он мало чем помогает… – пробормотала Вера.

– Согласен. Лучше сразу веткой, больнее будет, да и твой брат сразу бы поумнел, – усмехнулся Ваня, покрыв шестёрку дамой.

– Ваня, ничего ты в воспитании не понимаешь, – подошёл к столу высокий мужчина с сигаретой в зубах.

– Ещё как понимаю, меня так родители воспитывали!

– Понятно, почему у них вырос ты, – хмыкнул мужчина и, наклонившись, подсмотрел Верины карты: – Тебя как зовут, девочка?

– Вера…

– Чёрта с два! Мою мать Верой звали! – воскликнул Ваня, стукнув кулаком по столу и взяв карты. В руках девочки остался один козырной туз.

– Вера, значит… – снова хмыкнул чёрно-синий. Он бросил сигарету на землю и наступил на неё ногой: – Поздравляю, ты выиграла.

Ваня выдернул из рук девочки карту и, сплюнув, бросил туза на стол. Вскоре из игры вышел и Гоша. Ваня в очередной раз остался в дураках. Бородатый мужчина нахмурился и резко встал, направившись в одну из палаток.

Перед Гошей и Верой оказались две банки консервов с мясом. Усатый мужчина шутливо отвесил поклон:

– Да не подавиться вам этой скромной пищей и наполнить животы свои. А вот и вилки.

Вера неторопливо стала есть, сгорая от стыда. Ей было жутко неприятно из-за того, что почти все мужчины смотрели на неё и на Гошу. Сидевший с ними за одним столом чёрно-синий не любивший детей, представился:

– Никита. Значит, Маша зря вас сюда притащила… Лишние рты, слабое звено. Не густо, но и не пусто. Предполагаю, у вас появилось много вопросов?

– Очень много! – воскликнул Гоша, резко выпрямившись: – Начиная с того, что вообще происходит в этом лесу?!

– Долгая история, а я не в духе рассказывать.

– Я могу, – сел рядом с Верой чёрно-синий, который держал в зубах очередную сигарету: – Саня и больше никак. Назовёте Сашей, получите.

– Да уж лучше вечером, когда все соберутся. Каждый от себя добавит. А пока пусть идут в палатки, нечего им тут сидеть. Кстати, переодеться бы им что-нибудь дать… Девчонка-то, как будто из болота вылезла.

Саня быстро оглядел Веру и пожал плечами:

– Да уж слишком хиленькая, даже самые маленькие костюмы вряд ли подойдут. Кроме Машки, у нас девок больше не было.

– Да что же так грубо?! Девушек! – из леса вышел небольшой отряд чёрно-синих. Вера перевела взгляд на того самого молодого парня: – Некультурно и невежливо!

– Ой, чья бы корова мычала…

– А твоя бы молчала, – перебил Саню парень, весело сверкнув глазами. Подойдя к Вере, он протянул ей руку: – Добро пожаловать в лагерь грубых, невоспитанных мужчин. А я Паша, самый вежливый, добрый и весёлый парень в этой компании.

– Ох как распетушился, – улыбнулся Никита, вскинув бровь: – Купидон выстрелил тебе в сердце?

– Очень смешно, – закатил глаза Паша, поджав губы. Он снова перевёл взгляд на Веру, ожидая, когда та пожмёт ему руку, но девочка резко встала и отошла. Поведение парня и слова Никиты напугали её до такой степени, что она побледнела.

Саня и Никита прыснули от смеха, Паша растерялся, а Гоша встал, пока ещё не зная, чего ожидать и что делать.

– Прости, пугать не хотел… – резко убрал руку за спину Паша, смутившись: – Тебе одежда нужна? У меня есть несколько костюмов, которые я носил примерно года два назад, как раз подойдут. Сейчас принесу, – парень скрылся за грудой ящиков, в которых лежали консервы, одежда, оружие, фонарики и другие вещи. Какие-то ящики были деревянными, какие-то железными. Некоторые закрыты, некоторые открыты. Страх на несколько секунд сменился любопытством. Что же чёрно-синие из себя представляют?

– Палатка, в которой ты проснулась – твоя, Гошина, моя и Сани. Она двойная, думаю, ты и сама заметила. Мы справа, вы слева. Тебя не смутит, что этот паренёк будет спать рядом? Вы встречаетесь? – Никита перевёл взгляд с Веры на Гошу.

– Нет, но мы давно знакомы, так что не смутит, – сухо и быстро ответила Вера.

– Ну смотри… Гоша, мы хоть с виду грубые и невоспитанные, как отозвался Паша, но какие-то манеры всё же есть и ум тоже. Так что тронешь девчонку пальцем, набьём рожу и сломаем руки. И это касается всех! – повысил голос Никита: – Ей на вид шестнадцать, так что губу закатали и покажите себя джентльменами!

Гоша одобрительно кивнул, на его лице появилось облегчение, Вера же вжала голову в плечи, покраснела и вцепилась пальцами в рваный дождевик. Но наконец к ней подбежал Паша с небольшой стопкой одежды в руках:

– Значит так, два чёрно-синих костюма, один свитер и тёплые штаны будут великоваты, но сойдёт. Футболка, джинсы и сапоги.

– Спасибо, – Вера быстро приняла стопку вещей и поспешила скрыться в палатке.