Шовах и Шасерра. Книга 1

Люди бывают значительно хуже зверей.

К счастью, это лишь иногда.

В остальное время они – все-таки – Люди.

ШАСЕРРА.

Это было похоже на какой-то сон, но сон кошмарный и ужасный. С неба посыпались миллиарды дроп-подов – прямо как потоки спор проклятых Пожирателей. Спасения – не было. И все знали это. Гулко завыла сирена… Немногочисленные силы ПВО вступил в неравный бой с армадой кораблей империи Террян… Но это было совершено безнадежно. Тысячи Воинов Огня, десятки тысяч автоматических турелей, собранных умелыми руками Касты Земли… ее Касты… против миллионов десантных кораблей и миллиардов модулей-дроп-подов… Спасения – не было. Выиграть этот Бой было невозможно. Можно было лишь немного отсрочить неизбежный конец. И она понимала это.

Синекожая девушка с фиолетовыми волосами, Шасерра, тогда еще просто Шасерра, без приставке О или Врэ, бездумно неслась по улице – в надежде найти какую-нибудь щель и Забиться, Укрыться, Затечь в нее как Червь или маленькое мохнатое существо с голым хвостом, обычно очень любящее покушать. Мыслей о достоинстве или работе уже не было. В голове крутилась лишь одна дилемма: что они сделают с ней, когда найдут: убьют сразу или убьют, хорошенько помучив? Наконец, она увидела развалины рухнувшего здания, его разбросанные поперек улицы обломки… а где обломки – там и щели между ними… Она бросилась в самую темную и широкую из них, упав на четвереньки и пошла от ужаса змеей – как самые древние предки всех Тау… За ее спиной хлопнули и распались дверцы успешно севшего дроп-пода Империи Террян. Из него выскочили огромные и страшные космодесантники с болтерами в руках и в кроваво-красных доспехах. Их стволы ощетинились на все 360 градусов и застрочили тяжелыми кусками металла по разбегающейся и прячущейся толпе представителей местного населения – работяг Касты Земли и мелких уличных торговцев Касты Воды. Шасерра в ужасе вжалась в остатки развалин, истекая липкой слизью от первобытного страха….

И на ее загривок легла огромная боевая перчатка одного из этих двуногих чудовищ, схватила и сжала горло… Сознание покинуло девушку. Это пришла ее смерть? Наконец-то!

Но это был далеко еще не Конец. Резким сильным рывком вытащив из-под бетонной плиты ее неподвижное тело, пропахший внутри своей многослойной кирасы потом и пивом космодесантник встряхнул его, посмотрел в закатившиеся желтые глаза и пробормотал:

– Ну-ну! Будешь прикидываться мертвой, змеюка? Не позволю! Во славу бессмертного Императора ты еще послужишь нашей инквизиции для ее Опытов!

Очнулась Шасерра уже в огромной комнате, куда победители стащили и набили всех пленных представителей империи Тау. Их было на удивление много: в зал, где обычно обедали едва ли десять, по праздникам – двадцать существ, сейчас набилось пять-шесть сотен. Они стояли как сельди в бочке, притиснутые друг к другу невиданным ранее уплотнением и исступленно дышали. А что им еще оставалось? Тихо стонал раненный в голове ремонтник канализации Зург’да Нарг, тихонько посапывал от напряжения и беспокойства над телом быстро приходящей в чувство зеленоволосой девушки дантист Фир’ра Мот… Но она, вроде, ожила? Ожила. Что он еще мог тут сделать? Все зубы ее, похоже, целы… И он обернулся к заплакавшему на руках стоявшей за его спиной кормилицы синекожему младенцу. Дитя не понимало, что его ждет в ближайшие часы. Но оно уже хотело кушать, пить и нормально дышать. Ни то ни другое, ни третье было здесь не возможно. И ребенок бился в неконтролируемой истерике в коробке на груди у тетки. Ее глаза были расширены от бесконтрольного ужаса. Она спросила врача:

– Что мне делать?! Что мне теперь делать?! Мне доверили этого зародыша, а теперь… Мы все здесь умрем?

– Наверное, да. – честно ответил посеревший лицом врач. Врать не было уже смысла. Ребенок – ничего не понимал, а все окружающие – и так это хорошо знали. – И тот, кто погибнет позже, позавидует тем, кто погиб раньше.

– Вы уверены?! – спросила оранжеволосая девушка, вцепившаяся когтями в ногу и бок своего почти бритого наголо (с белым ирокезом на макушке) мускулистого парня из разнорабочих крекерного завода. Он – тоже стоял и едва заметно вибрировал от страха, но еще как-то последним усилием воли держался. А в ее красных глазах уже читались отблески Безумия.

– Я… на этот раз, впервые в жизни… я ничего толком не знаю! – обреченно бросил Фир’ла Мот. – Но мое мнение уже и не имеет значения! Все, что я тут могу – это лечить, приводить в чувство, спасать жизни… как могу и как умею.

– Вы спасли и меня? – спросила Шасерра, понятая на ноги чьим-то сильными руками за спиной. – Зачем?

Толпа качнулась, стало едва заметно посвободнее…

Ажурные решетчатые двери в металлической (прутьями) перегородке посреди залы открылись, в давку тел вбросили еще троих несчастных – новых пленников, истыканных какими-то длинными иглами. Знали или безвестные мастера Касты Земли, ловко и умело гнувшие под высокой температурой эти вензеля, что чрез много лет они будут украшать не столовую залу, а импровизированную темницу для сотен пленников? Над толпой загремел громовой голос старшего по взводу космодесантников, одноглазого ветерана-сержанта:

– Десятеро – на выход! Хватайте их и тащите! Брату-библиарию нужны свежие Тау! Быстро! Шевелитесь, сосунки! И почему я не на передовой?!

Два ражих молодца с болтерами наперевес, вальяжно свисающими на ремне с плеча почти на уровне живота, начали выхватывать из толпы трепещущих ящеров одного за другим обмякавших от страха пленников. Их командир – сержант – заорал:

– И не позволяйте им падать! Пускай топают своими ногами! Пинками их под зад! Без жалости и снисхождения! Это – проклятые Ксеносы! Мать их за ногу, в рот им ноги, блин!

Последней схватили фиолетоволосую Шасерру. Почему ее – не понятно. Она, вроде, стояла не с краю, а в гуще толпы. Но трехметровый космодесантник углядел в толпе ее взлохмаченную темно-синюю прическу, запустил лапу поверх голов и вытащил девушку в коридор прямо за волосы. Пинок под зад… и он ударил ее в спину прикладом тяжелого болтера, рыгнув (или рыкнув?):

– Шевелись, цветная змеюка!

– Топай-топай! – добавил второй, тоже пнув ее в зад так, что она полетела вперед по коридору почти кубарем.

Но упала она лишь в конце коридора – на колени, перед тушей широко расставившего ноги огромного космодесантника в черной как смоль униформе. Он поднял к глазам портативный планшет, поглядел на его значки и занес туда электронным пером новую запись: «самка, темно-синий окрас, недавно созревшая». Затем он брезгливо посмотрел на лежащую на четвереньках девушку Тау и произнес:

– Будешь симулировать болезнь?! Во имя Императора – не выйдет! Пара ссадин – это еще не переломы! Или ты хочешь, чтобы я их тебе сейчас сделал?!

Двое мелких террян в касках и пятнисто-зеленой униформе схватили Шасерру за руки и поволокли дальше по коридору. Она возбужденно и трусливо сопела. А что ей еще было делать? Враги были гораздо сильнее ее, и их было явно больше. Она – в полной их власти. Длинные волосы упали на ее лицо, скрыв некогда приятные черты ее голубоватой нежной кожи. Она считалась в своей цехе по сборке карманных раций самой красивой. Лучшей невестой прямо на выданье…. Считалась когда-то… в какой-то Иной жизни. А теперь Жизнь закончилась. Начался бесконечный и непрекращающийся кошмар безысходного Плена. Она стала даже не живым существом, а просто вещью – для изуверских опытов Инквизиции этих вонючих потливых Террян. Вот и один из них, сидит за столом, смотрит на нее своим трусливым мигающим взглядом. Он говорит:

– Самка? Молодая? Отлично! На опыты по осеменению!

ШОВАХ.

Шовах шел по улице и ощущал везде в воздухе какую-то странную тревогу. Это было трудно сформулировать словами… но на уровне выражения лиц, нервной походки, дерганой езды скоростных вагонов над крышами зданий – все было ясно. Приближалось что-то очень значительное и оно было фантастически плохим. Ну вроде как приближение не видимой глазу черной дыры размером с небольшой камень. Он только что устроился на курсы пилотов больших внеатмосферных летательных аппаратов и какая-то дурацкая черная дыра была по сути ему по барабану. Сел за пульт – и улетел, если что. Но… но всю предыдущую жизнь он втайне мечтал о совсем иной доле. Не обычный пилот касты Воздуха, а… реальные бои в кокпите боевого экзоскелета – как у касты Огня. По факту, это было совершенно невозможно. Межкастовые миграции не то что не поощрялись, а были давно и прочно запрещены. И максимум на что он мог рассчитывать – это попросить потом перевод на Небесный луч, или Баракуду, или Скат… в зону боевых действий. Впрочем, при его ничтожном стаже полетов, ему вряд ли доверили бы нечто тяжелее Пираньи. Однако… полетать на реактивных ранцах все-же ужас как хотелось. Ему этот путь был от рождения закрыт. Но… космос – велик. И мало ли что происходит в этом мире?

Это – точно. – услышал он за собой странный скрипучий голос и молниеносно обернулся.

Возле группы кривых, почти скрученных в спирали декоративных деревьев стоял сам Аун Дэ. Почему именно он, а не просто кто-то из Небесных? Трудно сказать наверняка… но Шовах это странно явственно почувствовал, что пред ним именно верховный священник планеты. И легкая дрожь пробила его до самых пяток. Аун Дэ. Без телохранителей. Просто так. В парке. Что это значит?

– Зачем телохранители? Ведь я ж в своем природном мире.

Шовах, слегка дрожа всем телом, понял, что сейчас они разговаривают телепатически, не открывая рта. Но как?! Аун Дэ конечно все может… но он, Шовах, ведь он-то – не Небесный…

– Как ты и сам сказал. Мало ли что происходит в этом мире? – улыбнулся Аун Дэ.

– Почему все такие хмурые? Как будто завтра хоронить кого-то будут.

– Хороший вопрос! Хоронить и вправду будут. И меня, и себя.

– Что это значит? Вы… умрете?

– Конечно. Как и миллиарды других тау на этой планете.

– Одномоментно?!

– Нет конечно. Но, почти. Ты наверно заметил, какие корабли пришвартовались к платформе высокогорного космодрома?

– «Зеленый кристалл». «Жидкое пламя». «Синяя тень»…

– Это ведь не просто супер-крейсера, не так ли?

– Это… это сверх-дредноуты, галактического класса.

– И зачем они здесь?

– Приближается большая битва? С кем? – начал соображать Шовах. А соображать нужно было быстро, очень быстро. Не каждый день и не каждому тау выпадает шанс поговорить с одним из Небесных. А тем более – с Верховным Провидцем, целой планеты. Перед ним сейчас Бесконечная Мудрость… и Безграничное Знание. А нужно напиться их как можно больше. Быстрее. Жаднее.

– Еще не догадался сам? – улыбнулся Аун Дэ.

Мозг быстро, как винт автожира, прокрутил список самых опасных рас во вселенной. Люди? Опасны, но они сперва выдвигают ультиматум. Некроны? Вылезут молча, из каких-нибудь зыбучих песков и гор, и просто начнут стрелять. Космические дредноуты тут бесполезны. Эльдары? Еще более ритуальны, более ритуальны чем люди. Сперва наколотят понтов на целую неделю. Орки? Будут громко и обильно ругаться в эфире матом и смешить своею клоунадой.

– Неужели Пожиратели? – побледнел Шовах от страшной догадки.

– Они самые! – опять странно, как-то грустно, улыбнулся Аун Дэ.

– Но тогда… нам конец! Не смотря на любые крейсера!

– Именно так! И я умру вместе с планетой. Я здесь родился. Здесь вырос. Здесь стал Аун-ом. И отдал этому небесному камню лучшие годы жизни. Но ты… особый случай.

– Я?!

– Ты. Ты уже нашел в себе силы отринуть зов своей основной касты. И мечтать о том, о чем мечтает другая.

– Разве они Мечтают об этом? – растерялся Шовах. – Я слышал, пилотами экзоскелетов становятся механически, после службы в касте огня, на поле боя… и потом, после учебы в Академии…

– Это так. Но в Академию как попадают, не думал?

– Не знаю. Понятия не имею. Отпрыски лучших родов? Тех, которые Эл?

– Хха! – Аун Дэ усмехнулся, как кашлянул. – Лучших? Не думаю. Но небольшая протекция у благородных Эл и вправду есть. Шанс попасть в Академию гораздо выше…

– И тогда при чем тут я?

– Думай, тау, думай!

Над зданиями разнесся уже сильно подзабытый всеми звук гулкой и заунывной общей тревоги. Шовах дернулся и поглядел на небо, потом на старика Аун Дэ.

– Это? Оно?

– Да! Это твой шанс! Ты и вправду хотел сменить касту, как думал?

Шоваху стало жутко страшно, так страшно, как еще ни разу не бывало доселе. Даже когда он в детстве грохнулся с длинной руки экзоскелата ХV15, стоявшего в парке.

– Еееееее… да!!!

– Ну тогда вперед! Экзоскелеты стоят всюду. В парках, на детских площадках, возле магазинов, библиотек, развлекательных центров, на площадях…

– Я думал… это просто памятники?

– Памятники? Столько? – глаза Аун Дэ теперь странно блестели, даже сияли. Он как будто даже немного издевался. Или это только показалось?

Привычная картина мира в голове Шоваха быстро распадалась на куски. Как в детском калейдоскопе, но отдельные цветные кристаллы сейчас просто плавно удалялись друг от друга. А между ними все яснее клокотала… Пустота. Великая Пустота.

Аун Дэ правильно намекнул на вроде бы совсем Очевидное. Смысла ставить везде такое количество Памятников и вправду нет. А вот если это скафандры на случай Войны…

– Но я не воин! Даже не Ла! Не говоря уж о Уи, ветеране!

– Выбор за тобой! Если ты готов сменить судьбу – давай! Или просто сбеги в космос, как младший помощник второго пилота космолета. Ну?

И зеленовато-золотистые глаза Аун Ва загадочно сверкнули. Не менее загадочно сверкнули и алые глаза Шоваха. Все, что он знал в детстве… внезапно оказалось просто ложью. Выбор – только за тобой. И то, что он маленьким ребенком упасть не жить как любил играть на плечах боевых экзоскелетов… седлать их головы и куражиться перед глазами девчонок, крича «вперед! вперед! во славу света Тау!», подергивая попой как наездник… это – выбор?

Секунды таяли. Словно гигантский метроном начал отсчитывать над всем миром минуты до вхождения флота Пожирателей на орбиту планеты.

Заскочить в экзоскелет? Откинуть декоративный колпак, замаскированный под бронепластину, схватиться руками за рычаги управления, сунуть ноги в нижние ячейки управления, активировать кнопки на центральном пульте? Это не сложно. Техническая система бронекостюма – пустяк по сравнению с системой управления всего, что летает… Он разберется в ней за секунды. Ведь он уже почти-почти пилот…

Но вот так, одним махом, сломать весь свой жизненный путь, выбрать иную карьеру, взамен плавной и гарантированной – сперва в атмосфере, затем – в открытом космосе? Нагло и демонстративно Поменять касту? С касты Воздуха на касту Огня? За это не будет никакого Наказания?

Тьфу, демон! Какое «наказание»?! Если сейчас, сегодня мы все начнем Умирать, сражаясь с миллиардами Пожирателей? И они вероятно в финале победят… Без уверенности в этом, и многократного превосходства, ОНИ никогда не нападают… Ждут момента…

Шовах подергался… и внезапно сказал сам себе:

– Да!

Развернувшись на 90 градусов, он побежал к ближайшей группе больших бронескафандров.

ШАСЕРРА

Расстегнуть магнитный браслет на запястьях оказалось плевым делом. Эти терряне – жутко тупые, с замком она справилась секунды за три. Но что дальше? Ведь они все скованы одной цепью. И ее, и других юных девушек тау ведут в помещения для принудительного осеменения. Выскочить из группы – невозможно, это сразу же заметят. Или? Плавным, едва заметным движением она свела вместе два браслета – правый и левый. Сцепила их вместе. Этот фокус они не раз проделывали на заводе – озорства ради. Но здесь? Он дал ей возможность незримо выпасть из общей цепочки и шагать далее уже не на привязи. Просто для вида. И что дальше? Сзади и спереди идут огромные туши космодесантников террян. Или? Совсем не космодесантников? Но они вооружены. А… вот и угол…

В момент поворота влево она шагнула направо и тихонько отворила задом ближайшую дверь. Что за нею? Лестница вниз? Ее и правду не заметили? Это не сон? Тихонько ухнув от ужаса, она пошла в ватный мрак темноты, вниз по ступенькам. Десять шагов… двадцать… тридцать… Мрак теперь окружал ее со всех сторон, как титаническое одеяло. Свобода? И насколько она лучше не-свободы? Здесь – явно не покормят. Но и не сожрут. Пора решать, куда дальше идти. Ее красивые желтые глаза загорелись в кромешной тьме дивным золотистым светом. Но все равно ни зги не видно.

Пылающих в темноте щек коснулся тонкий чуть заметный ветерок. Как прикосновение крыла птицы, или даже одного ее перышка. Шасерра повернула… и шагнула во мрак дальше – туда, откуда чуть заметно тянуло ветром. Пять шагов… десять… пятнадцать… двадцать… Выход. Ее ноги влетели в красноватый песок не понятного мира какой-то планеты. Вокруг, насколько хватало глаз, виднелись лишь невысокие темно-зеленые скалы. Скалы… и красный песок… ни одного моря или озера. Даже ручья нет. Пустыня? Она сфокусировала взгляд на не понятных серых обломках, лежащих в песке справа. Это… это… чья-то нога. Но железная. Лапа некрона? Она содрогнулась. Стать жертвой Свежевателей – не лучшая альтернатива плену. Однако… Дрожа, левой рукой, она потянулась к обломкам. Шаг… еще шаг… она совсем рядом. Лапа и вправду огромна. Обломки кабины… Кабины? Кабины?!

– Хей! Что ты тут делаешь?! – услышала она за спиной громкий, но вежливый окрик.

– Яааа… ничего… – пролепетала она, обернувшись на голос. Это был тау. Воин огня, рядовой, Шас Ла. Может быть и Уи. Но навряд ли. В белых доспехах, с длинной как короб импульсной винтовкой. Еще мгновение – и силы оставили бы ее. Но она собрала волю в кулак и не упала.

– Яааа… сбежала из плена.

– Сбежала? Сама?

– Да.

– И перебила вот этих?

– Кого?

– Часовых. Империи Терры. Ведь это они, неужель не узнала? Конечности, гидроприводы, кабины… Ихние боевые шагоходы! Очень опасные…

– Ннет… Они, видимо, сами упали.

– Что?! Кто ты?! Ты – из Небесных?!

– Нет. Просто Шасерра. Из касты Земли.

– Шасерра? Сбежала из плена? И в находишься в долине где только что шла битва?

– Только что – это когда?

– Пять минут назад. Может шесть.

Шасерра растерянно моргнула.

– Я… как-то… не видела… что… здесь шла битва.

– Идем за мной!

И воин огня резко развернулся на своих боевых копытах. Похоже он принял какое-то решение. И больше Шасерры уже не боялся. Но и не грозил. Впрочем, как он мог ей грозить? Он же, как и она, тау. Или? Это все глюк?

Но она пошла вслед за ним. А что ей еще оставалось делать? Здесь. В таинственной красной пустыне.

ШЛЮЗОВАЯ КАМЕРА на одной из заброшенных планет септа Виор Ла.

Открылась. И на грунт смутной неясной толпой высыпали деклассированные тау, спасенные с разных планет при эвакуации.

Проверить касту каждого не было никакой возможности. И каждый выбирал себе то, что решил. Сказал вот так? Так и запишем…

Шовах оказался на самом острие клина вышедших и изумленно остановился, узрев заходящее огромное белое солнце. К нему сбоку, уверенной быстрой припрыжкой, с ноги на ногу, подошла… обритая почти наголо худая длинная девушка, с фиолетовым ирокезом на голове, и сказала:

– Шасерра!

– Что?

– Я – Шасерра!

– А я… Шовах!

– Красивое солнце! – улыбнулась девица мечтательно.

Блин… она же еще и весьма-весьма красива… стройная, гибкая, с высоким лбом… и умными хитрющими глазенками… которые так и играют…

– Только… какое-то бледное! – неспешно начал, тоже невольно улыбаясь, Шовах, корча из себя уверенного в себе и как бы «бывалого»… кого? Воина касты Огня? Да неужели? Или… как-нибудь прокатит? – На фоне черного космоса… Круто!

– Ты уже решил что делать? – девчонка явно совсем без комплексов. Не то что он видел и знал на своей родной планете. Те по сравнению с нею – скованные и зажатые Трусихи. Или она такая наглая потому… что ОН ей приглянулся? Она не со всеми такая общительная и дерзкая?

– По сути, да! – важно ответил Шовах, невольно слегка обмирая от взгляда в ее стремительные живые глазки. Как две льдинки… Туда-сюда… И, вместе с тем, все время пристально и как бы изучающе смотрят на тебя… – Буду шагать в экзоскелете! И учиться на нем прыгать!

– И уже как-то умеешь? – она скорчила лобик, с узким длинным дыхальцем по центру, и озорно, едва заметно, высунула язычок, словно дразнясь.

Во сучка! Понимает, что мы ничего пока тут не умеем? И только понтуемся?

Ха! Кто – не умеет, а кто – и умеет… кое-что… – прикинул внутри себя Шовах.

– Немного. Минут десять. Потом он перегрелся… И я… Прыгнул. – начал он, слегка смущаясь нелепого краткого пересказа своих финальных приключений на гибнущей от Пожирателей планете.

– Прыгнул?!

– Нажал на красную кнопку. Я думал это огнетушитель. Но меня выкинуло из кабины как мяч. А он – взорвался.

На мгновение оба замолчали, осознавая только что сказанное и услышанное.

Управлял экзоскелетом… стрелял… сражался… но взорвал его… вовремя катапультировался…

– Тебе повезло! Очень повезло! – девица не стала сомневаться в деталях рассказа, придираться к их смыслу. Наоборот, она была сейчас настроена к нему на удивление благожелательно. И даже смело взяла его ладонь в свою трепещущую теплую ладошку…

– Конечно! Остальных просто сожрали! – Шовах невольно дернулся внутри себя от мучительного и болезненного воспоминания. Но он-то выжил, и жестоко отомстит ИМ… если когда-нибудь сумеет…

– Сожрали? Кто?

– Пожиратели!

– Ты… с планеты Лла? Той самой Лла, что сожрали? – глаза Шасерры стали как два круглых белых блюдца. Весь ее сектор галактики хоть краем уха уже слышал про эту ужасную историю гибели планеты Лла, и последующей страшной битвы в космосе с флотом-ульем Пожирателей: чтобы эта зараза не перекинулась на другие планеты Системы.

– Да! – ответил Шовах, теперь уже безгранично смущаясь своего нового статуса. Один из немногих выживших с погибшей планеты. Это, по существу дела, круче чем любой древний род Эл.

– А я – из Миира! – ободряюще улыбнулась девчонка.

– Это где? Что там случилось?

– Напали огромные вонючие терряне! Спасения – не было! Но я… сбежала, из их плена!

– Да ты – Герой! Впервые вижу девочку-героя! – Шовах уже сам не очень понимал, что с ним происходит. Он никогда еще не ухаживал за девочкой вот так… языком… одним лишь только языком, сотрясая им воздух… Но его буквально перло и крутило говорить ей дальше приятные и нежные комплименты.

– Как и ты! Взорвать экзоскелет в толпе пожирателей – думаю – подвиг!

И их глазенки восхищенно встретились. Оба жутко посинели теплой кожей. И…

ПЕРВАЯ КРОВЬ

…Над равниной поплыл странный мелодичный удар гонга. Все обернулись на звук. Там стоял какой-то странный старик, в бледно-зеленой хламиде. Скрывавшей под нею однако гладкие тонкие силовые доспехи. Воин огня? Или что-то много круче?

Он произнес:

– Меня зовут Чистый Прилив. Коммандер Чистый Прилив. Сейчас вас разобьют на группы для тренировок. В идеале, за год вы должны освоить курс управления всеми типами экзоскелетов. По сезону на каждый. Но какая группа начнет с какого бронекостюма – решит лотерея и ваши наставники. Ясно?

– Да! – первым ответил Шовах. Держа в пальцах руку новой знакомой – фиолетово-волосой Шасерры – он стал в два раза более смелым и наглым чем обычно. А и обычно был не из пугливых, за словом в карман не лез.

– Отлично! Шас Врэ Дерг, берите себе в группу тех двадцать что слева! – приказал старик, оказавшийся коммандером. – Этого – включительно! Я вижу, он – весьма наглый малый! Далеко пойдет!

– Ххорошо! – произнес некий воин в угольно-черном комбинезоне, стоявший до этого момента в тени скалы. Он шагнул из нее на свет… и оказался женщиной с длинный черной косой за плечами.

– Самый длинный язык? – спросила она, чуть прищурясь, и как-то не весело глядя на Шоваха. – Сперва – рукопашный бой! Покажи что ты умеешь! Не боишься?

– Что показать? – немного не понял Шовах.

– На мне! Попробуй избить меня!

– Я?!

– Да! – резанула она и сама первой ударила его в ноздрю – щель между бровей. Там брызнула ярко-синяя кровь, пришлось мгновенно перейти на дыхание ртом. Да, он пару раз дрался в детстве… но тогда – скорей боролся… Впрочем, даже это было крайне не принято в среде счастливых и благожелательно настроенных друг к другу тау… Ха! Скорее равнодушных друг другу! Но это – уже не важно. Его сейчас ударили. Ударили. Брызнула кровь, и уже залила почти половину щели… Стремились затруднить ею дыханье? Уничтожить? Убить? Его?! Тау?!