Тёмных дел мастера. Книга четвёртая

Но, несмотря на всё это, сегодняшний рассказ её случайного спутника впервые напомнил уже взрослой Фейр о том давно забытом случае.

И через несколько часов, глубоким вечером, когда Гортер принялся не спеша разжигать костёр на поляне после нескольких неудачных попыток девушки выпросить у местных рабочих хотя бы одно лишнее койко-место в принадлежавших заводу хлипких общежитиях, она нерешительно обратилась к старику:

— Скажите… а не могли ли эти ваши преступники иметь отношение к одному давнему делу, о котором я, эм-м, слышала однажды? Оно ещё было с таким особым кодовым названием — «Инферно-5».

— Да чёрть иво знает, может, и могли… А тебе оно на что? Думаешь, что сумеешь сама отыскать и взять штурмом их главное логово? — скептично поинтересовался у спутницы матёрый охотник, отвлёкшись на секунду от разделывания на дрова удачно найденной им в этой пустоши засохшей берёзовой ветки.

— Ну, вообще-то я ни на что такое не претендую. Это уже работа регулярной стражи, а не моя, — с лёгкими нотками высокомерия ответила педантичная Фейр. — Для хорошего частного сыщика первую роль всегда играет только информация. Просто… Вы, случайно, никогда не имели дела с не очень поддающимися раскрытию старыми историями? Скажем, такими, в которых могла фигурировать неизвестная науке магия. Наподобие как раз той, что использовал напавший на нас парень.

— Послушай, девочка, — начал степенно объяснять ей Гортер, ещё сильнее оторвавшись от своих дел, — я на своём веку перестрелял ваших магусов куда больше, чем вся твоя королевская армия вместе со всей твоей добровольной…

— Регулярной, — резко поправила его Фейр.

— Да хоть коровозадоподтиральной! — грубо протарахтел в ответ старый охотник. — Кто вообще додумался переименовывать название стражи в Сентусе? С начала ж века она так называлась, и ничего!

— Королевский совет, мистер. На манер гилийских служб городской стражи, — всё так же уточняюще проговорила девушка. — Не уходите от темы.

— Ладно, пусть регулярной, — с негодованием в голосе поправил себя бывший следопыт. — В общем, я хотел сказать, что если бы на свете существовала ещё одна такая же магия, как эта, то о ней давно бы знало не только ваше королевское правительство, но и куда большее количество народу, чем сейчас. И такие знания было бы намного сложнее… обуздать. А нынче погляди: ты ведь, небось, даже и представить себе не могла чего-то подобного, пока не повстречала одного из тех негодяев в вашем железном караване на магическом пару́! А?.. Каково?!.. Зато теперь, должно быть, тебе и самой понятно, как хорошо эти ваши королевские скоты всё за ними подчищают. Только бы об этой страшной напасти не стало известно остальному народу.

— О Вейс. Вы опять за своё… — раздражённо вымолвила себе под нос Фейр, устало потирая брови, и недовольно выдохнула. — Лучше скажите мне, как вообще работает их магия? И почему они прячут свои палочки? Или Вы опять станете утверждать, что у этих ребят их просто нет?

— Не стану, — коротко ответил бывший следопыт. — Да и чего стараться, раз ты всё равно не веришь мне на слово? Всё время какого-то Вейса своего вспоминаешь… Кто это? Твой жених?

На этот раз вопрос Гортера вызвал у его спутницы недоумение — несколько мгновений девушка смотрела на него как на полоумного. И наконец разочаровано помотала головой, слегка закатив глаза, после чего промолвила совершенно убитым голосом:

— Вейс — это вообще-то «Боги» по-гилийски. До сих пор не понимаю, из какого северного болота вы выползли, уж извините за мои слова… Однако Вы так и не ответили мне, насколько хорошо осведомлены об этом секретном проекте «Инферно-5». Уж слишком много совпадений в вашем рассказе указывает на то, что описываемые вами преступники являются, по сути, не кем иным, как упомянутыми в «Инферно-5» магусами-самоучками.

— О нет, дорогая. Магусы-самоучки — это совершенно другая история, — попытался было оправдаться старый охотник за головами. — У тех хотя бы магия, как у вас. А тут, считай, что и магией почти не пахнет. Одна чистая злоба да разрушение. Вон какую дырку здоровую мне в последний раз его гад-учитель на доспехе оставил!

Указав мимолётно на заметно оплавленную металлическую половину своего узорчатого наплечника, Гортер неожиданно вновь сумел привлечь внимание Фейр, которая тут же отчего-то вскочила с места и, подбежав к нему, стала пристально изучать столь явное повреждение в броне. По этой причине старому охотнику пришлось окончательно бросить свою работу и выпрямиться перед спутницей во весь рост.

— Почему не сказали раньше? — тихонько проговорила она в процессе своих профессиональных изысканий. И уже больше сама для себя добавила: — Странный полиступенчатый след… и фокус атаки… Хм. Погодите, я возьму палочку.

— Не спеши, — насмешливо проговорил Гортер, как только его спутница метнулась на прежнее место за ридикюлем, чтобы вынуть из него волшебную палочку, пару-тройку необходимых для такой работы зачарованных кристаллов и ещё целую кучу других заклинательных предметов.

После этого доспех старого лучника ненадолго превратился в объект для магических исследований, которые, скорее всего, могли и не дать никакого результата, если бы Гортер на этот раз предусмотрительно не отошёл подальше от своего лука. Хотя висевший у него на груди под рубашкой тайный амулет, защищающий от влияния ментальных заклинаний, посчитал за лучшее всё-таки не снимать.

Поводив над корявым разрывом в броне Гортера взятыми в правую ладонь узковатого вида стилизованными напёрстками, Фейр вскоре заметила их слабое свечение — и быстро надела каждый на соответствующий палец. Нетрудно было догадаться, что предназначались они отнюдь не для шитья. А в следующие несколько секунд спутница Гортера уже что-то упорно колдовала перед своим лицом свободной рукой, и, по мере того как напёрстки всё больше мерцали над плечом бывшего следопыта, каждый миллиметр свободного пространства вокруг глаз и переносицы девушки постепенно заполняла какая-то непонятная магическая пелена. Сквозь её голубоватые переливы вскоре стали проступать отдельные ярко-розовые цифры, буквы и слова, дополненные различными схемами и знаками.

— Неестественный полиступенчатый распад материи, как я и думала… — торопливо пробормотала девушка своё первое заключение, фактическое значение которого, конечно, совершенно ускользало от понимания Гортера.

И затем, как бы между делом, Фейр решила задать ему вопрос, продолжая вглядываться в свою наколдованную энергетическую конструкцию:

— А скажите, тот рабочий с карьера — он тогда упомянул, что Вы работали ещё до вступления в силу запрета на смертную казнь в стране. Это правда?

— Что — правда? — грубовато переспросил бывший следопыт.

— Ну то, что вам приходилось… ну-у… — немного замялась Фейр, практически не глядя старику в глаза, — убивать людей.

— П-ф-ф, тоже мне вопрос! — шикнул на свою спутницу Гортер. — Ты опять за своё? Или хочешь сказать, что, занимаясь нашим общим делом, тебе ещё никогда не приходилось самой расправляться с бандитами? Какая же из тебя тогда наёмница?

Услышав настолько шокирующую формулировку, девушка вначале прекратила проводить свои магические манипуляции, затем впервые за всё время как-то очень выразительно посмотрела на бывшего следопыта прямо сквозь витавшую перед ней магическую вуаль — и в следующую секунду стояла уже в нескольких метрах от него, лихорадочно соображая, что же ей теперь делать.

Однако для Гортера её поведение отнюдь не стало большим сюрпризом, поскольку он уже сталкивался с подобным ранее, особенно в больших городах. Хотя до сих пор не очень понимал, отчего чуть ли не каждый встречаемый им цивилизованный житель так реагирует на его, Гортера, методы. Ведь, в конце концов, он практически никогда не поднимал руку на простых людей, убивая лишь по необходимости, при выполнении заказа. Или когда ему самому угрожала неминуемая расправа.

— Я так и знала, что вы не намного лучше них! — задёргалась было Фейр, угрожающе тыча в бывшего следопыта облачённым в наперсток пальцем.

Но тот только продолжал спокойно наблюдать за ней, совершенно не делая никаких лишних движений.

— А как иначе? Думаешь, мои кинжалы и стрелы — только напоказ? Глупая девчонка! Кто же тогда в вашем нынешнем мире занимается теперь подобной работой? Стражники? Королевские адъютанты? Тьфу!

— Да мы вообще не казним больше преступников! — зашлась в нервном приступе Фейр, подрагивая всем телом и не зная, как ей лучше поступить. — Для этого существуют тюрьмы и пожизненные заключения.

— Что, прям для всех? — усмехнулся Гортер — А что же до тех смертельных заклинаний, про которые ты упоминала? Они для кого?

— Они все задействуются магусами исключительно в крайнем случае! Да и то: нужно относиться либо к регулярной страже, либо к военным, либо к правительственным сыскным агентам вроде меня, чтобы получить на них официальное разрешение! Простым гражданам такие кристаллы хранить и использовать запрещено. Думаете, я хоть раз до того нападения в дымогоне использовала настоящее боевое заклинание на живых людях?!

— А как же тогда ты защищала свою жизнь во время опасности? — снова обратился к ней с гневным вопросом старый лучник. — Прячась в кусты?

— Да моя работа и не подразумевает, что мне вообще постоянно нужно защищать свою жизнь таким образом! — парировала Фейр.

— Тогда понятно, почему ты так разошлась сегодня утром, — отчётливо, хотя и не переходя на повышенные тона, как его спутница, выговорил сквозь зубы Гортер. — Но вот только скажи мне: на черта вообще человеку мозги, если он не собирается с их помощью защищать свою жизнь при первом удобном случае?

— Так в том и состоит отличие между нашей эпохой и вашей! Люди — уже давно больше не дикари!.. Вот что, послушайте, — снова на мгновение схватилась за лоб девушка, — у нас в обществе сейчас существуют десятки способов защищать свою жизнь без убийств. И даже без серьёзных увечий противника — просто выпуская по нему парализующий снаряд. И всё, понимаете?

— Хех, — усмехнулся в ответ матёрый охотник, — так и мне тоже незачем человека каждый раз убивать, когда я просто могу ему в плечо один раз стрелу всадить. Однако с вами, магусами, такой способ не всегда работает. Потому что откуда мне знать, какую хрень вы в меня там направляете, когда хотите из палочки поразить. Да и что я, не имею права отбиваться, что ли?

— А вот и имеете! — немного успокоившись, однако нисколько не признав току зрения Гортера, запротестовала Фейр — Имеете… Только делать это надо по закону. Без превышения уровня допустимой самообороны.

— Допус-тимой… само… чего? — не слишком хорошо понял, однако до чёртиков поразился её словам бывший следопыт. — Это что ещё за выкрутасы такие?

— Это не выкрутасы, а закон такой! — твёрдо стала защищать Фейр почти на зубок известные ей современные права гражданина. — Что, неужели и об этом ничего не слышали?! «В случае превышения допустимых пределов самообороны любого пострадавшего человека точно так же, как и напавшего на него преступника, закон обязан судить…»

— Стой, дочка, погоди, — выставил на секунду вперёд руку бывший следопыт. — Всё. Дальше не надо. Кажись, я понял. Значит, вот оно как теперь у вас всё устроено… Бюрократия опять людя́м последние мозги в черепушке проела да свиной холодец вместо них засунула… Ладно. И что же ты тогда намерена делать со мной таким?

— Я… я не знаю… — честно призналась девушка. Но, несмотря на это, тут же твёрдо продолжила: — Скольких человек вы убили после того, как закон о запрете смертной казни вступил в силу? Только не лгите!

Услышав такие её слова, Гортер ненадолго замолчал и призадумался, словно бы вспоминая каждую из своих недавних жертв по очереди.

— Простите, но я не могу вам больше полностью доверять, мистер Гортер. Вы определённо превышали свои полномочия. И не раз. По глазам вижу, — холодно заключила Фейр и отлаженным движением снова потянулась за своей однозарядной палочкой. Однако тотчас же вспомнила, что у неё больше не осталось ни одного мало-мальски пригодного в бою заклинания. — Я-я… Мне придётся попросить вас добровольно проследовать за мной на территорию участка регулярной стражи, как только мы прибудем в Кальстерг.

— Ну, как знаешь, дочка, как знаешь… — немного рассеяно протянул старый охотник.

— А пока я вынуждена конфисковать у вас всё оружие, — не менее холодно добавила его спутница.

Однако тут у неё за спиной послышалось чьё-то утробное дыхание, а из темноты неожиданно появились совершенно невидимые до того момента мужские руки, упрятанные в шерстяные рукава грубой мешковатой тужурки. В мгновение ока они стремительно охватили девушку, пережав ей рот и талию в одновременном захвате, после чего из мрака показалась уже третья рука. И, наставив на Фейр палочку, заставила её тело буквально раствориться в воздухе.

Но следопыт, поняв, что к чему, был уже наготове.

Заранее отскочив в сторону и тем самым увернувшись от точно такого же невидимого захвата, матёрый охотник лихо высвободил из набедренного чехла первый попавшийся метательный кинжал и поспешно ткнул им всего на пару сантиметров выше возникшего у него за спиной прозрачного силуэта. При повторном ударе Гортер совершенно точно попал нападавшему прямо в щёку или в глаз, после чего с проворством хорька рванулся к своему луку. Подхватил его с земли, старик выудил из лежавшего рядом колчана пару стрел и одну за другой выпустил их вперёд — вроде бы наобум, но при этом оба раза безошибочно попал по уязвимым местам укрытых незримой магией неприятелей. Хотя для коварного похитителя Фейр Гортеру ещё не хватало одного последнего выстрела.

Тогда, совершенно не обращая внимания на двоих уже упавших на землю и постепенно теряющих невидимость стонущих и орущих глупцов, решивших по какой-то причине, что они смогут без проблем расправиться с ними, старый охотник вновь вернулся на прежнее место. Сноровисто подхватив с земли колчан и перекинув его за спину, Гортер стал медленно обходить поверженных врагов сбоку, ища на слух последнюю свою жертву. На тетиве уже лежала новая стрела, а в одной из граней идеально отшлифованного наконечника азартно танцевал свет восходящей луны, ненадолго выглянувшей сквозь бороздившие небо осенние тучи.

«Ну где же ты…» — скрупулёзно вымерял Гортер шаги своего последнего и самого главного на данный момент врага, поскольку в его руках всё ещё оставалась Фейр.

Однако довольно сильно отвлекавшие старика стоны и вопли раненых не давали ему как следует вслушаться в естественные огрехи и звуки, что постоянно сопровождали движение человека, даже если тот оставался абсолютно невидим. И тогда бывшему следопыту пришло на ум то самое дедовское упражнение, благодаря которому он однажды намеренно устроил хулиганское происшествие на цыганском представлении у себя в деревне, когда людская жадность и желание развлечься заставили тогдашнего строптивого юнца Гортера впервые показать свои исключительные умения на публике.

…Вот и сейчас, закрыв глаза, матёрый лучник заставил себя резко отстраниться от всех окружавших его шумов, кроме одного — самого тихого и вечно ускользающего звука свой единственной истинной добычи.

…*Хмф-ф*, *хф-ф*, *хмф-ф-с*… — дышал где-то там, посреди более громких стонов подельников, третий противник, поспешно выкручивая сомкнутые руки Фейр, пока та оставалась почти совершенно лишена голоса. Хотя девушка отчаянно боролась за своё спасение, судя по беспорядочно-энергичному шуршанию шагов…

*Хмф-ф*, хф-ф*, *хмф-ф-с*… — временами раздавалось со стороны северо-северо-запада от Гортера. На три пальца левее теперешнего положения занесённой вперёд стрелы…

*Хмф-ф*, *хф-ф*, *хмф-ф-с*…

Ещё немного выше… чуть ниже… ниже…

Сейчас!

Тяжёлый стук огласил необъятные просторы здешних давно освоенных людьми полей, когда увесистое мужское тело повалилось в невесомую пыль подобно рухнувшему с горы булыжнику. Прихватив за собой и Фейр, так как, не удержавшись, девушка упала навзничь.

— Ах т-ты, гад! — произнёс на это один из двух других нападавших, уже почти пришедших в себя и полностью видимых при свете луны.

А в следующий миг он выставил вперёд свою наспех подобранную с земли палочку, которой так и не успел воспользоваться до этого.

— Получи-и!

К счастью, бывшему следопыту оставалось всего лишь немного отвести в сторону лук, чтобы стремительно раскрывшийся перед Гортером объёмный сноп зелёных искр, призванных парализовать любую цель на своём пути, так же стремительно захлопнулся обратно.

Это произвело совершенно неизгладимое впечатление не только на врагов, но и на случайно увидевшую краем глаза столь дивное преобразование магической энергии Фейр. И меньше чем за секунду это напомнило девушке до мельчайших подробностей абсолютно всё, что произошло с ней на той злосчастной поляне в последние мгновения перед тем, как она полностью потеряла сознание. А также куда делся тогда последний остававшийся в распоряжении девушки магический заряд боевого заклинания.

Ни слова не говоря, Фейр просто продолжала тихо лежать на земле, оставаясь абсолютно невидимой, пока старый охотник медленно подходил к ней, осторожно оглядывая лежавшего рядом и, похоже, захлебывавшегося в собственной крови последнего похитителя, тело которого теперь тоже медленно вырисовывалось из тени на свет. Такая жуткая картина заставляла Фейр с неподдельной опаской наблюдать за Гортером.

А тот меж тем всего лишь прикоснулся к её лбу холодной, как металл, полукруглой рукоятью лука, отчего девушка вновь начала становиться видимой. Стрела бывшего следопыта совершенно её не задела, просвистев где-то над ухом удерживаемой в захвате пленницы всего каких-то четверть минуты назад. Хотя самой Фейр показалось, что времени прошло гораздо, гораздо-о больше.

— Ты в порядке? — молвил ей наконец хрипловатым голосом Гортер, смотря прямо в лицо. И сам для себя утвердительно произнёс: — Кажись, в порядке… М-да-а. И правда, сколько же сейчас развелось всяких магусов по всей стране. А эти-то, смотри: похоже, те самые работники, у которых ты час назад спрашивала разрешения на ночлег. Небось подумали, что мы с тобой для них лёгкая добыча, раз старик и девчонка на усталой лошади…

— Берегись! — взвизгнула Фейр, увидев у Гортера за спиной ещё одного члена неудавшейся шайки горе-похитителей, который сейчас целился в них обоих. И резко оттолкнула старого охотника в сторону, когда тот не спеша пытался перехватить её за руки, чтобы помочь девушке подняться.

Из-за этого выпущенный противником самый что ни на есть настоящий боевой магический снаряд пролетел немного мимо, едва не задев спину бывшего следопыта.

— Нет, ну ты погляди, а?! — вполне ловко для такого почтенного возраста перекатился вместе с луком по земле Гортер. Чем в очередной раз доказал спутнице, как много ещё секретов оставалось в этом с виду почти уже отжившим своё человеке с его необыкновенными навыками и потрёпанной амуницией. — Вот сколько мне ещё прикажете продолжать учить вас, проходимцев, уважительно относиться к простым людям без магии?

Глава 17

Между тем, что осталось позади нас, и тем, что находится перед нами, есть небольшое отличие, заключающееся в том, что находится внутри нас.

Ральф У. Эмерсон

Возможно, если бы всемогущие боги и подарили человеку такое полезное свойство — оценивать окружающую действительность ещё до того, как его голова стукнется об очередную границу жизненного восприятия, а не просто отмечать эти пределы в памяти уже после их непосредственного появления, то его жизнь определённо перестала бы иметь всякий смысл, пребывая в пучине постоянного всезнания. Или стала бы похожа на одну сплошную линейку с чёрточками и точками, где ноль с самого начала уже располагался бы на той же стороне, что и сотня, независимо от действий отмеряющего. Возможно…

Однако, как правило, для Фейр подобные суждения обычно совершенно не играли никакой роли, поскольку она всегда знала то, что и положено знать постоянно стремящейся только вперёд активной современной женщине. А также видела перед собой лишь намеченный к постижению судьбоносный путь, со всеми его планируемыми и даже не планируемыми поворотами. И её невозможно было переубедить, если разговор заходил о существования чего-то нелогичного или принципиально нереального.

Но всё же, как оказалось, за последние дни её восприятие изрядно пошатнулось. И виной тому оставался даже не тот факт, что на свете может существовать какая-то альтернативная магия (ведь последняя пара десятилетий могла смело именоваться «десятилетиями открытий» и всеобщего изобретательского авантюризма), а нечто совершенно иное. Некая совершенно бесподобная возможность для полностью элементарных натурфизических предметов прерывать воздействие магии просто так, без лишних усилий, по мановению руки. Или, скорее, лишь только по мановению руки, в то время как даже самые передовые войска сегодняшних подразделений секретных боевых групп королевства должны были задействовать для этого целую кучу зачарованных печатей, контрольных маячков и прочей подобной высокоуровневой магии. Ну или хотя бы использовать простейшее заклинание «Сиа Локк», остающееся тем не менее порождением всё той же магии, а не простых свойств какой-то изогнутой штуковины!

— …Это металл? — задала Фейр довольно простой вопрос Фейр своему спутнику, когда оба молча стояли на вершине плавно спускавшейся вниз грунтовой дороги в окружении абсолютной тишины наступавшего рассвета.

— Чего? — безэмоциональным голосом проговорил Гортер, не переставая вглядываться в далёкий пейзаж расстилавшейся впереди поселковой долины. Там повсюду виднелись уже не только новые заводы, но и обычные для современного времени двух-трёхэтажные дома, сложенные по большей части в классическом сентусском стиле.

— Должно быть, металл, — как-то отстранённо и в то же время уверенно продолжила говорить сама с собой девушка, не обращая внимания на слова бывшего следопыта. — По-другому и быть не может. Послушайте, мне наплевать, как вы его так сумели зачаровать, чтобы он мог развеивать заклинания. Но хотя бы рассказать мне об этом вы могли?

— Х-хе, не пойму я тебя, девочка, — только и усмехнулся в ответ на её упрёки Гортер, натянув на лицо грубую улыбку. — То ли ты на самом деле думаешь, что старые века не оставили после себя совсем ничего, что могло бы ещё как следует вразумить вас, новое поколение, и показать заодно, как много полезных вещей вы забыли. То ли даже после увиденного воочию ты до сих пор считаешь свою магию единственным средством, которое может править миром.

— Конечно, так и есть! — опять запротестовала Фейр и впервые с начала разговора на мгновение заглянула собеседнику прямо в лицо. — Ведь как бы далеко мы ни обращались в прошлое — все эти века являлись безнадёжно отсталыми, пока человек не изобрёл магию. И не позволил ей распространиться по миру. Или вы сейчас станете утверждать, что ваши восковые свечки были прогрессивнее наших постоянно работающих световых кристаллов?

— Может, и не стану, — немного задумчиво проговорил старый охотник. — Но свечку любой здоровый человек с рабочими руками мог всегда слепить из пчелиного воска. А вот магия ваша без знаний и постоянной покупки всяких вещей работать уже не станет. И когда у тебя закончатся деньги — то нечем будет платить государству за новую магию. Неоткуда будет получить знание. А если ты даже и способна сама создавать эти свои… световые кристаллы или, как оно было в моё время, «световые шары», то без денег твои усилия всё равно ни к чему не приведут. Что эти ваши новомодные кристаллы, что прежние поганые «световые шары» — и те и другие стоят денег, ведь так? Но если раньше эти деньги ты платила просто за то, чтобы твоё заклинание работало, покупая себе либо образование с книжками всякими да палочками, либо подыскивая наёмного магуса, то сейчас, посмотри: одни и те же чёртовы кристаллы у всех. А это значит, что одни и те же чёртовы затраты! Денег куда больше стали тратить, чем было в моё время. Сколько сейчас у вас цена за один такой кристалл? Беляков пятнадцать, наверное? Чёртовы грязные монеты…

— Странно… — только и промолвила на эту его очередную поучительную лекцию Фейр. — То вы показываете абсолютно нулевые знания в устройствах современных принципов магии, то вдруг рассказываете такие вещи…