Вдвоем – за любовью

ГЛАВА ПЕРВАЯ

– Эмили! Мне нужно с тобой пошептаться, пойдем со мной в дамскую комнату.

Взглянув на Кармеллу Лопес, бессменного секретаря и помощницу ее отца, Эмили Винтере нахмурилась и на мгновение остановилась.

Она не сомневалась, что сейчас четырнадцать сотрудников компании «Винтерсофт», отложив все свои дела и выключив мобильные телефоны, уже сидят внизу, в конференц-зале, и ожидают, когда она начнет еженедельное совещание отдела стратегии продаж.

– У меня в запасе всего минута, – бросила Эмили. Кармелла всегда находилась в курсе всего, что происходит в компании, ей были известны разные сплетни и всяческие секреты, а потому вряд ли она уложится в одну минуту. «

– Это очень важно.

Эмили глянула на стеклянную дверь кабинета отца, Ллойда Винтерса, генерального директора и владельца компании «Винтерсофт». Он сидел за столом и разговаривал по телефону. По отдельным доносившимся до нее словам Эмили предположила, что он решает какую-то очень важную проблему.

– Надеюсь, это никак не связано с нашими дистрибьюторами? – Эмили понизила голос, чтобы ее могла слышать только Кармелла.

Та одарила девушку таким красноречивым взглядом, что стало ясно: к дистрибьюторам разговор никакого отношения не имеет.

Эмили бросила еще один взгляд на отца, удостоверилась, что он занят своим телефонным разговором, и теперь сосредоточилась на Кармелле, – Уж я-то знаю, как ему хочется, чтобы я вышла замуж за сотрудника нашей компании. Он за моей спиной старательно обхаживает коллег, стремясь, чтобы кто-нибудь из них завел со мной роман. Но поскольку нам удалось пристроить всех более или менее подходящих мужчин...

– Кроме Джека Девона.

– Кроме Джека Девона. Я помню об этом. Эмили говорила, внешне ничем не выдавая своих чувств, но стоило кому-нибудь упомянуть его имя, как ей тут же представлялся этот интересный мужчина, которому они с Кармеллой никак не могли подобрать пару. На работе он вообще не обращал внимания на женщин, а между тем журнал «Бостон мэгэзин» назвал его имя среди пятидесяти самых привлекательных холостяков Бостона. И это при том, что он ухитрялся сохранять в тайне свою личную жизнь.

Джек ни разу ее никуда не пригласил, невзирая на старания Ллойда Винтерса. Как раз в прошлом месяце она слышала, как Джек, обсуждая с ее отцом званый ужин, который Ллойд давал накануне вечером, имел наглость назвать ее перед ее собственным отцом! – «избалованной богатой девчонкой». Отец только посмеялся над его словами и не стал ее защищать. Все знали, как он стремится найти ей мужа. Но она вовсе не хочет рисковать своей профессиональной репутацией и не станет играть роль подружки Джека, даже если он с подачи Ллойда пригласит ее на свидание.

– Как раз о нем-то нам и нужно поговорить, пока у тебя не началось заседание, – зашептала Кармелла, а потом громко добавила:

– Ты не могла бы мне кое в чем помочь, Эмили?

Один из вице-президентов компании, Бретт Гамильтон, как раз в это время проходивший мимо, чтобы взять себе кофе, остановился у стола Кармеллы.

– Тебе требуется помощь, Кармелла?

– С этим справится Эмили, – улыбнулась та в ответ. Бретт пошел дальше, а Кармелла усмехнулась, глядя на девушку.

Эмили покачала головой, потом выразительно кивнула в сторону конференц-зала, напоминая Кармелле, что у нее сейчас совещание. Та заспешила впереди Эмили по широкому коридору, тянувшемуся вдоль кабинетов администрации, и скрылась в дамской комнате. Удостоверившись, что там никого нет, Кармелла тяжело вздохнула.

– Я знаю, тебе всегда не нравилась эта затея.

Ты была против того, чтобы мы находили холостым мужчинам, работающим у нас, подружек, а когда удавалось, и невест. Но мы это сделали для всех, за исключением Джека Девона...

– Не в моих привычках влезать в чужую жизнь, – резко заметила Эмили.

– Никто и не спорит. Но мы же с тобой знаем, зачем это нужно, – усмехнулась Кармелла, кивнув в сторону кабинета Ллойда. – Я видела, что было в прошлый раз, когда отец заставил тебя встречаться с парнем из нашей компании, глаза у Кармеллы стали грустными.

– О'кей. Итак, у нас не осталось выбора, согласилась Эмили. Ей претило использовать информацию, почерпнутую в личном деле сотрудников, но другого выхода не было. С помощью Кармеллы они узнавали из личных дел о семейном положении и характере мужчин и использовали эти данные, чтобы подобрать холостым сотрудникам подружек, прежде чем Ллойд намекнет кому-нибудь из них, чтобы тот поухаживал за его дочерью. Но ей были ни к чему их ухаживания, она берегла свое сердце, а еще больше – репутацию, особенно репутацию отца.

– Я допускаю, что наш план по поиску подружек прекрасно сработал. Благодаря нам уже образовалось пять счастливых пар. – Эмили прислонилась к двери, чтобы ее нельзя было открыть и чтобы никто не вошел в дамскую комнату. – Но теперь наша роль в этих отношениях выполнена, и нам здесь больше делать нечего.

Если кто-то догадается, что мы сделали...

– Потому я и вытащила тебя сюда. Мне кажется, Джек Девон все знает.

Эмили растерянно опустила чашку на темно-зеленый гранитный подоконник с такой силой, что из нее выплеснулся кофе. Нет, только не это! Кто угодно, но не Джек.

– Он знает? Откуда? То-то он на меня странно поглядывает. Видимо, подозревает, что кто-то рылся в файлах с личными делами, но не знает наверняка...

– Твой отец хочет, чтобы ты сегодня в девять встретилась с Джеком у него в кабинете. Он уверен, что ты к этому времени закончишь совещание по маркетингу, – обеспокоенно говорила Кармелла. – Он сказал, что это очень важно.

Эмили облегченно вздохнула. Она взглянула на часы и взяла с подоконника свою чашку, радуясь, что не слишком опаздывает на совещание. Чуть меньше года она занимает должность вице-президента по сбыту, и ей вовсе не хочется, чтобы возникали сомнения в ее руководящих способностях.

– Кармелла, тебе померещилось. Ты же лучше других знаешь, как отец любит проводить совещания по собственному расписанию.

Кармелла энергично кивнула, и ее начавшие седеть черные волосы разлетелись в разные стороны.

– Да, но на этот раз не так. Джек приехал сегодня очень рано, тебя еще не было, прошел прямиком к отцу в кабинет и дожидался там, пока тот придет. А потом они долго разговаривали наедине. Джек сообщил Ллойду что-то такое, что заставило того устроить срочное совещание с вами обоими. Что-то произошло. И это затевает Джек, а не твой отец.

Эмили старалась сохранить непроницаемое выражение лица, чтобы Кармелла не заметила ее тревогу.

– Когда я к тебе подошла, отец разговаривал по телефону, пытаясь урегулировать вопрос с новым дистрибьютором. Думаю, совещание связано именно с этим. – Джек, будучи вице-президентом по стратегии и развитию, имеет к поставкам прямое отношение, обе они это хорошо знали. Эмили привлекают к обсуждению контракта со стороны отдела сбыта.

– Посмотрим. Но все равно у меня нехорошие предчувствия. – Кармелла озабоченно наморщила лоб. – Если Джек сказал твоему отцу, что кто-то рылся в личных делах, то будет черт знает что. Ллойд решительно настроен найти тебе мужа в компании, который так же, как и ты, предан ее интересам. Если он заподозрит, что в это замешана я, а ты знаешь, как он мне доверяет, Эмили... Я же просто умру, если...

– Тогда я всю вину возьму на себя. – Эмили успокаивающе потрепала Кармеллу по плечу.

За десять лет, прошедших со дня смерти жены Ллойда, матери Эмили, Кармелла, взявшая на себя заботы по воспитанию девушки, практически заменила ей мать. Проработав у Ллойда двадцать пять лет секретарем, сначала в инвестиционной банковской компании, а потом, последние двенадцать лет, в «Винтерсофте», Кармелла знала их семью лучше, чем кто-либо другой. По этой же причине и Эмили понимала, отчего Кармелла в таком ужасе: она боится, что ее жизнь сломается, если Ллойд обнаружит их махинации с досье сотрудников.

– И все-таки будь осторожна.

– Не сомневайся, – успокоила ее Эмили.

– Садись, Эмили, и послушай. Джек сообщил мне кое-что очень важное.

Эмили стояла в дверях просторного кабинета Ллойда, выходившего окнами на финансовый район Бостона. Отец взглянул в окно, потом перевел взгляд на лицо дочери.

– Может, ты закроешь дверь, чтобы мы не мешали Кармелле?

О нет, только не это. У Эмили возникло дурное предчувствие. Кажется, Кармелла все-таки была права.

Эмили повернулась, чтобы закрыть дверь, и бросила на Кармеллу успокаивающий взгляд, говоривший: «Не волнуйся, все будет в порядке». Потом, нацепив на лицо улыбку, она прошла по полированному паркетному полу и уселась в кожаное кресло, стоявшее напротив отцовского стола. Второе кресло занимал долговязый Джек Девон, и она отодвинула свое как можно дальше от него.

Она сильно нервничала, как обычно, когда рядом оказывался Джек.

Когда-то Эмили посмотрела фильм «Последний из могикан». Ее сердце глубоко тронул Даниэл Дей-Льюис – актер, сыгравший в картине таинственного Хауки. С тех пор при виде этого актера у нее сразу перехватывало дыхание.

А Джек Девон – просто вылитый Даниэл Дей-Льюис. У него такие же иссиня-черные волосы и высокие скулы, только Джек чуть повыше, более мускулистый и загорелый, чем Дей-Льюис, с умными серыми глазами. При его появлении у нее в крови зажигается огонь. Он неизменно вежлив со всеми, но его окутывает аура неизвестности. Даже просмотрев его личное дело, они с Кармеллой мало что узнали, и эти данные не смогли пролить свет на его прошлое, что делало Джека еще загадочнее.

Хуже всего другое. Звезда экрана, вызывавшая у Эмили душевный трепет, находилась где-то далеко, совсем в другом мире. А Джек был рядом, жил, дышал, она встречала его ежедневно. Мало того, что он был самым красивым мужчиной в «Винтерсофте», Эмили считала его и самым умным. Они с Кармеллой сумели выяснить только то, что он прошел полное обучение в Амхерсте и был одним из лучших выпускников.

И еще им было известно, что он считает ее богатой капризной девчонкой.

– Итак, папа, какую важную новость ты собираешься мне сообщить? – «Господи, только бы он ни слова не сказал о личных делах персонала, намекая на меня и Кармеллу».

Ллойд жестом предоставил слово Джеку, который подался вперед, почти вплотную приблизившись к Эмили. Но вместо ожидаемого ею обвиняющего взгляда глаза Джека излучали удовольствие, как у ребенка, который собирается торжественно сообщить какую-то тайну.

– На следующей неделе в Рено состоится международная выставка. Надеюсь, вы об этом слышали?

Конечно, она это знала.

– Для Всемирной финансовой службы, не так ли?

– Совершенно верно, – перебил Ллойд, нетерпеливо постукивая карандашом по блокноту. Джек считает – и тут я его поддерживаю, – что тебе необходимо туда отправиться вместе с ним.

– Вместе с ним? – Она ожидала чего угодно, но только не этого. Эмили вопросительно взглянула на отца. – Мы получили материалы об этой выставке несколько месяцев назад. Я позвонила туда, и мне сообщили, что стенды для демонстрации программных продуктов бронировались у них за два года. Сомневаюсь, что мы сумеем устроить там показ, разве только сможем присутствовать на выставке. Самое большее, что мы можем сделать, – это небольшая демонстрация работы в сети.

– Я тоже так считал, – поддержал ее Джек. Но вчера вечером, разбирая на столе бумаги, решил еще раз позвонить им и попросил записать нас на следующую выставку, поскольку других вариантов не оставалось. И вдруг я узнал, что трое участников сняли свои заявки. Конечно, уже поздно, мы не успеем подготовиться, но компания «Эктонсофт» позавчера взяла себе одно место, и потому... – он перевел взгляд на Ллойда, – вы же понимаете, что это значит?

Эмили повернулась к отцу.

– Если мы получим стенд, то сможем продемонстрировать бета-версию нашего финансового программного пакета, оповестим предпринимателей, что он будет готов через пару месяцев, и сумеем приобрести несколько новых клиентов... или по крайней мере удержать своих постоянных клиентов от перехода на пакет «Эктона», когда тот появится на рынке.

– Совершенно верно, – Ллойд блеснул синими глазами и в подтверждение этих слов энергично стукнул карандашом по столу. Эмили знала эту его привычку, проявлявшуюся в минуты сильного волнения.

«Эктонсофт», главный конкурент «Винтерсофта», уже начал принимать заказы на свою новейшую разработку. Это могло стать решающим мотивом для пользователей «Винтерсофта», чтобы поменять программное обеспечение.

Если только «Винтерсофт» не докажет своим клиентам, что его новые разработки превосходят разработку «Эктона» и они могут получить от их использования экономические преимущества. А теперь у них появился шанс продемонстрировать это широкой публике.

– Думаю, мы должны это сделать, – отозвался Джек. – Что скажешь, Эмили?

Она лихорадочно пыталась восстановить в памяти свое расписание на ближайшую неделю.

– Я сумею освободиться. Неожиданно представилась такая серьезная возможность, и грех будет ею не воспользоваться.

Конечно, участие в выставке вызовет массу сложностей и бессонных ночей, занятых подготовкой к презентации. Но самое большое испытание – это пять дней, которые придется провести вдвоем с Джеком, работая с ним бок о бок.

– Отлично, – Ллойд облегченно откинулся на спинку кресла, потом встал и, подойдя к двери, позвал Кармеллу:

– Зайди на минутку.

Когда та появилась в кабинете, Эмили поймала недоумевающий взгляд Джека, отметившего нехарактерную для Кармеллы нервозность.

Ллойд опять уселся в кожаное кресло с высокой спинкой, стоявшее перед столом, и достал из груды папок, скопившихся на нем, материалы конференции.

– Нужно заказать два билета в Рено для Джека и Эм. На следующей неделе они будут участвовать в этой конференции.

Пока Кармелла просматривала бумаги, Ллойд обратился к Джеку и Эмили:

– Вы должны к завтрашнему дню подготовить для Кармеллы список необходимой аудиовизуальной информации, а она закажет вам отель и организует все остальное.

Эмили принялась составлять список, и тут до нее долетел голос Джека:

– «Эльдорадо» и «Силвер Леджеси» находятся как раз напротив выставочного павильона, но надо полагать, что там все места уже заняты.

Эмили недоуменно подняла голову.

Ллойд кивнул, и по решительной складке, залегшей возле его рта, Эмили поняла, что он принял какое-то решение. У нее в душе возникло чувство тревоги.

– До моего дома от Рено, конечно, больше сорока минут езды, – начал Ллойд, – зато он полностью оборудован связью. В компьютер даже загружена бета-версия пакета, если она вам понадобится. Я смогу получать отчеты от тебя или Эмили каждое утро, пока вы будете добираться до выставки. А кроме того, мне не придется отправлять вам информацию в разные номера отеля, а вам не придется иметь дело с бизнес-центром, где наверняка будут рыскать люди из «Эктона»...

Эмили задумчиво прищурилась.

– Bay, папа! Ты что, хочешь, чтобы мы жили в Тахо? – непонимающе спросила она.

«И конечно, само собой разумеется, что мы там будем вдвоем с Джеком. Вот уж удружил, благодарю покорно». Хотя, если честно, отец прав, загородный дом Винтерсов был оборудован всем необходимым для бизнесмена, находящегося в командировке. Но оставаться с Джеком в такой интимной обстановке... конечно, они целыми днями будут заняты на выставке, но вечера будут свободны. Нельзя же все время говорить только о работе, о делах и ни о чем личном.

Только не это.

Если у Джека есть хоть малейшее подозрение, что она или Кармелла заглядывали в его личное дело, уж он-то сумеет наедине разговорить ее и подробно расспросить. Даже если он этого не сделает, она не уверена, что сумеет в течение пяти дней – и ночей! – справляться с собой в присутствии этого высокого красавца, при виде которого замирает сердце и закипает кровь. Ей представилось, как она спускается по лестнице в своей фланелевой пижаме помешать кочергой поленья в сложенном из грубых камней камине, потом легкой походкой подходит к огромным, от пола до потолка, окнам и глядит на занесенные снегом деревья и неописуемо синюю поверхность озера Тахо, ожидая, когда к ней подойдет Джек.

Давным-давно она поняла – в основном благодаря отцу и его непрекращающимся стараниям найти ей подходящего мужа, – что нельзя смешивать профессиональную деятельность и личную жизнь.

К несчастью, отец не сделал правильных выводов даже после того, как бывший муж Эмили Тодд Бакстер, этот «золотой мальчик» «Винтерсофта», попытался украсть секреты компании.

Интересно, настойчивость отца, стремящегося, чтобы они с Джеком остановились в доме Винтерсов на озере Тахо, вызвана соображениями удобства или его надеждой, что дочь наконец влюбится в последнего холостого вице-президента компании?

Отец, усмехнувшись, продолжал:

– В доме вам, конечно, будет гораздо удобнее, чем в гостинице. Ты же сама говорила мне на прошлой неделе, что мы должны сократить расходы на командировки. Вот мы и сэкономим деньги компании на оплате сразу двух номеров за неделю, не говоря уж о стоимости аренды места в бизнес-центре отеля, на телефонных переговорах и прочих расходах.

– Да, да, – машинально согласилась Эмили, не желая затевать спор с отцом в присутствии Джека и Кармеллы. – Я все понимаю, ты только позаботься, чтобы машина ждала нас в аэропорту, так не хочется связываться с арендой автомобиля.

– Ну, разумеется. Вилбурс с готовностью перегонит туда машину, – ответил Ллойд. Семейная пара Вилбурсов приглядывала за домом в Тахо, пока отец находился в Бостоне. – Я попрошу их убрать дом, приготовить дрова для камина, закупить продукты и проследить, чтобы у вас было все необходимое.

– Я позвоню им и сообщу о планах Джека и Эмили, – успокоила его Кармелла. Она еще раз многозначительно взглянула на Эмили, молча намекнув той, что Ллойд опять следует своему желанию выдать дочь замуж.

– В «Эктоне» даже представить себе не могут, что их ожидает при демонстрации нашего нового программного обеспечения, – подвел итог Ллойд, продолжая постукивать карандашом по столу. – Я верю в вас обоих, – напутствовал он.

Эмили кивнула отцу, прежде чем выйти из кабинета и направиться к себе. Она закончила неотложные дела и занялась подготовкой к выставке, первой выставке, в которой ей приходилось участвовать, вступив в должность вице-президента. Квентин Костадор, занимавший до нее эту должность, обычно тратил на подготовку к подобным мероприятиям две-три недели.

Но Эмили досконально знала программный пакет, который придется представлять, и его основные торговые преимущества. Еще раньше она потратила на его изучение много времени, а кроме того, она была лично знакома с каждым крупным клиентом компании. Если и Джек сумеет вложить в общение с ними хотя бы часть своего обаяния, которое он так активно проявляет в офисе, то у них может появиться достаточно много новых клиентов.

Черт, целую неделю провести с Эмили Винтере. Да еще наедине. Джек закрыл за собой дверь кабинета и тяжело вздохнул. Он забыл обо всем, когда услышал, что Ллойд предоставляет им на целую неделю свой дом на озере Тахо. Этот дом можно было внести в «архитектурный дайджест». Да и расположен он всего в часе езды от Рено. Он и представить себе не мог, что Ллойд будет настаивать, чтобы они в нем остановились. Если бы Джеку такое могло прийти в голову, он бы, пожалуй, поостерегся высказывать свою идею об участии в выставке.

Глубоко вздохнув, он тем самым дал выход своим эмоциям и, сняв черный пиджак, повесил его на плечики, расположенные за дверью. Но как бы то ни было, «Винтерсофту» необходимо участвовать в выставке. Только так можно помешать «Экгону» увести у них дюжину клиентов, которые входят в двадцать крупнейших мировых компаний, занимающихся финансовым обслуживанием. В течение последнего года Джек много времени потратил, чтобы убедить основных инвесторов «Винтерсофта», что новая версия программного обеспечения будет просто необходима пользователям. Она не только сэкономит им сотни рабочих часов за год, но произведет настоящую революцию в способе ведения бизнеса. В свою очередь, доказывал он, инвесторы, вкладывающие в данный момент свои деньги в «Винтерсофт», уже в ближайшем будущем вернут эти деньги, получив большую прибыль.

И он, Джек, не подведет и не разочарует инвесторов. Никто лучше его не сумеет представить на выставке этот продукт пользователям.

Однако ему было бы спокойнее работать, если бы рядом не было Эмили Винтере.

За все время службы в компании он еще ни разу не работал с ней на выставке. Хотя, кажется, она прекрасно знает свое дело, иначе не стала бы первым вице-президентом компании в свои-то годы, ведь ей всего тридцать один.

Устраиваясь на работу в «Винтерсофт», он знал, что когда-нибудь ему придется работать бок о бок с дочерью хозяина. Босс был уверен, что никто не превзойдет по деловым качествам его дочь, получившую образование в Гарварде.

Было известно, что единственным условием продвижения по службе Ллойд считает высокий профессионализм своих сотрудников.

Но пока Джеку неизвестно, сумеет ли Эмили вести себя на выставке достаточно профессионально, как это делал ее предшественник Квентин. Ясно, что ему придется самому держать все под контролем и не спускать с нее глаз.

Но сейчас его меньше всего беспокоят деловые аспекты поездки. Ему вовсе не хочется провести целую неделю наедине с Эмили Винтере не рабочее время, а длинные свободные вечера в доме Ллойда. Что-то в этой женщине зацепило его. Они с Кармеллой не оставляли его своим вниманием и, как он подозревал, успели покопаться в его личном деле. Странно, зачем им это понадобилось? Впрочем, это его не слишком заботило. Он убедился, что в его личном деле не содержится ничего важного.

Но если его подозрения все же верны, Эмили постарается не упустить время. Она явно сделает попытку разобраться в его жизни поподробнее. И ему тяжело будет забыть свое решение не смешивать дела с развлечениями и устоять перед ее длинными ногами, постоянно мелькающими перед ним, или ее соблазнительно пухлыми губами, когда она будет потягивать вино, сидя напротив него за столом по вечерам.

Помимо желания он вынужден признать, что Эмили Винтере хороша не только внешне. В ней есть все, что ему хотелось бы видеть в женщине: интеллект, прекрасное тело, амбиции.

Он закинул руки за голову, взъерошил волосы, пытаясь немного прояснить мысли. Он твердил себе, что только вожделение влияет на его суждения. Он давно не встречался с женщинами, у которых есть хоть капля ума, которые могли бросить ему вызов и вызвать у него уважение.

Когда он вообще в последний раз целовал женщину?

Теперь у него есть все, о чем он мечтал.

Только нет рядом близкого человека, с которым можно было бы разделить радости и горести жизни. Но придется оставить это до лучших времен. Он слишком долго и слишком много трудился, чтобы занять достойное место, получить такую высокую должность и шикарный офис. У него стабильное финансовое положение, у него теперь есть средства, чтобы содержать мать и отблагодарить ее за все, что она для него сделала. И он не позволит чувству одиночества или вожделения все сломать. Он не может себе позволить влюбиться в эту женщину.

И тем более не может позволить кому-либо совать нос в его личную жизнь.

Если Эмили сумеет узнать о нем слишком много, это приведет к краху его карьеры.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Джек сосредоточенно возился с аппаратурой на стенде «Винтерсофта», заканчивая последние приготовления к показу, когда в выставочном зале появилась Эмили с пластиковым пакетом в руках.

Они приехали в Рено несколько часов назад, но вместо того, чтобы сразу отправиться в загородный дом, оставить вещи и отдохнуть, решили сначала проверить аппаратуру в выставочном зале.

Эмили сама это предложила, чтобы как можно дальше оттянуть неизбежное – тот момент, когда они с Джеком останутся наедине в огромном отцовском доме в горах. Хотя она и понимала, что эта «страусиная» политика ее не спасет.

Вскоре выяснилось, что персонал, обслуживающий выставку, не правильно соединил компьютеры, связь была неустойчивой. Пришлось потратить некоторое время на поиск неисправности и ее устранение. Потом они искали шурупы, чтобы дополнительно укрепить огромный логотип «Винтерсофта» и демонстрационный экран, боясь, как бы он неожиданно не свалился во время показа. А тут возникли сбои в программе, и это создало еще одну проблему.

– Я тут кое-что придумал, теперь мы сможем демонстрировать систему одновременно на большом экране и на компьютере, – сообщил ей Джек, доставая из принесенного ею пластикового пакета кабель и вставляя его в нужный слот. – Где ты его достала?

– В нескольких кварталах отсюда есть компьютерный магазинчик. Они когда-то выполняли заказ для отцовского дома, я знала, что у них есть кабель с таким разъемом. – Она нахмурилась, еще раз оглядывая стенд. – До сих пор не могу понять, куда делся кабель, который посылала Кармелла. Я сама видела, как она его укладывала.